В 1918 г. в г. Кузнецке состоялась уездная конференция, где приняли участие эсеры, меньшевики и большевики. Большинство было за большевиками. Дело дошло до рукопашной схватки. Перешел на сторону большевиков и первый председатель волисполкома меньшевик Красотин. Вскоре из г. Кузнецка прибыл представитель ВЧК т. Фомин, под руководством которого в селе была установлена окончательно Советская власть и был организован исполнительный комитет.
Первым председателем сельского исполнительного комитета был избран Амин Абдрашитович Амерханов, а Халил Чумарин возглавил комитет бедноты. Членами комитета бедноты являлись: Усман Вяселькин (в должности заместителя), Хайрулла Ярушев, Хусяин Насыров, Сафа Шарафутдинов, Муся Вяселькин, Юнус Ямбулатов, Исхак Акмеев, Абуталиб Зябиров, Хайрулла Денешев и др[67].
Так, например, в «Выписке из протокола (№ 16) заседания секретариата Пензенского Губкома от 2 марта 1927 г. говорится, что колхозное движение в пензенской губернии «… доказывает непрерывный рост простейших видов колхозов в период НЭПа, что характеризуется следующими цифрами: в 1923 г. всего колхозов было 37, в 1924–43, в 1925–49, в 1926–106. Наряду с количественным ростом заметно увеличение и населения в колхозах: в 1924 было 3450 едоков, в 1925–8063, в 1926–10508 едоков. В развитии колхозного движения выявилась определенная тенденция в сторону увеличения удельного веса наиболее простых их форм: артелей и товарищества по совместной обработке земли. Причем из года в год количество коммун уменьшалось, а артели и товарищества по совместной обработке земли увеличивались (ГАПО, Ф-п.99, оп.1, д. 56).
В с. Демино впервые колхоз организовался в 1930 г. и одна четвертая часть населения вступила в это новое образование. По ряду причин, в том числе из-за ошибок правильного введения организации труда, колхоз распался и распустился. Пензенская газета «Под знаменем ленинизма» (№ 15(48)) в 1925 г. в статье «Строительство советской деревни» по поводу «революционной законности» в деревне писала о том, что крестьянство само должно быть привлечено к установлению правопорядка и пресечения разного рода нарушений законности, борьбе с хищениями, саботажем и др. В статье отмечалось, что часто деревня не знает про существование того или иного закона. «Бедняк и середняк не знает о правах и льготах семейно-имущественных разделов, землеустройства, борьбы с кабальными сделками и т. д. Этим пользуются кулаки, обдиралы и подпольные адвокаты».
Следует сказать о том, что зажиточная прослойка крестьянства стала формироваться в эпоху первоначального накопления капитала в дореволюционной России после крестьянской реформы 1861 г. С 1890 г. стал применяться для обозначения этой деревенской буржуазии термин «кулачество» (от слова «кулак», первоначально синоним к словам «выжига», «мироед», обозначал человека, наживавшегося грабительской эксплуатацией, ростовщичеством и спекуляцией). Кулаки мало чем отличались по уровню культуры и быта от большинства крестьян, также участвовали в земледельческом труде. В первые годы становления Советской власти кулацкие хозяйства достигали в некоторых населенных пунктах 20 %. Такой прирост их количества объясняется тем, что кулаки с помощью аренды и покупок, они завладевали крестьянскими, помещичьими и казёнными землями, поскольку владели первоначальным капиталом. Хозяйства кулаков были наиболее крепкими и подготовленными, концентрировали значительную часть сельхозмашин и орудий, поголовья рабочего и продуктивного скота. Кроме того, они владели торгово-промышленными заведениями, содержали трактиры, занимались ростовщичеством, сдавали внаём и в аренду бедноте некоторую часть своих земель, рабочий скот и инвентарь, нанимали батраков.
Талоны на хлеб в зависимости от числа едоков (цифра в правом верхнем углу)
В среде кулачества были свои «богатые» и «не очень богатые», а кулацкое накопление было тоже разным. Все это являлось результатом беспощадной эксплуатации деревни, в особенности бедноты и батрачества, так и накопленный своим трудом. Так, например, отдельные представители рода Акчуриных, Дебердеевых, Кулахметовых, Баишевых и др. были очень богатыми людьми, некоторые из них стали крупными купцами и фабрикантами. Но для них одинаково крестьянская сельская община была помехой, они одновременно использовали общинукак средство для прикрытия кабальных методов эксплуатации. Но кулаки были так же, как и беднота, враждебны к помещикам, поскольку крепостничество и его пережитки препятствовали более широкому накоплению их капитала. Они совместно с беднотой и середняками выступали против помещичьего гнёта. Таким образом, в крестьянской деревне образовалась и росла социальная война между помещиками, кулаками и остальной бедняцкой частью, а к этому треугольнику прибавился еще сельскохозяйственный пролетариат.
Октябрьскую социалистическую революцию кулачество встретило враждебно, хотя до лета 1918 г., в период ликвидации помещичьего землевладения оно выступало вместе со всем крестьянством. Именно тогда было ими захвачены лучшие помещичьи земли, скот, инвентарь и др. имущество. Архивные документы показывают, что в последующие годы кулаки проникали в сельские и волостные советы и вели там свою подрывную деятельность, регулярно пытались с помощью искусственно созданного ими голода отказаться от социалистических преобразований. Указанные органы местного управления неоднократно «чистились» от кулацкого элемента, но этот процесс был весьма непростым, поскольку практически у каждого члена актива сельских советов был свой кулак-родственник, сосед или, так скажем, «друг детства». К осени 1918 г. кулачество уже открыто выступило против советских органов управления, по всему Кузнецкому уезду, да и по стране в целом, прокатилась волна крестьянских восстаний, мятежей, бунтов и террористических актов.
В 1931 г. в с. Демино вновь был организован колхоз. Первым председателем стал Бахтеев Умяр Юнусович, двадцатипятитысячник, который был прислан из Москвы. В колхоз вступили активисты села: Бахтеев Гимать, Шарафутдинов Сафа, Вяселькин Муся, Денешев Хайрулла, Абушахманов Сулейман и др., всего около 30 семей. Постепенно стали вступать и др. земледельцы. Хозяйство артели на то время насчитывало 18 коров, 120 лошадей, 30 кур. Имелся свой сельхозинвентарь: плуги, бороны, телеги, сеялки и т. д. После Бахтеева председателями колхоза становились: Чичерин из с. Сулемановки, бывший бакинский рабочий. Также: Шамеонов Ахмед, Халимов Ибрагим, Ханбеков Айзат, Шигаев Ибрагим, Шигаев Харис, Коновалов Хасян Сулейманович, Бунчин Сергей Петрович, Еналеев Фатих Абдуллович и Халимов Рашид Хайдарович.
Организация колхозов продолжительно долго сопровождалась классовой борьбой между бедными слоями населения и «кулаками». Последние всячески саботировали все начинания инициаторов коллективного введения хозяйства, вредительствовали, занимались пожогами строений колхоза, и даже совершали вооруженные нападения на руководителей сельских советов и колхозов. Жизнь на селе оставалась очень трудной, ко всему прибавлялись неурожайные годы, вновь повлекшие повсеместный и жестокий голод. Часто люди просили районные и местные исполнительные органы оказать им материальную помощь. В Пензенском архиве подобного рода документов хранится предостаточное количество. Иногда люди – особенно те, чьи сыновья или отец служили в рядах Красной армии, просили помощи и не всегда заслуженно. Так, призванный в армию Кулахметов Абузяр Алиевич просил через командира своей воинской части, чтобы колхоз оказал материальную поддержку своей семье, которая оказалась в затруднительном положении без работника в семье. В докладной записке отмечалось, что его семья состоит из 9 чел., «отца нет, мать длительно болеет, работать некому, хлеба нет, колхоз не помогает…».
На эту докладную жалобу председатель райисполкома Марков и секретарь Нуретдинов ответил, что семья красноармейца Кулахметова А. А. проживает в с. Кунчерово – они единоличники. Тем не менее, им была оказана из кассы взаимопомощи колхоза материальная помощь. Ветхий дом заменен представлением лучшей квартиры. Льготы как семье красноармейца были предоставлены полностью. Указывалось, что одна из дочерей работает учительницей и регулярно оказывает семье помощь. Отец красноармейца проживает в с. Кунчерово и здоров. «Кроме того, сельсовет сообщает, что его отец не желает работать».
Как мы видим, до 30-х гг. XX столетия Неверкинский район испытывал далеко не лучшие времена. В этот период случился жестокий голод, вызванный, прежде всего, неурожаем и Гражданской войной, и гибель проживающего крестьянского населения. Многие покинули обжитые места и переселились в другие регионы. Но, несмотря на все это, население в целом росло, причем быстрыми темпами. Начало новой экономической политики (НЭП) советской власти способствовали к росту численности населения, а отсюда – росту количества хозяйств, в которых стали появляться новые орудия труда и машины. Резко повысился уровень грамотности и культуры, менялся в лучшую сторону бытовая сторона жизни и обустройство и облик сел и крестьянских жилищ, повсеместно оказывалась социальная поддержка.
В «Отчете о деятельности волостных комиссий по борьбе с детской беспризорностью, опеки и опекунских дел уезда» за 1926 г. мы находим запрос о расследовании дела по наследству, оставленного после смерти отца Акчурина Г. А. В списках опекунских дел также числятся 3 сироты после смерти Трегулова Ш. Ю., 7 сирот – дети Байгулова А. М., 2 сироты – дети Амирханова Х. Ш., 1 сирота – Зябирова Х. Ф. (Кунчерово), 1 сирота – Трегулова А. У., 3 сироты – Шлякаева Ф. Ю., 2 сироты – Барандукова Х. С., 1 сирота – Чумаева М. Я. и др. Оставшееся имущество после смерти родителей в подобных ситуациях, как правило, распродавалось среди жителей села, а вырученные средства передавались каким-то образом детям или же тратились частично или полностью на их содержание и кормление через комитеты бедноты (комбеды). Можно смело утверждать, что деятельность комбедов – это одна из ярких страниц в истории борьбы партии за укрепление Советской власти в деревне и выступающих за разгром кулачества. Их целью являлось также завоевание крестьянина-середняка на свою сторону и углубление социалистической революции в деревне. Они являлись опорными пунктами диктатуры пролетариата в деревне и через них, кроме материально поддержки и помощи бедняков, в значительной степени шло формирование кадров Красной Армии[68].
К началу коллективизации Пензенский край состоял из 2-х округов: Пензенского и Кузнецкого. Здесь по-прежнему преобладало сельское население (86 %). Коллективизация ставила целью объединения единоличных крестьянских хозяйств в коллективные колхозы и совхозы, а решение о коллективизации было принято, как мы помним, на XV съезде ВКП(б) в 1927 г. Проводилась коллективизация в СССР в 1928–1937 гг.; а основной этап 1929–1930 гг. – это была сплошная коллективизация. Вся территория Кузнецкого района составляла 326249 га, из них 44,2 % – пашня, 42,54 % – леса, 4,17 % – неудобная земля, 4,37 % – усадьба, 2,79 % – сенокос, 2,01 % – выгон. Всеэто позволяло развивать животноводство. Население района определялось в 122281 чел. (25263 хозяйства). По национальности его состав выражался следующими цифрами: 102 русских селения с 18313 хозяйствами (72,5 %), 18 мордовских – с 3415 (13,5 %), 10 татарских – с 3535 (13,99 %). Социальный состав населения: 58 % середняков, 35,2 % бедняков, 2,3 % зажиточных, 0,73 % кулаков, 0,62 % батраков, почти 3 % прочих. Население района, как мы уже отмечали, предпочитало заниматься промыслами, отходничеством, нежели выращиванием зерновых[69].
Политика раскулачивания и постепенное вытеснение капиталистических элементов в сельском хозяйстве и ликвидации кулачества как класса эксплуататоров затронула все населенные пункты, не обошла и села Демино и Кунчерово. С переходом к новой экономической политике (НЭП) в 1921 г. в деревне возобновился рост зажиточных кулацких хозяйств. Однако национализация земли нанесла существенный урон основным источникам накопления капитала в деревне в результате последовательной политики ограничения и вытеснения кулачества. Кулаки вновь стали закабалять бедноту и батрачество, вели активную антисоветскую и антиколхозную агитацию среди населения. После организованной ими в 1927–1928 гг. «хлебной стачки», и отказавшись продавать хлеб государству по твёрдым ценам, чтобы этим сломить саботаж хлебозаготовок, государство стало переходить на чрезвычайные меры, опираясь на бедняцкий и середняцкие крестьянские хозяйства: усилило ограничения для кулаков, увеличило для них налоговое обложение и др.
Согласно новым постановлениям и инструкциям ЦК ВКП(б) в 1930 г. в районах сплошной коллективизации был отменён закон об аренде земли и применение наёмного труда. Отныне разрешалась конфискация имущества кулаков и враждующих «элементов» и их выселение за пределы районов проживания. Часто у крестьян забирали всё украденное зерно. В колхозе, не сдавшем план по зерну и не выдавшего его по трудодням в заметном количестве, ходили по дворам уполномоченные инспекторы и проверяли, есть ли зерно у крестьян. Если крестьянин не мог объяснить происхождения зерна – оно изымалось, что совершенно справедливо, а остальные продукты – мясо, картофель, свеклу, лук и т. д., которое он вырастил сам, отбирать не имели права. Конфискованное имущество, как правило, передавалось в неделимые фонды колхозов, а иногда просто обкра-
волюционной борьбы, а также духовенство, которое, кстати, часто являлось инициаторами общественного возмущения, вело активную агитацию против «безбожной» власти и колхозного строительства. В итоге незначительная часть кулаков «самоликвидировалась», т. е. раскулачили свои хозяйства, другая часть стали членами колхозов, а остальные покинули свои деревни и переселились в др. города.
Таким образом, в 30-е гг. классовая борьба все еще продолжалась, были раскулачены в селе: Халил Гогорев, Мингач и Халил Халимовы, Сулейман Шигаев, Сулейман Акчурин, Адельша Акчурин, Умяр Акчурин, Исхаки Мухаметджан Акчурины (дела были прекращены), Усман и Ахмед Лачиновы, Хайрятдин и Хусяин Акмеевы и др. Два брата Акчуриных – Адельша Фахриевичи Ахмеджан из Кунчерово, но проживающие в Саратове, за контрреволюционную деятельность и антисоветскую агитацию были осуждены на 10 и 3 лет. Акчурин Якуб Салимович (1878 г.р.) из с. Кунчерово проживал в Чите. 31 декабря 1937 г. был приговорен к ВМН. Расстрелян 10 февраля 1938 г.
Список лишенных избирательных прав по Кунчеровскому сельсовету, 1936 г. (ГАПО, Ф-р. 603, оп. 1, д. 700)
Характеристика на лишенного избирательных прав Бичурина Хасяна. Отмечено, что был раскулачен, но не выселен. Выбыл неизвестно куда.
Акмеев Х. Т. из Демино был приговорен 4 июня 1931 г. на 6 месяцев заключения (проводил антисоветскую агитацию против колхозов, говорил, что колхозы скоро распадутся и все будут голодать). Алтынбаева Ханифа Юнусовна из Кунчерово была приговорена в 1938 г. как член семьи изменника Родины (ЧСИР) к 5 годам ИТЛ. Бабуков Х. Я. и Тукшаитов Измаил из Демино занимались земледелием и торговлей. Оба участвовали в восстании в 1918 г., а Тукшаитов являлся инициатором. Он до 1917 г. имел 100 дес. земли, 5 лошадей, 5 коров, 150 овец, 2 годовых работников и 10–20 сезонных. Были лишены избирательных прав в 1931 г. за эксплуатацию наемной силы, к этому году имущества за ним не числилось. Семья 4 чел. Обе эти семьи были высланы эшелоном со ст. Чаадаевка. Некоторые кулацкие семьи, испугавших раскулачивания и репрессий, из села убежали: Рамазановы, Трегуловы, муллы и др.
Жизнь в деревне перед началом Отечественной войны 1941–1945 г. оставалась все еще трудной, хотя определенные успехи уже были достигнуты. В стране, наконец, победил колхозный строй, исчезла кулацкая эксплуатация. Но рабочий день во время посевной и уборочной начинался, как и прежде, в четыре часа утра и заканчивался поздно вечером. Из-за отсутствия техники все работы приходилось выполнять вручную. С развитием масштабных преобразований в сельском хозяйстве, часть бывших кулаков, которые честно трудились и лояльно относились к Советской власти, ограничения в гражданских правах постепенно снимались. А после 1936 г., с принятием Конституции СССР, всем им были предоставлены избирательные права. С 1938 г. артели бывших кулаков были преобразованы в сельскохозяйственные артели с обычным порядком управления.
Характеристика на Кулахметова Али Исхаковича. Раскулачен в 1930 г. и выслан с семьей в Архангельск.
Характеристика на Акчурина Усмана Мухомеджановича. Хозяйство не выселялось и не раскулачивалось, но выбыл из села в 1924 г. со своей семьей, бросив имущество. В данное время имущество продано.
Характеристика на Кулахметова Халила Ибрагимовича. Раскулачен в 1930 г. и в 1931 г. выслан с семьей. Там помер. Жена Банят Исхаковна с сыном Халилом вернулась в село. Сын состоит в колхозе им. Куйбышева.
Характеристика на Меняшева Якуба Шабановича. Раскулачен и выслан, но спустя 3 года вернулся в село и стал заниматься торговлей. За это был осужден на 3 года. Сейчас отбывает срок неизвестно где (ГАПО, Ф-р. 603, оп. 1, д. 153)
Так, 22 января 1939 г. на одном из заседаний пленума Деминского сельского совета, в котором присутствовали Ханбиков, Хаметов, Лачинов, Сатдаров, Сунчаляевой, Суляевы, Вясилькин, Насыров, Трегулов, Казаков, парторг Акчурин, от райкома – Корнилов, и сельский актив из 13 чел., заслушали отчет председателя правления колхоза Халимова Ибрагима Исмаиловича о подготовке к весеннему севу, отчеты работы Деминской сельпо и о работе по ликвидации неграмотности. Было принято решение обязать правление колхоза изыскать средства не позднее ноября месяца для обеспечения машинно-тракторными механизмами и проведения ими весеннего сева. Также обязать правление колхоза осуществить 100 % подготовку курсантов-трактористов. А бригадирам с завтрашнего дня организовать сбор золы и куриного помета в качестве удобрения. Отчет работы сельпо в лице тов. Трегулова был признан неудовлетворительным. Подчеркивалось о том, что руководство сельпо отстранилось от своих пайщиков. Завхоз Лачинов «совершенно не везет нужных товаров для колхозного хозяйства и населения», были случаи обвешивания покупателей, санитарные нормы в пекарне не соблюдаются, а «пекарь спит на корытах» (было принято решение пекаря уволить, а пекарню отныне содержать в чистоте, а Трегуловы и Лачинову устранить все недостатки). Отчет руководителя культурно-бытовой секции Сунчаляевой по ликвидации неграмотности был также воспринят как слабый, «хотя и работает, но не оформляет протоколов по проведенной работе». В итоге постановили: «Обязать руководителя секции работы произвести по плану, усилить разъяснительную работу среди населения и добиться 100 % охвата, сделать всех трудящихся грамотными. Клубы, избы-читальни обеспечить всем необходимым, привлечь на помощь комсомол, закупить учебный инвентарь, учебники и тетради» (ГАПО, Ф-р. 603, оп. 1, д. 336).
На одном из заседаний правления колхоза им. Молотова присутствовали, кроме депутатов сельсовета и сельского актива, бригадиры: Вясилкин, Туктаров, Рамазанов, Суляев, Тугушев, Измаилов, а также трактористы – 4 чел., и комбайнеры – 5 чел. Был заслушан отчет финансового агента Акмаева о выполнении финансового плана. Отчет был признан также неудовлетворительным и «позорно плохим», с показателями выполнения плана в 13 %. Отмечалось, что сам Акмаев не ведет никакой разъяснительной работы, а сами депутаты сельсовета, бригадиры и члены актива имеют большие задолженности по государственным платежам, а некоторые из них при этом крайне не дисциплинированы. Из отчета председателя сельсовета Ханбекова Айзята Мухаметжановича мы видим, что сельский бюджет за 1938 г. выполнен на 81 % (из 23873 руб. получено 19397 руб.). При этом подоходный налог колхоз выплатил лишь 1050 руб. вместо 4328 руб. (24 %), а сельские предприятия из предусмотренных 600 руб. не выплатили ни копейки.
Был снова затронут вопрос по ликвидации неграмотности. Из отчета Акчурина следовало, что обучаются лишь 78 чел. из 183 неграмотных и малограмотных, охват обучающихся крайне низок. Было поручено директору начальной школы Мамкеевой обеспечить литпункт клуба культ-армейцами и добиться 100 % грамотности среди населения. По заготовкам продукции работа проводилась удовлетворительно. Решались вопросы дальнейшего увеличения поставок государству картофеля и мяса, выделение помещения под приемку зерна, оплаты за сданное молоко, публичное обсуждение статей из газеты «Клич ударника», постройки трахматузного пункта (от слова трахома, заболевания глаз – примеч. авт.), организовать отделение связи при сельсовете, выдачи справок на получение государственных субсидий многодетным семьям, в частности Шигаевой Мягруди Айнетдиновны, имеющей семерых детей, и льгот по налогам самообложения[70].
На одном из заседаний пленума сельского совета, в присутствии председателя ревизионной комиссии тов. Ишкина Умяра Махмудовича было организовано разбирательство по статье о кассире Деминской сберкассы Сунчалеевой, опубликованной в районной газете Шигаевым Искандером М. Выступающие в защиту кассира Хальметов И. Х., Лачинов А. С. и Ханбеков А. М. отметили, что данный материал – клеветнический, а против самого Шигаева следует возобновить уголовное дело, которое имеется в народном суде, и по которому он еще в 1937 г. бежал из села, а сейчас продолжает свою разлагающую и клеветническую деятельность.
В протоколах заседаний сельсовета в нач. 1940 г. отмечалось, что за прошедшие 5 лет в селе построено 5 мостов на дорогах и 1 новый мост через р. Кададу. Также: дополнительно к 10-ти имеющимся сооружено 2 колодца, отремонтирован кузляв (родник) «Камая» и вновь построен кузляв «Карпай». Для ликвидации безкоровности в селе колхозникам выдано 145 телят и 24 голов овец. Построены конюшни, коровники и овчарни. В колхозе имеется 191 голов лошадей, 101 – КРС, 168 – мелкого скота. Всего в хозяйствах 460 голов скота. Имеются 2 автомашины, колхоз обеспечен семенами и фуражным зерном. Урожайность достигла 10 центнеров с гектара, «что оправдывает выполнение поставок государству, натуральной оплаты и ссуды по 1,5 кг на трудодень колхозникам». Выделен премиальный фонд для лучших финансовых работников. В то же время в колхозе имеются 93 недисциплинированных человека, которые не имеют ни одного трудодня, и 172 имеют менее 25 трудодней. Неграмотными остаются 116 чел., что недопустимо.
Так, в одном из писем председателя райисполкома от 1 июня 1946 г. на имя уполномоченного Совета по делам религиозных культов т. Горбачева указывалось, что граждане в количестве 60 чел. с. Демино подписали заявление об открытии мечети… Они заявили, что ремонт здания произведут за свой счет. Мечеть в настоящее время пустует, а перед посевом в ней «яровизировались» семена. Еще 8 апреля 1940 г. Исполкомом Пензенского облсовета было принято Решение № 371 о закрытии мечети 3-го прихода с. Демино. Указывалось, что за закрытие мечети 3-го прихода высказалось абсолютное большинство взрослого населения села, а здание было поручено передать сельскому Совету «для использования на расширение сельского клуба». Но это решение о закрытии и передаче здания не было использовано по назначению, а «в настоящее время мечеть пустует» (ГАПО, Ф-р. 2392, оп. 1, д. 15)
В 1955 г. здесь организовался колхоз им. Куйбышева, в 1959 г. работала участковая больница[71].