Хватило месяца, чтобы я начал убивать.

Мне надо было изгнать ее из ее тела.

Новые категории

Модель ФБР с разделением на дезорганизованный, организованный или смешанный типы являлась первой попыткой классифицировать серийных убийц. Эта модель использовалась следователями, но существовали и другие классификации, применявшиеся в психологических и криминологических исследованиях. Эти категории зачастую были более определенными и четкими, поскольку базировались на уже выявленных серийных убийцах, о которых многое было известно – в отличие от модели ФБР, основанной на типах предположительных убийц, дела которых расследуются. В настоящее время чаще всего применяются классификации, предложенные криминологами Рональдом Холмсом, Стивеном Холмсом и Джеймсом де Бургером, которые базируются на мотиве в отличие от классификации ФБР, основанной на методах совершения преступления. Холмс, Холмс и де Бургер группируют серийных убийц по четырем типам с несколькими подкатегориями, базируясь на мотиве или типе вознаграждения, которое убийца получает от своего преступления:

1. Визионер: Эти серийные убийцы убивают по приказу внешних или внутренних голосов, которые мерещатся им, или видений, которые им являются. Эти люди практически всегда страдают от психозов или других психических заболеваний.

2. Миссионер: Некоторые серийные убийцы считают, что их миссия – избавить общество от определенного типа людей: детей, проституток, стариков или представителей какой-то расы.

3. Гедонисты: к ним относятся убийцы, убивающие ради финансовой выгоды (убийцы удобства), те, кто получает удовлетворение от калечения или секса с трупами, пьет их кровь или ест их (убийцы похоти), а также те, кто наслаждается самим актом убийства (убийцы удовольствия). Для первых двух типов, убийц удобства и убийц похоти, убийство – просто способ достичь цели, и само по себе оно менее важно, чем действия, сопровождающие его или следующие после; для третьего типа, убийцы удовольствия, стремление убивать является главным мотивом.

4. Ориентированные на власть/контроль: это, пожалуй, самый распространенный тип серийных убийц, для которых главное удовольствие заключается во власти и контроле над жертвами. Они упиваются, мучая своих жертв, и находят это возбуждающим; убийство для них – действие, приносящее самое большое удовлетворение, момент полного контроля и власти над жертвой⁹⁸.

Далее мы рассмотрим эти категории подробнее и узнаем, как они проявляются в конкретных случаях.

Визионеры

Серийные убийцы этого типа совершают необъяснимые убийства, оставляя хаос на месте преступления. Часто после них остается множество улик, однако в выборе жертв определенного паттерна не прослеживается. Причина в том, что разум убийцы полностью оторван от реальности: голоса и видения приказывают преступнику убивать из соображений, скрытых глубоко во мраке его больного разума. Иногда такие убийцы полностью отчуждены от общества – они живут одни и не контактируют с другими людьми. Бывает, что они лишь временно отрываются от реальности и убивают, но в остальном кажутся окружающим безобидными или, самое худшее, эксцентричными. Большинство серийных убийц-визионеров страдают шизофренией или психозами (не путать с психопатией, то есть расстройством поведения, см. Главу 5). В то время как большая часть серийных убийц проживают тяжелое детство, убийцы-визионеры нередко растут в полностью нормальных, здоровых семьях. Поскольку психические заболевания, такие как шизофрения, чаще всего начинают проявляться в подростковом возрасте, убийцы-визионеры обычно достаточно молоды. Хотя убийцы-визионеры ничего не предпринимают для сокрытия своей личности и оставляют следы, поймать их трудно, поскольку у них нет определенного метода или мотива преступлений. Они действуют, исходя из того, что подскажет им болезнь, таящаяся внутри.

В то время как у большинства серийных убийц есть представление об идеальной жертве, и они убивают на почве секса, визионеры выбирают жертв случайно, и их логика недоступна для понимания следователя. Убийцы-визионеры часто убивают близко к дому; из-за своего психологического состояния они не могут забраться куда-то далеко. Визионеры практически полностью подпадают под категорию дезорганизованных убийц, поскольку ими руководит психическое расстройство.

Некоторые серийные убийцы притворяются визионерами, заявляя, что слышат голоса или страдают раздвоением личности, в попытке добиться признания их невиновными по причине невменяемости.

Герберт Уильям Маллин —

«Песня смерти»

Герберт Маллин родился в 1949 году в Санта-Крузе, Калифорния, и по данным большинства источников, рос в стабильной и заботливой, хотя и строгой, католической семье. В старших классах он был коротышкой – 170 сантиметров – и весил 54 килограмма, однако пользовался популярностью у мальчиков и девочек. Он играл как полузащитник в школьной футбольной команде, всегда был вежлив, получал отличные оценки; большинство одноклассников считали, что он «далеко пойдет». Первые признаки психического расстройства проявились у Маллина в шестнадцать лет, когда один из его друзей погиб в ДТП. Маллин устроил дома подобие святилища в его честь и стал утверждать, что он – гомосексуал. В семнадцать Маллин начал слышать голоса – классический симптом параноидной шизофрении, болезни, которая часто впервые проявляется в этом возрасте.

С восемнадцати до двадцати четырех лет Маллин периодически лежал в психиатрических лечебницах; между госпитализациями он был относительно стабилен. Он поступил в колледж Кабрилло и получил диплом по искусству, а также премию за свои инженерные чертежи; он разработал дизайн туристического информационного киоска в Санта-Круз, который разместили напротив отеля «Холидей Инн».

В 1968 году он поступил в Университет Сан-Хосе, однако его психическое состояние начало стремительно ухудшаться. Несколько раз его подбирали на улицах полицейские: Маллин бродил бесцельно, бормоча себе под нос. Что еще хуже, он начал употреблять марихуану и ЛСД, мощный галлюциноген, который у здорового человека провоцирует шизофреноподобные симптомы. Можно только представить, как он воздействует на того, у кого уже есть шизофрения – и нет, ЛСД не делает его нормальным.

В 1969 году, навещая сестру, Маллин начал повторять все действия ее мужа, а в промежутках сидел неподвижно, глядя на них обоих и отказываясь говорить. На следующее утро сестра отвезла его в психиатрическую лечебницу, и он по собственной воле лег туда. Однако, поскольку у Маллина не наблюдалось стремления причинить вред себе или другим, через неделю его выписали. К его чести, Маллин сразу же прекратил употреблять наркотики, когда его состояние ухудшилось.

Некоторое время он экспериментировал с культурой хиппи, увлекался восточными религиями, отрастил длинные волосы и носил бусы. Потом подстригся и стал ходить в костюме с галстуком. Он обращался к женщинам на улице, предлагая выйти за него замуж. Никто не соглашался, и тогда он отправился в гомосексуальный район Сан-Франциско и стал предлагать себя геям. Он поехал на Гавайи, но и там оказался в психиатрической больнице. Вернувшись в Калифорнию, он попадал в больницы еще несколько раз. Однажды на службе в церкви он начал выкрикивать, что католичество – это не христианство, но вскоре после этого поступил учиться на католического священника.

Он пришел в боксерский спортивный зал в Сан-Франциско в сомбреро и с Библией под мышкой и оказался очень неплохим боксером. Его считали даже претендентом на профессиональную карьеру в легком весе, однако очень скоро он бросил бокс. В Санта-Крузе Маллин влюбился в заместителя шерифа, регулярно появлялся в его офисе и называл «миленьким». Он делал это и тогда, когда уже начал убивать.

Спустя год после того, как он зарегистрировался «сознательным отказчиком», Маллин при содействии отца, бывшего полковника десантных войск, поступил на службу в десант. Он успешно прошел учебную подготовку, однако в конце концов психическая болезнь взяла верх и его спешно демобилизовали. Неизвестно, какой эффект эта подготовка оказала на молодого шизофреника, однако внезапно он решил, что американцы, погибающие на войне во Вьетнаме, приносят себя в жертву, чтобы спасти Калифорнию от грядущего землетрясения[13].

Задним числом можно оценить, через какой период чрезмерной свободы прошел Маллин в конце 1960–1970-х – и о роли, которую в этом сыграла Калифорния. При всех своих странностях Маллин легко мог затеряться в коммунах хиппи на Хейт-Эшбери с радужными домиками и вообще в их культуре, которая зародилась в Калифорнии и оттуда распространилась не только по США, но и на весь западный мир. К началу 1970-х дело запахло керосином: Чарли Мэнсон, некогда проживавший на Хейт-Эшбери со своими последователями, подтолкнул их к совершению многочисленных убийств в Лос-Анджелесе, а потом укрылся в пустыне в Долине смерти. На смену зеленым лужайкам Вудстока пришел асфальт Альтамонте, на котором во время концерта «Роллинг Стоунз» байкеры из «Ангелов ада» до смерти забили одного из зрителей прямо перед сценой.

В конце лета 1972 года, когда Америка переизбрала на пост президента Ричарда Никсона, Маллин снова поехал в Сан-Франциско и попытался присоединиться к коммуне хиппи на Гири-стрит. Но даже для них он оказался слишком странным, и его отослали. Майкл Робертс, один из художников, принадлежавших к коммуне, который был не согласен с изгнанием Маллина, вспоминал: «В тот день он откололся от человечества. То был окончательный разрыв».

В сентябре 1972 года Маллин вернулся в родительский дом в Санта-Круз. Весь месяц, по словам свидетелей, он провел за чтением Библии. Позднее Маллин утверждал, что именно тогда понял – убийство является библейской традицией, а его отец, бывший десантник, поддержал его в этом убеждении. По словам Маллина, отец подталкивал, даже принуждал его пойти с ним охотиться на оленей, чтобы доказать свою мужественность. Маллин начал слышать бесплотные голоса, призывающие его приносить в жертву жизни, чтобы предотвратить страшное стихийное бедствие, угрожающее калифорнийскому побережью. Маллин говорил: «Хватило месяца, чтобы я начал убивать».

13 октября 1972 года Маллин ехал по шоссе и заметил Лоуренса Уайта, пятидесятипятилетнего бродягу, идущего по обочине. Маллин притормозил перед ним, и когда Уайт подошел ближе, убил его, ударив по голове бейсбольной битой. Потом он оттащил тело Уайта в кусты и бросил там.

Вскоре Маллин начал слышать голос отца, который ему внушал, что загрязнение природы идет изнутри человека. Недавно он читал про вскрытия, которые проводил Микеланджело, в книге Ирвинга Стоуна «Муки и радости»; 24 октября он посадил к себе в машину Мэри Гилфойл, которая голосовала на обочине. Когда она забралась в салон, Маллин ткнул ее ножом в грудь и убил. Потом затащил труп в лес, вскрыл ей живот и попытался найти на внутренних органах следы загрязнения. Чтобы лучше их разглядеть, он развесил кишки на верках дерева. Тело нашли только через несколько месяцев.

Даже сегодня, когда профилирование развито куда лучше, сложно представить, каким образом следователи смогли бы привязать эти совершенно разные преступления к одному убийце или разобраться в мотивах, двигавших им при вскрытии тела Мэри Гилфойл. Скорее всего, их приписали бы сексуальным отклонениям в духе Джека-потрошителя, но на самом деле Маллином двигали отнюдь не сексуальные фантазии – это были даже не фантазии, а галлюцинации.

По-прежнему глубоко преданный католической религии, Маллин пришел 2 ноября в церковь Святой Марии в Лос-Гатос, пригороде Санта-Круза, чтобы попросить помощи у священника.

Отец Генри Томи вошел в исповедальню, чтобы выслушать Маллина. Тот начал излагать ему содержание своих галлюцинаций: мол, отец Томи сам просит Маллина его убить. Маллин вспоминал, что сказал священнику, будто отец телепатически велит ему приносить людей в жертву.

По словам Маллина, священник спросил его:

– Герберт, ты читаешь Библию?

– Да.

– Ты знаешь заповедь «Почитай отца твоего и мать твою»?

– Да, – ответил Маллин.

– Тогда ты понимаешь, насколько важно делать то, что приказывает тебе отец.

– Да.

– Думаю, это так важно, что я готов добровольно стать твоей следующей жертвой, – сказал священник (разумеется, в воспоминании самого Маллина)⁹⁹.

Маллин избил священника и шесть раз ударил ножом в грудь и спину, а потом бросил умирать в исповедальне.

16 декабря Маллин пришел на склад автозапчастей в Санта-Крузе, где также торговали оружием. Он выбрал себе пистолет 22-го калибра и заполнил форму на покупку, где указал, что работает свободным художником, и честно отметил галочкой «нет» в поле о прошлых правонарушениях или наркотической зависимости. (Считается, что марихуана и ЛСД не вызывают физической зависимости, да и все равно, он их больше не употреблял.) Неделю спустя он вернулся за оружием и заплатил за него 22,99 доллара.

После того как его психологическое состояние ухудшилось, Маллин перестал принимать наркотики. Теперь же он вдруг решил, что это они привели к болезни. 25 января 1973 года, захватив с собой пистолет, Маллин пошел к своему бывшему товарищу по школьной футбольной команде Джеймсу Джианере, который впервые дал ему попробовать косячок. По ошибке он постучал в соседний дом. Там находилась Кэти Фрэнсис с двумя детьми; Маллин выбил дверь к ней. Кэти знала Джианеру и показала Маллину его дом. По словам Маллина, она также сказала, что хочет, чтобы ее с детьми принесли в жертву. Полиция нашла ее на полу в кухне, с ножевыми ранами в груди и пулей в голове. Двое ее сыновей лежали у себя в комнате, на двухэтажной кровати, также с ножевыми ранениями и простреленными головами. Больше в доме убийца ничего не тронул.

Маллин пошел к Джеймсу Джианере; после недолгого разговора о былых временах и употреблении наркотиков, Маллин застрелил Джеймса. Жена Джианеры, Джоан, принимавшая душ наверху, была застрелена при попытке сбежать. И снова в доме все осталось нетронутым. Полиция установила, что всех пятерых убили из одного и того же оружия. Выяснилось также, что обе семьи участвовали в торговле марихуаной, поэтому их смерть связали с трафиком наркотиков.

Маллин был дезорганизованным серийным убийцей-визионером. Восемь убийств, которые он уже совершил, он считал своей миссией, но действовал спонтанно и без определенного плана. Казалось, ничто не связывало бродягу, забитого бейсбольной битой, студентку колледжа, которой вскрыли живот, священника, зарезанного ножом и пять последних жертв с огнестрельными ранениями. Преступления различались не только по методу, но и по внешним мотивам. Из-за такой извращенной логики дезорганизованных серийных убийц сложно не только поймать, но и просто выявить.

10 февраля 1973 года Маллин наткнулся на четверых подростков, которые собирались разбить палатку в национальном парке Кауэлл, в двух милях от дома его родителей. Он застрелил всех четверых: ему показалось, как он объяснил позднее, будто они загрязняют окружающую среду. Их тела нашли спустя неделю после ареста Маллина.

11 февраля охотники обнаружили останки второй жертвы Маллина с кишками, развешенными на ветках. 13 февраля Маллин выехал из дома на своем фургоне. Позднее много говорилось о том, что Маллин придавал особое значение цифре 13: действительно, свое первое убийство он совершил 13 ноября, а его тринадцатая жертва умерла 13 февраля.

Семидесятитрехлетний Фред Перес подавлял в составе десантных войск США Боксерское восстание в Китае, а в 1920-х был чемпионом Калифорнии по боксу в среднетяжелом весе. У него было четверо детей, семеро внуков и пятеро правнуков. Около восьми часов утра он возился в своем саду перед домом, когда Маллин притормозил в 150 футах оттуда. Племянница и сосед Переса видели, как Маллин высунулся из окна машины, вытащил винтовку 22-го калибра и сделал один-единственный выстрел Пересу в грудь. Потом он спокойно уехал, пока соседи звонили в полицию. Рана была такой крошечной, что полицейский, прибывший на место преступления, сначала решил, что у Переса сердечный приступ и стал уговаривать того, что с ним все будет в порядке. Однако Перес скончался у себя в саду до прибытия «Скорой помощи».

Описание машины передали по радио, полицейские быстро схватили Маллина и нашли у него в машине винтовку и пистолет. Маллин отказался сотрудничать с полицией и воспользовался Пятой поправкой, позволяющей не свидетельствовать против самого себя. Спустя неделю после ареста были найдены тела четверых подростков, и баллистики связали их гибель с Маллином.

До сих пор ведутся споры о том, был ли Маллин дезорганизованным серийным убийцей. Он не соответствовал этой категории, поскольку приобрел оружие до своих последних убийств и принес его с собой на место преступления. После ареста он отрицал, что является убийцей. Однако в то же время не было никаких свидетельств того, что Маллин планировал свои убийства или следил за жертвами. Он выбирал их случайным образом, когда в нем вспыхивала тяга к насилию. Маллина обвинили в одиннадцати убийствах; адвокат, с тем условием, что дополнительных обвинений не последует, сообщил полиции о ноябрьских убийствах Лоуренса Уайта и Мэри Гилфойл. В противном случае полиция никогда не связала бы их с Маллином.

Маллин был убежден, что голоса направляли его, считая «спасителем мира». Он говорил: «Сатана проникает в человека и превращает его в того, кем он не хочет быть». Убивая людей (причиняя «небольшие бедствия») Маллин, по его мнению, предупреждал страшные катастрофы – землетрясение и цунами, грозящие Калифорнии. По протоколу допроса Маллина можно судить о степени его невменяемости:

МАЛЛИН: Мы, человеческие существа, с начала времена защищали наши континенты от страшных землетрясений с помощью убийства. Иными словами, маленькими стихийными бедствиями предупреждали огромные катастрофы.

ВОПРОС: Но если убийство – это стихийное бедствие, почему убивать должны были именно вы?

МАЛЛИН: Все законы, ваши законы. Понимаете, люди собираются вместе – предположим, в Белом доме. Им нравится петь песню смерти, знаете, люди любят петь песню смерти. Если я – президент моего класса на выпуске из старшей школы, скажу двум или трем молодым homo sapiens умереть и спою им эту песню, они могут убить себя сами или погибнуть в автокатастрофе, их могут зарезать ножом, застрелить… Вы меня спрашиваете, почему? А я отвечу: они сделают это, чтобы защитить Америку от землетрясения, потому что остальные люди и так умирают, весь год, и мой класс, мы тоже должны участвовать, говорить с тьмой. Мы тоже должны умереть. Людям больше нравится петь песню смерти, чем убивать.

ВОПРОС: Что такое песня смерти?

МАЛЛИН: То самое. Я говорю вам умереть. Говорю убить себя или быть убитым, чтобы мой континент не рухнул в океан. Видите, тут все дело в реинкарнации – умирая, ты спасаешься.

Хотя Маллин очевидно был невменяем, жюри присяжных сочло, что он может предстать перед судом – его осудили за десять убийств (хотя совершил он тринадцать). Считается, что присяжные намеренно проигнорировали его психическое заболевание, понимая, что если он окажется в лечебнице, то со временем его могут выпустить (во времена Маллина это опасение было вполне обоснованным). Маллина приговорили к пожизненному заключению.

Миссионеры

Убийцы-миссионеры считают, что обязаны убивать жертв определенного типа, которые, по их мнению, заслуживают смерти. Зачастую выбор этого типа связан с предыдущим опытом или текущими убеждениями убийцы, основываясь на которых он заключает, что такие люди для общества «нежелательны». Проститутки, гомосексуалы, бездомные, представители одной конкретной расы – вот самые частые кандидаты на миссионерское серийное убийство.

Убийцы-миссионеры высокоорганизованны, они тщательно выбирают и выслеживают своих жертв, а убивают очень быстро. Обычно преступление не сопровождается сексуальными действиями, однако бывают и исключения, особенно при убийствах проституток. Убийцы-миссионеры, как правило, психически стабильны, трудоустроены, занимаются интеллектуальным трудом. Они воздерживаются от придания жертвам особых поз или калечения трупов – их миссия ограничивается убийством. Тело обычно находят на месте преступления; убийца-миссионер минимально контактирует с жертвой, потому что ему не нравится общаться с объектом своей ненависти даже ради того, чтобы заманить его в другое место.

Убийцы-миссионеры иногда объединяются в группы и тогда их можно классифицировать как «культовых серийных убийц».

Джозеф П. Франклин

Бывший член «Ку-клукс-клана», Джозеф Франклин в 1980 году был осужден за четыре убийства: снайперскую стрельбу по двум чернокожим мужчинам, совершавшим пробежку вместе с белой женщиной в Солт-Лейк-Сити, штат Юта, и расстрел смешанной черно-белой пары в Мэдисоне, Висконсин. Считается, что он совершил до пятнадцати убийств в семи штатах с 1977 по 1980 год – за одно убийство смешанной пары его арестовали, но потом выпустили за недостатком доказательств. Его жертвами были либо чернокожие, либо смешанные пары. Одну женщину, которая голосовала на дороге и села к нему в машину, он убил, когда она рассказала, что встречается с мужчиной с Ямайки. Франклин заявлял: «Смешение рас – грех против Господа и природы… Мой долг, как слуги Божьего, защищать белых женщин от падения и деградации».

Убийства «Зебра»

Убийства «Зебра» были названы так из-за межрасового характера: преступниками являлись пять чернокожих мужчин, которые убили пятнадцать белых мужчин, женщин и детей в 1973–1974 годах в Сан-Франциско за период в 170 дней. Они принадлежали к культу «Ангелы смерти» внутри организации «Нация ислама» под руководством Элайджи Мухаммада. Выяснить, насколько организация поддерживала этот культ и действия «Ангелов смерти», так и не удалось. Членами или «крыльями» «Ангелов смерти» становились те, кто убил («ужалил») как минимум девять белых мужчин, пять белых женщин или четверых белых детей. Как только кандидат совершал требуемое количество убийств, его фотографию помещали на доску в региональном отделении «Нации ислама», добавив к ней пару крыльев за спиной. В октябре 1973-го в калифорнийском отделении «Нации ислама» было пятнадцать «Ангелов смерти»¹⁰⁰.

Пять новых кандидатов разъезжали группами по двое-трое и убивали своих случайных жертв на автобусных остановках, в телефонных будках и круглосуточных прачечных, а то и просто на улицах. Они говорили, что убивают «ради Аллаха меченых змей – голубоглазых демонов». Хотя они должны были только убивать, зачастую преступники насиловали и грабили своих жертв, что противоречило правилам культа. В основном в жертв стреляли, но бывало, что и резали ножом, а некоторых похищали и подвергали пыткам. Первые убийства «Ангелов смерти» проходили скрытно, но затем преступники, распоясавшись, стали использовать одно и то же оружие, так что полиция быстро связала эти убийства вместе и подняла на ноги весь Сан-Франциско.

Один из кандидатов в «Ангелы» предположительно полетел в Чикаго, в штаб-квартиру «Нации ислама» и потребовал досрочного перевода в «Ангелов смерти». Ему отказали, и он стал убивать с еще большей ожесточенностью. Когда старший представитель организации – его личность установить не удалось, – прибыл в Калифорнию и попытался прекратить убийства, согласившись досрочно перевести кандидатов в «Ангелы», отказали уже ему. Кандидаты объяснили, что остальные «Ангелы смерти» им теперь не ровня, ведь они совершили куда больше убийств. Смертельная кампания продолжалась.

В мае 1974 года один из пяти кандидатов вышел из группы и согласился свидетельствовать против нее: он выдал имена остальных членов. Под суд пошли только четверо – Джесси Кук, Ларри Грин, Мануэль Мур и Джей Си Саймон; у двоих из них не было истории предыдущих преступлений. После самого долгого на тот момент процесса в Калифорнии, который длился больше года, всех четверых приговорили к пожизненному заключению. Считается, что «Ангелы смерти» в Калифорнии могли убить 135 мужчин, 75 женщин и 60 детей, всех белых, однако полиции не хватило доказательств, чтобы обвинить оставшихся 15–20 последователей культа¹⁰¹.

Тед Качинский – Гарвард,

Унабомбер и его миссия

Тед Качинский, который посылал по почте и подбрасывал бомбы ученым и высокопоставленным управленцам, связанным с высокими технологиями, предположительно считал, что технологии развились до такой степени, что начали представлять для человечества реальную угрозу. Блестящий математик, доктор наук, Качинский удалился от общества в допотопную хижину в Монтане, откуда атаковал своими бомбами цивилизацию на протяжении двадцати лет – за этот срок от его рук многие серьезно пострадали, а трое были убиты. Известный как Унабомбер, он заставлял средства массовой информации публиковать свои манифесты, в которых протестовал против доминирования высоких технологий и международных корпораций. Его удалось поймать, когда члены семьи узнали в манифестах характерные выражения Качинского и предупредили ФБР.

Точность профиля Качинского, составленного ФБР, подвергалась критике (см. Главу 9). Более того, до сих пор остаются вопросы относительно личности Качинского, а также природы и характера его преступлений. Математик, учившийся в Гарварде и получивший докторскую степень в Университете Мичигана, некогда профессор Университета Калифорнии в Беркли, Качинский может считаться самым образованным серийным убийцей в истории. После поимки у него не выявили никаких органических признаков ментального расстройства. Что же заставило это выдающегося ученого перейти черту и начать убивать?

Власти изображали Качинского мрачным отшельником, который внезапно «сломался» после двух лет в Беркли и удалился в глушь, в хижину в Монтане, откуда выходил только ради своих убийств. Из-за своих убеждений, и даже убийств, Качинский завоевал определенные симпатии, поэтому властям было важно дискредитировать его и его миссию.

Освещение процесса Качинского, проходившего в Сакраменто, откуда и взяты эти описания, полностью контролировали те самые корпорации, которые он так ненавидел. Пресс-карты выдавались только представителям крупнейших новостных агентств, в первую очередь Ассошиэйтед Пресс¹⁰². Была создана специальная медиа-группа «Суд над Унабомбером», которая выдавала пресс-карты исключительно «одобренным» журналистам. Более того, допуск в зал суда имели только сотрудники ведущих СМИ, и лишь два билета в день разыгрывались между представителями независимых или мелких медиа. Остальные журналисты могли пользоваться специальным помещением, куда транслировался звук из зала суда – но только при условии внесения 5000 долларов вступительного взноса и приобретения страховки на «благонадежность» стоимостью еще 1500 долларов¹⁰³. Очень немногие независимые журналисты или писатели могли себе такое позволить.

Правда немного отличалась от общедоступной информации. Качинский не был отшельником; он поддерживал дружеские отношения со своими соседями и жителями городка. И хотя дом его действительно был самый простой, по стандартам Монтаны он находился отнюдь не в глуши. Писатель Олстон Чейз про место жительства Теда рассказывал:

Никакая это не глушь, дом стоит на окраине города. Если выйти на крыльцо, можно слышать шум машин на Стэмпл-Пасс-роуд… В сотне метров вниз по ручью находятся многочисленные домики для отпуска… И многим в городе нравился Качинский¹⁰⁴.

В Беркли Качинский вовсе не «сломался» – он специально устроился туда, чтобы заработать на загородный дом, куда планировал удалиться. Возможно, его образ жизни был немного необычным по сравнению с Нью-Йорком или Лос-Анджелесом, где жили журналисты, освещавшие процесс. Однако в действительности Качинский выжил из ума не больше, чем знаменитый американский мыслитель Генри Дэвид Торо, который в 1845 году переселился в примитивный домик на Уолден-Понд «для того, чтобы не ходить с помпой и парадом, у всех на виду, а ходить в ногу со Строителем Вселенной, если такое возможно – не жить в этом беспокойном, нервном, шумном, тривиальном XIX веке, но стоять или сидеть в задумчивости, пока он проходит мимо»¹⁰⁵. Качинский, конечно, не сидел в задумчивости. Он убивал хладнокровно, маскировался для того, чтобы подбрасывать свои смертоносные взрывные устройства, и хитроумно оставлял сбивающие со следа улики – например, надевал ботинки другого размера поверх своих обычных.

Сейчас, когда Качинский заперт в тюрьме, о нем ходят самые причудливые слухи. Недавно выяснилось, что Качинский в 1959 году участвовал в жестоких психологических экспериментах, которые проводил в Гарварде Генри Э. Мюррей, выдающаяся фигура в сфере анализа личности в разведывательных целях, промывания мозгов и техники допроса. Во Вторую мировую Мюррей работал на УСС, предшественника ЦРУ, разрабатывая тесты по выявлению лучших кандидатов для подпольной разведывательной деятельности. Особенно его интересовало то, как будущие разведчики справятся с техниками допроса, специально разработанными так, чтобы ломать человеческую личность.

В 1950-х годах Мюррей служил советником армии США по испытаниям медикаментозных препаратов, влияющих на сознание¹⁰⁶. Примерно тогда же ЦРУ и Министерство обороны экспериментировали с ЛСД. Гарвардский ученый Тимоти Лири, будущий гуру применения ЛСД, вспоминал в своей автобиографии, что Мюррей был «настоящим волшебником в оценке личности. Он работал главным психологом УСС и наблюдал за экспериментами по промыванию мозгов и допросами под воздействием амитала натрия. Мюррей очень интересовался нашим проектом и предлагал всяческую поддержку»¹⁰⁷.

В шестьдесят шесть лет Генри Мюррей сам в экспериментальных целях принимал ЛСД – примерно в то же время он подвергал своего выдающегося, но странноватого гарвардского студента Теда Качинского экспериментам по трансформации личности. Студентов просили описать свои базовые убеждения, а затем подвергали внезапной атаке со стороны специально нанятых юристов. Мюррей называл эти эксперименты «стрессовым межличностным диспутом» или «диадическим взаимодействием отчужденных субъектов»¹⁰⁸.

Не существует документальных доказательств того, что Мюррей в то время работал над программами ЦРУ с использованием ЛСД для программирования идеальных киллеров, допрашивания пленных или разрушения личности избранных жертв. Однако мы знаем, что под кодовыми называниями вроде «МК-Ультра» или «Артишок» такие проекты осуществлялись. Профессора психиатрии и психологии в разных университетах США и Канады получали от ЦРУ гранты на их проведение, и одна из подобных программ в университете Макгилл в Монреале подверглась в дальнейшем судебному преследованию.

Являлись ли эксперименты Мюррея с участием Качинского частью программ ЦРУ по контролю над разумом, доподлинно сказать нельзя, однако с учетом его предыдущего сотрудничества с армией и разведкой это весьма вероятно. С 1960 по 1966 год ЦРУ направило 456 тысяч долларов на тринадцать гарвардских программ с участием преподавателей психологии, философии и социологии¹⁰⁹.

После того как Олстон Чейз в июне 2000 года опубликовал в «Атлантике» статью об участии Качинского в вышеупомянутых экспериментах, Гарвард немедленно засекретил протоколы проектов, в которых тот был задействован. Некоторые другие участники, однако, вспоминали, что эксперименты разрушительно сказались на их системе ценностей и личности в целом – вот только никто из них не стал серийным убийцей.

Главная ирония, пожалуй, заключается в том, что «диадическое взаимодействие отчужденных субъектов» по Мюррею легло в основу терапевтической практики, применявшейся в 1970–1980-х годах для «лечения» серийных убийц и других преступников-психопатов в закрытых психиатрических учреждениях. В конце 1980-х годов эта терапия подверглась острой критике, поскольку выяснилось, что она приносит больше вреда, чем пользы¹¹⁰.

Из дневников, которые вел Качинский и которые были представлены на процессе как улика, мы знаем, что он испытывал гнев и желание убивать еще до того, как соорудил свою первую бомбу.

Мой мотив в том, что я собираюсь сделать – исключительно личная месть. Я ничего не собираюсь таким образом достичь. Конечно, если мое преступление (и причина, по которой я его совершил), привлечет внимание общественности, это поможет стимулировать интерес к спорности высоких технологий и таким образом приостановить их развитие, пока не стало слишком поздно; но, с другой стороны, большинство людей мои преступления только оттолкнут… Я совершенно точно не объявляю себя альтруистом и не говорю, что действую «во благо» (что бы это ни значило) человеческой расы. Я только хочу отомстить. Естественно, мне было бы приятно отомстить всему научному и бюрократическому истеблишменту, не говоря уже о коммунистах и прочих, кто угрожает свободе, но, поскольку это невозможно, мне придется удовольствоваться лишь маленькой местью.

После того как семь лет спустя он начал конструировать свои первые бомбы, Качинский снова записал:

Я подчеркиваю, что моя мотивация заключается в личной мести. Я не претендую ни на какие философские или моралистические оправдания. Мораль – лишь один из психологических инструментов для контроля общества над поведением человека. Я собираюсь убить ученого, крупного бизнесмена, человека из правительства или кого-то вроде этого. Еще мне хотелось бы убить коммуниста.

Конечно, все мы понимаем, что Качинский был не совсем нормален, но не настолько, как пыталась изобразить пресса. Где-то у него внутри, за личиной гарвардского интеллектуала с IQ в 170 пунктов – или, как утверждает Олстон Чейз, именно из-за него, – таился убийца-психопат. Как и многие серийные убийцы, особенно миссионерского типа, Качинский считал себя особенным, «избранным».

Далее в этой книге мы еще будем говорить о том, что серийные убийцы в детстве часто испытывают одиночество и изоляцию. Причины могут быть разными – контролирующая мать, физическая инвалидность, расстройство поведения, психические отклонения или избыток интеллекта, – но серийные убийцы, как правило, ощущают отчужденность от братьев и сестер, а также от друзей, и постепенно углубляются в свой вымышленный мир. Тут, конечно, встает вопрос «курица или яйцо» – становится ли ребенок серийным убийцей, потому что находился в изоляции, или оказывается в изоляции, потому что в его поведении сразу было нечто странное? Проблема в том, что миллионы людей, которые никого не убивают, демонстрируют в детстве характерные для серийных убийц симптомы: ночное мочеиспускание, мелкие поджоги, жестокость к животным, доминирующая мать, неполная семья, травма головы, изоляция от ровесников. Поэтому, хотя данные симптомы наблюдаются у большинства серийных убийц, сами по себе они не являются определяющими – должен существовать еще какой-то неустановленный фактор, объясняющий существование серийных убийц.

Как мы увидим далее, серийным убийцам обычно требуется некий триггер, чтобы встать на неизбежный путь убийств. Нельзя с уверенностью сказать, что психологические эксперименты 1959 года, сломав личность Качинского, подтолкнули его к убийствам. Подробности его участия в «диадическом взаимодействии отчужденных субъектов» под присмотром профессора Мюррея ныне заперты глубоко в гарвардских архивах. Очевидно, Мюррей не «деконструировал» в Гарварде личности психопатов – он экспериментировал над амбициозными, интеллектуально развитыми учеными, подвергая сомнению их фундаментальные убеждения и личностные черты. Качинский определенно рос в изоляции от ровесников по причине своего интеллекта и амбициозных планов родителей в его отношении. Какой бы гнев он не испытывал, развитый ум и усвоенная базовая этика сдерживали его до тех пор, пока «диада» Мюррея не сломала его в момент слабости и одиночества, когда он впервые уехал из дома, чтобы учиться в университете. Это могло стать тем самым триггером для будущего убийцы – который, благодаря интеллекту и организованности, не сразу бросился в бой, а действовал осторожно и хитро, избегая поимки почти два десятилетия.

Гедонистические убийцы удобства

Гедонистические убийцы удобства – это, пожалуй, самая древняя и простая категория серийных убийц. Они убивают ради выгоды – то есть удобства. Больше всего их встречается во времена анархии и беспорядков, а также на территориях фронтира, где юридические институты слабы, а цена жизни невысока. Пираты, бандиты, хозяева гостиниц, убивающие постояльцев, хозяйки «детских ферм», черные вдовы – отравительницы мужей, синие бороды – убийцы жен, охотники на квартирных хозяев, владельцы постоялых дворов, проворачивающие темные дела, средневековые похитители трупов – эти категории доминируют в описаниях серийных убийц неаристократического происхождения из прошлого. Такие типы преступлений до сих пор совершаются в сельской местности или в экономически неразвитых городских сообществах, где жертвы являются случайными гостями и их никто не собирается искать. Киллеры или ассасины, как часть организованной преступности, тоже оперируют в подпольном мире, где царит анархия, а судьба их жертв, зачастую других преступников, никого не интересует.

Жертва обычно хорошо знакома с киллером. Это может быть муж или жена, партнер по бизнесу, друг или начальник/подчиненный, либо другой человек, с которым жертва связана по работе. Жертвы выбираются по принципу выгоды, убийство тщательно планируется, а от тела преступник избавляется с соблюдением всех предосторожностей. Киллеры делятся на геоцентрических – которые заманивают жертв к себе в дом или офис, – и кочующих, которые следуют за жертвой. Жертв убивают быстро; расчленение, если и происходит, диктуется необходимостью избавиться от тела, а не психопатией. Женщины – серийные убийцы часто относятся именно к этой категории. В некоторых случаях жертвами становятся абсолютные незнакомцы, случайно вторгшиеся в «мертвую зону» киллера.

Доктор Марсель Петио

Пугающее сходство с убийствами ради выгоды, которые совершал в конце XIX века в Чикаго Герман Маджетт, убивавший своих жертв в специально построенном для этого отеле во время Всемирной выставки, наблюдается у преступлений доктора Марселя Петио, совершенных в Париже в 1941–1944 годах. Петио охотился на беженцев, обычно евреев, пытавшихся скрыться из Франции, где шла война; он заявлял, что за плату поможет им бежать из страны, оккупированной нацистами. Они приходили к нему домой, где Петио оборудовал звуконепроницаемую комнату с глазком. Он «угощал» жертв ядом, а потом сопровождал в эту комнату. В глазок Петио следил за тем, как они умирают, и хоронил тела в подвале или сжигал в топке. К деньгам, которые жертвы платили Петио за «помощь», добавлялись их личные вещи, которые он крал после их смерти. После ареста у него дома было найдено более 1500 предметов одежды и сорок семь чемоданов вещей, принадлежавших жертвам. Никто не заметил их исчезновения, поскольку считалось, что они либо бежали из Парижа, либо были пойманы и депортированы нацистами.

В марте 1944 года, когда соседи пожаловались на густой черный дым, валивший из труб дома Петио, пожарные устроили проверку и наткнулись на останки сорока семи трупов в подвале. Петио избежал ареста, заявив, что это трупы немецких солдат и коллаборационистов, от которых он избавлялся по приказу Сопротивления. В хаосе военных лет ему удалось избежать ответственности, однако впоследствии жертв идентифицировали, и в ноябре 1944-го Петио был арестован. Его судили за двадцать семь убийств, совершенных с 1941 по 1944 год, однако считалось, что всего он убил шестьдесят три человека. 26 мая 1946 года Петио казнили на гильотине.

Гедонистические убийцы похоти

Гедонистические убийцы похоти, пожалуй, самый страшный и чудовищный из всех типов серийных убийц. Они совсем не обязательно хотят причинить вам боль или убить – им просто хочется надеть на себя вашу кожу, или съесть вашу печень, или заняться сексом с вашей отрезанной головой. Жаль, что ваша жизнь этому помехой… Эдмунд Кемпер, убивший десять жертв и занимавшийся сексом с трупами и отрезанными частями тела, объяснял, что само по себе убийство не входило в сферу его фантазий. «Мне жаль, что это так холодно звучит, – говорил он, – но мне требовался определенный опыт с определенной девушкой, а для этого надо было владеть ею: мне надо было изгнать ее из ее тела». (См. Главу 5, где описывается дело Эдмунда Кемпера.)

У убийц похоти зачастую имеются представления об идеальной жертве с фетишистскими элементами – это может быть определенная одежда или обувь, цвет волос или прическа, особенности фигуры или принадлежность к некоему типу, например «чирлидер» или «шлюха».

Убийцы похоти обычно стремятся к тесному контакту с жертвой в момент убийства: они нападают на нее с ножом или душат. Некрофилия – частый элемент убийств похоти. Эти преступники высокоорганизованны, годами готовятся к осуществлению своих фантазий и репетируют их. Убийцы похоти понимают, что жертвы определенного типа выдадут их полиции, поэтому могут переезжать в разные юрисдикции, чтобы охотиться на жертв или избавляться от трупов. Поскольку иногда они съедают какие-то части тела или используют их как фетиши, расчлененные останки они могут выбрасывать в разных местах. Убийцы похоти обычно выбирают отдельное место для каждой жертвы (в отличие убийц, стремящихся к власти/контролю, которые могут держать останки всех жертв вместе).

Джерри Брудос – обувной фетишист

Брудос – мелкий серийный убийца, биография которого, однако, иллюстрирует формирование серийного убийцы гедонистического типа и потому заслуживает быть упомянутой здесь подробнее[14].

В 1969 году в Орегоне начали исчезать молоденькие девушки, и полиция сильно забеспокоилась. 27 марта в Салеме пропала девятнадцатилетняя Карен Спринкер. Она вернулась домой из колледжа навестить родственников и собиралась встретиться с матерью за ланчем в торговом центре. Мать прождала ее целый час, но Карен не появилась. Полицейские нашли ее машину в подземном гараже торгового центра. Никаких следов преступления поблизости не было.

Полиция предположила, что Спринкер похитили, когда она шла от машины ко входу в торговый центр, чтобы встретиться с матерью. Полицейские начали опрашивать других посетителей, находившихся там на момент исчезновения Спринкер, и им рассказали про странную очень крупную женщину, которая рыскала по подземному гаражу – вот только это была не женщина, утверждали свидетели, а мужчина в женской одежде.

Далее в Портленде пропала двадцатидвухлетняя Линда Сейли, секретарша в компании, занимающейся переездами. В последний раз ее видели в торговом центре покупающей подарок ее бойфренду на день рождения после работы. Однако на встречу с ним тем вечером она так и не явилась.

Когда Сейли не пришла на работу на следующий день и ее объявили пропавшей, полицейские восприняли ее исчезновение очень серьезно и взялись за активные поиски. Машину нашли припаркованной возле торгового центра, опять без следов преступления. Сейли была не первой девушкой, пропавшей при схожих обстоятельствах. В предыдущие месяцы еще две женщины исчезли.

Тело Линды Сейли нашли три недели спустя в реке, примерно в пятнадцати милях к югу от Корваллиса, штат Орегон. Рыбак заметил его в воде, где тело застряло; полицейским пришлось потрудиться, чтобы вытащить труп, поскольку к нему был привязан груз – автомобильная коробка передач. Ее прикрепили с помощью нейлоновой веревки и медной проволоки. На веревке был характерный узел, а проволока была перевита так, как электрики обычно перевивают провода. Причиной смерти являлось удушение веревкой. Кое-что сильно удивило патологоанатома: по обе стороны грудной клетки Сейли имелись две странные отметки от игл. Их окружали маленькие ожоги; следы были оставлены уже после смерти.

Несколько дней спустя, в двадцати ярдах от места, где нашли тело Линды Сейли, полицейские водолазы обнаружили тело Карен Спринкер. К нему была привязана шестицилиндровая головка двигателя – той же веревкой и медной проволокой, закрепленными характерным для электриков способом. Вскрытие показало, что ее задушили какой-то удавкой. Девушка была одета в зеленую юбку и свитер, те же, по словам ее матери, в которых ходила в день исчезновения. На ней были те же хлопковые трусики, но другой бюстгальтер – черное бюстье до талии на несколько размеров больше нужного. Когда патологоанатом снял бюстье, то увидел, что под ним набиты коричневые бумажные полотенца. Груди Карен Спринкер были отрезаны, а полотенца создавали иллюзию толстого живота. Два трупа явно были работой одного и того же убийцы.

Хотя больше тел в реке не обнаружили, на руках у полиции Орегона имелось еще два случая загадочных исчезновений девушек. 26 января 1968 года в Портленде пропала девятнадцатилетняя Линда Слоунсон. Она ходила по домам, торгуя энциклопедиями, и когда в следующие несколько дней не явилась в офис, никто не придал этому значения. Продажа энциклопедий была довольно трудным и неприбыльным делом – торговые представители появлялись и исчезали. Семья девушки жила в Миннесоте, поэтому прошло некоторое время, прежде чем родные заявили о ее пропаже. Когда полицейские проверили в офисе компании, куда она звонила с предложениями энциклопедий, им удалось выяснить только район в Портленде, но ни одного точного адреса. Слоусон исчезла без следа – никто не мог сказать, куда и когда.

Далее, 26 ноября 1968 года, двадцатитрехлетняя Джен Уитни пропала по пути домой из колледжа на празднование Дня благодарения. Ее машину нашли в окрестностях Олбани, штат Орегон, припаркованную в сервисной зоне трассы и запертую. В моторе обнаружили мелкую поломку, из-за которой машина не могла ехать дальше. Кто-то явно предложил подвезти Джен.

После обнаружения двух жертв, явно убитых одним и тем же преступником, полицейские прилагали максимум усилий в поисках подозреваемого. Они знали, что это, скорее всего, крупный сильный мужчина, раз он смог бросить в реку тела с привязанными к ним деталями автомобильного двигателя. По тому, как он закреплял веревки, полицейские предположили, что это электрик. У них имелась лишь одна, совсем слабенькая зацепка: 22 апреля в Салеме, за день до исчезновения Линды Сейли в торговом центре, где она покупала подарок бойфренду, пятнадцатилетняя девочка заявила о том, что гигантский мужчина с соломенными волосами и веснушками пытался силой усадить ее к себе в маленький спортивный автомобиль. Больше полиция никакими сведениями не располагала.

Полицейские решили заняться кругом общения Карен Спринкер в колледже в Корваллисе – возможно, убийца знал ее оттуда. Следователи опросили огромное количество ее однокашников – с кем она встречалась? Поступали к ней в общежитие странные телефонные звонки? Далее полицейские расширили опросы, занявшись знакомыми всех остальных девушек в кампусе: с кем встречаются они? Кого-нибудь из них водили в какие-то странные места? Вступали с ними в контакт странные личности, а может, были необычные звонки по телефону?

Несколько девушек сообщили, что им звонили, называя только имя, на номер общежития. Звонивший – мужчина, – говорил, что номер дал ему приятель, но имени приятеля не упоминал. Он сообщал, что провел три года в плену во Вьетнаме и приобрел дар провидца. Может, они хотят встретиться с ним – выпить кока-колы? Большинство девушек отказывались; они не могли вспомнить, как он представился. Естественно, он просто звонил и называл случайное имя в надежде, что в общежитии найдется девушка, которую зовут так же.

Одна студентка тем не менее согласилась повидаться с ним. Она сказала, что ей стало жалко бедняжку солдата. Они посидели в гостиной общежития, а потом поехали на его машине выпить колы. Они много говорили о трупах, найденных в реке, но тут не было ничего необычного, потому что в кампусе о них говорили все. Он ездил на старом, грязном, побитом семейном автомобиле, в котором валялись детские вещи – девушка решила, что мужчина женат. Он сказал единственную странную вещь: «Откуда ты знаешь, что я привезу тебя домой, а не утащу на реку и не задушу?»

Девушка описала его так: крупный, больше 180 сантиметров ростом, упитанный – «пузатый». Волосы соломенного цвета с залысинами, светлая кожа в веснушках. Описание совпадало с тем, которое дала неудавшаяся пятнадцатилетняя жертва похищения. Полицейские велели девушке, если мужчина еще позвонит, согласиться встретиться с ним в общежитии и сразу вызвать их.

25 мая он действительно позвонил. Когда полицейские примчались в общежитие, полный мужчина дожидался девушку внизу в холле. Полиции не за что было его арестовать, однако ему задали несколько вопросов прямо там, прежде чем отпустить; он сказал, что живет в Салеме, а в Корваллис приехал, чтобы помочь приятелю покосить газон. По его словам, он работал электриком и жил с женой и двумя детьми. Он казался немного смущенным, но в целом вел себя спокойно и отвечал на все вопросы.

Проверив последние перемещения мужчины, полицейские установили, что в январе 1968 он жил в том же районе Портленда, где Линда Слоусон продавала энциклопедии. В августе он переехал в Салем и работал поблизости от того участка шоссе, где пропала Джен Уитни. На данный момент он работал в шести милях от того места на реке, где обнаружили трупы, и жил в паре кварталов от торгового центра, где исчезла Карен Спринкер. В молодости у него были приводы за сексуальные домогательства. И он был электриком… Слишком много совпадений! Так Джерри Брудос попал в поле зрения полиции.

Джером Генри Брудос родился в Вебстере, Южная Дакота, 31 января 1939 года. Он был младшим из двоих братьев, явно нежеланным – его мать Эйлин очень надеялась, что второй у нее родится девочка. Отец Брудоса, коротышка со вспыльчивым нравом, не был, однако, склонен к жестокости; семья жила бедно, в основном на фермах, пока отец перебивался в городе случайными подработками.

Мать была доминирующей и очень критически настроенной по отношению к Джерри. Старшего сына, Ларри, она считала идеальным, а Джерри постоянно унижала. Отец и старший брат видели ее пренебрежение к младшему, но оба одинаково боялись Эйлин Брудос.

Маленький Джерри рос без присмотра и любил играть на свалке близ их дома. Однажды, когда ему было пять, он нашел там пару женских блестящих лаковых туфель черного цвета на высоких каблуках; на одной сохранилась пряжка с блестящими камешками. Джерри пришел от них в восторг – он никогда таких не видел; его мать носила обувь без каблука. Мальчик принес туфли домой, надел и показал маме. Ее реакция стала для него шоком: она страшно рассердилась, обозвала его извращенцем и велела немедленно отнести туфли обратно на свалку.

Пятилетний Джерри Брудос не понимал, что сделал не так – туфли выбросили на помойку, они никому не нужны. Однако по реакции матери он почувствовал, что совершил нечто запретное. Вместо того чтобы выбросить туфли, Джерри их спрятал. Когда мать их нашла, то устроила целое представление: сожгла туфли и жестоко наказала Джерри. Так родился его фетиш.

Связь между матерью и ребенком и без того была нарушена явственной неприязнью Эйлин к Джерри. Мальчик привязался к добродушной соседке и часто фантазировал, что она – его настоящая мать. У женщины был диабет, и она сильно болела, поэтому вскоре не смогла принимать его у себя. В тот же период Джерри подружился с девочкой-ровесницей, но она умерла от туберкулеза. Он был потрясен ее смертью и долгое время горевал. Три этих события произошли, когда Джерри было всего пять, и по какой-то неведомой причине переплелись у него в сознании – он не мог говорить об одном, не упомянув остальные.

Когда Джерри учился в первом классе, он стащил туфли учительницы у нее из-под стола. Прежде чем он смог унести их домой, его поймали и прилюдно унизили. В другой раз супружеская пара с дочерью-подростком пришли к Брудосам в гости. Девочка плохо себя чувствовала; она прилегла на кровать Джерри и задремала, не снимая туфель на высоких каблуках. Джерри вспоминал, что был потрясен и испытал сексуальное возбуждение при виде этих туфель; он попытался снять их со спящей девочки. Она проснулась и велела Джерри убираться из комнаты.

В школе Джерри был слабым и болезненным ребенком. Он постоянно пропускал уроки из-за простуд и мигреней – голова болела так, что его рвало. Он перенес две операции по восстановлению кровотока в нижних конечностях, на пальцах рук и ног у него была грибковая инфекция. Старший брат Ларри учился на одни пятерки, а Джерри считали неспособным, хотя его IQ был на уровне нормы и даже выше.

Секс в семье Брудосов никогда не обсуждали, и Джерри ни разу не замечал ни малейшей теплоты между родителями. Он рос на ферме и неоднократно становился свидетелем совокуплений между животными, но никогда не ассоциировал связанных с туфлями эротических чувств с человеческой сексуальностью. Для него увлечение туфлями было секретным, запретным – и приносило максимум удовольствия.

Семья часто переезжала, и какое-то время они жили по соседству с другой парой, у которой было много дочерей. Джерри с одним из их братьев проникали к девочкам в комнаты и трогали их одежду. Джерри обнаружил, что прикосновения к женскому белью вызывают у него то же возбуждение, что и туфли. Ему нравилось трогать и нюхать женское белье, бюстгальтеры и чулки. То были загадочные запретные тотемы, пробуждавшие в нем глубокое эротическое чувство, которого он не мог ни понять, ни объяснить.

Джерри Брудос – это следует напомнить, – еще не достиг возраста полового созревания. У многих мальчиков около пяти лет возникает сексуальное влечение к объекту женского пола, но они не понимают, что это за чувство и откуда оно взялось. Поскольку ребенок не знает, что делать с приятными, но одновременно тревожными ощущениями, которые он испытывает, его может «замкнуть» на какой-то другой, параллельный, преходящий и экспериментальный сценарий. Если этот сценарий укрепляется у него в подсознании, формируются фетиши или парафилии: мазохизм или садизм, некрофилия, зоофилия и т. д., которые останутся при нем и дальше. Психологи не могут сказать, что приводит к этому закреплению, но в случае Брудоса причиной могла стать реакция матери на случай с туфлями, которые он принес домой. Сексуальное возбуждение, которое у него тогда возникло, сплелось с чувством вины и гнева, а также с желаниями, преследовавшими его всю оставшуюся жизнь. Несчастья, перенесенные далее, помешали ему их перерасти.

Я не хочу выносить свою оценку гендерным проблемам или альтернативной сексуальной жизни, высказываться о том, что является нормальным и ненормальным, здоровым и нездоровым. Скажем так, что «нормальное» развитие подразумевает постепенное знакомство ребенка с разными степенями сексуального наслаждения при традиционных любовных контактах с представителями противоположного пола: прикосновениях, объятиях, поцелуях, сношениях и т. д. Если это развитие нарушается или «замыкается», человек ищет сексуального удовлетворения в тех сферах, которые сплавлены с сексуальными переживаниями его детства. Так возникает фетиш или парафилия – узконаправленное сексуальное влечение либо к неодушевленным предметам, либо к определенному типу партнеров или действий, сопровождающих секс, которые зачастую исключают наслаждение собственно сексом в любой форме. По научным данным, это преимущественно мужская проблема. (См. Главу 7 о различных типах парафилий.) Парафилии обычно сопровождаются чувством стыда – такого глубокого, что тому, кто его испытывает, проще убить жертву, чем признаться в своем извращенном желании.

Иногда эти ассоциации мелкие и безобидные, они просто ограничивают человека в выборе объектов противоположного пола – он ищет только женщину с длинными ногами, или с определенным типом фигуры, цветом волос, запахом, голосом и т. д.

Но парафилии могут быть и более всеобъемлющими. Например, достаточно распространенная парафилия у гетеросексуальных мужчин, приближающихся к среднему возрасту, – это желание заниматься сексом с транссексуалами: мужчинами, которые выглядят как женщины из-за имплантов груди, но с пенисом. Во многих странах есть целые кварталы, занятые проститутками из этой категории. Почему? Скорее всего, нормальная сексуальная тяга у некоторых мальчиков к противоположному полу в детстве «замыкается» из-за незнакомства с женской анатомией – особенно если в семье у них нет сестер или нет другой возможности посмотреть на обнаженную женщину спереди, в жизни или на изображении (у большинства мужчин, росших до 1970-х, такой возможности и не было). Вместо этого мальчик в воображении обращается к тому, что знает лучше всего – собственному телу. Он представляет женщину с пенисом, и эта фантазия сливается у него с самыми ранними и, вероятно, самыми острыми сексуальными переживаниями. То, что происходит дальше – тайна. Познакомившись с настоящими женскими гениталиями, некоторые мужчины испытывают отвращение, в то время как другие решают, что женщина устроена даже лучше, чем он ожидал, и двигаются дальше. Есть и те, у кого острое детское желание так и остается направленным на женщин с мужскими гениталиями.

Парафилии – мощное явление, так как оно связано с первичным пробуждением сексуальности в детском возрасте, которое ощущается еще не как «секс», а как некая загадочная, очень приятная, но неразрешимая тяга. Некоторые всю жизнь так и гоняются за сексуальным драйвом, испытанным в детстве, но не могут приблизиться к тому исходному ощущению.

В некоторых случаях эти сексуальные ассоциации бывают такими жестокими и всепоглощающими, что представляют опасность для других людей. Они могут быть связаны с садистическими или некрофильскими склонностями, со злобой и унижением – особенно у тех, над кем издевались в детстве. Даже безобидные парафилии могут становиться опасными при определенных обстоятельствах. У Джерри Брудоса не было возможности развиваться в нормальных социальных обстоятельствах, и его почти комический обувной фетиш стал мотивом для жутких убийств. Если у других обувной фетиш остается забавной причудой, у Брудоса он привел к возникновению чувства вины, отверженности, злобы и фрустрации по отношению к женщинам. Брудос был ходячей бомбой с часовым механизмом, и когда он вступил в пубертат, ситуация только ухудшилась.

Когда старшему брату Джерри исполнилось шестнадцать, тот начал собирать коллекцию картинок-пинап, которую прятал от всех в коробке. Однажды Джерри нашел коллекцию Ларри и как раз рассматривал картинки – тут вошла мать и набросилась на него. Снова она устроила истерику; Джерри был сурово наказан. Он так и не сказал матери, что коллекция Ларри, а не его.

В шестнадцать лет у Джерри впервые наступила ночная поллюция. Когда мать обнаружила на простынях пятна спермы, его опять наказали. Джерри заставили руками выстирать простыни и спать на голом матрасе, пока они сохли.

Джерри Брудос рассказывал, что примерно в тот период у него начали формироваться жестокие фантазии, направленные на женщин. Он взялся копать туннель в склоне холма близ фермы, где они жили, фантазируя о том, как похитит какую-нибудь девушку и запрет там. Брудос вспоминает, что тогда не мечтал о половом сношении или изнасиловании – его просто интриговала мысль о полном владении женщиной.

Тогда же Брудос начал прокрадываться в соседские дома и красть женские туфли. Он воровал и женское белье с веревок, где оно сушилось. Брудос собрал большую коллекцию женских вещей, которую прятал от матери. Годы спустя, когда полиция проверила производителя загадочного бюстье с одной из жертв Брудоса, выяснилось, что эту модель не выпускают уже много лет. Вполне вероятно, что бюстье было из той подростковой коллекции.

В разговоре с психиатром Брудос объяснил, что прикосновение к женской одежде вызывало у него «странные чувства», и он пытался мастурбировать, но эякуляции не происходило. По его словам, эякуляция в подростковые годы у него наступала только при ночных поллюциях.

В 1955 году Джерри Брудосу было семнадцать лет; он уже знал, как происходит половое сношение. Его преследовало навязчивое желание увидеть голую девушку, но Джерри был очень стеснительным и не общался с девушками ни в школе, ни в домашней обстановке. Ситуацию усложняло еще и то, что он был громадных размеров и страдал от прыщей. Девушки сторонились этого огромного, неловкого, уродливого гиганта.

В августе 1955 года, когда семья Брудосов жила в Салеме, Орегон, Джерри прокрался в дом к соседям с восемнадцатилетней дочерью и украл ее белье. На следующий день он явился к ней и сказал, что работает на полицию под прикрытием и может вернуть ей белье. История показалась девушке абсурдной, но Джерри настаивал: мол, у них в районе орудуют воры, но никто не заподозрит в семнадцатилетнем парне полицейского агента. Он велел девушке прийти к нему домой к определенному времени, зная, что будет там один. Поскольку Джерри был на год ее младше и выглядел безобидным толстым клоуном, девушка его не боялась. Она решила, что ей ничего не грозит, и пошла к Джерри.

Когда она постучала, Джерри со второго этажа крикнул ей заходить. Она прошла к нему в комнату, и тут он выпрыгнул из шкафа в маске, размахивая ножом. Он принудил девушку раздеться донага и сделал ее фото. После этого он выбежал из комнаты. Перепуганная девушка одевалась, когда Джерри, уже без маски, влетел в дом. Он сказал, что кто-то запер его в сарае, но ему удалось вырваться, и спросил, не видела ли она, кто это был. Девушка прекрасно понимала, что в маске был сам Брудос, поэтому поспешила убраться из дома. Как часто бывает с преступлениями на сексуальной почве, в тот момент она никуда не заявила о происшествии.

Брудос же проявил фотографии и получал огромное удовольствие, перебирая белье девушки и разглядывая их. Он жалел только, что плохо запомнил сам процесс – по его словам, он был слишком взволнован и озабочен съемками, чтобы по-настоящему насладиться властью над жертвой.

В апреле 1956 года Брудос нанес новый удар. Он затолкал девушку из своей школы к себе в машину, завез подальше и приказал раздеваться. Когда она отказалась, вытолкал ее из машины и принялся избивать: сломал ей нос и оставил на теле множество синяков. К счастью, мимо проезжала супружеская пара; увидев, что происходит, они остановились. Брудос сначала пытался их убедить, что девушка выпала из машины, а плачет она потому, что сильно испугалась. Потом сказал, что проезжал мимо и увидел, как на девушку напал «какой-то урод», но ему удалось ее отбить. Супруги отвезли растерянного Брудоса и его жертву в полицию.

Полицейские обыскали спальню Брудоса и нашли фотографии и коллекцию женских вещей. Они связались с девушкой на фотографиях и нападение, совершенное в прошлом августе, выплыло наружу. Брудоса, как малолетнего правонарушителя, отправили на психиатрическое освидетельствование в госпиталь Орегона. Врачи заключили, что у него депрессия, и что его «суждения и выводы спорны». Однако он был психически больным и не галлюцинировал. По словам психиатра, у Брудоса не выявили тенденции к убийству или самоубийству; у него наблюдалась «подростковая реакция приспособления, сопровождающая сексуальной девиацией – фетишизмом».

Брудос жил в психиатрической лечебнице, но днем ему позволялось посещать занятия в школе. У него были способности к математике и физике, однако он никак их не развивал. Годы спустя, когда Брудос печально прославился как серийный убийца, никто из школы не смог вспомнить его – словно Джерри никогда не существовало. Как многие серийные убийцы, он жил в изоляции. Через восемь месяцев лечения Брудоса выписали из госпиталя и вернули домой, где никто его не любил.

В 1958 года Брудос окончил старшую школу; он отлично разбирался в электронике. В марте 1959 года Брудос поступил в армию, где работал электротехником, но был досрочно демобилизован в октябре того же года, так как его признали негодным к службе. Он вернулся домой, к родителям, в их дом с двумя спальнями в Корваллисе, Орегон. Когда его брат Ларри находился в колледже, Джерри разрешалось жить во второй спальне, но если брат возвращался домой, его отправляли в сарай во дворе.

Примерно тогда же Джерри начал выслеживать и нападать на женщин, чьи туфли ему нравились. Он душил их, пока они не теряли сознание, а потом убегал с их туфлями. Он продолжал красть женское белье с веревок, где оно сушилось, и обитал в своем темном сарае, окруженный женской одеждой.

Несмотря на психические проблемы, Джерри по-прежнему отлично управлялся с электроникой. Он получил лицензию как радиотехник и работал на радиостанции Корваллиса инженером. Уже не такой одиночка, как в старших классах, Джерри водил дружбу с несколькими сотрудниками радиостанции мужского пола. Однако по-прежнему страшно стеснялся женщин.

В городе был мальчик-подросток, который обожал приходить на радиостанцию, смотреть, как Джерри работает, и засыпать его вопросами. Однажды в 1962 году Брудос в шутку его попросил найти ему подружку. К вящему удивлению Джерри, мальчик повел его с собой и познакомил с симпатичной темноволосой семнадцатилетней девушкой с огромными глазами. Ее звали Сьюзен (псевдоним), и она была почти такая же застенчивая, как Джерри.

Несмотря на застенчивость, Сьюзен встречалась с мальчиками своего возраста, но двадцатитрехлетний Брудос показался ей особенным. Он ухаживал за ней, отодвигал для нее стул, покупал подарки, открывал двери и обращался с девушкой как с леди. Ее впечатлила его работа на радиостанции, внимание и восхищение, с которыми он относился к ней.

По словам Сьюзен, секс между ними случился естественно – в сексуальном поведении Джерри она не видела ничего странного. Он был нежным и любящим. Она ничего не знала о его фетишизме и былых проблемах с психикой.

Очень скоро Сьюзен забеременела, и они решили пожениться. С самого начала пара договорилась – они поженятся в случае беременности. Брудос признавал, что большой любви между ними нет, но Сьюзен видела в свадьбе возможность сбежать от строгих родителей, а ему нужен был кто-то, с кем можно спать. В 1962 году у них родилась девочка, которую назвали Карин.

Сьюзен утверждала, что в поведении Джерри ничего не изменилось. Он продолжал относиться к ней с нежностью и заботой, покупал подарки на праздники и годовщины. Они вели активную сексуальную жизнь. Еще до свадьбы Сьюзен позировала Джерри обнаженной; он проявлял фотографии в своей темной комнате. Часто Джерри просил позировать в черных лодочках на шпильке. Джерри хотел, чтобы она делала работу по дому голой, в одних туфлях, и оба они дома ходили без одежды. Первые три года их брака казались вполне счастливыми. Джерри вроде как нашел женщину своей мечты.

Однако проблемы постепенно накапливались. Джерри не мог задержаться ни на одной работе. Он переходил с места на место; за семь лет брака Брудосы сменили двадцать разных домов. Сьюзен замечала, что Джерри отчужденно держится с их дочерью Карин. Он избегал любого физического контакта, не проводил с ней времени и вообще не уделял внимания.

На третьем году их брака Сьюзен, которой исполнилось двадцать лет, перестала исполнять прихоти Джерри. От туфель на шпильке у нее болела спина; она была слишком занята с ребенком и по дому, чтобы «наряжаться» для мужа. Секс стал однообразным, дочь взрослела и, по мнению Сьюзен, им не стоило больше ходить дома голыми. Джерри Брудос снова чувствовал себя отвергнутым.

Сьюзен говорит, что Джерри становился «депрессивным» и мрачным, когда она делала то, что ему не нравилось, но не злился и не применял к ней силы. Втайне от Сьюзен в периоды «депрессии» Джерри по ночам воровал у женщин нижнее белье. Он снова страдал от мигреней – боли стали еще сильнее. Еще, по его словам, у него случались «отключки».

Людям, которые в то время работали с ним, Джерри Брудос запомнился как очень добродушный человек и прекрасный специалист по электротехнике. Один из его бывших работодателей утверждал, что Брудос, по его словам, мог устроиться на любую теле– или радиостанцию в стране, но у него совсем не было амбиций. Он был ценным работником и примерным семьянином – не пил, не курил и не заигрывал с женщинами.

Несмотря на проблемы в браке, в 1967 году Сьюзен снова забеременела. Брудос был в восторге от ее второй беременности и хотел находиться с ней в родильном зале, когда ребенок появится на свет. Он воспринял как предательство тот факт, что Сьюзен попросила врачей не пускать его; позднее она объяснила Джерри, что не хотела, чтобы он видел, как другой мужчина прикасается к ней. Это казалось ей неправильным.

После рождения сына Джейсона Брудос, по-прежнему игнорировавший Карин, уделял ему массу внимания – везде брал с собой и планировал научить пользоваться своими инструментами, когда тот подрастет. Однако появление сына еще сильнее отдалило супругов друг от друга. Сьюзен, хоть и не говорила этого Джерри, не хотела больше заниматься сексом с ним. Она много времени проводила с подругами, пока Джерри в своей мастерской в подвале возился с проводами и трансформаторами. Мать Джерри, которую он откровенно ненавидел, приходила посидеть с малышкой, но вниз никогда не спускалась.

В 1967 году произошло еще одно событие, которое могло спровоцировать вступление Джерри Брудоса на путь серийных убийств. Он чинил электроприбор и дотронулся до оголенного провода. Удар током сбил его с ног; он обжегся и получил травму шеи. Брудосу очень повезло, что он вообще выжил. В результате головные боли у него еще усилились, и временами он даже не мог работать.

Вскоре после рождения сына и несчастного случая Джерри Брудос отправился на очередную вылазку, чтобы украсть у женщины ее туфли. По какой-то причине на этот раз он проследил за жертвой до ее дома, подождал, пока та заснет, и проник в квартиру. Женщина проснулась; Брудос кинулся на нее и душил, пока та не потеряла сознание. Он говорил, что, держа в руках безжизненное тело, возбудился настолько, что изнасиловал жертву. Брудос перешел на новую ступень в своих некрофильских фантазиях, хотя пока никого не убил. Сложно сказать, вломился ли он к ней только для того, чтобы украсть туфли, или преследовал женщину намеренно. Однако смена modus operandi вызывает вопросы – почему он просто не ударил ее по голове и не забрал туфли? Так или иначе Брудос ушел от нее с парой туфель, по его словам, самой любимой из всех, которые он украл.

Первое убийство у серийных убийц часто происходит незапланированно. Оно позволяет им, так сказать, попробовать крови и запускает стремление к следующим убийствам. Существует предположение, что у серийных убийц есть некое временно́е «окно» – если в этот период они не совершат первого убийства, то никогда не станут серийными убийцами. Скольких преступников на сексуальной почве лишь случайность отделяет от превращения в серийного убийцу? Есть и те, кто утверждает, что для человека, предрасположенного к серийным убийствам, это лишь вопрос времени – рано или поздно он неизбежно начнет убивать. Некоторые серийные убийцы фантазируют об убийстве, но впервые убивают случайно, во время совершения другого правонарушения, а потом, единожды начав, уже не могут остановиться. Их сравнивают со львами и тиграми-людоедами, которые, преодолев страх перед человеком и отведав человеческой плоти, больше не охотятся на диких животных.

По собственному утверждению Брудоса, к концу 1967 года он уже фантазировал о том, как станет держать женские тела в морозильнике, переодевать их в свое любимое белье и придавать им разные позы. Однако убийство как таковое не было в то время частью его фантазий.

Можно только гадать, что произошло с Джерри Брудосом, когда 20 января 1968 года продавщица энциклопедий Линда Слоусон перепутала адреса и постучала к нему в дом, уверенная, что у нее назначена там встреча.

Джерри Брудос признался полиции, что работал во дворе, когда Слоусон пришла и сообщила, что с ней договорились по телефону. Он провел ее через задние двери в подвал, сказав, что и правда хочет купить несколько томов. Слоусон так хотелось продать хоть что-то, что она последовала за ним – навстречу собственной смерти. Мать Брудоса наверху присматривала за его маленькой дочкой; Слоусон присела на табурет в мастерской Брудоса и начала свою обычную рекламную речь. В какой-то момент Брудос проскользнул к ней за спину и ударил по голове гаечным ключом, а потом задушил. Он спрятал труп под лестницей, поднялся к матери и попросил сходить купить гамбургеров. Потом Брудос вернулся в подвал и вытащил труп. О психологическом мотиве, легшим в основу убийства, можно судить по ответу Брудоса на вопрос полицейских о том, во что жертва была одета. Он ответил, что одежду не помнит, но подробно описал ее белье. Он сказал, что примерял на нее разное белье из своей коллекции, наряжая труп как «большую куклу»¹¹¹.

Брудос продержал тело в мастерской до ночи. Примерно в два часа он погрузил его в свою машину и отвез на мост над рекой. Припарковал автомобиль и выставил рядом домкрат – как будто проколол шину.

Перед тем, как выбросить тело в воду, Брудос отрезал одну стопу, потому что хотел оставить ее у себя. В полиции он признался, что, будучи правшой, отрезал правую ногу. Он привез ногу с собой и положил в морозильник. Потом он обувал на нее разные туфли из своей коллекции и делал фото¹¹².

Вполне возможно, присутствие матери Джерри наверху в момент, когда он убивал свою первую жертву, не являлось совпадением. Под носом у женщины, которая наказала его за то, что в пять лет он принес домой со свалки пару женских туфель, Брудос теперь крал туфли у других женщин, причем вместе с ногами. Ему казалось, что это слишком просто, чтобы быть правдой.

Весной 1968 года семья Брудосов переехала в Салем, в дом, расположенный всего в паре кварталов от госпиталя Орегона, где Джерри лежал подростком. В доме, который они сняли, имелся гараж, расположенный через небольшую дорожку от основного строения, и Джерри был в восторге от своей новой просторной «мастерской». Он установил на двери тяжелый засов и интерком. Жене он приказал никогда не входить, не позвонив предварительно по интеркому. Причина, по его словам, заключалась в том, что он устроил там проявочную, и если жена откроет дверь, она может испортить снимки.

Брудос купил гигантский морозильник и поставил его в гараже. Сьюзен жаловалась, что бессмысленно запирать морозильник, откуда она берет продукты, чтобы приготовить обед, однако Брудос требовал, чтобы она говорила, что ей нужно – он сам принесет. Это раздражало Сьюзен, поскольку иногда ей просто хотелось посмотреть, что осталось внутри, и тогда решать, что она будет готовить.

Сьюзен заметила, что Джерри прибавил в весе и стал еще толще. Однажды она в шутку сказала мужу, что он слишком разжирел. Джерри вышел из комнаты, не говоря ни слова, и вернулся спустя десять минут. Потрясенная, Сьюзен рассматривала мужа в бюстгальтере, куда он набил бумагу, чулках с поясом и огромных туфлях на шпильке. Это было самое странное, что она видела за всю жизнь. Джерри спросил, выглядит ли теперь более стройным, и Сьюзен нервно рассмеялась, не зная что отвечать. После неловкого молчания Джерри вышел и вернулся уже в обычной одежде. Они никогда не говорили о том случае, словно ничего не произошло.

В ноябре 1968 года Джерри Брудос снова неожиданно для себя совершил убийство. Он случайно наткнулся на Джен Уитни, когда ехал по шоссе с работы домой. У нее сломалась машина; Брудос притормозил и предложил помочь. Осмотрев двигатель, он сказал, что сможет его починить, но надо поехать к нему и взять кое-какие инструменты. Джен отправилась с ним.

Когда они подъехали к дому, Джерри сказал Джен, что его жена еще не вернулась, и придется немного подождать – ключи от мастерской у нее. Брудос тем временем полез на заднее сиденье за Джен. В своих показаниях полиции он говорил, что предложил Уитни маленькую игру: попросил закрыть глаза и, не двигая руками, описать, как надо завязывать шнурки. Уитни, охотно согласившись, зажмурилась и попыталась рассказать, как это делается. Брудос тем временем накинул ей на шею веревку и задушил. Прямо в машине он изнасиловал труп, потом занес в гараж и переодел в одежду из своей коллекции. Он сфотографировал тело и снова занялся с ним сексом. А дальше повесил на крюк, торчавший из потолка. Он решил оставить тело себе.

Брудос признался полиции, что труп Уитни провисел у него в гараже несколько дней. Он торопился домой с работы, наряжал его и занимался с ним сексом. Ему хотелось сохранить что-нибудь от тела Джен, и он отрезал ей одну грудь, чтобы поэкспериментировать с разными методами консервации. Он набил грудь опилками и приделал к ней подставку, а потом держал на виду как трофей. Он пробовал сделать с нее пластиковый слепок, чтобы потом отлить из свинца пресс-папье, но результат его не удовлетворил¹¹³.

Брудос избавился от трупа Джен Уитни только после того, как полиция едва его не обнаружила. Труп так и висел на крюке в гараже, когда Брудос повез Сьюзен и детей в небольшое путешествие на День благодарения. Пока их не было дома, автомобиль, проезжавший мимо, врезался в гараж, пробив в стене дыру. Полицейские, прибыв на место аварии, посветили в дыру фонариком, чтобы оценить ущерб, но не заметили мертвую женщину, свисающую с потолка. Чтобы не нарушить конституционных прав Джерри, вторгаясь к нему без разрешения, полицейские оставили записку, где просили позвонить, когда он вернется. Им надо было осмотреть гараж, чтобы зафиксировать ущерб для отчета. Вернувшись из поездки, Джерри завернул тело Джен в пленку и спрятал в насосном сарае за гаражом. Потом позвонил в полицию и позволил провести инспекцию. Далее он выбросил труп Джен Уитни в реку, привязав к нему деталь автомобильного мотора. Тела Уитни и Слоусон так и не нашли; Брудос отказался точно указать полиции место, где выбросил их.

В январе 1969 года Джерри Брудосу исполнилось тридцать лет. Сьюзен видела, что поведение мужа становится все более странным. Однажды, развешивая белье, она без предупреждения заглянула в гараж и увидела фотографии голых женщин в лотках для проявки. Судя по всему, она не поняла, что женщины мертвые; Джерри сказал, что проявляет фотографии для «парня из колледжа», и еще раз напомнил не заходить в гараж без его ведома.

Если Сьюзен уезжала из дома, она должна была звонить мужу перед возвращением. Когда она спрашивала, зачем это нужно, он шутливо отвечал: для того, чтобы я успел выгнать блондинку, которая приходит сюда, прежде чем ты вернешься.

Потом Сьюзен нашла фотографии Джерри, которые он делал с помощью автоспуска. Он лежал на кровати в разных комплектах женского белья. Лицо на снимках было закрыто, но жена сразу узнала тяжеловесное тело Брудоса.

Однажды она обнаружила пластмассовый предмет, напоминавший очень точную копию женской груди. Сьюзен спросила Брудоса, что это такое, и он сказал, что придумал оригинальную вещицу – пресс-папье в форме женской груди. Сьюзен поразилась, насколько реалистично оно выглядит. Джерри, утверждала она, считал, что отливка не удалась и собирался впоследствии сделать другую, немного отличающуюся. Эту же он поставил на каминную полку в их гостиной – полиция позднее нашла ее при обыске дома. Примерно в этот же период Брудос приобрел пистолет.

В марте Джерри Брудос вышел на охоту. Случайные встречи его больше не удовлетворяли – он попробовал крови и теперь подыскивал себе подходящую жертву. Полиции он сказал, что наткнулся на Карен Спринкер, когда она шла на встречу с матерью в ресторане торгового центра. (То, что Брудоса выявили и поймали в результате полицейского расследования в колледже, где училась Спринкер, оказалось примечательным совпадением – Спринкер вполне могла отвергнуть его предложение по телефону, чтобы через пару недель попасться ему случайно в другом городе.) Брудос ехал по улице и заметил привлекательную девушку в мини-юбке и туфлях на высоких каблуках, которая заходила в магазин около десяти часов утра. Он припарковался во многоуровневом гараже и прошел за ней следом. Однако найти девушку ему не удалось. По пути обратно к машине он увидел девятнадцатилетнюю Карен Спринкер, вылезавшую из своего автомобиля. Время близилось к полудню – подходящий момент для ланча.

Сначала ее внешность Брудоса не удовлетворила – в частности, на ней были не такие туфли, как ему нравились. Тем не менее девушка была симпатичная, и он решил, что в качестве жертвы она сгодится¹¹⁴.

Брудос пригрозил Спринкер пистолетом, когда она шла ко входу в торговый центр, и затолкал к себе в машину. Хотя и был полдень, на парковке никого не оказалось. Пока ее мать терпеливо дожидалась в ресторане, Брудос вывозил Спринкер из гаража.

Через городские пробки он повез ее к себе домой. Прибыв на место, завел в гараж и изнасиловал. Потом позволил сходить в доме в туалет и притащил обратно. Брудос заставлял ее позировать в разной одежде и туфлях, а сам делал фотографии. В конце он убил девушку, надев ей на шею петлю и подвесив на крюк.

Брудос сказал полиции, что далее ушел в дом, но вернулся еще раз, чтобы заняться сексом с ее трупом. Он отрезал ей обе груди и снова взялся экспериментировать со слепками, но результаты его по-прежнему не удовлетворяли. По его словам, ему не понравился бюстгальтер, который был на Спринкер, поэтому он выбрал один из самых любимых из своей коллекции и надел на нее. Однако поскольку грудь он уже отрезал, бюстгальтер ей не подходил. Брудос набил его бумажными полотенцами, чтобы все «выглядело как надо»¹¹⁵.

Когда полицейские обыскали дом Брудоса, там нашли фотографии жертв, которые он делал, пока они были еще живы, и потом мертвых. На одном снимке жертва была в черных кружевных трусиках, чулках и поясе; она свисала с крюка в потолке – явно мертвая. На полу Брудос поставил зеркало, чтобы в нем отражалась промежность девушки, просвечивающая сквозь кружевное белье, в которое тот ее нарядил. В углу зеркала было видно безумное лицо Брудоса, глядящего на жертву, – случайно он сам попал в кадр.

Брудос следовал характерному паттерну серийных убийц: первую жертву он убил неожиданно, без предварительного планирования; вторую, десять месяцев спустя, уже по некотором размышлении, но опять же незапланированно. Третье убийство, спустя четыре месяца, Брудос тщательно спланировал и приступил к исполнению, сначала выследив потенциальную жертву. В течение месяца, последовавшего за этим убийством, он начал выслеживать четвертую жертву.

Эскалация наблюдалась и в его обращении с жертвами. Первую он только одевал и раздевал, словно куклу; вторую изнасиловал, когда она была уже мертва; третью изнасиловал еще до убийства. Брудос «взрослел» в обращении с женщинами, на которых нападал, точно так же как де Сальво, Бостонский душитель.

В Портленде двадцатидвухлетняя Линда Сейли шла к машине, купив подарок своему бойфренду, когда Брудос нагнал ее на парковке торгового центра. Он помахал у нее перед носом игрушечным полицейским значком и «арестовал» по «подозрению в краже». Примечательно, что Сейли ничего не говорила, пока Брудос почти час вез ее до своего дома в Салеме. По его словам, все выглядело так, будто она не против поехать с ним.

Вместе с жертвой он заехал на машине прямо в гараж. Жена дома готовила ужин, поэтому Брудос связал Сейли и пошел ужинать с семьей. Брудос говорил, что когда вернулся в гараж, Сейли удалось освободиться от веревки, но она не попыталась сбежать или позвонить по телефону, находившемуся в гараже. Такая пассивность у потрясенных и напуганных жертв встречается довольно часто.

Брудос накинул ей на шею веревку и начал душить. Сейли пробовала отбиваться, кусалась и лягалась, но было уже слишком поздно. Брудос сообщил, что изнасиловал ее в момент смерти или сразу после него. Потом он раскрыл полиции тайну странных ожогов на теле Сейли. Будучи сам жертвой электротравмы, он хотел поэкспериментировать с электричеством. Он подвесил Сейли на крюк, как других жертв, и воткнул ей в грудную клетку иглы от шприца. Потом он пустил по ним электрический ток, чтобы «оживить» труп. Брудос был сильно разочарован, когда эксперимент не дал результатов – на теле остались только ожоги. Он-то, по его словам, надеялся, что труп будет «танцевать» или хоть как-то двигаться¹¹⁶.

Брудос сказал полицейским, что продержал труп в гараже еще сутки, продолжая насиловать. Но грудь отрезать не стал, потому что соски у нее не были темными «как положено». Он попытался сделать с них пластиковые слепки, но ничего не вышло.

Арестовать Брудоса удалось не сразу, но он чуть ли не сам натолкнул полицию на улики, подтверждавшие его вину. Спустя несколько дней после того, как в Брудосе опознали человека, звонившего девушкам в общежитие, детективы наведались к нему в гараж. Он сразу же их впустил; они с подозрением поглядели на странные крюки, торчавшие из потолка, и веревку, завязанную тем же узлом, что и на телах, обнаруженных в реке. Бурдос заметил, что детективы рассматривают узел, и сказал, что они могут забрать веревку, если хотят, – что они, конечно, и сделали.

Пятнадцатилетняя девочка, которую Брудос пытался похитить, опознала его, и Брудоса арестовали. Когда у него в машине нашли пистолет, его обвинили также в нападениях с применением оружия. Однако у полицейских все еще не было достаточно доказательств для того, чтобы обыскать его гараж – фотографии оставались там, пока Брудос находился под арестом по другим обвинениям. Он даже позвонил Сьюзен из тюрьмы и попросил сжечь коробку, где лежали фотографии, и пакет с одеждой, но она этого не сделала.

Детективы допрашивали Брудоса, но сначала он следовал совету адвоката и хранил молчание. В конце концов, Брудос все-таки сломался и заговорил. Его дом и гараж обыскали – так у следствия появились новые улики. Он признал себя виновным и был приговорен к пожизненному заключению.

Его жена Сьюзен обвинялась в пособничестве убийце, у нее отняли детей. Однако Сьюзен признали невиновной, детей вернули, и после этого она пропала из поля зрения полиции и прессы. Брудос любил ее до самого конца.

Позднее Брудос подал апелляцию; есть вероятность, что его условно освободят. Сейчас он отрицает совершение каких-либо преступлений и отказывается обсуждать их, если его спрашивают. Вряд ли Брудоса выпустят на свободу, но попыток он не прекращает.

В 1997 году Брудос выглядел в точности так же, как в 1969-м – он практически не изменился. Его считали образцовым заключенным в государственной тюрьме штата Орегон, где он поддерживал работу компьютерной сети и кабельного телевидения. Он также отвечал за починку, закупку и обслуживание торговых автоматов. Все это очень привилегированные позиции, большое достижение для преступника на сексуальной почве – низшего ранга в тюремной иерархии. Таких преступников часто убивают другие заключенные, ведь у них тоже есть жены, девушки и дочери. С Брудосом в тюрьме случилось несколько «инцидентов», однако он отказался назвать имена нападавших. В тюрьме надо иметь либо силу, либо ум. У Брудоса есть и то, и другое; возможно, благодаря этой редкой комбинации он и смог подняться выше обычного статуса сексуального убийцы. Охранники описывают его как человека вежливого и неопасного – он может свободно перемещаться по всей территории¹¹⁷.

Эд Гин – тот самый хичковский «Психо»

Эд Гин, совершавший свои убийства в Висконсине в 1950-х, является, пожалуй, одним из самых известных гедонистических убийц похоти. Он стал прототипом главного героя романа «Психо» Альберта Блоха и фильма Альфреда Хичкока с тем же названием, а также одним из прототипов Баффало Билла, серийного убийцы, снимавшего с жертв кожу, в романе и фильме «Молчание ягнят». Официально установлено, что Гин убил двух женщин, живших по соседству, что технически исключает его из категории серийных убийц – они убивают не меньше трех жертв. Однако Гина подозревали в большом количестве других убийств. Он выглядел как безобидный деревенский простак в шапке с ушами и рубашке, застегнутой на все пуговицы. Единственной причиной для убийств была охота за частями тела – особенно женскими скальпами и торсами, из которых он делал себе костюмы.

После смерти матери и брата Эд Гин жил один на ферме; соседи считали его немного странным, но безобидным. Никто не подозревал, что он годами вскрывал свежие могилы и вытаскивал оттуда трупы; в 1954 году, однако, он убил местную жительницу и на санках отвез ее тело на ферму. Это преступление никогда не расследовалось.

В 1957-м, после того как Бернис Уорден, продавщица местного хозяйственного магазина, внезапно исчезла, и кто-то вспомнил, что видел у нее Гина, полицейские наведались к нему на ферму. Они нашли человеческое сердце на противне в духовке; человеческие внутренности в морозильнике; коробку с девятью вульвами; еще коробку с четырьмя носами; пару чулок из человеческой кожи; суповую миску из человеческого черепа; куртку из человеческого торса; черепа на четырех столбиках кровати Эда Гина; девять масок из женских лиц – некоторые висели на стенах как украшения; барабан из человеческой кожи; четыре стула с обивкой из человеческой кожи, запеченной вместе с жиром; различные украшения из частей человеческого тела и десять женских голов. Многие эти артефакты были натерты маслом для блеска; человеческие маски подкрашены губной помадой; через одну из вульв была продета красная ленточка. В летней кухне Эда Гина нашли обезглавленное четвертованное тело Бернис Уорден – оно свисало с крюков, словно недавно убитый олень.

Эд Гин не особенно стремился к убийству – ему нужны были трупы. В холодные зимние месяцы он не мог раскапывать могилы в мерзлой земле, и потому начал убивать – чтобы пополнять свои запасы. Гина признали невменяемым; он скончался в заключении в 1984-м. Один из его соседей заметил по этому поводу: «Бедный старина Эд! Вечно один, странный, конечно, и со своеобразным чувством юмора, но его всегда можно было попросить присмотреть за детьми, когда мы с моей старушкой выбирались куда-нибудь». Годами дети, которые оказывались в доме у Гина, говорили родителям, что у него есть коллекция «сушеных голов», а на стенах висят странные маски, но родители списывали эти рассказы на детские фантазии. Никто из детей ни разу не упомянул, что Гин вел себя по отношению к ним странно или агрессивно.

Гедонистические убийцы удовольствия

Преступники этого типа получают садистическое удовольствие от процесса убийства – не от самого акта, а от действий, ведущих к нему. Они обездвиживают своих жертв и следят, чтобы те находились в сознании и понимали, что происходит. Их методы убийства часто носят ритуальный характер; бывает, они реанимируют своих жертв, если те теряют сознание, прежде чем продолжать пытки. (Жертва, пережившая пытки у Ричарда Коттингема, утверждала, что он между сеансами пыток вытирал ей лицо полотенцем, смоченным холодной водой [см. Предисловие].) Эти убийцы-садисты получают удовольствие от боли и страданий, через которые проходят жертвы перед смертью. Практически сразу после того, как жертва умирает, преступник теряет к ней интерес. Посмертное расчленение и некрофилия для них не характерны.

Убийства удовольствия обычно связаны с тремя разными местами преступления – там, где жертву схватили, затем с контролируемой средой, где ее пытают и убивают, и, наконец, с местом, где от трупа быстро избавляются. Убийцы удовольствия, как правило, очень привлекательные, умные, харизматичные психопатические личности, полагающиеся на свой шарм в процессе завлекания жертвы. Они склонны к контролю, тщательно выбирают и выслеживают жертв нужного типа. Они могут располагать специально оборудованной локацией, где пытают и убивают жертв, либо приспосабливать под свои убийства транспортное средство – часто фургон. От тела они избавляются так, чтобы сбить полицию со следа и увести от настоящего места преступления.

Кеннет Бьянки и Анджело Буоно —

Хиллсайдские душители

Работая в паре, эти двое кузенов терроризировали Лос-Анджелес с октября 1977 по февраль 1978 года – период, за который они совершили серию убийств и изнасилований женщин. Трупы они преимущественно выбрасывали на Голливудских холмах, поэтому пресса окрестила предполагаемого преступника Хиллсайдским душителем. Однако полицейские на основе анализа семенной жидкости и положения трупов сделали вывод, что двое человек орудовали вместе; в прессу эта информация не сообщалась.

Первой жертвой стала чернокожая проститутка Иоланда Вашингтон, работавшая на бульваре Сансет. Ее обнаженный труп нашли 18 октября 1977 года на холме близ шоссе Вентура. Этому убийству посвятили лишь пару строк на последних полосах газет.

31 октября 1977 года, в районе Голливудского бульвара, пропала пятнадцатилетняя Джуди Миллер. Она была бездомной, употребляла наркотики и подрабатывала проституцией. Ее тело нашли на клумбе в Ла-Кресенте. Девушку изнасиловали анально и вагинально; на лице, запястьях и лодыжках остались следы скотча.

6 ноября 1977 года в Глендейле нашли труп Лизы Терезы Кэстин. В отличие от двух других жертв Кэстин не была наркоманкой или проституткой – она работала на двух работах: официанткой и в компании недвижимости своего отца.

10 ноября 1977 года труп Джилл Баркомб, восемнадцати лет, проститутки, ранее судимой, был обнаружен на Малхолланд-драйв. Кэтлин Робертсон, семнадцати лет, также проститутку с Голливудского бульвара, нашли 17 ноября. Кристина Веклер, двадцати лет, студентка художественной школы, была найдена 20 ноября – перед убийством ее пытали. В тот же день полиция нашла тела Сони Джонсон, четырнадцати лет, и Долли Сепеды, двенадцати. В последний раз их видели вместе в торговом центре. 23 ноября Джейн Кинг, двадцати восьми лет, начинающую актрису, нашли в пригороде Лос-Фелис. В самом конце ноября было обнаружено тело Лорен Вагнер, восемнадцати лет, студентки бизнес-колледжа, которую изнасиловали и задушили, а затем выбросили на обочине Клифф-драйв. Не было никаких сомнений, что убийства связаны между собой: практически все тела были голые, их изнасиловали двое мужчин, предварительно жертв связывали, затыкали рот и надевали наручники, а потом выбрасывали на обочинах, в основном на холмах над Голливудом, в таких местах, которые не видны из домов. Полицейские опасались, что убийцы могут тоже служить в полиции либо хорошо знать криминалистические методики. На трупах и возле них не было никаких улик, их специально раздевали, чтобы снизить вероятность установления каких-либо связей.

15 декабря семнадцатилетнюю проститутку Кимберли Мартин отправили из агентства, предоставлявшего услуги девушек по вызову, в жилой комплекс Тамаринд-Террас в Голливуде. Она сотрудничала с агентством, поскольку боялась работать на улицах, пока поблизости орудует Хиллсайдский душитель. Ее обнаженный труп обнаружили на пустыре близ Сити-Холла в Лос-Анджелесе. Когда полицейские проверили квартиру, куда ее вызвали, то выяснили, что та стоит пустая – кто-то вломился туда незаконно. Убийцы позвонили в агентство с телефона-автомата в библиотеке неподалеку, и ждали жертву в квартире.

Последнюю известную жертву нашли 17 февраля 1978 года, когда случайный очевидец заметил машину, брошенную на склоне холма, у обочины шоссе Энджелс-Крест. Полицейские вскрыли багажник: там лежала Синди Хадспет, двадцати одного года, студентка, подрабатывавшая официанткой, которую перед убийством изнасиловали анально и вагинально.

После этого убийства прекратились так же внезапно, как начались.

Одиннадцать месяцев спустя в Беллингеме, штат Вашингтон, в тысяче миль к северу от Лос-Анджелеса, пропали две студентки университета, Карен Мэндик и Дайан Уайлдер.

Мэндик по вечерам подрабатывала в магазине и прошлым летом подружилась с охранником, который некоторое время тоже работал там. Он был дружелюбный, обаятельный, симпатичный, и его повысили до супервизора в охранной фирме. Его звали Кеннет Бьянки, ему было двадцать семь лет. Он жил с местной девушкой по имени Келли Бойд; недавно у них родился сын, которого Кеннет обожал.

Как-то раз в январе Бьянки в разговоре с Карен Мэндик намекнул, что есть возможность получить сотню долларов за два часа работы. В одном доме, который охраняет их фирма, сломалась сигнализация, и ее надо починить. Владельцы в отъезде; Карен получит сто долларов, если посидит в доме те два часа, которые охранная система будет отключена для ремонта. Карен спросила, можно ли привести с собой соседку, Дайан Уайлдер. Конечно можно, ответил Бьянки. Единственное условие: их договор надо держать в секрете – не говорить никому, даже бойфренду Карен. Тем не менее бойфренду девушка о нем рассказала.

Карен Мэндик и Дайан Уайлдер нашли задушенными и изнасилованными в багажнике их машины, припаркованной в тупике в Беллингеме. Полицейские быстро установили связь с Кеннетом Бьянки, и когда охранная фирма подтвердила, что никаких ремонтных работ в указанном доме не планировалось, а ключи пропали, Бьянки был арестован.

Когда полиция собрала улики в доме, где убили девушек, в квартире Кеннета Бьянки и в его машине, исчезли последние сомнения в том, что убийца – именно он. Однако никто не мог в это поверить: Келли Бойд утверждала, что Бьянки – нежный любовник и заботливый отец; охранная фирма, которой руководил бывший офицер полиции, характеризовала Бьянки как одного из лучших сотрудников, которого обожают клиенты; а друзья настаивали на том, что Бьянки слишком добродушен, чтобы совершить столь жестокие преступления.

Глава полиции Беллингема раньше работал в Лос-Анджелесе. Во время хиллсайдских преступлений одной из жертв оказалась дочь человека, с которым он был знаком, и они в подробностях обсуждали убийства. Благодаря контактам в Лос-Анджелесе глава полиции хорошо знал про тамошнюю серию убийств. Что-то в этом преступлении напомнило ему о ней. Один из первых вопросов, который он задал Келли, касался предыдущего места жительства Кеннета Бьянки. Келли ответила, что они познакомились полтора года назад в Лос-Анджелесе, когда она жила там. После рождения ребенка она вернулась в Беллингем, и Кеннет Бьянки последовал за ней в мае прошлого года – спустя три месяца после прекращения хиллсайдских убийств.

Через несколько часов глава полиции уже связался с Лос-Анджелесом: дело раскручивалось быстрее, чем поступала информация от Келли. Келли и Бьянки жили в комплексе Тамаринд-Террас, где девушку заманили в пустующую квартиру. Келли сообщила, что какое-то время у них не было домашнего телефона, и Кеннет звонил из автомата в библиотеке Глендейл – именно оттуда вызвали проститутку из агентства. Когда Келли познакомилась с Бьянки, он жил на Гарфилд-авеню, где в последний раз видели двух хиллсайдских жертв. С учетом новых улик Кеннету Бьянки предъявили обвинение в лос-анджелесских убийствах.

Бьянки заявил, что не помнит никаких убийств, и полиция пригласила психиатров для оценки его состояния. Под гипнозом у Бьянки проявились другие личности, якобы жившие внутри его, включая одну, по имени «Стив Уокер». Именно «Стив» выдал сообщника Бьянки – его сорокачетырехлетнего двоюродного брата из Лос-Анджелеса, Анджело Буоно.

Под гипнозом «Стив» заявил, что Кеннет – глупый и никчемный человечишка, что сам «Стив» ненавидит женщин, и это он заставлял Кеннета совершать убийства. «Стив Уокер» в подробностях описал, как Анджело Буоно и Кеннет Бьянки, представляясь полицейскими под прикрытием, заманивали женщин в свою машину. Проституток и бездомных они «арестовывали». Двух девочек в торговом центре обвинили в краже из магазина и тоже «арестовали».

Чтобы выманить из квартиры одну из жертв, Бьянки позвонил к ней в дверь и сказал, что пострадала ее машина, припаркованная на улице. Она раньше встречалась с Бьянки и сразу же последовала за ним. Многих женщин они увозили в обивочную мастерскую Анджело Буоно в Глендейле, там насиловали и душили, снимали всю одежду и украшения и выбрасывали труп где-нибудь на холмах.

Еще одна женщина сама пришла в мастерскую, чтобы купить чехлы на сиденья автомобиля – они схватили ее, изнасиловали и убили. Это была та сама последняя жертва, найденная в багажнике машины, которую столкнули с холма. Другая женщина ждала автобуса, когда Кеннет Бьянки вроде как случайно с ней заговорил: он сказал, что они с напарником – полицейские и едут домой после смены. Симпатичный Бьянки с удовольствием подвезет ее до дома, если она согласится сделать небольшой крюк, чтобы сначала подбросить его напарника. Женщина охотно согласилась. Подъехав к дому Буоно, они надели на нее наручники и быстро затолкали внутрь.

Однажды Буоно и Бьянки «арестовали» двадцатисемилетнюю Кэтрин Лорре, дочь актера Питера Лорре, сыгравшего серийного убийцу в классическом фильме Фрица Ланга 1931 года «М убийца». Когда они нашли у нее в бумажнике фото, где она, девочкой, сидит у него на коленях, то сразу отпустили. Позднее в полиции она показала, что они предъявили ей значки полиции Лос-Анджелеса (вероятно, украденные Буоно со съемок телешоу).

Бьянки почти удалось убедить консилиум из шести психиатров, что он страдает от диссоциативного расстройства личности. Однако полицейские обнаружили у Бьянки большое количество учебников по психиатрии, а также выяснили, что он считал себя «психиатром-любителем» и даже пытался открыть в Лос-Анджелесе собственную консультационную службу. Она быстро закрылась, так как к нему обратился всего один пациент. Бьянки попытался опять и стал искать партнера из дипломированных психиатров, давая объявления. Один из кандидатов отправил ему резюме – полиция позднее узнала, что этого доктора звали Стивом Уокером. Сославшись на данные резюме, Бьянки получил копию диплома Стива Уокера и переделал в ней имя на свое. «Стив Уокер», живший внутри Бьянки, якобы существовал с самого его детства, однако резюме настоящего Стива Уокера Бьянки увидел только в прошлом году.

В конце концов один из психиатров разгадал игру Бьянки. Он загипнотизировал преступника и попросил представить, что с ними в комнате находится его адвокат. Бьянки немедленно протянул воображаемому адвокату руку. Проблема была в том, что объект гипноза может воображать разных людей и предметы, но не вступать с ними в физический контакт. Бьянки явно изображал, что подпал под гипноз, и его утверждения о психическом заболевании были опровергнуты.

Кеннет Бьянки родился в 1951 году в Рочестере, штат Нью-Йорк, у семнадцатилетней матери-алкоголички, которая сразу отдала его на усыновление; вполне вероятно, что в перинатальный период его мозгу был нанесен ущерб. В три месяца его усыновила Фрэнсис Бьянки – крайне властная, тревожная и истерическая женщина. В детстве у него была медицинская карта невероятной толщины – мать постоянно таскала Бьянки по врачам с разными надуманными жалобами. Имелась у него и настоящая проблема – ночные мочеиспускания, частый детский симптом у серийных убийц. В медицинском заключении, выданном, когда Кеннету было семь лет, врач написал следующее:

Поступил в больницу 15.12.1958 с жалобами на работу мочеполовой системы. Диагноз: 1. Дивертикул. 2. Подковообразная почка. 3. Транзиторная гипертензия. Доктор Таунсенд утверждает, что помимо физических проблем у мальчика имеются эмоциональные. В отделении он вел себя как настоящий маленький хитрец: все было прекрасно до прихода его матери, а тогда все становилось ужасно, к ее великой радости. Он придумывал жалобы, а миссис Бьянки устраивала скандалы медицинскому персоналу. Лечение ребенка оказалось затруднено, доктор Таунсенд ставит под вопрос адекватность среды, в которой растет этот мальчик.

В заключении от 13 мая 1959 года говорится:

Складывается впечатление, что его мать страдает серьезным психическим расстройством, а в ее выводах относительно лечения ребенка разными врачами просматриваются очевидные параноидные тенденции. Она полностью контролирует мальчика, часто не пускает в школу, особенно в последние месяцы, опасаясь, что он простудится и снова начнет мочиться в постель. Нельзя с уверенностью утверждать, что она нуждается в психиатрическом освидетельствовании, но диагностический осмотр ей определенно рекомендован – это необходимо, чтобы выявить, насколько глубоко ее состояние влияет на ребенка, его нынешние симптомы и характер семейных отношений, особенно между ним и матерью.

Когда Кеннету было двенадцать, другой врач в заключении указал:

…Кеннет проявляет выраженную враждебность и полную зависимость от матери, которой та потакает. Он зависит от матери в вопросах выживания и тратит массу усилий на то, чтобы держать под контролем свою враждебность. Он охотно вступает в отношения с людьми, но постоянно отрицает собственные чувства. Например, говорит, что его мама и папа – лучшие родители в мире.

Мальчик очень одинок и мечтает уехать от матери. Тем не менее он чувствует, что это причинит ей боль. Мать разрешает ему приводить домой не больше одного друга за раз. У ребенка явная путаница относительно собственной идентичности. Он старается угодить матери, но она постоянно им недовольна. Суммируя: доктор Доулинг считает, что мальчик использует механизм подавления, страдает от сильной тревоги и очень одинок. Похоже, единственная возможность выплеснуть подавленные чувства для него заключается в психосоматических жалобах. Доктор Доулинг считает, что без этой защиты и соматических симптомов у мальчика уже развилось бы серьезное психическое расстройство.

Интересно, как редко и вскользь в документах упоминается отец Кеннета Бьянки – словно его вообще не существовало. По данным исследования ФБР, 66 % сексуальных и серийных убийц росли с доминирующей матерью. Отец Кеннета Бьянки практически никогда не бывал дома, поскольку работал на нескольких работах. Когда Кеннету было тринадцать, его отец умер в результате переутомления от сердечного приступа. Кеннет всячески показывал, как расстроен его смертью. Психиатрические заключения говорят сами за себя: Кеннет был злым ребенком, подавлявшим собственный гнев, и скрывавшим его за маской дружелюбия и покладистости.

Существует мнение, что формирование личности серийного убийцы тесно связано со способностью мальчика отстаивать свою маскулинную автономность от матери. Когда он не может добиться этой автономности или не обладает прочным базисом для отстаивания своих позиций, у него возникает гнев, который он проносит с собой во взрослую жизнь и перенаправляет на других женщин.

В старшей школе Кеннет Бьянки проявлял себя с лучшей стороны; он занимался спортом и пользовался популярностью у девушек. В 1972 году Бьянки женился, но спустя восемь месяцев молодая жена сбежала от него с другим мужчиной. Друзья вспоминали, что Бьянки с трудом признавал этот свой провал. Тогда он учился в колледже на полицейского и работал санитаром на «Скорой помощи». Он надеялся стать офицером полиции. После разрыва с женой он, однако, погрузился в депрессию и печаль.

С 1971 по 1973 год в Рочестере были задушены три девочки, которых матери отправили за покупками. После того как Бьянки признали Хиллсайдским душителем, полиция Рочестера заподозрила, что убийства совершил он, однако они так и остались нераскрытыми.

В 1975-м мать Бьянки повторно вышла замуж, и Кеннет переехал в Лос-Анджелес, собираясь начать жизнь сначала. Он поселился у племянника матери, своего двоюродного брата Анджело Буоно.

Сорокалетний Буоно к тому времени имел семерых детей и был трижды разведен из-за своей жестокости – ему нравился насильственный анальный секс. Он держал обивочную мастерскую в небольшом домике, где жил. Буоно как магнитом притягивал к себе молоденьких девушек-бродяжек.

В какой-то момент Буоно и Бьянки решили заняться сутенерством. Они подсаживали девушек, сбежавших из дома, на наркотики и толкали к проституции. Голливуд – по понятным причинам – является настоящей меккой беглых девочек-подростков, которые приезжают туда со всех США, поэтому у Буоно и Бьянки не было проблем с подбором кадров. Однако возникли проблемы другого рода: одна девушка рассказала клиенту, как жестоко сутенеры издевались над ней, и тот отказался отпустить ее к ним обратно. Буоно и Бьянки начали ему угрожать, а тот в ответ наслал на них байкеров из банды «Ангелы ада». Буоно был страшно перепуган.

Дальше Буоно и Бьянки заплатили другой проститутке за список клиентов, регулярно обращавшихся за соответствующими услугами, но список оказался бесполезным. Вскоре после этого эпизода Иоланду Вашингтон, первую жертву, профессиональную проститутку, нашли задушенной.

Бьянки тем временем переехал в собственную квартиру и познакомился с Келли Бойд, которая тогда работала секретаршей. Они стали любовниками, съехались, и у них появился ребенок. Келли вспоминала, что Бьянки часто ездил к двоюродному брату в мастерскую «перекинуться в картишки», но она никогда не присоединялась к ним, потому что не любила Буоно, считая его женоненавистником. В целом Кеннета она описывала как человека незрелого и безответственного, но любящего и заботливого. Она понятия не имела о его двойной жизни и долгое время не могла в нее поверить, хотя Бьянки уже находился под арестом.

После самого долгого и дорогого на тот момент уголовного процесса в Лос-Анджелесе Анджело Буоно признали вторым Хиллсайдским душителем. Поскольку Бьянки признался в их преступлениях и дал показания против Буоно, ему решили сохранить жизнь. В случае Буоно присяжные не смогли вынести смертный приговор, объяснив это тем, что его партнеру присудили пожизненное заключение. Буоно до конца отрицал свое участие в преступлениях, однако улики, связывающие его с Бьянки, говорили сами за себя.

Но на этом история Кеннета Бьянки не заканчивается. Он обладал над женщинами какой-то странной властью, которая лишь усилилась после того, как его осудили за убийства. Вероника Комптон, двадцатичетырехлетняя сценаристка, произведения которой полнились садомазохизмом и серийными убийствами, начала слать письма Бьянки в тюрьму. Потом она приехала повидаться с ним, и у них завязались отношения. Летом 1980-го Бьянки показал Комптон, как он душил своих жертв, и передал ей образец своей спермы, спрятанный в резиновой перчатке. Комптон полетела в Беллингем, заманила женщину в свой номер в мотеле и попыталась задушить. Анализ ДНК тогда еще не изобрели, и она решила, что если убьет жертву так же, как Бьянки убивал остальных, и оставит такие же следы спермы, полиция придет к выводу, что убийца все еще на свободе. Однако жертва оказалась сильнее Комптон, и ей удалось сбежать. Веронику Комптон быстро арестовали. Сидя в тюрьме, она поддерживала отношения по переписке с другим серийным убийцей из Лос-Анджелеса, Дугом Кларком, одним из «Убийц с бульвара Сансет». За попытку предумышленного убийства Комптон приговорили к пожизненному заключению без возможности освобождения до 1994 года. На настоящий момент она находится в Вашингтонском коррекционном центре для женщин; в 2002-м Комптон опубликовала книгу «Поедая пепел: возможности реабилитации в пенитенциарной системе США», в которой, как выразился издатель, «описала плачевные случаи разрушенных жизней и некоторые программы, способствующие реабилитации»¹¹⁸.

Интересно, что Анджело Буоно являлся доминирующим партнером, а Кеннет Бьянки тратил массу сил, чтобы произвести впечатление на двоюродного брата. Однако Буоно не совершил ни одного убийства до переезда Кеннета в Лос-Анджелес или после его отъезда в Беллингем. Тем не менее он помогал Бьянки держать его склонности в узде и следил за тем, чтобы они действовали аккуратно и полиция их не раскрыла. Постепенно Буоно устал от Бьянки и сам предложил ему перебраться в Беллингем, поближе к Келли. Там Бьянки совершил два убийства самостоятельно, и его быстро арестовали. Без Бьянки Буоно не убивал, а Бьянки без Буоно не мог убивать эффективно. Именно так обычно зависят друг от друга партнеры по серийным убийствам.

Убийцы власти/контроля

Серийные убийцы власти/контроля обычно очень организованны и во многом напоминают садистических убийц удовольствия с той разницей, что причинение боли и страданий не является для них первичным мотивом – они стремятся к контролю и доминированию над жертвой (но могут использовать боль как метод контроля и пытку – как средство его обрести). Настоящее удовольствие от контроля над жертвой убийца начинает получать еще до того, как она поймет, что он манипулирует ею и заманивает в свои сети.

Как правило, такие убийцы привлекательны, харизматичны и умны; они берут жертву под контроль еще до ее физической поимки. Зачастую они выбирают жертв определенного типа, но фетишистские элементы для них не представляют особой важности. Убийство часто является актом полного контроля над жертвой, однако в отличие от убийцы удовольствия убийца власти/контроля не обязательно теряет к жертве интерес после ее смерти. Контроль может продолжаться и дальше: убийца оставляет себе труп, иногда держит его дома или в безопасном месте, где может его навещать. Иногда убийцы власти/контроля переходят к посмертным сексуальным актам, расчленению и некрофилии.

Джон Уэйн Гейси, Клоун-убийца

11 декабря 1978 года в Чикаго Элизабет Пист заехала за своим пятнадцатилетним сыном Робертом в аптеку, где он работал. Был день ее рождения и планировалась большая вечеринка. Роберт попросил мать подождать внутри, пока он сходит на парковку переговорить со строительным подрядчиком о подработке на лето – тот обещал платить вдвое больше, чем мальчик зарабатывал в аптеке. Роберт познакомился с подрядчиком, когда тот обследовал окрестности, готовясь к выполнению очередного заказа. Это был последний раз, когда Элизабет Пист видела своего сына. В аптеку он так и не вернулся.

После того как мать заявила о его исчезновении, полиция обратилась к подрядчику – Джону Уэйну Гейси, тридцати шести лет, упитанному коротышке с двойным подбородком и темными усами. У него был успешный строительный бизнес, в городе его хорошо знали и любили. Он становился «Человеком года» в Торговых палатах трех разных городов, однажды возглавлял в Чикаго парад в честь Дня Конституции Польши и сопровождал жену президента Картера Розалин во время ее визита в город. В свободное время Гейси развлекал в госпитале больных детишек, переодеваясь клоуном по имени Заплатка или Пого. Он проделывал с ними «фокус с наручниками» – приковывал к кровати и делал вид, что потерял ключ, – и «фокус с веревкой», ловя их подобием лассо. Дети визжали от восторга. Гейси жил в одном и том же доме с 1972 года, соседи описывали его как человека исключительно дружелюбного. На Рождество он всегда украшал дом гирляндами электрических лампочек. Он чистил снег, помогая престарелым соседям, был дважды женат и разведен, имел двоих детей.

Гейси никто бы не заподозрил, не возьмись он отрицать, что знал Писта и был на парковке, когда мальчик пропал. Когда полицейские заявили, что его видели с Пистом в тот день, Гейси признал, что возможно, был на парковке, но к мальчику никакого отношения не имеет.

Полиция проверила личное досье Гейси и выяснила, что в 1968 году в Айове его осудили за принудительное гомосексуальное сношение с несовершеннолетним, за которое он отсидел полтора года из десяти, к которым был приговорен. В 1970-м похожее обвинение предъявлялось ему в Чикаго, однако дело развалилось, так как истец не явился в суд. В марте 1978 года двадцатисемилетний мужчина пожаловался в полицию, что Гейси пригласил его покурить в машине марихуану, а потом прижал тряпку с хлороформом ему к лицу. Он сказал, что Гейси увез его к себе домой, где отхлестал кнутом и многократно изнасиловал. После этого Гейси его освободил. Властям не удалось собрать достаточно улик, и следствие было прекращено.

Детективы установили за Гейси круглосуточную слежку. Сначала он издевался над полицией, заявлял офицерам, что их начальники – идиоты, и приглашал к себе на обед. Он беззаботно сообщал, куда едет, и по традиции украсил свой дом гирляндами на Рождество. Однако дни шли, и Гейси начал выказывать признаки стресса – бросил бриться, начал пить и орать на людей. Он нанял двух адвокатов и подал иск против полиции Чикаго, которую обвинял в притеснениях и препятствовании ведению бизнеса.

В какой-то момент Гейси пригласил двоих детективов к себе домой на кофе, и один из них попросил разрешения заглянуть в ванную, чтобы под этим предлогом немного порыскать по дому. В ванной он ничего не нашел, но заметил шедший из стока характерный запах, знакомый каждому опытному следователю отдела убийств – запах разлагающихся человеческих останков.

21 декабря полиция обыскала дом, обвинив Гейси в том, что он удерживает Писта внутри. Гейси это отрицал, но внезапно признался, что в 1972 году у него был гомосексуальный любовник, и он его убил в целях самозащиты. Тело он залил бетоном у себя в гараже; Гейси отвел полицейских туда и краской нарисовал крест на полу, где должен был находиться труп. В процессе обыска полицейские обнаружили люк, ведущий в подвал под домом Гейси. Там они нашли три разлагающихся трупа и фрагменты других тел. Гейси арестовали; теперь полиция разбирала его дом буквально по камешкам. Были обнаружены тела двадцати восьми юношей в возрасте от пятнадцати до двадцати лет. Гейси признался еще в пяти убийствах, но сказал, что трупы выбрасывал в реку. Позднее он изменил показания, заявив, что какой-то неизвестный, у которого были ключи от дома, спрятал там трупы, чтобы подставить его. По словам Гейси, его самым тяжелым преступлением – если он вообще таковые совершал – было содержание кладбища без соответствующей лицензии.

Джон Гейси родился в Чикаго в 1942 году. Его мать была датчанкой, а отец поляком. Отец сильно пил и безжалостно колотил Гейси. Сам Гейси утверждал, что в пять лет его растлила девочка-подросток, а в восемь – мужчина-строитель. Когда Гейси было одиннадцать, его ударило качелями по голове, и в мозгу сформировался тромб, требовавший лечения. В юности Гейси совершил несколько мелких краж и занимался сексом с мужчинами.

Он был достаточно умен и закончил бизнес-колледж. Начал работать продавцом обуви, а в 1964 году женился на своей первой жене, отец которой владел несколькими франшизными ресторанами KFC. Гейси стал управляющим в одном из них. У него родились двое детей, сын и дочь, и в их городке в Айове все его знали. Брак распался в 1968-м, когда Гейси внезапно арестовали за то, что он сковал наручниками несовершеннолетнего подчиненного и анально изнасиловал его. Гейси приговорили к десяти годам, но за примерное поведение через восемнадцать месяцев выпустили на свободу. Жена за это время успела с ним развестись.

После освобождения в 1970 году Гейси уехал из Айовы и вернулся в Чикаго, где занялся строительным бизнесом. В том же году его обвинили в развратных действиях по отношению к несовершеннолетнему, однако обвинение было снято. После ареста в 1978 году Гейси признался, что первое убийство совершил в 1972-м, когда привез домой мужчину с автовокзала, чтобы заняться с ним сексом. Гейси утверждал, что они повздорили, и мужчина напал на него с ножом. Гейси убил его в целях самозащиты и спрятал труп в подвале дома.

Позднее в том же году Гейси женился во второй раз. Его жена, трое ее детей и теща переехали к нему. Когда жены не было дома, Гейси заманивал к себе мальчиков, насиловал их, убивал и хоронил тела в подвале. Жена и теща годами жаловались на неприятный запах, но Гейси объяснял, что это «дохлые крысы». В отсутствие жены он заливал трупы бетоном, пытаясь скрыть запах. Гейси сообщил властям, что затыкал трупам рты тряпками, чтобы жидкость при разложении не вытекала наружу.

Когда жена спрашивала Гейси про кошельки и одежду, принадлежавшую юношам, которую находила дома, тот кричал, чтобы она не совала нос не в свое дело. Он превратился в импотента и стал ее поколачивать. В феврале 1976 года она съехала и вскоре развелась с ним. Гейси наверняка испытал облегчение, когда они разошлись, потому что уже пристрастился к убийствам.

Из показаний юношей, которые сталкивались с Гейси, полиция узнала, что он ездил по улицам, высматривая геев-проституток или бездомных подростков, которым предлагал работу на стройке. Многие из них утверждали, что приходили к нему домой на «собеседование», во время которого Гейси демонстрировал им свои фотографии с женой президента и предлагал показать «фокус с наручниками». Похоже, только тем, кто отказывался посмотреть фокус, довелось впоследствии рассказать об этом.

Гейси завлекал своих жертв постепенно. Сначала угощал марихуаной и алкоголем, потом показывал гетеросексуальное порно. Дальше переходил к гомосексуальному. Если гость не возражал, Гейси проделывал «фокус с наручниками». Как только жертва оказывалась в его власти, он насиловал ее. Гейси придумал целый пыточный ритуал: он надевал жертве на голову пакет, топил в ванне, а потом давал отдышаться. Дальше жертва умирала – либо тонула, либо Гейси душил ее «фокусом с веревкой». Он набрасывал веревку жертве на шею, просовывал туда палку и медленно поворачивал ее, затягивая петлю. Гейси признался, что убивая жертв, декламировал вслух Двадцать Второй Псалом: «Господь – Пастырь мой; Если я и пойду долиною смертной тени, не убоюсь зла…»

Любопытный факт: чем больше Гейси убивал, тем дружелюбнее себя вел. Его клоун Пого появился как раз на вершине карьеры убийцы. Он закатил большой праздник для соседей, по собственному почину очистил от снега все дорожки в районе. Представитель местной Демократической партии вспоминал: «Ему можно было поручить что угодно – расставлять стулья, мыть окна, даже починить кому-нибудь кран. Я не знаю никого, кто бы его не любил».

В какой-то момент после ареста Гейси заявил, что у него внутри живет «Другой парень», который и совершал убийства. Тим Кэгилл пишет:

Возможно, наркотики и алкоголь выпускали этого Другого парня наружу… Джон говорил врачам, что в этом Другом парне много от Старика. Однако, если его выпустить на свободу, он сразу кинется охотиться за каким-нибудь молоденьким проститутом. А за спиной у него будет стоять рассерженный отец, тот самый алкоголик, который его бил… Наутро он найдет тело, протрезвеет и упрячет его в подвале, чтобы навсегда забыть – как о пьяных выходках отца¹¹⁹.

Пять трупов, включая Роберта Писта, так и не удалось найти. Гейси говорил, что выбросил их в реку. Поскольку многие жертвы Гейси были бездомными подростками, сбежавшими из разных городов, полиция и криминальные антропологи потратили много лет на то, чтобы идентифицировать двадцать девять тел, найденных в его доме. Им удалось установить имена некоторых жертв, но восемь из них остаются неопознанными по сей день.

Профайлер ФБР Роберт Ресслер, беседовавший с Гейси после вынесения приговора, утверждает, что Гейси называл своих жертв «никчемными маленькими педиками, проститутками». Ресслер упрекнул его за это – разве он сам не гомосексуал? Гейси ответил, что его жертвы были отбросами общества, а он – преуспевающий бизнесмен. Более того, Гейси объяснил, что был слишком занят, чтобы водить дамочек по ресторанам и ухаживать за ними – вот и пришлось обходиться мимолетным сексом с мужчинами.

Гейси говорил: «Все, что у них на меня есть, не стоит выеденного яйца. Никто так и не смог связать меня с жертвами и собственно с преступлениями… Если вы скажете, что я спал в одном доме с трупами, я соглашусь, но в той же комнате – нет! Хотя мертвые, конечно, тебя не побеспокоят – а вот живые могут».

Гейси прожил еще пятнадцать лет, раздавая интервью и принимая посетителей. В тюрьме он заделался художником и несколько галерей выставляли его примитивные картины, в основном с клоуном Пого. Он открыл собственную телефонную линию с кодом 900, куда люди могли звонить, чтобы послушать сообщение, записанное его голосом, где он заявлял о своей невиновности. В 1986 году он едва не женился в третий раз, на одной из многочисленных женщин, писавших ему письма и навещавших в тюрьме. Джона Уэйна Гейси казнили с применением смертельной инъекции 10 мая 1994 года, после того как его апелляция была отклонена.

Недавние усовершенствования в классификации серийных убийц

Проблема с классификациями, описанными выше, заключается в том, что система ФБР с «организованным», «дезорганизованным» и «смешанным» типами кажется слишком размытой, а «смешанный» тип вообще не имеет смысла. Категории «визионер» – «миссионер» – «гедонист» – «стремящийся к власти/контролю» помогают в оценке мотива, но мало способствуют выявлению личности убийцы. Ни одна из этих классификаций, включая те, которые описаны в Руководстве по классификации преступлений ФБР, не используется в крупных компьютерных системах отслеживания убийств в США: ни в VICAP, разработанной собственно ФБР; ни в HITS (системе отслеживания убийств) в Вашингтоне, Орегоне и Айдахо; ни в ViCLAS (канадской системе анализа насильственных преступлений)¹²⁰.

Самую современную на данный момент классификацию разработал знаменитый криминалист доктор Роберт Кеппел – ветеран в расследованиях серийных убийств, на счету которого более пятидесяти дел, включая преступления Теда Банди, убийства детей в Атланте и убийства Грин-Ривер¹²¹. Его система сосредоточена на категоризации сексуальных «сигнатурных» убийств, одиночных и серийных, и базируется на характеристиках, впервые предложенных в 1980-х Роем Хейзелвудом и Энн Берджесс для классификации насильников. В следственных целях Кеппел предлагает пользоваться следующей классификацией сексуальных серийных убийц, включающей четыре категории: «утверждающий власть», «завоевывающий власть», «выплескивающий гнев» и «возбуждающийся от гнева».

Убийцы, утверждающие власть

Убийцы, утверждающие власть, совершают преступление, планируя изнасилование, но не убийство; жертвой может быть и мужчина, и женщина. Убийство происходит в результате выплеска агрессии в попытке контролировать жертву. Главным мотивом преступления является утверждение мужской власти над жертвой мужского или женского пола. (Помните, секс и влечение не играют особой роли в большинстве изнасилований – это преступление агрессии и контроля.)

Убийцы этого типа постепенно учатся и совершенствуют свои методы, базируясь на предыдущем опыте. Их жертвами становятся незнакомцы, которых они стараются застать врасплох, когда выдается возможность. Убийцы либо находят их на улице, либо стараются выманить из дома или с рабочего места. Если жертву похищают на улице, тело выбрасывают где-нибудь еще, но не там, где произошло похищение. Если жертву убивают у нее/него дома, тело обычно не подвергается посмертному калечению. Одежда на ней, как правило, порвана, на теле следы побоев. Орудие убийства преступник приносит с собой: это могут быть нож или веревка, которые воспринимаются убийцей как символы его маскулинности.

Степень насилия в ходе преступления ограничивается представлениями убийцы об извращениях и девиациях – калечение трупа встречается редко. Как правило, на месте преступления остаются следы спермы; преступник насилует жертву несколько раз, прежде чем убить. После убийства преступник не стремится сохранить с жертвой связь; место преступления он максимально зачищает от улик. Убийца понимает, что социальный имидж защищает его от подозрений, и эмоционально отстраняется от совершенного убийства, чтобы вскоре повторить его снова. Одновременно он чувствует жажду власти и признания, поэтому хочет как-то заявить о себе или быть заподозренным. Он может намекать на свое участие в подобного рода преступлениях друзьям, коллегам, сокамерникам или даже полиции.

Убийцам, утверждающим власть, обычно около двадцати лет. Они изо всех сил стараются подчеркнуть свою мужественность, причем в довольно примитивной манере, хотя внутри совсем в ней не уверены. Часто они занимаются бодибилдингом, делают татуировки, ездят на мощных автомобилях, носят оружие и хвастаются физической формой. Они агрессивны, вспыльчивы и заносчивы по отношению к окружающим, что зачастую делает их одиночками. Другие люди не видят в них «командных игроков». У них может быть за плечами неудавшийся брак или серьезные отношения; бывшие спутницы считают их «чересчур контролирующими».

В старшей школе их отвергают из-за недостаточной мужественности, и они могут увлечься порнографией, но ее выбор ограничивается «мягкой» эротикой вроде журналов «Плейбой» или «Пентхаус». Если они попадают в армию, то служат довольно плохо и зачастую преждевременно демобилизуются из-за отсутствия социальных «командных» навыков. Могут совершать преступления, связанные с демонстрацией власти: кражи со взломом и грабежи.

Убийцы, завоевывающие власть

Убийцы, завоевывающие власть, тоже планируют изнасилование, но не убийство. Главным их мотивом является фантазия о соблазнении и покорении. Преступник ждет от жертвы подтверждения того, что он доставляет ей удовольствие, что он лучший любовник, чем все остальные. Убийство происходит, когда поведение жертвы противоречит этой фантазии или прерывает ее. Преступник либо впадает в ярость, либо хладнокровно убивает жертву, а уже потом реализует свою фантазию, прибегая к посмертному калечению или некрофилии. Убийство происходит, если не удалось изнасилование.

Убийца, завоевывающий власть, тщательно выбирает и выслеживает жертву; бывает, что ею становится случайная знакомая или соседка. Жертва обычно на десять -пятнадцать лет старше или младше преступника. Жертву-ровесницу он может выбрать, если у него имеются некие психические или физические заболевания. Главной для него являются его фантазия и уязвимость жертвы, а не ее тип. Он приспособит фантазию под ту жертву, которую выбрал.

Преступник использует метод кнута и пряника, чтобы получить контроль над жертвой. Он постепенно привыкает пользоваться оружием – первое преступление совершает безоружным, на второе может взять пистолет, но не выстрелить, а на третье – нож, которым действительно может убить жертву. В самом начале изнасилования он ведет себя вежливо, по-джентльменски: спрашивает жертву, удобно ли ей, и наслаждается ли она – этакий «галантный насильник». Он хочет подтверждения своей сексуальной привлекательности, а не добившись его, становится жестоким и переходит к убийству.

Когда жертва мертва, он может продолжать осуществление своей фантазии путем некрофилии, уродования трупа и ритуальных действий. Следов эякуляции на месте преступления обычно не остается, потому что изнасилование не удалось и фантазия была прервана. Удовлетворение преступник получает от посмертных актов и ритуалов, поэтому стремится повторить свое преступление, а в последующих эпизодах становится все более жестоким. Он может брать с места преступления «сувениры» и собирать газетные вырезки, чтобы в фантазии поддерживать связь с жертвой.

Преступнику, как правило, около двадцати пяти лет, у него очень насыщенная внутренняя жизнь, вступающая в конфликт с реальностью, – из-за этого он может казаться эмоционально нестабильным или глуповатым. Он живет в изоляции, погруженный в свои фантазии, у него нет друзей – ни мужчин, ни женщин, – и его считают чудаком. Он не способен на социальное взаимодействие, необходимое для завязывания сексуальных контактов или романтических отношений. Он очень боится быть отвергнутым и предпочитает направлять свою сексуальную энергию на фантазии и субституты сексуальных контактов: подглядывание, кражи одежды, пироманию или клептоманию. В связи с этим у него могут иметься приводы в полицию. Фантазии часто возникают в очень юном возрасте и закрепляются в ходе взросления, которое протекает отнюдь не гладко.

Обычно он оканчивает школу, но не показывает особых достижений. Точно так же в армии его считают послушным, но ничем не примечательным солдатом.

Он незрелый, в жизни придерживается позиции наблюдателя, а не участника. Ему не хватает уверенности в себе; если он живет с родителями, то может ограничиваться крайне скудными заработками, не работать вообще или изредка подрабатывать. Для него очень важно находиться в привычной среде, поэтому, как правило, он работает, живет и совершает свои преступления в одной и той же местности. Он перемещается всюду пешком, а если обзаводится машиной, то обычно старой, и плохо ее содержит. Место преступления он оставляет в полном беспорядке.

Убийцы, выплескивающие гнев

Убийцы, выплескивающие гнев, планируют сразу и изнасилование, и убийство. Убийство часто бывает «чрезмерным»: преступник действует с преувеличенной жестокостью, не требующейся для того, чтобы просто убить жертву – обычно женского пола. Главным его мотивом является стремление отомстить, разделаться, уравнять счет с женщиной – или ее заменителем, – которая некогда, по мнению преступника, причинила ему зло. Гнев провоцирует некая женщина, имеющая над преступником власть в настоящем или имевшая ее в прошлом: мать, жена, учительница или начальница. Гнев возникает при контакте как с этой женщиной, так и с другими, которые, как кажется преступнику, критикуют его, оскорбляют, унижают, отвергают, не ценят или еще как-то проявляют неуважение, однако в большинстве случаев нападает он на ничего не подозревающую жертву-заменителя.

Жертва-заменитель обычно того же возраста или старше преступника, и выбирает он ее заранее. Он может увидеть ее где-то поблизости от дома или на работе, узнать ее адрес и выяснить, насколько легко к ней подобраться. В гневе он обычно бросается туда, чтобы напасть на избранную символическую жертву. Если он ездит на машине, то оставляет ее за сто-двести метров от будущего места преступления.

В некоторых случаях убийца, выплескивающий гнев, может напасть и непосредственно на объект, который этот гнев вызывает. Такие жертвы практически всегда младше преступника либо это вообще дети.

Преступник может прибегать к уловкам, чтобы проникнуть в жилище жертвы, а потом вступает с ней в конфронтацию, провоцируя негативный ответ. Он кидается в атаку, бьет жертву по губам или по лицу. В процессе эскалации он может использовать некий предмет, найденный на месте преступления, чтобы ударить или пырнуть жертву. Следов эякуляции может не остаться, потому что преступник сосредоточен на самом нападении. Его возраст, эмоциональная зрелость и опыт определяют, сможет ли он достичь эрекции во время атаки.

Атака продолжается до тех пор, пока преступник не выплеснет свой гнев, даже если жертва давно мертва. Закончив, убийца может расположить труп в подчиненной позе: на боку лицом от входа, лицом вниз, или с завязанными глазами. Место преступления он не прибирает; орудие убийства часто находят возле тела жертвы. Прежде чем уйти, убийца может взять себе «сувениры». Он не испытывает чувства вины, потому что переносит ответственность за убийство на жертву и легко соскальзывает в серийный паттерн.

Убийцам, выплескивающим гнев, обычно около 25–30 лет, они импульсивные, вспыльчивые и эгоистичные. Их считают людьми эмоциональными; они не одиночки, но не поддерживают прочных социальных отношений. Как правило, у них есть разве что приятели, с которыми можно выпить в баре, и они редко что-то рассказывают о себе. Бывает, они увлекаются контактными видами командного спорта.

В отношениях с женщинами они одновременно демонстрируют признаки зависимости и сопротивления; конфликты могут решать насилием. Если такой убийца женат, у него, как правило, имеется история семейного насилия и внебрачных связей. Его могут привлекать за импульсивные правонарушения: драки, опасное вождение и угрозы.

Он сексуально фрустрирован, нередко страдает импотенцией, а его гнев пропитан эротикой, что только усиливает неадекватное сексуальное поведение. Он не увлекается порнографией, но может проявлять интерес к мягкой эротике вроде «Плейбоя».

В школе у него могут возникать проблемы с дисциплиной, он отстает от других или вообще бросает учебу. Если он попадает в армию, у него и там возникают дисциплинарные проблемы, за которыми следует досрочная демобилизация. Иными словами, он постоянно находится в конфликте с властью.

Убийцы, возбуждающиеся от гнева

Убийцы, возбуждающиеся от гнева, планируют и изнасилование, и убийство. Их основной мотив – причинить боль и ужас жертве мужского или женского пола с целью получения сексуального удовлетворения. Преступление сопровождается продолжительными пытками или калечением жертвы, как правило, до наступления смерти. Само убийство преступника интересует мало – он сосредоточен на процессе, предшествующем ему. У преступника имеются очень конкретные, проработанные фантазии, в которых он достигает полной власти и контроля. Преступление носит характер ритуала, зачастую разыгрывается по продуманному сценарию, который совершенствуется от жертвы к жертве.

Жертва обычно не знакома с убийцей, но подпадает под его «идеальный тип»: студентка, проститутка, ребенок, старик, «шлюха», медсестра и т. д. Преступник может проявлять избирательность и в мелких деталях: светлые волосы, длинные ноги, голубые глаза, невысокий рост. Как правило, он знакомится с жертвой и старается ее очаровать. Он использует эту уловку, чтобы выманить жертву из безопасной среды. С этого момента его поведение начинает колебаться между дружелюбным и угрожающим, пока, в конце концов, он не сбросит маску полностью. Он может очень спокойно заявить жертве: «Я собираюсь тебя три дня насиловать и пытать, а потом убью – медленно и болезненно», – чтобы насладиться ее страхом.

Как только убийца чувствует этот страх, он приступает к ритуалу пыток и унижений, основанных на фантазиях, которые могли формироваться у него с самого детства. Он может попытаться изнасиловать жертву и достигнуть эякуляции в момент ее смерти.

После убийства он может перейти ко вторичному сексуальному насилию: внедрению различных объектов, калечению, расчленению. Тело он может оставить в странной позе, одетое или раздетое – в зависимости от его фетишистских предпочтений. Предметы одежды он может разрезать, забирать с собой, оставлять аккуратно сложенными возле трупа. Часто он уносит с собой разные «сувениры» – вещи или части тела, – которые использует для повторяющихся сеансов навязчивой мастурбации. Можно сказать, что преступление продолжается уже в зоне комфорта убийцы, вдалеке от трупа жертвы, и не заканчивается до тех пор, пока преступник не достигнет эмоционального удовлетворения и не завершит с мастурбациями.

Убийца, возбуждающийся от гнева, имеет свой «набор инструментов», куда входят орудия убийства, средства связывания и инструменты пытки, которые он приносит на место преступления, а потом снова упаковывает и забирает для дальнейшего использования. Преступник старается не оставлять никаких улик и зачастую перевозит тело с места преступления на другие локации, чтобы там спрятать. Он старается совершать преступления и избавляться от трупов подальше от своего места жительства и работы. Однако он может включаться в поиски жертвы или в полицейское расследование, чтобы получить дополнительную стимуляцию.

Возраст таких убийц может варьироваться, но обычно это зрелый мужчина, который совершает первое убийство примерно в тридцать пять лет. Как правило, он физически привлекателен, умен и социально активен. Он выглядит законопослушным и дружелюбным. Может состоять в счастливом браке, заботиться о детях и успешно работать на должности, над которой нет начальственного контроля; он предпочитает самозанятость или полуквалифицированный труд – например, работает столяром или автомехаником. У него могут проявляться признаки навязчивой организованности; он может иметь высшее образование, но не обязательно законченное. Если он попадает в армию, то находится там на хорошем счету и зачастую становится кандидатом в офицеры.

Как правило убийца, возбуждающийся от гнева, живет двойной жизнью, отделяя свой фантазийный мир от реального. Он нуждается в приватном пространстве, где может хранить свой набор инструментов, «сувениры» и прочие фетиши – какую-то потаенную темную комнату ужасов в подвале или на чердаке, стенной шкаф, гараж или заброшенную постройку поблизости от дома. Он увлекается садистической порнографией.

Распределение преступлений по перечисленным категориям

В октябре 1995 года в пенитенциарных учреждениях штата Мичиган находилось 41 584 заключенных, из которых 14 % отбывали срок за убийство (5928 человек). Из них 2476 человек – 42 % от всех убийц – совершили убийство на сексуальной почве. К сожалению, исследование не дифференцировало одиночные и серийные убийства¹²². Распределение по категориям было следующим: убийцы, утверждающие власть, составляли 38 % из всех убийц на сексуальной почве, убийцы, выплескивающие гнев – 34 %, убийцы, завоевывающие власть – 21 % и убийцы, возбуждающиеся от гнева – всего 7 %.

Прочие классификации и типологии

Хотя типы, описанные выше, чаще всего упоминаются при анализе серийных убийств, серийных убийц можно подразделять на множество разных категорий. Они могут базироваться на различных критериях: психологических, патологических, криминальных, социальных и даже астрологических. Одно астрологическое исследование показало, что многие серийные убийцы родились под знаками Близнецов или Водолея: Джеффри Дамер, Дэвид Берковиц (Сын Сэма), Уэйн Уильямс, Дэнни Роллинг (Гейнсвиллский потрошитель), Питер Сатклифф, Артур Шоукросс и Ричард Чейз (Вампир-убийца) были Близнецами, а Денни Нильсен, Тед Банди и Эдмунд Кемпер – Водолеями¹²³.

Серийных убийц можно классифицировать по гендерным или социальным признакам: убийцы-геи, убийцы-женщины, командные убийцы, культовые убийцы, профессиональные убийцы, убийцы-медики, семейные убийцы и т. д.

Женщины – серийные убийцы

До сих пор я использовал местоимение он, говоря о серийных убийцах, просто чтобы не перегружать текст. Однако серийных убийц следует называть он/она, потому что примерно на пятерых из них приходится одна женщина. Женщины зачастую убивают больше жертв, чем типичный серийный убийца-мужчина. Их называют «тихими убийцами», потому что они редко выбрасывают трупы на обочинах дорог, тревожа тем самым обывателей. Их карьера убийцы продолжается вдвое дольше, чем у мужчин: восемь лет у женщины по сравнению со средним сроком в четыре года у мужчины¹²⁴. Убийства они обычно совершают дома или по месту работы – например, в госпитале, доме престарелых, пансионе или отеле, поэтому их преступлений зачастую не замечают или не считают убийствами.

Исследование, посвященное заключенным женщинам, совершившим несерийные убийства, показало, что примерно 77 % из них были на тот момент безработными, 65 % было чернокожими, у 76 % имелись дети, а средний их возраст равнялся двадцати семи годам¹²⁵. Женщины-убийцы, молодые и бедные, существуют в том социоэкономическом слое, где межличностное насилие встречается чаще и считается «приемлемым».

Статистика по женщинам – серийным убийцам заметно отличается: 95 % из них белые, средний возраст – тридцать лет, только 10 % безработные, 10 % квалифицированные профессионалы, 15 % имеют рабочую специальность, а 11 % имеют какой-либо бизнес (насчет еще 41 % информации нет)¹²⁶. Принадлежность к более высокому социоэкономическому классу, где межличностное насилие неприемлемо, предполагает за их преступлениями некоторую психопатологию. Бедные безработные женщины, существующие в обществе, где межличностное насилие порой является единственным способом выжить, совершают спонтанное убийство под воздействием момента. А вот женщины – серийные убийцы из среднего класса хорошо обдумывают и планируют свои преступления.

Мотивы женщин – серийных убийц отличаются от мотивов женщин, совершивших несерийное убийство и даже серийных убийц-мужчин. В среднем 74 % женщин – серийных убийц хотя бы отчасти преследуют финансовую выгоду – печальное отражение устремлений нашего среднего класса¹²⁷.

Женщины – серийные убийцы как сообщницы

Хотя практически не существует случаев, в которых женщина – серийная убийца действовала бы так же, как описанные в этой книге убийцы-мужчины, насчитывается немало случаев пособничества со стороны женщины в садистических сексуальных убийствах своему партнеру-мужчине. Мужчина обычно доминирует в паре и совершает непосредственно убийство – но так бывает не всегда. Около 44 % женщин – серийных убийц совершают преступления как сообщницы, обычно в компании мужчины-партнера.

В середине 1930-х американский психолог Абрахам Маслоу выполнил серию исследований, посвященных связи между сексуальным поведением и доминированием. Он отметил, что в неволе наиболее доминантные обезьяны практически постоянно стремятся к сексу, причем «ненормальному» – самцы принуждают к сексу самцов, а иногда и доминирующие самки делают то же самое. Маслоу сделал вывод, что секс в данных обстоятельствах является выражением доминирования, а не реализацией естественного сексуального влечения у приматов. Он отметил также, что если в группу попадает новая особь, низкодоминантные обезьяны ведут себя с ней предельно жестоко. Маслоу связал их нападения с низкой самооценкой, приводящей к жестокости – как и у человека.

Далее Маслоу переключился на студенток колледжа, которых подолгу опрашивал. В 1939 году он пришел к выводу, что женская сексуальность также связана с доминированием. Он обнаружил, что люди делятся на три категории: высокодоминантные, среднедоминантные и низкодоминантные.

Высокодоминантные женщины имеют больше партнеров, склонны к сексуальным авантюрам и не скрывают их. Среднедоминантные женщины тоже сексуальны, но у них обычно один партнер в один отрезок времени. Низкодоминантные женщины относятся к сексу неодобрительно, занимаются им редко и считают, что он нужен только для продолжения рода. Маслоу отметил, что сексуальные характеристики каждой категории никак не связаны с сексуальным влечением: оно одинаково интенсивно у всех типов, а вот количество секса, которым женщины действительно занимаются, разное.

Маслоу также выяснил, что женщины предпочитают мужчин чуть более доминантных, чем они сами, но в пределах той же доминантной группы. Высокодоминантные женщины отвергают большинство мужчин из-за их низкой доминантности. Одна женщина, которая заявляла, что может получить оргазм просто глядя на привлекательного мужчину, объяснила Маслоу, что не может получить оргазм, занимаясь сексом с некоторыми мужчинами, потому что они слишком слабые и с ними она не чувствует, что «отдается полностью».

Среднедоминантные женщины считают высокодоминантных мужчин слишком пугающими, а низкодоминантные женщины опасаются среднедоминантных мужчин. Каждая формирует пару со слегка более доминантным мужчиной, но внутри одного класса. По Маслоу, это нормальный паттерн женско-мужских отношений, применимый также и к большинству гомосексуальных пар.

Однако в некоторых ситуациях партнеры из разных доминантных групп объединяются между собой, и в их паре возникает необычная динамика. Причина, по которой это происходит, заключается обычно в наличии эмоционального расстройства, которое заставляет индивида искать партнера в другом доминантном классе. Высокодоминантный индивид с личностным расстройством, нуждающийся в садистическом доминировании над партнером, может искать партнеров в низкодоминантной категории, а низкодоминантный индивид с личностным расстройством не будет против поучаствовать в таком сценарии и согласится вступить в отношения с партнером из высокодоминантной категории. В результате формируются отношения, напоминающие рабство, когда один партнер полностью доминирует над другим, пребывающим чуть ли не под гипнозом, и при этом оба отчаянно зависят друг от друга. Иногда единственным элементом, которого не хватает доминантному партнеру, чтобы дать выход своим фантазиям об убийстве, является подчиненный напарник.

Гвендолин Грэм и Кэтрин Мэй Вуд

Гвендолин Грэм и Кэтрин Мэй Вуд – это редкий случай, когда две женщины объединились и совершили серию убийств на сексуальной почве. Вуд была недавно разведенной 200-килограммовой надзирательницей в доме престарелых, когда вступила в лесбийские отношения с Грэм, помощницей медсестры. Доминирующая Грэм сказала Вуд, что здорово будет убить шестерых пациенток, чтобы из их инициалов сложилось слово убийство (murder). Но их игра была прервана, когда одна из пациенток отказалась смиренно умирать, как остальные. Тем не менее до того Грэм задушила мокрой тряпкой пять человек, пока Вуд стояла на стреме. После каждого убийства парочка немедленно отправлялась в свободную палату, чтобы заняться сексом. После признания вины Вуд получила двадцать лет тюрьмы, а Грэм – шесть пожизненных приговоров (шестой за заговор с целью совершения убийства).

Майра Хиндли и Иэн Брэйди,

Болотные убийцы

В период с 1963 по 1965 год в Англии Иэн Брэйди и Майра Хиндли убили девятерых детей и подростков. Брэйди было двадцать три года, и он работал клерком в компании, торгующей химикатами, когда познакомился с машинисткой, восемнадцатилетней Майрой Хиндли. Майра была совершенно нормальной девушкой – обожала животных, детей и яркую губную помаду. Она влюбилась в «мрачного интеллектуала» Брэйди.

С ним она лишилась девственности и стала по сути его рабыней. Убежденная католичка, Майра позволила Брэйди внушить себе, что Бога не существует. Она была страстно увлечена более взрослым и «искушенным» партнером, который читал умные книги, носил черные рубашки и учил немецкий язык. Майра говорила: «За пару месяцев он меня убедил, что Бога нет; он мог сказать даже, что земля плоская, луна – зеленый сыр, и солнце встает на западе, и я бы поверила, настолько он был убедителен и своими речами околдовывал меня, поэтому я разве что вставляла словечко то там, то здесь, но верила ему безоговорочно».

По словам Майры, в июле 1963 года Брэйди начал заговаривать с ней о совершении идеального убийства – как доказательства их превосходства. 12 июля Майра с Брэйди отправились на свое первое дело. Майра вела фургон, а Брэйди следовал за ней на своем мотоцикле. Задачей Майры было подобрать какую-нибудь девушку, голосующую на дороге; ей попалась шестнадцатилетняя Полин Рид. Майра сказала Полин, что едет на болота – ветреные, заросшие высокой травой топи в окрестностях Манчестера. Якобы она потеряла там перчатку; если Полин поможет ее найти, та в награду подарит ей музыкальные пластинки. Полин согласилась, и вдвоем они поехали на безлюдные болота, а Брэйди на мотоцикле двинулся следом.

На болотах Брэйди напал на Полин, изнасиловал и перерезал ей горло. Хотя Майра утверждала, что в момент изнасилования находилась в машине, в открытом письме из тюрьмы в 1990 году Брэйди заявил, что Майра также совершила с Полин действия сексуального характера. Затем с помощью лопаты, которая на этот случай лежала в фургоне, Майра и Брэйди закопали труп Полин в болотистой почве.

23 ноября 1963 года, использовав тот же прием, они убили двенадцатилетнего мальчика, Джона Килбрайда. Майра заявила, что Брэйди изнасиловал его и задушил, потому что нож был слишком тупой, чтобы перерезать мальчику глотку. Полицейские позднее обнаружили могилу Килбрайда по фотографии, где Майра позировала на ее фоне со своей собакой. Когда Майра уже находилась под арестом, ей сообщили, что собака умерла, оказавшись под присмотром полицейских, и та ответила с горечью: «Они просто бессердечные убийцы!»

16 июня 1964 года они убили еще одного двенадцатилетнего мальчика, Кейта Беннета, использовав тот же метод. Мальчик был изнасилован, задушен и похоронен на болотах; его тело, несмотря на все усилия полиции и даже некоторое содействие Майры и Брэйди, так и не нашли.

Прошло почти полтора года до того, как эта парочка убила еще раз. 26 декабря 1965 года они похитили девятилетнюю Лесли Энн Дауни и затащили к себе домой. Там Брэйди установил свет и камеру и принудил девочку позировать для порнографических фотографий. Потом, включив магнитофон, чтобы записывать крики, Брэйди изнасиловал ее. Как он указал в письме в 1990 году, Майра «настояла на том, чтобы убить Лесли Энн Дауни собственными руками, использовав шелковую веревку, которую потом носила с собой и напоказ поигрывала ею, наслаждаясь тайным знанием того, для чего веревка была использована».

В октябре 1965 года Брэйди решил, что хочет организовать банду, и начал договариваться с безработным зятем Майры, Дэвидом Смитом, насчет ограбления. Вечером 6 октября Смит заехал к нему и пожаловался, что у него нет денег. Брэйди предложил: «Обчистим какого-нибудь педика?» Он вышел и позднее вернулся с семнадцатилетним Эдвардом Эвансом. Брэйди ударил Эванса по голове топором, а потом задушил. Он заставил Смита подержать топор в руках, чтобы там остались его отпечатки пальцев, и они вдвоем обернули труп пленкой, а кровь смыли. Майра и Брэйди легли спать, а Смит, в шоке, побрел к себе домой. Там он рассказал жене, что случилось, и они немедленно обратились в полицию.

На следующее утро полицейские обыскали дом Брэйди и нашли в гостевой спальне труп, по-прежнему обернутый в пленку. За корешком молитвенника полиция обнаружила ключ от камеры хранения на вокзале – там хранились фотографии и магнитофонная запись Лесли Энн Дауни. Запись проиграли в суде на процессе Иэна Брэйди и Майры Хиндли. Оба получили пожизненные приговоры.

Преступления Брэйди и Хиндли были восприняты британцами так остро, что до сих пор представляют весьма чувствительную тему. Когда в сентябре в Британской королевской академии искусств проходила выставка работ молодых художников, один из которых, Маркус Харви, выставил тринадцатифутовый портрет Майры Хиндли, вспыхнула волна возмущения. Семьи жертв Хиндли потребовали, чтобы Академия сняла картину с экспозиции. В день открытия портрет залили краской и чернилами и забросали яйцами; после этого ему потребовалась недельная реставрация.

Майра Хиндли умерла в тюрьме в возрасте 60 лет в ноябре 2002 года, а Иэн Брэйди до сих пор находится в закрытом психиатрическом госпитале, где недавно написал книгу под названием «Врата Януса: Анализ серийного убийства»[15].

Карла Хомолка и Пол Бернардо —

секс, смерть и видео

Карлу Хомолку и Пола Бернардо называют «киллерами Кеном и Барби». На момент ареста Бернардо было двадцать восемь, а Хомолке – двадцать два года. Пол Бернардо – блондин с голубыми глазами, высокий, спортивный, умный и привлекательный; его лицо многие описывали как «ангельское». Карла – тоже блондинка, с роскошной шевелюрой, голубыми глазами, элегантная и миниатюрная, очень пропорциональная. Он – бухгалтер с университетским образованием, она – выпускница старшей школы, подрабатывает помощницей ветеринара. Оба выросли в пригородах, населенных представителями среднего класса, ходили в типичные пригородные школы, посещали традиционные школьные вечеринки и праздники. Все в них было типичным: их вкусы, не слишком изысканные и не слишком простецкие, можно было в целом назвать усредненными.

Они встретились, когда Карле было семнадцать, а Полу двадцать три, и через пару часов после знакомства уже занялись сексом. Были помолвлены несколько лет, а потом устроили богатую, но не особенно стильную свадьбу, идеи для которой явно были почерпнуты из какого-то средней руки свадебного журнала. Из церкви они уехали на карете с лошадьми, а медовый месяц провели на Гавайях.

Поселились в одном из типичных провинциальных городков, которыми изобилует плодородный пояс в Южном Онтарио, известный как Золотая Подкова – между Торонто и Ниагарским водопадом. Сняли домик на берегу озера в стиле «Кейп-Код» за 1200 долларов в месяц и обставили его традиционной канадской мебелью из сосны.

Нетипичным было лишь то, что еще до отъезда в свадебное путешествие Пол и Карла изнасиловали, пытали и убили двух девочек-подростков, одной из которых была пятнадцатилетняя сестра Карлы Тэмми. После возвращения с Гавайев они похитили, изнасиловали и убили третью девочку. Все преступления они снимали на видео.

Пара казалась такой симпатичной, дружелюбной и милой, что никому и в голову не пришло в чем-то их заподозрить, хотя у первой жертвы, младшей сестры Карлы, были обнаружены следы инъекции анестетика. Даже многоопытные офицеры полиции не могли представить, что «Кен и Барби» имеют какое-то отношение к ее смерти.

В 1993 году Карла обратилась в госпиталь с подбитым глазом и опухшим лицом, обвинив мужа, Пола, в том, что он жестоко избил ее фонариком. Вскоре после этого Пола арестовали за серию жестоких изнасилований в Торонто, совершенных более года тому назад, по которым он числился подозреваемым, но твердых доказательств у полиции не было. У него взяли образец ДНК, но у перегруженной и страдающей от недостатка финансирования провинциальной лаборатории ушел целый год на то, чтобы обработать образец и сравнить результаты.

Карла внезапно призналась, что Пол также совершил похищение, изнасилование и убийство двух девочек и на нем лежит вина за внезапную смерть ее собственной младшей сестры, Тэмми, которую он изнасиловал в ночь Рождества в подвальной комнате дома их родителей. Карла передала ему ветеринарный препарат, который должен был вырубить Тэмми; вдвоем они снимали свои действия на пленку, по очереди насилуя жертву и издеваясь над ней, когда девочка в бессознательном состоянии захлебнулась собственной рвотой и умерла.

По мере того как всплывали новые подробности изнасилований и убийств, Карла начала настаивать на «синдроме избитой жены» – она утверждала, что муж принуждал ее участвовать в преступлениях. Она согласилась свидетельствовать против него с целью смягчения приговора. Однако, как только сделка была заключена, полиция обнаружила видеозаписи, в которых Карла охотно участвовала в пытках и изнасилованиях. Одну пятнадцатилетнюю жертву, Кристен Френч, они многократно насиловали, в том числе анально, и пытали на протяжении трех дней: иногда Бернардо действовал один, иногда на пленке были они оба. Тем не менее отказываться от сделки было поздно.

На процессе Бернардо заявил, что в действительности это Карла убила девочек на почве ревности: он, мол, уделял пленницам слишком много внимания. Карла, конечно же, знала о них и не проявляла ни капли сочувствия. Пока Бернардо избивал, насиловал и пытал четырнадцатилетнюю Лесли Махаффи в их спальне, Карла сделала перерыв и спустилась вниз, в гостиную, почитать роман Брета Истона Эллиса «Американский психопат»; потом Пол позвал ее обратно, чтобы она держала видеокамеру. Когда в суде ее спросили, как она могла читать, зная, что в спальне у нее над головой насилуют и пытают девочку, Карла беззаботно ответила, что вполне способна делать два дела сразу.

На суде выяснилось, что Карла сбрила волосы одной из мертвых девочек, чтобы не выбрасывать ковер, на котором могли остаться следы от нее (к великому конфузу профайлеров, которые сочли сбривание волос «сигнатурой» преступников). Следы, похожие на отпечатки ее колен, были обнаружены на спине одной из жертв. Однако собственно убийства они на видео не снимали. В конце концов присяжные предпочли поверить, что убийцей, скорее всего, выступал Бернардо: он уже совершил серию жестоких изнасилований и расчленил одну из мертвых жертв.

Карла Хомолка, успевшая закончить университет, находясь в тюрьме, скоро должна выйти на свободу после четырнадцати лет заключения; Бернардо осужден на пожизненный срок.

Кэрол Банди и Дуглас Кларк,

Убийцы с бульвара Сансет

В 1980-х годах в Лос-Анджелесе Дуглас Кларк и Кэрол Банди убили по меньшей мере шесть молодых женщин, которые либо ловили машину, либо работали проститутками на бульваре Сансет. Кларку нравилось стрелять женщинам в голову, пока они занимались с ним оральным сексом. Дальше он занимался сексом с трупами. Кэрол присутствовала как минимум при одном убийстве – она находилась на заднем сиденье машины и видела, как Кларк, стоя перед капотом, застрелил одну из жертв. В другом случае Кларк принес домой отрезанную женскую голову и попросил Кэрол сделать жертве прическу и макияж; после этого он занялся сексом с отрезанной головой в душе. В дальнейшем Кэрол убила жертву-мужчину и отрезала ему голову в бесплодной попытке впечатлить Кларка, который начал терять к ней интерес.

Шарлен и Джеральд Гальего

Бисексуалка Шарлен Гальего в тюрьме прошла тест IQ – с результатом 160 пунктов. Она была из богатой калифорнийской семьи, талантливой скрипачкой, выпускницей колледжа. Как-то вечером, покупая в клубе наркотики, она познакомилась с Джеральдом Гальего. У него уже имелся длинный список преступлений на сексуальной почве, начавшихся в нежном возрасте тринадцати лет, когда он изнасиловал семилетнюю девочку. Более того, его криминальная генеалогия восходила к отцу, который убил двоих сотрудников правоохранительных органов и был первым человеком в штате Миссисипи, казненным в газовой камере – Джеральду тогда было девять лет. Шарлен сразу же влюбилась в «плохого парня» Гальего и вышла за него замуж.

Очевидно, она была высокодоминантной женщиной, нуждавшейся в высокодоминантном мужчине – Джеральд ей идеально подошел. Они с Шарлен вместе фантазировали о том, чтобы держать пленницами юных девственниц в каком-нибудь домике в глуши. На четырнадцатый день рождения своей дочери (от предыдущего брака) Джеральд изнасиловал анально и вагинально ее и ее подругу, пока Шарлен смотрела.

Напряженность возникла после того, как они вдвоем соблазнили шестнадцатилетнюю танцовщицу гоу-гоу. Секс втроем был неплох, но на следующий день, вернувшись домой с работы, Гальего обнаружил, что Шарлен занимается с танцовщицей сексом один на один. Тогда-то Шарлен и предложила похищать, насиловать и убивать девушек.

В период с сентября 1978 по ноябрь 1980 года они часто похищали девушек из торговых центров Сакраменто. Убивали также в Неваде и Орегоне: проламывали жертвам головы монтировкой или расстреливали из пистолета 25-го калибра. Одну жертву, беременную женщину, они похоронили заживо. В трех эпизодах они похищали сразу двух девушек. Джеральд делился ими с Шарлен – той нравилось кусать одну девушку, пока вторая делала ей кунилингус. Одной из жертв Шарлен откусила сосок.

Как-то между Шарлен и Джеральдом началась перестрелка: Джеральд взялся насиловать двух девочек-подростков в кузове их фургона, «не подождав ее», пока она сидела за рулем. Они палили друг в друга, пока Шарлен не вцепилась Джеральду в руку зубами.

В 1980 году, когда Шарлен была на седьмом месяце беременности, их машину опознали в процессе похищения и убийства пары студентов колледжа во время выпускного бала. Когда полицейские явились к Гальего, те показались им настолько маловероятными подозреваемыми, что офицеры ушли, хотя та самая машина была припаркована у них на подъездной дорожке. Когда спустя несколько часов полиция вернулась, Гальего уже сбежали.

Тем не менее их поймали, и Джеральда Гальего приговорили к смерти, А Шарлен – узнаете схему? – дала показания против него и отделалась шестнадцатью годами тюрьмы.

В тюрьме она продолжала получать образование и изучала несколько предметов, от психологии и бизнеса до исландской литературы. «Она весьма интеллектуальная женщина, – говорил судья округа Невада Ричард Вагнер, выступавший на процессе Гальего в Неваде главным обвинителем. – У нее феноменальный ум, что делает ее уникальным свидетелем… Она обладает почти фотографической памятью касательно жертв – может описать все, вплоть до их обуви и одежды».

17 июля 1997 года Шарлен вышла на свободу и вернула себе девичью фамилию Уильямс. В интервью она заявляла, что была такой же жертвой Гальего, как другие девушки: «Были жертвы, которые умерли, и те, кто выжил. У меня ушла чертова куча времени, чтобы понять, что я – одна из выживших».

О Джеральде Гальего Шарлен говорила: «Перед моими родителями он изображал идеального семьянина. Но очень скоро я оказалась словно в луже грязи. Со стороны было не видно, но он по одному устранял из моей жизни всех людей, пока не остались лишь члены его семьи, такие же как он – абсолютно все… Тюрьма была свободой по сравнению с жизнью с ним».

Джеральд Гальего скончался от рака, не прекращая попыток добиться пересмотра приговора. 20 ноября 1999 года фермер в Неваде обнаружил неглубокую могилу с телами четырнадцатилетней Бренды Джадд и тринадцатилетней Сандры Колли, пропавших в 1979 году – двух из десяти известных жертв Шарлен и Джеральда.

Известно немало случаев, когда женщины, обычно образованные и с «нормальным» семейным бэкграундом, становятся добровольными помощницами в садистических убийствах детей, женщин и мужчин. В числе прочих знаменитых пар серийных убийц Фред и Розмари Вест в Англии, которые убили на почве секса как минимум десять женщин и молодых девушек, включая их собственную дочь, в период с 1971 по 1987 год; Дебра Дениз Браун и Антон Коулман, которые забили насмерть, застрелили, подвергли пыткам и изнасиловали восемь жертв в возрасте от семи лет в Огайо, Иллинойс, и Мичигане в 1988 году; а также Джудит и Элвин Нили, называвшие себя Ночной Ковбой и Леди Санденс, которые ограбили, изнасиловали и убили пятнадцать женщин в Алабаме, Теннесси и Джорджии в 1980–1982 годах.

Эйлин Уорнос – единственная женщина —

серийная убийца, не являвшаяся таковой

Мы ничего не знаем о женщинах – серийных убийцах на сексуальной почве, которые действовали бы так же, как мужчины – серийные убийцы, описанные в книге. Даже случай Эйлин Уорнос, который часто приводят в пример, говоря о женщине – серийной убийце, лишен патологической сексуальной окраски, характерной для убийц-мужчин. Уорнос, тридцатипятилетняя уличная проститутка из Флориды, застрелила шестерых мужчин; хотя она грабила своих жертв, мотивом ее являлись месть или гнев, спровоцированные продолжительным реальным или выдуманным насилием.

Ее обвиняли и в других, не таких тяжелых правонарушениях: в угрозах с применением оружия, нападениях, вандализме и т. п. Она везде ходила с заряженным пистолетом. В одном городе ее привлекли к ответственности за звонки с угрозами в сеть супермаркетов, проводивших лотерею; в другом – за нападение на водителя автобуса из-за спора по поводу билета. Уорнос употребляла кокаин и, вероятно, кристаллический метамфетамин, от которых впадала в крайне агрессивное состояние.

Ее жертвами становились пожилые мотоциклисты; они могли подсадить ее к себе, чтобы подвезти, либо сразу договаривались заняться сексом. Их трупы находили потом в глухих местах, обычно с несколькими пулевыми ранениями в голову и спину; карманы жертв были вывернуты, либо одежда вообще отсутствовала. Их мотоциклы всплывали в других местах; ценные запчасти с них были сняты. Однако признаков пыток или калечения жертв не наблюдалось.

На суде Уорнос заявляла, что убивала мужчин в целях самозащиты, так как они пытались изнасиловать ее или издевались в ходе сексуального контакта. Действительно, выяснилось, что первая жертва, Ричард Мэллори, отсидел десять лет за жестокое изнасилование. Однако у остальных пяти жертв истории сексуальных преступлений не было. Судя по всему, Уорнос застрелила Мэллори в целях самозащиты, а потом у нее возникло навязчивое стремление убивать. Вероятно, некое реальное или вымышленное действие со стороны жертв, становилось для нее триггером, провоцируя на убийство. Возможно, пожилые жертвы напоминали ей деда, который ее растлил и которого она до тринадцати лет считала своим отцом. В четырнадцать лет Уорнос изнасиловали, и она родила сына, которого сразу отдали на усыновление. С пятнадцати лет она занималась проституцией и принимала наркотики; по ее словам, до восемнадцати лет ее изнасиловали еще пять раз.

Во время процесса Уорнос поддерживала группа феминисток, которые считали ее преступления реакцией на систематическое насилие со стороны мужчин. Правда это или нет – а ее заявления в целом выглядят вполне убедительно, – но детство Уорнос действительно походит на детство большинства мужчин – серийных убийц, которым в конце концов не удалось укрыться от закона. Не удалось это и Уорнос: 9 октября 2002 года ее казнили во Флориде.

Уорнос часто изображают убийцей на почве секса, потому что убийства она совершала в контексте занятий проституцией. Однако кажется маловероятным, чтобы убийство приносило Уорнос сексуальное удовлетворение, к которому стремятся мужчины – серийные убийцы на сексуальной почве.

Прочие типы женщин – серийных убийц

Черная вдова

Черная вдова, пожалуй, самый распространенный тип женщины – серийной убийцы. Такие жертвы выбирают в жертвы тех, с кем у них самые тесные отношения – своих мужей, детей и любовников. Почти 85 % таких серийных убийц использует яд для умерщвления жертвы¹²⁸. Их мотив – материальная выгода; они либо наследуют собственность жертвы, либо получают за нее страховку.

Ангел смерти

Ангел смерти – это женщина, которая убивает тех, кто находится под ее опекой. Няня убивает подопечных, медсестра – пациентов или постояльцев дома престарелых, сотрудница органов опеки – детей, оказавшихся под ее присмотром. Их мотивы варьируются от материальной выгоды до привлечения внимания и получения одобрения в случае, когда они спасают пациента, оказавшегося под угрозой гибели – которую сами и спровоцировали. Некоторым нравится ощущение собственной власти в момент, когда они отнимают жизнь другого человека. Некоторые считают себя миссионерами, призванными уничтожать тех, кто недостоин жить, другие руководствуются извращенным чувством жалости, полагая, что избавляют пациентов от страданий, убивая их.

Делегированный синдром Мюнхгаузена

Иероним-Карл-Фридрих фон Мюнхгаузен был немецким бароном и наемным офицером русской кавалерии. По возвращении с русско-турецкой войны барон развлекал друзей и соседей рассказами о своих многочисленных подвигах. Со временем его рассказы становились все более и более невероятными, пока не стали совсем фантастическими. Мюнхгаузен прославился после того, как собрание его баек было опубликовано.

Примерно столетие спустя необычный паттерн поведения у молодых мужчин был упомянут в трудах Шарко. В 1877 году он описал людей, которые путем членовредительства или подделки медицинских документов пытались добиться госпитализации и лечения. Шарко назвал такое состояние mania operative passiva.

Семьдесят четыре года спустя, в 1951 году, Эшер описал схожий паттерн самоповреждения, при котором люди фабриковали себе историю болезни. Их симуляция вела к многочисленным обследованиям, госпитализациям, иногда даже хирургическим вмешательствам. Вспомнив барона Мюнхгаузена и его апокрифические сказки, Эшер назвал это состояние синдромом Мюнхгаузена.

Сегодня синдром Мюнхгаузена является признанным психиатрическим расстройством. В Диагностическом и статистическом руководстве по психическим расстройствам (DSM III-R), издаваемом Американской психиатрической ассоциацией, он описывается как «намеренная имитация физических симптомов».

Термин «делегированный синдром Мюнхгаузена» был впервые упомянут в докладе 1976 года, где описывалось четверо детей, подвергшихся такому насилию, что они остались карликами. В 1977-м Мидоу описал менее экстремальную форму насилия над детьми, когда матери намеренно вызывали у них болезни или настаивали на вымышленных симптомах. Это поведение он также назвал делегированным синдромом Мюнхгаузена¹²⁹.

В экстремальном случае делегированного синдрома Мюнхгаузена Мэрибет Тиннинг из Скенектэди, штат Нью-Йорк, была арестована после того, как восемь ее детей скончались один из другим в период с 1972 по 1985 год. Все выглядело так, словно они стали жертвами синдрома внезапной детской смерти (СВДС), и власти поначалу не заподозрили любящую мать, оплакивавшую своих малышей.

После каждой смерти Мэрибет устраивала целое представление с драматическими некрологами и собирала у себя всех родственников и друзей. Объявления о рождениях и смертях позволяли ей оставаться в центре внимания. Одна родственница говорила: «Каждые похороны превращались для нее в вечеринку – она едва ли пролила хоть одну слезу».

Обеспокоенная родня настояла на аутопсии, когда восьмой ребенок Мэрибет, ее девятимесячная дочь, опять скончалась от СВДС. Аутопсия показала, что на самом деле ребенка задушили.

Мэрибет Тиннинг призналась в убийстве этого ребенка и еще двоих – но не всех. Она также сообщила, что делала попытки отравить мужа. В 1987 году Тиннинг приговорили к двадцати годам тюрьмы.

Кэтрин Э. Хэнон, следователь Департамента полиции Орландо и специалист по делегированному синдрому Мюнхгаузена, пишет: «Преступники с этим синдромом ведут себя до странности спокойно при виде угрожающих медицинских симптомов и охотно соглашаются на медицинские обследования, доставляющие детям боль. Они активно участвуют в уходе за своими детьми в процессе лечения и преувеличенно хвалят медицинский персонал. Они отлично разбираются в болезни жертвы, что может указывать на наличие медицинского образования или углубленных знаний. У них может быть история собственной борьбы с той же болезнью, которой страдает их жертва»¹³⁰.

«Запойный» серийный убийца: новый тип убийц

Был период, когда серийных убийц называли «массовыми убийцами». Однако сегодня массовым убийцей считается человек, который в какой-то момент переживают психический срыв и, одержимый яростью, убивает несколько жертв в ходе одного эпизода. Иногда такая массовая бойня начинается с убийства членов семьи и других близких, после чего убийца переходит к следующим жертвам. Зачастую эти срывы – не что иное, как форма эгоистического самоубийства, когда массовый убийца стремится унести с собой как можно больше чужих жизней.

Только половина массовых убийц переживают свои вспышки – остальных убивают полицейские, или они совершают самоубийство, когда у них кончаются жертвы или патроны. Эти вспышки насилия обычно достаточно короткие, от нескольких минут до одних суток; после совершения первого убийства преступник уже не спит и не отдыхает. Он, не останавливаясь, переходит от одного убийства к другому. Чарльз Уитмен, застреливший шестнадцать человек с часовой башни в Техасе; Джеймс Хьюберти, убивший двадцать одну жертву в ресторане Макдональдс в Калифорнии; Колин Фергюсон, который убил шестерых человек в поезде до Нью-Йорка и колумбийские стрелки-подростки Эрик Харрис и Дилан Клиболд, застрелившие двенадцать учеников своего колледжа и учителя – все они массовые убийцы.

Запойные убийцы, с другой стороны, стараются продержаться максимальное количество времени, делают паузы для отдыха и сна и часто перемещаются с места на место. Зачастую они убивают в процессе совершения других преступлений. Убийство для них вторично. Это могут быть беглецы, скрывающиеся от правосудия, которым нечего терять. Они не вписываются в характерный паттерн серийного убийцы: у них нет периода охлаждения, когда они возвращаются к нормальной жизни и нормальному поведению, прежде чем втайне снова убить. Запойные убийцы часто являются преступниками-рецидивистами в бегах и не ведут никакой второй жизни – только жизнь убийцы. Обычно запойные убийцы совершают свои преступления в течение нескольких недель, прежде чем их поймают или убьют.

Однако в последнее время можно наблюдать возникновение новой категории – серийных запойных убийц. Это серийные убийцы, которые живут только с одной идентичностью – убийца. У них нет периода охлаждения, они не возвращаются к нормальной жизни, но стремятся избежать поимки, чтобы и дальше реализовывать свое стремление к убийству. Часто они тоже находятся в бегах, но не из-за предыдущих преступлений, а ради совершения новых убийств.

Отличить их от типичных серийных убийц достаточно трудно, поскольку они убивают нескольких жертв в разные дни и потому в целом укладываются в описание серийного убийцы. Однако имеются небольшие различия. Типичный серийный убийца проживает цикл, в ходе которого его стремление убивать растет и укрепляется, а после убийства наступает период депрессии и охлаждения. (См. Главу 8.) Некоторые серийные убийцы в этот период клянутся себе больше никогда не убивать. Они возвращаются к нормальной жизни – живут дома с семьей, ходят на работу и т. п. Но очень скоро цикл возобновляется. Серийный запойный убийца не проходит через этот цикл – он сразу погружается в подготовку к следующему убийству, то есть становится «убийцей на полный день» и не пытается вести «нормальную» жизнь.

Общим признаком массовых и запойных убийц является психический срыв – точка невозвращения. Стресс и напряжение могут накапливаться годами, но как только некий триггер запускает череду убийств, они никогда не возвращаются к прежней жизни.

Убийства Эндрю Кьюненена в 1997 году и снайперские убийства в 2002 году в Вашингтоне, округ Колумбия, относятся к категории запойных серийных убийств, однако, как и все в истории серийных убийств, они не являются абсолютно новыми. Кристофер Уайлдер, Элтон Коулман и Пол Джон Ноулз – серийные убийцы прошлого, которых сегодня можно классифицировать как запойных серийных убийц. Они были сосредоточены на убийстве, совершали другие правонарушения с целью продолжения своей карьеры убийц, не вели нормальной жизни и не скрывали своей идентичности серийного убийцы.

Уайлдер с этой точки зрения интересен больше всех, потому что он стал запойным серийным убийцей после того, как вскрылась первая совершенная им серия. До тех пор он успешно вел двойную жизнь как богатый владелец строительного бизнеса во Флориде, фотограф и гонщик-любитель. Будучи уличен в первых преступлениях, он все это бросил и стал беглецом, продолжая совершать убийства, пока полиция его не застрелила.

Эндрю Кьюненен

Больше других преступников Эндрю Кьюненен заставил нас осознать существование запойных серийных убийц, когда утром 15 июля 1997 года застрелил Джанни Версаче. Пятидесятилетний модельер возвращался в своей дом в Майами-Бич, после того как выпил кофе и купил газеты в ближайшем кафе. Когда Версаче подошел к воротам своего особняка на Оушен-драйв, двадцатисемилетний Кьюненен подскочил к нему и выстрелил в левую сторону лица из мощного пистолета сорокового калибра. Версаче упал на землю, и Кьюненен хладнокровно сделал второй выстрел ему в затылок.

Камера безопасности отеля за углом засняла предполагаемого убийцу, когда он убегал по улице, а свидетели показали, что видели, как он заходил в муниципальный гараж в нескольких кварталах от дома Версаче. В гараже полиция нашла пикап, где лежала одежда и паспорт на имя Эндрю Кьюненена. Грузовик принадлежал другой жертве, убитой шесть недель назад. На месте преступления, в Нью-Джерси, полицейские нашли машину, принадлежавшую третьей жертве, убитой в Чикаго пятью днями ранее. Там же, в Чикаго, полиция нашла другой автомобиль, связывавший Кьюненена с двойным убийством в Миннесоте. След из автомобилей жертв (и одно и то же оружие) связали Эндрю Кьюненена с пятью убийствами по всей территории США, совершенными с 29 апреля по 15 июня 1997 года. 23 июня охота за Кьюнененом закончилась – он застрелился, прячась на яхте, в которую проник незаконно; яхта стояла на приколе в нескольких милях от места убийства Версаче.

Эндрю Кьюненен практически во всех источниках называли серийным убийцей, поскольку он действительно убил пятерых человек в пяти разных эпизодах и в разные даты. Однако есть и те, кто относит его к запойным серийным убийцам. Двумя его первыми жертвами стали люди, которых он знал, и с которыми поддерживал близкие отношения. Он никогда не пытался скрывать свою личность и после первого убийства жил в бегах, как преступник. Более того, в убийствах Кьюненена не прослеживалось постоянной «сигнатуры» – следов отчетливой, проработанной, узнаваемой и эволюционирующей фантазии, которые серийные убийцы оставляют на своих жертвах. Например, жертва Кьюненена в Чикаго, предположительно незнакомая, была изуродована, подвергалась пыткам и связыванию, а жертву в Нью-Джерси он поспешно застрелил только для того, чтобы завладеть ее автомобилем, без всякого вовлечения сексуальных фантазий. Поскольку жертву явно убили ради машины, некоторые психиатры определили убийцу как «серийного функционального». Убийство Версаче, «в стиле казни», разительно отличалось от убийства в Чикаго. По сути, если бы дружба с двумя первыми жертвами не привязала Кьюненена к убийствам, а машины и баллистические улики – к остальным трем, следователи вообще не усмотрели бы здесь серию. (С другой стороны, и Версаче, и жертва из Чикаго, бизнесмен Ли Миглин, были очень богатыми предпринимателями средних лет. Выбор жертв определенно можно было рассматривать как часть «сигнатуры»).

Когда Кьюненена наконец выследил сторож, присматривавший за яхтами, и тот понял, что поимка неизбежна, то предпочел застрелиться – типичный финал для запойного серийного убийцы.

Конечно, остается вопрос – что произойдет, если запойного убийцу не поймают? Достигнет ли он в какой-то момент «периода охлаждения»? Вернется ли к своему убийственному циклу снова? Психологические биографии и массовых, и серийных убийц очень похожи в том смысле, что они накапливают «стрессоры», прежде чем совершить свое первое убийство. Фантазии и секс не играют для классического запойного/массового убийцы значительной роли. И совсем по-другому обстоит дело с запойными серийными убийцами, психопатологии которых больше напоминают классических серийных убийц.

Эндрю Филип Кьюненен родился 31 августа 1969 года и вырос в Ранчо-Бернардо, Калифорния, в благополучном пригороде, населенном средним классом, среди холмов к северу от Сан-Диего. Он был младшим сыном Филипино Модесто Кьюненена и итальянки Мари Энн Селино. Его отец, бывший офицер американской армии, стал биржевым брокером; Эндрю рос с двумя старшими сестрами и братом.

Его сестры и брат вспоминают, что Эндрю был очень умным и считался любимчиком отца. Он занимал в доме главную спальню и с семи лет имел собственную кредитную карточку, чтобы приглашать куда-нибудь друзей. Настоящий вундеркинд, он наизусть запоминал целые энциклопедии, был всегда в хорошем настроении и не выказывал склонности к насилию. Они настаивают на том, что в их католической семье подозревали о гомосексуальности Эндрю и были готовы принять этот факт, если бы он признался.

Тем не менее факт остается фактом: в подростковые годы Кьюненен вел двойную жизнь. Даже хуже: имелись разрозненные свидетельства того, что в этот период он мог подвергаться сексуальному насилию со стороны священника, при котором служил алтарником. На горячую линию по вопросам сексуального насилия в 1996 году поступали звонки от человека, использовавшего тот же псевдоним, что позднее использовал Кьюненен, который предупреждал о сексуально активном священнике в Сан-Диего. Священника привлекли к ответственности за развращение других мальчиков, прислуживавших в церкви вместе с Кьюнененом, однако его вину доказать не удалось. Свидетельств оказалось недостаточно; тем не менее вероятность домогательств со стороны священника в отношении Кьюненена велика.

Кьюненен окончил престижную католическую Епикопскую школу, элитное подготовительное заведение в Ла-Джолле, богатом пригороде Сан-Диего. Одноклассникам он запомнился как открытый гей; однажды Кьюненен явился на школьное мероприятие в латексном красном костюме, который подарил ему взрослый любовник. В школьном альбоме выпуска 1987 года Кьюненен удостоился подписи «Незабываемый». Он делал успехи в учебе, читал Библию и самостоятельно взялся за испанский – французский он уже знал.

Позднее многие образованные и успешные люди, с которыми он общался, отмечали, что он поражал своим блестящим умом и способностью усваивать информацию. Он был интересным собеседником и желанным гостем на вечеринках. Мог вспомнить провенанс картины с момента написания до последнего владельца, разбирался в тонкостях политики и экзотических деликатесах, знал, какой отель в Марокко или ресторан на Капри самый роскошный.

В 1988 году Кьюненен поступил в Калифорнийский университет в Сан-Диего – на отделение истории искусств. Он был полон надежд и по праву рассчитывал на выдающееся будущее: он происходил из солидного преуспевающего семейства, располагал средствами, окончил прекрасную школу, обладал обаянием, харизмой и силой воли. А потом в одночасье все это рухнуло.

Отца Кьюненена Модесто обвинили в присвоении 106 тысяч долларов из средств клиентов фирмы, на которую он работал¹³¹. Напуганный возможным уголовным преследованием, Модесто спешно упаковал вещички и улетел на Филиппины, бросив семью. Эндрю, его младшему сыну, было девятнадцать лет. Мэри Энн развелась с Питом и продала дом. За вычетом долга Модесто от продажи осталось 3000 долларов.

Модесто рассчитывал, что его сын справится с неприятностями, но он переоценил способности Эндрю. Он бросил колледж и прилетел на Филиппины к отцу. И был шокирован убогим жилищем, в котором тот обосновался. Эндрю вернулся в Сан-Диего, к матери, которая снимала за 750 долларов кондоминиум в Ранчо-Бернардо. В тот момент он впервые проявил способность к насилию: во время ссоры с матерью толкнул ее о стену с такой силой, что она вывихнула плечо.

Время от времени Эндрю подрабатывал клерком в дешевой аптеке. Однако в основном он гонялся за пожилыми мужчинами, чтобы обеспечить себе заботу и финансовое благополучие, которые некогда получал от отца.

С 1990 по 1996 год Эндрю Кьюненен был активным участником гей-сообщества Сан-Диего и Сан-Франциско и дорогим жиголо для утонченных, богатых пожилых мужчин. В гей-кругах Сан-Диего его хорошо знали; ресторатор Майкл Уильямс говорил: «Эндрю знал, что делает – он выискивал себе пожилых богатых покровителей, у которых не было семей, и старался затесаться к ним в доверие. Так он зарабатывал себе на жизнь».

21 октября 1990 года Кьюненен встретился с Версаче на приеме в ночном клубе «Колосс» в Сан-Франциско – Версаче тогда разрабатывал костюмы для оперы. Версаче, судя по всему, подумал, что они с Кьюнененом знакомы: они обменялись парой слов, и модельер пошел дальше. Несмотря на фрагментарные упоминания о том, что Версаче еще общался с Кьюнененом, помимо той короткой встречи в Сан-Франциско подтверждений их дальнейших контактов нет.

Годами Кьюненен лгал насчет своей биографии: утверждал, что он сын голливудского киношного магната или что происходит из сказочно богатой семьи – ей принадлежат сахарные плантации на Филиппинах и вилла на Французской Ривьере. Мог заявить, что его отец – филиппинский генерал, который был близок с диктатором Маркосом, тоже бисексуалом, а теперь живет с молодым любовником, который завидует Эндрю. Кьюненен говорил, что у него есть лицензия пилота, и он даже был личным пилотом филиппинского сенатора, которого возил на старинном аэроплане, прозванном «Крылья смерти Бадди Холли».

Позднее он стал выдумывать себе псевдонимы: например, Эндрю Филип да Сильва или Дрю Каннингем. Многие его знакомые в Сан-Диего даже не знали, что настоящая фамилия Эндрю – Кьюненен. Однако они прекрасно помнили, что Кьюненен мог заплатить за обед тысячу долларов и оставить двести долларов чаевых, что он курил сигары «Давидофф» по десять долларов за штуку и никогда не пил ничего крепче клюквенного сока. Он всегда был в центре внимания, охотно знакомился с молодыми геями, приезжавшими в Сан-Диего, и вводил их в свой круг.

В периоды поиска богатого покровителя он подрабатывал мужской проституткой в эскортном агентстве, получая 140 долларов за ночь; 40 % от этой суммы он покорно передавал агентству. Однако клиентам он так нравился, что в агентство стали обращаться даже из других городов, стремясь получить его услуги.

В 1996 году Кьюненен жил в Ла-Джолла с Роном Гранди (псевдоним), удалившимся от дел миллионером, коллекционером предметов искусства, которому было уже за шестьдесят. Кьюненен убедил Гранди продать его дом в Скотсдейле, Аризона, и купить виллу на берегу океана в Ла-Джолла. Раньше вилла принадлежала старому приятелю Кьюненена, Линкольну Эстону, который в 1995 году забил до смерти другого мужчину.

Гранди платил Кьюненену содержание – 2000 долларов в месяц; он также подарил ему Infiniti 130t 1996 года стоимостью 30 тысяч долларов. При этом у Кьюненена имелась масса свободного времени, чтобы поддерживать другие отношения. Они с Гранди периодически летали в Нью-Йорк на бродвейские шоу, а лето 1996 года провели в Париже и на юге Франции.

Однако в сентябре 1996 года Гранди и Кьюненен расстались. Обстоятельства их разрыва остаются в тайне; Кьюненен утверждал, что бросил Гранди из-за его скупости: тот отказывался летать первым классом и не хотел покупать Кьюненену Mercedes 500SL, о котором он мечтал. Так или иначе после расставания Infiniti осталась у Кьюненена. Эндрю переехал в квартиру, где жил с двумя соседями. Всего восемь месяцев оставалось до его первых двух убийств.

Пока Кьюненен подрабатывал жиголо у престарелого миллионера Гранди, он успел влюбиться в другого мужчину – тридцатитрехлетнего Дэвида Мэдсона, с которым познакомился в Сан-Франциско в декабре 1995 года. Мэдсон был дизайнером и разрабатывал проекты банковских офисов для компании, расположенной в Миннеаполисе. Он разъезжал по всей стране, наблюдая за оформлением офисов в торговых и бизнес-центрах. Он станет второй жертвой Кьюненена в апреле 1997-го.

Кьюненен также подружился с двадцативосьмилетним Джеффри Трейлом; Трейл ранее служил в десантных войсках и был военным инструктором на ракетном крейсере во время операции в Персидском заливе. На момент знакомства с Кьюнененом Трейл проходил тренинг в калифорнийском дорожном патруле. Кьюненен, который сам мечтал о карьере офицера, восхищался Трейлом и утверждал, что тот его лучший и самый старинный друг. То была странная дружба, потому что Трейл был человеком прямым и убежденным противником любых наркотиков, а Кьюненен постоянно их употреблял и обожал врать ради привлечения внимания. Джеффри Трейл стал первой жертвой Кьюненена.

К сентябрю 1996 года у Кьюненена развалились отношения не только с Гранди, но и с Мэдсоном и Трейлом. Мэдсон бросил Кьюненена весной, когда тот стал пропадать на несколько недель кряду – видимо, обслуживая Гранди. Когда в сентябре Кьюненен расстался с Гранди, то хотел возобновить роман с Мэдсоном, но был отвергнут.

Многие замечали, что Кьюненен быстро теряет юношеское обаяние и толстеет – смертный приговор для карьеры жиголо. О том, насколько Кьюненен растолстел к тому времени, свидетельствуют данные полицейского отчета: на месте убийства Трейла остались окровавленные джинсы Кьюненена 52 размера.

Чтобы и дальше вести привычный образ жизни, Кьюненен начал активно торговать наркотиками, преимущественно фармацевтическими. Тогда же он увлекся курением крэка. Крэк – самый смертельный и самый опасный наркотик; он делает с человеком именно то, на что так напирают противники наркотиков – превращает в безумца, параноика, убийцу, сорвавшегося с катушек.

Летом 1996 года Джеффри Трейл отказался поддерживать отношения с Кьюнененом. Тот сказал друзьям, что Трейл на него злится, потому что участвовал в торговле наркотиками, которую вел Кьюненен, и его отчислили из дорожного патруля. Знакомые Трейла в один голос это отрицают, заявляя, что Трейл был очень консервативным и торговать наркотиками никогда бы не стал. Тем не менее его внезапный уход из обучающей программы дорожного патруля остается тайной. Отверженный Трейлом и Мэдсоном, растолстевший и потерявший былую привлекательность, зимой 1996/1997 года Кьюненен быстро катился вниз. Ему пришлось продать машину, чтобы как-то жить, а его долг по кредитной карте дошел до 50 тысяч долларов.

Кьюненен повел с Мэдсоном психологическую игру: заявил, что только тот может заставить его начать новую жизнь. Хоть они больше не были любовниками, Мэдсон продолжал видеться с Кьюнененом и встречался с ним в Сан-Франциско. Он говорил знакомым, что не может бросить Кьюненена в тяжелый момент, когда тот пытается заново встать на ноги.

Джеффри Трейл и Дэвид Мэдсон одновременно переехали в Миннеаполис, Миннесота, в двух тысячах миль от Сан-Диего. Хотя Трейл и Мэдсон знали друг друга через Кьюненена, любовниками они никогда не были; у каждого в Миннеаполисе имелся собственный бойфренд. Кьюненен остался один.

На пасхальные выходные в апреле 1997 года Кьюненен поехал к Дэвиду Мэдсону в Лос-Анджелес. Мэдсон собирался встретиться там с двумя друзьями из Сан-Франциско, которые вскоре собирались жениться. Мэдсону предстояло вести невесту к алтарю. Кьюненен снял два номера в «Шато Мармон» за 395 долларов каждый и настоял, чтобы все поселились там. Новобрачные впоследствии вспоминали, что он вел себя как маньяк: собирался заплатить 15 тысяч долларов за свадебный прием практически незнакомых людей. Мэдсон и Кьюненен ссорились, потому что Кьюненен сексуально домогался бывшего любовника.

Кьюненен скатывался в сумасшествие. На вечеринке, которую устроил Мэдсон, он поджег стопку бумажных салфеток, лежавших на столе, и сбежал. На просмотре «Криминального чтива» в Сан-Диего все обратили внимание, в какое возбуждение Кьюненен пришел от сцены, где мужчине сносят выстрелом голову на заднем сиденье автомобиля. На пляже он ловил крабов и живьем выжигал им глаза.

Кьюненен заявил, что переезжает в Сан-Франциско, чтобы начать новую жизнь. Многим он говорил, что до отъезда должен повидаться с Джеффри Трейлом – насчет одного «незаконченного дельца». Кьюненен приехал в аэропорт и купил билет в Миннеаполис. Ему пришлось уговаривать кассира продать билет, потому что лимит его кредитной карты был исчерпан. Знакомый вспоминал: «Эндрю сказал, что позвонит через пару дней, если надо будет встретить его на обратном пути, но так и не позвонил». Никто не знал, что Кьюненен купил билет в один конец.

И Джеффри Трейл, и Дэвид Мэдсон проявили к Кьюненену немалое терпение, когда он прилетел. Трейл говорил, что Кьюненен был похож на «противного родственника», которого приходится выносить из чувства долга. В пятницу 25 апреля Дэвид Мэдсон встретил Кьюненена в аэропорту и привез к себе на квартиру, где тот должен был ночевать. Подразумевалось, что Кьюненен в Миннеаполисе только на выходные; утром в понедельник он улетает домой. В пятницу вечером Мэдсон и Кьюненен встретились с друзьями за ужином. Кьюненен заставлял Мэдсона показывать всем часы «Картье», которые подарил ему за то, что он «такой потрясающий друг».

В субботу Мэдсон и Кьюненен снова пошли на ужин, но ночь Кьюненен провел в квартире Джеффри Трейла, который оставил ему ключ. Трейл предупреждал Кьюненена, что не сможет проводить с ним много времени в эти выходные, потому что у его парня, Джона Хэкетта, день рождения. Трейл провел ночь субботы в доме Хэкетта, возможно, который пригласил его ради Мэдсона – чтобы избавить от нежелательной компании.

Утром воскресенья приятель Мэдсона позвонил узнать, как дела с Кьюнененом. Мэдсон ответил, что все в порядке и Кьюненен в квартире Трейла, но вечером вернется назад.

В воскресенье Кьюненен отвечал в квартире Трейла на телефонный звонки и принимал для него сообщения. Потом он вернулся к Мэдсону, вероятно, чтобы провести там последнюю ночь перед возвращением в Калифорнию на следующее утро.

Вечером воскресенья Трейл пришел на бейсбольный матч, а потом они с Хэкеттом ужинали дома. Они решили пойти потанцевать, но перед выходом Трейл прослушал на автоответчике сообщение от Кьюненена – тот просил его зайти к Мэдсону. Трейл сказал Хэкетту, что зайдет буквально на двадцать минут – им надо кое о чем переговорить. Дальше он собирался встретиться с Хэкеттом в ночном клубе, примерно в 22:00–22:30. Судя по данным в телефоне Мэдсона, Кьюненен впускал кого-то в квартиру – видимо, Трейла, – в 21:45. В ту ночь Хэкетт и Трейл так и не встретились.

Джеффри Трейл был взрослым мужчиной, двадцати восьми лет, поэтому полиция не сразу приняла заявление о его исчезновении. Потребовался не только период ожидания в 72 часа, прежде чем начать поиски, но и запрос от родителей Джеффри Трейла – а не только от его бойфренда. Хэкетт не был уверен, знают ли родители Трейла, что их сын гей, и потому не хотел им звонить. Вот как получилось, что исчезновение Трейла не расследовалось на протяжении нескольких дней.

Куда-то подевался и Дэвид Мэдсон. В понедельник он не явился на работу. Когда он не пришел и во вторник, двое его коллег наведались к нему. Они услышали, как собака Мэдсона скребется по ту сторону двери. В 16:00 во вторник консьерж здания, воспользовавшись мастер-ключом, вошел в квартиру Мэдсона. Мэдсона нигде не было; в квартире лежал только труп Джеффри Трейла, завернутый в ковер. Его ударили по голове молотком 25–30 раз; часы Трейла остановились в 9:55. Молоток, судя по всему, был взят из ящика с инструментами, который стоял открытый тут же. На полу остались две кровавых цепочки следов. Собака Мэдсона вела себя спокойно и голодной не казалась. Свидетели показали, что они видели, как Мэдсон с Кьюнененом выходили из квартиры и возвращались обратно в течение двух последних дней.

В понедельник утром Кьюненена опять видели в квартире Трейла. Вероятно, он проник туда, воспользовавшись ключами Трейла, и украл пистолет 40-го калибра. Кьюненен с Мэдсоном провели два дня возле трупа Трейла в квартире Мэдсона. Когда люди начали звонить в дверь, Кьюненен и Мэдсон уехали на принадлежащем Мэдсону джипе «Чероки».

Строилось немало предположений о том, почему Мэдсон оставался с Кьюнененом: возможно, он пребывал в шоке после того, как обнаружил у себя в квартире труп Трейла. Не исключено, что Кьюненен угрожал ему пистолетом – он мог забрать оружие из квартиры Трейла в воскресенье.

3 мая, в сорока милях от Миннеаполиса, на берегу озера Ист-Раш рыбаки обнаружили тело Дэвида Мэдсона. Ему выстрелили в спину, а потом в глаз. Третий выстрел разорвал ему щеку. Кьюненен убил двоих людей, которых, по его словам, любил больше всех на свете.

Ли Мигли, семидесяти пяти лет, был преуспевающим девелопером из Чикаго. Он никак не был связан с гей-сообществом и не являлся гомосексуалом. 4 мая его жена вернулась из поездки и очень удивилась, что он не встречает ее в аэропорту. Приехав домой на такси, она нашла тело мужа под машиной в их гараже. Всего у Миглина насчитывалось около сорока девяти отдельных травм: все ребра были сломаны, а голова практически расплющена. По черепу ему нанесли пятнадцать ударов; пять раз по трупу проехалась машина. На лицо ему надели пакет, замотав скотч на шее; возле ноздрей имелось крошечное отверстие, позволявшее дышать. Из груди торчал садовый секатор, горло ему перерезали пилой. Кьюненен провел ночь в доме Миглина: он спал в его спальне, утром сделал себе сандвичи и побрился в ванной. Предположительно он попал к Миглину случайно, через открытую дверь гаража, которую приметил, проезжая мимо. Джип Мэдсона была припаркован неподалеку, «Лексус» Миглина 1994 года выпуска пропал.

В смерти Миглина есть два спорных момента. Во-первых, он идеально вписывался в социальный профиль того типа мужчин, которых Кьюненен обслуживал в качестве жиголо. Кьюненену должно было сильно повезти, чтобы он смог случайно проникнуть в дом к такой жертве. Во-вторых, свидетели показали, что за несколько месяцев до того Кьюненен рассказывал, что собирается заниматься бизнесом – звукоизоляцией – вместе с Дьюком Миглином, двадцатипятилетним сыном жертвы. Дьюк, однако, категорически отрицал факт знакомства с Кьюнененом и свою гомосексуальность. Семья Миглин неоднократно повторяла, что сам Ли Миглин был исключительно гетеросексуален.

9 мая в Нью-Джерси сорокапятилетний Уильям Риз, смотритель на кладбище, не вернулся домой к ужину. Жена поехала на кладбище и нашла его на полу конторы – Риза убили одиночным выстрелом в голову. «Лексус» Миглина был припаркован там же, красный пикап «Шевроле» Риза пропал. Убийство Риза описывали как «функциональное» – его убили ради машины. Эта смерть, пожалуй, самая трагическая из всей серии, потому что если бы Кьюненен умел заводить машину, соединив провода, Риз бы не погиб.

Ночью 10 мая с автомобиля «Тойота» во Флоренс, Южная Каролина, похитили номера. Позднее их найдут на пикапе, который Кьюненен угнал у Риза.

12 мая Кьюненен заселился в «Нормандия-Плаза», дешевый отель в Майами в сорока милях к северу от дома Версаче. За свою комнату он заплатил сразу за неделю – 230 долларов наличными. Персонал отеля показал, что он выходил каждый вечер, но никого не приводил с собой. Он часто менял внешность, включая цвет волос.

Информация с муниципальной парковки возле дома Версаче подтверждает, что Кьюненен припарковал там пикап 10 июня и больше его не передвигал. За ним накопился долг в 130 долларов. Это подтверждает, что Кьюненен решил выследить и убить Версаче за месяц до преступления.

12 июня ФБР включило Кьюненена в список десяти самых разыскиваемых преступников и везде распространило его фотографии. Из разных штатов поступали сообщения о том, что там видели Кьюненена; были звонки из Майами. Полиция реагировала крайне медленно.

7 июля Кьюненен заложил золотую монету в ломбард в Майами под собственным именем. Монета была достаточно редкой, чтобы привлечь внимание полиции, но и тогда имя Кьюненена не всплыло. Позднее выяснилось, что монета принадлежала Ли Миглину.

10 июля Джанни Версаче прибыл в Майами из деловой поездки. Свидетели позднее вспоминали, что видели Кьюненена в различных клубах и ресторанах, где Версаче мог предположительно появиться, в том числе в дайнере на 11-й улице, где любил обедать глава полиции Майами.

Капитан полиции Чикаго и специалист по серийным убийцам Том Кронин заявлял: «В глубине души всеобщее внимание возбуждает его больше всего. Он совершил убийство, и не одно, и вот он вечером идет в гей-бар, там по телевизору показывают новости, и на экране появляется его лицо – а он себе сидит, пьет пиво и наслаждается. Он скрывается, оставаясь у всех на виду».

После двух месяцев, в течение которых он успешно скрывался в Майами от полиции, 15 июля Кьюненен нанес свой последний удар, убив Джанни Версаче. Ничего не известно о том, в каком психологическом состоянии он пребывал в период между первыми четырьмя убийствами и тем днем, когда произошло пятое. Кьюненен пропал с места преступления бесследно; видимо, он прятался на чужих яхтах. Полицейские перехватили его телефонные звонки: Кьюненен звонил знакомому, пытаясь раздобыть себе фальшивый паспорт и уехать из страны. В конце концов его обнаружили на яхте в Майами; 23 июля, когда охранник туда вошел, Кьюненен находился в спальне. Он застрелился из пистолета Трейла в момент, когда охранник отпирал дверь.

В каком-то смысле гомосексуалы лучше подготовлены к тому, чтобы вести жизнь серийного убийцы: многие из них с детства привыкают скрывать свою сексуальность и жить двойной жизнью. Кто знает, что творилось в голове у Эндрю Кьюненена, помимо его гомосексуальности? Кьюненен мог считать, что его предали люди, которых он считал для себя самыми главными: священник изнасиловал, а отец бросил. В последний год с ним порвал Гранди, последний «папик»-миллионер; его отвергли Мэдсон – человек, которого Эндрю любил, – и Трейл, лучший друг. Последних двух он убил, а Ли Миглин в Чикаго стал отличной заменой Гранди. Убийство Миглина явно было продиктовано злостью.

Убийство Версаче, совершенное спустя два месяца после первых четырех, остается самым странным. Кьюненена совершенно точно можно считать «запойным убийцей» по первой серии из четырех убийств, но убийство Версаче спустя два месяца является атипичным. Гей-журналы со связыванием, которые Кьюненен оставил в номере отеля, свидетельствуют о наличии у него жестоких фантазий, которые убийства не удовлетворили. Видимо, так он и превратился в серийного убийцу – из-за жгучей ненависти к мужчинам-геям, стоящим выше его на социальной лестнице, более популярным и более успешным. Как сказал некогда Тед Банди: «Некоторые люди психологически хуже справляются с неудачами, чем другие».

Джон Аллен Мухаммад и Джон Ли Мальво,

Белтвейские снайперы

Джона Аллена Мухаммада и Джона Ли Мальво арестовали за снайперскую стрельбу в квартале Белтвей в Вашингтоне, округ Колумбия, – в октябре 2002 года они убили там по меньшей мере десять человек. Логично предположить, что сорокаоднолетний Мухаммад, сыгравший для семнадцатилетнего Мальво роль отсутствующего отца, доминировал в их паре.

Джон Аллен Уильямс, в 2001 году сменивший фамилию на Мухаммад, вырос в Ист-Бэтон-Руж, штат Луизиана. Его мать умерла, когда мальчику было три, отца он не знал – Мухаммада растили дед и пожилая тетка. Родственники говорили, что он всегда был веселым; в старших классах считался звездой футбольной команды.

После выпуска в 1978 году Мухаммад поступил в Национальную гвардию Луизианы и женился на своей школьной возлюбленной. У них родился сын. Сослуживцы по гвардии запомнили Мухаммада как человека открытого и дружелюбного; он часто приводил с собой сына, чтобы похвастаться им.

В 1982 году у него стали проявляться первые тревожные симптомы. Мухаммада оштрафовали и понизили в звании за неявку на службу; в 1983-м оштрафовали еще раз за то, что он ударил офицера. В 1985 году Мухаммад принял ислам, развелся с женой и перешел из Национальной гвардии в армию. Он переехал в Форт-Льюис, штат Вашингтон, со своей новой девушкой, на которой женился в 1988-м; у них родилось трое детей. Однако первая жена вспоминала, что развод был тяжелым, Мухаммад пытался влиять на ее жизнь и жизнь сына. В 1995 году его привлекли к ответственности за то, что он не вернул сына первой жене после заранее запланированного визита.

С 1990 по 1992 год Мухаммад служил за границей и участвовал в операции «Буря в пустыне» – обезвреживал мины и копал траншеи вдоль оборонительных сооружений иракцев. На военной службе Мухаммад получил статус эксперта по снайперской стрельбе – это высшая армейская стрелковая квалификация.

Вскоре после ареста Мухаммада журнал «Ньюсуик» опубликовал интервью с сержантом Кипом Берентсоном, под началом которого тот служил в Персидском заливе; Берентсон утверждал, что Мухаммад «всегда был занозой в заднице»¹³². Берентсон сказал, что однажды кто-то бросил термитную гранату в палатку, где спали шестнадцать человек, и та загорелась. Подозрение сразу пало на Мухаммада; офицеры криминальной следовательской службы увели его с собой в наручниках. Однако в армейских документах Мухаммада упоминаний об этом инциденте нет – по ним, наоборот, получается, что в ходе «Бури в пустыне» он прекрасно себя зарекомендовал.

В феврале 1994 года Мухаммад демобилизовался из армии и попытался открыть школу карате, но дело не пошло. Он открывал еще несколько бизнесов, но и они не заработали. В 1999 году его вторая жена подала на развод, и Мухаммад начал ей угрожать. В марте 2000-го она добилась ограничительного предписания против Мухаммада. Десять дней спустя Мухаммад похитил их троих детей и исчез. Он поехал на Антигуа, где и познакомился с юным Джоном Ли Мальво и его матерью, уроженцами Ямайки. Бывшие учителя и родственники Мальво с Ямайки утверждают, что мальчик был сообразительным, добрым, дружелюбным и послушным. «Послушный», пожалуй, главная его характеристика. Никаких проблем с дисциплиной – он всегда уважал правила. Один из друзей вспоминал: «С ним приятно было находиться рядом. Вокруг всегда царила дружеская атмосфера. Он готов был тебя развлекать, заставлял смеяться»¹³³.

Мальво был невысоким для своих лет, и иногда его за это дразнили. Часто мать оставляла его на попечение родных или знакомых. Эти знакомые, учителя и родственники очень любили Мальво и беспокоились из-за того, что мать слишком часто его бросает. В конце концов она увезла Мальво на Антигуа, где они встретились с Мухаммадом.

Летом 2001 года Мухаммад вернулся в Вашингтон и официально сменил фамилию с Уильямс на Мухаммад. Примерно тогда же, в августе 2001-го, Мальво с матерью незаконно эмигрировали во Флориду. До сих пор неясно, что произошло, но летом 2001 года полиция, с помощью Изы Николс, бизнес-консультанта, которая была знакома и с Мухаммадом, и с его женой, отняла детей, похищенных Мухаммадом.

В октябре 2001-го Мальво присоединился к Мухаммаду в Беллингеме, штат Вашингтон; подросток называл его отцом. Вдвоем они спали на двухэтажной койке в приюте для бездомных. Свидетели запомнили, что Мальво называл Мухаммада «отец» или «сэр». Мухаммад проводил с мальчиком нечто вроде тренировочной программы, включавшей пробежки по утрам, физические упражнения и строгое следование исламским правилам питания. Несмотря на статус нелегального иммигранта, Мальво некоторое время учился в старшей школе в Беллингеме; одноклассники говорили, что он отлично разбирался в истории и военной тактике – на примерах войны во Вьетнаме и в Персидском заливе.

Однажды, когда они вдвоем сидели в кофейне, Мухаммад начал уделять повышенное внимание выступавшей там гитаристке и ее сыну. Утверждая, что работает продюсером, он пригласил ее поехать с ним в Нью-Йорк. Однако у гитаристки, по ее словам, возникло «плохое предчувствие»; Мухаммад чересчур интересовался ее сыном и его наполовину афроамериканским происхождением.

В декабре мать Мальво приехала в Беллингем в поисках сына. Оказалось, что тот находится в полиции – задержан за нарушение миграционного законодательства. Заседание суда по его делу отложили, Мальво освободился и продолжил жить с Мухаммадом, а его мать исчезла – вероятно, сбежала от иммиграционных властей.

В феврале 2002 года Мухаммада арестовали за кражу из магазина продуктов на сумму в 27 долларов. В том же месяце двадцатиоднолетняя Кения Кук, которая жила со своей теткой Айзой Николс, женщиной, которая помогла вернуть детей, похищенных Мухаммадом, открыла на звонок дверь и упала замертво, убитая выстрелом в голову. Убийцу найти не удалось, но насчет подозреваемого, думаю, все ясно.

В апреле Мухаммад навестил старого армейского приятеля, показал ему две винтовки и глушитель, рассуждая при этом, сколько ущерба с их помощью можно причинить. Мухаммад катился «по наклонной»; безусловно, тут сыграла роль и потеря детей, и попытки найти им замену.

В июне 2002 года Мухаммад повез Мальво в свой родной город в Луизиане, где они навестили его двоюродных братьев и сестер. Те вспоминали, что Мухаммад показался им неухоженным, грязным и мрачным, а Мальво выглядел напуганным и молчаливым. Мухаммад показал двоюродному брату винтовку и боеприпасы – он сказал, что выполняет секретную миссию для разведки. Он связался со своей первой женой в Луизиане, а потом поехал на север, в сторону Вашингтона, куда недавно переехала его вторая жена с тремя их сыновьями.

Перемещения Мухаммада и Мальво в период с июня по сентябрь 2002 года до конца не известны. Мы знаем, что 10 сентября Мухаммад купил голубой «Каприс» и переделал его под снайперскую точку. Мухаммада с его машиной видели неподалеку от места проживания второй жены, в Мэриленде. 12 сентября некто стрелял в двух женщин, выходивших из винного магазина в Монтгомери, Алабама. Одна из жертв скончалась. Хотя подробности не выяснены до сих пор, у полиции имелись улики, связывавшие это преступление с Мухаммадом и Мальво.

С 1 по 22 октября мир, затаив дыхание, наблюдал за серией снайперских убийств в Вашингтоне и Мэриленде. Все они происходили вблизи дорожных развязок и парализовали повседневную жизнь в округе. В школах запретили игры во дворе; о каждом убийстве немедленно сообщали по телевидению. От снайперов поступило требование выкупа в $10 млн – тогда они прекратят стрельбу. На месте одного убийства якобы была обнаружена карта таро. Всего было застрелено десять человек; после этого снайперы во время телефонного звонка упомянули и об убийствах в Монтгомери, Алабама, – тут полиции удалось обнаружить их отпечатки пальцев. Спустя несколько часов после того, как повсюду распространили описание их внешности, их поймали – оба спали в салоне машины.

Мухаммада и Мальво судили по отдельности осенью 2003 года. Судя по всему, Мухаммад выступал в качестве «наводчика», в то время как молодой Мальво непосредственно нажимал на курок в восьми случаях из десяти – прокурор так и не представил доказательств, подтверждающих, что Мухаммад стрелял хоть раз. Однако в ноябре Мухаммада признали виновным, и присяжные потребовали для него смертный приговор. Защита Мальво утверждала, что старший и опытный Мухаммад «промыл ему мозги».

Мотив, стоявший за убийствами, остается неясен. Адвокат Мальво утверждал, что стрельба была частью секретного плана Мухаммада, собиравшегося убить бывшую жену, Милдред, и получить опеку над детьми. Мальво этого не знал, но Мухаммад хотел замаскировать ее убийство под серию снайперских атак. Обвинение считало, что убийства имели целью получение выкупа в 10 миллионов долларов, на которые Мухаммад собирался основать в Канаде утопическую коммуну для молодежи со всего мира.

На допросе в полиции Мальво спросили: «Ты стрелял в них во всех?»

– В общем-то да.

– В общем, но не во всех?

– Во всех.

Когда его спросили о цели убийств, Мальво ответил:

– Это план. Его надо придерживаться. Нельзя нарушать. Нельзя менять.

На процессе в ноябре его учитель из шестого класса показал, что Мальво был очень «послушным и трудолюбивым. Что бы ему ни поручали, он доводил дело до конца».

Его тетка, у которой он одно время жил, также говорила: «Он был очень послушный. Я устанавливала правила, и он подчинялся им».

В декабре Мальво признали виновным, присяжные требовали для него пожизненного срока.

Каковы бы не были их мотивы, Мухаммад и Мальво вписывались в недавно возникшую категорию серийных запойных убийц. В отличие от типичного запойного убийцы, они не кидались в убийства с головой, пренебрегая соображениями собственной безопасности. Они убивали избирательно и старались избежать ареста. Мухаммад и Мальво были высокоорганизованными, тщательно выбирали место преступления, чтобы обеспечить себе пути отхода, и даже приспособили автомобиль под снайперскую точку. Однако в отличие от традиционных серийных убийц, они не возвращались к обычной жизни между убийствами. Словно охваченные лихорадкой, они переходили от одного убийства к другому.

Скорее всего, преступлениями руководил Мухаммад; их тайминг отражает события в его личной жизни. Как Кьюненен, он пытался поддерживать привычный образ жизни и делать карьеру, однако по какой-то причине это не удалось. Он не смог пережить свои неудачи и «сорвался» в жестокую кампанию со снайперскими убийствами, унесшими жизни от десяти до двенадцати невинных жертв. В обоих случаях срыв следовал за чередой других нарушений общественных норм. Кьюненен торговал наркотиками; Мухаммад нарушал распорядок в армии, похитил своих детей и угрожал бывшей жене. Пройдя путь от семейного человека, служащего в армии, до бездомного из приюта, у которого отняли детей, Мухаммад неизбежно начал перекладывать вину на других людей и мечтать о мести. Точно так же было и с Кьюнененом.

Отличие Кьюненена и Мухаммада от массовых убийц заключается в отсутствии серьезных психических заболеваний и сохранности их интеллекта, эго и мыслительных способностей. И Кьюненен, и Мухаммад были людьми относительно адекватными, самодостаточными и целеустремленными – они воспользовались этими качествами, когда начали убивать.

Ни одна из вышеупомянутых классификаций не является окончательной. Каждые пару лет возникает серийный убийца, больное воображение которого выходит за пределы всех существующих параметров и категорий. Достаточно вспомнить, что когда Ренвика Уильямса в 1790 году судили как лондонского Монстра за то, что он резал женщинам одежду, его преступление называли «столь новым в анналах человечества, столь необъяснимым и неестественным, что в него просто невозможно поверить». К несчастью, анналы человечества с тех пор прошли долгий путь и, вероятно, пройдут еще: нет ничего невозможного!