Среди всего рассказанного говорили и о том, что в древние времена, в прошедшие века жил могущественный царь, которому Даритель благ подарил троих детей. И эти трое стали доблестными мужами и героическими воинами; и старшего звали Шатер Али, среднего — Шатер Хоссейн, а младшего — Шатер Мухаммед. И этот младший был, безусловно, самым красивым, самым доблестным и самым щедрым из трех братьев. И отец любил их настолько равной любовью, что он решил оставить каждому из них после своей кончины равную долю его имущества и его царства. Потому что этот царь был справедливым правителем, и он не хотел отдавать предпочтение одному сыну в ущерб другим или расстраивать одного и радовать прочих.

И когда сыновья его достигли брачного возраста, царь, отец их, стал думать, что ему делать, и, чтобы получить совет, он позвал своего визиря, мудрого, честного и благоразумного человека, и сказал ему:

— О визирь мой, я очень хочу найти жен для трех моих сыновей, дабы они вступили с ними в брак, и я позвал тебя, чтобы узнать твое мнение по этому поводу.

И визирь в течение часа размышлял, а затем поднял голову и ответил:

— О царь времен, это очень деликатный вопрос, — а затем добавил: — Удача и неудача сокрыты от нас, и никто не может навязать свою волю судьбе. Вот почему моя мысль такова: трое сыновей твоих должны оставить выбор жен своих судьбе. И для этого три юных принца не смогут сделать ничего лучшего, как только пойти на террасу дворца твоего со своими луками и стрелами. И там мы завяжем им глаза и заставим их несколько раз повернуться. И после этого каждый из них выстрелит в том направлении, на которое будет направлен его лук. И мы посетим жилища, на двор которых упадут их стрелы, и наш господин царь познакомится с владельцем каждого из этих жилищ и попросит его, чтобы его дочь вышла замуж за принца, владельца упавшей стрелы, и таким образом девушка будет предоставлена каждому из сыновей судьбой его.

Когда царь услышал эти слова от своего визиря, он сказал ему:

— О визирь мой, твой совет — превосходный совет, и он принят.

И он сразу же послал за своими тремя сыновьями, которые вернулись с охоты. И он сообщил им о договоренности между ним и визирем, которая касалась их судьбы, и он пошел с ними на террасу дворца, а за ним следовали все его сановники.

И три принца поднялись на террасу, неся свои луки и колчаны, и каждый выбрал стрелу и согнул свой лук. Им завязали глаза. И вот первый сын царя, самый старший, после того как его заставили повернуться несколько раз, остановился и выпустил свою стрелу в воздух. И стрела, выпущенная сильно натянутой тетивой, взлетела в воздух и упала на двор жилища знатного шаха. И в свою очередь второй сын царя выпустил стрелу, и она упала на террасу дома главного военачальника царского войска. А потом и третий сын царя, принц Мухаммед, выпустил стрелу в том направлении, куда был нацелен его лук. И стрела его полетела и упала на дом, о владельце которого ничего не было известно.

И все царедворцы во главе с царем пошли, чтобы посетить эти три дома, о которых шла речь. И оказалось, что дочь знатного шаха и дочь командующего царским войском были двумя очаровательными юницами, похожими на луны. И их родители были на грани безумия от восторга, узнав, что их дочерей хотят выдать замуж за двух царских сыновей. Однако когда все пришли к третьему дому, на который упала стрела Мухаммеда, то увидели, что в нем обитает только большая черепаха. И царь, отец Шатера Мухаммеда, и все визири, и эмиры, и камергеры[3] увидели большую черепаху, которая жила одна в этом доме, и они были поражены этим зрелищем. Однако, поскольку царь ни на минуту не мог представить, что ее можно отдать в жены принцу Шатеру Мухаммеду, он решил, что опыт со стрелой нужно повторить. И поэтому молодой принц снова поднялся на террасу, неся на плече своем лук и колчан, и он выпустил вторую стрелу на свою удачу. И стрела, движимая самой судьбою, снова упала точно на дом, где обитала лишь большая черепаха.

При виде этого царь был очень расстроен и сказал принцу:

— Ради Аллаха! О сын мой, сегодня нет на тебе благословения! Молись пророку!

И молодой принц ответил:

— Да пребудет с ним, его сподвижниками и его верными последователями спасение, благословение и всякая благодать!

И царь продолжил:

— Призови имя Аллаха и пусти стрелу свою в третий раз!

И молодой принц сказал:

— Во имя Аллаха Милостивого и Милосердного!

И он натянул лук свой и в третий раз выпустил стрелу, которая, направленная судьбой, снова упала на дом, где обитала одна лишь большая черепаха.

Когда царь со всей определенностью увидел, что проведенное испытание ясно и однозначно указывает на огромную черепаху, он решил, что его младший сын, принц Шатер Мухаммед, останется холостяком. И он сказал ему:

— О сын мой, поскольку эта черепаха не принадлежит ни к нашей расе, ни к нашему роду, ни к нашей вере, лучше, чтобы ты вообще не женился, пока Аллах не даст нам в Своей милости знак.

Однако Шатер Мухаммед воскликнул:

— Ради пророка, да пребудет над ним молитва и мир! Время моего безбрачия прошло, и, поскольку большая черепаха была предначертана мне самой судьбой, я согласен жениться на ней.

А царь, дойдя до предела удивления, ответил:

— Конечно, о сын мой, черепаха была предначертана тебе судьбою, но с каких это пор сыновья человеческие берут черепах в жены?! Это невозможно!

Однако принц ответил:

— Я хочу взять в жены эту черепаху, и никого другого!

И царь, который любил своего сына, не хотел расстраивать его или причинять ему страдания, отменил свое решение и дал согласие на этот странный брак.

И в честь бракосочетания принцев Шатера Али и Шатера Хоссейна, двух старших сыновей царя, было устроено два веселых праздника с танцами, песнями и игрой на различных музыкальных инструментах. И когда сорок праздничных дней и сорок праздничных ночей для каждой свадьбы закончились, два принца вошли в брачные комнаты невест своих и со всей радостью и отвагой завершили заключение своих браков.

Но когда настал черед свадьбы молодого принца Шатера Мухаммеда с его женой, большой одинокой черепахой, два его старших брата, а также их жены и все их родственники вместе со всеми женами эмиров и сановников отказались присутствовать на этой церемонии и не жалели ничего, чтобы сделать этот праздник грустным и мрачным. И таким образом молодой принц был унижен в душе своей, и он перенес всевозможные оскорбления и от косых взглядов, и от кривых улыбок отвернувшихся от него людей. Однако о том, что случилось в брачную ночь, когда юный принц вошел в покои жены своей, никто не знал, потому что все произошло под покровом, под который может проникнуть лишь взор Аллаха. И точно так же прошла и следующая ночь, и все последующие. И все были крайне удивлены, что такой союз вообще возможен! И никто не понимал, как сын человеческий может жить с черепахой размером с огромный глиняный горшок?!

И это все о свадьбе принца Шатера Мухаммеда с его женой-черепахой.

Что же касается царя, то годы, заботы царствования и всевозможные страдания, не говоря уже о горе, которое причинял ему брак его младшего сына, согнули спину его и истончили кости его. И он похудел, пожелтел и потерял аппетит. И его зрение уменьшалось, так же как сила его, и вскоре он стал почти полностью слепым.

И когда трое сыновей царя, которые любили отца своего так же, как он любил их, увидели его состояние, они решили не оставлять заботу о его здоровье женщинам гарема, которые были невежественны и суеверны; и они договорились доставлять ему самые лучшие средства для восстановления сил и здоровья. И они пошли к нему и, поцеловав руки его, сказали:

— О отец наш, цвет твоей кожи желтеет, аппетит твой уменьшается, а зрение ослабевает. И если так будет продолжаться и впредь, то все, что нам остается сделать, — это разорвать наши одежды от боли скорой потери того, кто является нашей поддержкой в жизни и нашей путеводной звездою. Поэтому ты должен прислушаться к нашим советам, потому что мы сыновья твои, а ты наш отец. И мы считаем, что впредь еду для тебя будут готовить наши жены, а не женщины твоего гарема, потому что наши жены очень искусны в приготовлении пищи, и они приготовят для тебя блюда, которые восстановят твой аппетит, а благодаря силе аппетита вернется к тебе сила здоровья, и твои больные глаза исцелятся, и превосходное зрение вернется к тебе.

И царь был очень тронут таким вниманием сыновей своих и ответил им:

— Пусть Аллах осыплет вас милостями Своими, о сыны отца своего! Однако эти хлопоты будут большим неудобством для ваших жен.

В этот момент своего повествования Шахерезада заметила, что наступает утро, и скромно умолкла.

А когда наступила

ВОСЕМЬСОТ ВОСЕМЬДЕСЯТ СЕДЬМАЯ НОЧЬ,

она сказала:

Пусть Аллах осыплет вас милостями Своими, о сыны отца своего! Однако эти хлопоты будут большим неудобством для ваших жен.

Но сыновья закричали:

— Неудобством?! Но разве они не твои рабы?! И что может быть более неотложным делом, чем приготовление еды для твоего выздоровления?! И мы подумали, о отец, что для тебя будет лучше, если бы каждая из них подавала тебе свой поднос с блюдами, приготовленными ею, чтобы душа твоя могла выбрать из числа этих блюд то, которое будет наиболее приятным для тебя по запаху и вкусу. И таким образом, здоровье вернется к тебе, и твои глаза заживут.

И царь обнял их и сказал им:

— Вы лучше меня знаете, что мне надобно.

И, следуя этой договоренности, которая довела их до пределов радости, три принца пошли к своим женам и приказали им приготовить по подносу с блюдами, которые были бы восхитительны для взгляда и по запаху. И каждый из них всячески подстрекал свою супругу, говоря ей: «Наши блюда должны понравиться отцу нашему больше, чем блюда моего брата».

И пока два старших брата продолжали насмехаться над своим младшим братом, спрашивая его с большой иронией, что его жена, большая черепаха, собирается приготовить, чтобы вернуть аппетит отца их, он отвечал на их насмешки лишь спокойными улыбками.

Что же касается жены Шатера Мухаммеда, которая была большой одинокой черепахой, она лишь ждала возможности, чтобы показать, на что она способна. И в тот же час и в ту же минуту она принялась =за работу. И она начала с того, что послала своего доверенного слугу к жене старшего сына царя и приказала спросить ее, сможет ли она снизойти до того, чтобы собрать для своей родственницы-черепахи весь помет крыс и мышей в своем доме, поскольку ей срочно потребовалось приправить рис, фарш и другие начинки, а она никогда не использовала никаких других приправ, кроме этих. И жена Шатера Али, услышав это, сказала себе: «Нет, ради Аллаха! Я лучше поостерегусь давать этот крысиный и мышиный помет, о котором просит эта жалкая черепаха, потому что я теперь буду знать, как можно его использовать, и притом лучше, чем она». И она ответила слуге:

— С сожалением должна ответить отказом. Ради Аллаха! Вряд ли у меня найдется достаточно этого помета и для личных нужд.

И слуга вернулся, чтобы передать этот ответ госпоже своей черепахе. А та в ответ только затряслась от смеха. А потом она отправила своего доверенного слугу к жене второго сына царя, чтобы попросить ее отдать ей весь куриный и голубиный помет, который найдется у нее под рукой, под тем предлогом, что она, черепаха, срочно нуждается в нем, чтобы посыпать им блюда, которые она приготовила для царя. Но и на этот раз слуга вернулся к госпоже своей с пустыми руками и с унизительным ответом от жены Шатера Хоссейна. И черепаха, видя, что слуга ничего не принес, и выслушав уничижительные замечания, которые просила ей передать жена второго царского сына, задрожала от удовольствия и удовлетворения и так смеялась, что перевернулась на спину. После чего она приготовила блюда по собственным рецептам, расставила их на подносе, накрыла его плетеной крышкой, а сверху положила льняной платок с запахом роз. И она послала своего верного слугу отнести этот поднос царю, в то время как и две другие супруги юных принцев послали к царю своих рабов со своими подносами.

И вот пришло время обеда, и царь сел перед тремя подносами, но, как только крышка с подноса первой принцессы была снята, оттуда пошел мерзкий, тошнотворный запах крысиного помета, который был способен задушить слона. И обоняние царя было настолько ужасно поражено этим запахом, что он отшатнулся, дернув головой, и упал без сознания на спину. И сыновья его бросились к нему, окропили его розовой водой и стали обмахивать, и настолько преуспели в этом, что привели его в сознание. А потом, когда он вспомнил причину своего ужасного состояния, он не преминул позволить излиться гневу своему на свою невестку и покрыл ее проклятиями.

Однако через некоторое время ему удалось наконец настолько успокоиться, что он решился испробовать второе блюдо. Но как только второй поднос был открыт, залу заполнил настолько мерзкий и зловонный запах, что можно было подумать, что в городе сгорела вся домашняя птица. И этот запах проник в горло, в нос и в больные глаза несчастного царя, который подумал, что на этот раз он окончательно ослепнет и умрет. Но сыновья его поспешили открыть окна и убрать поднос, ставший причиной этого вреда, и они приказали зажечь ладан и бензой, чтобы очистить воздух от неприятного запаха.

И когда несчастный царь немного подышал свежим воздухом и смог говорить, он воскликнул:

— Какой вред я нанес вашим женам, о дети мои, что они так плохо обращаются со мной, со стариком?! Неужели они хотят вогнать меня в могилу?! Это наказуемое преступление перед Аллахом!

И два принца, мужья тех жен, что приготовили эти блюда, повесили носы свои и ответили, что это вопрос непостижимый.

А тем временем пришел молодой принц Шатер Мухаммед, и он поцеловал руку отца своего, и он умолял его забыть все неприятные ощущения и подумать о том удовольствии, которое он получит от блюд на третьем подносе. А царь, услышав это, был на грани гнева и негодования, и он воскликнул:

— Что ты такое говоришь, о Шатер Мухаммед?! Ты, наверное, решил поиздеваться над своим старым отцом?! Как я могу коснуться блюд, приготовленных черепахой, когда те, что были приготовлены женскими руками, оказались такими противными и ужасными?! Я вижу, что вы все трое поклялись убить мою печень и заставить меня выпить смертную чашу!

Но молодой принц бросился к ногам отца своего и поклялся ему жизнью и священной истинной верой, что третий поднос заставит его забыть о своих невзгодах и что он, Шатер Мухаммед, согласен проглотить все блюда с него, если они придутся не по вкусу отцу его. И он просил, и умолял, и настаивал, и уговаривал, с таким пылом и смирением говоря о третьем подносе, что царь наконец-то соизволил согласиться и жестом указал одному из рабов поднять крышку с третьего подноса, произнося защитную фразу:

— Спаси и сохрани меня, Аллах Защитник!

Но на этот раз, когда крышка была снята, от подноса черепахи поднялся запах, состоящий из самых сладких кулинарных ароматов, настолько изысканных и восхитительных, что все сердечные перегородки у царя мгновенно расширились. Его легкие свободно задышали, крылья его носа затрепетали, его давно уже исчезнувший аппетит вернулся, и глаза его широко открылись, а зрение прояснилось. И цвет алой розы стал цветом лица его, и этот цвет задержался на нем. И он начал есть и ел без остановки в течение целого часа. После чего он выпил отличный душистый ледяной шербет и с удовольствием несколько раз рыгнул из самой глубины своего довольного желудка. И, находясь на грани легкости и благополучия, он поблагодарил Воздаятеля за Его благословения и воскликнул:

— Альхамдулиллах![4]

И царь не знал, как выразить своему младшему сыну удовлетворение, которое он получил от блюд, приготовленных большой черепахой, его женой. И Шатер Мухаммед принял эти поздравления со скромным видом, чтобы не вызывать зависть братьев своих и не настраивать их против него. И он сказал отцу своему:

— О отец мой, это только часть талантов моей жены! И если пожелает Аллах, придет день, когда она сможет еще лучше заслужить твое одобрение!

И он говорил убедительно, предлагая, чтобы в будущем только черепаха отвечала бы единолично за обеспечение его блюдами на каждый день. И царь согласился с этим со словами:

— От всего отцовского сердца и от всей души, о дитя мое!

И в короткое время зрение царя полностью восстановилось и глаза его зажили. И чтобы отпраздновать свое выздоровление и возвращение зрения, царь устроил большой праздник во дворце с великолепным пиром, на который он пригласил трех своих сыновей с их женами. И принцессы решили сделать все возможное, чтобы предстать перед царем в лучшем виде, воздав честь мужьям своим, и обелить себя перед их отцом.

И большая черепаха также захотела воздать честь своему мужу, показав на людях красоту и элегантность нарядов своих. И когда она решила одеться по-своему, то послала своего верного слугу к невестке своей, жене старшего царского сына, чтобы попросить ее одолжить ей, черепахе, большого гуся, который жил у нее на заднем дворе, потому что она намеревалась приехать на нем верхом во дворец, на этот прекрасный пир. Но принцесса приказала слуге передать ей, черепахе, что если ее гусь столь красив, то она собирается использовать его для себя. И черепаха при этом ответе упала на спину от смеха и послала слугу своего ко второй принцессе, чтобы попросить ее одолжить ей большого козла, который жил у нее на заднем дворе. Однако слуга вернулся к своей хозяйке, передав ей на словах отказ в этой просьбе вместе с резкими словами и неприятными комментариями. И черепаха затряслась от смеха и была на грани радости и удовольствия.

И когда наступил час праздника, жены царя по приказу своего господина выстроились в должном порядке перед входом в гарем, чтобы принять жен царских сыновей, они внезапно увидели облако пыли, которое быстро к ним приближалось. И посреди этого облака вскоре появился бегущий впереди огромный гусь, который тянул шею низко к земле, быстро перебирал лапами и махал крыльями, а на его спине с лицом, искаженным от ужаса, сидела первая принцесса. А сразу же за ней верхом на блеющем и брыкающемся козле, вся в грязи и пыли появилась и вторая принцесса.

И при виде этого зрелища царь и супруга его были чрезвычайно оскорблены и лица их стали черными от стыда и негодования. И царь разразился упреками и руганью в адрес двух принцесс, сказав им:

— Вам, наверно, мало, что вы хотели моей смерти от удушья и отравления, так теперь вы хотите, чтобы все потешались надо мной и вами! Верно, вы хотите опозорить всех нас перед народом?!

И супруга царя тоже разразилась в их адрес гневными словами, бросая на принцесс косые взгляды. И неизвестно, чем бы это все закончилось, если бы не было объявлено о приближении кортежа третьей принцессы. И сердца царя и жены его были наполнены опасениями, поскольку они говорили себе: «Если так прибыли первые две принцессы, которые все-таки имеют человеческий облик, то что будет с кортежем третьей, которая принадлежит к роду черепах?» И они призвали на помощь имя Аллаха, воскликнув:

— Нет спасения и прибежища, кроме как у Аллаха Великого и Могущественного!

И они стали ждать беды, затаив дыхание от волнения.

Но, дойдя до этого места, Шахерезада заметила приближение утра и скромно умолкла, отложив продолжение своего рассказа до следующей ночи.

А когда наступила

ВОСЕМЬСОТ ВОСЕМЬДЕСЯТ ВОСЬМАЯ НОЧЬ,

она продолжила:

А тут на площади появилась первая группа скороходов, объявившая о прибытии жены принца Шатера Мухаммеда. И вскоре все увидели четырех одетых в парчу и великолепные туники с широкими рукавами красивых глашатаев, которые раздвигали толпу с помощью длинных жезлов в руках, крича при этом:

— Расступитесь! Дорогу царской дочери!

А затем появился покрытый драгоценными тканями красивых цветов паланкин, который несли на своих плечах черные как смоль негры. И он остановился у подножия ступеней, ведущих к трону царя. И из паланкина вышла дама, одетая в настолько великолепные по своей красоте одеяния, что подобных никто и не видывал. И все думали, что вслед за ней выйдет и черепаха, а дама была лишь ее фрейлиной. Но когда все увидели, что эта дама поднимается по лестнице одна, а паланкин удаляется, все были вынуждены признать в ней жену Шатера Мухаммеда, и все приняли ее со всеми почестями и со всей возможной сердечностью. И сердце царя расширилось при виде ее красоты, и грации, и такта, и ее прекрасных манер, и всего обаяния, которое исходило от малейшего ее жеста или движения.

И когда пришло время начать пир, царь пригласил сыновей своих и их жен занять свои места вокруг него. И когда стали подавать еду, первым большим блюдом на подносе, согласно обычаю, был рис, жаренный на масле. Но прежде чем кто-нибудь успел к нему притронуться, прекрасная принцесса взяла это блюдо и опрокинула себе на волосы. И в то же мгновение все рисинки превратились в жемчужины, которые покатились по прекрасным волосам принцессы и рассыпались вокруг нее, упав на землю с чудесным звуком.

И едва все оправились от изумления при виде такого замечательного чуда, как принцесса взяла большую супницу, в которой находился зеленый и густой суп млухия[5], и вылила его черпак себе на голову. И зеленый суп немедленно превратился в поток изумрудов самой чистой воды, которые скатились по ее волосам и одежде и разлетелись вокруг нее, мешая свои красивые зеленые цвета с чистой белизной жемчуга, лежащего на полу.

И зрелище этих удивительных чудес поразило царя и его гостей до крайности, а слуги поспешили принести и поставить на праздничный стол другие тарелки с рисом и зеленым супом. А две другие принцессы, которые пожелтели от ревности, глядя на успехи супруги младшего сына царя, в свою очередь, схватили тарелки с едой. И старшая взяла блюдо с рисом, а вторая — тарелку с зеленым супом.

И каждая из них вылила все себе на голову. Но рис остался рисом на волосах первой принцессы и прилип вместе с маслом к ее голове. И зеленый суп также остался супом, и потек по волосам, голове и одежде второй принцессы, и покрыл его зеленым слоем, похожим на коровий навоз, липким и ужасным на вид.

И царь при этом зрелище испытал отвращение до возможного предела и закричал своим двум старшим невесткам, чтобы они встали со своих мест и убрались долой с глаз его. И он крикнул им, что больше не хочет видеть ни их, ни даже тени их. И обе принцессы встали в тот же миг и удалились вместе со своими мужьями, пристыженные и униженные донельзя.

И это все, что случилось с ними.

Что же касается замечательной принцессы и принца Шатера Мухаммеда, ее мужа, то они остались одни в зале с царем, который обнял их и сказал им:

— Вы одни мои истинные дети!

И он сразу же захотел записать трон свой на имя младшего сына, и он собрал вместе эмиров и визирей и записал свой трон перед ними на Шатера Мухаммеда как свое наследство, а двух других своих сыновей из наследников вычеркнул. И он сказал Мухаммеду и супруге его:

— Я бы хотел, чтобы отныне вы жили со мною в моем дворце, потому что без вас я бы точно умер!

И они ответили:

— Слышать — значит подчиняться! Твое желание над головами нашими и перед глазами нашими!

А великолепная принцесса, чтобы не поддаться искушению вновь принять обличье черепахи, которая могла вызвать какие-либо неприятные ощущения у старого царя, приказала своей служанке принести ей черепаший панцирь, который она оставила дома. И когда этот панцирь оказался у нее в руках, она уничтожила его, бросив в огонь. И с тех пор она всегда оставалась в обличье принцессы. И слава Аллаху, Который наделил ее безупречным телом, радующим глаз!

И Покровитель продолжал осыпать их милостями Своими и дал им много детей. И они жили счастливо и в благоденствии.

И Шахерезада, увидав, что царь Шахрияр выслушал эту историю не без удовольствия, этой же ночью рассказала следующее: