Едва Паулу вылезает из такси, он сразу же понимает, что перед ним. Многоквартирный дом непримечателен почти во всех отношениях, если не считать того, что он – самый куинсовский из всех зданий обширного боро, которые видел Паулу. Дом стал средоточием силы городского аватара.

Еще он ощущает покалывание – где-то поблизости поработал Враг, но почему-то, в отличие от Инвуда, эта брешь причинила меньше вреда. Паулу расплачивается с таксистом – а заплатить приходится солидно, поскольку он попросил водителя немного поездить по району, чтобы точно определить место, где была нарушена целостность пространства. Когда такси отъезжает, Паулу незаметно проскальзывает в узкий темный проход между каркасными домами и перепрыгивает через сетчатый забор, чтобы получше рассмотреть место происшествия. Старый пластиковый бассейн. От него исходит такой же едва ощутимый едкий запах, как и от заразы, поразившей монумент в Инвуде. Здесь аватару явно пришлось затратить уйму сил, чтобы удалить инфекцию решительно, точно и с такой хирургической эффективностью, что Паулу не может не восхититься. Кроме того, совсем рядом стоит дом-средоточие, и существуют, наверное, другие факторы, которые Паулу не в состоянии постичь, так что сюда вряд ли станут стекаться… паразиты.

Из дома доносится голос, что-то кому-то говорящий на китайском, и Паулу быстро уходит с заднего двора. Подойдя к четырехэтажке, он набирает номер самой верхней квартиры, намереваясь прозвонить их по очереди сверху вниз. Когда из домофона доносится женский голос, прерываемый помехами, он говорит:

– Мне нужен кто-нибудь, кто знает, что случилось с бассейном на заднем дворе в доме по соседству.

Повисает пауза. Затем голос снова неразборчиво произносит:

– [Помехи, помехи] из миграционной службы? Мы здесь на законных основаниях, и если какой-то [помехи] на нас накапал, то он может катиться к черту!

– Я определенно не из миграционной службы, не из полиции и не из какой-либо другой известной вам организации. – Паулу чуть отходит от двери назад, чтобы любой, кто смотрит в окно, мог хорошо рассмотреть его в свете уличных фонарей. Он видит кого-то у окна, но этот кто-то тут же исчезает, и Паулу не успевает его разглядеть. Возвращаясь к домофону, он размышляет, позвонить ему в ту же квартиру или этажом ниже. Затем из динамика снова доносится что-то невнятное, и входная дверь издает писк, впуская его внутрь.

На четвертом этаже приоткрывается дверь, и из-за нее выглядывает полноватая женщина лет сорока с небольшим, одетая в сари. Дверную цепочку она не снимает. Паулу видит за ней мужчину средних лет – тот воинственно хмурится, сжимая в кулаке бутылочку для кормления ребенка. Женщина тоже настроена недоброжелательно, но Паулу ее понимает. В большом городе не принято доверять незнакомцам.

Когда он доходит до верхней площадки лестницы, женщина пристально оглядывает его.

– В квартиру не пущу, – сразу же заявляет она.

– Я лишь хочу поговорить, – заверяет он. – А говорить я могу и отсюда.

Женщина становится чуть менее напряженной.

– Чего вы хотите? – раздраженно спрашивает она, говоря по-английски с акцентом. – Вы репортер? Я слышала, что кто-то упомянул о произошедшем в «Твиттере», но мне все равно с трудом верится, что вы пришли сюда из-за бассейна. Да еще и посреди ночи.

– Меня зовут Сан-Паулу, – говорит он, не ожидая, что она узнает его имя. Большинство американцев, с которыми он сталкивался, никогда даже не слышали о таком городе. Или считают, что он находится где-то в Калифорнии. – Я разыскиваю…

Женщина ахает, и он удивленно прерывается.

– Они говорили… Ого. Так вы настоящий?

Он приподнимает бровь.

– Да, самый настоящий. – Такой вопрос она могла задать лишь по одной причине. – Вы в последнее время замечали нечто ненастоящее?

Она пожимает плечами:

– Безумие. По всему городу. Но самое последнее случилось по соседству, вчера. Приходили другие люди, рассказывали безумные вещи. Они были… такие же, как вы. – Она прищуривается, глядя на Паулу так, как будто пытается разглядеть что-то, что не может сформулировать. – Даже не знаю.

– Что за люди?

– Первый… м-м-м… Мэнни? Так, кажется, его звали. С ним была Бруклин Томасон, она из городского совета. Оба высокие и чернокожие, мужчина со светлыми волосами, а женщина темноволосая. Они сказали, что наша Падмини стала Куинсом.

Итак, они начали находить друг друга даже без его помощи. Паулу не может сдержать улыбку.

– И они ушли? Вы не могли бы сказать куда?..

Она задумчиво склоняет голову набок, и ее взгляд внезапно становится пронзительным. Мужчина на заднем плане выходит вперед и останавливается прямо за ней. Стоят они почти одинаково: словно готовятся защищаться. Впрочем, главный здесь не мужчина, а женщина, и она говорит:

– А кто вы вообще такой, раз интересуетесь? Они говорили, что на них что-то охотится. Кто-то. Какая-то женщина.

По коже Паулу бегут мурашки, прямо как у камня в Инвуде и у подозрительного бассейна. Неужели Враг уже воссоздал предвестников? Складывается впечатление, будто битва во время рождения ничуть ему не навредила.

– Так быть не должно, – медленно и негромко произносит Паулу. – Впрочем… охотится. Да. Полагаю, так и есть. – Новорожденные города обычно обладают обостренным инстинктом самосохранения, потому что иначе нельзя. Если аватары Нью-Йорка считают, что чужое враждебное существо охотится за ними, то они, вероятно, правы. – Так вы сказали, их разыскивает женщина?

Она поджимает один уголок рта.

– Ну да, на женщину вы не похожи. И все же с какой стати я должна вам что-либо говорить?

– Потому что я здесь для того, чтобы помочь им.

– До сих пор вы не особо спешили им помогать.

Паулу склоняет голову, признавая это. Но он не извиняется.

– Честно говоря, я мало что могу сделать, – говорит он. – Моя задача – помочь советом. В конце концов, сражаться и выживать предстоит им. Но я даже посоветовать ничего не смогу, если не сумею найти их, – а сейчас им будут полезны любые знания. Любая помощь, какая только подвернется.

Женщина обдумывает сказанное. Паулу кажется, что искренность помогла; мнение о нем у женщины сложилось не самое лучшее, но, по крайней мере, положительное. Муж шепчет ей на ухо слова на каком-то другом языке, и Паулу даже без перевода понимает: «Ничего ему не говори, мы не знаем, что это за человек».

Женщина слегка кивает, но, когда она снова смотрит на Паулу, на ее лице появляется печальное выражение.

– Я тоже не могу ей помочь, – наконец говорит она. – Падмини – дочка моих родственников. Умная девочка, добрая, красивая, когда прихорашивается, но они послали ее сюда одну, можете в это поверить? На большее у них не хватило денег. И заботимся о ней только мы.

– Теперь у нее появились другие, на кого она может опереться, – говорит Паулу настолько мягко, насколько может. Женщина беспокоится искренне. Однако он не может ее утешить. Если племянница этой женщины действительно стала воплощением боро Куинс, то она в ужасной опасности и может не выжить. Однако кое-что Паулу может ей сказать: – Город никогда не бывает по-настоящему одинок – а этот город и подавно. Он больше похож на семью: у него много частей, они нередко ссорятся… но в конце концов перед лицом врага объединяются, чтобы защитить друг друга. Должны объединиться… или погибнуть. – Женщина смотрит на него, и печаль на ее лице сменяется восхищением. – Есть еще пятеро, которые станут для нее такой семьей. Шестеро, если вы позволите мне помочь.

После долгого молчания она издает вздох.

– Они устали, – говорит она. – Проголодались. И поехали ночевать в Бруклин… к Бруклин.

Они не должны испытывать ни усталость, ни голод. Куда ни посмотри, все в рождении этого города идет не так, как должно. Паулу подавляет вздох, но говорит:

– Может быть, это и хорошо. И если они знают, как создать защитное средоточие… – Он оглядывает стены коридора многоквартирного дома, видя его уродливые деревянные панели насквозь. В месте, защищенном таким образом, им не страшны нападения. И вместе аватары будут в большей безопасности, чем с Паулу. Он кивает сам себе. – Тогда на данный момент они втроем смогут друг о друге позаботиться. Но остаются еще двое. И они одни. – Бронкс. Статен-Айленд.

– Они сказали, что утром отправятся к Бронкс. Говорили так, словно уже знали, где ее искать.

Значит, аватару Бронкса придется отбиваться самостоятельно, пока они ее не найдут. И если остальные уже догадываются, где она, то найдут ее гораздо быстрее Паулу.

– А что насчет Статен-Айленд?

– А что насчет нее? – На лице женщины заметно сомнение. – Они говорили, что не знают, где ее искать.

Согласно «Википедии», Статен-Айленд – самый маленький боро. Географически он обширен, но живет в нем всего несколько сотен тысяч человек. Возможно, у Паулу получится найти аватар, просто арендовав машину и поездив туда-сюда по окрестностям. Города, даже маленькие, обладают огромным весом в мире. Оказавшись достаточно близко, он сможет ощутить исходящую от нее силу притяжения.

– Тогда я начну оттуда, – говорит Паулу. Он лезет в нагрудный карман и достает из-за полупустой пачки сигарет визитную карточку. Санпаульцы печально известны своим трудоголизмом; другие бразильцы шутят о том, насколько они одержимы деловыми встречами, офисными интригами и всеми атрибутами бизнеса. В карточке, которую он вручает женщине, заложена капля силы, но он не пытается ее применить. Все-таки она не из его города, а Куинс, скорее всего, очень не понравится, если Паулу станет давить на ее родственников. Он просто говорит: – Пожалуйста, когда будете говорить со своей племянницей, передайте ей этот номер. Если у нее американский телефон, то код страны будет пятьдесят пять.

Она берет карточку и хмуро смотрит на нее. На ней нет ничего, кроме написанных изящными заглавными буквами слов «МИСТЕР САН-ПАУЛУ» и номера телефона. Впрочем, между именем и номером есть еще надпись поменьше: «Представитель города».

– С какой это стати ей платить втридорога за международный звонок? Заведите себе американский телефон.

– Заставляя других признать мое происхождение, я становлюсь чуточку сильнее. – Женщина чуть отстраняется, совершенно сбитая с толку. Паулу кивком прощается с ней, с ее мужем, а затем поворачивается, чтобы уйти.

– И это все? Просто позвонить вам?

– Да. – Затем Паулу останавливается на верхней ступеньке. – Нет. Скажите ей, чтобы она скинула мне сообщение с адресом Бронкс, и я встречусь с ними там после того, как найду Статен-Айленд.

– Они говорили, что не знают точно, где Бронкс…

– Узнают. – Раз до сих пор им удавалось найти друг друга, значит, город им помогает, пусть и слабо – дает подсказки на уровне интуиции, привлекает внимание, казалось бы, к малозначительным деталям или фактам, охраняет места, где они отдыхают. Надолго их это не обезопасит, но пока что поможет. А помощь им сейчас нужна любая.

Женщина со вздохом качает головой.

– Ей нужно учиться. Работать, жить. Когда все это закончится?

– Когда они найдут основного аватара, – говорит Паулу. Но чувствует, что солгал. В городе творится что-то странное – что-то, чего он никогда прежде не видел, и о чем другие никогда не упоминали. Поэтому нельзя с уверенностью сказать, что все закончится, когда город станет целым, ведь все пошло не так, как должно. Так что Паулу поправляет себя: – Надеюсь.

Затем он отправляется на поиски самого маленького боро.