– Я же сказала тебе никуда не уходить! Я тебя повсюду искала!

Лионора расхаживала туда-сюда между полуразвалившимися стенами. От ее ног на потрескавшихся каменных плитах оставались черные следы. Сама она этого, похоже, не замечала.

– Но я думал, что… – попытался объяснить Линус.

– Ты не понимаешь, как я волновалась?! – со злостью перебила она. – Как я могу оставлять тебя одного, если ты не слушаешь, что я говорю?

– Но я думал, что Харальд…

– Ты должен был ждать здесь!

Линус сдался. Чем больше он защищался, тем больше она злилась.

Он сел на землю и молча слушал ее тираду.

– Ты вообще не знаешь, что тут творится в лесу, – говорила она, кивая в сторону бойницы. – Ты себе даже не представляешь, как тебе повезло, что ты все еще жив!

– Ну, тут не только везение, – робко запротестовал Линус. – Я и сам немножко постарался.

По выражению лица Лионоры сразу стало понятно, что лучше ему было молчать.

– Значит, для тебя это просто развлечение?! Ты мог погибнуть! А если погибнешь ты, умрем и мы все. Умрет все в мире. В обоих мирах. Ты этого хочешь?

Линус вдруг тоже разозлился.

– Конечно, нет! – выкрикнул он и вскочил на ноги. – Но ты так быстро исчезла. Просто сказала, что позовешь меня, а как позовешь – не объяснила. Как ты правильно заметила, я ничего не знаю об этих местах. Так откуда мне знать, каким будет твой сигнал? Вдруг я тебе нужен, а я тут сижу и жду?

Воздух вокруг Лионоры начал потрескивать, но Линуса было так просто не запугать. От крика он запыхался. Какое-то время они молча смотрели друг на друга, а потом Линус вдруг захихикал.

– Над чем это ты смеешься? – с подозрением спросила Лионора.

Линус улыбнулся:

– Как ты думаешь, много ли на свете братьев и сестер, которые ссорятся в первый раз, когда им по двенадцать?

Лионора попыталась скрыть улыбку.

– Какой же ты дурак, – сказала она.

А потом бросилась ему на шею.

– Ай, осторожно! Моя спина… – начал Линус, помня предыдущий опыт.

Однако теперь объятия оказались мягкими и легкими, как перышко. Как приятно помириться!

И в то же время…

Линус вспомнил Вильхельма. Вспомнил все, что тот говорил о Лионоре. Больше всего на свете ему хотелось довериться ей. Но сомнение уже поселилось в сердце, выпустило свои острые шипы.

– Ну как? – спросил он. – Тебе удалось поймать Крысу?

Лицо ее помрачнело, она покачала головой.

– Нет, Крысочеловек ускользнул. Но пока он по эту сторону Двери. Так что еще не все потеряно.

– Откуда ты знаешь?

– Точно так же, как я узнала, что ты здесь. Я устроила все так, что никто и ничто не может пройти сквозь Дверь незаметно для меня. Я обязательно почувствую.

– А как? – спросил Линус.

– Трудно объяснить.

– С помощью твоей магии, или как ты там ее называешь?

Она пожала плечами.

– Более удачного названия у меня нет. Да, с помощью магии.

– Удобно… – пробормотал Линус.

Он снова подумал о Вильхельме. Надо бы рассказать Лионоре об их встрече. Ей наверняка будет интересно узнать. Однако что-то его удерживало. Он убеждал себя, что это потому, что им пора двигаться дальше.

– Мне кажется, я знаю, где в следующий раз появится Крыса, – сказала Лионора. – В Памятном зале Сан-тионы. Мой план – устроить ему там засаду.

– Как ты сказала, называется это место? – переспросил Линус.

– Памятный зал Сантионы. Сантиона – это город. Он больше всего пострадал от нападений Крысы, потому что Дверь между мирами расположена в катакомбах как раз под ним.

– Это ведь там ты меня нашла? В катакомбах?

Она кивнула.

– Крысе легко бегать по туннелям и воровать сокровища. В Памятном зале мы храним наши самые драгоценные вещи. О них-то и мечтает Крыса.

– Понятно, – сказал Линус. – И как мы туда попадем? У тебя есть еще мелки?

Он показал на стену, где открылся портал и вывел их из туннелей.

Лионора помотала головой.

– К сожалению, нет. Тот был последний. Одна я могу быстро туда переместиться и без мелка, но я не могу никого взять с собой.

На мгновение Линус задумался, почему Вильхельм мог это сделать, а Лионора не может. А потом спросил:

– Так что будем делать? Пешком далеко?

– Не особенно. Но нам надо торопиться. Я хочу оказаться в стенах Сантионы до наступления темноты.

– Почему? – обеспокоенно спросил Линус. – Что произойдет, когда стемнеет?

– Об этом лучше не думать. Но не беспокойся, мы должны успеть.

Линус сник.

– Тут у вас сплошные опасности? – пробормотал он. – Как же вы живете?

Лионора улыбнулась.

– Мы воспринимаем всё это иначе, Линус. Мы знаем, как устроен этот мир. И у всех у нас есть свои приемы для выживания. Но тебе хуже, я понимаю.

Она приобняла его за плечи.

– Не беспокойся. Я тебя защищу.

И они отправились в путь. К счастью, не в сторону леса, где жила Ислерди, а в противоположном направлении.

Они шли на восток. По крайней мере, если в Хинсидесе солнце тоже заходит на западе. Здесь лес был не такой густой, а деревья не такие высокие. Вскоре лес и вовсе перешел в огромное поле. На земле тут и там валялись каменные блоки различной формы и размера. Некоторые были похожи на обломки зданий. Интересно, кто и как их разрушил?

– Что здесь случилось с домами? – спросил Линус, показывая на каменные завалы.

– Потом расскажу, – ответила Лионора и бросила взгляд на заходящее солнце. – Сейчас нам надо торопиться.

Она кивнула в сторону горы, в которую упиралось поле. Как огромный зуб, тянулась гора к краснеющему небу. Линус пригляделся. Контуры горы напоминали крепостные стены и башню.

– Это и есть Сантиона? – спросил он, щурясь, чтобы лучше рассмотреть.

– Да.

Лионора шла дальше.

– Отсюда похоже на гигантский муравейник, – заметил Линус.

– Неплохое сравнение, – рассмеялась Лионора. – Большую часть города составляют туннели, в городе тесно и, на мой взгляд, слишком много народу.

Линус ускорил шаг, чтобы догнать Лионору.

– А почему он так построен? Почему там не стали строить обычные дома?

– Так надежнее. Сантиона практически неприступна. Для ингалов это был довольно простой проект. Они могут лепить из камня так же легко, как мы с тобой лепим из теста или глины.

– Ингалы – это существа, населяющие город?

– Да, они его поддерживают в порядке. Ремонтируют, что нужно.

Линус улыбнулся:

– Примерно как мама ремонтирует старые дома.

Линус заметил, что Лионора еще прибавила шагу. Она то и дело посматривала на заходящее солнце и все меньше говорила. Видно было, что она нервничает. Равнина между ними и Сантионой оказалась шире, чем представлялось сначала. Линус все лучше понимал, что до наступления темноты им не успеть. Вероятно, Лионора предполагала, что Линус способен идти быстрее. Ему приходилось почти бежать, чтобы не отстать от нее.

Перед ними простиралась еще половина равнины. Линус видел, как на стенах Сантионы зажглись огоньки. Вероятно, это городские окна.

– Лионора, – позвал он, переводя дыхание. – Что произойдет, когда стемнеет?

Он хотел и в то же время не хотел знать ответ.

Лионора бросила на него беглый взгляд.

– Выйдут Ночные стаи, – ответила она коротко.

Остановившись, Лионора огляделась.

– Мы не успеем, – с горечью сказала она. – Надо где-то спрятаться, пока солнце окончательно не зашло.

– Сколько у нас времени? – спросил Линус, осматриваясь.

– Меньше, чем хотелось бы, – ответила Лионора и направилась в сторону груды каменных блоков.

Линус пошел за ней. Интересно, что это за Ночные стаи и откуда они появятся? Наверное, из леса. Там, похоже, полно чудовищ.

Лионора и Линус подошли к куче камней, которые выглядели как остатки обрушившейся башни. На одном камне виднелся зеленый отпечаток руки.

– Вот это, – сказала Лионора, показывая пальцем, – символ путешественников. Им помечены безопасные места для ночлега, чтобы другие могли их найти.

– Значит, здесь мы проведем ночь в безопасности?

– По крайней мере, безопаснее, чем в других местах, – ответила Лионора, обходя каменную груду. – Ага! – воскликнула она, подзывая Линуса. – А вот и вход!

Она показала на отверстие у подножия камня. Линус заглянул в темноту. Внутри оказалось просторнее, чем он думал. Лионора скользнула в дыру, и Линус неохотно полез следом.

Сквозь щели сочился золотистый сумеречный свет. Каменная насыпь оказалась хорошим укрытием. Камни были выложены так, что образовывали купол. Немного похоже на иглу из неровных каменных блоков.

– А вдруг это все обрушится? – испуганно пробормотал Линус.

– Не обрушится, – заверила Лионора. – Посмотри.

Она провела пальцем по двум огромным камням. Когда Линус взглянул на них поближе, он заметил, что камни слились в одно целое. Все камни оказались соединены подобным образом – словно спаяны между собой.

– Должно быть, это укрытие построил какой-нибудь ингал, – сказала Лионора, постучав по камню. – Ничего прочнее и быть не может.

Успокоившись, Линус растянулся на мягкой земле. Теперь он испачкается, но какая разница. Только сейчас он почувствовал, как устал. Сначала ночь в Тракеборге, где он не решался уснуть, а затем Хинсидес, где одна погоня следовала за другой.

Он набрал в ладонь горсть земли и пропустил сквозь пальцы. Ему захотелось домой. Хинсидес пугал его. Он скучал по маме и Линнее. Конечно, с Лионорой не так страшно, но слова Вильхельма не давали ему покоя. А вдруг Лионора лжет? Вдруг она очередное чудовище, принявшее облик Линнеи?

Он услышал, как Лионора легла рядом. Линус притворился спящим.

Он долго лежал и думал. Больше всего о маме и Линнее. Пока Крыса здесь, в Хинсидесе, они в безопасности. Но если Крыса успеет вернуться в Тракеборг, прежде чем Линус…

Хватит!

Если бы он не полез в эту дыру! Надо было ее заколотить или еще что-нибудь. А теперь уже поздно. Так или иначе, ему придется остановить Крысу, он это знал. Никто другой не может это сделать. Кем бы ни была Лионора, похоже, она и вправду желает остановить Крысу. Если им это удастся, семья Линуса будет в безопасности. Одного этого достаточно, чтобы довериться ей.

Во всяком случае, пока.

Оглушительный грохот. Звук разбивающихся камней. Линус проснулся и начал судорожно оглядываться по сторонам, больше всего боясь, как бы не обрушился купол. Было темно, в щели между камнями пробивался лишь робкий лунный свет.

Лионора сидела рядом. Она сделала Линусу знак, чтобы молчал. Он кивнул и выглянул в щелку. По равнине что-то двигалось. Снова раздался грохот, на этот раз ближе.

В нескольких метрах от них каменная груда осыпалась на землю. С жутким треском раскололась шероховатая поверхность камня. Полетели обломки, и из камня что-то вылезло, как червяки из яблока. Из огромного камня показались четыре ноги – как будто кто-то вылупился из яйца. Толстые серые лапы попробовали нащупать твердую почву. Существо энергично отряхнулось, как отряхиваются мокрые собаки, и с него слетели остатки камня. И вот перед ними страшный четвероногий зверь. Большой, размером с автомобиль. Вдоль лап тянутся гладкие каменные плиты – словно доспехи. Спина покрыта шерстью, только каменной. Каждая шерстинка острая, как игла. Морда круглая и неровная, глаза сияют, как полумесяцы. Линус услышал, как где-то вдалеке раскалываются другие камни. Все больше существ высвобождалось из каменного плена.

Теперь Линус знал, что такое Ночные стаи.

Ближайшее животное подняло голову и жадно понюхало ночной воздух. Голова вертелась туда-сюда, пока серебристо-белый взгляд не остановился на каменном укрытии. Линус попятился в темноте. Ночной зверь подошел ближе. От каждого шага мелкие камешки превращались в песок.

– Нам придется бежать, – глухо произнесла Лионора. – Кажется, он нас учуял. Я не знала, что они это умеют.

– Они могут забраться сюда? – прошептал Линус, не отводя взгляда от сияющих глаз.

– Сделать подкоп они могут точно.

Линуса охватил страх.

– Но куда нам деваться? До Сантионы мне ни за что не добежать.

– Там, подальше, есть река. По идее, эти существа боятся воды. Спрячься там, я найду тебя, когда смогу.

– А ты куда отправишься? – воскликнул Линус.

Ему совсем не хотелось оставаться одному.

– Я заманю их в другую сторону.

– А с тобой все будет хорошо?

Лионора кивнула. Она улыбнулась, но Линус хорошо знал эту улыбку. Он сам так улыбался маме, когда пытался скрыть правду.

Они обнялись.

– Когда я уйду, считай до десяти, – прошептала Лионора Линусу на ухо. – А потом беги в противоположную сторону. Не останавливайся, пока не добежишь до воды. Будь осторожен!

Разомкнув объятия, она выскользнула в отверстие, прежде чем Линус успел что-либо сказать. Линус выглянул в щель. Лионора встала в полный рост, и вокруг нее разлилось белое свечение. Бесчисленные серебристые глаза повернулись в ее сторону. Она светилась, как маяк. Ночные звери собирались, словно мотыльки на свет. Сначала они двигались осторожно, потом бросились вперед длинными прыжками. Каждый шаг гремел, будто обвал в горах.

В следующий миг Лионора молнией сорвалась с места. Она пронеслась над равниной, оставляя за собой хвост белого пламени. И тогда стая начала свою ночную погоню.

Линус осторожно вылез из дыры. На горизонте он видел свет – это была Лионора. Время от времени она останавливалась, поджидая своих преследователей. Как же ему не нравилось, что ей приходится рисковать собой ради него!

Он повернулся и побежал.

Он бежал быстро и долго. Ему приходилось испытывать страх и раньше, в своем мире. Но там это чаще всего были надуманные опасности, вроде страха темноты или боязни пауков. А в Хинсидесе опасно по-настоящему. Это совсем другой страх. Он заполняет каждую клеточку тела.

Земля была покрыта камнями, в темноте ничего не стоило споткнуться. Свет луны не сильно помогал. Точнее, свет лун – Линус понял это, когда посмотрел на небо. Там оказалось две луны. Как на макете планеты в башенной комнатке.

Легкие, кажется, готовы были разорваться. Подступала тошнота. К тому же Линус был голоден. Каждый вдох обжигал грудь, и ему пришлось замедлить темп. Когда он попытался бежать дальше, ноги его не слушались. Со лба струился пот, заливая глаза. Он прислонился к старой стене и перевел дыхание. Лионорин свет исчез из виду. Из-за пота все перед глазами плыло. Линус посмотрел на ночное небо. Обе луны светились серебристо-белым. «Как странно», – подумал он. Только что они были гораздо ближе к горизонту. Линус протер глаза и моргнул.

Обе луны моргнули в ответ.

Только это были не луны.

А два серебристо-белых глаза.