- Он сделал что?.. - растерянно переспросила Айлин

- Мастер Керен вздохнул, глядя на нее. а потом объяснил терпеливо, словно непонятливому ребенку

- Морхальт мечтал превратить свое потомство 8 новый род Трех Дюжин. Некоторые основания - весьма слабые! - у него для этого были, его прабабкой стала леди Вольдеринг. Но разбавленная кровь утратила сродство с божественными дарами, даже цзет глаз и волос поблек. Он небрежно махнул з сторону портрета, который в прошлый раз так заинтересовал Айлин. и продолжил: - Но даже будь он прямым потомком в первом поколении, дальше кровь Вольдерингов неминуемо размылась бы. К тому же он хотел основать свой собственный великий род. а не оказаться придатком чужого. В поисках силы, способной дать это. Морхальт поставил множество экспериментов и даже добился немалых успехов Исключительно талантливый и упорный был человек... И все же того, к чему так страстно стремился, он получить не сумел потому что это можем даровать только мы. Тогда он пришел ко мне и попросил о помощи.

- И зы ее оказали - с трудом сдерживая тошноту, тихо сказала Айлин Перед глазами снова встали страницы рабочего дневника с описанием мерзостей, которые она никак не могла назвать экспериментами. А по телу словно прокатилась ледяная волна - ужас, который она испытала, всего на несколько минут оказавшись запертой в теле Гвенивер Морхальт. Несчастной дочери чудовища, которое сотворило с ней... что-то сотворило! — Что вы с ними сделали?! С леди Гвенивер. с Эммелин Кастельмаро?! Что?!

- Она сама не заметила, как перешла на крик, и тут же ощутила легкое прикосновение - Кармель положил ей руку на плечо. Мастер Керен - или все же снова Баргот? - поморщился и легонько потер виски длинными бледными пальцами.

- Я? - опасно прохладным голосом уточнил он. - Почти ничего. Лишь выполнил то. о чем меня настойчиво - очень настойчиво¹ - просили Это твой дед разработал ритуал таким образом, что тот потребовал кровавой жертвь , еще и такой... расточительной Мог бы обойтись собственной кровью - истинная магия ценит добровольную жертву гораздо выше! Но посчитал это слишком опасным и болезненным способом, а тут как раз подвернулась бедная девочка . Зато она послужила по-настоящему великой цели. - Он сплел пальцы перед собой, наклонился вперед словно пытаясь оказаться ближе к Айлин. и произнес мягким завораживающим голосом: — Ты ведь некромантка, дитя мое. ты знаешь, что смерть и жизнь идут рука об руку. Эта девушка все равно погибла бы, ей слишком не повезло с родственниками. Зато ее жертва подарила жизнь тебе - такой, какая ты сейчас! - умной, красивой, талантливой... Моей долгожданной наследнице.

- Вашей... что?! - выдохнула Айлин и покачнулась, но Кармель удержал ее и даже привлек к себе, позволив опереться на сзое плечо.

- А ты полагаешь я бы стал так стараться ради честолюбивых вожделений какого-то смертного? - насмешливо и в то же время ласково глянул на нее баргот. - Помнишь, что я говорил об инструментах? Морхальт полагал что сила, полученная от меня через кровавую жертву, изменит тело его дочери, и Гвенивер станет идеальным сосудом для рождения будущих великих магов Это как с дружиной Дорве, только Гвенивер сама даже магессой не стала. Она была. - Он поводил в воздухе рукой, подбирая слова, а потом щелкнул пальцами и улыбнулся: - Что-то вроде дикой яблони, на которую привили другую ветвь - со сладкими плодами. Ах, дитя, как жаль, что ты не знаешь преданий моей истинной родины и не способна оценить аналогию. Впрочем, неважно. Я передал Морхальту частицу своей крови - зот этой крови, понимаешь?

- Он небрежно коснулся указательным пальцем запястья другой руки, и Айлин сглотнула сообразив, что кровь и вправду была настоящей - кровь истинного божества, самого Баргота¹ И... эта кровь попала в тело Гвенивер? Изменив его?!

- Разве это... возможно? - прошептала она одними губами. - Вы же в Запределье...

- Все возможно, дитя мое, - уронил Баргот с легкой самодовольной улыбкой, и Айлин снова передернулась. Она же принимала это обращение как любезность с его стороны¹ И даже не думала, что слова «мое дитя» которые он с таким удовольствием повторял, имеют самый прямой смысл¹ - Для невозможного просто нужно больше времени и усилий. Конечно, мы не смогли открыть постоянный проход в Запределье, этакую парадную дверь... Но сотворить маленькое оконце, которое приоткрылось на несколько мгновений и тут же захлопнулось, о, это вполне удалось¹ Твоя истинная мать приняла мою кров», обработанную и зачарованную так. что после этого у нее должен был родиться мой ребенок..

- Но у меня же не может быть двух отцов' - не выдержала Айлин, и только пальцы Кармеля, предупреждающе сжавшие плечо, не дали ей шагнуть вперед. - Мой отец - Дориан Ревенгар!

- Нисколько не умаляю заслуги этого достойного человека в твоем рождении. - безмятежно отозвался Баргот. и его глаза снова блеснули, будто в предвкушении хорошей шутки. - Учитывая роль, которую играют оба родителя твоим отцом был именно он. А я. изменив кровь Гвенивер Морхальт своей собственной, фактически стал... твоей матерью.

- Он улыбнулся, и эта радостная улыбка на породистом, привлекательном и вроде бы совершенно обычном лице показалась Айлин жуткой и нечеловеческой Так могла бы улыбаться гадюка... или смертельная болезнь, будь у нее лицо. или... самое темное что есть в душе у каждого человека, и в чем люди сами себе боятся признаться

- Зачем вы это сделали? - снова едва слышно спросила она. - Ни за что не поверю, что вам... просто хотелось иметь ребенка...

- И напрасно. - возразил Баргот. и улыбка исчезла с его лица. - Когда-то меня прокляли бесплодием, и долгие годы я был лишен возможности завести детей А когда все же смог - очень дорогой ценой¹ - колесо судьбы повернулось так, что мы с Вереск утратили нашу дочь... Позерь. моя милая девочка, ты действительно стала долгожданным и очень желанным ребенком' Но. конечно, одним только стремлением продлить род мои цели не ограничивались. У меня на тебя великолепные планы, о которых тебе пришло время узнать. Ну не прекрасно ли?!

- Мне кажется, моя донна, тебе действительно лучше присесть, - услышала она негромкий голос Кармеля.

- Ответить ему Айлин не смогла, у нее перехватило дыхание а в глазах вроде бы не потемнело.. Однако все вокруг вдруг показалось ненастоящим, словно происходило во сне. Лаборатория, освещенная столь искусно и ярко, что предметы не отбрасывали теней Окно в Запределье, на другой стороне которого оказался самый обычный уютный кабинет Собеседник, что пугал ее до дрожи, и в то же время очаровывал, как может поразить и очаровать нечто величественное и жуткое - вроде лесного пожара, наводнения, грозы...

- Пытаясь собраться с мыслями, Айлин едва заметила как магистр придвинул к ней кресло Спохватившись, она села, привычным жестом расправив складки платья, а Кармель встал рядом прислонившись к спинке кресла так. что его рука касалась плеча Айлин, и это простое прикосновение вдруг подарило ей чувство полной защищенности и спокойствия. Так странно, учитывая, кто был перед ними! Но рядом с Кармелем Айлин просто не могла бояться и теперь почти спокойно ждала, что же скажет ей восьмое великое божество Эдора. тот, кого назвали Проклятым и Падшим

- В памяти вдруг всплыла сказка, услышанная в джунгарском таборе от Раэна. и Айлин отстраненно, словно это все происходило не совсем с ней. подумала, что дон Раэн подозрительно много знает о делах Благих и Баргота И сказка ведь была им рассказана не просто так, верно? Очень уж вовремя. . к тому же именно для них! Это явно предупреждение!

- Она покосилась на спокойно стоящего рядом Кармеля и подумала, что если сказка - правда, она, Айлин. знает, кем оказался этот маг. получивший все дары Благих и оказавшийся, в итоге, собственностью единственного Неблагого. Может ли оказаться случайностью, что они с Кармелем полюбили друг друга'' Ну да. так она и поверила, что Баргот к этому не причастен!

- Тот о ком она думала, терпеливо ждал, и только когда Айлин благовоспитанно сложила на коленях руки, показывая, что готова слушать, заговорил снова:

- Не думай что мое участие в твоей судьбе ограничилось тем ритуалом и переданной кровою. К сожалению, моя власть в вашем мире ограничена, я знаю все. что здесь происходит, но впрямую влиять могу только на тех. кто сам это позволил Как твой дед. к примеру.

- А мэтр Денвер? - вспомнила вдруг Айлин. - Он же тоже был ну... из ваших?!

- Этот безумец? - удивился Баргот - Ну что ты' Он хотел власти и всего, что к ней прилагается, а это не мой путь. Денвер искренне считал что мне угодны преступления, пороки, разруха, в конце концов" И совершенно не понимал, к чему я стремлюсь на самом деле.

- Правда? - усомнилась Айлин. - И к чему вы стремитесь?

- К всеобщему благу, разумеется. - пожал плечами Баргот. - Клянусь тебе, дитя я искренне хочу, чтобы человеческий род жил в мире и безопасности, раззивая искусства и науки, чтобы люди в достижении целей руководствовались разумом законами и традициями Но пока это не более чем мечта. И кто-то должен быть воплощением всего плохого, за что люди не желают брать ответственность. Баргот нашептал. Баргот попутал... - передразнил он с иронией. - Так намного проще, верно? Вот и Денвер был уверен, что я желаю прийти з этот мир. чтобы захватить власть над ним. Зачем?! Полагаю, задай я этот вопрос ему лично, и он бы не нашел, что ответить Такие люди уверены, что все вокруг хотят того же. что они сами. Власти, мести, роскоши... В общем, игрушек, что нужны обиженным детям, не выросшим из своих обид и неутоленных желаний...

- Но вы же могли его остановить! - горячо возразила Айлин. - Сделать так. чтобы не было Разлома и прорыва демонов! Чтобы люди не страдали...

- Остановить? - Баргот иронично приподнял бровь - То есть лишить Денвера и его соратников права принимать решения? Заставит» их быть хорошими вопреки свободе воли, которой вы гак гордитесь? - Айлин онемела, сраженная этой безупречной, но почему-то отвратительной логикой, а Баргот помолчал и добавил с отчетливой брезгливостью. - Хватит об этом неудачнике Лично я ему ничего не приказывал и его действий не одобрял. Сам все придумал сам сотворил и сам же будет за это отвечать еще не в одном воплощении. Единственный мой почитатель, на которого я повлиял впрямую - это твой дед. Пока он ставил эксперименты на постороннем материале я не вмешивался Но планов на тебя - сама понимаешь! - ни одобрить, ни простить уже не мог. Мой Избранный очень удачно вмешался устроив Мсрхальту удар...

- Он бросил взгляд в сторону Кармеля и. похоже, ожидал ответа, но магистр промолчал Айлин же подумала, что не расскажи ей Кармель об этом заранее и сейчас в незыблемом фундаменте, на котором высилась башня их доверия, появилась бы изрядная трещина. И что вряд ли Баргот на это не рассчитывал!

- Он защищал меня, - сказала она больше для Кармеля. чем для Баргота.

- Я знаю. - кивнул Проклятый. - И за это весьма благодарен. Скажем так. мы никогда с ним это не обсуждали, но я прощал ему гораздо больше, чем привык прощать смертным. Особенно тем. кто принадлежит мне

- Это спорный вопрос, - уронил Кармель над головой Айлин

- Это вопрос моего терпения, - раздраженно бросил Баргот. - Я никогда не давил на тебя в полную силу. И даже использовал не все инструменты, которыми обладаю.

- Потому что не могли, - холодно парировал Кармель. - Свобода воли, дарованная людям, не пустой звук

- Айлин показалось, что он, в свою очередь, сказал это не только для Баргота. но и для нее

- Потому что не хотел. - возразил Проклятый. - От добровольного сотрудничества всегда больше толку. К тому же ты и так неплохо послужил мне Как с Морхальтом. например. Мое дитя нуждалось в помощи, и ты ее оказал - неважно, из каких соображений Ну а я - обратился он к Айлин. - довершил дело, стерев твой образ из памяти этого безумца. Полагаю, - снова глянул он в сторону Кармеля, но на этот раз с явной насмешкой - ты об этом догадывался, не так ли?

- Как говорят мауриты, не нужно видеть льва, чтобы знать о нем. - отозвался магистр. - Львиный след говорит о звере достаточно. Память Мсрхальту стирал тот. кто превосходил меня и 8 силе, и в умении. Среди разумников Эдора я такого мастера не знал - что еще я мог предположить? Кстати, зачем⁷ Вы ведь необратимо повредили ему разум - плохая благодарность за преданное служение и великую услугу, что он вам оказал

- Не нужно было испытывать мое терпение. - поморщился Баргот и снова потер виски. - Когда его дочь вышла замуж, унося в себе мою кровь, я предупредил этого болзана. чтобы держался от них с ребенком подальше. Хочет династию великих магов - будет ему династия Но его собственные эксперименты над этой линией крови должны были прекратиться Он же выждал двенадцать лет. убедился, что Гвенивер родила одареннее дитя, и решил продолжить. Нарушив мой прямой приказ¹ Потеря памяти - это меньшее, что я мог с ним сделать.

- А почему вы не стерли память леди Гвенивер? — спросила Айлин. - Весь этот ужас... Зачем ей было помнить его? Может, если бы она все забыла, то...

- Лучше относилась бы к тебе? - подхватил Баргот. глядя на нее с выражением, которое Айлин точно приняла бы за сочувствие, если бы не увидела его на лице существа, вряд ли на это способного. - Но с чего ты ззяла, что она все помнила? Она могла сойти с ума и навредить себе или тебе, могла просто проболтаться Это был слишком большой риск! О, поверь, ничего Гвенивер Морхальт не желала так страстно, как забыть тот ритуал¹ Ну, разве что еще выйти замуж и оказаться подальше от своего отца С первым я ей помог, а со зторым она и сама замечательно справилась

- Вы... заставили ее забыть? Но почему тогда...

- Потому что простой потерей памяти все сложности не решаются. - последовал ответ. - Иначе Морхальт не сошел бы с ума, когда я забрал у него из памяти тзой образ. Исчезнувшие воспоминания разум замещает чем-то иным и обычно - нездоровым¹ Гвенивер мечтала забыть о той ночи, и я запер воспоминания в дальних уголках ее памяти, но чувства, связанные с ними, никуда не делись. Она по-прежнему смертельно боялась своего отца, это было не изменить, но для себя объясняла это его скупостью и жестокостью. Ну а ты родилась похожей на них обоих — воплощение всего, что Гвенивер ненавидела встречать з зеркале. Нетрудно понять, что в сыне она видела копию мужчины, который спас ее из ненавистного дома и подарил лучшую жизнь, а в тебе - память о жизни прошлой ужасной и отвратительной. Неразумно, да, но когда это люди руководствовались только разумом⁷