Ах, утицы в кастильской мутной жиже,

куда из тёмной хляби нутряной

льёт Вега наша пёстрый перегной

(всем вегам Вега[384] — нет низины ниже).

К иной реке спешите — ближе, ближе! —

к родному языку с седой волной

аттической и римской глубиной,

чьей шири и лишили вас бесстыже.

Уж лучше лебедей премудрых чтите.

Не тех, чей смертный час нам ранит души,

но тех, чьи перья пеною своей

покрыл священный Аганипп[385]. Бежите?

Не стыдно вам, болотные крякуши,

по грязи шастать? Под воду скорей!