— Да ты куда засобирался? — спросил я у брата.

— Ну так ведь там такое, — Кирилл показал на город.

— Никуда они там без нас не денутся, — равнодушно сказал я. — Так что давай рыбачить, пока время есть. Когда ещё получится?

На деле, я просто хотел спокойно подумать в тишине. Вспоминались разговоры в последнее время о мэре, его знакомстве с губернатором, их совместные дела с Крюковым.

После гибели племянника мэр вполне мог попросить губернатора натравить на Крюкова областной ОМОН, прокуратуру и налоговую полицию, которая тогда ещё существовала.

Другой вопрос — осилят ли они его? У Крюкова и его банды много поводов, чтобы их закрыть. Но ещё у него много знакомых в высоких кругах, куча компромата и достаточно вооружённых людей. Хотя, конечно, в ОМОН они стрелять не будут, так не принято. Будут стрелять потом, когда на пивзавод начнут наседать другие.

Но какие проблемы это могло принести нам? Ну, мы же не в пивзаводе, так что нас никто никуда не притянет. Возможно, снова будут проблемы с залом, но их уже можно будет решать без братвы.

Вот что опасно, так это Фрол, который может захотеть отомстить, ведь сейчас всем не до него. Но тут посмотрим. Если Крюков убедился, что Фрол действительно хотел его кинуть, то бригадир приговорён. Просто это будет чуть позже, но доберутся и до него.

Скорее всего, другие группировки решат отжать часть собственности пивзавода, а те будут обороняться. В городе будет жарко, но это даст мне шанс добиться своего, пока им не до нас.

Главное — следить в оба, ведь, как говорится, дрова рубят — щепки летят. Но я буду осторожен, даже бурлившая молодая кровь мне не сильно мешала…

Поймал карасика, сома и несколько гольянов для кошек. В самом конце вытащил приличного карася, такого не стыдно и зажарить. Кириллу же повезло меньше, но он слишком нервничал, глядя на город.

— Нормально всё с нами будет, — сказал я. — Погнали, ты за рулём, пока до трассы не доехали. Учись, пока я рядом.

— Класс, — не очень весело ответил он.

Ему нужна практика на машине, и побольше. А в 18 сдаст на права, устроим его в институт, потом ко мне. Всё с ним будет хорошо.

Женя сразу зашёл к нам, как только мы загнали машину в гараж.

— Не поверишь, чё в городе творится?

— Крюкова арестовали? — я пожал плечами.

— Волк, ну ты и даёшь! — он выпучил глаза. — Откуда знаешь?

— Да тут несложно. Мы ОМОН видели, или СОБР, кто-то из них ехал по трассе всей толпой. И они явно гнали не в Китай.

— Омон это, не СОБР. А ещё следователи из прокуратуры, РУОП и прочие. Взялись серьёзно.

— Нас не касается, — сказал я и уселся на крыльцо, Женя рядом и достал сигареты. — Только зал могут предъявить и… соучастие с тем товарищем, — последнюю фразу я проговорил тише. — Но не думаю, что те, кто там был, будут колоться на счёт этого. Про такое не говорят. Да и понятно, кто отдал приказ.

Больше новостей не узнать, ведь интернета нет, а местное телевидение в воскресенье не работает. Так что оставалось поужинать и ложиться спать.

Утром угнал парней на работу, чтобы заодно и послушали, что там творилось вчера. Сам же я отправился в город, позвонив перед этим Леснякову.

С опером встретились в центре. Он на служебных жигулях подъехал к киоску купить сигареты. Встали чуть в стороне, подальше от всех.

— Ну что слышно, Лёня?

Он зевнул. Поспать ночью явно толком не дали.

— Так Крюкова повязали, — сказал он. — Ворвались к нему в дом, мордой в пол, арестовали, увезли в СИЗО за городом. Сейчас весь пивзавод переворачивают вверх дном. Похоже, каюк им.

— Вряд ли, разве можно так легко целую банду раздавить?

— Ну да, может, и не смогут, — опер кивнул. — Было бы так просто, давно бы всех позакрывали.

— Вот именно. Тело нашли? Или с чего это они решили действовать?

Не думаю, что останки маньяка нашли. Хоть и говорят, что на пивзаводе есть кладбище, но это просто сплетни, в банде же не совсем идиоты. Скорее всего, ту ванну с бетоном где-то зарыли за городом, или вообще утопили в реке. Могли вывезти ещё дальше и бросить в какое-нибудь озеро.

— Нет, но слушок прошёл, что с ним сделали, — сказал Лесняков. — Да и видели, как его братва пивзаводская увозила. Говорят ещё, мэр выкуп предлагал заплатить, но ему намекнули, что уже поздно. Вот он вчера и поехал губернатору жаловаться.

— И мэр так просто решился на войну? Так сразу?

— Ну, — протянул он и посмотрел на меня. — Думаю, что Гоша или Лука с этим тоже связаны. Будто давно все вместе решили пивзавод гасить, а тот ушлёпок — просто повод, чтобы начать. Но всё равно это слишком резко.

— А не развалится ли это дело? — спросил я. — Крюков все девяностые пережил, он жёсткий, но осторожный. Другие уже давно поумирали, а он держится. Хитёр он.

— Может, и развалится. Прислали следователя по особо важным делам из прокуратуры, они занимаются. Но… посмотрим. Ещё пока никто ничего не понял и не нашёл. Что дальше, непонятно. Слушай, Максим, а вот мы тогда разговаривали у тебя…

— То, что мы обсуждали, ещё актуально. И мы начинаем с этим работать уже на этой неделе.

— Короче, — Лесняков оживился. — У меня уже по выслуге двадцать пять лет, могу валить из органов. Я считай в армии был, потом в институте, а это считается в выслугу, хотя там был гражданский вуз, так что в зачёт идёт только…

— Пока погоди с этим, — остановил его я. — Поработай ещё немножко, нам пригодится действующий опер. Что-то сможет решить попроще, пока ты там. Я вот посмотрел, вы всё равно там все подрабатываете. А у тебя будет самая крутая подработка.

— Да. Но дело сложное, без пузыря не разберёшься, — он засмеялся. — Надо к юристу тебе, обсудить с ним. Есть хороший, к нему вся братва и барыги ходят, но консультация — двести американских рублей за час.

— Надеюсь, он того стоит.

— Стоит, — опер кивнул. — Понравилась мне твоя идейка, но…

— Раз понравилась, значит, работаем. Пока они тут возятся друг с другом, мы своим займёмся.

— Ага, вот только мне надо ещё по всему городу мотаться, — он закурил новую сигарету. — Ладно, отчалил я, дальше кататься.

— Давай, удачи.

Лесняков оставил мне адрес конторы и свалил. Было рядом. Город сейчас вообще на ушах, но в юридической фирме ещё никого не было. Наверное, пока не поняли, что случилось и как с этим жить, но скоро контора будет нарасхват.

Юридическая контора была рядом с центром, называлась «Спутник Плюс». Здание старое деревянное, ещё историческое, но в хорошем состоянии. Да и остались от него только стены и крыша, внутри всё переделано.

Рыженькая секретарша приняла деньги и показала мне на кожаный диван, куда я уселся. Приёмная не особо большая, но зато богато обставленная. Мебель дорогая, под ногами ламинат, на столе у секретарши компьютер и телефон с антенной. Рядом с диваном стоял стеклянный столик с журналами. На стене висел телевизор, показывали повтор Поля Чудес с пятницы.

На двери из орехового дерева висела табличка золотого цвета, с надписью «Петров Геннадий Геннадьевич», хотя Лесняков обмолвился, что по слухам, юриста зовут иначе.

К нему многие ходят решать важные юридические дела, особенно коммерсанты, а иногда даже братва. Ведь даже братве иногда надо действовать официально. Юрист, как сказал опер, опытный и в городе его знают.

Дверь открылась, оттуда вышел смурной темноволосый парень в очках и мятой джинсовой рубашке. Дужка очков была залеплена синей изолентой. Не говоря ни слова, он вышел на улицу. И как он нашёл деньги на такой визит, ведь выглядел он небогато.

— Любочка, зови следующего, — раздался голос из кабинета. — И кофе нам, будь добра.

— Прошу вас, — секретарша улыбнулась мне и показала вперёд. — Вас ожидают, Максим Михайлович.

Я вошёл в кабинет. За большим деревянным столом сидел старичок в деловом костюме и что-то быстро писал. За его спиной висели флаг, портрет Ельцина и аж два ряда дипломов и сертификатов.

В углу стоял монитор наблюдения, но показывал он только вход в здание и «предбанник», больше ничего. В углу стоял шкаф с кучей папок и книг. Старичок привстал и показал мне на чёрное кожаное кресло.

— Извините, что заставил вас ждать, господин Волков. Но мне потребовалось оказать неплановую консультацию тому молодому человеку. Жаль, что не со всеми вопросами могу помочь, ведь я не всесильный. Правда, в таких случаях, я обычного не беру денег.

— Вы так сразу говорите гостю с порога, что можете что-то не сделать? — я усмехнулся. — А казалось бы, сначала нужна реклама.

— У меня есть репутация, господин Волков, — сказал юрист. — Она заменяет мне любую рекламу. Особенно в эти сложные времена.

— И в эти сложные дни, — добавил я.

— Вы уже в курсе?

Секретарша принесла нам кофе в маленьких белых чашках на блюдцах. Я взял свой и немного отпил. Крепкий, пахло ароматно. Давно такой не пил.

— Весь в город в курсе.

— Ну, тут бы я сказал, что совсем не в курсе. Помяните моё слово, ведь Игорь Иванович родился именно в нужное для себя время в нужный для себя час. Он тот, кто создан именно для этой эпохи. В любой другой он был бы никем, а здесь он стал всем. Думаю, разберётся и с этим. Он понимает это время даже лучше меня.

Юрист развёл руки и улыбнулся.

— Но он не сможет вечно отбиваться, — сказал я. — Он с этой эпохой поднялся, с ней и уйдёт.

— Да, ведь однажды время поменяется, будут другие люди. Я прям чувствую это. Как там пелось у Цоя? Перемен?

— Да, — я посмотрел на часы.

— Не стоит волноваться, господин Волков, — он поднял руки, успокаивая. — Я всем говорю про час своего времени, но мой час длится, пока мы не решим все вопросы клиента. Если, конечно, они в этот час укладываются. Да и пока тихо, но уже скоро ко мне потянутся сплошным потоком. Люди встревожены, и они хотят, чтобы я их успокоил. Личный юрист — это ещё и психолог, и друг, и верный помощник.

— Я к вам по рекомендации, — я откинулся на спинку удобного кресла. — По поводу открытия своего дела.

Вкратце рассказал ему, что хотел. Петров почесал макушку и открыл ежедневник.

— Хм-м-м-м-м-м, — он мычал долго и зачем-то посмотрел в кофейную кружку. — А вы не хотите открыть производство? Колбасы там делать, сосиски. Шоколадки из-за границы возить. Или водку продавать? Кажется, это более безопасно.

— Не согласен, сколько таких потом пытались отбиться от братвы? А сколько не смогли? Коммерсанты погибают часто. Особенно те, кто занимается водкой.

— Ну, да, имеет смысл. Смотрите, Максим Михайлович, — он поднялся, открыл шкаф со стеклянной дверкой и начал водить пальцем по корочкам папок. — Вас сейчас должны интересовать два главных закона. Закон о частной детективной и охранной деятельности… вы же хотите только охрану? Не детективов?

— Только охрану. А совмещать это нельзя?

— Можно, но это будет немного хлопотнее. И ещё, вот на днях…

— Вступил в силу новый закон об оружии, я в курсе.

— Вот, а господа из милиции ещё не понимают, как им пользоваться, — юрист достал толстую папку и положил на стол. — Думаю, в этот закон вставят ещё кучу поправок, но пока некоторые положения… очень своеобразные. Приди вы на месяц раньше, всё было бы проще оформить. Но, вы же сами знаете, что наша строгость законов компенсируется необязательностью их исполнения.

— Именно. С чего начать?

— Минуточку, надо подумать. Я давно этим не занимался, здесь охранные предприятия были никому не нужны.

Юрист зарылся в бумаги, слышался только шелест. Я допил кофе и поставил чашку на стол. Секретарша говорила по телефону и смеялась.

— Самое основное, — Петров поднял голову. — Учредить общество с капиталом и уставом. Дальше — офис и помещение, в котором можно будет хранить оружие. Дальше — персонал, подходящий для такой работы. И когда будет всё это — лицензии, которые нужно будет получить в органах. Но… думаю, с вашей решимостью это не составит проблем. А мы, в свою очередь, можем помочь вам оформить это общество… не очень дорого, всего за пятьсот долларов.

— Ага, не очень дорого, — я усмехнулся.

— Зато мы сделаем это, как говорится, под ключ, и даже будем помогать дальше… со скидкой.

— А охрана вам не требуется? — спросил я в шутку.

— Не, — он засмеялся и покачал головой. — Я пока в этих вопросах привык полагаться… на более неофициальные способы охраны.

— Платить за крышу, — я кивнул.

— Это безопаснее, хотя… ладно, мы отвлеклись. И вопросы оформления всех этих бесконечных бумаг, договоров аренды, всё это входит в стоимость. Но лицензии уже нет, тут вам нужно самим искать выход на тех, кто этим занимается выдачей и проверкой. Ещё есть требования к сотрудникам и руководителям, но… на многое сейчас закрывается глаза. Так что время ещё есть, а вот скоро не будет. Так что вы выбрали нужный момент.

Он полистал бумаги и внимательно посмотрел на меня.

— Оформляем?

— Да, поехали.

* * *

Центр Новозаводска, площадь Ленина, здание мэрии

Градоначальник Константин Муратов, вышел на площадь в сопровождении охраны. Перед ними собрались журналисты, приехали не только областные, но даже с центра, аж с федерального телевидения.

Сразу бросилось в глаза, что столичный оператор вместо мэра снимал ресторан недалеко от площади, а также мусорку рядом с ним. Рядом с ней стояла чья-то бабушка, которая и привлекла внимание журналистов.

— Это только первый шаг, — грозно объявил мэр, чтобы они вспомнили про него. — Такие люди как Крюков годами пили кровь из простых граждан, повергали их опасности, устроили здесь настоящий кошмар. Люди даже не могли выйти на улицу после темноты, такой здесь беспредел! Но это в прошлом. Времена меняются, а бандитам не место в нашем городе! Как я и обещал своим избирателям!

Восторга, который он ожидал, не было. Наоборот, был какой-то скепсис.

— Константин Михалыч, — журналист областной газеты вышел вперёд. — Вы без всяких оснований обвиняете бизнесмена Игоря Крюкова в том, что он занимается противозаконной деятельностью… но скажите, а что вы думаете насчёт господина Егорова, так называемого Гоши с мясокомбината, с которым вас постоянно видят по выходным в ресторане…

— Следующий вопрос, — со злостью сказал мэр.

— Господин Муратов, а не связан ли арест господина Крюкова с его политической позицией и намерением баллотироваться…

— Нет! Следующий!

Камеры начали щёлкать быстрее, а журналисты не умолкали:

— А связан ли арест Игоря Крюкова с вашей избирательной кампанией? Напомню, вы тогда продвигали себя именно таким образом при его помощи…

Это уже был местный журналист, прикормленный Лукой с рынка. Усатый мужик в клетчатой рубашке показал коллегам старую бутылку водки. На этикетке был изображён сам Муратов с надписью «Народный мэр».

— Конференция окончена, — пробурчал Муратов. — Все вопросы…

— Константин Михайлович, скажите, а как продвигается дело с неопознанной мёртвой девушкой, найденной у вас на даче, — женщина в сером костюме вытянула микрофон в сторону мэра.

— Какая ещё девушка? — с раздражением спросил он.

— Мёртвая. И не связан ли этот случай с внезапной пропажей вашего племянника, который недавно привлекался за покушение к изнасилованию? Хотя говорят, что он покушался не только на это. Наши источники в правоохранительных органах говорят, что молодой человек даже хотел убить…

Фотокамеры защёлкали сильнее, ослепляя мэра вспышками.

— Разгони их! — приказал мэр начальнику своей охраны и резким шагом пошёл к джипу, расталкивая толпу. — Сучьи дети, вас Крюков всех купил, мать их, придурки, идиоты, совсем уже забыли, чей это город! Твари, суки, да я вас всех нахрен…

Охранник открыл ему дверь джипа и закрыл, когда мэр сел. Большая машина тронулась под прицелом камер. Журналисты радостно переглядывались, хороший вышел материал…

— А ты думал, всё просто будет? — Душман, глядя в бинокль из окна ближайшего дома, усмехнулся. Всё, что говорилось там, передавалось в его наушник. — Не, Костя, ты ещё попляшешь. Ещё как попляшешь. Сам рад не будешь, что начал. А поздно.

— Бахнем? — спросил лысый мужик со шрамом на лице. В руке он держал пульт с антенной.

— Не, — Душман помотал головой. — Снимают же. Мы это так, поднапугать. Найдёт подарок и обосрётся. А пока его и так хорошо мочат. Потом бахнем. А мы к тем рванём, кто не такой публичный. Думали, что победили? — он с усмешкой оглядел всех. — Что можно предать. Не, хрен им. Поехали, парни.