Путин работал в основном в Кремле и из своего дома в Ново-Огарево, но во время второго срока стал больше времени проводить в "Бочаровом ручье" - резиденции президента в Сочи, приземистом квадратном двухэтажном здании в стиле "сталинской классики", построенном в 1950-х годах для маршала Климента Ворошилова, когда он стал главой государства после смерти Сталина. Оно было спрятано в лесопарке, в центре города, с видом на Черное море, с вертолетной площадкой, жилыми помещениями для персонала, отдельной резиденцией для руководителя администрации президента и гостевым домиком для премьер-министра.

Безопасность обеспечивалась двойным ограждением из бетона и стальной сетки, которое патрулировалось охраной, а когда Путин находился в резиденции, то и морским фрегатом. На ужинах с высокопоставленными гостями, даже если их было всего три-четыре человека, как в Кремле, так и в Сочи, еду и вино Путину приносил официант, который обслуживал его в одиночку. В зарубежные поездки он брал с собой двух врачей, медсестру, иногда дегустатора и горничную с личным постельным бельем. Его передовой отряд давал предварительное согласие на каждое блюдо в банкетном меню.

К угрозе покушения нельзя было относиться легкомысленно.

В докладе, подготовленном Федеральной разведывательной службой Германии (BND), перечислены пять покушений на жизнь Путина после того, как он стал президентом. Первое якобы произошло во время похорон Собчака в Санкт-Петербурге в феврале 2000 г. Второе - в Ялте, в Крыму, где Путин принимал участие в саммите СНГ в августе того же года. Украинцы объявили о высылке из страны четырех чеченцев, которых они подозревали в причастности к этому событию.Третья попытка, также с участием чеченцев, была предотвращена в Азербайджане. Они якобы планировали устроить взрыв под кортежем Путина во время его визита в Баку в январе 2001 г. Великобритания депортировала двух россиян, подозреваемых в планировании покушения на Путина во время его государственного визита в июне 2003 г., и еще один заговор якобы был раскрыт незадолго до его визита в Иран в 2007 г.

Насколько серьезными были эти предполагаемые заговоры - вопрос другой. По мнению "Независимой газеты", предполагаемый план убийства в Санкт-Петербурге был, скорее всего, пиар-акцией, призванной поднять интерес к предстоящим выборам. Двое россиян, депортированных из Великобритании, нарушили визовый режим и были отправлены на родину в качестве меры предосторожности. Предполагаемое убийство в Тегеране могло быть слухом, пущенным Моссадом, чтобы убедить Путина отменить визит в страну, которая требовала стереть Израиль с лица земли.

Тем не менее, продолжающееся насилие на Кавказе, массовые убийства на Дубровке и в Беслане, а также другие теракты свидетельствовали о том, что опасность существует.

Политические убийства имеют в России давнюю историю. Цари жили в постоянном страхе перед покушениями на их жизнь. В период с 1760 по 1801 год были убиты три монарха Романовых: Иван VI, Петр III и Павел I. Позже, в XIX веке, был убит Александр II, а также десятки министров и губернаторов провинций. В 1911 году настал черед премьер-министра-реформатора Петра Столыпина, а в 1934 году - соперника Сталина за власть, ленинградского лидера Сергея Кирова.

Путин отмахнулся от этих опасений, процитировав русскую пословицу "кому суждено быть повешенным, тот не утонет", означающую, что убийство, скорее всего, не его судьба. Но его службы безопасности не собирались рисковать.

Если президент был хорошо защищен, то другим повезло меньше.

В 1990-е годы было совершено около десятка громких политических убийств, большинство из которых так и остались нераскрытыми.

После прихода Путина к власти серия публикаций продолжилась. В 2003 г. после непродолжительной болезни умер заместитель редактора "Новой газеты" Юрий Щекочихин, который также являлся депутатом Госдумы от либеральной партии, что официально объяснялось редкой аллергией, но почти наверняка было результатом радиоактивного отравления. В следующем году почти при таких же обстоятельствах умер Роман Цепов, руководитель петербургского охранного предприятия "Балтик Эскорт". В 1990-е годы Цепов организовывал телохранителей для Собчака и Путина, а также выступал в качестве негласного посредника между мэрией и организованной преступностью. Виктор Золотов, ставший впоследствии главным телохранителем Путина в Кремле, был заместителем Цепова. На его похоронах на Серафимовском кладбище Санкт-Петербурга, где Золотов произнес надгробную речь, присутствовали представители элиты с обеих сторон криминального мира - криминальные авторитеты вроде Владимира Кумарина, главы тамбовской банды, и генералы ФСБ и МВД, в задачу которых входила борьба с ними.

Медицинская карта Щекочихина была опечатана. Смерть Цепова была объяснена передозировкой препарата, применяемого против лейкемии, которой он не страдал. Радиоактивное отравление - подпись ФСБ. Ни в том, ни в другом случае не было предпринято никаких серьезных усилий для выяснения виновных.

Не были предъявлены обвинения и организаторам убийства журналистки "Новой газеты" Анны Политковской, застреленной осенью 2006 года в подъезде своего жилого дома. В итоге за это преступление были осуждены пятеро чеченцев. Но это были пехотинцы. Те, кто заказал ее смерть, так и не были привлечены к ответственности. В момент гибели Политковская работала над статьей о кадыровцах - садистских военизированных формированиях, верных 29-летнему главе Чечни Рамзану Кадырову, недавно назначенному премьер-министром республики. Путин молчал три дня. Когда же он все-таки заговорил, но не в Москве, а во время визита в Германию, то осудил ее убийство как "чудовищно жестокое преступление [против] женщины и матери", но создал впечатление, что правительство будет расследовать это дело только потому, что так надо. Виновные, "какими бы мотивами они ни руководствовались", "естественно" будут наказаны, сказал Путин. Однако люди должны понимать, что влияние погибшей женщины в России было "крайне незначительным, минимальным", и «ее убийство принесло гораздо больше вреда и ущерба... чем ее статьи».

Это глухой тон - бесчувственный, неуместный и не способствующий улучшению имиджа России за рубежом - даже если это правда. Анна Политковская была смелой и решительной, ярой противницей путинского режима и неутомимой защитницей прав человека в Чечне и других странах, но, если бы она не была зверски убита, что сделало ее известной, ее влияние было бы гораздо меньше.

В день ее убийства, 7 октября, Путину исполнилось 54 года. Некоторые задавались вопросом, не была ли эта дата выбрана специально, чтобы направить подозрение на Кремль - "создать волну антироссийских настроений в мире", как выразился сам Путин. На самом деле существовало более простое объяснение. Рамзан Кадыров преподнес смерть Политковской Путину в качестве подарка на день рождения. В Чечне подобные жесты понимают сразу. Доказательств того, что убийство было организовано окружением Кадырова, естественно, не было. В России таких случаев не бывает. Но, как сказал позже один из его помощников, «если бы она шла более осторожно, она была бы жива».

После этого Путин постарался оправдать молодого чеченского лидера. По его словам, "невозможно", чтобы он был причастен к ее убийству. Публикации Политковской вполне могли вызвать "определенное недовольство, но я не могу себе представить, чтобы кто-то из власть имущих пошел на организацию такого ужасного преступления".

Удержание контроля над Чечней было гораздо важнее, чем убийство журналистского слепня в Москве.

Не то чтобы Кремль отдавал приказы об убийствах политических оппонентов - по крайней мере, не в первые два срока правления Путина. Ликвидация тех, кого считали предателями, и кто бежал за границу, как Литвиненко и Яндарбиев, - это другое дело. Но дома ответственность Путина была пассивной. Не наказав заказчиков убийства таких людей, как Анна Политковская и Юрий Щекочихин, он позволил сформироваться атмосфере, в которой влиятельные и хорошо связанные люди знали, что им, в буквальном смысле, может сойти с рук убийство, если они того пожелают. С моральной точки зрения он был виновен в этом не меньше, чем если бы сам санкционировал убийства. Вопреки широко распространенному на Западе мнению, это не так. Но результат был тот же.

Та же циничная, прагматичная аргументация защищала высокопоставленных чиновников, замешанных в крупных коррупционных делах.

В ноябре 2005 г. финансист Билл Браудер был объявлен "угрозой национальной безопасности России" и депортирован в Великобританию. Его преступление заключалось в разоблачении коррупции в Газпроме и других государственных предприятиях. Спустя 18 месяцев фонд Браудера Hermitage стал объектом сложной аферы с участием высокопоставленных чиновников МВД и налоговой инспекции, коррумпированных судей и организованной преступной группы, в результате которой было получено 230 млн. долларов США в виде фиктивных налоговых вычетов. Деньги так и не были возвращены, и никто из участников не понес наказания.

Не менее показателен и другой крупный коррупционный скандал второго срока Путина - так называемое дело "Трех китов". Он начался в 2000 году, когда Таможенное управление обвинило одноименную московскую компанию в уклонении от уплаты пошлин на сумму 5 млн. долларов США путем занижения стоимости ввозимой ею итальянской мебели. МВД начало расследование. Но уже через два месяца выяснилось, что одним из спонсоров компании был Евгений Заостровцев, генерал-майор в отставке, который в начале своей карьеры был наставником начальника ФСБ Николая Патрушева. Сын Заостровцева, Юрий, стал первым заместителем Патрушева. Дело было немедленно закрыто, и в течение последующих пяти лет Генеральный прокурор Владимир Устинов и ФСБ прилагали все усилия, чтобы оно не было возобновлено. Первоначальные следователи были уволены и обвинены в злоупотреблении служебным положением. Судье, вынесшему оправдательный приговор, угрожали расправой. Другой судья, рассматривавший то же дело, был отстранен от должности Верховным судом. Был убит ключевой свидетель и еще двое получили огнестрельные ранения. Смерть Юрия Щекочихина, депутата Госдумы, отравленного в 2003 году, также оказалась связана с этим делом. После того как он начал парламентское расследование этого дела, друзья в ФСБ предупредили его, что его жизнь находится в опасности.

В июне 2006 года Устинов был уволен. Его преемник Юрий Чайка возобновил расследование и приказал арестовать главу компании "Три кита" Сергея Зуева и четырех его помощников. Стали ходить слухи, что речь идет не только о неоплаченных пошлинах на мебель, но и об отмывании денег и крупной контрабанде из Китая, которая приносила доход в десятки и сотни раз больший.

Сначала предполагалось, что Путин решил, что дело "Трех китов" стало позорным и не может быть продолжено. На самом деле все оказалось сложнее. Проблема заключалась не столько в коррупции, сколько в расколе, который она вызвала среди ближайших союзников президента в силовых структурах. То, что начиналось как борьба между таможней и МВД, с одной стороны, и прокуратурой и ФСБ - с другой, втянуло в себя и другие фигуры. Расследование Чайки поддержали глава Наркоконтроля Виктор Черкесов, главный телохранитель Путина Виктор Золотов, влиятельный глава ФСО - Федеральной службы охраны численностью 50 тыс. человек - генерал Евгений Муров. Против них выступали Устинов, опала которого оказалась недолгой: через пять недель после увольнения он был назначен министром юстиции; Игорь Сечин, дочь которого Инга была замужем за сыном Устинова, и Николай Патрушев.

Чтобы распутать эти противоречия, Путин настоял на привлечении стороннего прокурора, якобы для того, чтобы, по его словам, "следователи не были связаны с московскими правоохранительными органами", но на самом деле потому, что ему нужно было политическое, а не юридическое решение. Для этого он выбрал бывшего однокурсника по Ленинградскому юридическому факультету Владимира Лоскутова.

Через три месяца было объявлено, что за участие в этом деле уволены 19 высокопоставленных сотрудников ФСБ, в том числе два генерал-полковника и один генерал-лейтенант. Однако, как это часто бывает в России, все оказалось не так, как представлялось. Многие из тех, кого якобы уволили, так и не ушли. В одних случаях Патрушеву удалось их отстоять, в других - их увольнение было фикцией. После этого шеф ФСБ отомстил. Золотова и Мурова, находившихся под личной охраной Путина, он тронуть не смог, а вот Черкесов - другое дело. Сначала Патрушев приказал задержать заместителя Черкесова по Наркомату под предлогом осуществления незаконной прослушки. Затем он начал расследование в отношении нескольких помощников Черкесова. Наконец, в 2008 году сам Черкесов был переведен на менее значимую должность, а через два года и вовсе покинул администрацию.

Это была цена, которую Путин готов был заплатить за восстановление гармонии среди ключевой части элиты. Высокопоставленные чиновники, скрывавшие скандал, наживавшиеся на нем и прибегавшие к запугиванию и убийствам, чтобы сохранить его в тайне, не понесли даже символического наказания. Сергей Зуев после отбытия срока заключения смог вернуться и продолжить руководить компанией "Три кита" в прежнем режиме.

К концу второго срока Путина безнаказанность стала одной из отличительных черт его режима. Такие люди, как Патрушев, Сечин и Устинов, защищали тех своих подчиненных, которые были пойманы за руку в кассе, потому что такова была роль крыши, "крыши". Получатели такой защиты отвечали им лояльностью, обеспечивая надежную опору для укрепления их власти. Путин, как последняя крыша, защищал элиту, от которой зависела его собственная власть.

В течение двух лет, с весны 2006 г. по март 2008 г., доминировал вопрос о преемственности Путина. Попросит ли он Думу внести изменения в Конституцию, чтобы остаться на третий срок, как того хотели многие из его окружения? Или же он уйдет в отставку, и в этом случае кто станет его преемником и каково будет его собственное будущее?