Все произошло так быстро, что я даже не успела закричать. Секунду назад я думала о том, нравлюсь ли Рогану и как мне к этому относиться, как вдруг все закружилось и завизжало — просто ужас!

Роган кричал, но его голос утонул в звуках от довольно ощутимо сработавших подушек безопасности. Нас столкнуло с дороги с силой, подобной урагану. Казалось, мать-природа окончательно съехала с катушек и смахнула нашу машину как назойливую муху. Я и так была напугана и дезориентирована, а тут машина еще и угрожающе накренилась, и мы кубарем скатились по насыпи к крутому склону с высокими деревьями.

По ощущениям, я как будто застряла на каком-то адском аттракционе. Меня безжалостно дергало и толкало во все стороны, а в желудке все переворачивалось в такт с машиной. Стекло разбилось и рассыпалось по мне. Я пыталась прикрыть лицо, мельком взглянула на небо в сумерках, но оно тут же снова куда-то делось в круговороте грязи и обломков, которые сыпались со всех сторон.

С каждым кошмарным кувырком машины у меня вырывался странный звук, похожий на хрюканье. Казалось, все происходит так быстро, что крик застрял в горле и встал комом.

В глазах плясали темные пятна, но как только они начали расползаться на все поле зрения, мы во что-то врезались с тошнотворным стуком и визгом погнутого металла, а затем резко остановились.

От столкновения кости трещали и как будто раскалывались на части. Машина затряслась и осела на, как мне показалось, ствол дерева или валун. Боль пронзила тело, притупив все чувства, и я вяло заморгала, осознав, что повисла вниз головой. Локоны падали на лицо, что-то теплое медленно стекало с головы по волосам. Наконец меня отпустил крутящий момент жесткого падения, но застрявший в глотке крик растворился, и с губ сорвался лишь бессвязный стон.

Вокруг меня раздавались щелчки и хлопки: то, что осталось от машины, оседало все ниже. Я была способна в тот момент только дышать. Вдох — выдох. Вдох — выдох.

Я втягивала воздух в легкие, не обращая внимания на уколы в ребрах, и выдыхала, пытаясь очистить разум и придумать, что делать дальше. В голове вспыхивали вопросы о том, что это было и как все произошло, но я отбросила их и сосредоточилась на первостепенных проблемах.

— Роган? — жалобно пискнула я.

Вытянув руку, я попыталась отодвинуть мешающие видеть ткань подушки безопасности, волосы и грязь. С болезненным стоном я изо всех сил старалась исполнить задуманное. А Роган не отвечал. Внутри меня нарастала паника.

Мне нужно было время, чтобы прийти в себя. Я почему-то чувствовала, что оказалась на заднем сиденье, хотя знала, что по-прежнему пристегнута на пассажирском, так же как до нашего избиения матушкой-природой.

Приборная панель превратилась в бесформенное месиво. Земля и трава торчали там, где раньше было лобовое стекло. Я обернулась к Рогану, и словно в знак протеста в голове раздался яростный звон. В глазах все расплывалось, и я заморгала, стараясь сфокусироваться. Потрогав голову, почувствовала предательски теплую и влажную кровь.

— Роган? — умоляюще позвала я снова.

Я пыталась развеять туман в голове, но от этого она разболелась еще сильнее. Зато от боли обострилось зрение, и я сосредоточилась на неподвижной фигуре Рогана, свисающей с сиденья на ремне безопасности. Я снова позвала его, но он даже не шелохнулся.

— Только живи, — в отчаянии повторяла я, пока пыталась освободиться от туго натянутого ремня безопасности, чтобы проверить, как там Роган.

Я изо всех сил нажала на защелку ремня безопасности и тут же упала на землю со шлепком и удивленным писком. Оттуда, где я висела, до места, куда рухнула, было не больше полуметра, но по ощущениям это напоминало падение со скалы. Я дышала сквозь боль, которая пульсировала внутри, и умоляла ее утихнуть. Слабая вибрация волнами расходилась по земле и траве на месте лобового стекла, и от этого волосы у меня на руках встали дыбом. Я не знала, в чем дело, но нутром чуяла, что худшее, возможно, еще впереди. А может, так воспринималось внутреннее кровотечение.

Магия скапливалась у меня в груди сама по себе, будто тоже почувствовала какую-то угрозу. Вздохнув с облегчением, я пропустила ее сквозь себя, чтобы исцелить полученные травмы. Сдерживая крик, я чувствовала, как сантиметр за сантиметром срастается раздробленное ребро. Слезы брызнули, когда оно — казалось, прошла целая вечность, — наконец-то срослось. Одно готово, еще три. При мысли о том, что придется вынести еще больше мучений, пока себя исцеляю, я уже было начала перебирать в голове самые быстрые способы отключиться. Однако я знала, что не могу так поступить. Придется это вытерпеть. И я должна быть готова ко всему, что произойдет дальше.

Когда я разобралась с последним сломанным ребром, в голове все плыло от адреналина, а во рту появился соленый привкус. Казалось, что меня вот-вот вырвет. На этот раз я не прерывалась на отдых, а сразу же перешла к заживлению сломанных пястных костей и большеберцовой кости правой ноги. Кожа была липкой от болезненных ощущений, словно сочившихся из пор.

— Почти готово, — прорычала я себе под нос, чтобы то ли подбодрить, то ли предупредить, что это еще не конец.

Когда кость ноги выскочила из неестественного угла и выпрямилась, крик сдержать не удалось. Но, к счастью, это было самое худшее. Далее с облегчением я почувствовала, как позвонки радостно затрещали, словно я только что вышла от любимого мануального терапевта. Головная боль немного унялась, зрение прояснилось, а неутихающая боль во всем теле начала притупляться. Я вся была в синяках; почти уверена, что заработала сотрясение мозга, но с этим я могла справиться сама, пока не прибудет помощь.

Теперь я направила чары на Рогана. Слезы навернулись на глаза, когда я почувствовала, что он жив. С облегченным выдохом и с помощью магии я принялась исцелять то, что у него треснуло и сломалось. Я вытащила сломанное ребро из легкого, убеждая его встать на место. Однако я не могла сдержать беспокойство, пронзившее меня из-за его травм. Я исподволь чувствовала их, но понимала, что исцелить их мне не под силу. Мне не заставить его легкое снова раздуться и не остановить кровотечение, которое ощущалось в его груди и животе. Но если я смогу вытащить его из машины и привести в сознание, возможно, он сам справится со своими внутренними повреждениями.

С неохотой я отозвала свои чары и принялась осматривать разбитую машину, чтобы вытащить оттуда Рогана. Я поискала телефон, но нигде его не увидела. Поразмыслив о том, стоит ли пытаться спустить Рогана самой, я побоялась, что его бессознательное тело придавит меня так, что я не выберусь. Ощущение опасности не покидало меня — то ли потому, что нам действительно еще грозила опасность, то ли во мне зашкаливал адреналин из-за случившейся аварии. Раньше я никогда в них не попадала, так что понятия не имела, чего ожидать.

Проклиная себя, я оставила Рогана висящим без сознания. Затем пробралась между сиденьями к разбитому заднему окну со стороны водителя. По пути стекло врезалось мне в руки, но избежать этого было невозможно. Когда я вылезла через окно, ветер завывал все так же жутко. Все это еще больше стало напоминать предупреждение, но я не знала, как его истолковать.

Я вытащила ноги из машины. Ночной воздух остудил кровь, которая текла из раны на голове. Небо стало темно-синим, а горизонт переливался оранжевым, желтым и красным. Солнце почти скрылось, но света было достаточно, чтобы увидеть: машина каким-то образом прокатилась мимо множества деревьев, пока неминуемо не врезалась в толстый ствол.

Я видела границу леса и основание насыпи, которая, как я заметила, тянулась примерно на шесть метров вверх к дороге. Даже если мне не удастся поймать проезжающую мимо машину, может быть, я смогу вернуться к ликанам. Не думаю, что мы уехали далеко оттуда. А может, лучше сначала отыскать телефон и вызвать помощь? Вероятно, так выйдет быстрее.

Я на время забыла все варианты и сосредоточилась на Рогане. На удивление, окно с его стороны осталось целым. Я подумывала разбить его, но не знала, смогу ли вытащить массивное, мускулистое тело Рогана через столь небольшое отверстие.

Запах бензина и жженой резины распространялся вокруг. Ничего вроде бы не горело и не дымилось, но внутри меня пульсировало неясное ощущение того, что следует поторопиться.

Я подергала ручку водительской двери, но, поврежденная, дверь не открылась. По рукам струилась кровь из порезов, которые появились, пока я выползала из машины. Я пыталась придумать, как вытащить Рогана из того, что осталось от разбитого и перевернутого внедорожника. С моей стороны машина была практически обернута вокруг дерева.

Ничего не приходило в голову. Дрожь пробежала по спине, когда я поняла, насколько серьезными были повреждения. Удивительно, что мне не досталось еще сильнее, судя по разбитой машине.

Роган по-прежнему был без сознания, и я огляделась вокруг в поисках того, что помогло бы вытащить его.

И тут я заметила пару рогов, покоящихся на земляном холмике, — должно быть, он образовался из-за скатившейся машины. Я воззвала к ним, и с помощью чар они вместе с крупным черепом выбрались из земли и поскользили ко мне. Это был череп бизона, который я заказывала у Риггса. Должно быть, он вылетел из машины во время аварии. Я призвала к себе всю костную материю в округе, и в мгновение ока все, что я заказала у ликанов, свалилось в груду рядом со мной.

Рассматривая кости, я пыталась понять, как можно их использовать себе на благо. Лампочка в голове буквально погасла. Я приказала костям ноги оленя, которые собиралась использовать для чая официантки, принять другую, нужную мне форму. Лучевая и локтевая кости, действуя по моей магической команде, разделились так, чтобы с одной стороны появился острый, гладкий угол. Я вставила этот край кости в стык двери, чтобы он вклинился туда и помог мне открыть дверь.

Я схватилась за ручку и, по команде на счет три (будто у меня тут была группа помощников, а не одна я со своими чарами), изо всех сил дернула дверь и одновременно направила всю магию в кости. Дверь начала поддаваться с недовольным лязгом. Я вложила до капли все силы, какие у меня были, в руки и чары. Решительный натужный визг прорывался сквозь стиснутые зубы, пока я боролась с дверью, отказываясь ей уступать.

Мне послышалось, что за спиной по склону осыпалась земля. Но я не обратила на это внимания, сосредоточив все усилия на том, чтобы открыть машину с водительской стороны и вытащить Рогана. Руки горели от натуги, а головная боль, от которой, как мне казалось, я избавилась, вернулась с удвоенной силой. Но я не сдавалась, дергая помятую дверь изо всех своих физических и магических сил. Хлопки, треск и скрежет металла по металлу заполнили все вокруг, и вдруг дверь распахнулась.

Потеряв равновесие, я завалилась назад, но в тот момент синяки на заднице беспокоили меня меньше всего. Я встала на четвереньки и как можно скорее забралась в машину, чтобы освободить Рогана.

Прижав пальцы к его шее, я проверила пульс и убедилась, что маг жив. Когда я почувствовала под подушечками пальцев ровное биение сердца, то чуть не задохнулась от внезапных рыданий. Слезы рекой полились по щекам. Но стоило потянуться к защелке его ремня безопасности, и я уже с уверенностью могла сказать, что шок и оцепенение начали меня отпускать.

Все то же неприятное чувство, призывавшее поторопиться, тяготило меня. Отстегнуть ремень Рогана оказалось не так просто, как мой, и от этого я недовольно буркнула. Я подергала ремень, но он был очень туго пристегнут и отказывался отпустить пленника из своих защитных когтей. Тогда я призвала на помощь челюсть белого медведя и попыталась перепилить ремень его зубами, но и это не сработало.

Мне надо было спешить, я это нутром чуяла. Перестав дергать ремень безопасности, я принялась обыскивать Рогана. Похлопав по его карманам, я вздохнула от облегчения, когда нащупала то, что искала. Пришлось слегка отодвинуть его плечом, чтобы залезть в передний карман джинсов.

— Дурацкие узкие штаны, — ворчала я, изо всех сил пытаясь просунуть туда руку. — Дурацкая накачанная задница с чересчур узкими штанами.

Ухватив украшенный драгоценными камнями нож, которым Роган раньше пользовался, я засунула другую руку еще глубже в его карман.

— Что это ты делаешь? — хрипло пробормотал Роган.

А я в тот момент еще сильнее прижалась к нему, чтобы скорее вытащить из кармана нож. Вздрогнув, я ахнула от изумления, совершенно не готовая к тому, что он внезапно очнется.

— Что я делаю? — фыркнула я, ощутив кончиками пальцев холод металла.

«Еще немного!»

— Такое ощущение, что ты пытаешься засунуть руку мне в штаны, — невнятно отметил Роган.

В его голосе послышалась тревога, и я саркастически фыркнула в ответ:

— Ага, ты меня подловил! Это же идеальный момент, чтобы поразить тебя своими навыками ручной работы. Попался! — взволнованно выпалила я, обхватив пальцами нож и выдернув его.

— Что случилось? — хрипло спросил Роган.

Его замешательство подпитывало нарастающую внутри панику.

— Мы попали в аварию, — сказала я, глядя ему в глаза. — Я срастила все кости, какие смогла, но…

— У тебя кровь, — сказал он и вытер ровную струйку, медленно стекавшую у меня по лицу.

Его зеленые глаза вспыхнули в недоумении и замешательстве, перераставшими в ярость.

— У тебя тоже, — выдала я, увернулась от его руки и снова принялась за дело.

Лезвие ножа выскочило с резким щелчком, и я тут же прижала его к ремню.

— Держись, — приказала я, готовясь с усилием распороть сетчатый полиэстер.

Однако нож оказался чертовски острым и разрезал ремень, как масло. Роган навалился на меня раньше, чем успел зацепиться за раму разбитой машины.

Я вылезла из тесного пространства и вытащила его вслед за собой. По пути я старалась не обращать внимания на дрожь и неприятное ощущение внутри. Но по земле, на которой я стояла на коленях, раскатывался тот же странный грохот, и казалось, будто он кричит мне: «Твое время истекло!» Как только это ощущение прошло, взгляд Рогана забегал по всему вокруг. Лицо его исказил гнев, тут же сменившийся болью. А когда я пыталась помочь ему выбраться из машины, у него вырвался мучительный стон.

— Леннокс, беги, — буркнул Роган, отталкивая меня.

— Что за?.. — озадаченно возразила я, потянув его еще сильнее.

— Беги! — отрезал он. — Нас пытаются окружить.

В панике я резко вздернула голову и огляделась вокруг.

— Кто? — осведомилась я, ничего не разглядев.

— Обходчики! — рявкнул он с тревогой.

Вицинальные маги. В сознании всплыла подсказка с занятий, которые не казались мне важными в детстве. И тут до меня дошло. Бешеный порыв ветра, который сбил нас с дороги, странный поток, вибрирующий в земле, и ощущение, что у меня мало времени. На нас напали обладатели магии стихий, и они постепенно сжимали вокруг нас свое кольцо.

— Какого черта! — вырвалось у меня, когда я сильно дернула Рогана и вытащила его из машины.

И тут же мне вспомнился урок, когда я еще была подростком. Я слышала голос бабушки, которая рассказывала нам об истории сражений между магами и о том, как они проходили. Помню, как притворялась, будто увлечена этим не меньше Тада, когда она в красках описывала, как воевали разные группы ведьм. А когда он спросил, почему маги не сражаются на дуэлях, как в былые времена, бабушка сказала:

— Битва один на один уравнивает шансы. Но никто не любит проигрывать, головастик, поэтому маги предпочитают брать количеством. — Она объясняла так, будто никогда в жизни не рассказывала более захватывающей истории. — Маги предпочитают окружать и атаковать, создавая силу или сеть, которая будет отражать чары других ведьм. Так магия становится еще мощнее и смертоноснее, — говорила бабушка, изображая бой на мечах. — В сети неважно, достигнет ли цели ваш магический удар или атака. Магия отскакивает внутри круга, пока не попадет в кого-нибудь, либо пока партнер-маг не объединит ее силу со своей, и БУМ! — воскликнула она, и мы с кузенами подпрыгнули от неожиданности.

Бабушкин голос затих; мое сознание заполнил детский смех. Чувство утраты накатило так резко, что стало трудно дышать. Я помнила, как она говорила нам: обычно ведьмы не питаются силой друг от друга. Наши чары принадлежат только нам, но ведьмы и ковены нашли способы обойти правила. Тогда-то я и узнала: амулеты, которые защищают и временно связывают магов с партнером в группе, изменили правила игры в том, что касалось сражений. И теперь нам с Роганом предстояло на собственном опыте узнать, почему не стоит оказываться в центре подобной сети.

Страх охватил меня. Я чувствовала себя загнанной в угол добычей, которая лихорадочно ищет выход. Роган и я не были совсем беззащитны, но чтобы уравнять шансы и переиграть их правила, нам нужно было уничтожить защитные амулеты этих магов, прежде чем наши чары подействуют на них. Когда на тебя нападают со всех сторон, как-то быстро все становится сложнее и смертоноснее!

Я хотела спросить, кто они и почему так с нами поступают, но в тот момент это не имело значения. Связаны ли они с похищениями или это просто ковен разбойников — разбираться со всеми вопросами будем уже после того, как выживем.

А сейчас главное — не дать им встать в строй.

В голове зазвучали начальные биты песни «Строй» Бейонсе, но времени на то, чтобы дать пять моему странному чувству юмора, не было. Требовалось придумать какой-нибудь план.

Роган дотянулся до меня оттуда, где мы сидели в грязи рядом с искореженной машиной. С трудом дыша, он положил теплую руку мне на предплечье. Я вспомнила, что его легкое повреждено из-за реберной кости, которую я вытащила и вправила до того, как он проснулся. Отчетливое покалывание чар, перетекающих в меня, распространилось по всему телу.

Магия крови просачивалась в мои вены, циркулировала в желудке и проясняла сознание. Пульсация в висках и глазах пропала, и я сделала глубокий благодарный — и безболезненный — вдох. Синяки по всему телу исчезали, прихватывая с собой оставшуюся боль и онемение. Медленный непрекращающийся ручеек крови, стекавший по моему лицу, остановился. Щека похолодела, и я почувствовала, что Роган будто бы заткнул утечку моей энергии.

Сделав все, что было в его силах, он отозвал чары. Мы смотрели друг на друга. Осознание тяжести ситуации, в которой мы оказались, оседало вокруг нас. Я буквально ощущала привкус чужой злобной магии в свежем ветерке, который гулял между деревьями. Протянув руку к Рогану, я убрала прядь черных волос с лица, насладившись их мягкостью, а затем отодвинулась и встала.

— Приведи себя в порядок, — приказала я, внезапно ощутив, что чувства притупились, будто я активировала неведомый боевой режим.

Оценив обстановку, я пыталась обнаружить позиции атакующих магов. Они передвигались бесшумно. Я чувствовала не меньше дюжины, и больше половины из них стояли на месте, выжидая, пока остальные окружат нас.

— Я задержу их, пока ты не наберешься сил и мы не выясним, чего, черт возьми, они от нас хотят, — уверенно прошептала я.

Роган изучающе окинул меня зеленым взглядом, будто вдруг увидел меня в другом свете. Он моргнул, и этого взгляда как не бывало. Кивнув мне в знак согласия, он закрыл глаза и приступил к исцелению своих ран. Я не была уверена, что он справится со всеми внутренними повреждениями. Конечно, обе наши силы имели довольно внушительную власть над всем, что творится с человеческими телами, но мы не были бессмертными или неуязвимыми. Всякое бывает. Маги умирают. В конце концов, неважно, какая у тебя магия или насколько ты силен: когда приходит смерть, ее не остановить.

Волнение сбило все внимание, и я постаралась его отогнать. С Роганом все будет в порядке, строго сказала я про себя. Мы со всем справимся. Все будет хорошо.

Вдалеке раздался треск ветки. Этот звук укрепил мою решимость и разжег ярость. Я понятия не имела, кем были эти маги, но пришло время заставить их пожалеть о том, что они связались с нами.

Я призвала заостренные осколки костей ног карибу, которыми недавно открыла дверцу машины. Они прилетели мне в руки, готовые к тому, чтобы стать оружием. Разломив кости дикого кабана на мелкие острые кусочки, похожие на зубочистки, я разбросала их вокруг нас с Роганом. Скелеты белок, кроликов и других лесных существ усеивали лес вокруг нас, и я повелела им рассыпаться в прах.

Оставшиеся маги вставали на свои места; мне нужно было действовать быстро, но осторожно. Я знала, что у них установлена защита, но они не могут оградиться от всех видов магии. У одних амулетов есть свойство ослаблять другие, и чем больше их надеть, тем слабее они становятся. Может быть, мне удастся обойти внешнюю защиту и выиграть для нас немного времени.

Я осторожно подняла прах от скелетов давно умерших лесных существ и создала около нас с Роганом круг радиусом примерно в три метра. Когда маги попытаются к нам приблизиться, им придется пройти через прах. Среди них был по крайней мере один могущественный обходчик ветра, и если он поступит так, как я рассчитывала, то сыграет в мою пользу.

Я пыталась отыскать в памяти хоть какие-то подробности об этой ветви магии в надежде на то, что смогу придумать запасной план на случай, если все пойдет не совсем так, как я задумала. Я знала, что вицинальные маги в волшебном сообществе составляют большинство. У многих из них способности разбавлены, и они едва могут управиться с одной стихией, не говоря уже о большем. Это определенно было нам на пользу. С другой стороны, судя по силе ветра, который снес нас с Роганом с дороги, мы имели дело со вполне подготовленным ковеном обходчиков.

Я выставила свои магические щупальца, чтобы убедиться в том, что больше никаких сюрпризов не будет, и не ощутила вокруг нас больше никаких отзвуков магии, кроме тех, которые излучали вицинальные маги. Нам предстоит сражаться со стихиями, и это не очень хорошо. Зато, по крайней мере, можно не опасаться многоуровневой магической атаки.

«Спасибо, блин, хотя бы за это!»

Уловив едва слышное движение позади, я развернулась, чтобы вырубить любую тварь при помощи магии. Адреналин зашкаливал, но это оказался всего лишь Роган. Он выглядел в миллион раз лучше, но теперь я хотела врезать ему — напугал меня до чертиков. Он встал рядом со мной, и в твердом зеленом-как-мох взгляде не было ни капли сожаления о том, что он вот так подкрался к девушке.

— Вы нарушили закон о сотрудничестве 1847 года! — прокричал Роган в темноту, и я подпрыгнула, совершенно не готовая к тому, что его голос разорвет ночную тишину. — Вы напали на нас без повода и предупреждения, что является нарушением закона о ведьмах и наказуемым преступлением.

Пока Роган изображал адвоката и заявлял протест происходящему, я внимательно осматривалась. Я не была уверена, что это принесет хоть какую-то пользу, ведь теперь нас окончательно окружили и явно хотели причинить нам вред, но откуда мне знать? Я лично думала, что лучший выбор для нас — партизанская война, но, возможно, нам следовало это сначала пообсуждать. При этой мысли я закатила глаза. Они вот так запросто столкнули нас с дороги вниз по насыпи на скорости сто километров в час. И чего Роган от них ждет? Что они признают вину и уберутся восвояси?

— Может, еще сходишь к Карен и попросишь поговорить с менеджером? Если так, то каждый сам за себя, — раздраженно прошептала я.

Я ждала, что напавшие на нас пропустят мимо ушей все его попытки пристыдить их и заставить сдаться и… нападут на нас.

На удивление, ничего не происходило.

В воцарившейся напряженной ночной тишине даже сверчки не осмеливались заводить свои песни. Меня наполняло ожидание, каждый удар моего колотящегося как бешеное сердца отдавался в мозгу, подобно стуку военного барабана. Я ждала, что будет дальше, задержав дыхание: даже вдохи и выдохи казались слишком громкими и губительными.

— Наказуемым преступлением? — откликнулся ровный уверенный голос.

Тут в тусклом свете восходящего полумесяца из сумрака в одно мгновение проявился круг обступивших нас магов в золотисто-желтых плащах с капюшонами. Взявший слово первым как ни в чем не бывало продолжил:

— Даже если так, сомневаюсь, что хоть кто-то будет возражать против того, что пятно Кендриков сотрется с материи волшебного сообщества.

Я дернула рукой, и разбросанные вокруг нас осколки костей медленно поднялись. Атаковать я не стала: маленькие снаряды, скорее всего, не пробили бы защитные амулеты — у меня на них были другие планы. Человек в плаще поднял руку и откинул капюшон, скрывающий лицо.

Гладкая смуглая кожа, бритая голова и короткая опрятная черная бородка, обрамлявшая квадратный подбородок мага. Полные губы изогнулись в насмешливой улыбке, а карие глаза смотрели на Рогана так, что я сразу поняла: эти двое были знакомы. Но это не означало ничего хорошего. Маг протянул руку и лениво взмахнул ладонью: мощный порыв ветра обрушился на нас с Роганом и отбросил на землю осколки костей. Это был не столько защитный ход, сколько попытка запугать, чтобы мы не стали с ними связываться.

От обходчика исходило высокомерие; он не сводил ледяного взгляда с Рогана. Ни секунды не колеблясь, я воспользовалась тем, что маг отвлекся, и отправила в воздух мелкий, почти незаметный туман из костяного порошка, а затем соединила его с пылью, листьями и хвоей, которые поднял с земли зловещий ветер. Никто из окружающих магов не произнес и не сделал ничего, чтобы остановить меня, и я молча наслаждалась тем, что все удалось. Лучше и быть не могло, но я не позволила удовлетворению и нетерпению прорваться изнутри и проявиться на лице или в оборонительной стойке.

— Прек, — пробурчал Роган, и улыбка обходчика, снявшего капюшон, стала еще шире. — С каких пор твою хнычущую задницу произвели в командиры? — спросил он, и в суровом взгляде Прека вспыхнула гневная искра.

— Это было так давно, старый друг, — отметил Прек, но язвительность в тоне и лед во взгляде исказили всю сентиментальность его слов.

— Думаю, нам обоим известно, кто тут на самом деле пятно, — многозначительно заявил Роган. — Вижу, ты по-прежнему цепляешься за необоснованные обиды, — добавил он, пренебрежительно махнув рукой.

Напряжение оставило его, будто нам перестало что-либо угрожать и можно было расслабиться. Однако я не была в этом так уверена.

Прек усмехнулся, хотя в этом не было ничего смешного.

— Типичный Роган, — промурлыкал он, слегка прищурившись. — Вечно уверенный в том, что он звезда, вокруг которой всего лишь вращаются все остальные.

С трудом, но мне удалось сдержать согласное фырканье. Нет уж! Этот придурок мог нас убить, так что в его словах не было ничего смешного, а его оценка не такая уж и точная.

— Хочешь верь, хочешь нет, но мы пришли не за тобой, — заявил Прек скучающим тоном и повернулся ко мне.

Острый взгляд пронзил меня насквозь, затем упал на заостренные осколки кости, сжатые в моих руках и лениво поднялся обратно. На мгновение в нем промелькнуло любопытство, тут же сменившееся пресыщенным смирением.

— Леннокс Оссеус, вас вызвали, чтобы предстать перед Орденом Магии. Это не просьба, а приказ. Вас немедленно надлежит взять под стражу и представить перед Верховным Советом.

— Взять под стражу? — в недоумении спросила я.

Роган тут же угрожающе шагнул вперед и прорычал:

— За что?

— Роган Кендрик, тебя это не касается. Отвали и не вмешивайся в дела Ордена, — предупредил Прек.

Но сияние в его карих глазах свидетельствовало о надежде на то, что Роган поведет себя в точности наоборот.

— Я что, арестована? — уточнила я, не обращая внимания на свой высокий голос и убеждая себя, что паниковать не из-за чего.

Я не сделала ничего, за что меня могли бы арестовать. Разве что угрожала Марксу, но это было до того, как я узнала, кто он такой, и Роган разобрался с этим недоразумением.

Прек не стал уточнять, а просто повторил:

— Леннокс Оссеус, вас вызвали, чтобы предстать перед Орденом Магии. Это не просьба, а приказ. Вас немедленно надлежит взять под стражу и представить перед Верховным Советом.

А когда он отключил свой режим робота, я в замешательстве посмотрела на Рогана. Это нормально? Если мне надо пойти с ними на какое-то приветственное собрание магического сообщества, почему было просто не сказать об этом? Зачем нападать на нас? Совсем не похоже на то, чтобы упростить невинное знакомство. Вполне возможно, что нас столкнули с дороги не столько из-за меня, сколько из-за терок Рогана с этим придурком. И от того, что меня посчитали побочным ущербом, лучше мне не стало.

Роган повернулся и на мгновение задержал на мне взгляд, словно тоже пытался понять, что происходит. И когда я увидела в его глазах, что происходящее ненормально, внутри меня все сжалось еще сильнее. Я слегка покачала головой. Конечно, мне не хотелось шутить с Орденом, но внутри все кричало о том, что не надо бы идти с ними.

— Леннокс Оссеус, подойдите к любому члену моей команды, чтобы вас взяли под стражу, — холодно скомандовал Прек.

Роган встал передо мной, чтобы защитить.

— Нет уж, этому не бывать, — спокойно заявил он, будто ему было плевать на весь мир и Орден не поймал нас в свою сеть.

Улыбка Прека засияла еще ярче. Он выглядел искренне довольным впервые с тех пор, как открылся. В голове зазвенел тревожный звоночек, когда он усмехнулся с искренним восторгом и произнес:

— О, Кендрик, как же я надеялся, что ты это скажешь!

Молниеносным движением, которое я даже не успела заметить, он разверз ад вокруг нас. Земля под ногами заволновалась, словно все это время притворялась и на самом деле была морем. Я начала падать, но Роган притянул меня к себе, впечатав в волевую грудь с такой силой, что выбил из меня дух. Воздух, тут же вышедший из легких, еще больше подставил меня, кружась и пытаясь вырвать меня из объятий Рогана.

Ветер нападал со всех сторон, и по какой-то причине напоминал неосязаемый гигантский кулак, который сжимал меня, ревел «Фи-фа-фо-фам!» и угрожал превратить мои кости в крошку. Я кричала, но атакующий шторм отрывал меня от Рогана. Я цеплялась за него изо всех сил, но он вдруг начал задыхаться и кашлять водой, отчаянно пытаясь избавиться от жидкости в легких.

Меня охватил ужас. Я понимала: до того, как меня оторвут от Рогана, остаются доли секунды и, скорее всего, мне придется смотреть, как он умрет. Часть меня пыталась возразить, что это неправильно и Орден не может так поступать с невиновными магами, но я была не настолько наивна.

Глаза Рогана в страхе вращались; одной рукой он вцепился в меня, а другой себе в горло. Его тело сотрясал сильный мокрый кашель: все снова быстро пошло так плохо. Во мне закипела ярость: кровь бурлила из-за мощной и мучительной жажды мести.

В мгновение ока я выплеснула чары и туго натянула костяную материю вокруг себя, словно она была на привязи. Все это время в ожидании приказов Прека его ковен вдыхал частицы костяной пыли. Я обошла все защитные амулеты и оставила их кости в покое, взывая лишь к частицам праха, которые украдкой попали к ним внутрь. Я намотала на кулак узы магии, соединившей меня с каждым из вицинальных магов вокруг нас, и одним махом вырубила их всех.

Мысли о милосердии покинули меня, когда я направила частицы костей перекрыть их дыхательные пути. Свирепый ветер тут же утих и Роган упал на колени, кашляя и жадно хватая ртом воздух. Окружившие нас маги хрипели и задыхались, но постепенно бульканье стихло, а в их широко распахнутых глазах показался испуг.

Пожалуй, я должна была чувствовать себя ужасно, глубоко вдыхая воздух в легкие и наблюдая за тем, как маги вокруг теряют сознание, — и я осознавала, что в конце концов они умрут. Но мое сострадание и сочувствие испарились. Я не сомневалась, что каждый из них с радостью убил бы Рогана и меня, хотя я ничем этого не заслужила.

Ярость обжигала меня. Одна из ведьм упала на колени. Капюшон свалился с ее головы, открыв морковно-оранжевые волосы и пурпурную от нехватки кислорода кожу. Взглядом она умоляла меня перестать, но где было ее милосердие, когда нас вместе с машиной скинули с насыпи или когда Рогана пытались утопить изнутри?

Остальные тоже падали на колени, слабели и бессильно хватались за горло, но я даже не смотрела на них и направилась к Преку. Я хотела видеть его лицо, когда карма как следует вмажет ему. Мне хотелось, чтобы он смотрел мне в глаза, когда в его глазах потемнеет. Чтобы у него не осталось и тени сомнения в том, что от его злонамеренных действий зависела не только его жизнь, но и жизни всех членов его команды.

Он смотрел на меня оттуда, куда упал на теперь уже неподвижную землю, и во взгляде у него был страх. Он моргнул, а потом произошло что-то странное. Из уголков его глаз потекли алые ручейки. Я смотрела, как они медленно побежали вниз по щекам, а затем заметила струйку крови, стекавшую из его носа. У него началось кровотечение.

— Лени, остановись! — прохрипел Роган и снова закашлялся.

К счастью, кашель стал сухим, а значит, в пораженных легких не осталось воды.

Я не стала его слушать, завороженная дорожками крови, которые сочились из ушей Прека. Никогда не видела, как человека душат насмерть; возможно, кровь — это нормально. Из глубин сознания раздавался крик, что это ненормально и нельзя быть такой спокойной из-за чего-то настолько неправильного и совершенно ужасающего, как наблюдение за смертью человека. Но я словно лишилась способности к сопереживанию.

Может быть, я была в шоке или перенесла черепно-мозговую травму. А может, мне просто надоели другие маги, которым казалось, будто они могут делать со мной все что угодно, безо всяких последствий. Что бы это ни было, меня это больше ни капли не волновало.

— Лени, дружочек, а что это ты делаешь? — проворковал глубокий шелковистый голос.

Я отвела взгляд от кровавых полос, рассекавших лицо Прека, и увидела Маркса. Внутри вспыхнуло удивление, тут же сменившееся подозрением. Что он здесь делает? Словно прочитав этот вопрос на моем лице, он беззаботно улыбнулся, хотя в глазах цвета эспрессо виднелось беспокойство.

— Роган вызвал меня, красавица, и сказал, что какой-то ковен из Ордена решил с ним поиграть.

Я перевела взгляд с Маркса на Рогана, который силился встать на ноги. Маркс сразу же пришел ему на помощь.

— Я отправил ему сообщение, как только исцелил себя, — подтвердил Роган голосом, рокочущим как гравий.

Он полез в карман и достал телефон, будто я требовала еще доказательства.

— Леннокс, пора остановиться, — снова приказал Роган, но его словам не нашлось места в моем бурлящем сознании.

— Остановиться? — спросила я, сбитая с толку его горячностью.

Маркс встал рядом с Роганом.

— Ты убиваешь их, Лени. Клянусь, по этой дорожке ты вряд ли захочешь идти, — сказал Маркс успокаивающим теплым голосом.

Я проглотила его слова, будто откусила кусочек шоколадного печенья, только что вынутого из духовки. Они были такими вязкими и вкусными; все, чего мне теперь внезапно захотелось, — это еще кусочек.

Я смотрела на Прека. Его обмякшие руки свисали по бокам. Ослабевшее тело слегка подергивалось, но я не чувствовала ничего, кроме холодного пустого гнева. Я снова встретилась взглядом с Марксом и почувствовала, как слеза скатилась по щеке.

— Они же хотели убить нас, — произнесла я в свою защиту.

Теперь разум был затуманен не только гневом, но и соблазняющими чарами Маркса. Было что-то еще, нечто ужасающе сильное и всепоглощающее, но от этого меня отвлек теплый, как печенье только из духовки, голос Маркса.

— Позволь мне позаботиться о них, Лени, — мурлыкал он, вкладывая в свои слова еще больше чар.

Я закрыла глаза и на мгновение погрузилась в них.

— Леннокс, — начал Роган, но Маркс перебил его:

— Мне кажется, Ро, ты опять выведешь ее из себя, так что давай лучше я.

Я озадаченно нахмурила брови.

Роган так меня бесит?

— Лени, пожалуйста, — попросил Маркс.

Я открыла глаза и впустила его внутрь. Его призыв прорвался сквозь все, что я ощущала, и вошел в резонанс с самой моей сутью.

— Ладно, — надтреснутым голосом уступила я.

Отпустив окруживших меня обходчиков Ордена, я внезапно почувствовала, насколько опустошена и истощена.

Кашель и затрудненные вздохи наполнили ночной воздух. В два шага Роган подскочил ко мне и заключил в крепкие объятия, будто знал, что силы мои полностью иссякли.

— Это что же, теперь Орден одобряет несанкционированные нападения на невиновных ведьм? — прорычал Роган.

Единственное, чего хотелось мне, — свернуться калачиком и уснуть. У меня больше не было сил злиться. Может быть, утром.

— Это было санкционировано, Роган, — резко ответил Маркс.

Он наклонился, чтобы осмотреть неподвижную ведьму в желтой мантии. Нащупав пульс, он с облегчением перешел к следующему магу.

— О чем, черт возьми, ты говоришь? — проревел Роган.

— Вам пора, — заявил Маркс и жестом остановил его, когда Роган открыл рот, чтобы возразить. — Я найду вас и все объясню, когда разберусь с этим дерьмовым шоу, а сейчас вам нужно немедленно убираться отсюда! Возьми мою машину, — проинструктировал он Рогана тоном, не терпящим возражений, и бросил ему связку ключей.

Роган плавно схватил их и, на удивление, без лишних слов развернулся и увел меня от поверженных магов Ордена и своего друга, который лихорадочно скакал от ведьмы к ведьме, а потом вытащил телефон, чтобы позвонить. Я растворилась в спокойных и уверенных движениях Рогана. Он прижал меня к себе, бесшумно и легко взбираясь по крутой насыпи к дороге, где был припаркован блестящий спортивный автомобиль.

Пока он пристегивал меня ремнем, я молчала, но меня охватило странное чувство дежавю. От страха сердце бешено заколотилось, и внезапно я поняла, что не готова снова оказаться в машине. Хотя бы не сразу после того, что произошло с прошлой.

— Все в порядке, Леннокс. Я не позволю, чтобы подобное повторилось. Нам нужно добраться домой как можно быстрее; там мы будем в безопасности. Было бы здорово, если бы лей-линия была поближе, но нам и этого достаточно, — сказал Роган, указывая на машину и уверенно глядя мне в глаза.

Эмоции захлестнули меня. На меня навалилось все, что я должна была ощутить, будучи на волосок от смерти. Дыхание становилось отрывистым, вблизи замаячила паника, но тут ко мне вплотную приблизилось лицо Рогана.

— Теперь ты в безопасности. Я с тобой. Ты истощена, и тело реагирует на твою уязвимость. Это нормально. Тебе просто нужно отдохнуть, — успокоил он меня, убрав спутанные локоны с моего лица.

Впитывая его слова, я сопоставила их с беспокойством, в котором готова была утонуть, и признала, что он прав. Я чувствовала себя опустошенной и не была способна защититься, а это подпитывало мою тревогу.

— Хочешь, я помогу тебе отдохнуть? — спросил Роган после короткой паузы.

Я снова сосредоточилась на его зеленом-как-мох взгляде и кивнула. Я не знала, смогу ли успокоиться сама. Он с пониманием смотрел на меня, нежно поглаживая по щеке тыльной стороной руки. Я заметила, что после нее осталась небольшая теплая полоса. Не знаю, с чего вдруг, но я была уверена, что это кровь. Вот только меня это почему-то не напрягало.

— Спасибо, Леннокс, — прошептал он, глядя на меня с признательностью и уважением. Его дыхание дразнило мои губы, а рот оказался так близко к моему. — Спасибо, что спасла мне жизнь, — добавил он, нежно скользнув кончиком носа по моему.

Тепло разлилось глубоко внутри, тело отзывалось на его близость, как у изголодавшегося по солнцу растения. Я дышала им, пространство между бедер налилось желанием, когда он нежно провел большим пальцем по моей нижней губе. А когда его губы скользнули по моим и мы встретились взглядами, переполненными противоречивыми эмоциями, от восхитительного предвкушения у меня едва не вырвался вздох. Но вместо того, чтобы сократить расстояние между нашими губами и разжечь огонек желания, разгоревшийся внутри меня, он прошептал в мой приоткрытый рот: «Зено». И я тут же рухнула на него. Все внутри и вокруг меня потемнело от крови.