«Раз, два. Черная вдова. Три, четыре, ты в паутине. Пять, шесть, хочу тебя съесть. Семь, восемь, добавки просим», — как мантру повторяла про себя страшилку Кая, дабы хоть как-то отвлечься, игнорировать, что до неё прикасается такой неприятный тип.

— Мешковатая одежда, неухоженный вид, — между тем проверял её на сдержанность Майнсет. Именно проверял, ведь возле неё он стоял особенно долго и нарочно растягивал слова. Наклонялся к ней всё ниже, заставляя прятать глаза. — И на это пугало ты променял Манари? — вот это оскорбление молча уже не могла снести. Мало того, что по больному ударил, так ещё… — Рычишь? А как нормальный эльф выражаться не можешь?

Скажет что-то — конец. Продолжит рычать — тот только продолжит насаживаться. Кая зажмурилась, но подавила в себе всю жажду убить этого ублюдка.

— Что ж… — наконец-то глава семейства отошёл от Каи и остальных к своей жене. — Она хоть умеет себя контролировать. Да и воспитанностью вы все отличились. Лучше, чем то, что я встречал в городах, — но не успел Гинтар с облегчением выдохнуть, как отец сверкнул взглядом в его сторону: — Уверен, эта вежливость — твоя работа. Столкнулись бы мы в городе, они бы сразу забыли, на чьих землях находятся.

— Скот… — Валанди не успела договорить — на ногу ей больно наступил Зак, заставляя подавиться этим словом.

— Тихо, мы почти выдержали это, — зашипел он ей в ухо.

— Гинтар, переодень этих бездомных к обеду. Убедись, чтобы солнечная была хоть немного симпатичнее, чем сейчас, а лунная не имела блох. Ужин будет в семь. Тогда и поговорим. Но недолго. Нам с Заринти ещё нужно посетить старейшину.

— Спасибо, отец, — наконец-то этот ужас закончен. Гинтар повернулся к товарищам и указал им рукой на лестницу. — Прошу, я покажу вам ваши комнаты, — как же ему не терпелось убраться подальше от родителей. Точнее убрать друзей от них. Он приобнял Валанди и Каю, и девушки почувствовали даже через одежду, насколько заледенели от волнения его руки. Да, он старался вести себя стойко, не показывать слишком ярко выраженных эмоций, но лично до Каи только сейчас дошло, каких трудов ему это стоило. Они гости — не могут ничего сказать. Но он — полноправный член семьи и такой же хозяин дома, обязан был проглатывать оскорбления в сторону его друзей.

— Я согласился усадить твоих друзей за наш семейный стол, — вдруг повысил голос Майнсет, да так неожиданно, что это было сродни с громом, — но я не выделял им гостевые комнаты.

— Отец, но не в таверне же им ночевать.

— Как раз именно там! Или, как хочешь, умещай эту ораву в своей комнате.

Гинтар одарил своего отца неприятным взглядом, но смолчал. Ладно. На троих там вполне будут места, а сам либо у брата заночует, либо в той же гостевой. Но в таверну их не отправит. Им просто будут врать, что нет мест.

Отец бросил испепеляющий взгляд на троицу и, предложив жене руку, поднялся с ней наверх. Наконец-то! Гинтар расслабленно расправил плечи и выдохнул.

— У нас есть время до ужина? — мертвым голосом спросила Валанди. Ей не хотелось ни минуты больше находиться под крышей этого дома. И ночевать здесь она не собиралась. Как только выдастся момент, сбежит в сад, найдет тихий угол и изобьет какой-нибудь чертов куст, чтобы выпустить пар. Как же остальные были с ней солидарны.

Зато Кая не стеснялась в выражениях. Она подскочила к Гину и, взяв его за ворот, потянула к себе:

— Это ты мне обещал?! Это что за чёрт сейчас был? Пугало? Да я…

— Вот! — из соседней двери, в которой прятался младший брат, вышел Сектар и театрально захлопал в ладоши. — Именно этого представления я и ждал!

— Не смешно, Сек.

— Нет, это было бы очень смешно! — младший смеялся, а Гинтар, пусть неискренне, но улыбнулся ему, и братья обнялись. — Что это за представление выдрессированных собачек было?

Так и не получив ответа на свой вопрос, Валанди просто развернулась, чтобы уйти. Она вдруг осознала ту пропасть, что разделяла ее и Гинтара. И она ещё на что-то надеялась? Даже смешно стало.

— Ты куда? — но Зак ее остановил. И обратился к Кае, пытаясь и ее успокоить: — Ты вовсе не пугало.

— А ты не лечи меня! — рявкнула лунная уже на звездного. Она была зла не только на этого павлина, но и на Зака. У Валанди теперь был Гин! Это его работа её успокаивать! А Зак с ней и за ручки держался, и сейчас не отпускает. Это Кая была на грани убийства!

— Нам нужно добро отца, — между тем рассказывал Гинтар брату. Он увидел Валанди, хотел её остановить, но просто не успел.

— Тогда этот идиот вас просто за нос провел, — засмеялся Сектар, говоря остальным. — Отцу все равно на вас, но за магию он сам готов унижаться.

— Что?!

— Не слушай его, Кая. Это не так.

— Зря ты, братишка, ох зря. Это мне приходится с ним жить, так что поверь, я его знаю уже лучше, чем ты.

Тихий смех прервал их всех. Он медленно нарастал, пока не стало понятно, что это смеялась Валанди.

— Получается, что этот индюк оплевал нас всех, а сам готов в ногах валяться, лишь бы мы закончили этот путь? — она подняла глаза на Гинтара, и в них он увидел долю безумия. Она скинула капюшон, гордо задирая голову, откинула полы плаща, демонстрируя свой «безвкусный» наряд. — Я вторая правительница Сильверсана, мне поклоняется любой мужчина, как только я захочу. Если хоть ещё одно оскорбление в сторону меня или моих друзей слетит с ваших грязных языков…

— С ума сошла, балбесина? — Зак отвесил солнечной хорошую затрещину. — Без их помощи мы далеко не уйдем.

— Эй! Ты сам готов ему кишки выпустить, — возмутилась она.

— О, поверь, я ещё отыграюсь за каждое его слово, но позже, — нехорошая тень проскользнула по лицу звёздного.

— Успокойтесь все! — поднял голос Гинтар. — Сектар не может этого знать на сто процентов! И кстати… Это Сектар, мой брат.

— Его высочество снизошел до представлений, — но комментарий туманного остался без ответа.

— Сек, отведи Валанди в купальни, которые на втором этаже. Кая, ступай с ним, а я Зака отведу на пером этаже, потом покажу комнату. Кстати, у тебя можно будет переночевать?

— Да, конечно. Я всё равно планировал быть сегодня не здесь, но… — ох, как-то странно его глаза блеснули на звёздном. — Можете пользоваться моей комнатой, но, предупреждаю, узнаю, что кто-то там занимался не тем, чем надо…

— Не переживай, этого точно не будет, — махнул на него рукой Гинтар. И не потому что не хотел, но уж больно болезненно он воспринял слова Валанди по поводу любого мужчины, что отразилось на его взгляде в её сторону. Лунная же совсем намека не поняла. Зато заметила, что младший туманный вновь смотрит на неё.

— Хотя, если это будут женщины, — усмехнулся он, — то им можно заниматься на моей кровати всем, чем пожелают.

— А ты будешь подглядывать? Или собрался нюхать простыни после, извращенец? — Валанди как с цепи сорвалась. Она долго терпела, и теперь с её языка было готово сорваться все что угодно. Однако она помнила о предупреждении Гинтара и не смотрела в глаза его младшему брату, даже обращаясь к нему.

— Кая, у тебя есть трава, способная ее заткнуть на пару дней? — вымученно обратился Закнеыл к лунной. Он потерял все надежды утихомирить разбушевавшуюся солнечную и искал поддержки у остальных.

— А что скрывать? Я люблю запах голых женщин по утру, — пожал плечами брат так сладко улыбнувшись, что Каю аж передёрнуло, пока она предпочитала игнорировать звёздного. Но любезность Сектара быстро спала с лица. Он не желал такого обращения в свою сторону терпеть, да ещё и в своём доме. — Но тебе, крошка, я бы посоветовал следить за словами и тем более, кому ты произносишь их. Здесь не Сильверсан. У тебя нет ни имени, ни власти. Молчи, коль не знаешь, что сказать, и не думай, коль в чём-то можешь ошибаться…

— Сектар, не вздумай делать это вновь! — Гинтар слишком неожиданно материализовался между ним и Валанди, прикрывая эльфийку собой. Брат лениво поднял на него глаза. — Не читай её мысли. Если ты мне и эти отношения разрушишь…

— Я даю ей совет, дабы ваши отношения имели хоть какое-то будущее. И первый совет, дорогая моя, — как оказалось, младший был и физически сильнее старшего — ему не составило труда отодвинуть от солнечной туманного, дабы сказать: — Не сравнивай Гинтара с отцом. Будь ты хоть самой Силейз, он бы нашёл, до чего докопаться. Ты ему нравишься без одежды, не потому что отвратительно одеваешься, а потому что…

— Что? — это было тихое слово, настолько, что любой крик не мог ударить по ушам так больно. Гинтар удивленно повернулся к Валанди и… какая же обида прочиталась в тех глазах. Открыл рот, чтобы что-то сказать, но смолчал, отвернувшись от неё. — Сектар, просто покажи им купальни, а потом мою комнату.

«Ещё и мысли читает, поганец! Да, тогда слушай: мерзавец, отвратительный червяк, помет тролля…» — и ещё много-много оскорблений она перечисляла в своей голове, надеясь, что гаденыш их слышит. Она заметила эту обиду в глазах Гина, но была слишком зла, чтобы чувствовать стыд за свои мысли. И вообще, это же ее мысли!

— Веди уже, — бросила она, когда поток ругани в её голове исчерпался.

«И ты называешь себя второй правительницей? Позоришь как себя, так и того, кто воспитывал тебя. Я предупредил», — послал он ей ответную мысль после её замечательной тирады, которую он слушал в полуха.

Он махнул рукой, приказывая идти за собой, оставляя двух эльфов внизу.

— Прости за всё это, — искренне извинился перед Закнеылом Гин. — Пойдём.

Сектар вывел дам в такой же большой холл, но этот уже вёл в два разных крыла здания. Идя по правому коридору, изредка, но чаще всего молча, туманный показывал эльфийкам комнаты:

— Это моя… Следующая — Гинтара. Родители в левом крыле, так что встретиться с ними шанс мал. Но из комнат лучше не вылезать. Эй, лунная, хватит трястись, уже всё позади.

— Да пошёл ты…

— Дикари, — фыркнул в ответ Сектар.

========== 21. Проще быть мстительной сволочью ==========

В доме Гинтара были слуги, хоть они могли не сразу попасться на глаза — вели себя как мышки, стоило кому-то из хозяев войти в то или иное помещение, как те сразу убегали. Так Гинтар привёл спутников в столовую, где уже был накрыт стол, поданы самые разнообразные, но преимущественно морские блюда.

Как и было наказано, все выглядели в лучшем виде. Кае пришлось нарядиться в то самое зелёное платье, и она вновь превратилась в милую эльфийку, да ещё и с высоким хвостиком. Но вот только настроение от этого не прибавилось. С самого утра Закнеыл не видел эльфиек — с ним носился Гинтар. Лишь ближе к вечеру он махнул рукой, мол, будешь собой. Ну не шли ему одежды туманных!

Родители братьев решили ещё попытаться оскорбить гостей. Но такому оскорблению те были рады — Майнсет и Заринти отужинали раньше, а когда пришли гости, встали и, распрощавшись с сыновьями, в упор не видя остальных, ушли. «Что ж, так даже лучше», — решил Гинтар, как полагается джентльмену, помог сесть сначала Валанди, потом Кае. Правда, последняя этот жест не оценила.

Вся четвёрка сидела напротив одного Сектара, так что ему очень хорошо было видно лицо каждого. И дабы этот оболтус не выдал новую партию гадостей, Гинтар начал вести с ним непринуждённую беседу о своих странствиях.

Все остальные молча пережевывали пищу. Валанди думала, что даже еда у этих туманных отвратительная, а вот Зак действительно наслаждался обедом. Когда ему ещё доведётся попробовать такие деликатесы? Точно не в дешёвых забегаловках. А в перерывах между движениями челюстей он поглядывал на Каю и наслаждался ее видом в этом красивом платье.

— Ну, а потом — я тебе писал — мы пошли сначала к солнечным, потом у звёздных побывали, — между тем закончил говорить Гинтар. Брат же его словно не слушал — то и дело смотрел сначала на одну эльфийку, потом на вторую. Если уж в Валанди его привлекала красота и платье, которое ему, например, очень понравилось, то в оборотне был скорее экзотический интерес. — Сектар, я с тобой говорю.

— Да я уже всё ваше путешествие просмотрел, когда только тебя увидел, — скучающе произнёс младший. И будто для себя что-то решив, он откинулся на спинку стула и последний раз оценивающе посмотрел на Валанди. — Я знаю, в путешествии довольно трудно без денег. Да и вообще, нелегко тебе пришлось…

— Да что ты знаешь о нелёгкой жизни? — усмехнулся старший.

— Ну не скажи. Пока ты бегал по лесам и болотам, отец заставил меня отслужить старейшине в королевской страже.

— Правда? И как всё прошло?

— Всё, как обычно, — отмахнулся он. — Я показываю себя, меня повышают, остальные считают, что я магией пользуюсь. Ну не в том суть. Я хочу дать тебе десять тысяч золотых за ночь с этой солнечной.

Поперхнулась Кая. Поперхнулся Гинтар.

— Чего? — из рук Валанди выпала вилка, которая так и не поднялась ко рту.

Как хорошо, что Гинтар заставил Зака оставить клинки, иначе он прирезал бы зарвавшегося юнца на месте.

— Отказываюсь, — но Валанди не нужна была ничья защита. После того случая она ни за что не позволит кому-либо притронуться к себе без разрешения. Лучше умрет.

Но её мнение не интересовало Сектара — он смотрел лишь на брата.

— Ты смеешься?

— Твоя женщина очень красива, — наконец-то удостоив солнечную взглядом, туманный улыбнулся: — Я не принимаю тебя за шлюху. Я хочу заплатить за удовольствие, но не тело. И не будь она твоей, Гин, я бы не то что денег, даже мнения твоего не спросил, однако…

— Вот именно, Сектар, она — моя. Я не позволяю тебе даже думать о ней в том ключе!

— Хорошо, хорошо, — отказ ни сколько не оскорбил туманного. Лишь прошептав что-то вроде «Очень жаль», он посмотрел на лунную. — А что насчет неё? Только за неё даю не более пяти тысяч, уж не сочти за оскорбление, но ей и близко не стоять подле солнечной.

Часы медитации не прошли даром. Лунная не напала, даже слова не сказала. А может, Кая просто была поражена наглости и тому, как в этих местах относятся к женщинам: как к товару! Да эти ублюдки даже хуже звёздных — те хоть не скрывают того, какими мразями являются. Ну и… как женщина, она была оскорблена до глубины души за эту «скидку».