— Матрона Жиндия зовет, —  пальцы Браелина блеснули в сложной фигуре рук безмолвного языка дроу, обращаясь к охраннику, идущему в другую сторону по естественному коридору, который вел из собственно дома в камеры подземелья.

Охранник, вооруженный настоящими мечами, а не просто ножом, как у Преего, кивнул и продолжил движение в их сторону.

Уловка, похоже, сработала, когда охранник прошел прямо мимо них, при этом Браелин опустил голову и грубо маневрировал, чтобы удержать заключенного между собой и часовым. Он вздохнул с облегчением, когда часовой не заметил, что он не Преего Меларн или кто-либо другой из его товарищей по дому, и подумал, что это здорово, что так легко подражать «голосу» другого человека на языке жестов.

Путь был свободен вплоть до люка, который, однако, был заперт, и его нельзя было открыть никаким ключом, который был у Преего.

— Главный ключ у другого охранника, —  сказал Дайнин, поворачиваясь обратно в коридор.

Браелин покачал головой и упал на пол рядом с люком, сломав пломбу на связке ключей. Он согнул кольцо, чтобы еще больше разъединить концы, затем просунул один конец в замок, приложив ухо к пластине, чтобы послушать.

— У нас нет времени, —  предупредил Дайнин. —  Было бы проще убить охранника и продолжить наш путь.

Браелин не хотел этого делать, если не будет необходимости. Он все еще не был уверен, чью сторону выберет Джарлакс, если вообще выберет. Он мог только надеяться, что еще не сделал выбор за своего друга и наставника.

Он повертел металл в руках, пока не нашел что-то вроде защелки, затем внимательно прислушался, орудуя своей импровизированной отмычкой, чтобы манипулировать тумблерами.

— Он возвращается, —  предупредил Дайнин.

Браелин вскочил и толкнул Дайнина перед собой, когда охранник вошел в маленькое фойе.

— Извините за мою глупость, —  сказал охранник, доставая кольцо со множеством ключей. —  Вы не сможете выйти без этого. Я должен был подумать...

Там он остановился и склонил голову набок, очевидно, только тогда осознав, что Преего Меларн или любой другой стражник тоже знали бы об этом.

Прежде чем он смог полностью осознать это, Дайнин прыгнул на него и повалил на землю, борясь за свою жизнь.

Охранник потянулся за одним из своих мечей, но то же самое сделал Браелин, у которого были все ключи, а затем и оружие.

Он приставил острие к горлу мужчины, прекратив борьбу. Распростершись на спине, охранник отпустил Дайнина и поднял пустые руки по бокам головы. Дайнин взял свой второй меч, слезая с мужчины.

— Мы должны посадить его в камеру, —  сказал Браелин.

Вместо этого Дайнин приставил к нему меч, вогнав лезвие в горло мужчины, затем повернул его так, чтобы достать до мозга, и протолкнул глубже.

Браелин схватил его и оттолкнул в сторону.

— Что ты делаешь?

— Даю им то, чего они заслуживают, —  ответил сын Дома До'Урден сквозь стиснутые зубы. —  Только часть того, чего они заслуживают.

— Джарлаксу это не понравится.

— Джарлакса здесь нет. Джарлакс не чувствовал ни укусов змей Жиндии, ни пыток, которым подвергал нас этот охранник и все остальные, ни выражения удовольствия на их лицах, когда они это делали.

Браелин отступил назад и отпустил ситуацию... потому что он чувствовал все.

— Возьми его одежду и побыстрее. —  он покачал головой и вздохнул. —  И вытри лезвие.

Вскоре после этого они прошли через люк в главный дом и направились по коридору. К счастью, у обоих охранников были эмблемы дома, которые позволили бы им левитировать вниз с балкона в главную пещеру Мензоберранзана, если бы только они смогли туда добраться.

— Мы разделимся, когда выйдем из этого дома, —  проинструктировал Браелин. —  Ты знаешь браэрин?

— Конечно.

— Тогда доберись до Сочащегося Миконида.

Браелин сказал это почти не осознавая. Сочащийся Миконид был, конечно, обычным местом встреч для всех, кто был связан с Бреган Д'Эрт здесь, в Мензоберранзане. Но это было до того, как Браелин оказался там в ловушке —  возможно, в ловушке, устроенной самой Азлией с помощью этих несчастных суккубов.

Можно ли ей все еще доверять?

«Нет»,подумал он, качая головой, его сердце упало. Он просто не мог быть уверен.

— Я знаю это место.

— Забудь о нем, —  передумал Браелин. —  Доберись до дома До'Урден —  это неподалеку. Поговори с Матерью…

— Да, Зирит, —  сказал Дайнин. —  Я знаю.

— Но знают ли они тебя?

— Они знают меня как Дайниннэ из Богохульства. Жрица Сарибель знает меня.

— Тогда найди ее и оставайся с ней, пока я не приду к тебе и не придумаю лучший курс.

— Я когда-то служил Бреган Д'Эрт и хотел бы делать это снова, —  сказал Дайнин.

— Это дело Джарлакса и Киммуриэля, и я не знаю, где их найти. Надо добраться до Дома До'Урден, а потом уже беспокоиться о таких вещах, если мы все еще будем живы.

— Видишь, как это просто? — сказала Мать Жиндия Къернилл, когда они вдвоем стояли в личных покоях Матроны, уставившись в небольшую лужицу воды, которая показывала им обмен репликами между Дайнином и Браелином. —  Просто покажи им то, чего они больше всего хотят, и они попадутся на крючок. Как глупые рыбы.

Къернилл Кенафин кивнула и даже слегка рассмеялась в ответ, хотя любое веселье, которое она демонстрировала, было полностью наигранным. Она ненавидела эту пьесу, потому что она неизбежно еще глубже увязала в многочисленных сетях, разбросанных вокруг нее. Теперь она обманывала и безжалостную Жиндию, которая проявляла такую радость, причиняя самую ужасную агонию, и Ивоннель, которая, вероятно, была самым могущественной персоной в Мензоберранзане, обладая тайной магией, способной соперничать с магией архимага Мензоберранзана, или, что еще хуже, с магией предыдущего архимага! И с божественной магией, которая, казалось, была выше даже Верховной Матери Мензоберранзана.

Обмануть либо Жиндию, либо Ивоннель было тяжело и трудно, особенно учитывая ужасные последствия того, что ее поймают —  любая из них! И теперь она, скорее всего, окажется связанной с Джарлаксом и, что еще хуже, с Киммуриэлем Облодрой, этим самым странным и опасным псиоником. Да, обманывать Жиндию и Ивоннель, безусловно, было опасно, но обмануть Бреган Д'Эрт, или, более конкретно, Киммуриэля Облодру, было просто невозможно.

Такая плотная паутина, так много нитей, за которыми ей нужно было уследить, так много узлов, завязанных нитками, которые легко разрезать, но гораздо труднее удержать в руках...

Двое мужчин, одетых в черно-красную униформу охранников подземелья Меларнов, прошли через самые южные комнаты самых верхних этажей дома, приближаясь к балкону.

— Теперь уже скоро, —  заметила матрона Жиндия.

— Как ты можешь быть уверена, что на Браелине правильная эмблема?

— Глупец Преего пал перед Браелином, —  ответила Жиндия.

Къернилл кивнула. Поистине ужасная Жиндия отправила своего племянника в ловушку, вероятно, сейчас уже раненного, возможно, убитого, просто для того, чтобы доставить эту проклятую эмблему дома Браелину Дженкуэю.

И шпион Бреган Д'Эрт повел себя именно так, как она предсказывала. План был прост, и Къернилл должна была признать, просто элегантен, даже если ее роль в нем была не такой простой.

— Карива и ее сестры на месте? — спросила Жиндия служанку Эскавидне, которая стояла по другую сторону магического бассейна, наблюдая за всем этим с явным весельем.

Браелину показалось странным, что они не встретили никакого сопротивления на всем пути к балкону, но он не собирался проклинать свою внезапную удачу.

— Прямо в дом До'Урден, —  напомнил он Дайнину, когда они осторожно вышли на террасу. Оказавшись у перил, они отметили, что местность под ними казалась достаточно чистой —  дом Меларн был полностью построен среди нависающих сталактитовых насыпей, без каких-либо сооружений или больших сторожевых постов на дне пещеры. —  Ты идешь напрямик. Я отправлюсь на юг и встречусь с тобой там через некоторое время.

Дайнин кивнул и перелез через перила. Он отпрыгнул в сторону, коснувшись эмблемы дома, а затем медленно опустился на землю.

Браелин почти сразу последовал за ним, коснувшись эмблемы, когда сошел с уступа. Он тоже начал опускаться, но гораздо медленнее, чем Дайнин.

Дайнин коснулся земли и оглянулся, задержавшись всего на мгновение, прежде чем помчаться в сторону бульвара, называемого Променадом Ллос, нырнув в тень и вскоре скрывшись из виду.

Браелин все еще парил, едва достигнув половины высоты над землей.

Что-то было не так, что-то большее, чем медлительность его спуска. Доспехи Преего Меларна были типичной кольчугой, которую носило большинство воинов Мензоберранзана, но внезапно они стали неприятно теплыми. И неудобно тесными, становясь довольно сковывающими.

Браелин попытался снять кожаный жилет, надетый поверх кольчуги, но тот тоже стал тесен, настолько тесен, что пуговицы стало сложно расстегнуть. Хуже того, стягивающие рукава рубашки продолжали сковывать каждое его движение, и действительно, начали прижимать руки к бокам, напрягая, как будто он был скорее в оковах, чем в рубашке.

Он пытался брыкаться, потому что жар становился более чем неприятным, теперь обжигая его.

Земля была близко.

Но так же близко были и три знакомые фигуры, летящие вниз из тени под балконом, с которого он спрыгнул.

Три суккуба, смеясь над ним, приближались.

— Где другой? —  спросила та, что с поразительно рыжими волосами, когда они приблизились.

— Он убежал, —  сказала черноволосая демоница.

— Что ж, идите и приведите его, вы обе! —  взвизгнула первая. — С этим я поиграю сама.

Мысли Браелина закружились, пытаясь найти в этом смысл. Неужели на балконе не было охраны, потому что матрона Жиндия посадила под ним в ожидании трех могущественных демонов? Это казалось нелепым. Зачем ей это делать?

Только из-за меня?

Смысл был потерян во вспышке сильной боли от нагревающейся брони.

Он приземлился и побежал, все еще прижимая руки к бокам, но успел сделать всего несколько шагов, прежде чем рыжеволосая суккуб поймала его сзади.

— О, ты такой теплый, —  промурлыкала она, крепко прижимая его к себе.

Браелин быстро развернулся в этом захвате и попытался ударить злодейку головой, но она двигалась слишком быстро, и он, споткнувшись, пролетел мимо, а затем сильно ударился о землю, когда она ударила его по лодыжке. Он не смог смягчить падение и приземлился жестко и неловко.

Она снова схватила его, когда он лежал лицом вниз, и он услышал, как ее огромные крылья широко раскрылись, а затем начали хлопать.

Он поднялся в воздух, вернулся на тот же балкон, затем его затащили обратно в дом Меларн, где несколько стражников окружили его и подняли на ноги.

По крайней мере, раскаленные доспехи остыли, а его одежда снова стала свободной. Прежде чем он смог достаточно свободно шевелить руками, чтобы оказать сопротивление, они были туго заведены за спину и закованы в кандалы.

Внезапно Браелину захотелось, чтобы доспехи все еще жгли его, чтобы они просто убили его и покончили с этим. Потому что он снова был пленником матроны Жиндии, и он не сомневался, что недолго пробудет в таком благословенном состоянии.

Она была Мал'а'воселль Амвас Тол из дома Амвас Тол из самых ранних дней Мензоберранзана, —  сказала служанка Йеккардарья матроне Мез'Баррис Армго и собравшимся во Втором доме города. — Они не прислушались к слову нашей Госпожи Ллос, став одной из первых и величайших ересей ранней эпохи. Эта, их мастер оружия, была, возможно, величайшим воином Мензоберранзана, и она только улучшила свои навыки за столетия, что служила нам в качестве драука.

— И все же Малагдорл победил ее, —  ответила Мез'Баррис, обратив восхищенный взгляд на могучего воина.

— Он победил, и его подвиг не остался незамеченным.

— Он величайший воин в городе, —  похвасталась матрона.

— Возможно, —  сказала Йеккардарья, и матрона Мез'Баррис ощетинилась, но все же знала, что лучше не бросать вызов служанке Ллос. — Но, без сомнения, придут и другие великие воины. Но да, нет ни мастера оружия, ни мастера Мили-Магтира, который мог бы сравниться в мастерстве с твоим Малагдорлом.

— Расскажи об этом леди Ллос, если хочешь, —  сказала Мез'Баррис, все еще с ноткой обиды в голосе.

— Она знает. Вот почему я здесь, по ее просьбе, чтобы поздравить тебя и этого великого воина.

Мез'Баррис улыбнулась.

— И даровать Малагдорлу Армго титул мастера оружия Мензоберранзана, —  продолжила йоклол. — Теперь он вне твоего Дома, Матрона Мез'Баррис.

Вспышка тревоги промелькнула на лице Мез'Баррис, и если у кого-то и были сомнения по поводу ее любовных свиданий с этим великим человеком, ее внуком, то они, несомненно, уменьшились после ее реакции.

— Малагдорл теперь оружейный мастер Мензоберранзана, —  объявила Йеккардарья.

— Он служит Дому Баррисон Дель'Армго! — настаивала Мез'Баррис.

— Он знает, Мать, знает, —  заверила ее йоклол.

Замешательство матроны было очевидно.

— Я никогда не слышала о таком титуле, как этот.

— В городе есть верховный маг Тсабрак, Первая Жрица храма Богини, и Верховная Мать, —  напомнила Йеккардарья.

— И все трое на стороне еретиков!

— К их безумию. На данный момент Малагдорл Армго —  мастер оружия города, истинное воплощение боевого духа Мензоберранзана. — Она прошла мимо трона Мез'Баррис и подошла к большому мужчине. — Более того, Малагдорл Армго теперь признан Воином Ллос.

Малагдорл улыбнулся и кивнул, казалось, вполне довольный титулом, а еще больше самим собой.

— Скольких ты убил на этой войне? — спросила его Йеккардарья.

— Двадцать три. —  заговорив, он бросил хмурый взгляд на волшебника Кайтейна, словно предлагая мужчине поспорить с цифрой.

— Впечатляет, —  промурлыкала Йеккардарья. — Даже без убийства Мал'а'воселль Амвас Тол.

— Если бы мне была предоставлена свобода, о которой я мечтаю на поле боя, их было бы в десять раз больше.

— Без сомнения. Но если наши враги найдут какой-нибудь способ победить Малагдорла, их радость будет даже больше, чем наша при падении Мал'а'воселль. Мы никак не можем дать им этого. Ты согласна, Мать Мез'Баррис?

Матрона сидела на своем троне, казалось, ошеломленная всем этим разговором, и просто кивнула. Малагдорл, однако, издал почти дикое рычание.

Йеккардарья захихикала, приподнялась на цыпочки, поцеловала его и прошептала: «Ллос сделает из тебя бога».

— Мы официально отметим это в доме Меларн, —  сказала Йеккардарья Мез'Баррис. — В течение десяти дней. Вместе с этим придут великие дары, которые улучшат его броню, укрепят его тело, предоставят ему магическую защиту и проницательность. Ты только начал свой путь, Воин Ллос. Только что, — закончила она и снова поцеловала его.

Он обнял ее одной рукой и приподнял над полом.

Напротив сидела Мез'Баррис с улыбкой на лице. Честь, оказанную ее дому, нельзя было недооценивать.

Но, наблюдая, как Йеккардарья страстно целуется с Малагдорлом, в ней закипела убийственная ярость, ревность пронзила ее насквозь.

Хотя и бесполезная. Это была Йеккардарья, одна из любимых служанок Ллос. Чего бы она ни захотела, матрона Мез'Баррис должна была это отдать.

Они уложили его на пол, его проклятый наряд приковал его руки к месту. Он мог поворачивать голову и двигать ногами, но очень старался этого не делать, поскольку по обе стороны от него стояли жрицы, третья у его ног, четвертая у его головы, все держали плети и пристально наблюдали за ним, явно желая причинить немного боли.

— Мои сестры возвращаются, —  сказала рыжеволосая суккуб Матроне Жиндии. — Другой сбежал.

— Куда?

— Возможно, он прыгнул в Западный разлом, —  сказала дьяволица.

Жиндия подбежала и оттолкнула в сторону жрицу слева от Браелина. — Ты понимаешь, чего мне это стоило? —  набросилась она на Браелина. — Ты понимаешь, что сейчас объявил о намерениях Бреган Д'Эрт? Мужайся, глупец, ибо ты останешься в живых достаточно долго, чтобы увидеть, как их всех —  Джарлакса, Киммуриэля, Дзирта и Дайнина —  предадут Проклятью Мерзости. И ты уже будешь там, в таком состоянии, как слуга Ллос.

Ее улыбка была совершенно порочной, и Браелин изо всех сил старался скрыть свое отвращение и ужас, не желая доставлять ей такого удовольствия.

Он подозревал, что у него ничего не получается.

— Но ты бывал здесь раньше, Браелин Дженкуэй, и в этом самом доме, не так ли? О, я помню. А ты? То, как ты плакал и визжал, когда твои ноги раздваивались? Как ты булькал и кричал, когда твой живот раздувался?

Браелин с трудом сглотнул.

— На этот раз мы сделаем это публично, чтобы все увидели твою слабость, чтобы все увидели, что ты стал настоящим символом дьяволов, которые относились к Паучьей Королеве с таким презрением.

Он сжал челюсти, борясь со страхом. Он подумал об Азлии —  неужели она действительно сделала это с ним? Нет, он не мог в это поверить.

— Ты готов к своему выступлению? — поддразнила Жиндия. — Я переполнена силой Ллос, так хочу начать!

— Мы должны позволить этому стать другим, матрона Жиндия, —  раздался голос из-за трона.

От этого двусмысленного заявления у Браелина закружилась голова. Он вытянул шею и сумел разглядеть говорившего, и даже позволил себе немного надежды, когда увидел, что это служанка, которую Жиндия назвала Эскавидне.

— У нас здесь игра на будущее, —  объяснила Эскавидне.

— И я одержу победу в ней, —  огрызнулась в ответ Жиндия.

— Я прошу тебя обдумать предложенный тебе более долгий сценарий игры, если ты отдашь этого агента Бреган Д'Эрт матроне Мез'Баррис для публичного исполнения Проклятия Мерзости, —  сказала Эскавидне.

Браелин осекся. Он осмелился надеяться, что она имела в виду еще одну жертву, а не очередного мучителя.

— Мастер оружия Малагдорл был назван Воином Ллос —  теперь он мастер оружия всего Мензоберранзана, чемпион самой Паучьей Королевы.

— Тогда Мез... Матроне Мез'Баррис уже досталось больше славы, чем она заслуживает, —  выплюнула Жиндия. — Я —  принцип этой войны. Я та, кто выступила вперед, чтобы защитить честь Паучьей Королевы, когда еретики…

— Мы играем в долгую, матрона Жиндия, —  перебила Эскавидне. — Единственная ценность этого человека, который не Дайнин До'Урден...

Браелин ожидал, что Жиндия плюнет в него, или ударит ногой, или, по крайней мере, зарычит при напоминании о пропавшем пленнике, но она удивила его своим спокойствием, просто кивнув, когда Эскавидне продолжила. — Он друг Джарлакса и высокопоставленный агент в Бреган Д'Эрт, которые являются опасными врагами, особенно учитывая их связи с Дзиртом До'Урденом и его другом, королем дворфов.

— Они против нас, и мы не хотим их видеть здесь, —  сказал Жиндия.

— Они —  да, а насчет нас ты ошибаешься, —  уточнила Эскавидне. — Однако подумай: Матрона Мез'Баррис дарует проклятие, тогда ваш союз будет полностью скреплен. Мы обе понимаем, насколько важен дом Баррисон Дель'Армго для нашего альянса во имя Ллос. Пусть она проклянет его и выставит напоказ, затем пусть Воин Ллос сразит его на дуэли, тогда ты сможешь вернуть его из мертвых в качестве драука-нежити перед ликующей толпой. Те, кто участвует в Богохульстве, помнят момент своего превращения в драуков, но еще лучше они помнят годы, десятилетия, столетия, которые они служили в Бездне в качестве нежити-игрушек для Ллос. И толпа запомнит заключительный акт, а не начальный.

Жиндия издала негромкий звук, и он не был радостным.

— Я должна убирать за Матроной Мез'Баррис?

— Подумай подольше. Это зрелище, которое я описала, очень тесно свяжет ваши дома.

— И Мез'Баррис захочет стать Верховной Матерью.

— Как и все матроны, конечно. Будь спокойна, зная, что Ллос этого не допустит, —  заверила ее Эскавидне. — Но Матрона Мез'Баррис, напоминаю тебе, —  будет удовлетворена, как и ты. Возможно, несколько другими способами.

— О чем ты говоришь? —  потребовала ответа Жиндия, в ее тоне сквозили одновременно раздражение и заинтригованность.

— Ты действительно веришь, что Нарл'дорлтирр подходит на роль мастера оружия Первого дома Мензоберранзана?

Браелин увидел, как мужчина сердито и неловко заерзал на троне напротив служанки. Мужчина рядом с ним, которого Браелин знал, как патрона Сорнафейна, улыбнулся, но лишь на мгновение, когда Эскавидне прямо добавила:

— Или Сорнафейна как Отца твоего Дома?

Браелин посмотрел на Жиндию, ожидая реакции. Единственное, что он знал об этом доме, это то, что Жиндия на самом деле любила Сорнафейна, судя по всем отзывам и наблюдениям. Он был единственным, кого, как известно, она любила, кроме власти и Ллос.

— Следи за своими словами, —  сказала она, а затем, чтобы свести к минимуму любую угрозу служанке Ллос, добавила:

— Я умоляю. Ты была там, когда смертельные раны Сорнафейна были исцелены силой Ллос. Он достоин и не заслуживает смерти или проклятия.

— Итак, если бы я сказала тебе сделать из него драука, ты бы сделала?

Жиндия прикусила губу, поколебалась, жалобно посмотрела на своего возлюбленного и послушно сказала: «Конечно».

— Ну, не бойся, —  заверила ее Эскавидне. — Сорнафейн достаточно достоин, и ты сможешь играть с ним, когда захочешь. Ты даже можешь продолжать официально считать его покровителем Дома. Но тебе следует рассмотреть все возможности, матрона Жиндия.

Жиндия покачала головой, явно сбитая с толку.

— И укреплении твоего союза с матроной Мез'Баррис, которая примет твое восхождение к роли Верховной Матери, —  объяснила Эскавидне и прямо добавила:

— Какая слава придет к тебе и Дому Меларн, когда ты родишь ребенка от Малагдорла Армго, мастера оружия Первого дома Меларн?