Вися на скорпионьем хвосте мантикоры, Алиса осознала две вещи. Первая: она должна помешать караморфе скрыться. И вторая: решение задачи у нее в руке. Она еще раз аккуратно вытащила пробку и вылила немного сыворотки себе на макушку.

– Алиса! Что ты делаешь?

Она посмотрела вниз. Магнус и Луи лавировали по сцене, уворачиваясь от щелкающих хвостов мантикор.

– Эй, Луи! – позвала мальчика Алиса. – Ты еще хочешь превратиться в волка?

– Бьен сюр! – отозвался он. – Конечно!

– Лови!

Луи поймал колбу и, не теряя времени, обрызгал себя сывороткой.

– Это слишком опасно! – рявкнул Магнус, распластавшись на полу, чтобы избежать жалящего удара.

– Поздно! – крикнула в ответ Алиса. – И нам не обойтись без силы оборотня!

– Держите! – Луи перебросил колбу Магнусу. – Вам как раз хватит!

На глазах у Алисы ее дядя поймал колбу, набрал полную грудь воздуха и принялся возиться с пробкой. Он чуть не выронил колбу, но все-таки вылил на себя остатки сыворотки.

Бесконечно долгую минуту Алиса мучительно думала, что зелье не сработало. А потом ее как будто бы тряхнуло, и кровь в жилах наполнилась пузырьками, словно взболтанная газировка.

Покалывание охватило все тело до самых кончиков пальцев. Пальцы на ногах сначала похолодели, затем согрелись, а после уже горели огнем. У Алисы возникло странное чувство, точно ее тянут за ногти. Она посмотрела на руки, но зрение затуманилось.

Издав хриплый возглас, она услышала разъяренное рычание мантикоры и поняла, что падает. Каким-то образом ей удалось приземлиться на четвереньки. Волны боли прокатывались от позвоночника к рукам и ногам. Удлиняющиеся кости хрустели и трещали. Алиса ощутила во рту кровь: из десен лезли новые, волчьи зубы.

Она часто заморгала – зрение вернулось. И не просто вернулось, а стало гораздо острее! Теперь она в мельчайших подробностях видела каждую рыжую шерстинку.

Угрожающий рык заставил ее поднять глаза.

Караморфа тоже опустилась на все четыре конечности. Языком она облизывала глаза, из ноздрей в основании горбатого клюва вырывалось жаркое дыхание.

Алиса инстинктивно задрала вытянутую волчью морду и принюхалась к противнику. В нос ей ударила мерзкая, гнилостная вонь, отвратительнее которой, пожалуй, не было на свете. От караморфы несло, как от общественной уборной в последний день рок-фестиваля, куда к тому же вывалили затхлую вареную капусту, которой кормят в школьных столовых. Однако, несмотря на это, Алиса была счастлива. Она снова ощущала запахи!

Они прямо-таки теснились в голове: запах соленого моря, шампанского, сотен разнообразных духов и одеколонов, запах кофе и маффинов, шлейфом сопровождавший Дуги. Алиса втянула сладкий аромат сока цветков бузины и сухой, чуть кисловатый запах пыли, – разумеется, так пахло только от Поля. Все эти запахи она чувствовала одновременно, но при этом без усилий и совершенно не задумываясь могла отличить один от другого. Ее супернюх не только восстановился, но еще и сделался стократ сильнее!

– провыла она.

Перекрывая шум, ей ответили два других волка.

Алиса уперлась когтями в пол. Караморфа сделала то же самое. Противники начали кружить друг вокруг друга, сохраняя дистанцию и злобно щеря клыки. Не отрывая взгляда от караморфы, Алиса услышала глухой стук и боковым зрением заметила темного, почти черного волка. Она узнала упругие кудряшки и глаза с искорками. Луи. Между огромными волчьими зубами даже сохранилась щербинка!

Вдвоем они начали сужать круги, отпрыгивая в сторону всякий раз, когда чешуйчатый красный хвост рассекал воздух. В это время на сцену прыгнул третий волк – рыжий. Магнус подмигнул племяннице льдисто-голубым глазом, она подмигнула ему в ответ.

«Назад пути нет», – пронеслось в голове у Алисы.

Клацая зубами и утробно рыча, трое волков взяли караморфу в кольцо. Неожиданно перевертыш набросился на Магнуса и проткнул его заднюю левую ногу острым, как серп, когтем. Рыжий волк взвыл от боли. Ноздрей Алисы достиг острый, отдающий металлом запах его крови. Одним прыжком она оказалась на гребенчатой спине караморфы и теперь уже сама терзала когтями шкуру врага.

«Никто не смеет обижать моего дядю безнаказанно!» – крикнула Алиса, хотя в реальности это снова прозвучало как пронзительный вой.

Караморфа резко развернулась и отшвырнула Алису, отчего та грохнулась на сцену. Клювастая тварь, раздувшаяся еще больше, горой нависла над ней. Из ноздрей караморфы вылетало пламя, хвост метался из стороны в сторону, когти вонзились Алисе в бедро.

Разинув клюв, караморфа испустила душераздирающий вопль, от которого с потолка пещеры посыпались сталактиты. На горбатой спине по обе стороны от позвоночника прорезались черные кожистые крылья. Они затрепетали и раскрылись в полную величину.

Три оборотня вместе атаковали ужасного монстра. Луи и Магнус вцепились караморфе в ноги. Не обращая внимания на собственную кровоточащую рану, Алиса прыгнула на вильчатый хвост караморфы и когтями пригвоздила его к сцене. Общий вес волков удерживал караморфу на земле, и все же Алиса чувствовала, что чудовище медленно поднимается.

И когда девочка уже начала думать, что им не победить, сцену заволокло туманом. Голову караморфы окутало густое радужное облако, а потом взорвалась пыльная бомба. Закашлявшись, Алиса увидела, как по сцене семенит низенькое, покрытое волосами существо. Караморфа шипела, отплевывалась и вырывалась.

Боль в раненой ноге стала нестерпимой; девочка не знала, долго ли еще продержится.

Вдруг откуда ни возьмись появилась мисс Пинки. Лапы у нее были растопырены, острые когти сверкали. Она прыгнула на караморфу и ударила ее ногами в бок.

– И-и-йя! Получай! – завизжала мисс Пинки. Повернувшись вокруг своей оси, она, как заправская каратистка, нанесла врагу второй удар.

Караморфа взвыла от бешенства. Одним мощным усилием она стряхнула с себя всех троих оборотней. Алиса грохнулась на сцену, больно ударившись спиной, но тут же вскочила на лапы: перевертыш готовился взлететь.

Алиса не думала. Просто прыгнула. Ее когти вонзились в чешуйчатую плоть, отчего караморфа потеряла равновесие. Хрипя и рыча, Алиса повисла на ней, не давая уйти.

Перевертыш слабел. Крылья хлопали медленнее, из ноздрей уже не вырывалось пламя. Караморфа обмякла. Алиса еще несколько секунд удерживала хватку, потом посмотрела в голубые глаза Магнуса. Тот кивнул, и Алиса слезла с поверженного противника.

Перед ними лежала караморфа. Из раскрытого клюва тонкой струйкой выходил дымок. Кончики крыльев вздрогнули, и монстр затих.

– Мы победили! – прорычала Алиса.

Она осторожно ткнула носом бесформенную серую кучу. Караморфа снова начала менять облик и при этом съеживаться. За несколько секунд она превратилась в меховой комочек с крохотными лапками и длинным розовым хвостом. Существо пищало и бегало кругами, увертываясь от волчьих лап.

Алиса решила, что это превращение было последним, однако миг спустя меховой комочек исчез, и вместо него возник извивающийся розовый червяк.

Он стремительно оброс колючей серой щетиной, сжался в тугую пружину, взвился в воздух и перескочил через голову Алисы. Не успела она опомниться, как червяк уже проворно полз к краю сцены.

– Уходит! – зарычала Алиса.

Внезапно у нее перед глазами мелькнула какая-то тень. Тень подхватила валявшуюся на сцене статуэтку «Несси», сделала в воздухе кульбит и уверенно приземлилась на два копыта.

«Дуги!» – мысленно обрадовалась Алиса.

Дуги посмотрел на нее, улыбнулся и уронил статуэтку на червяка. «Несси» попала точно в цель. Ошметки караморфы брызнули во все стороны.

Алиса подскочила к статуэтке, схватила ее и вернулась к друзьям. Сжимая «Несси» в передних лапах, она задрала к потолку волчью морду и провыла:

– Аррооууу! Мы – самые храбрые монстры!