- Что ж. неучтиво отказываться от приглашения, — постаралась улыбнуться она хотя сердце трепетало, как заячий хвост - Но., как нам встретиться для беседы? Не припомню, чтобы мы звали этого... господина в гости.
- Моя отважная донна!
- Улыбнувшись. Кармелэ поднес ее руку к губам, поцеловал пальцы, и Айлин с_ало чуточку спокойнее. Раз он улыбается, все хорошо, правда? Не может ведь он ее обманывзть и делать вид. что все в порядке, если опасность слишком велика?'
- Поверь этот господин - последнее существо в Эдоре, кого я хотел бы вздеть своим гостем. Нет, нас приглашают на встречу иначе Лаборатория твоего деда. Если не ошибаюсь, туда Баргот может дотянуться из Запределья - не во плоти, конечно, однако... довольно зримо Достаточно зримо для разговора - уточнил он, и улыбка, успокоившая Айлин. показалась не фальшивой - о нет - но несколько . напряженной
- Что ж. тогда идем?
- Она старательно улыбалась в ответ и подумала: «Теперь я еще лучше понимаю, что такое любовь. Это когда боишься за другого гораздо сильнее чем за себя! Ну что мне может сделать Баргот? Я хоть и натворила много чего, но все-таки тех грехов, которые отдают человека Проклятому, не совершала. Убивала да, но лишь защищая себя, не предавала и не нарушала клятв, не. что там еще? Ах да. изменила мужу Но за этот грех я должна отеетить перед Всеблагой Матерью. И отвечу если она спросит' Ей а не Барготу! Но Кармель... Это совсем другое дело. Если Проклятый хочет заявить свои права на него •
- Не бойся, моя донна - сказал Кармель, глядя ей прямо в глаза, и добавил, словно Айлин услышала эхо собственных мыслей: - У него нет и не может быть над тобой власти. Помни об этом!
- А над тобой?! - не удержалась Айлин
- А над собой власти я ему не дам, - спокойно ответил Кармель, и они пошли в сад, держа друг друга за руку, словно на сбычную прогулку.
- Портал открылся на привычном месте, и Айлин велев Пушку ждать в саду, шагнула в магическое сияние одновременно с Кармелем Пара ударов сердца - и они оказались в знакомой лаборатории, ступив на исчерченный магической звездой пол.
- Айлин торопливо огляделась, но в лаборатории, кроме них, никого не было. Тишина, прохлада, только магические пампы засияли под потолком, с каждым мгновением разгораясь все сильнее. И, будто отвечая их свету, замерцало старинное зеркало на стене. Рама его так и осталась темной и тусклой, но старое стекло, будто припыленное временем, сначала налилось ровным серебристым светом потом очистилось но вместо отражения лаборатории в нем показалась чужая комната. Камин с горкой лениво догорающих дров, темная мебель, золотисто-медового цвета обои. Совершенно обычный кабинет, вот и полки с книгами, и письменный прибор на столе._
- А немного в стороне от стола - кресло. Массивное, невысокое и очень удобнее с виду. Айлин неволоно подумала, что Лу или Ал не преминули бы в таком развалиться, а она сама обязательно забралась бы в него с ногами Но мастер Керен сидел, выпрямившись, сложив перед собой руки и переплетя пальцы, так словно был магом. Сидел и разглядывал их обоих.
- Предупреждающе сжав руку Айлин и сразу отпустив. Кармель шагнул вперед и отвесил сухой, тщательно рассчитанный поклон - будто по учебнику этикета. Айлин прямо увидела на миг эту страницу, которая называлась «Как приветствовать нежеланных, однако высокопоставленных особ»
- Последовав примеру Кармеля. она сделала реверанс и выпрямилась, глядя в зеркало, соединившее обычный мир с Запределоем Мастер Керен - думать о нем так все же было спокойнее, чем о Барготе, - улыбнулся ей и кивнул а на Кармеля посмотрел внимательно и с явным неудовольствием.
- Когда молчание затянулось уже сверх пределов учтивости, первым его нарушил все-таки гость.
- Какой же ты упрямец - проговорил он с усталым неодобрением и так брюзгливо словно уже неделю маялся от плохого настроения. - Как все удачно складывалось, и понадобилось же тебе все испортить.
- Кармель промолчал, но гак стиснул зубы, что Айлин услышала, как они скрипнули. А мастер Керен перевел взгляд -»а Айлин и сказал гораздо мягче
- Рад тебя видеть мое дорогое дитя. Я бы посоветовал тебе присесть - разговор предполагается долгий.
- Присесть? Айлин оглядела стол и полки, артефактный щит... Ах да. кресло' Но всего одно, и Кармелю придется стоять. Ничего страшного, конечно... Однако она вдруг поняла, что даже эта мелочь должна подчеркнуть неудовольствие Баргота своим Избранным. А значит..
- Не извольте беспокоиться, милорд - сказала она так учтиво и чинно, как только могла, и снова сделала реверанс. - Мы вполне можем псстоять.
- И сделала шаг в сторону Кармеля. остро жапея. что нельзя прямо сейчас оказаться у него в объятиях, таких теплых и надежных. Но если это невозможно, следует хотя бы показать, на чьей она стороне! Глаза мастера Керена остро блеснули, и стало понятно, что ее маневр был замечен и понят правильно.
- Что ж. как тебе будет угодно, - уронил он. - Впрочем, теперь, когда ты, наконец, приняла наследство своего деда, ничто не мешает нам встречаться чаще и обсуждать дела со всеми удобствами В следующий раз. например.
- И улыбнулся так благожелательно, что Айлин тут же захотелось возмутиться - какой еще следующий раз?1 Она и одного-то не хотела, а ух бегать на постоянные свидания с Барготом и что-то с ним обсуждать... Нет, благодарю1
- Вы говорите о лорде Морхальте? - уточнила она - Да. он был моим дедом Но . это не то родство, которым я могу гордиться. Мне о нем даже думать не хочется1 И этот дом... Да, я живу в нем! Но не потому, что мне его оставил дед а потому...
- Она беспомощно посмотрела на Кармеля. надеясь что уж он-то все поймет правильно! Она живет у любимого и будущего мужа!
- То. что нам принадлежит, приходит разными дорогами. - так же мягко сказал мастер Керен. - Иногда весьма странными. Твой цед мечтал оставить этот дом истинному наследнику или наследнице. И вот ты здесь. В его убежище, которое связало нас всех куда более тесными узами, чем ты думаешь. Тебя, меня, твоего деда и этого дерзкого смертного, что стоит рядом с тобой и пока что молчит. Очень благоразумно, между прочим1
- Он покосился на Кармеля. который ответил коротким поклоном, почти кивком, и снова застыл, выпрямившись и гордо вскинув голову, глядя мастеру Керену прямо в лицо.
- Не все, что к нам приходит, нас радует, - упрямо возразила Айлин. сцепив руки перед собой и остро сожалея, что нельзя сотворить Молот Пресветлого. Так. на всякий случай1 Просто с Молотом или Могильной Плитой было бы немного спокойнее - Меньше всего мне хочется что-то наследовать от лорда Морхальта. Он был чудовищем!
- Она ждала возражений, но мастер Керен едва заметно улыбнулся и кивнул:
- Еще каким! Даже меня удивил, должен признать. Я всегда был готов на многое ради науки, но некие границы допустимого у меня имеются. А вот у него...
- Но вам это не мешало ему покровительствовать1 - не выдержала Айлин
- Мастер Керен встретил ее взгляд, пригоднял брови и вдруг звонко и ужасно заразительно рассмеялся. Совсем по-человечески! У не_о даже глаза блеснули лукаво и обаятельно, а их цвет здруг показался удивительно знакомым Где-то она его точно видела1
- Не путай инструменты с соратниками, дитя мое. - сказал он ласково и весело. - Морхальт был из числа первых. А вот кое-кто мог бы стать соратником! - добавил он. снова с искренней досадой покосившись на разумника.
- Заметь моя донна нечто подобное говорят всем инструментам. - невозмутимо подсказал Кармель
- Наглец. - уронил мастер Керен, снсва холодея взглядом. - Право, пока молчал, было лучше.
- Кармель снова поклонился. На этот раз. как показалось Айлин. не столько учтиво, сколько насмешливо.
- Простите, милорд, могу я узнать зачем вы нас позвали? - спросила она - Не припомню, чтобы у нас были общие дела
- «Особенно такие, которые требуют Естреч, - очень хотелось добавить ей. но Айлин сдержалась и насторожилась - мастер Керен разглядывал ее с пронзительным интересом... И эти его намеки на связь между ними1 И упоминания Морхальта...»
- Обычно я ожидаю от собеседников большей проницательности, - сообщил он все с той же легкой улыбкой, вернувшейся по узкие губы. — 11с ть слишком мело зпоешь, мое дорогое дитя, и пришло зремя это исправить. Впрочем, тебе ведь известно, что твой дед ставил в этой лаборатории некие эксперименты?
- Я... нашла днезник, - призналась Айлин. - Это ужасно
- Это наука. - безмятежно поправил ее мастер Керен - Она не считается с расходами.
- Айлин передернулась. Назвать расходами смерть людей? Женщин и младенцев, иногда даже не успевших родиться?1
- «А чего ты ждала? Забыла с кем гоЕоришь?1 Или растаяла, оттого что он угощал тебя булочками и шутил? А следовало помнить, что его не зря назвали Падшим и Проклятым!»
- И какое отношение это имеет к нам? - спросила она мрачно.
- Самое прямое. - заверил ее... все-таки Баргот. - Видишь ли, дитя мое. твое рождение - следствие одного из этих экспериментов. Мне казалось, увидев тот сон. ты должна была это понять.
- Сон? Сон?! Так это вы?. - У Айлин перехватило дыхание. Баргот с удовлетворенной улыбкой кизнул - Вы послали мне сон в котором я., то есть леди Гвенивер... и ее отец.
- Она смолкла. Баргот снова кивнул
- Я не рассчитывал, что ты поймешь тонкости сделанного. - сказал он. - Все же это был уникальный эксперимент Но надеялся, что уловишь главное - твой дед был столь одержим своими идеями, что принес на алтарь науки самое дорогое - свою кровь, продолжение своего рода
- На алтарь науки или лично ваш? - негромко уточнил Кармель
- А есть разница? - приподнял бровь Баргот. - Он мечтал о потомстве, чья крозь несла бы мощную магию. Такую же как у Трех Дюжин, или даже сильнее Ведь что такое Три Дюжины?
- Он замолчал, и Айлин почувствовала себя на экзамене.
- Избранники богов, отмеченные их благословением - Заученные с детства слова слетели с губ сами собой - Первые одаренные искрой. Те. через кого сила Благих пришла в наш мир.
- И это все - тоже. - кивнул Баргот. - Но главнее дитя мое в том что Три Дюжины стали нашим первым экспериментом с магией. И на редкость удачным, надо признать Мы явились в этот мир сами не вполне понимая, что именно нам предстоит не освоившись с собственной силой, не имея никакой поддержки и зная, что прежние боги не встретят тех. кто пришел им на смену, с радостью Потому мы наделили своей силой людей Дорве Изгнанника а их вера вернула нам эту силу, и вернула с лихвой. Дорве и его потомки стали основой новой веры, а потому магия Трех Дюжин до сих пор сильнее, чем у других, обычных людей Это-то и хотел изменить Морхальт. А я желал ему помочь, ведь большинство благословленных мной семей попросту вымерли!
- Отвратительная безответственность с их стороны. - с каменным лицом сказал Кармель
- Айлин покосилась на него с ужасным подозрением что машетр говорит это не всерьез, а насмехаясь над Барготом. Над самим Барготом' Баргот, похоже, подумал о том же самом, потому что бросил на Кармеля острый взгляд, но ничего ему не сказал, продолжая обращаться к Айлин:
- Надо сказать, та магия, которую получила дружина Дорве. еще не была знакомой тебе системой искр и каналов. Человеческое тело просто не приспособлено, чтобы так измениться. Это были.. - Он помедлил, подбирая слова - Сгустки сырой божественной силы, наделенные огромным потенциалом и... направлением Людям Дорве было нелегко с ними освоиться. Кто- то не выдержал и погиб, кто-то сошел с ума. кто-то опьянел от полученных возможностей и попытался бунтовать, за что был убит Три Дюжины - это потомки тех. кто оказался наиболее выносливым телом и разумом, а потом еще сумел применить полученные дары Кстати, разве тебя никогда не удивляло разнообразие их внешности? Ведь с Дорве пришли северяне, у которых даже просто темные волосы были редкостью, а в Трех Дюжинах кого только не встретишь?
- Он глянул испытующе, и на Айлин опять повеяло ощущением экзамена.
- Думала, - честно призналась она - Но в летописях говорится про божественную милость... Погодите, так благие... то есть вы... их попросту раскрасили?1 Зачем?!
- Чтобы легче было следить за потомством, - невозмутимо сообщил баргот. - Вместе с дарами, которые они выпросили, смертные получили отметины от своих покровителей - то, что не дает ценным линиям крови затеряться среди человеческого мусора. Сама дружина Дорве на вид не изменилась, что бы по этому поводу не сочинили в летописях. А вот их дети... Они, получив с кровью и плотью магию, усвоенную их родителями, родились такими, какими ты теперь знаешь Три Дюжины.Должен заметить, я всегда считал такие изменения внешности бессмысленными, куда проще было поставить каждому руну на лоб.
- Как ставят клейма скоту?! - возмущенно перебила Айлин и тут же зажала рот ладонью.
- Нашла же, кого прерывать1
- Однако баргот лишь фыркнул, как показалось Айлин, искренне забавляясь
- Дитя если бы скот умел думать, он гордился бы своими клеймами, ведь ими его награждают высшие существа! Неужели ты думаешь, что люди, отмеченные богами, гордились бы меньше?
- Но люди не скот.. - прошептала Айлин, с ужасом глядя на него - У людей есть разум, душа, свобода воли...
- Это спорный вопрос. - поморщился баргот и снова неуловимо превратился в мастера Керена - такого любезного доброжелательного, говорящего размеренно и убедительно, словно опытный наставник. - Но давай отложим дискуссию о правах смертных. Ты должна понять, что сделанное однажды можно повторить при других условиях. Три Дюжины в этом отношении не уникальны. Есть еще род влашских королей, точнее, целых три рода под покровительством тех. кого вы знаете как благих Леди. Суворы, Ставоры и Сандоры, одаренные Всеблагой Матерью. Претемной Госпожой и Милосердной Сестрой соответственно. У них. правда, внешность не сохраняется, зато магическая сила всегда имеет одну и ту же природу... Тоже эксперимент, хотя и случайный были и другие, но там ничего не вышло, потому говорить о них никакого смысла. Но заметь, что решение наделить кого-то из смертных магическим даром и определить его потомкам особую судьбу всегда исходило от нас! Твой дед в этом смысле оказался уникальным экземпляром - он замахнулся на божественные привилегии!