Утомленный событиями прошлой ночи, Боб проспал до девяти утра, пропустив широко разрекламированное всеми печатными изданиями зрелище – восход солнца в пустыне. Открыв глаза, молодой человек оглядел незнакомую комнату и постепенно воскресил в памяти путешествие в Эльдорадо, удивительную девушку и, наконец, ужасный крик попугая и тревожные предчувствия Чарли Чана.

При ярком солнечном свете все снова воспринималось в самом оптимистическом духе. И зачем он поддался вчера уговорам этого странного китайца? Может быть, там, откуда он родом, и принято считать эмоции чем-то важным, но он, Боб Иден, намерен руководствоваться в делах трезвым расчетом. К тому же мистер Чан – полицейский и привык ко всему относиться с большой подозрительностью.

Дверь тихонько приоткрылась, и на пороге появился Чарли Чан в обличье китайского слуги.

– Хозяин звать вас завтракать, – громко произнес он преувеличенно резким голосом. – Рано вставать – вкусно кушать!

Войдя в комнату и прикрыв за собой дверь, он уставился на Боба с самым несчастным выражением лица.

– Как отвратительно, что мне приходится коверкать прекрасный английский язык! Я чувствую себя ввергнутым в полнейшее ничтожество. А сейчас я бы настоятельно посоветовал встать и выйти к завтраку. Мэдден уже за столом и пребывает в ужасном гневе.

Подойдя к окну, мистер Чарли раздвинул шторы.

– Полюбуйтесь, какое великолепное зрелище! Эта пустыня навевает мысли о вечном.

– Верно, навевает, – кивнул Боб, выглянув в окно. – Но давайте лучше воспользуемся тем, что нас никто не слышит, и поговорим о деле. Почему вы вчера не передали Мэддену мои слова? Мы же с вами договорились!

– Извините, я собирался, но этот ужасный крик попугая спутал все карты.

– Что за пустяки! Подумаешь, крик попугая!

– Позвольте вам напомнить, что попугаи повторяют слова, которые когда-то услышали. Говорящая птица ничего не может выдумать.

– Ну и что! Тони мог слышать это где угодно и когда угодно. Мэдден же сказал, что у этого попугая богатое прошлое. Так что давайте признаем, что мы оба оказались вчера излишне впечатлительны, и отдадим наконец покупателю его колье.

– Я настоятельно прошу вас подождать хотя бы еще немного, – тихо и упрямо произнес детектив. – Не исключено, что мне удастся получить от этого попугая еще немного информации. Эта на редкость умная птица говорит в том числе и по-китайски. Как и ваш покорный слуга…

После некоторого размышления Боб решил выполнить просьбу своего спутника. Далеко не последнюю роль сыграло намерение Паулы Вэнделл посетить ранчо мистера Мэддена.

– Хорошо, – ответил он наконец. – Давайте договоримся так: я жду ровно до двух часов пополудни. Если все будет спокойно и ваш пернатый любимец не поведает о новых леденящих кровь историях, мы с вами вручаем жемчуг мистеру Мэддену.

– Прошу вас проявить еще немного терпения. А сейчас не лучше ли уделить благосклонное внимание пище, приготовленной вашим покорным слугой, и хозяину этого гостеприимного дома?

– Хорошо, я сейчас спущусь. Передайте Мэддену, что через пару минут я присоединюсь к нему.

Выглянув в окно, Боб стал свидетелем забавного зрелища. Посреди патио попугай весело раскачивался на своей жердочке. Чарли Чан подошел к нему и сказал что-то по-китайски. Тони тут же повторил это слово в слово. После небольшой паузы попугай произнес еще несколько фраз на том же языке.

Молодой человек рассмеялся, но тут же с изумлением увидел, что в патио буквально ворвался Мартин Торн. Боба поразило выражение бешеного гнева на бледном лице секретаря.

– Что ты тут делаешь?! – заорал он на китайца.

– Тони хороший птица, – ответил детектив, копируя интонацию простодушного дурачка. – А Киму с Тони не скучно. Говорить по-китайски.

– Иди лучше займись делом, устроил тут себе развлечение!

Чарли – а точнее, А Ким – послушно удалился, опустив голову и шаркая туфлями. Торн сердито смотрел ему вслед, пока за китайцем не закрылась дверь. Неожиданно Боба посетила мысль: вдруг предчувствия Чарли все же не лишены основания? Вдруг слова попугая способны пролить свет на какую-то ужасную тайну?

Когда Боб наконец спустился к завтраку, Мэдден поприветствовал его довольно хмуро и недружелюбно. Судя по всему, присутствие нежданного гостя тяготило его. Кроме того, хозяин дома выглядел на редкость утомленным и невыспавшимся.

– Прошу извинить мое опоздание, – начал Боб. – Должно быть, сказались вчерашняя дорога и непривычный воздух пустыни.

– Я уже заказал телефонный разговор с вашим отцом, – проворчал Мэдден. – Не люблю даром терять время.

– Это прекрасно, – ответил Боб, изо всех сил пытаясь скрыть досаду. – На номер офиса?

– Ну, разумеется!

Этого ответа хватило, чтобы вернуть Идена-младшего в прекрасное расположение духа. Сегодня суббота, а это значит, что отец отправится в Барлингейм играть в гольф. Он может остаться там еще и на воскресенье. Только бы там не было дождя!

Вскоре вошел Торн, и все трое наконец воздали должное завтраку. Еда и правда оказалась выше всех похвал. Боб даже позавидовал Филлиморам, в свое время наслаждавшимся такими шедеврами кулинарии ежедневно.

Немного утолив голод и успокоившись, Мэдден вспомнил об обязанностях хозяина дома.

– Надеюсь, Тони не слишком напугал вас прошлой ночью, – обратился он к своему гостю. – Как я уже говорил, у этой птицы бурное прошлое. Мне его подарил капитан одного австралийского торгового судна, а я привез его сюда, чтобы Ли Вонгу было с кем поговорить.

– Вы же представили слугу как А Кима, – заметил Боб. – Или я что-то перепутал?

– Это можно назвать счастливой случайностью. Ли пришлось неожиданно уехать в Сан-Франциско. Не успел он покинуть ранчо, как сюда забредает другой китаец в поисках работы. Я тут же взял его, пока не вернется Ли Вонг.

– Тем, у кого такой прекрасный повар, остается только позавидовать, – заметил Боб.

– Обычно я привожу с собой и слуг, и повара. А в этот раз надо было срочно приехать. Как правило, я провожу все время в Пасадене, у меня дом на Оранж-Гроув-авеню, а сюда заезжаю на несколько дней отдохнуть в тишине. Сейчас будет связь с Сан-Франциско, – нетерпеливо заметил финансист, взглянув на часы и с шумом вставая из-за стола.

– Простите, босс, а что с интервью, которое вы вчера обещали? – подал голос Торн, хранивший молчание на протяжении всего завтрака. – Мистер Холли скоро должен явиться за ним.

– Чертов журналист! – сердито воскликнул Мэдден. – Угораздило же меня! Ладно, пошли в кабинет, а вы, мистер Иден, дождитесь звонка и поговорите со своим отцом.

Когда они ушли, в столовой появился А Ким и принялся так ловко и бесшумно убирать со стола, будто всю жизнь только этим и занимался.

Прошло не меньше двадцати минут, когда телефонный аппарат наконец зазвонил. Боб вскочил и взял трубку, но тут в дверях появилась мощная фигура Мэддена. Боб едва сдержал вздох облегчения, услышав в трубке мелодичный голосок мисс Чейз.

– Доброе утро, – поприветствовал он секретаршу отца. – Это Боб Иден, я говорю с ранчо мистера Мэддена. Как вы себя чувствуете в такое прекрасное солнечное утро?

– Что вы, какое оно прекрасное и солнечное, – принялась кокетничать мисс Чейз. – С тех пор как вы уехали, здесь все стало так грустно…

– Я хотел бы поговорить с отцом, – прервал ее Боб, заметив, что Мэдден проявляет явные признаки нетерпения.

– Но, мистер Боб, сегодня же суббота, у мистера Идена гольф!

– Да, извините, совсем забыл. Пусть отец перезвонит мне, когда вернется, Эльдорадо-76. У меня все в порядке, всего доброго, мисс Чейз! Нет, одну минуту!

– Подождите, – вмешался Мэдден, когда Боб уже собирался повесить трубку. – Так где находится ваш отец?

– Он уехал играть в гольф.

– Тогда пусть дадут мне номер клуба!

– Мисс Чейз, отец отправился в Барлингейм? – спросил Боб у секретарши.

– Нет, он намеревался поехать в друзьями в какой-то другой клуб, но не сообщил куда именно, – ответила та.

«Какая сообразительная девушка!» – подумал Иден-младший, отвечая нарочито спокойным голосом:

– Тогда, пожалуйста, оставьте моему отцу записку, пусть он перезвонит на ранчо мистера Мэддена.

– Это же надо, поехал неизвестно куда! – вспылил хозяин ранчо, когда Боб в двух словах пересказал ему ответ секретарши. – Делом надо заниматься, а не транжирить время на идиотскую игру! Все эти бесполезные занятия губят людей не хуже, чем виски! Вот если бы я околачивался во всяких клубах, разве бы я достиг того, что имею?!

Боб поднялся с места, намереваясь выразить свое возмущение, но финансист опередил его.

– Прошу извинить мой резкий тон, но эти проволочки действуют мне на нервы. Я предполагал, что колье отправят сюда уже сегодня.

– Не исключено, что так оно и будет, – примирительно произнес молодой человек. – День только начинается.

Что-то недовольно проворчав, Мэдден вышел из комнаты.

Боб озадаченно посмотрел ему вслед, снова заподозрив неладное. Великий финансист, который может не моргнув глазом приобрести весь ювелирный салон, вдруг придает такое колоссальное значение этому колье? Скорее всего, отец просчитался: жемчуга Филлиморов стоят несоизмеримо дороже, вот почему Мэдден спешит завершить сделку, пока истина не вышла на свет. Да, пожалуй, это самое правдоподобное объяснение.

Заскучав, Боб вышел в патио. Воздух пустыни теперь снова был обжигающим, а сама пустыня выглядела так, как описана в многочисленных сказках, – раскаленной, сверкающей под безжалостным солнцем.

Боб прогулялся по внутреннему двору, взглянул на индюков и кур, копошившихся возле кухни, на грядки с клубникой, красневшей среди сочных зеленых листиков. Присев у искусственного водоема, находившегося немного в отдалении от дома, молодой человек снова заметил попугая. Сидя на своей жердочке, тот старательно чистил клювом серые перышки.

– Хуа-жень-шень, – произнес Боб, старательно копируя произношение Чарли.

– Сесе нинь дэ гуаньчжу! – моментально отозвался попугай, прерывая свое занятие.

– Как интересно! – заметил молодой человек светским тоном. – Никогда бы не подумал.

– Чхоушуйматхун ши биежень тапхо дэ, – с видом заговорщика сообщила ему птица, понизив голос.

– Вы необыкновенно занимательный собеседник, мистер Тони, – заметил Боб, направляясь в дом.

Ситуация представлялась ему все более подозрительной. Мартин Торн отогнал от попугая китайского слугу, который мог понять, о чем говорит птица. Но секретарю и в голову не пришло воспрепятствовать гостю из Сан-Франциско. Значит, то, что может сказать Тони, не лишено смысла…

Около двенадцати прибыл довольно улыбающийся Вилл Холли.

– Интервью для вас скоро будет готово, – сообщил ему Боб. – А вот мое дело все еще не завершено, – продолжил он, понизив голос.

– А я думал, что у вас все в порядке, – удивился журналист.

– Об этом чуть позже. Не исключено, что вечером я буду в городе. – И, заметив, как в окне мелькнула тень, продолжил нарочито громко: – Как хорошо, что вы приехали. Знаете, пустыня все же не для меня. Я уже начинаю скучать.

– Значит, я угадал, что вас необходимо немного развлечь! Я привез последний номер «Эльдорадо таймс», – ответил Вилл с понимающим кивком. – Там много новостей, заслуживающих внимания.

Устроившись в одном из кресел в гостиной, Боб начал внимательно просматривать предложенную газету.

– Да, она выглядит более чем скромно, – печально констатировал мистер Холли. – Всего восемь страниц малого формата, на которых лишь местные новости и объявления. Благотворительная ярмарка ассоциации домохозяек, капканы на койотов, новости с птицефермы мистера Диккея… А ведь когда-то я сотрудничал с одним из самых известных нью-йоркских журналов! И прошу вас не показывать Гарри Флэтгейту этот жалкий листок. Такого позора я точно не переживу!

Холли несколько раз прошелся по комнате, а затем неожиданно спросил:

– Скажите, Мэдден уже демонстрировал вам свою знаменитую коллекцию оружия?

– Нет, пока что было не до того.

– Здесь довольно любопытные экземпляры, правда, изрядно запыленные. Ли Вонг опасался притрагиваться к оружию, тем более что все оно заряжено. Видите, рядом с каждым экспонатом маленькая бумажка, где кратко изложена его история. Как в настоящем музее. Вот, смотрите: «Пи Джи Мэддену от Тила Тэйлора». Подарок хозяину дома от лучшего шерифа Орегоны. Этот револьвер, переживший очень беспокойные времена, Мэдден получил от Билла Тилгмана.

– А этот мушкет? Какая древность!

– Не скажите, о нем до сих пор ходят легенды. Когда-то этот мушкет принадлежал Билли Киду. С этим ружьем никогда не расставался Бат Мастерсон – не менее известная личность. А сейчас я покажу вам настоящую жемчужину этой коллекции… Странно! Его нет на месте!

– Чего-то не хватает?

– Да, кольта 45-го калибра, один из первых выпусков, его подарил Мэддену Билл Харт.

– Подождите, Вилл! Листка с описанием тоже нет – место, где они висели, выделяется на запыленном ковре. Получается, что и кольт, и листок взяли совсем недавно.

– Не понимаю, что в этом особенного, – недоуменно начал журналист.

Боб уже собирался объяснить, почему отсутствие кольта так взволновало его, но внезапно скрипнула дверь: в гостиную вошел Мэдден в сопровождении секретаря.

– Доброе утро, – любезно поприветствовал журналиста хозяин ранчо. – Вот ваше интервью. Вы собираетесь передать его в Нью-Йорк по телеграфу?

– Совершенно верно, сэр. Редактор нью-йоркской газеты, мой друг, в полнейшем восторге. Первое интервью, которое дал сам Мэдден!

– И смотрите, чтобы ни единого слова не изменили! – предупредил Мэдден.

– Ни единой запятой! Позвольте еще раз поблагодарить вас и откланяться.

Коротко кивнув, великий финансист вернулся в свой кабинет, а Боб вышел проводить журналиста.

– Так почему вас так сильно тревожит исчезновение кольта? – спросил тот, когда они отошли к машине и удостоверились, что их разговор никто не может услышать.

– Возможно, я преувеличиваю свои опасения, – произнес молодой человек. – Но мне кажется, что здесь происходит нечто подозрительное.

– Вы меня заинтриговали. Что же, по-вашему, настолько подозрительно?

– В двух словах не расскажешь. Я постараюсь быть в городе во второй половине дня, там и побеседуем.

– Ну, как знаете. В таком случае до вечера.

Боб уже было загрустил, глядя вслед удаляющейся машине, когда на горизонте неожиданно возникла маленькая коричневая точка, которая скоро превратилась в другой автомобиль. За рулем сидела Паула Вэнделл. Машина въехала во двор, молодой человек поспешил открыть дверцу.

– Рад вас видеть! – воскликнул он. – Я уже думал, что вы поменяли свои планы.

– Признаться, я проспала. Здесь в пустыне сон просто великолепный.

– Вы позавтракали?

– Конечно, я заглянула в «Оазис» выпить кофе. Вилл сказал мне, что Мэдден приехал на ранчо.

– Да, он здесь, пойдемте.

В гостиной они встретили Торна, одарившего девушку неприязненным взглядом. Пожалуй, он был одним из немногих, на кого ее чары совершенно не действовали. Боб поспешил ей на выручку:

– Эта леди хотела бы встретиться с вашим хозяином, – требовательно произнес он.

– У меня с собой письмо, где мистер Мэдден ясно выразил свое согласие на киносъемки, – подхватила девушка. – Как вы помните, я уже приезжала сюда в прошлую среду.

– Мне очень жаль, – недовольно ответил Торн, – но мистер Мэдден не намерен говорить с вами и поручил мне передать, что он отменяет свое разрешение на съемки.

– Я бы предпочла услышать это от самого мистера Мэддена, – заявила Паула.

– Но я уже сказал…

Однако девушка уселась в кресло и решительно произнесла:

– Прошу немедленно передать мистеру Мэддену, что, согласно данному им разрешению, съемочная группа готовится выехать сюда. А также что я нахожусь в его гостиной и не встану с кресла, пока он лично не выйдет поговорить со мной.

Торн немного постоял в нерешительности, а затем вышел, бросив на девушку сердитый взгляд.

– Как вы его! – восхищенно заметил Боб.

– Да, мой хлеб дается мне очень нелегко. Еще чего: чтобы какой-то секретарь срывал мои планы!

– Какого черта! – заорал Мэдден, врываясь в гостиную.

– Добрый день, – поднялась ему навстречу Паула с улыбкой благовоспитанной леди. – Я не сомневалась, что вы любезно примете меня. Вот ваше письмо…

– Да, я помню, – ответил Мэдден, пробежав глазами письмо. – Но у меня изменились планы. Видите ли, мисс, я бизнесмен; дело для меня прежде всего.

– Не смею с вами спорить, – печально ответила девушка. – Но ваш отказ нанесет серьезный ущерб моей репутации на киностудии. Мое начальство – тоже бизнесмены, и для них важен результат, а не мои оправдания. Я заверила их, что разрешение на съемки получено, на его основании они собрали и подготовили группу, пошли на определенные расходы.

– Вы сделали это преждевременно!

– Но почему? Я же получила письменное согласие самого Пи Джи Мэддена, который известен тем, что всегда держит свое слово.

– Это верно, – немного смущенно произнес Мэдден. – Слово я держу. Так когда съемочная группа собирается приехать сюда?

– В понедельник.

– Нет, в понедельник еще рано! Давайте перенесем съемки хотя бы на четверг. Думаю, к четвергу мы уже закончим с нашим делом? – повернулся он к Идену-младшему.

– Разумеется! – с готовностью подтвердил тот.

– Стало быть, так и договоримся. – Во взгляде Мэддена уже не было прежней злости. – В четверг приезжайте и снимайте сколько душе угодно. Если я к тому времени уеду, слуги будут обо всем заранее предупреждены.

– Благодарю вас! – воскликнула Паула. – Я не сомневалась, что вы истинный джентльмен!

Один Мартин Торн не разделял всеобщего благодушного настроения. В продолжение всего разговора он сохранял кислый недовольный вид, а затем вышел из комнаты, демонстративно хлопнув дверью.

– А как же иначе, – улыбнулся Мэдден. – У меня такое правило: дал слово – исполняй! В моем бизнесе иначе никак.

– Если кто-нибудь когда-нибудь усомнится в вашем слове, я тут же заявлю, что это наглая ложь!

– Не знал, что у меня такая очаровательная защитница, – улыбнулся окончательно растаявший миллионер. – Сейчас время ленча, надеюсь, разделите его с нами?

– Мне не хотелось бы злоупотреблять вашей добротой.

– Значит, решено, – ответил хозяин ранчо тоном, не терпящим возражений. – А Ким, поставьте еще один прибор. Итак, господа, жду вас на ленч через десять минут.

С этими словами Мэдден величественно удалился из комнаты.

– Ну, вот видите! – сказала Паула, когда они с Бобом остались одни. – Все уладилось, стоило лишь встретиться с ним лично.

– Лично я не вижу в этом ничего удивительного, – улыбнулся тот. – Любой будет рад выполнить ваше желание.

– Это похоже на комплимент! – шутливо заметила девушка.

– Значит, комплимент не удался, раз он всего лишь похож на него. Прошу извинить мою неловкость – у меня столько дел, а в голове столько мыслей! Со всем этим не так легко справиться.

– Значит, такое состояние для вас непривычно, я угадала? Обычно дел у вас гораздо меньше?

– Обычно их у меня нет вовсе. Знаете, после нашего первого разговора я много размышлял.

– О чем же?

– Об одной самостоятельной молодой девушке и неком бездельнике, который за свою жизнь не заработал ни цента. Думаю, этот бездельник в конце концов пересмотрит свое отношение к жизни.

– Я чувствую себя важной персоной, – рассмеялась Паула. – А что это за оружие на стенке?

– Вы не слышали о знаменитой коллекции Мэддена? Сейчас я вам расскажу.

Но в этот момент их позвали за стол. Ленч, как и завтрак, был роскошным, А Ким снова показал себя непревзойденным кулинаром. Торн продолжал упорно хранить угрюмое молчание в противоположность хозяину дома, на которого оказали свое благотворное действие вкусная еда и общество очаровательной гостьи.

Когда А Ким принес кофе, Боб взглянул на большие часы у двери и невольно вздрогнул. Без пяти два! Еще несколько минут – и, согласно его договору с Чаном, можно будет положить конец всем сомнениям и вручить мистеру Мэддену его жемчуг. Иден-младший нерешительно взглянул на детектива, но тот как ни в чем не бывало продолжал изображать вышколенного слугу.

Пи Джи Мэдден красочно расписывал, какие трудности ему пришлось преодолеть в начале своей карьеры. Но тут китаец снова вошел в комнату и застыл у двери.

– Что там стряслось? – недовольно спросил миллионер, прерывая свой рассказ.

– Там смерть! Неизбежный конец всего живого. Бедная маленькая Тони!

– Что ты городишь? Что с попугаем?

– Он встречать Новый год на тот свет.

Мэдден вскочил с места и поспешил во двор. Остальные последовали за ним. Попугай и в самом деле неподвижно лежал на плитке пола под своей жердочкой.

– Тони, бедный старик, – расстроенно произнес Мэдден, наклонившись и взяв в руки мертвую птицу.

Боб украдкой посмотрел на секретаря и заметил, что на его бледной физиономии мелькнуло что-то вроде улыбки.

– Он был стар и в последнее время прихварывал. Что же, как тут было совершенно верно замечено, смерть – неизбежный конец всего живого. Возьми его и похорони где-нибудь, – произнес Мэдден, протягивая птицу А Киму.

Китаец направился в дальний угол двора, держа перед собой мертвого попугая. Неожиданно мистер Чарли обернулся и медленно и отчетливо произнес:

– Ху мали мали…

Боб Иден не знал таких слов, но догадался, что это не может означать ничего хорошего.