— Пришли, — Закнеыл привёл Каю на восточную стену.

С этой стороны не было леса, а лишь бескрайние поля. На горизонте уже светлело. Первые лучи солнца окрасили утреннее небо в розовый. Медленно ярко-желтый диск поднимался над полями, принося с собой новый день. Почти век Закнеыл провел вне пещер, и каждое утро он старался находить время, чтобы посмотреть на восход. Это напоминало ему, что он больше не связан со звездными. Но сегодня он был особенно прекрасен, потому что Зак наблюдал за ним не один.

Кая встала рядом с ним и медленно повернула голову из стороны в сторону, осматриваясь, любуясь, улыбаясь. Лица эльфов освежал утренний прохладный ветер, и, если приглядываясь посмотреть вниз, то можно сказать, что земля стала звёздным небом — появившаяся за ночь роса впитывала падающие лучи солнца и словно светилась изнутри.

Это приносило Кае далёкие воспоминания из детства, когда мама, дабы поднять дочери настроение, будила её до рассвета и выводила в поле, чтобы вот так же встретить рассвет. Могла ли она подумать когда-нибудь, что после изгнания кто-то подарит ей такое же прекрасное утро.

— Спасибо, — прошептала девушка. Не хотелось говорить, за что именно. Не хотелось касаться детства. Только лишь мысленно. Кая подошла к самому краю стены, дабы сесть на неё, свесив ноги, и, оперевшись на руки, откинуться назад. Она явно не собиралась отсюда уходить в ближайшее время.

Закнеыл проследил за её действиями и подошёл ближе на случай, если она сорвётся. Он не понял, за что она его поблагодарила, но сказал «спасибо» в ответ — за то, что она рядом.

Кая посмотрела на него снизу вверх, взяла за руку и заставила сесть рядом. Кажется, она стала рассказывать какую-то историю, которую ей когда-то поведал Гинтар. О легенде про то, почему солнце окрашивает небо в разные цвета при восходе и закате. Говорила воодушевлённо, возбужденно, энергично жестикулируя, но под конец рассказа становилась всё более вялой, хоть улыбка и не сходила с её лица до самого конца.

— …Интересно, будет ли ещё случай так же посидеть? Что нам ещё маги подготовили, интересно, — закончила она свой рассказ этими словами. Впервые за всё это время посмотрела на Закнеыла и чему-то усмехнулась. — Какую глупую маску она тебе всё-таки купила, — и внаглую сдёрнув её за клюв, девушка положила голову на плечо Закнеыла.

О чём она думала в этот момент — неизвестно. Поддалась ли мимолётному порыву, или этот жест был добавкой к благодарности за утро?.. Или ещё проще — она до сих пор была охмелевшей. Лунная поцеловала свои пальцы, подняла их в воздух на уровне щеки Зака и замерла.

Хотела вновь ему послать тот воздушный поцелуй, но… это было как-то скучно и уже пройдено. И, судя по всему, звёздный вообще не знал о таких вещах, так почему бы ему не показать ещё одну?

Кая опустила руку. Вместо этого приподнялась чуть-чуть и прикоснулась губами уже к щеке Закнеыла. Мимолётно так, осторожно и едва касаясь. Её голова почти сразу же вернулась на плечо, а опьянённый элем разум стал медленно отключаться, пока глаза любовались небом.

Удивление — вот первая эмоция, настигнувшая Зака, когда он почувствовал несмелое прикосновение на щеке. Он скосил глаза на Каю, а она, как ни в чем не бывало, продолжала смотреть вдаль. Тут он совсем растерялся. И как прикажете реагировать? Он должен сделать то же самое в ответ?

Пока Зак ломал голову, она задремала у него на плече. Он тихо вздохнул: «Вот они, пьяные девушки… Жаль у меня не может засветиться рука, как у Гинтара, чтобы успокаивать их». Придерживая Каю, он осторожно слез с парапета и спустил девушку. Аккуратно освободив из ее рук маску, спрятал под ней лицо, поднял Каю на руки и отнес в таверну отдыхать.

***

Ближе к полудню, когда все поели и Кая проспалась, четвёрка двинулась обратно во дворец. Всю ночь, пока Гинтар был с Валанди, он не отходил от неё ни на шаг, навевая, отгоняя все кошмары, поглаживая её золотые локоны; щечки, по которым заставил течь слезы; любовался на светлые черты лица… Но когда он заметил её пробуждение, немедленно скрылся из комнаты, не желая омрачать своим видом утро. Встретились они за завтраком, и туманный был с ней так же вежлив и галантен, как с любой другой. Делал вид, что вчера ничего не произошло. Однако Валанди держалась прохладно и отстраненно.

Кая же проснулась мало того, что с болью в голове, так ещё и со всеми воспоминаниями. Нажравшись разных трав, которые она собрала ранее, дабы избавиться от похмелья, девушка вернулась в свой старый образ, накинула плащ и натянула капюшон до самого подбородка. В общем, вернулась в свой старый стиль. Ей было просто стыдно. Именно перед звёздным. Она всячески старалась его избегать, садилась как можно дальше и вообще не смотрела в его сторону. Казалось бы, чего такого? Ну чмокнула в щёчку, потрогала шею, улеглась спать на плечо… Но половину из этого она даже с Гинтаром не проделывала!

Улучив момент, когда Валанди и звёздного нет рядом, Гинтар спросил о причине её тихости. Кая поведала, на что туманный только смехом залился.

— А я тебе говорил, нельзя пить!

— А чего, знала, что он к нам придёт? А ты, сволочь, мало того, что не остановил, но ещё и убежал!

— Подумаешь, поцеловала его, — этот подлец даже вины своей не чувствовал, за что и получил удар ногой в голень. — Ай!

— Какая же я дура! — простонала Кая, ударяясь лбом в стол. — И о чём я тогда думала?

— Ну, Закнеыл весьма симпатичный мужчина. Я вполне могу предположить, что ты себя так повела из-за симпатии… Ай! Кая, хватит, это больно!

— Глупости не говори, — прорычала девушка. Да что бы она? Ярая ненавистница межрасовых пар, да и чтоб ей звездный понравился? Чушь!

На этом они прекратили говорить, когда вернулись остальные, Кая вышла, ссылаясь, что болит голова, а в таверне шумно. Гинтар в этот момент залился смехом, но остальным ничего не рассказал.

Сразу после трапезы, как и было оговорено с королём, четвёрка пошла с ним на встречу. На этот раз стражи было больше в городе, но меньше во дворце — Закнеылу пришлось продолжать гулять в маске. И даже когда они вошли в тронный зал, маска всё ещё была на нём.

— О, отрада моих очей! Со вчерашнего вечера я считал минуты до нашей встречи! — увидев солнечную, вошедшую в зал, король Роулен дождался, пока она подойдёт ближе, поднялся со своего трона и приветствовал Валанди поцелуем руки. — Без маски ты ещё прекраснее.

— Благодарю, Ваше Величество, — она сделала реверанс, хотя в обычном снаряжении он выглядел не так изящно. — Я обещала Вас познакомить с моими товарищами по несчастью — вот они, — Валанди указала на остальных и назвала их имена по очереди.

— Рад принимать вас у себя. Надеюсь, город и бал вам пришлись по душе, — чисто ради соблюдения приличий проговорил король. По нему было видно, что не терпится остаться в обществе одной лишь солнечной.

— Мы смиренно просим Вашей помощи, мой король, — Валанди опустила голову в поклоне.

— Для тебя все что угодно, радость моя, — тихо произнес Роулен.

Изящными длинными пальцами он коснулся подбородка Валанди и поднял её голову. На лице солнечной не дрогнул ни один мускул, хотя в этот момент она пожалела, что не является лунной. Она бы с радостью обратилась и отгрызла эту ненавистную руку, что посмела тронуть ее на глазах у Гинтара.

Но она продолжала играть свою роль. Так как визит был официальным, король быстро вернулся на свое место и с возвышения спросил:

— Чем же я могу помочь вам, добрые путники?

— Ваше Величество, — сделал шаг вперёд Гинтар и так же поклонился перед солнечным. — Доводилось ли Вам слышать о пророчестве, в котором говорится о возвращении эльфам магии?

— Нет, — Роулен нахмурил брови. — Я слышал лишь то, что раньше эльфы владели этим даром и… Ах, поэтому ты спрашивала о камне Созерцания? — догадался он, и на его лице вновь расцвела улыбка. — Есть легенда, что королями древних эльфов всегда были солнечные, и в их руках хранился могущественный артефакт, способный усилить любое заклинание в десятки… нет, сотни раз!

Король двинулся в сторону, открывая взглядам гостей камень в центре солнца на спинке трона.

— Это лишь часть правды. Могущественный артефакт был, но сейчас он разделён. И этот камень — лишь часть могущественного посоха, — Гинтар сделал еще шаг, потом еще, пока он не встал подле Валанди, надеясь, что король постесняется прикоснуться к ней, пока так близко другой мужчина. Хотя… король же. Что хочу, то и ворочу…

Но подошёл к нему, дабы также рассказать о пророчестве и о том, как четвёрка эльфов решили узнать больше об этом пророчестве. О том, как их путь был окончен у библиотеки, и там же начался новый.

— …Мы желаем вернуть эльфам магию, Ваше Величество. Но для этого мы должны собрать посох. Первая его часть принадлежит Вам.

Король надолго задумался, осмысливая рассказ туманного. Он осмотрел каждого из присутствующих эльфов, особенно надолго задержав глаза на Закнеыле и его маске.

— Ты привела ко мне в дом звёздного? В самое сердце Королевского луга! — в голове Роулена сложились два и два. Он в ярости вскочил и в один шаг оказался перед Валанди. Она только и успела шепнуть Гинтару, который хотел загородить ее собой, чтобы он не двигался, а сама сделала шаг вперёд и упала на колени перед королем.

— Прошу прощения, мой король. Я честно пыталась его убить с самого начала, как и полагается любому солнечному, пока мудрейшая Силейз не уверила меня, что он совсем не такой, как его сородичи. И звёздный не раз доказывал это на деле. Вы же слышали историю, мы вынуждены находиться вместе, — она оправдывалась и привирала, искусно выделяла слова интонацией, делала все, чтобы Роулен поверил ей.

— Ну все, хватит, — и король купился. — Не подобает такой красивой девушке стоять на коленях.

Он помог ей подняться и вернулся на трон. С минуту размышлений, Роулен вновь обратился к Валанди:

— Хорошо. Я позволю вам забрать камень, но с одним условием, — на лице короля расплылась плотоядная улыбка. — Ты станешь моей женой, а артефакт будет моим свадебным подарком.

Гинтар подумал, что не расслышал. Он оглянулся, посмотрел на то, как лунная стояла раскрыв рот и опять посмотрел на короля. Да он серьёзно! Земля ушла из-под ног туманного, в глазах как-то потемнело, но не от боли или какого-то удара… Нет, от удара, в самое сердце. А если эта дурочка согласится?

— Боюсь, Ваше Величество, с этим будет трудно, — Роулен перевёл взгляд на Гинтара с явным желанием заткнуть тому рот. Тому, кто смеет говорить за девушку. Но юноша не мог иначе: — Это путешествие мы должны закончить все вместе.

— Я не согласна, — выпалила Валанди, почти что перебивая Гинтара, чтобы он ещё чего не наговорил. Хотя одним этим она уже завершила игру. С лица ее пропали какие-либо признаки наигранного восхищения, а в глазах пылал лишь праведный гнев. — Как и сказал Гинтар, я не могу оставить этот путь. К тому же, за нами ведётся охота, я не хочу подвергать опасности ни город, ни Вас, Ваше Величество, — попыталась она отвертеться, но в этих словах не было ни капли искренности, даже фальшивой.

— Да брось ты это дело. Кому нужна магия? — король не принял ее отказ. — Я так понял, получат ее все эльфы, и звёздные в том числе. У нас только все успокоилось на границах, новый всплеск насилия нам ни к чему. Если ты останешься со мной, будешь под защитой. Не думаю, что Белые маги посмеют напасть на короля, даже если бы я поверил в вашу историю касательно их намерений.

— Гинтар, — туманный обернулся на голос лунной. — Думаю, здесь нам ловить уже нечего.

Да, она права, только больше раззадорят короля, а его намерения касательно Валанди будут только укрепляться. Но что же тогда делать? Этот камень им нужен! Но не красть же его, в конце кон… Точно!

— Тогда боюсь, Ваше Величество, мы зашли в тупик, — склонил голову туманный. — Дайте нам день обдумать это. Ведь Вы правы. В первую очередь, мы можем вернуть себе не только силы, но и опасное оружие звёздным. Я как-то не подумал о том, что под удар в первую очередь попадут Ваши границы, а помощь от лунных и туманных может прийти нескоро. Позвольте нам откланяться, дабы провести нашей компанией последнюю ночь вместе. А там половина из нас покинет эти земли, — с последними словами он указал на себя и обвёл взглядом двоих эльфов позади.

Гинтар подошёл к Валадни, взял её за руку и, не поворачиваясь спиной к королю, сделал несколько шагов назад месте с девушкой, как бы отступая от Роулена.

— Даю вам время до завтра. Если вы не уберетесь из города, я прикажу вас казнить за измену, — он указал на Закнеыла, ясно давая понять, о чем он говорит. — Что касается тебя, прекрасная дева, мое предложение ещё в силе. Только долго не раздумывай.

Эта «прекрасная дева» еле сдерживала ярость. Гинтар мог почувствовать, как её трясет от гнева, но она лишь невозмутимо поклонилась, остальные последовали ее примеру. Дождавшись, когда король отпустит их, она почти бегом вылетела из дворца.

— Да как он посмел? — негодовала она, остановившись на пороге. — Предлагать такое мне! Да ни в жизнь! С этим слащавым придурком… Да меня тошнит от одного его вида. А эта улыбочка!..

Она ходила взад-вперёд вдоль дворцовой стены и возмущалась вслух. Замерев на мгновение, Валанди с чувством пнула ненавистные стены, представляя на их месте короля Роулена, но скиривившись от боли, запрыгала на одной ноге.

— И не говори, — с отвращением сказала Кая. — И этого выскочку я вчера посчитала симпатичным? Фу! Перегрызть бы ему морду.

— Дамы, дамы, предлагаю шанс ему отомстить, — заулыбался Гинтар, подошёл к Валанди, взял её под руку, дабы при скакании на одной ноге она не грохнулась. Дождавшись заинтересованных взглядов, Гинтар продолжил: — Есть у меня одна мысль. Безрассудная. И смертельно опасная, но… другого выхода я не вижу.

— Гин, я на тебе сейчас отыгрываться буду. Говори давай, — буркнула лунная.

— Пока у стен есть уши, мои губы на замке. Предлагаю вернуться в таверну.