Амур врасплох меня застиг:

тиран коварный и проворный,

он, под плащом, как франт придворный,

неслышно в сердце мне проник.

Обезоружив чувства, вмиг

Любовь мой разум помутила,

ворота в сердце отворила...

В то время как глаза мои

не отрывались от Любви, —

она мой слух заполонила.

Едва Любовь проникла в Трою,

она, с себя личину сняв,

явила свой коварный нрав,

подобно древнему герою:

всесокрушительной грозою

Любовь напала на меня

из деревянного коня, —

и сердце смертью храбрых пало,

и вся душа заполыхала

вмиг от любовного огня.

Любовь, желанием горя

и к цели устремясь упрямо,

приняв мой разум за Приама,

убила гордого царя.

Расправу надо мной творя,

все здравые мои сужденья,

царя-рассудка порожденье,

Любовь сразила наповал, —

им не простил ее кинжал

их царского происхожденья!

Любви слепое божество

Кассандру предало на муки:

провидице связали руки,

принцессе сердца моего.

Вотще рассудка ведовство

к моим предчувствиям взывало,

вотще Кассандра устрашала

своих мучителей-солдат

напастями, что им грозят, —

рассудку чувство не внимало.

Вся Троя пламенем объята,

дым стелется среди руин...

Убит Парис, Приама сын,

с Парисом рядом тело брата.

Любовь погибелью чревата

для всех Приамовых детей...

И среди крови и смертей,

бесчинств постыднейшего плена,

одна Прекрасная Елена

не отступила перед ней!

И Троя отошла в преданье...

Сей город, милостью небес

дотоле взысканный, исчез,

разрушенный до основанья.

Ждет от моей души признанья

Любовь. И, мне волнуя кровь,

она кричит все вновь и вновь,

что больше мне не знать покоя

моей души погибла Троя,

победу празднует Любовь!