Пятница, 19:03

Элси ужасно нервничала. Фелипе повел ее не в бальный зал, а в комнатку недалеко от апартаментов Амалии. На столе стояло несколько бархатных шкатулок.

– Я знаю, ты любишь украшения. – Он жестом подозвал Амалию. – Выбери все, что захочешь.

Амалия широко раскрыла глаза:

– Правда?

– Конечно, – сказал он. – Не торопись. Примерь их все.

Служанка показала Амалии серьги, колье, украшенные драгоценными камнями гребни для волос и даже пару миниатюрных тиар. Через мгновение Фелипе подошел к Элси.

– На тебе тоже мало украшений. – Он вытащил что‑то из кармана. – Ты хотела бы надеть вот это?

Кожа Элси покрылась мурашками, когда он показал ей узкую нить сверкающих бриллиантов в золотой оправе. Они ярко блестели, заставляя ее думать о неразрывной цепи, которая, несомненно, привяжет ее к Фелипе. Она смотрела ему в глаза, потрясенная своими мыслями.

– Это браслет, – медленно объяснил он, словно она внезапно потеряла разум.

Она вдруг представила, как одета только в эту бриллиантовую цепочку на запястье, а Фелипе нависает над ней и лукаво улыбается. Внизу ее живота разлилось тепло.

– Нет. – Она покачала головой, прогоняя шокирующий образ. – Нет.

– Всего лишь браслет. Ты наденешь его только сегодня.

– А как насчет правила «только я знаю, как украшать мое тело»? – спросила она, отчаянно пытаясь успокоить разыгравшееся воображение. – Ты сказал, что ты не моя Фея‑Крестная, но хочешь одеть меня так, чтобы я соответствовала требованиям твоего мира.

– Ты никогда не впишешься в мой мир.

Правда обидела ее.

Он взял Элси за запястье:

– Но это же хорошо!

– Если это хорошо, то не проси меня притворяться тем, кем я не являюсь.

– Разве ты не можешь носить красивые и дорогие вещи? Ты считаешь себя недостойной?

Его слова рассердили ее, и она решила шокировать Фелипе.

– Мой отец в тюрьме.

Он замер:

– Ты не отвечаешь за своего отца.

Элси почувствовала, как слезы наворачиваются ей на глаза и быстро заморгала, переполняясь эмоциями. Ей надо было оттолкнуть Фелипе от себя.

– Мой брат тоже сидел в тюрьме.

– А ты нет. – Он колебался. – Или да?

Она медленно покачала головой.

Его глаза потемнели, он пристально уставился на нее:

– И твоей матери больше нет. Мне жаль, Элси.

Ничего не получилось – Фелипе не ушел, а шагнул к ней ближе и поднес браслет к ее руке.

– Пожалуйста, Фелипе. – Она снова покачала головой, не желая соблазняться и надевать украшение. – Это не мое. Я его не покупала. Он мне не подходит.

– Ты возьмешь его на время, а не оставишь у себя, – возразил он. – Амалия сказала мне, что ты не хочешь выделяться. Без украшений ты будешь как белая ворона. Я уверен, София наденет массу драгоценностей и с трудом будет передвигаться под их тяжестью.

Вздрогнув, Элси испугалась:

– Она придет на банкет?

– Ты ревнуешь к моей бывшей подружке?

Она посмотрела на Фелипе:

– Она была твоей подружкой?

– Не совсем. – Он напрягся и заговорил тише: – Мы не спали вместе.

Смутившись, она почувствовала облегчение.

– Тебе не нужно было мне этого говорить.

– Нет?

– Ты бы не стал с ней спать, пока не женился.

Он вопросительно посмотрел на нее, а потом рассмеялся:

– Принцесс‑девственниц не бывает, Элси.

Она сильнее покраснела.

– Ты спал с другими принцессами?

Он выдохнул:

– Никого из моих бывших любовниц сегодня не будет.

– Такая личная информация не имеет никакого отношения ко мне, – прохрипела Элси.

Фелипе громче рассмеялся.

– Ты уверен, что доверяешь мне?

– Ты никому не рассказывала о своем визите во дворец несколько месяцев назад, а могла бы. Ты не подставила бы Амалию и не причинила вреда мне.

– Даже если кто‑нибудь заплатил мне кучу денег?

– Ты могла бы продать свою историю несколько недель назад, но ты не сделала этого. Ты слишком порядочная.

Она затаила дыхание.

– Я доверяю тебе, Элси. Иначе я не предлагал бы этот браслет.

На ее глаза навернулись слезы. Ей было очень важно, что Фелипе доверяет ей. Однако она огорчилась. Он оказался одним из немногих, кто верил в нее, но был для нее недосягаем. Она испытала странное горько‑сладкое чувство.

– Спасибо за предложение. Мне оказана большая честь, – просто сказала Элси. – Но нет. Платья достаточно. Я репетитор по музыке. Никто не ждет, что я буду усыпана бриллиантами.

Фелипе серьезно посмотрел ей в глаза:

– Как хочешь. – Он положил браслет себе в карман и позвал Амалию: – Ты готова?

Девушка повернулась. Она надела красивое жемчужное колье.

– Жемчуг Сильвабона. – Фелипе кивнул. – Хороший выбор, Амалия. Несколько жемчужин нашли у небольшого острова много лет назад.

Амалия осторожно потрогала колье:

– Ты сам нырял за ними?

Фелипе поднял брови:

– Как ты узнала об этом?

– Карлос сказал, что однажды ты занимался дайвингом и так долго был под водой, что охранники нырнули прямо в одежде, чтобы спасти тебя. Но потом ты появился и расхохотался. Карлос говорил, что ты нашел удивительную жемчужину.

Фелипе моргнул:

– Он рассказал тебе эту историю?

– Он все время говорил о тебе, – произнесла Амалия. – По его словам, ты нашел много жемчуга, но после этого старый король запретил тебе нырять.

Фелипе ответил не сразу. Элси поняла, что он тянет время, чтобы успокоиться. Он взглянул на нее и расправил плечи.

– Король мог так поступить, следуя протоколу. – Фелипе бросил на Элси убийственный взгляд.

– Но ты все равно нырял, – с иронией предположила Элси, понимая, что надо разрядить напряженную атмосферу. – А мы все думали, что ты держишь обещания…

– Я не обещал королю, что не буду нырять. – Фелипе подмигнул. – Он предложил мне воздержаться от дайвинга, а я решил его не слушать.

– Карлос сказал, что ты самый смелый. – Амалия кивнула. – Ты все еще ныряешь за жемчугом?

На этот раз Фелипе не ответил.

– Фелипе? – тихо позвала Элси.

– В последнее время мне было не до дайвинга. – Он избегал взглядов Амалии и Элси.

– Хотела бы я нырнуть, – задумчиво сказала Амалия. – Но я плохо плаваю.

Фелипе откашлялся:

– У всех нас разные сильные стороны. Я совсем не умею играть на пианино.

Амалия снова коснулась пальцами колье и вдруг вздернула подбородок:

– Я научу тебя играть, если ты научишь меня нырять.

Элси отчаянно искала взгляд Фелипе и, когда он взглянул на нее, многозначительно уставилась на него.

На его подбородке дрогнула жилка.

– Ладно. – Он энергично кивнул Амалии. – Позже летом, когда твоя нога окрепнет.

Сердце Элси забилось чаще. Она испытала глупое облегчение оттого, что сводный брат и сестра сближались.

– Хорошая мотивация для занятий физкультурой. – Она улыбнулась Амалии. – Ты такая красивая. Жемчуг идеально тебе подходит.

Фелипе шел с ними по запутанным коридорам в зал для приемов. Как только они пришли, он хрипло произнес на ухо Элси:

– Неужели ты думала, что затеряешься в толпе в этом платье?

Она улыбнулась, его поддразнивание успокоило ее.

– Я надеялась слиться с флагами страны.

Он покачал головой и ушел.

– Фелипе сказал, что нам не надо ни с кем здороваться, и мы зайдем через другую дверь, – сообщила Амалия. – Я не знаю, как он запоминает имена гостей. Их сотни.

Элси украдкой наблюдала за ним. К ее радости, никто не обращал на нее внимания. Король стоял в противоположном конце банкетного зала, приветствуя гостей. Рослый, властный и спокойный. Но он держался особняком, хотя его окружали придворные и министры. Фелипе был полноценным авторитетом до мозга костей, и все в огромном зале пытались его впечатлить, но рядом с ним никого не было. Ни подруги. Ни семьи. Ни даже матери. Он был совершенно один. И Элси поняла, что именно этого ему не хватает.

Фелипе никогда не стремился жениться на принцессе. Он не хотел, чтобы Амалия страдала от скуки во дворце. Он ко всему относился с чувством долга.

Пока Элси разглядывала короля, он повернулся, и их взгляды встретились. На мгновение ей показалось, что он стоит рядом с ней. Но вот ливрейные слуги распахнули широкую дубовую дверь, и стали входить гости. Через пару минут в комнате было несколько принцесс в элегантных и гламурных платьях. Элси и Амалия восхищались ими, потом Элси сосредоточилась на мастерской игре музыкантов, чтобы не ревновать Фелипе к гостьям, с которыми он разговаривал. Она узнала принцессу, на которой он не женился. На ней было золотое платье, и она напоминала богиню.

– Я хочу играть на барабанах, – сказала Амалия.

Элси тоже захотелось прямо сейчас колотить по звонким поверхностям тяжелыми палками.

Еще принцы. Короли. Премьер‑министры. Президенты. Охрана была настороже. Элси поняла, почему небо над страной закрыто. Мужчины в кафе следили за Амалией на почтительном расстоянии.

Как и любой гость, Элси прекрасно знала, где находится Фелипе. С кем он разговаривает. Он встречал каждого гостя, обращался к нему по имени и уделял ему минуту своего внимания.

Банкетный зал сверкал начищенным серебром и люстрами. Еда была великолепной, но у Элси почти не было аппетита. Она вежливо улыбалась, пока гости говорили с Амалией о местах, которые стоит посетить в Европе. Элси представили как репетитора по музыке у Амалии, и никто не задавал вопросов. После ужина все пошли в бальный зал. Элси и Амалию оставили в покое.

Фелипе не следовало пялиться на Элси, но не смотреть на нее он не мог. На ее шее ничего не было – никаких драгоценностей, отвлекающих внимание, но она выглядела крайне соблазнительно. Ее волосы были высветлены и сияли, как ореол вокруг головы. Ей не нужна была тиара, чтобы привлекать внимание.

Рядом с ней смеялась Амалия. Голубые глаза Элси сверкали всякий раз, когда она смотрела на Фелипе в упор.

Зачем он хотел украсить ее? Она и так сияет. Браслет по‑прежнему лежал у него в кармане. Он представил, как тот сверкает на ее запястье, когда она играет на мандолине. Его бросило в жар от мысли о том, как Элси лежит на его кровати, а на ней надет только браслет. Власть, которой она обладала над ним, поражала своей силой.

Элси может быть опасной. Он не знал, что члены ее семьи сидят в тюрьме. Он проигнорировал предупреждения Гарсии. Черт побери, он превращается в своего отца – забывает о долге и предается страсти. И самое ужасное в том, что ему на все наплевать. Но хотя Элси из другого мира, уже слишком поздно снова прогонять ее из дворца. Завтра она уедет, и они больше никогда не увидятся.

В эту секунду Фелипе захотелось вернуться в Средневековье, когда король держал при дворе любовниц. На банкете он поддерживал вежливую беседу. Пытался сделать все, чтобы никого нарочно не обидеть. Очередь из гостей казалась ему бесконечной.

Наконец Элси оглянулась и посмотрела на него. Ему следовало быть осторожнее, но он не хотел и не мог отвести от нее взгляда. Но вот премьер‑министр заговорил с ним и подвел его к другому высокопоставленному лицу. Фелипе хотелось поговорить с Элси, но он запретил себе подходить к ней, потому что мог не сдержаться и прикоснуться к ней.

Люди танцевали в бальном зале. Фелипе не танцевал. Он никогда не танцевал, никому не отдавая предпочтение на публике. Прошло еще несколько минут, и он потерял Амалию и Элси из виду.

– Где они? – Он хмуро посмотрел на Ортиса. – Почему ты не с ними?

– Они в безопасности в частном крыле, ваше величество, – ответил Ортис. – Они ушли около двадцати минут назад.

Да, Фелипе точно знал, сколько минут прошло с тех пор, как он не видел Элси. Она ушла с банкета до того, как король ей разрешил? Какое нахальство! Амалии простительны такие поступки с учетом ее возраста. Но сегодня Фелипе не король для Элси. Он вдруг испугался, что она снова уехала от него, не попрощавшись.