Плотины рвет поток неудержимый.

В последний раз так Иисус Навин,

исполнен мудрости непостижимой,

могучий поднял глас, прервав старшин.

Смолк смех, который слышался местами.

Рукам, сердцам свой навязав закон,

вещали тридцать битв его устами;

так, всех заставив слушать, начал он.

Противнику грозившие уроном,

почувствовали прежние войска,

как трубы грянули под Ерихоном

и сокрушили стены для броска;

и в них самих был натиск тот ужасный

и потрясенье то же, тот же строй,

и вспомнилось, что тот же голос властный

под Гаваоном крикнул солнцу: стой!

И покорился в страхе Бог ему,

держал, пока не заболели длани,

Он солнце и, отсрочивая тьму,

способствовал вождю на поле брани.

Они уже подумали, что нет

в нем прежней мощи под великим гнетом

ста десяти прожитых старцем лет,

но глас его разнесся по намётам;

так по колосьям град проходит крупный.

Что вы сулите Богу? Без числа

вокруг другие боги, но тела

отступников Он рушит, Неотступный.

Избрал я Бога, с Ним навеки свиты

я и моя семья. Ему хвала!

Народ вскричал: Нам знаменье яви ты,

дай выбрать нам, не закрывая глаз.

Но он, молчавший столько лет упорно,

направился к своей твердыне горной,

явившись им тогда… В последний раз.