Несмотря на бурные аплодисменты, за столиком агентства «Работа для монстров» никто не шелохнулся. Алиса чувствовала себя так же, как на пресс-конференции, когда караморфа своей магической хваткой держала ее за руку: девочка буквально приросла к месту. Она слышала, как объявили победителя, но в сознании что-то не складывалось. Алиса даже покрутила головой, выискивая глазами того, кто устремится на сцену за желанной статуэткой.

Луи схватил ее за запястья:

– Алло! Алиса! Се туа! Ты, ты победила!

Алиса тупо смотрела на паренька.

– Алиса, давай! Это твой шанс.

Она тряхнула головой и постаралась сосредоточиться.

Луи прав: это их единственный шанс.

Магнусу ничего говорить не пришлось – тот и сам все знал.

– Мы пойдем сразу за тобой, – сказал он. – Вперед!

Алиса сделала глоток лимонада, подобрала подол бархатного наряда и двинулась к сцене.

– Здесь ли наша победительница? – вопросила караморфа. – Удалось ли Алисе Макалистер ускользнуть от агентов МРУ и тайком пробраться на церемонию? Очень надеюсь на это. Я буквально сгораю от желания обнять этого храброго – нет, бесстрашного – монстра!

Голос перевертыша гремел в ушах Алисы, отдавался в груди, однако на этот раз коленки у нее не подгибались от страха. Девочка чувствовала себя как никогда уверенно.

Стиснув колбу в пальцах, она пробиралась между столиками. Улыбкой ответила компании банши, которые так пронзительно и визгливо провыли: «Поздравля-я-я-ем!» – что лопнули несколько бокалов с шампанским.

Проходя мимо столика, за которым сидел феникс, она даже приветственно хлопнула ладонью по протянутому ей крылу. Самым главным было сохранять невинное выражение до тех пор, как она столкнется лицом к лицу с караморфой.

Когда Алиса шагала по каменному мостику, ее взгляд упал на русалок в озере. Вспомнив бедного тритона, из чьей кожи караморфа сделала себе платье, девочка скрипнула зубами. «Это последний монстр, которого ты погубила!» – мысленно поклялась она почти у самой сцены.

– Кто это у нас тут? – взревела караморфа.

Алиса оцепенела. Она еще даже не прошла кордон из мантикор.

Караморфа широко шагнула через всю сцену, злобно сверля Алису желтыми глазами.

– Помнится, ты выглядела иначе. – Она заморгала, и цвет ее глаз начал стремительно меняться с одного на другой, подобно мелькающим огням дискотеки. – Немедленно подойди ближе и сними этот нелепый тюрбан!

Сжимая сыворотку в одной руке, другой Алиса размотала бархатную полоску и бросила ее на сцену.

– Так это и в самом деле ты! – вскричала караморфа. – Алиса Макалистер во всем своем ослепительно-рыжем великолепии! Напомни-ка нам, за какой смелый поступок ты получаешь эту замечательную «Несси»? – Она высоко подняла статуэтку, так что в свете фейских огней та заблестела, словно изумруд.

– Вы же знаете, – сказала Алиса. – Я остановила злобного монстра, который хотел захватить власть над всем нашим миром.

«И то же самое я собираюсь сделать сейчас», – могла бы добавить она, но решила, что не стóит. Пока не стóит.

– Я надеялась, что МРУ или бестолочи из человеческой полиции тебя к этому времени уже поймают, – прошипела караморфа, наклонившись к уху Алисы, чтобы не услышала публика.

– Это тебя нужно было поймать, – прошептала в ответ Алиса. – Ты – жалкая воровка!

– Я, Кики? Воровка?

– Никакая ты не Кики! – выпалила Алиса. – Ты – караморфа!

Глаза перевертыша замелькали калейдоскопом цветов – это были глаза сотен существ, заключенных внутри караморфы. Она издала отвратительный хриплый клекот, исходивший, казалось, из самых глубин ее естества.

– Самая умная, да? За это «Несси» не полагается! – огрызнулась она.

«По крайней мере, это мы выяснили, – подумала Алиса. – Это действительно караморфа». Девочка старалась не смотреть на русалочье платье. Она была почти уверена, что узнала чешую репортера с жабрами, которого видела на пресс-конференции.

– И ты – воровка! – При виде змеиного языка, который то и дело показывался изо рта караморфы, Алисе стало не по себе. – Ты украла мое обоняние. Верни его обратно!

– Совсем скоро я отберу у тебя гораздо больше, – прорычала караморфа. – Я закончу дело, которое прервал тот щербатый мальчишка, и впитаю твою храбрость до последней капельки.

– Ты этого не сделаешь, – отрезала Алиса. – Хватит отбирать чужие жизни!

Караморфа обиженно надула губы и похлопала ресницами.

– Да ладно тебе! Подумаешь, возьму еще одну. Только ради этого я и присвоила облик Кики – слишком уж мне понравилась затея с вручением наград. Как удобно: собрать всех лучших монстров в одном месте и поглотить их жизненную энергию. Я обрету невиданную силу!

– Ты так думаешь?

Алисе самой не верилось в то, что она собирается сделать. «Я пришла сюда, чтобы получить награду как самый храбрый монстр, – подумала она. Дрожащими пальцами девочка вытащила из колбы пробку. – И сейчас мне понадобится вся моя храбрость!»

– Чтобы забрать у меня жизненную силу, тебе следовало дождаться церемонии, – вслух произнесла Алиса, крепко сжимая колбу, чтобы та не выскользнула из потной ладони. – Но на пресс-конференции тебя обуяла жадность, так?

На физиономии караморфы промелькнула тень беспокойства.

Алиса поняла: момент настал. Руки больше не дрожали. Она плеснула сывороткой прямо на караморфу.

На миг караморфа остолбенела, потом ухмыльнулась. Ухмылка превратилась в гримасу. Внутри перевертыша начало что-то происходить.

Что-то скверное.

– Да как ты смеешь! – взревела караморфа. – Стража!

Алиса почувствовала, как ноги отрываются от земли – одна из мантикор подняла ее в воздух. «И все же висеть на кончике хвоста мантикоры – безопаснее, чем оставаться на сцене рядом с караморфой», – решила девочка.

Перевертыш, казалось, вот-вот взорвется. Красивое лицо Кики приобрело ужасающий багровый оттенок.

Кисти и пальцы, точно клоунские воздушные шарики, начали увеличиваться в размерах, напоминая фантастических пятиногих тварей. Глаза не просто налились кровью, из них вправду капали кровавые слезы!

Алиса в ужасе наблюдала за переменами, происходящими с караморфой. Сначала перевертыш принял облик огромного дракона, за спиной у которого неистово хлопали перепончатые крылья. Миг спустя морда дракона исказилась гримасой боли, и он превратился в каменного великана.

Превращения следовали одно за другим. Примерно раз в десять секунд появлялось новое существо: великан трансформировался в купидона, купидон – в фею с шелковистыми крылышками. На мгновение перед Алисой мелькнула переливчатая чешуя тритона – репортера с пресс-конференции. Караморфа и его энергию высосала! В мелькании монстров девочка увидела и себя.

Сыворотка действовала! Облик караморфы менялся в обратном порядке, в нем по очереди проявлялись все несчастные монстры, люди и животные, которых она лишила природных способностей и жизненной силы.

Каждое кошмарное превращение сопровождалось пронзительным воплем, стоном или ревом.

Краем глаза Алиса видела суматоху, царившую в пещере. Перепуганные монстры, по-видимому, спасались бегством. Девочка их не винила: не виси она на кончике ядовитого хвоста мантикоры, она бы тоже бросилась наутек.

И тут Алиса заметила кое-что еще. В мелькании многочисленных существ, ставших жертвами караморфы, все чаще повторялся облик странного создания, которое не встречалось Алисе ни в Монстернете, ни в «Справочнике-определителе монстров». По всей вероятности, эту жуткую тварь не классифицировало даже министерство!

Существо было двуногим, как человек, однако на этом сходство с человеком заканчивалось. Горбатая, покрытая наростами спина переходила в длинный красный хвост с развилиной на конце, и этим хвостом тварь в ярости хлестала себя по бокам. Крючковатые пальцы с вытянутыми серыми ногтями скребли воздух, зеленый язык размазывал вокруг рта липкую слизь.

А эта уродливая, отталкивающая морда! Казалось, кто-то при помощи «Фотошопа» соединил изображения петуха, ящерицы и тролля. Жуткий гибрид являл собой воплощение зла. Если бы Алиса стояла, то в эту минуту у нее подкосились бы ноги.

Трансформация начала замедляться, а кошмарное существо словно бы выросло. Горящие желтые глаза сделались размером с теннисные мячики, костлявые нижние конечности согнулись. Караморфа готовилась к нападению.

В «Сказе» говорилось совсем не то! Алиса и ее друзья допустили роковую ошибку, неправильно поняли текст. Истинный облик караморфы проявился – мерзкое создание на сцене и было ею, – однако сыворотка, наоборот, сделала ее только сильнее!