Миллион раз Данте жалел, что не встал и не вышел вслед за Олив из бара тем вечером. Июль сменился августом, а он все еще пытался придумать хитрый способ встретиться с Олив, но ему ничего не приходило в голову.

Несомненно, проще всего написать ей сообщение, но что именно он ей напишет? Сколько бы раз он ни пытался, он не мог понять, как сказать то, что ему от нее нужно. И он понимал, что должен в этом разобраться. Его личная жизнь влияла на работу.

Кики злилась, что он снова отрастил волосы, а на его подбородке красовалась нечесаная щетина.

Раздался звонок в дверь, и Данте скривился. Жаль, что сегодня он отпустил экономку домой пораньше. Он определенно не желает ни с кем разговаривать.

В дверь снова позвонили, и он зашел в мобильное приложение, чтобы увидеть, кто к нему пришел.

Макс.

Он уклонялся от личных вопросов своего лучшего друга с тех пор, как расстался с Олив. Макс прошел собеседование в компании и официально стал юрисконсультом «Инферно брюинг». Работа нравилась им обоим. Но сейчас Макс пришел к нему домой.

Макс повернулся и вышел из зоны охвата камеры дверного звонка, а Данте откинулся на спинку шезлонга, немного разочарованный тем, что его приятель так просто ушел.

— Мне не верится, что я взломал замок на боковой ограде, чтобы вернуться сюда. Я хочу выпить пива и поговорить с тобой.

Данте посмотрел на Макса, который был во внутреннем дворике у бассейна.

— Пиво в холодильнике.

— Принеси мне пивка, пока я переоденусь в плавки, — сказал Макс.

— Я тебе не прислуга.

— Мы с Кики бросили жребий, и я вытащил короткую соломинку, Дэнни. Мы с Мией решили, что ты впустишь меня без проблем. Мне пришлось взломать замок, чего я не делал со времен универа, и я взбешен. Так что не дави на меня.

Данте встал и подошел к Максу:

— Спасибо. Надевай свои плавки. Мы выпьем и обсудим мою дерьмовую жизнь.

— Так-то лучше, — отозвался Макс, заходя в дом, и через несколько минут вернулся.

Данте знал: надо придумать, что сказать, чтобы успокоить друга. Визит Макса — предупреждающий звоночек о том, что нельзя позволять расставанию с Олив и дальше играть такую большую роль в жизни Данте.

А расставались ли они на самом деле?

Они дважды переспали и сходили на одно свидание. Одно настоящее свидание, когда для Данте все изменилось. Он все еще не знал, как вернуть ее, и был не в курсе того, хочет ли Олив возвращаться к нему. Он солгал ей и, как бы ни пытался оправдать свое молчание об их прошлом, понимал, что облажался.

— Спасибо за пиво. Прости, что вел себя как осел. — Макс сделал большой глоток пива. — Мы с Мией все знаем. Ты думаешь об Олив. Мы просто не понимаем, что произошло.

— Как это — вы все знаете?

Макс сердито посмотрел на него:

— Она больше не работает с тобой. Ты рассеян, твое обаяние испарилось. Даже твоя речь на ужине Ассоциации пивоваров была тусклой. Ты сам не свой.

— Все в порядке, — сказал Данте. — Я не хочу об этом говорить, Макс. Я не знаю, как все исправить, но ты понимаешь, что у меня всегда есть план действий. Я просто выжду время, потом побреюсь, постригусь и вернусь в офис в понедельник, готовый ко всему.

— Отлично. Постарайся именно так и сделать, — произнес Макс. — Хотел бы я дать тебе совет, но, когда мы с Мией ссоримся, я схожу с ума. Иногда я в бешенстве на нее, но обычно на себя за чрезмерную реакцию. Я понимаю, что могу просто извиниться, но мне не по себе. Тяжело быть хорошим мужем.

— По-моему, вы идеальная пара. Как вы миритесь друг с другом? — пробормотал Данте.

— Я просто напоминаю ей, что она лучшее, что было в моей жизни. Я не знаю, сработает ли это с Олив… Но если ты считаешь ее подарком судьбы, тебе не повредит сказать ей об этом.

Данте в самом деле считал Олив даром, но не знал, испытывает ли она к нему похожие чувства.

— Она узнала от своей подруги о нашем прошлом. Она была в замешательстве из-за того, что я ничего ей не рассказал, а потом я… Ну, я во всем признался. Сообщил ей, что планировал отомстить, а потом передумал.

— Ну, лучше всего быть честным. Как она отреагировала?

— Она сказала, что нам пора расстаться.

— Ой. — Макс вздрогнул. — А что ответил ты?

— Ничего. Я просто отпустил ее, — сказал он.

— Что? Почему?

— Она попрощалась. Я не собираюсь умолять Олив Хейз дать мне еще один шанс.

Макс поставил пиво и сел напротив Данте:

— Ты идиот. Она для тебя больше не Олив Хейз. Она просто Олив, и ты это знаешь. Ты думал, она вернется к тебе?

— Я не думал об этом, — признался он.

— Ты хочешь, чтобы она вернулась? — спросил Макс.

Да. Он хотел ее вернуть с того момента, как она попрощалась с ним. И если бы не его самолюбие, он бы побежал за ней и попросил остаться.

— Да, я имею в виду, если она…

— Не уклоняйся от прямого вопроса. Я скажу тебе, чему я научился с Мией. У любви нет зон безопасности. Ты либо рискуешь всем, либо проигрываешь и уходишь.

Данте выругался, уже придумывая, как вернуть Олив. Он хотел, чтобы она была рядом с ним, и ему нужно показать ей, что прошлое не имеет значения.

Новая клиентка Олив оказалась настоящей проблемой. Она просто не желала менять свое поведение, а ключевое послание, которое она отправляла своим клиентам, казалось слишком резким. Чем дольше Олив говорила, тем меньше чувствовала, что клиентка на самом деле слушает ее. В итоге совещание оказалось колоссальной тратой времени.

Олив вернулась в офис уставшей. Она сняла туфли и поставила их под стол. Потом взглянула на телефон, надеясь увидеть сообщение от Данте.

Но, если честно, она не была полностью уверена, что сказала бы, если бы Данте прислал ей сообщение. Она ушла. Попрощалась с ним и ушла. И все. Она продолжает жить своей жизнью, и если ей немного одиноко, то это ее собственная вина. Общение с Данте сделало ее мир радостней, и Олив хотела наладить с ним отношения.

Решила найти себе занятие на уик-энд, чтобы не торчать дома и не обдумывать момент, проведенный с Данте. Она вспомнила, как он попросил ее побыть с ним в предстоящий уикэнд, как раз накануне их расставания. Олив увидела фотографию Данте и его крестницы на страницах светских новостей и совсем пала духом. Она в очередной раз поняла, что любит его.

И не надо это отрицать. Она определилась со своими чувствами, когда была у него дома в последний раз. Они тогда попали под дождь. Она скучала по нему — очень. Сначала думала только о том, что он планировал влюбить ее в себя, а потом бросить. Неужели он затаил на нее обиду? Но потом поняла: он говорил правду, когда признался, что никогда не стал бы ей мстить.

— Привет! — сказала Пейсли, просунув голову в дверь офиса Олив. — Можно к тебе?

— Конечно.

Олив опустила ноги на пол, когда Стэнли вбежал и подскочил к ней, чтобы его погладили. Пейсли и Олив присматривали за псом с тех пор, как Делани взяла отпуск и уехала в Европу, чтобы скрыться от скандала по поводу ее проникновения в дом Малкольма. К счастью, он решил не выдвигать обвинения, поэтому шумиха вокруг нее немного поутихла.

— Данте по-прежнему молчит?

— Да. Но, может быть, мне не стоит ждать, пока он сам придет ко мне, — сказала Олив. — Как я могла его не узнать?

Она снова и снова думала об этом. Он буквально растворился в ее памяти, но, как только Пейсли упомянула о нем, Олив все вспомнила.

— Я не знаю. Говорят, у мозга есть защитные функции, — произнесла Пейсли. — Я до сих пор не могу вспомнить отдельные события своего детства, когда отец проворачивал свою аферу.

Олив с сочувствием посмотрела на подругу. Отец Пейсли был аферистом, у которого иногда бывала «приличная» работа, но, как оказалось, он обманывал стариков-пенсионеров. Пейсли узнала об этом, учась в университете. Когда его арестовали, она разорвала с ним отношения и попыталась загладить свою вину после того, как он умер в тюрьме. Олив не знала всех грязных подробностей ее детства, но Пейсли научилась презирать ложь. Даже ложь во спасение.

— Может быть. Я просто не знаю, как восстановить с Данте связь. Я могу написать ему, но о чем?

Пейсли запрокинула голову и уставилась в потолок, а потом наклонилась вперед, переполняясь волнением.

— Благотворительный вечер «Конец лета»! Я случайно узнала, что у «Инферно брюинг» заказан столик.

— Танцы будут?

— Да, конечно.

У Олив родилась идея — довольно авантюрная. В глубине души она знала, почему Данте молчал о том, что они были знакомы в прошлом. Она надеялась, что он ее простит и даст ей второй шанс. Но велика вероятность, что он обойдется с ней так же, как она обошлась с ним.

И хотя у нее оставались маленькие сомнения, она понимала, что должна воспользоваться этим шансом и вернуть Данте. Надо доказать себе и ему, что с прошлым действительно покончено. Он сказал, что простил ее, но она все еще не могла простить себя.

У нее появилась возможность по-настоящему расстаться с прошлым и найти свой путь в будущее, о котором она только сейчас начала мечтать.

— Спасибо, Пейсли. Ты в очередной раз доказала, почему именно ты — наш мозговой центр.

Пейсли только улыбнулась и подняла брови:

— А кто же еще, кроме меня?

Данте вернулся к работе и начал придумывать план. Он получил сообщение от руководителя благотворительного гала-концерта «Конец лета». Персонал «Инферно брюинг» будет сидеть за столом с шестью работниками компании «Брендовый имидж». Отличная новость. У него будет возможность увидеться с Олив и поговорить.

Наедине.

Так намного лучше, чем переписываться с ней, потому что он увидит ее лицо и сможет прикоснуться к ней. Он убедит Олив, что он не держит на нее зла и хочет, чтобы она вернулась в его жизнь.

Он просмотрел ее фотографии в своем телефоне. Ну, их было всего две. Одна была сделана на концерте в ту ночь, когда между ними все изменилось.

Данте понял, что именно тогда он отпустил прошлое, хотя продолжал притворяться, что держится за него. Теперь до него дошло, что он использовал прошлое как спасательный круг. Как способ безопасно расстаться с Олив, не позволив ей разбить ему сердце.

На другой фотографии Олив разговаривала с ребенком в павильоне на пивном фестивале. Она так мило улыбалась, что у Данте засосало под ложечкой. Как он мог думать, что она не изменилась за прошедшие годы?

Глядя на ее лицо, он видел, как она искренна и уязвима. Он не хотел замечать этого раньше. Если бы он признался себе, что Олив стала другой, то ему пришлось бы признать, что он тоже изменился.

Он потер рукой затылок.

Простит ли она его?

Ему нет оправдания. Все, что он говорил себе, скрывая от нее правду, теперь казалось убогой ложью. Почему он этого не понимал? Неужели так упивался своей обидой, что не видел очевидного?

Услышав, как кто-то подошел к двери его офиса, он включил блокировку на экране, чтобы никто не увидел, что он рассматривает фотографии Олив.

— Привет, босс! Просто хотела поблагодарить за приглашение на гала-концерт «Конец лета» и узнать, можно ли мне привести с собой парня, — затараторила Кики.

— Конечно, — сказал он. — Ты нашла подходящую кандидатуру?

— Наверное. Но я не уверена на все сто процентов.

— Вы познакомились в баре? — спросил он.

— Нет, в онлайн-игре.

Данте не играл в видеоигры, но Мия, Кики и половина сотрудников их офиса играли в них.

— Рад за тебя. С удовольствием с ним познакомлюсь.

— Это наше первое официальное свидание. А какой дресс-код?

— Коктейльное платье для женщин, костюм и галстук для мужчин, — сказал он.

— Мне не терпится посмотреть, как принарядится Бен. Кстати, нас спрашивают, вернетесь ли вы на утреннее шоу на следующей неделе. Вам предлагают роль местного эксперта по «Октоберфесту».

— Конечно. Надо сообщить, что тем временем мы организуем ежемесячный праздник, — произнес Данте.

— Поняла. До встречи, босс! — быстро сказала Кики и повернулась, чтобы уйти.

Когда его менеджер по маркетингу ушла, Данте вспомнил их разговор и понял, что Кики не побоялась снова рискнуть и влюбиться. Он слишком долго позволял прошлой обиде управлять его жизнью. Забыл, что до того злосчастного бала был самоуверенным и порядочным парнем. Он позволил словам Олив Хейз превратить его в того, кем он никогда не был.

Данте простонал, осознавая, почему влюбился в нее. Олив была единственной женщиной, которой, как считал, он недостоин. Но оказалось, она — его судьба.

Теперь он твердо решил сделать все возможное, чтобы вернуть ее. Без нее ему всегда будет казаться, что он не живет по-настоящему. Ему не терпелось отправить ей сообщение, но он приказал себе придерживаться своего первоначального плана. Лучше всего увидеться с ней лицом к лицу. И, к счастью, до встречи с Олив оставалось всего несколько дней. Данте работал допоздна. Выйдя на улицу поздним августовским вечером, он вспомнил, как в последний раз видел Олив. Он больше никогда не отпустит ее.