Благотворительный гала-концерт «Конец лета» проводили на старом складе, перестроенном под конференц-зал. Кирпичные стены резко контрастировали с круглыми столами, задрапированными роскошными белыми скатертями и накрытыми на двенадцать человек. Тема мероприятия — «величие летнего неба» — отражалась повсюду. Например, между столами были большие деревья, окутанные белыми гирляндами, что создавало атмосферу интимности.

Белые летние цветы и свечи украшали каждый стол. Олив застыла на пороге, наслаждаясь величием роскошного окружения. Она надеялась, что предстоящая ночь будет для нее волшебной. Она принарядилась, выбрав вечернее платье от-кутюр с длинной ярко-синей юбкой и черной лентой на талии. Лиф платья состоял из двух полос материала, одна из которых, белого цвета, поднималась от талии и закрывала левую грудь, а потом оборачивалась вокруг шеи и скреплялась с черной полосой, закрывающей правую грудь. Спина Олив была обнажена. Она надела к платью босоножки на шпильках с ремешками.

Олив уложила волосы в пучок, открывая шею, и надела серьги-бантики с бриллиантами и жемчугом в виде капли. Она не торопилась, чтобы убедиться, что выглядит безупречно.

— Великолепно! — воскликнула Пейсли, подходя к Олив.

Джек все еще не вернулся от своей больной бабушки, поэтому весь вечер подружки были рядом друг с другом. Пейсли надела эффектное белое вечернее платье с яркими цветочными узорами и любимые туфли на шпильках. Ее руки были обнажены, а на внутренней стороне левого предплечья красовалась татуировка.

— Я так нервничаю, — призналась она Пейсли.

Подруга обняла ее и улыбнулась:

— Ты во всеоружии. Помнишь, что сказал Руми? «Ставь на кон все ради любви».

Она сомневалась, что ей поможет это мудрое изречение, но кивнула. Потом глубоко вздохнула и поняла, что в самом деле очень рискует. Но если она испугается и отступит, то будет до конца своей жизни сожалеть о том, от чего отказалась с Данте. Возможно, он не тот мужчина, которого она искала. Вероятнее всего, он — иллюзия ее идеального парня, которому она помогла измениться. Поэтому должна все выяснить сегодня вечером.

Олив и Пейсли отыскали свой стол, за которым расположились с сотрудниками «Инферно брюинг».

Олив с удивлением увидела в списке тех, кто был с ними за одним столом, Мию Ричардсон. Они общались несколько лет назад и расстались друзьями.

Потом она заметила, что под именем Мии стоит имя Макса Ричардсона. Ее муж? Наверное, он работает в «Инферно брюинг».

— Зачем ты смотришь на имена гостей за нашим столом? — спросила Пейсли.

— С нами будет Мия. Мы учились с ней в универе, и я не знала, что она знакома с Данте.

— Как интересно! Мы все учились в одном универе, поэтому обязательно встретим знакомых. Почему тебя это беспокоит?

— Мия из тех девушек, которые написали на меня жалобу, и мне назначили общественные работы.

— Успокойся и вспомни, что ты здесь из-за Данте, — напомнила Пейсли. — Оставь прошлое в покое.

— Да, — сказала Олив, хотя у нее поубавилось самоуверенности. Одно дело думать о предстоящей вечеринке, сидя дома, и совсем другое — осматривать сверкающий бальный зал, медленно заполняющийся людьми.

Пейсли взяла Олив под руку, и они пошли к бару, несколько раз останавливаясь, чтобы поговорить со знакомыми. Олив сделала большой глоток «Мохито» и глубоко вздохнула. В прошлом она часто поступала не думая о последствиях. Сегодня она все делает обдуманно и точно знает, чего хочет.

Пейсли разговаривала с одним из своих клиентов, и Олив жестом показала ей, что идет к их столу. В зале играла классическая композиция из трех пьес Вивальди. Она обходила стол, отыскивая глазами карточку со своим именем. Почувствовав, что кто-то стоит у нее за спиной, она повернулась и увидела Данте.

— По-моему, ты сидишь рядом со мной, — хрипло сказал он.

— Правда? — спросила Олив.

Она не могла оторвать от него глаз. Ее манили острые черты его лица и элегантно уложенные темные вьющиеся волосы. Темно-синий оттенок костюма подчеркивал зеленый цвет его глаз. Ее сердце сжалось, у нее засосало под ложечкой. Она почти боялась вздохнуть и разрушить волшебную атмосферу.

Данте заказал машину на вечер, надеясь, что сегодня встретится с Олив, и, возможно, они все начнут заново. Макс и Мия ждали его у входа в здание, когда он приехал. Он был счастлив видеть, что сегодня его друзья ведут себя как прежде. Напряжение, которое он чувствовал между ними, ушло.

— Вы посмотрите, как он разоделся! — поддразнила его Мия.

— Сегодня праздник, — напомнил ей Данте.

Он записался к Пьетро и снова сделал прическу, а потом попросил Сэма подобрать ему костюм. Он хотел удостовериться, что выглядит как мужчина, о котором всегда мечтала Олив. Он не притворялся, а просто стал лучшей версией самого себя. Оставалось надеяться, что ему удастся убедить ее, что их прошлое забыто.

— Я в смокинге, а этого никто не заметил, — проворчал Макс.

— Ты прекрасно выглядишь, — сказала Мия, целуя его в щеку. — Может, нам с Максом пойти и выпить, пока ты ищешь наши места? Мы за третьим столом. Убедись, что мы все сидим рядом друг с другом.

— Слушаюсь! — произнес Данте. На ужине Ассоциации пивоваров он сидел рядом с Джеффом из «Брюинг энерджи уолдвайд», и этот человек оказался настоящим занудой. Та вечеринка прошла невесело, потому что Данте скучал по Олив, но упрямился и не признавал этого.

Организаторы нынешнего мероприятия отлично передали тему летнего неба, и казалось, что ты находишься не в зале, а на улице. Данте заметил Олив, когда пробирался к своему столу. Она стояла к нему спиной и была так красива, что он затаил дыхание. Как только Олив повернулась и он увидел ее профиль, его сердце забилось чаще.

Он так соскучился по ней!

Думать о физической реакции на нее было легче всего. Опасное влечение возникло между ними в тот момент, когда она впервые вошла в его офис. Но сейчас он страстно хотел Олив потому, что любил ее.

Ему хотелось говорить ей правильные вещи, но он не мог подобрать слова. Он боялся снова облажаться.

Но ведь он уже давно не Дэнни, а Данте Руссо. Крутой парень, генеральный директор с сексуальным голосом, которого любят почти все жители Чикаго.

— Чего же вы ждете?

Он взглянул налево и увидел Кики, стоящую рядом с ним. На ней было коктейльное платье, а ее светло-русые волосы были окрашены в тот же оттенок синего, что и платье.

— О чем ты?

— Вы замерли, когда увидели Олив. Не волнуйтесь. Я задержу тех, кто должен сидеть за нашим столом, — сказала она. — У вас будет немного времени наедине.

— Спасибо.

Он стал пробираться сквозь толпу гостей. Заметив, что Олив медленно обходит стол, разглядывая карточки с именами, Данте ловко пододвинул к ней свою карточку. Потом встал у нее за спиной. От нее так соблазнительно пахло, что он внезапно испугался, что прямо сейчас потеряет самообладание.

— По-моему, ты сидишь рядом со мной, — сказал он.

— Правда? — спросила Олив и повернулась к нему лицом.

— Да. Хорошо, что последнее мероприятие, на котором я был, оказалось чертовски скучным. Помнишь Институт искусств? — Он собирался говорить о всякой ерунде, пока не придумает, как лучше признаться Олив в своих чувствах.

«Я скучал по тебе».

«Я хочу тебя».

«Прости меня».

Она кивнула и промолчала.

— Как ты? — спросил Данте.

Олив наклонила голову набок, облизнула губы и глубоко вздохнула:

— Плохо. А ты?

— То же самое. Я даже на время вернулся к образу дровосека, — признался он.

— Ты симпатичный дровосек, — сказала она, и его разочаровал ее ответ.

— Олив…

— Данте…

— Говори ты! — произнес он.

Она несколько раз тряхнула головой:

— Я не знаю, как это сделать. Как понять, стремишься ли ты найти выход из всего этого? Ты хотел расстаться со мной?

— Нет, не хотел.

— А чего ты хочешь? — нерешительно спросила она.

— Чтобы мы не усложняли себе жизнь, — хрипло произнес он и взял ее за руку. — Ты нужна мне, Олив. Я хочу, чтобы ты была со мной. Я люблю тебя.

Она уставилась на него широко раскрытыми глазами, но ничего не сказала, и он понял, что опоздал. Каждый раз, когда он медлил в отношениях с Олив, это плохо кончалось.

Олив взяла Данте за руку. К их столу подходило все больше людей. Она протиснулась мимо Пейсли, которая сжала ее плечо, и вывела Данте наружу. Они оказались на деревянной палубе, украшенной световыми гирляндами, с видом на озеро Мичиган. Она продолжала идти, пока они не остались одни.

Потом она остановилась.

Данте сказал, что любит ее.

Ее сердце колотилось так быстро, что ей казалось, будто у нее в голове звучит барабанная дробь.

Олив закрыла глаза.

— Что с тобой? — мягко спросил он. — Наверное, не надо было говорить все и сразу.

— Я рада, что ты это сделал, — призналась она. — Я не уверена, что достойна твоей любви, Данте. Но я так счастлива, что ты любишь меня. Я все время пыталась представить тебя плохим парнем, но правда в том, что это я была ужасным человеком.

— Прекрати! — Он приложил палец к ее губам, потом быстро убрал руку. — Ты уже извинилась. Теперь ты ни в чем не виновата. Ты — мой идеал женщины, и я предал тебя, уступив прежним страхам. Я боялся просто признать, что ты можешь быть со мной, и не хотел рассказывать тебе о той ночи, потому что ты могла увидеть во мне того парня, который недостаточно хорош для тебя.

— Я люблю тебя, Данте, — решительно сказала Олив. — Я пришла сюда сегодня, потому что после нашего расставания сомневалась, что ты захочешь принять меня обратно.

— Все мои знакомые назвали меня идиотом за то, что я отпустил тебя, — хрипло признался он.

Олив улыбнулась. Прошедшие недели он наверняка был сам не свой, но вряд ли срывался на окружающих.

Он действительно любил ее.

— Я не идеал. Я каждый день стараюсь быть лучше, но иногда меня заносит, — искренне сказала Олив. Она не хотела, чтобы он думал, что у нее никогда не будет срывов.

— Ты идеально мне подходишь. Я тоже не подарок. Но я надеюсь, мы притремся друг к другу, — тихо произнес он.

Данте наклонился, притянул Олив к себе, и она почувствовала тепло его дыхания на своей щеке, когда тот прошептал:

— Я так сильно люблю тебя, Олив. Я боялся, что ты вычеркнешь меня из своей жизни, и я бы не стал ни в чем тебя винить.

Она обхватила ладонями его лицо, всматриваясь ему в глаза:

— Я тоже этого боялась. Но я не стала бы держаться в стороне и ничего не делать.

— Я тоже предпочитаю действовать, — сказал Данте.

Он поцеловал ее, неторопливо и страстно. Она обняла его так крепко, словно не хотела никогда отпускать.

Через несколько минут они присоединились к гостям и провели вечер, смеясь и танцуя со своими друзьями и делая ставки на товары на благотворительной распродаже.

В конце ужина на сцену вышел диджей. Гости танцевали, и Олив поняла, что у нее наконец-то появился шанс исправить болезненное воспоминание между ней и Данте.

Прекрасная возможность загладить вину из прошлого.

Она отвела Мию и Пейсли в сторону.

— Думаю, мне следует пригласить Данте на танец. Ну, так же, как он поступил со мной много лет назад, — сказала она им.

— Тебе не обязательно это делать, — произнесла Пейсли.

— Она права, но если ты это сделаешь… Я думаю, это будет нечто особенное, — ободряюще сказала Мия.

Приняв решение, Олив попросила диджея сыграть песню «Почему ты такая красивая?» группы One Direction и спросила, можно ли ей воспользоваться микрофоном. Она очень нервничала, ее ладони вспотели, но потом она посмотрела на Данте и Макса, которые напевали песню, и почувствовала, как ее сердце тает. Как она могла с самого начала не понять, какое чудо этот Данте Руссо? Какое счастье, что теперь она загладит свою вину!

— Я не знаю. Это неподходящее мероприятие… — начал диджей.

— Для меня это по-настоящему важно. Я не собираюсь грубить или устраивать скандал. Я просто признаюсь в любви своему мужчине.

Диджей отнекивался, но, когда его начали упрашивать Мия и Пейсли, он согласился.

— Поступил запрос на следующую песню. Олив хочет сказать несколько слов. — Он протянул ей микрофон.

— Давным-давно один человек пригласил меня потанцевать, и я сказала ему, что никто не захочет с ним танцевать, а я не стану с ним танцевать, даже если мы будем последними людьми на планете.

Данте, прости, что когда-то обидела тебя. Станцуешь ли ты со мной под эту песню, которая во многом выражает то, что я чувствую к тебе?

Данте шагнул к сцене и заорал:

— Конечно, черт побери!

Он раскрыл объятия, и Олив прыгнула в них. Диджей включил песню, пока они целовались. Друзья аплодировали и подбадривали их. И Олив поняла, что от прежней Олив Хейз не осталось и следа.

Они танцевали, подпевая во все горло, и она улыбнулась Пейсли, которая сложила пальцы в форме сердца.

Они выпили много шампанского и веселились всю ночь напролет. А потом вдвоем вернулись домой к Данте.

Он медленно и страстно поцеловал ее в фойе, потом подхватил на руки и понес вверх по лестнице в главную спальню, где занялся с ней любовью. После они лежали в обнимку, наблюдая, как луна лениво плывет по небу, и обсуждая планы на будущее.

Поначалу оба стеснялись, но потом стали увереннее. Они заснули ближе к рассвету в объятиях друг друга. Олив чувствовала, что наконец-то расплатилась по всем кармическим долгам и теперь начинает счастливую жизнь с Данте.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.