Кая не ответила. Обиделась. Той тут одежду предлагают, а эльфийка ещё и нос воротит. В рюкзаке оборотень также увидела то самое зелёное платье. Хотела предложить Валанди, но оно было ей мало.

Пока Гинтар улыбался, всё не отрывал взгляда от своей возлюбленной… Да, пожалуй, в душе он уже с уверенностью говорил это слово. В это время Кая вновь убежала в лес, но лишь для того, чтобы переодеться.

Вернулась она, пережёвывая травы, уже непосредственно к Закнеылу, перед которым опустилась на колени и здоровой рукой стала наносить кашицу. От неё пахло травами… даже слишком резко, явно не теми, что она наносила.

— А вас, мужчин, перестанешь ругать, как помрёте быстрее, — неуверенно улыбнулась лунная, таки решив ответить на последний комментарий.

Закнеыл с подозрением взглянул на лунную. Нет, тут точно было что-то нечисто. И дело вовсе не в чувстве вины — нос ведь его не подводил. Он схватил Каю за руку и притянул ближе к себе, дабы задать вопрос так, чтобы другие не слышали.

— С тобой точно все в порядке? — он не скрывал своего беспокойства.

Это было так неожиданно, что Кая испуганно дёрнулась и опёрлась второй рукой о его живот, поморщившись.

— Да что могло случиться-то? — делая из себя дурочку, эльфийка попыталась выдернуть руку, отводя взгляд — уж больно близко был Зак.

Он не стал удерживать ее силой, позволяя убрать руки, но внимательного взгляда не отвел.

— Тебе незачем со всем справляться самой, — он не знал, как правильно донести до нее свою мысль, поэтому больше не стал развивать эту тему. Зак позволил ей спокойно закончить перевязку.

Вскоре четвёрка вновь двинулась в путь. Гинтар настоял на том, чтобы нести Валанди на собственных руках несмотря на запреты со стороны Каи.

— Я поел, силы ко мне вернулись. Не переживай.

Гинтар всю дорогу пытался отвлечь Валанди от случившегося. Он задавал ей разные банальные вопросы, которые действительно его интересовали: какой любимый цвет? А любимый цветок? А какое хорошее воспоминание она помнила из детства… Так они и разговаривали, но время от времени он давал ей отдохнуть.

Кая вновь шла позади всех, но она чувствовала, что с ней стало твориться что-то не то. Всю дорогу она очень хотела пить. Руку жгло просто невыносимо, да ещё и пульсация в ране добавилась. Стоило до неё дотронуться, так всё тело пробивала острая боль. Но она молчала, всё же проигнорировав слова Закнеыла, надеясь, что сможет подобрать лечение сама.

— Родная, я должен поговорить с Каей, — вдруг прошептал Гинтар, крепко целуя солнечную в висок. — Я на две минуты оставлю тебя, не больше.

Кая же при этих словах как-то даже испуганно посмотрела на Гинтара, но повиновалась, когда эльф встал и пригласил её отойти глубже в лес, подальше от остальных.

Когда они ушли на достаточное расстояние, Гинтар остановил Каю, осторожно взяв за край плаща, а когда она развернулась, туманный медленно встал перед ней на колени и низко склонил голову. Он не постеснялся бы это сделать при Заке и Валанди — ему было не стыдно просить прощение, но это слишком личное.

— Прости меня, — не поднимая головы сказал Гинтар. — Я не знаю, что тогда… Нет. Я знаю, но…

— Всё нормально, — отмахнулась оборотень. Ей, конечно, было неудобно от такого уязвимого вида туманного, но она смолчала и просто отвернулась от него.

— Нет, Кая. Я наговорил тебе гадостей. А ты ещё и поверила мне, глупенькая. Ты не виновата. Ни ты, ни Зак. Я… Помнишь, я три года назад рассказывал тебе о том, что в детстве был…

— Неуравновешенным? — таки перевела на него взгляд Кая.

— Именно. Боюсь, магия Сектара дала слабину. Да и маленьким брат был, когда накладывал на меня это заклинание. Это единственное, как я могу объяснить своё дикое поведение, — Гинтар чуть поднял голову, но его глаза всё равно не смели подниматься выше живота подруги. Он ненадолго замолчал, что-то обдумывая, потом добавил: — Я подозреваю, это началось ещё на балу. Я помню, что тоже стал странно себя вести, когда Валанди… заплакала из-за меня.

Кая долго пыталась просверлить взглядом в друге дыру, будто испытывая на ложь, ища хоть какой-то подвох в его словах. Неизвестно зачем. Может, в плохое просто всегда верится легче? Гинтар не смел подниматься с колен до тех пор, пока Кая не позволила. Но вместо разрешения, она опустилась перед ним точно так же и, обняв здоровой рукой, уткнулась в шею.

— Ты всегда принимал меня такой, какая я есть, не жалуясь на раны и укусы; никогда не обижаясь на те слова, которые я говорила тебе. Я не имею права поступить иначе, Гин.

— Спасибо, — едва слышно прошептал туманный и крепко обнял подругу.

Они бы долго так просидели, но всё же, несмотря на все слова, у Каи остался неприятный осадок, и никакое понимание или осознание причин никак не избавляли от этого чувства. Слова были сказаны, они резанули, теперь оставалось только ждать, когда ранки затянутся.

Вернулись к остальным они с невесёлыми лицами. Гинтар чувствовал себя истощенным — пережевания за Валанди перемешались со страхом за себя, за то, что с ним происходило. Ничего… Нужно лишь некоторое время потерпеть, медитировать с Каей на пару. А там они доберутся до острова туманных эльфов, и Гин вновь попросит брата поколдовать с его разумом.

Они делали лишь две остановки, во время которых Кая втайне наедалась трав, а Гинтар осматривал Валанди… Кстати, это уже дошло до маразма.

— Как ты? Ты устала? Хочешь привал подольше? А есть?

И только к вечеру, когда они были близки к равнинам, эльфы сделали привал на ночь.

— А сам ты как? — тихо спросила Валанди, когда Гинтар опять начал вокруг нее суетиться. — Устал, наверное, нести меня все время. Я могу идти, честно. Мое тело полностью здорово.

— Ты лёгкая, — отмахнулся туманный. — И со мной всё хорошо тоже. Правда.

Ага, тоже врун. Сколько он там ночей нормально не спал? Да и после истощения такого масштаба одним куском мяса точно не восстановишься. Однако, то ли магией, то ли умело это скрывал, но выглядел он весьма здоровым и свежим.

— Кая, тебе нужно помочь с охотой? — спросил Закнеыл, подходя к оборотню. — Или оставим это до завтра?

Звёздный всю дорогу не сводил с нее глаз, наблюдая за состоянием девушки. Ему не нравилось то, что она иногда отставала, а лицо кривилось от боли. Она точно была не в порядке, но не хотела в этом признаваться. Зак рассчитывал отвести ее от остальных подальше и всё-таки разузнать, что происходит.

— Думаю, до завтра, — неуверенно сказала девушка.

Она тут же поймала на себе удивлённый взгляд Гинтара. Ну да, конечно, она же любит охоту. А тут «до завтра». Но она чувствовала, что не сможет поймать кого-то на трёх лапах. И дабы как-то сгладить края, она улыбнулась.

— Я просто устала. Согласитесь, дорога дальняя. А до ближайшего города ещё идти очень долго. Встану пораньше и поймаю что-нибудь. Я первая в карауле, ладно?

Последним предложением она подвела черту разговора и, сев ко всем спиной, уставилась вдаль, но слухом она всё ещё следила за ними.

Попросив Гина прочитать рецепт, оборотень, пока все отходили ко сну, начала готовить кашицу для клейма Валанди. Готовить его оказалось несложно, но нужно было всю ночь настаивать, так что ранку Валанди можно сделать утром. Смешивала одной рукой и когда услышала ровное дыхание каждого — Гинтар таки не смог не уснуть, поддерживая добрые сны у солнечной, — лунная впервые за день посмотрела на своё плечо и ужаснулась.

Всё плечо до локтя было опухшим и красным, словно в него накачали воздуха — один раз ткнуть и рука просто лопнет. Такого с ней никогда не было — регенерация оборотней убивала любую инфекцию и в скором времени залечивала рану, но тут… Скорее всего, на том клинке был яд, но какой именно? Для организма? Или просто не дающий природе лунных эльфов делать своё дело с ранами? Если так, то, скорее всего, с иглами и нитками Кая занесла какую-то дрянь в рану… Но что делать? При любом удобном случае она сбегала в лес и ела не только обезболивающие травы и ягоды, но ускоряющие регенерацию, но они… не помогали.

Лунная испугалсь. Очень сильно, ведь она никогда такого не ощущала. Да и в стае ни с кем такого не происходило! А что если… руку придётся отрезать? А если эти боли не пройдут?

Кая подцепила один из швов и потянула его, как тут же через маленькую образовавшуюся ранку потёк струйкой гной. Быть может, из-за него всё? Эльфийка обхватила руку ниже раны, нажала на неё, и из всего пореза волной полился тот самый гной, а её руку пронзила такая боль, что задрожали даже кончики пальцев на ногах; ей пришлось постараться, чтобы не издать звука от боли. Стоило руку отпустить, так к ней сразу же присоединилась невыносимая пульсация.

Кая оглянулась — все тихо и безмятежно спали. Сначала она никому не хотела говорить про рану из-за волнения, что её обвинят в торможении. Утром она просто была уверена, что справится сама, но сейчас нужно кому-то сказать! Но она не решилась. Теперь же было страшно услышать приговор и укор за молчание.

Так! Она справится! Да, она не знает медицину, но она знает травы! Сейчас нужно просто избавиться от гноя, а там ещё раз обработать травами. А что бы больше ничего через рану не попало… прижечь.

Думая об этом, лунная поёжилась, но она не находила другого выхода. Не знала, что можно иначе, ведь всегда и везде слышала — после серьёзной раны нужно прижечь место. Что ж, это лучше, чем беспокоить остальных после пережитых ужасов.

Кая встала на ноги и бросила взгляд на подходящее оружие. У мужчин клинки были в ножнах, а те плотно прижимались к их телам — разбудит, если возьмёт. Зато клинок Валанди… Он лежал рядом, ведь просто не к чему было его приделать — в штанах лунной не было поясов для этого. Тихонько подойдя к клинку, Кая взяла его и скрылась в лесу.

Выбрав достаточно далёкое место от лагеря, дабы не разбудить остальных своими возможными криками, Кая развела небольшой огонь, всунув в него кончик лезвия. Пока кинжал раскалялся, девушка прошлась по лесу в сборе многих трав, половину из которых она тут же съела, а из половины делала какие-то кашицы. Вернувшись к кинжалу, она села у костра, прижавшись спиной к дереву и, взяв кончик своего плаща в зубы, стала надавливать на руку, выпуская гной через рану. Его было много, он был по всему плечу. У Каи помимо искр из глаз полились слёзы, но она стойко терпела боль, не издав даже мычания. Лишь изредка останавливалась, дабы отдышаться и взять контроль над трясущимся телом.

Стало необычайно жарко, лицо девушки покрылось испаринами, с висков она чувствовала тонкие струйки пота, и была минута, когда она готова была оставить свой замысел, но мысль, говорившая, что другого выхода нет, а что может быть завтра — только чёрт знает, упорно не покидала сознание. Всхлипывая, беря ткань в зубы удобнее, она продолжила вновь, по сантиметру поднимаясь от локтя к ране, выпуская гной. И лишь когда вместо него стала течь по грязной руке алая кровь без примесей экссудата, Кая дала себе небольшую передышку, тяжело дыша и мысленно проклиная ту звёздную, которая резанула её.

Задержав дыхание, Кая взяла клинок и, морально готовясь, смотрела на раскаленный кончик оружия, озаряющий своим светом её мокрое от слёз и пота лицо. Зажмурившись, она поднесла кинжал к ране.

— Ты что творишь? — подскочил к ней Закнеыл.

Он проснулся, и обнаружив пропажу Каи, тут же пошел ее искать. Завидев небольшой огонек в темноте, Зак направился к нему и не прогадал. А поняв, что она делает, в один прыжок преодолел расстояние, разделяющее их, и схватил ее руку, прежде чем она успела навредить себе.

Лунная вскрикнула, но скорее даже от испуга, нежели от чего-либо другого. Не сразу её глаза сфокусировались на лице звёздного, а стоило поймать его взгляд, как Кая отвела глаза. Уже хотела было найти оправдание, что-то соврать, но смысл? Увидел уже всё, да и первый заподозрил, что что-то не то.

— Прижигаю рану, — ответила оборотень и вяло попыталась скинуть его руку. — Она не заживает, пришлось прибегнуть к этому. Уходи, не хочу, чтобы кто-то видел.

— Твоя регенерация не справляется? — он забрал кинжал у неё из рук и не намерен был позволять продолжать ей сие действо.

Он нагнулся понюхать рану и скривился — настолько ужасен был запах. Из-за гноя он не мог разобрать, что за яд попал в организм оборотня, но был уверен, что это именно его действие.

— Надо было раньше мне сказать, — разозлился он. — Я же спрашивал, я бы помог.

— Что? Что бы ты сделал? — в ответ разозлилась она. — В травах ты не разбираешься. Эту дрянь травы не берут — я уже весь лес перепробовала. Или есть антидот на территории звёздных? И ты бы побежал обратно? Так я тебе и позволила!

С каждым словом она повышала свой голос, срываясь практически на крик, но не более, чем просто из-за испуга. Вид Закнеыла встревожил её ещё сильнее, и Кая только и могла теперь представить, что с её рукой могут сделать. Или… что она с ней сделает.

— Что, так всё плохо? — попыталась взять себя в руки эльфийка.

— Я бы смог определить яд, — он отпустил ее и немного отошёл, успокаиваясь. Ей страшно, нельзя ещё и кричать на неё. Он обдумал возможные варианты и решил расспросить подробнее, чтобы хотя бы сузить круг возможных ядов. — Как ты получила рану? Какое было оружие? Какие первые симптомы?

— Когда мы с Гином искали Валанди, на нас напали. На меня звёздная. Она метила в сердце, но я увернулась. Обычный кинжал, — Кая вытерла ладонью лицо, смахивая пот и слезы, и наблюдала за Закнеылом. — Симптомы простой инфекции. Боль сначала была. Утром рука просто опухла, а сейчас… — пожала плечами, мол, и сам всё видишь. — И пить хотела весь день. До сих пор хочу, — она тоже встала на ноги и прижалась к дереву, пряча под плащом рану. — Только не говори Гинтару, — почти шёпотом попросила Кая. — Не хочу чтобы он… злился и волновался.

— Хорошо, я не скажу остальным, — Зак вновь подошёл, чтобы осмотреть рану, и пока он это делал, осторожно касаясь руки, продолжал говорить. — Им ни к чему лишнее беспокойство. А если Валанди узнает, что ты тоже пострадала из-за нее, расстроится. Она и так считает себя виноватой во всех бедах.