Поднялся один из стражников, которых считали мертвыми. Шэнь Сии не проверил пульс у «убитого», поскольку у того торчал кинжал из груди. Полководцу и в голову не пришло, что все подстроено. На подписание акта мятежникам запретили приходить с оружием, хотя убийцы нашли способ пронести его таким изящным способом. Пока Сии пришел в себя, «труп» уже подбежал к господину Вану, синхронно двигаясь с Сывэем. Прыжком старец отвлекал внимание, давая возможность «мертвецу» атаковать, однако жертва успела накрыть руку с кинжалом и отвести в сторону. Нападавший почувствовал сильную боль в кисти – Янмин внутренней силой ударил по меридианам.

Придумавший план, объяснял: противник силен, нельзя его недооценивать. Вот только «убитый» не верил, а теперь сожалел о своей беспечности. Он-то считал, что справится одним ударом, попав в итоге в переплет. Его лицо покраснело от напряжения, на лбу выступил пот.

Господин Ван удивился: «Парень решил побороться на энергетическом уровне?»

Сывэй высоко подпрыгнул и перевернулся в воздухе, нацелившись в голову Янмина – все делалось ради этого удара. «Мертвец» не жалел сил, удерживая противника на месте.

Шэнь Сии уже выхватил меч, но за несколько секунд расстановка сил поменялась, отчего мужчина растерялся. Он почувствовал, как земля уходит из-под ног, увидев противника в воздухе. Господин Ван дважды избежал смертельной опасности, однако сейчас оказался почти парализован из-за энергетической борьбы. Старец решил, что теперь-то завершит начатое, но… Всегда есть непредвиденные обстоятельства.

Из-за спины Янмина выскочила тень и бросилась навстречу Сывэю. Когда лезвие с ядом на пальце почти достигло цели, с ним столкнулся клинок неизвестного и отсек два пальца. Неизвестным оказался один из двоих юношей, которые сопровождали господина Вана. Увиденное потрясло всех присутствующих. Отобрав кинжал, командующий армией императора переложил его в левую руку, а правую ладонь направил прямо в сердце противника. Он сосредоточился на «мертвеце». Вдруг рядом появилась супруга Ва. Пусть она не стала великим мастером, занимаясь боевыми искусствами с детства, но сражалась превосходно. Увидев, что господину Вану вот-вот нанесут смертельный удар, выхватила клинок и выступила вперед. Хоть женщина была ниже его ростом и двигалась медленнее, тем не менее встала прямо перед ним, закрыв обзор. Благодаря господину Вану удалось подавить мятеж без особого труда. Но если его убьют, то все усилия пойдут прахом. Поэтому супруга Ва была готова пожертвовать собой, закрыв его своим телом. Женщина занесла клинок, рассекая воздух по диагонали. Противник ловко увернулся, отступив в сторону. Он бы мог сейчас спокойно сбежать, однако ему поручили убить господина Вана, поэтому нужно было идти до конца. Парные клинки воительницы вонзились в него, и в это же самое время нападавший выставил ладонь и нанес удар в сердце Янмина, который хоть и был выдающимся человеком, но отнюдь не небожителем. Он не ожидал, что убийца решит отдать жизнь ради выполнения цели, а из-за супруги Ва не заметил и пропустил коварный выпад.

Нападавший выставил ладонь и нанес удар, но от этого удара его рука сломалась, и неудачливого воина отбросило назад. К нему тут же подлетел Шэнь Сии с мечом в руке. Сывэй с грохотом упал на пол. Чжан Ю подскочил и воткнул короткий меч в шею старцу, перебив сонную артерию. Лужа крови на полу быстро росла.

Лу Су поспешно крикнул:

– Это не я! Не я!

Он решил, что в глазах присутствующих выглядит главным подозреваемым в покушении. Следом тут же завопил Бансян:

– И не я!

Чжан Ю, взглянув на прислужника, который снова отступил за Янмина, наконец, пришел в себя: «Проклятье! Нужно остыть!» Он снова поторопился и теперь опасался обвинений со стороны господин Вана, ведь убийство Сывэя напоминало устранение свидетеля. А ведь именно благодаря этому уважаемому ученому и командиру императорской армии ему позволили участвовать в подавлении мятежа. Он робко взглянул на Янмина, который спокойно проговорил:

– Успокойтесь, прошу! Их направил кто-то третий – к вам это не имеет никакого отношения!

Все пришли в себя, даже расшумевшиеся главари мятежников, хотя им еще было не по себе. Заговорил Ван Шо:

– Сановник, надеемся на вашу помощь в расследовании, поскольку сами не понимаем мотивов секретаря.

Господин Ван восхитился тем, что парень сохранял ясность ума, в отличие от друзей, пытавшихся выгородить себя. Он кивнул, а затем, помедлив, произнес:

– Отрежьте головы этих смельчаков и выставьте на всеобщее обозрение.

Чжан Ю остолбенел: «Ладно, я убил одного нападавшего, но второй жив, и его можно допросить. Зачем убивать?» Однако приказы не обсуждаются. Стоящий рядом Командир Шэнь подозвал двух стражей, которые вынесли тела. Когда парня со сломанной рукой подняли, в его глазах читался страх. Увидев это, Сии подумал: «Поздно бояться. Стоило задуматься раньше, когда соглашался на дело», – после чего приказал обезглавить Сывэя и сыгравшего мертвеца.

После того как две головы упали с плеч, он сам взял их и ушел к воротам города. В этот момент к Янмину обратилась госпожа Ва:

– Сановник…

Тот не дал женщине договорить, поняв ее мысли:

– Вы встали на мою защиту. Сердечно благодарю. Надеюсь, вы так же будете заботиться о народе в своем округе.

Господин Ван понимал: женщину мучает совесть из-за того, что помешала ему разглядеть удар того парня. Поэтому он поблагодарил ее за благородные помыслы. Супруга Ва опустила голову и тихо сказала:

– Хорошо.

На душе у нее по-прежнему было тяжело.

Вечером на пиру в честь заключения мирного соглашения господин Ван рассказывал удивительные истории, делясь мудростью.

После празднества Бансян вместе с Ван Шоу и Лу Су вернулись, чтобы составить список новых чиновников и земельный реестр.

Янмин остался отдыхать на заднем дворе резиденции, позади главного зала, в домике для гостей. На входе он зашатался и чуть не упал, но один из его сопровождающих успел подхватить мужчину, после чего спросил:

– Наставник, как вы?

Это оказалась Шао Цзюнь. Господин Ван вытянул руку, провел по лбу, а затем сказал настоящему мальчику-прислужнику:

– Лян, свари мне суп для укрепления ци. Нужно восстановиться силы…

Тот кивнул и вышел. Девушка помогла учителю сесть:

– Вы ранены?

Всю жизнь Янмин занимался боевыми искусствами, однако годы брали свое. Каждую осень у него обострялась астма, потому требовался тот особый суп. Вот только сейчас была весна. Удар одного из нападавших все-таки достиг своей цели, тем не менее бывшая наложница этого не видела, поскольку в тот момент разбиралась с Сывэем.

Наставник сказал с улыбкой:

– Ничего страшного. Сестра, а ведь я недооценил Ло Сяна…

– Что? То есть нападавший?.. – упавшим голосом спросила Шао Цзюнь.

– Да. Однажды мы с ним встречались, но это точно он. Из-за бороды не сразу узнал.

Охнув, Янмин взял со стола бумагу с кистью, быстро черкнул пару линий – появились очертания лица.

– Похож на того человека, который прикинулся мертвым?

Девушка кивнула, сказав с восхищением:

– Как две капли!

Наставник взял кисть и дорисовал бороду:

– А сейчас?

Увиденное поразило Шао Цзюнь до глубины души.

– Эти двое?..

– Я сам не обратил внимания, поскольку виделся с Сяном лишь раз. Никогда бы не подумал, что прозвище Тень действительно так ему подходит. У всех есть тень… Оказалось, Ло Сян – это аж два человека, братья. Ах, если бы ты не приехала предупредить меня, боюсь, все было бы так, как они запланировали, – вздохнул наставник.

Позавчера Шао Цзюнь прибыла в Тяньчжоу и рассказала про Ян Ицина и его проверку Чжан Юном. Очевидно кого следующим тиду подозревал в помощи государственной преступнице. Только Янмин считал: убийцы будут скрываться среди его подчиненных, а не мятежников. Бывшая наложница смогла выяснить, что Ван Шоу с Лу Су по-настоящему хотят мира, поэтому наставник смело отправил Чжан Ю и супругу Ва на переговоры. Даже бегло прочитав акт Сывэя, он заинтересовался этим человеком, столь рьяно выступающим за перемирие, но поздно разглядел ловушку. План по устранению тщательно продумали, и, если бы не Шао Цзюнь, Ло Сян добился бы своего – убил Янмина.

На совещании с императором помимо него присутствовал и Чжан Юн, который настаивал на полном уничтожении бунтовщиков. Однако господину Вану удалось склонить правителя на свою сторону «мягкой силы». Тиду идеально все продумал: он говорил ровно то, что говорил всегда, при этом отводя от себя все подозрения, поскольку требовал устроить бойню именно там, где скрывался Ло Сян. Как ни крути, а Тигры оказались очень серьезными противниками.

– Теперь понимаю, почему вы приказали отрубить головы без суда и следствия. Хотя Ло Сян давным-давно притаился среди бунтовщиков. То есть Чжан Юн с давних пор сомневается в вас? – нахмурила брови Шао Цзюнь.

– Как иначе? Поэтому он и решил выслать меня из столицы, – вздохнул Янмин.

Старый друг выдвинул его кандидатуру для борьбы с мятежниками, ведь не мог подтвердить, что господин Ван – это лидер Братства ассасинов. Если бы выживший убийца рассказал всю правду правительственной армии, столкновение ассасинов с главным Тигром произошло бы в кратчайшие сроки, а во дворце просто начался бы хаос. Ведь старик Юн лично рекомендовал императору отправить к мятежникам Янмина. Сейчас же глава Братства ассасинов и его ученица выяснили: все было подстроено.

– Наставник, как быть дальше? – спросила Шао Цзюнь после недолгого молчания.

После убийства Ло Сяна открытого конфликта с Чжан Юном все равно не избежать, однако можно оттянуть этот роковой день.

– Дело больше не терпит отлагательств. Охота на гигантских черепах должна начаться немедленно, – тихо сказал господин Янмин.

– Я не понимаю…

– Евнух Чжан действует с оглядкой на свиток «Дайюй». Пока он не получит Шкатулку Предтеч, не успокоится. В такой ситуации лучшая защита – нападение. Разве желание помешать моему старому другу не похоже на желание поймать гигантскую черепаху?

В мифах Дайюй – один из островов бессмертных, покоящийся на гигантских черепахах. По преданию, гиганты из страны Лунбо выловили двух из них, после чего горы Дайюй и Юаньцзяо сместились на север и опустились в океан.

Шао Цзюнь невольно улыбнулась и подумала: «Он все так же любит отсылки». Девушка увидела в глазах наставника блеск, будто тот вернулся в юные годы. От этого на сердце стало тепло, она сказала:

– Хорошо. С чего начнем?

– Подвеска все еще при тебе?

– Да. Всегда со мной, – кивнула ученица.

– Прекрасно…

Собеседник вытянул палец и постучал легонько по столу. Помолчав примерно минуту, он сказал:

– Где же, в конце концов, остров, который так ищет евнух Чжан? Знаем мы всего ничего, но ждать больше нельзя. Сейчас мы вместе с армией выдвинемся обратно, а в округе Гуйлинь пойдем разными путями. Во время праздника в честь начала лета ты отправишься в рыбацкий поселок под названием Хунцимэнь на юго-востоке Гуанчжоу. Там есть склад «Уфэн», в котором найдешь человека по прозвищу Железный Кулак или Чжи и покажешь подвеску. Скажешь, что от меня. Он точно поверит. В том городе я оставил отряд для засады. Наконец-то его можно использовать.

Шао Цзюнь слушала наставления с волнением. Она давно знала, что наставник тщательно продумывает каждый свой шаг. Ее ужасал талант старика Юна просчитывать все наперед, тем не менее Янмин не уступал главному Тигру.

– Хорошо. Этот господин – ваш новый ученик?

Бывшая наложница подумала: «Если в Хунцимэне есть другие ассасины, я с ними встречусь… Возрождение Братства ассасинов станет лишь вопросом времени».

– Нет. Этих людей можно использовать, но им нельзя доверять, – ответил наставник.

«Как можно работать с теми, кому не доверяешь? Не понимаю…» – нахмурилась Шао Цзюнь. Однако наставник больше ничего не объяснил, а лишь сказал:

– К полудню, в день праздника, я тоже прибуду в поселок.

– Вы не пойдете сразу со мной? – спросила девушка, остолбенев.

– Мне еще нужно отвести войска обратно.

Янмин посмотрел на ученицу. Видя ее сомнения, добавил:

– Сестра, помнишь, когда ты только вернулась, то спросила, куда двигаться?

Она с Чжу Цзююанем сбежала в Европу, где его убили евнухи старика Юна. В одиночестве на чужбине Шао Цзюнь провела два года. Бывшая наложница понятия не имела, что делать дальше. После возвращения ученица внимательно слушала наставника, продолжала учиться у него и лучше понимать мир вокруг. Той девушки, которая использовала лишь метод силы, уже не было. Она все больше уроков выносила из битвы умов двух лучших стратегов империи, учась так же просчитывать свои действия и видеть пути к далекой цели. Так к ней пришло понимание: восстановить Братство ассасинов – непростая задача и может занять много времени.

– Помню. Можете подсказать?

– Сеньор Аудиторе не дал тебе ответ, как не дам и я. – Господин Янмин посмотрел ей в глаза. – Жизнь каждого человека – его собственный путь.

Сказал он это равнодушно, а Шао Цзюнь в шоке подумала: «Верно… Я ведь всегда хотела следовать за кем-то: Эцио, наставник… Проклятье! – она вспомнила слова Пэнцзю. – Мальчишка-то раньше меня понял, что у каждого своя дорога жизни».

В Братстве ассасинов бывшая наложница впервые почувствовала себя как дома. Но в скором времени на ее глазах Восемь тигров убили всех ее друзей. Ту невыносимую боль она никогда не забудет. Поэтому в день отъезда из империи дала себе клятву однажды восстановить Братство ассасинов. Только никогда не знала, с чего начать. Однако сейчас девушка нашла конец той нити, которая приведет к ответу.

Шао Цзюнь ничего не сказала Янмину и просто кивнула.

– Сестра, спасибо за все. Тебе стоит отдохнуть. На празднике лета мы встретимся вновь, – вдруг произнес господин Ван, наблюдая за ней.

– Следую вашей воле, – церемонно ответила девушка после короткой паузы, положив левую руку на грудь и поклонившись наставнику.

Когда ученица вышла из комнаты, мужчина закашлялся, зажав рукой рот. Убрав ее, увидел на ладони кровь.

Ло Сян атаковал, сконцентрировав энергию в руке. Урон оказался серьезнее, чем показалось изначально. Янмин держался сколько мог, но сейчас силы оставили его. Хотя он понимал: здоровье восстановится, если заниматься дыхательными упражнениями.

В этот момент зашел Лян с супом. Увидев состояние господина Вана, парень быстро отставил чашку на стол, взял полотенце и спросил, наклонившись к пожилому мужчине:

– Что с вами?

Тот стер кровь с ладони.

– Все в порядке, не переживай.

В скором времени тиду нападет, когда узнает о смерти Тени. Чтобы главный Тигр не убил обоих, глава Братства решил отослать Шао Цзюнь подальше.

Янмин, взяв чашку, залпом выпил суп.

– Лян, ступай, отдохни.

Юноша заметил кровь, но наставник говорил обычным голосом, то есть, вероятно, ничего страшного. Он был служкой, следовал за господином Ваном много лет и за это время многому научился.

– Господин, а Шао Цзюнь где? – внезапно спросил юноша.

Ему показалось странным, что девушка сразилась с убийцей, защищая наставника, а сейчас ее и след простыл, когда наставник харкает кровью.

– Отдыхает. И тебе тоже пора.

Лян хотел попросить девушку научить его приему, которым она убила Сывэя. Однако после слов Янмина не посмел задавать вопросы и вышел.

Когда парень вышел, господин Ван сел на стул, скрестив ноги, положил горизонтально руки на колени и начал дыхательные упражнения. Ло Сян мастерством не уступал Вэй Виню. Внутренняя же сила… кажется, могла сравниться с евнухом Чжаном. На лечение понадобится около месяца. О смерти Тени главный Тигр узнает дней через десять, столько же потратит, чтобы добраться до него. Времени мало.

Янмин подумал: «Лучшая защита – это нападение. Если потороплюсь, то Чжан Юн не успеет ничего предпринять, а я перекрою ему пути к отступлению. В этой партии нужно действовать уже сейчас».

При таком раскладе шансы на успех высоки, хотя он все равно волновался, вспоминая дружескую беседу трех людей, где один только заканчивал говорить, а другой уже подхватывал…

* * *

В империи Мин, в двух столицах, тринадцати департаментах и каждом крупном селении стояла почтовая станция. Всего их насчитывалось более тысячи. Между двумя соседними было от тридцати до сорока километров – это позволяло доставлять письмо на далекие расстояния всего за две недели.

На больших держали по восемьдесят лошадей, на маленьких – пять или шесть, и гонцам их выдавили в зависимости от ранга верительной бирки. Благодаря Пэнцзю Шао Цзюнь получала самых лучших коней. Попасть в Гуанчжоу нужно к празднику начала лета, так что время в запасе еще имелось.

В провинциях Гуандун и Гуаней жило очень мало людей. Бывшая наложница шла по казенному тракту из округа Гуйлинь на юго-восток мимо округов Пинюэ, Учжоу, Чжаоцин, Дигуан. Сейчас она проезжала первый, почти не встречая на пути домов. Зато вокруг было полно растительности, которая местами скрывала дорогу, поэтому вместо скоростной езды Шао Цзюнь устроила себе конную прогулку, погрузившись в раздумья. Ее терзали мысли про Ло Сяна: «Старик Юн, если принял решение, то доводит его до конца. Если бы я не успела приехать в Тяньчжоу, смог бы наставник избежать смерти? Догадался бы, что среди мятежников скрывается Тень?»

Из Восьмерых тигров мертвы уже пятеро, четверых из которых убили они. Но чем больше девушка думала, тем сильнее боялась, понимая непредсказуемость тиду.

Возможно, если им удастся пробиться на тот маленький островок, тогда получится раскрыть всю правду о сущности главного евнуха.

Вдруг впереди послышался стон. Бывшая наложница замерла, а потом пришпорила лошадь.

За поворотом впереди показалось огромное дерево, под которым лежала перевернутая телега. Рядом в кровавой луже лежал ослик, чуть поодаль сидела женщина в цветной куртке. Услышав цокот копыт, она рукой приподняла свою голову и спросила:

– Здесь кто-то есть? Помогите мне!

Шао Цзюнь решила, что ее заманивают в ловушку, хотя быстро отбросила эту мысль. Ее ведь даже в Тяньчжоу никто не узнал, а уж сейчас-то тем более. На въезде в округ Гуйлинь они незаметно расстались с наставником, потому вряд ли кто-то выследил ее. Скорее всего, эта женщина просто очень спешила, повозка наехала на камень, ослика раздавило телегой, а сама она поранилась и теперь не могла подняться. Бывшая наложница направила лошадь к пострадавшей:

– Тетушка, вы поранились?

Подъехав, всадница натянула поводья, однако на душе у нее скребли кошки. Есть одна смешная поговорка: «Не бойся ни неба, ни земли – бойся лишь гуандунца, который разговаривает на мандаринском наречии»[69]. Помимо Гуандун, в западных и восточных районах чужаки с трудом понимали диалект. Местные образованные люди еще как-то могли изъясняться на гуаньхуа, а селяне уже нет. Тем не менее раненая женщина говорила слегка нечетко, хотя использовала распространенный диалект, что выглядело очень подозрительно, однако ассасин проигнорировала голос разума.

Вдруг лошадь под Шао Цзюнь провалилась в яму. Девушку прошиб холодный пот: все-таки засада! Обе ноги находились в стременах, но она быстро их вытащила, взмахнула левой рукой и при помощи шэнбяо зацепилась за ствол дерева. Дротиком она управляла в совершенстве, словно тот был продолжением руки – даже с закрытыми глазами ассасин попадала в цель. Бывшая наложница переживала за лошадь, поскольку очень привязалась к ней за время пути – зрелище, как животное исчезает в яме, ранило сердце. В порыве отчаяния девушка оставила свой меч в седле и теперь в схватке с врагом могла полагаться лишь на шэнбяо. Только она об этом подумала, как ее накрыла какая-то тень.

Оказывается, в кроне деревьев прятался неизвестный, который сейчас спрыгнул на бывшую наложницу, в полете отбив мечом ее дротик. Девушка упала в яму.

Женщина вскочила и, перевернув телегу, накрыла яму. Бывшая наложница оказалась в полной темноте, чувствуя под собой что-то мягкое. Лошадь. Даже так. От падения у нее тело будто разваливалось. Животное под ней пыталась вдохнуть, но ее зажало, и ничего не получалось. У Шао Цзюнь кольнуло в груди: «Ты тоже умрешь из-за меня…» – ей даже слышать эти предсмертные хрипы было невероятно тяжело, поэтому она на ощупь достала из-под седла меч, нащупала зону сердцебиения и вонзила клинок. Лошадь всхрапнула от боли, дернувшись в последний раз.

Вдруг сверху послышалось:

– Милосердная наложница, вы еще живы?

Та «женщина в беде» оказалась переодетым мужчиной – голос стал ниже!

Шао Цзюнь не видела смысла отвечать, лишь подняла голову: между досками пробивались тонкие лучи света. Тем не менее стало понятно, что яма глубокая – несколько метров. Выпрыгнуть никак, но вскарабкаться можно легко. Она поставила ногу на стену напротив, подпрыгнула, уперев вторую в другую стену. Всего за несколько толчков девушка оказалась наверху. Несмотря на неустойчивую опору, ей хватило сил приподнять телегу на цунь.

«Если смогла поднять, то получится и сдвинуть! Мне нужна широкая щель – тогда я вылезу», – прикидывала план действий бывшая наложница.

Заманившие ее в ловушки люди никуда не ушли, однако вряд ли ожидают, что пленница выберется. Если действовать достаточно быстро, то можно перебить их, использовав эффект неожиданности.

Внезапно на телегу надавили, та вернулась на прежнее место. Девушка потеряла равновесие, ее ноги заскользили, и она рухнула обратно вниз. В этот раз Шао Цзюнь сгруппировалась, мягко приземлившись на землю, даже не коснувшись тела лошади. Следом раздался шум – посыпалась земля со стен, где проехали ноги ассасина.

Тут раздался второй голос:

– Сильна девка… Нельзя терять бдительность!

Услышав эти слова, Шао Цзюнь испугалась, ведь узнала голос… Евнух-фаворит по кличке Демон, который никогда не отходил от старика Юна. Только страх ей внушал не телохранитель, а его господин.

Тигры знали о ее шэнбяо. Она сама повелась на знакомый диалект и подъехала к женщине, хотя местные жители не знали гуаньхуа, что должно было сразу насторожить девушку. Вспомнив каждую деталь, она осознала, насколько хорош оказался план по ее поимке. Только Цю Цзюй не способен на такое… Неужели Чжан Юн где-то поблизости?

– Эта тварь навредила двоим моим братьям, почему нельзя убить ее прямо сейчас?

– Приказ господина тиду: государственную преступницу взять живьем. Требуя убить ее, сам рискуешь лишиться головы. Я понимаю твои чувства, Ло Ин, ведь ты лишился двоих братьев. Но подожди немного: господин тиду убьет ректора Вана, поговорит с девкой, и… Тогда сделаешь с ней все, что захочешь.

Демон говорил с печалью в голосе, однако в нем также слышался язвительный тон. Шао Цзюнь вздрогнула, поняв: братьев Ло на самом деле не двое, а трое. Такое даже наставник не мог предвидеть! Последний из Теней не мог оставаться в стороне после смерти двух других и решил действовать открыто.

Девушка запаниковала: «Старик Юн знает про наставника! Значит, действовать теперь будет еще более изощренно и жестоко…»

Среди Восьми тигров Ло Сян занимал положение ниже, чем Цю Цзюй, потому он не стал спорить, а просто с ненавистью прошипел:

– Неужели мы будем обслуживать эту девку?

– Боишься беззубую тигрицу? Мне снова повторить, что приказано не убивать ее? – захохотал Демон.

Семья Ло жила очень бедно, из-за чего лишь двое из троих братьев стали евнухами, а старшему пришлось остаться вести хозяйство. Они были близнецами, и когда попали в подчинение к Чжан Юну, их забрали во дворец Ина. Это позволило создавать иллюзию, как один человек может одновременно находиться в двух местах, чем тиду порой пользовался. По боевым навыкам старший брат уступал двоим другим, однако те погибли, и его собственное положение при дворе находилось под вопросом. Поэтому мужчина злобно отреагировал на слова Цю Цзюя:

– Тогда я просто отрежу девке одну…

Старший Ло еще не договорил, чего именно лишит Шао Цзюнь – руки или ноги, – как послышался топот копыт. Мужчины спрятались в засаду, ведь за несколько недель здесь никто не проходил, то есть всадник мог быть и не случайным путником. На востоке нельзя было встретить лошадей, даже ослы считались редкостью, что лишь усиливало подозрения.

Шао Цзюнь думала, как выбраться, но, услышав бегущую лошадь, замерла. Хотя она не видела, но по цокоту поняла: скакала молодая лошадь. Оседлать такую мог лишь влиятельный человек вроде Чжан Юна. Вот только ассасин слышала разговор мужчин наверху: главный Тигр отправился убивать ее наставника. Старик не мог так быстро вернуться. Тогда что за всадник появился в этих краях?

Пока девушка думала, Ин закричал:

– Ты кто такой?

Голос его дрожал от страха. Затем старший Ло охнул, послышался грохот – что-то врезалось в телегу. То было тело Тени. Тут же закричал Цю Цзюй, и послышался звон мечей. Неизвестный явно не уступал Цю Цзюю в фехтовании.

Шао Цзюнь не могла перестать гадать: «Кто же так? Неужели наставник узнал, где я? Но как? Хотя кто, кроме него, решит помочь и сразится с Демоном?» Она полезла наверх, изо всех сил вгоняя пальцы в земляные стены. Достигнув телеги, девушка поняла, что не сможет поднять ее снова. Чуть раньше евнух положил сверху несколько валунов, потому ассасин закричала:

– Наставник, это вы?!

Вдруг раздался истошный вопль. Шао Цзюнь вздрогнула от мысли, что из-за нее мог пострадать невинный человек. Вдруг девушка услышала ругань:

– Как ты смеешь?! А-а-а!..

Демон вновь заорал, отвлекая внимание, а сам исподтишка напал на Шао Цзюнь. Лязгнул металл, меч вылетел из его рук и ударился о телегу. Через секунду Цю Цзюй закончил свой земной путь.

Девушка изо всех сил пыталась сдвинуть телегу, чтобы хоть мельком увидеть таинственного незнакомца. Земля из-под ноги обвалилась, ассасин снова полетела вниз. Аккуратно приземлившись, она услышала, как кто-то снимает камни с телеги.

Шао Цзюнь ликовала и уже не торопилась, ожидая, когда проход откроется. Однако скоро послышался удаляющийся цокот копыт, а телега по-прежнему стояла на месте. Неизвестный спаситель снял валуны, после чего уехал. Это сильно удивило девушку, которая тем не менее начала карабкаться наверх в третий раз.

Подобравшись к «крышке», она глубоко вдохнула и протянула к ней руки. Груз действительно исчез с повозки. Сделав достаточно широкий проем, ассасин напрягла ноги и, словно птица, вылетела наружу.

Когда она выскочила, то ни на секунду не ослабляла бдительности, ожидая нападения. Встав на твердую почву, девушка огляделась. У телеги валялся труп с дырой в груди – Ло Ин, точная копия секретаря Сывэя, только без бороды. Рядом лежал Цю Цзюй. Его проткнули со спины, целясь в сердце, но Демон еще дышал. Хотя Шао Цзюнь ненавидела евнухов-фаворитов, ей все равно стало жаль этого человека. Взяв в руки клинок, она добила врага. Затем сбросила тела в яму, кое-как спихнув туда еще пару булыжников.

Хоть из Восьми тигров остались два, бывшая наложница все равно переживала, пытаясь понять, кто же спас ее. Прервал ее размышления бодрый галоп за спиной. Девушка повернулась и увидела мчащуюся к ней породистую скаковую лошадь, лучше той, которая покоилась в яме.

Шао Цзюнь очень удивилась, увидев на рысаке пустое седло, однако без раздумий запрыгнула в него. Еще девушку озадачило то, что животное быстро шло прямо к ней, а почувствовав на своей спине человека, замедлило шаг. Она подумала: «На ней приезжал мой спаситель? Наставник уже давно послал человека из засады встретить меня? Хм… Ладно. Я благодарна за помощь, а теперь пора двигаться дальше».

– Лошадка, а, лошадка. Не вини меня, но мы должны ехать быстро.

Девушка пожалела об отсутствии у рысака крыльев, иначе они в два счета домчались бы до Янмина.