Тем днём второго месяца 1304 года походка Закнафейна была легче обычного, когда он пересекал двор дома До'Урден. Оружейник давно не бывал в главных помещениях, поскольку Мэлис следила, чтобы он был занят тем или иным поручением.

Закнафейн удивился, насколько это отсутствие заставило его скучать по Дзирту.

О, как спешил Закнафейн закончить свои последние задачи — включая путешествие на остров Донигартена, чтобы выбрать подходящего рофа для семейного праздника и визит в Арах-Тинилит, чтобы доставить длинный документ, подготовленный Маей До'Урден с перечислением имён и предпочтений — в пище, напитках, сексе и пытках — тех прислужниц-йоклол, которых Ллос посылала в Мензоберранзан в ответ на недавние призывы старших жриц!

Закнафейн был удивлён этим поручением не меньше, чем жрица, которая открыла ему дверь в Арах-Тинилит. Впрочем, её изумление быстро сменилось недовольной гримасой. Мужчин здесь не очень-то жаловали, хотя некоторые матери иногда использовали их для передачи посланий в школу — просто ради того, чтобы продемонстрировать свою значимость и способность игнорировать установленные правила.

Закнафейн провёл долгих два часа внутри Арах-Тинилит. Вокруг него извивались змееголовые плети, а каждая жрица мерила оружейника злобным взглядом. Репутация опережала его — вся школа знала, что оружейник До'Урденов получает особое удовольствие от убийства жриц, старших жриц и даже верховных матерей.

Да, Мэлис послала его сюда, чтобы бросить вызов — неважно кому. Чтобы привлечь к нему внимание. Он был наживкой, доказательством того, что Мэлис слишком влиятельна, чтобы можно было её злить. Конечно, подобная роль была ему не по вкусу, но как только Сос'Ампту Бэнр, одна из главных наставниц академии, отпустила его, оружейник бегом бросился наружу и оставил позади любые дурные чувства ещё до того, как его нога коснулась мостовой за главной дверью этого здания в форме паука.

Затем он забрал ожидавшего на ступенях Тир Бреш простолюдина из дома До'Урден, и вместе они бегом устремились к главному выходу из пещеры, где Зак продемонстрировал часовым свой пропуск. Они отправились наружу в Подземье, бесшумные, как смерть, быстрые, как рубящий клинок, чтобы как можно быстрее сменить Дайнина, оставив простолюдина ему на замену. Закнафейну сообщили маршрут патруля Дайнина, и он хорошо знал ближайшие пещеры. Но им потребовалось полных три дня, чтобы найти патруль, и ещё два — чтобы вернуться к воротам Мензоберранзана.

Закнафейн заставил Дайнина преодолеть это расстояние за полтора дня, на каждую жалобу старшего сына отвечая гримасой, не допускавшей дальнейших споров.

Когда Дайнин наконец сообразил, в чём причина такой спешки, он стал смеяться над Закнафейном.

- Мужчины-дроу не отмечают день рождения, - напомнил он.

- Он мальчик, а не мужчина.

- Но ведь не девочка. Он никому не нужен.

Эта ремарка заставила Закнафейна резко обернуться к старшему сыну. В красных глазах оружейника вспыхнул гнев.

- Готов повторить? - спросил Зак низким, ровным голосом.

- Разве ты не согласен?

- Он нужен мне.

Дайнин замолчал и благоразумно кивнул, а когда Закнафейн отвернулся, пробормотал:

- Он, но только не кто-то из нас.

Это замечание заставило Закнафейна замереть. На мгновение он почувствовал вину и сожаление. Но лишь на мгновение, пока не вспомнил, от кого исходила реплика. Дайнин не отличался искренностью, и сейчас просто пытался заполучить хоть какое-то преимущество. Эта попытка показала Заку, насколько сильно Дайнин опасается младшего брата — мальчика, которому пока что не исполнилось даже семи.

- Я обучал тебя так хорошо, как только мог, - ответил он, не оборачиваясь. - Если этого недостаточно, значит дело не в моих, а в твоих собственных ограничениях.

- А может, дело в отцовстве? - предположил Дайнин, и на сей раз Зак остановился и снова обернулся. - В этом вся причина спешки, не так ли? Завтра седьмой день рождения Дзирта.

- Если это действительно неважно, зачем ты об этом помнишь?

- Потому что важна другая дата, о которой мать Мэлис не упоминает. Это ещё и седьмая годовщина с того дня, как я стал старшим сыном.

Закнафейну пришлось кивнуть — его послали лично выбрать рофа для семейного ужина из-за этой даты, а вовсе не из-за дня рождения Дзирта. Не из-за Дайнина, конечно, а из-за годовщины того дня, когда дом До'Урден стал девятым домом Мензоберранзана.

- Весьма удачное совпадение, не находишь?

Закнафейн пожал плечами, как будто это было неважно, но по усмешке Дайнина понял, что его притворство оказалось бесполезным.

- Я спешу, потому что мы должны успеть на праздник и попасть туда в приличном виде, - наконец сказал он.

- На самый незначительный из трёх праздников, конечно же.

Этот бесконечный сарказм Дайнина! Но Закнафейн не мог спорить с его аргументами — да и не хотел. Поэтому он просто рассмеялся и снова пожал плечами.

- Ты наблюдателен, - сказал он. - У тебя острый разум, а мысли всегда нацелены вперёд. Матери Мэлис повезло иметь такого старшего сына. И она об этом знает.

Похоже, это застало Дайнина врасплох. Ну ещё бы! Когда это Закнафейн делал ему комплименты?

- Ты считаешь, будто я о тебе не забочусь, но это не так, - сказал ему оружейник — и не лгал. - Опекать тебя — моя обязанность. Мне доверили готовить тебя, постоянно готовить...

- Вместе с каждым другим воином дома До'Урден.

- Но совсем на другом уровне.

- Справедливо. Только дело в страхе перед матерью Мэлис, а не в любви к старшему сыну Дайнину.

- В какой-то степени — возможно, - признал Закнафейн. - Но я тебе не враг. Никогда не был и не буду твоим врагом — если ты не дашь повода. Я не обращаю внимания на слухи, старший сын.

Закнафейн вертел в голове свою последнюю реплику, трусцой направляясь к дому До'Урден. В этих тоннелях с Дайнином он многого добился. Возможно — завоевал толику доверия старшего сына, но прежде всего — его последнее заявление не оставило Дайнину места для манёвра.

Потому что упоминание «слухов» подействовало на старшего сына всерьёз. Закнафейн знал правду о гибели Нальфейна, и Дайнин нуждался в том, чтобы Закнафейн продолжал отрицать слухи об убийстве.

Да, Закнафейну не стоило волноваться, что Дайнин может попытаться получить преимущество за счёт Дзирта.

Он донёс своё послание до Дайнина и теперь возвращался в дом До'Урден, к часовне, возвращался к сыну.

Впервые за долгое время он был счастлив.

Затем он услышал хныканье, потом стон — вырвавшийся через сжатые зубы стон маленького мальчика.

Закнафейн заглянул внутрь и резко втянул в себя воздух, когда увидел Дзирта. Мальчик сидел в стороне, на полу, раздетый до пояса. Левую руку он завёл за спину, ощупывая новую рану — двойной след укуса гадюки, вокруг которого проступили капли крови.

Это было не всё. Новую рану окружали слишком хорошо знакомые Закнафейну и любым мужчинам в Мензоберранзане шрамы. Шрамы, оставленные клыками гадюк при ударе жреческой плети, которую затем протащили по спине. Последний удар не оставил таких следов, зато оставили остальные.

- Всё не так плохо, - услышал он голос Вирны, когда подошёл к дверям часовни. - Тебя укусила только Силаас, а от её укусов больше боли, чем настоящего вреда.

Тон её голоса резко изменился.

- Хватит на меня таращиться! - потребовала Вирна и угрожающе подняла плеть. - Ещё захотел?

- За что? - отозвался мальчик полным невинности, растерянности и боли голосом.

Закнафейн заметил движение — Вирна покачнулась на пятках.

- Ты должен учиться, глупый ребёнок, - сказала она. - Ты должен узнать свое место и отточить свои таланты. В этом городе ты можешь занять неплохое положение — для простого мальчика, простого мужчины. Но если ты не будешь знать своё место, если это не отложится в твоём сердце, тогда тебя постигнет чудовищная судьба.

- Вроде ударов этими мерзкими гадюками? - спросил Дзирт, и глаза Закнафейна расширились — его сердце застыло где-то между чувством гордости и невыразимым страхом, что Дзирта постигнет ужасный конец, если мальчик не научится сдерживать собственный яд!

Вирна фыркнула.

- Едва ли. Ты даже представить себе не можешь, какое удовольствие получит верховная мать от пыток — или от их конечного результата. Тебе повезёт, если ты просто умрёшь.

- Все женщины получают удовольствие, причиняя боль?

Зак понял, что вопрос задан просто из невинности — как, очевидно, и Вирна, поскольку она снова покачнулась на пятках вместо того, чтобы замахнуться плетью.

- Тебя постигнут ужасные кары, если я не смогу это вдолбить, - наконец сказала она. - Уж лучше я, чем кто-то другой.

Зак поверил ей. Он слышал шепотки и высказывания самой Вирны о том, что ей поручили воспитывать Дзирта и наблюдать за его взрослением. Скорее всего, к этому времени Вирна стала бы старшей жрицей, не прерви её учёбу неожиданная необходимость заботиться о выживании этого ребёнка.

Зак подвинулся, чтобы лучше видеть.

Он помрачнел ещё больше, когда хорошо разглядел шрамы. Спина его мальчика представляла собой настоящее месиво.

Но Закнафейн понял, что причиной тому — не Вирна; на спине Дзирта было несколько наборов параллельных шрамов. Вирна пока что не была старшей жрицей — необычно даже то, что она носила змееголовую плеть. У неё было всего две живых змеи на оружии.

У той плети, что оставила следы на спине Дзирта, было больше. Закнафейн кивнул, узнав метку конкретной До'Урден.

Его рука потянулась к рукояти меча, а в красных глазах зажглась жажда убийства. Он глубоко вздохнул.

- Уверен, он это заслужил, - легкомысленно заметил Зак, выпрямляясь и входя в часовню, как будто не прятался и не подглядывал.

При звуке его голоса Вирна вздрогнула — похоже, она была напряжена. Вирна резко обернулась к Закнафейну, и по её лицу пробежала череда эмоций, завершившихся видом превосходства, хорошо знакомой оружейнику гримасой жриц. Выражением, как будто говорившим: «Конечно, он это заслужил, пускай даже лишь потому, что родился мужчиной!»

Однако она не смогла долго удерживать этот вид, и Закнафейн молча понадеялся, что причиной тому — недостаточная убеждённость. Насколько он мог судить, за те семь лет, что Вирна наставляла Дзирта, она проявила куда меньшую жестокость, чем большинство других женщина, которых он знал в подобной роли.

- Его разум блуждает, - сказала Заку Вирна, одновременно упрекнув Дзирта, уперев в него свой неодобрительный взгляд. Она посмотрела на статую в стене над мальчиком. - Он может дотянуться туда. Я видела, как он взлетает, чтобы протереть её всего за одну левитацию. Но его мысли в другом месте. Постоянно в другом месте.

- Я уже вытер её вчера, - пожаловался Дзирт, и Вирна раздула ноздри.

- И ты снова вытрешь её — сейчас же, - сказал Закнафейн, прежде чем Вирна успела его отругать. - Это важно. Здесь твоё место. Награда будет завтра, юный До'Урден.

- Но наказание последует незамедлительно, - предупредила Вирна, и одна из змей на её плётке зашипела, а другая — обвилась вокруг руки женщины.

Вздохнув, Дзирт взял свою рубаху и начал левитацию, ещё не натянув её на голову, так безупречно воспроизведя двеомер при помощи врождённых магических способностей, что ему даже не пришлось касаться волшебной эмблемы дома, прикреплённой к одежде.

Когда он взлетел, Зак с улыбкой повернулся к Вирне.

- Пар ту'о аммеа улу вос явл дел лил ортэ'скаур луэт жальм дел лил белболькахал, - нараспев произнёс оружейник старую поговорку дроу, обычно приберегаемую для девочек: «Кажется, ему нужно меньше плетей и больше пряников».

Ноздри Вирны снова раздулись.

Похоже, он зашёл слишком далеко, понял Закнафейн, торопливо откланялся и покинул помещение, не желая навредить Дзирту.

Он отправился в свою комнату, чтобы сменить старую одежду, а потом в дворцовые покои матери Мэлис, чтобы объявить о своём возвращении. Он удивился, когда женщины-часовые провели его в личные покои, где вместе с Мэлис оказалась большая часть знатных дроу дома До'Урден: Бриза, Майя, патрон Риззен, Дайнин.

Закнафейн быстро оценил атмосферу, и она была совсем не такой, как следовало ожидать накануне праздника.

Как только стражницы объявили о его появлении и удалились, в помещение вошла Вирна.

Зак подозревал, что этот момент она выбрала не случайно.

- Я выполнил все ваши поручения, верховная мать, - поклонившись, сказал Закнафейн.

- Недостаточно скрытно, - ответила женщина, вызвав недоумённый взгляд оружейника. Мэлис ничего не говорила о скрытности, отправляя его на задание. Да и как можно оставаться скрытным, выбирая на острове подходящего рофа? Как можно оставаться скрытным, догоняя патрульный отряд и заменив благородного воина простолюдином?

Как можно оставаться скрытным, доставляя бумаги в Арах-Тинилит? Каждый крупный дом в городе, даже средние дома, следили за этим зданием в первую очередь!

- Ходит слишком много слухов, - объявила мать Мэлис, драматично поднимаясь и взмахнув рукой, чтобы обвести всех собравшихся. - Завтрашний праздник отменяется. Никакого белболькахал.

Это вызвало серию стонов и шёпота у остальных, показавшуюся Закнафейну слишком отрепетированной. Рядом заёрзала Вирна — и сникла под его взглядом, когда оружейник поближе к ней присмотрелся.

- Мы не можем позволить, чтобы правящий совет увидел нас отмечающими годовщину поражения Де'Виров, - продолжала мать Мэлис. - Ходит слишком много слухов о нашем участии — и может быть, причина в болтливости членов нашего дома.

Зак заметил, что её взгляд продолжает возвращаться к нему, и всё, что мог сделать оружейник — подавить смешок, вызванный нелепостью происходящего. В Мензоберранзане все знали, что случилось с домом Де'Вир.

Все.

Но потом Зак понял, что мать Мэлис говорит не о слухах, касающихся падения дома Де'Вир. Нет, она играет в одну из своих игр — на сей раз нацелившись на него. Она повернулась к старшей дочери, жестокой Бризе, и кивнула.

- Он ещё в часовне? - спросила Бриза, быстро шагнув к дверям и опустив руку на рукоять своей шести головой змеиной плети.

Вирна пробормотала подтверждение.

- Что ты наделала? - тихо спросил её Закнафейн.

- Что ты наделал? - резко поправила его мать Мэлис. - Что ты осмелился сотворить?

- Я... не сделал ничего, - в замешательстве ответил Зак.

- Мальчика отдадут под твоё начало, когда настанет время, - сказала ему Мэлис. - До тех пор он не твой ученик и не твоё дело. Сломать ребёнка — обязанность Вирны и тех, кого я иногда привлекаю к этой задаче.

Когда она закончила, дверь в комнату резко захлопнулась — ушла Бриза.

Закнафейн опустил голову, чтобы притвориться покорным и скрыть свою нараставшую ярость.

Он знал, что дело вовсе не в обучении Дзирта, хотя прямо сейчас его сына должны были жестоко исхлестать. Нет, Мэлис дрессировала самого Зака, напоминая, что в конце концов он всего лишь мужчина. Очень маленький мужчина в матриархальном мире.

Джарлакс встал, как вкопанный, когда той же ночью зашёл в «Сочащийся миконид». Он только что вернулся с тайной встречи с госпожой Сос'Ампту, где обсуждался дом До'Урден и неожиданный визит Закнафейна (который был известен Бэнрам, как старый сотрудник Джарлакса) в Арах-Тинилит. Так что возвратившись в таверну, он по-прежнему думал о старом друге — и за обычным столиком в углу у дальней стены обнаружил Закнафейна До'Урдена собственной персоной.

Джарлакс прикрыл свободный глаз и взглянул на оружейника через магию повязки, не в силах поверить, что его старый друг, которого наёмник не видел уже несколько лет, сидит за своим старым столом, сгорбившись над стаканом — так похоже на Закнафейна Симфрея, впервые посетившего это место.

Предводитель наёмников подошёл к бару и взял собственный напиток, затем отмахнулся от назойливых вопросов подчинённых и направился прямиком к столику Закнафейна, рухнув на место напротив оружейника с тем же удобством, с каким мог скользнуть в старые сапоги.

- За старые времена, - произнёс он тост, поднимая стакан.

Закнафейн настороженно взглянул на него на какое-то мгновение, потом кивнул и поднял свой стакан, чокнувшись с Джарлаксом.

- Я очень рад — или, может быть, следует сказать почтён? — что ты вернулся в моё скромное заведение, - заметил Джарлакс.

- Можешь так сказать, но я в это не поверю, - ответил Закнафейн, заставив товарища широко ухмыльнуться.

- Увы, ты видишь меня насквозь.

- Как тощий желатиновый куб.

На этот раз Закнафейн поднял стакан в тосте.

- Но сам остаёшься для меня непроницаем, как чёрное желе, - сказал Джарлакс, когда они снова чокнулись.

- В такое не поверит никто из твоих знакомых, но в этом и состоит очарование твоей лжи. Все знают, что ты лжёшь, но большинство слишком сильно старается понять — ради чего. Но я не такой, Джарлакс. Я знаю, что суть твоей лжи — в самом очаровании, и только. Обычно, по крайней мере.

- И ты различаешь, когда речь не только об очаровании?

- Разумеется.

- Я уже слышал такие заявления.

- От кого?

- От тех, кто прожил недостаточно долго, чтобы ты их знал, или погиб слишком почётно, чтобы я стал о них рассказывать.

Закнафейн размышлял над этим какое-то время, потом пожал плечами и взял ещё один стакан.

- Рад снова тебя видеть, - заметил через несколько секунд Джарлакс. Секунд, за которые отсутствующий взгляд Закнафейна съехал вбок. Что-то его беспокоило.

- Мне нужна твоя помощь, - сказал Закнафейн, возвращая взгляд к наёмнику.

Джарлакс не ответил.

- Я знаю, - сказал Зак. - Я годами избегал тебя, и вот — прихожу, когда того потребовала ситуация. Я понимаю...

- Ты мой друг, - оборвал его Джарлакс. - Мало найдётся тех, про кого я могу такое сказать. Если ты не пришёл бы за помощью, я был бы оскорблён.

Закнафейн кивнул.

- Вытащи меня отсюда.

- Откуда?

- Из города. Я хочу, чтобы ты вытащил меня из города.

- Тайно? Ты планируешь сбежать из Мензоберранзана?

- Нет, ничего такого. Я хочу просто уйти на какое-то время, но не навсегда. У меня впервые есть причина, чтобы остаться, более весомая, чем собственная слабость.

- Второй сын, - предположил Джарлакс, и Закнафейн кивнул.

- Так зачем уходить? - спросил командир наёмников.

- Ради него, второго сына, моего сына Дзирта, - объяснил Зак. - Мэлис использует...

- Мать Мэлис, - строго поправил Джарлакс, и Зак застыл, изумлённо глядя на друга. Джарлакс не смог притворяться серьёзным и рассмеялся.

- Говори, дружище. Что задумала эта мерзкая ведьма?

- Она использует Дзирта, чтобы наказывать меня и управлять мной — очень серьёзно наказывая его, - объяснил Зак. - В следующие несколько лет я практически не смогу ему помочь — я едва могу подойти к нему, а когда это случается, Мэлис часто показывает мне, как глупо с моей стороны вмешиваться в её замыслы.

- Значит, ты оставишь ребёнка Мэлис ради самого ребёнка?

- Как бы глупо это ни звучало, я больше ничего не могу поделать — а в те моменты слабости, когда думаю иначе, мне быстро напоминают, что к чему. За счёт Дзирта.

- Ты просишь о многом, - сказал Джарлакс, обдумав просьбу Зака. - Мэлис так просто тебя не отпустит — и, боюсь, Дзирту придётся несладко, если ты просто сбежишь.

- Нет, просто сбежать я не могу. Я хочу, чтобы ты всё устроил — так, чтобы Мэлис не смогла отказаться.

Джарлакс откинулся на спинку и потёр лицо. У него на примете была лишь одна миссия за пределами Мензоберранзана, и она включала в себя очень запутанную и опасную ситуацию, которая могла серьёзно навредить дому, заподозренному в участии на стороне Бреган Д'эрт.

Но в остальном эта миссия полностью соответствовала желаниям Закнафейна...

- Что ты знаешь о доме Ханцрин? - спросил Джарлакс.

- Ханцрин? - с заметным удивлением спросил Зак. - Каменные головы? Я только что был на Донигартене, забирал рофа у дочери дома Ханцрин. Малый дом, да? Про который никто не и не вспомнил бы, если бы не их поля и скот на Донигартене.

- Не такой уж и малый, и общее мнение скоро изменится, - заверил его Джарлакс. - Они контролируют большую часть городского хозяйства.

- Но они слабы.

- В городе — да, но у них есть ниточки, за которыми нужно следить и иногда подрезать. Пойми, они пользуются благосклонностью Ллос, и более того — благосклонностью восьми домов в правящем совете. Всех восьми. Даже Облодра.

- Похоже на устранение цели, - сказал Закнафейн. - Просишь меня убить кого-то в обмен на то, что вытащишь меня из города? Ну, если это жрица Ллос, то я согласен.

- Если бы всё было так просто! - ответил Джарлакс. - Нет, здесь необходимо куда больше — и опасности, и смекалки. Я сомневаюсь.

- Потому что я не опасен и не смекалист? - с фырканьем спросил Зак.

- Ты и то, и другое — возможно, больше любого из моих знакомых, не наделённых великой властью с рождения. Но последствия могут коснуться не только тебя. Они могут коснуться и дома До'Урден, если мы не будем предельно осторожными.

- Мы всегда предельно осторожны.

- Боюсь, что могу припомнить историю-другую о том, как мы бегали по паутинным балконам Чед Насада.

- Там нас было трое, - напомнил Закнафейн, и Джарлакс вздрогнул при упоминании Аратиса Хьюна, который когда-то был ближайшим союзником и главным советчиком командира наёмников. - И тогда я тоже, - продолжал Закнафейн, - был очень осторожен, смекалист и опасен. Смертельно опасен.

-Действительно. Я по-прежнему работаю кое над чем — мне нужно многое обдумать и проделать большую подготовительную работу, - пояснил Джарлакс. - Когда ты сможешь вернуться?

- Подозреваю, пройдёт по меньшей мере месяц, прежде чем я снова смогу улизнуть из дома До'Урден.

- Хорошо. Мне потребуется это время. И может быть, придётся обдумать эту возможность получше.

- А если это окажется невозможно?

- Тогда я найду другой способ вытащить тебя из Мензоберранзана на затяжной... отдых, - пообещал Джарлакс.

Закнафейн кивнул, затем прикончил свой напиток одним огромным глотком и встал из-з стола. Едва кивнув старому другу, оружейник покинул таверну, возвращаясь в дом До'Урден.

- Слышала? - спросил Джарлакс жрицу Даб'ней, подошедшую к столу, как только ушёл Закнафейн.

- Только окончание. Хочешь впутать Закнафейна в наши дела с домом Ханцрин? Он тесно ассоциируется с крупной городской семьёй, - предупредила она. - Ты запросто можешь развязать войну.

- Я всегда получаю выгоду от войны, - незамедлительно отозвался Джарлакс.

- И как велика будет твоя выгода, если Закнафейна убьют? - спросила Даб'ней. - Как велика будет твоя вина, если не убьют его, зато убьют его сына?

- Не так уж и велика, - признал Джарлакс. - И поэтому мы должны действовать с умом. Хочешь сказать, что расстроишься, если придётся отправиться в дикое Подземье вместе с Закнафейном?

Ответом Даб'ней стала улыбка, задержавшаяся на несколько мгновений, прежде чем жрица спросила:

- Думаешь, мать Мэлис отпустит его?

- Это лёгкая часть, - ответил Джарлакс. - Куда сложнее — то, что может случиться, пока его не будет.

Услышав собственные слова, наёмник задумчиво откинулся на спинку стула. Готов ли он зайти так далеко, пытаясь укрепить роль Бреган Д'эрт, как могущественной силы в Мензоберранзане? Вовлекая Зака, он действительно рискует развязать войну между домами, причины которой можно будет отследить до него. Хуже того, Джарлакс прекрасно понимал, что если в тоннелях Подземья дела пойдут скверно, скорее всего Ханцрины уничтожат всю его экспедиционную команду.

Включая Закнафейна, каким бы умелым тот ни был.

Готов ли Джарлакс так сильно рискнуть?

Время тянулось невыносимо медленно, пока Закнафейн продолжал заниматься своими обязанностями в доме До'Урден. Насколько мог судить оружейник, мать Мэлис не узнала про его тайную вылазку на Улицы Вони для встречи с Джарлаксом — по крайней мере, она не наказала за неё Дзирта и ничего не сказала самому Заку.

Теперь оружейник проводил время почти исключительно на первом ярусе, ярусе для простолюдинов, без продыха занимаясь с домашней стражей — координируя их дозоры и оттачивая боевые построения. Он поднимался на второй ярус лишь иногда, по ночам, когда Мэлис вызывала его к себе в постель.

Он не хотел делать ничего, что могло бы вызвать гнев верховной матери — теперь, когда у неё был способ причинить ему настоящую боль.

Уязвимость. Да, именно так. Закнафейн и представить себе не мог подобное чувство беспомощности и искренней эмоциональной боли. Он думал о многих часах, проведённых с младенцем после падения дома Де'Вир, о связи, которую установил с Дзиртом.

Теперь он подозревал, что Мэлис специально допустила эти визиты. Хотя собственное сердце женщины очерняла тень госпожи Ллос, она прекрасно понимала уязвимость родителя. Она наверняка считала это слабостью, и скорее всего с самого начала подозревала, что Закнафейн подобной слабостью наделён.

И была права. Теперь Зак отчётливо это понимал.

Впервые в жизни он боялся её. Впервые в жизни он знал, что она может его сломать. Она всегда могла убить Закнафейна, пытать его, даже превратить в драука. Упрямый Закнафейн способен был принять такой риск.

Но теперь... теперь Мэлис могла сделать всё это с его ребёнком.

Она могла сломать его.

Он работал с парой десятков воинов у загона для ящеров в задней части первого яруса, когда внутрь вбежала посыльная, задыхаясь от спешки.

- Закнафейн, оружейник! - выдохнула она, когда увидела Зака.

Каждый её шаг ударял по сердцу Зака, как будто кто-то бил его барабанной палочкой.

Молодая женщина резко остановилась, едва не врезавшись в него несмотря на исключительную ловкость дроу, и сунула ему пергамент.

- В тронный зал, немедленно, по приказу матери Мэлис! - выпалила она.

- Я занят...

- Немедленно! - крикнула на него женщина. - По приказу матери Мэлис отказ не принимается. Немедленно!

Зак взял пергамент у неё из рук и прочёл его на ходу, а потом отшвырнул, когда понял, что это всего лишь подписанная Мэлис записка без намёка на причину для спешки.

Он боялся, что знает, в чём дело. Он боялся за Дзирта.

Он изо всех сил старался шагать уверенно и твёрдо, пересекая зал и направляясь к возвышению, где сидела Мэлис в окружении троих дочерей. Его несколько утешал тот факт, что ни одна из них, даже Бриза, не казалась довольной — а ведь они были бы довольны, в особенности Бриза, ожидай его жестокое наказание.

Последние несколько шагов он приглядывался к Вирне, но она была бесстрастна, почти скучала.

- В последнее время тебя почти не видно, - сказала ему Мэлис, когда он подошёл к ступенькам, ведущим к трону, и поклонился.

- Я не покидал дом.

- Ты мало времени проводил среди знати.

- Мы уже семь лет не участвовали в войне, - объяснил Зак. - Я боюсь, что менее... преданные среди нас разучились сражаться иначе, чем в поединке один на один. Эти уроки следует обновлять, и поэтому я...

- Да, да, да, - отмахнулась Мэлис. - Уверена, что твои усилия хорошо нам послужат. Но ты оружейник, и твои обязанности не заканчиваются на том, чтобы выстраивать пешки в боевой порядок.

- Я доступен старшему сыну или любому знатному дроу для индивидуального обучения, если они того пожелают.

- Хватит разговоров об обучении, скучный глупец, - упрекнула его мать Мэлис. - Ты — одно из главных лиц дома До'Урден. Твоя самая важная роль — развлекать меня по моей причуде. Кроме того, ты должен быть доступен и в Мензоберранзане, а не только для сил нашего дома.

- Вы хотите, чтобы я отправился в город?

- Не на Улицы Вони, если ты на это намекаешь, - быстро ответила верховная мать. - Нет, время от времени возникают другие возможности, и я ожидаю, что ты будешь их использовать — чтобы ярко осветить девятый дом Мензоберранзана.

- Всегда к вашим услугам, великая мать Мэлис, - сказал он с очередным поклоном.

- Сегодня нам предложили как раз такую возможность, - объяснила она. - Верховная мать Бэнр послала мне записку про экспедицию, покидающую город с целью разграбить мелкое поселение грязных свирфнеблинов. Нам предстоит победить гномов, и я рассчитываю, что твои личные победы затмят всех остальных участников.

- Разумеется, верховная мать, - ответил Зак, не поднимая головы, пытаясь решить, как отнестись к этой новости. Была ли это экспедиция Джарлакса под прикрытием? Или поблизости действительно находится отряд глубинных гномов, от которого надо избавиться?

- Будь у северных ворот, когда свет Нарбондель достигнет высоты взрослой женщины. Доложишь... - она замолчала и прочитала имя на пергаменте, который держала в руках. - Доложишь городскому разведчику Беньяго Курту из первого дома, который возглавит вашу группу.

Закнафейн украдкой вздохнул с облегчением. Беньяго Курт действительно был знатным дроу из этого влиятельного дома, но также он считался одним из самых важных дипломатов и разведчиков в Бреган Д'эрт.

Закнафейн получил свой побег.