Поздно вечером, когда все улеглись спать, близнецы долго шептались между собой. Их кровати стояли рядом, и они могли разговаривать тихонько, никому не мешая.

– Ну, теперь обязательно что-нибудь произойдёт, – уверяла Пат. – Ни за что не поверю, что Элси стерпит обиду. Она уж придумает, как отомстить Анне, а заодно и всем нам.

– А я надеюсь, что Мирабел наконец возьмётся за ум, – сказала Изабель. – Она так подозрительно всматривалась в наши лица сегодня вечером в гостиной, а когда Дженет её о чём-то спросила, даже отвечать сначала не хотела.

– Ну, это неудивительно, – заметила Пат и зевнула. – Ещё бы, после того как мы ей столько гадостей сделали. Сначала было смешно, но потом мне как-то расхотелось смеяться, хотя, по-моему, Мирабел всё это заслужила. Слушай, а забавно было, когда Глэдис вдруг заговорила, да ещё призналась, что сидела одна в музыкальной комнате. Странная девчонка, правда?

– Знаешь, а ведь Дженет сказала правильно, – невольно повысила голос Изабель.

– Тихо, – зашипела Пат. – Ты о чём?

– О том, что мы с тобой тоже вели себя чуточку как Мирабел. Помнишь, как нам было плохо оттого, что никто не хотел с нами дружить? Давай попробуем заговорить с Мирабел как ни в чём не бывало, по-дружески, ну, поддержим её немного. Ведь нас всё-таки простили и приняли как своих. А мы так же отнесёмся к Мирабел.

– Пат, Изабель, если вы сейчас же не прекратите болтать, я завтра пожалуюсь на вас мисс Дженкс! – внезапно разорвал темноту резкий голос Элси.

– Не имеешь права, ты больше не староста, – дерзко бросила Карлотта, не дав близнецам даже собраться с мыслями.

– И на тебя пожалуюсь! За беспорядок в шкафу! – взвилась Элси.

– Да пожалуйста, жалуйся в пятидесятый раз, – лениво ответила Карлотта. – Беги докладывай, мисс Вредина Элси.

Отовсюду послышались довольные смешки. Разъярённая Элси села на кровати.

– Карлотта! Если ты посмеешь хамить мне, как вульгарная цирковая девчонка… – начала она.

Но тут уж все возмущённо повскакивали на своих кроватях.

– Слушай, – заговорила Бобби, – каждый, кто назовёт Карлотту вульгарной, получит от нас хороший нагоняй! Мы все гордимся Карлоттой! Ведь это она спасла Сэди, которую похитили в прошлой четверти! Если тут и есть кто-то вульгарный, так это ты, Элси! И помни, что я сказала про нагоняй!

Вне себя от бешенства, Элси начала высказывать Бобби всё, что она о ней думает, совершенно позабыв о том, что следует соблюдать тишину. Поэтому мисс Дженкс, совершавшая вечерний обход, с изумлением услышала, как в одной из комнат в полной темноте звучит чей-то злой, негодующий голос.

Она быстро вошла и включила свет. Никто и не думал спать, все девочки сидели на кроватях. При виде мисс Дженкс Элси выпучила глаза и поперхнулась от ужаса, и в комнате наступила мёртвая тишина.

– Кто здесь только что разговаривал? – ледяным голосом спросила мисс Дженкс.

Все молчали. Элси не могла заставить себя признаться и отчаянно надеялась, что мисс Дженкс сделает общее замечание и выйдет. Но учительница не собиралась уходить – стояла и ждала.

– Кто старший в этой комнате? – спросила она наконец. – А, наверное, ты, Элси. Ты же одна из старост класса. Что ж, раз у виновницы не хватает смелости сознаться, тебе как старосте следует сообщить ей, что она наказана, и проследить, чтобы завтра она легла спать на час раньше. Ты поняла?

– Да, мисс Дженкс, – послушно пробормотала Элси.

С кровати Карлотты донёсся смешок, который тут же превратился в кашель.

– Ты, кажется, простудилась, Карлотта, – нарочито озабоченно проговорила мисс Дженкс. – Обязательно загляни завтра утром к экономке и попроси у неё порцию её знаменитой микстуры.

– У меня до завтра всё пройдёт, мисс Дженкс, честное слово, спасибо, – поспешно заверила её Карлотта.

– Спокойной ночи, девочки, – проговорила мисс Дженкс и, выключив свет, вышла из комнаты.

Как только её шаги затихли вдали, девчонки снова начали хихикать и перешёптываться.

– Элси, не забудь проследить, чтобы ты легла завтра спать на час раньше, – громко прошипела Карлотта.

У Элси горело лицо. Ну почему она не призналась? Тогда вся эта история не была бы для неё такой унизительной! Не важно, она в любом случае не ляжет завтра раньше обычного. Элси заткнула уши пальцами, чтобы не слышать насмешек и ехидных замечаний, но не решалась требовать, чтобы одноклассницы замолчали, тем более не грозилась пожаловаться, понимая, что это рассмешит их ещё сильнее.

Поведение Элси вызвало у всех презрение, но в то же время девочкам было очень смешно. Они решительно собирались проследить за тем, чтобы Элси легла спать на час раньше, и не дать ей избежать наказания, на которое она сама же и согласилась.

На следующее утро за завтраком близняшки радостно улыбнулись Мирабел. Та расплылась в ответ. Она ожидала новых проделок в свой адрес и очень удивилась и обрадовалась их неожиданным улыбкам.

После завтрака Пат и Изабель подошли к Мирабел.

– Ты слышала о том, что было у нас в спальне вчера ночью? – спросила Пат.

– Я только поняла, что что-то произошло, – сказала Мирабел. – Другие девочки обсуждали это. Так что случилось?

Близняшки с удовольствием поведали об Элси и мисс Дженкс, и Мирабел рассмеялась.

– Спасибо, что рассказали, – проговорила она. – Это правда смешно. Слушайте, а класс ещё будет издеваться надо мной сегодня? Только я собралась начать новую жизнь, как вдруг всё это…

– Ты честно решила измениться? – удивилась Пат. – Ну тогда можешь не волноваться: мы больше ничего тебе не сделаем. Но и ты тоже постарайся со своей стороны. Это жутко раздражает, когда невозможно нормально заниматься. Ты, конечно, можешь злиться на своих домашних, но класс-то ни в чём не виноват!

– Конечно нет, – покачала головой Мирабел. – Я вела себя как дура. Наверное, вы все очень обрадуетесь, когда я уеду отсюда.

– Там видно будет, – сказала Изабель. – На следующей неделе наш класс даёт благотворительный концерт в помощь обществу Красного Креста. Каждый класс должен устроить такой концерт. Может быть, ты сыграешь для нас на скрипке? И на пианино тоже, а?

– Откуда вы знаете, что я умею играть? – удивилась Мирабел.

Но тут примчалась мисс Дженкс, и под её руководством весь класс отправился на естественно-научную прогулку. Мирабел поставили в пару с застенчивой Глэдис, которая и всегда-то боялась слово сказать, а тут ещё смущалась после вечерней беседы в музыкальной комнате. Мирабел тоже было неловко, и потому они почти не разговаривали.

А близняшки уже успели улучить момент и сообщить одноклассницам, что попросили Мирабел поучаствовать в предстоящем концерте.

– И она согласилась? – заинтересовалась Бобби.

– Ещё нет, но мы всё равно внесём её имя в список выступающих, – заявила Пат. – Я уверена, что согласится! Она отлично держалась сегодня утром.

Когда начались школьные занятия, Мирабел обнаружила, что все её пропавшие учебники и тетради снова лежат в парте: Анна успела достать их из шкафа до начала уроков. Увидев это, Элси разозлилась, но промолчала. Она сама ещё не знала, кого ненавидит больше – Анну или острую на язык Карлотту.

Вечером, когда программа благотворительного концерта была окончательно составлена, Изабель окликнула Мирабел:

– Эй, Мирабел, я написала, что ты будешь играть соло на скрипке, а потом на пианино. Только скажи названия пьес.

– Но у меня нет с собой скрипки, – неуверенно произнесла Мирабел.

– Ерунда! Напиши домой, пусть пришлют, – отмахнулась Пат. – А пока потренируешься на скрипке Анны. Она тебе одолжит на неделю. Правда, Анна?

– Конечно, – ответила та. – Я могу сходить за скрипкой прямо сейчас. Подержишь её в руках, чтобы понять, насколько тебе удобно на ней играть. У меня хороший инструмент.

И Анна принесла свою скрипку, вынула её из футляра и вложила в руки Мирабел. Это и правда был очень хороший инструмент. Мирабел любовно провела смычком по струнам.

– Сыграй что-нибудь, – попросила Изабель.

И Мирабел исполнила несколько своих любимых мелодий. Так же как и в прошлый раз в музыкальной комнате, она забыла про девочек, сидящих вокруг неё в общей гостиной, про школу Сент-Клэр, даже про себя. Она была настоящим музыкантом и, начиная играть любимую музыку, погружалась в неё целиком и полностью.

Все слушали её как зачарованные. В школе были другие девочки, которые очень хорошо играли на скрипке, но в руках Мирабел инструмент словно ожил и обрёл собственный голос, глубокий и чистый. Сама Анна была поражена тем, что из её скрипки можно извлечь такие чудесные звуки.

А когда Мирабел наконец закончила играть, все захлопали как сумасшедшие.

– Ты просто потрясающая! – воскликнула Пат. – Зрители на концерте будут в восторге, я тебе совершенно точно говорю! А теперь сыграй что-нибудь на пианино. Пожалуйста!

Раскрасневшаяся, сияющая от удовольствия Мирабел обвела взглядом своих слушательниц – все смотрели на неё с восхищением. Не хлопала только Элси Фэншоу. Она сидела за столом, склонившись над книгой, словно ничего не видела и не слышала.

– Ну же, Мирабел, – настаивала Пат, – сыграй нам.

Мирабел подошла к пианино, стоявшему в общей гостиной специально для тех, кому захочется поиграть. Как правило, на нём барабанили популярные танцы или мелодии. Но в этот вечер всё было по-другому.

Длинные, чуткие пальцы Мирабел легли на клавиши, и комнату наполнили чарующие звуки ноктюрна Шопена. Большинство учениц Сент-Клэра любили классическую музыку, и все с удовольствием слушали Мирабел. Глэдис вообще закрыла глаза – музыка всегда волновала её, хотя она не училась играть на музыкальных инструментах.

И после того как затихли последние аккорды, все некоторое время сидели молча.

– Тебе надо исполнить это на концерте! – воскликнула наконец Хилари. – Ты играла божественно! Я слышала эту пьесу по радио во время каникул, но ты играешь гораздо лучше!

– Нет, конечно. – Мирабел покраснела от смущения и удовольствия. – Ладно, исполню. И если вы правда хотите, чтобы я сыграла ещё и на скрипке, тогда я напишу родителям и попрошу, чтобы они мне её прислали. У Анны хорошая скрипка, но мне удобнее играть на своей.

– Вот и хорошо, – сказала Изабель. – Надо же, а ты не так проста, как кажется! Ни слова не сказала о своей музыке, всё держала в секрете. Вот бы и у меня обнаружился какой-нибудь талант! Везучая ты!

Мирабел помогла Изабель внести уточнения в программу концерта. В голове у неё всё время вертелись слова: «У тебя настоящий талант!» Потом вспомнился разговор с мисс Теобальд: «…Иногда у трудных детей обнаруживаются выдающиеся способности к чему-либо… Пока неизвестно, есть ли у тебя какие-либо таланты или ты просто избалованная, непослушная девочка… Дай возможность себе и мне понять, стоишь ли ты наших усилий».

Похоже, родители не считали, что Мирабел стоит каких-либо усилий, иначе они не услали бы её из дому. Но она стоила, стоила! Вон как всем девчонкам понравилась её игра! Мирабел снова пожалела, что отказалась, когда папа предложил ей брать уроки музыки в Сент-Клэре. Единственное, в чём Мирабел оказалась действительно талантлива, была музыка, но она сама отказалась развивать свой талант из чистого упрямства!

– Спорим, ты легко сдашь любой экзамен по музыке, – сказала тем временем Изабель, протягивая Мирабел несколько программок, чтобы та вписала туда название пьес, которые будет исполнять на концерте. – У нас в классе больше никто не отличается музыкальными способностями. Жалко, что ты не учишься музыке специально, а то была бы гордостью класса, ведь ты любой старшекласснице дашь фору! Я уверена, что ты получила бы приз за лучшее музыкальное исполнение!

– Я завтра обязательно напишу родителям, – сказала Мирабел, чётко и аккуратно вписывая названия пьес в программу.

Впервые за всю четверть она чувствовала себя счастливой. Было так здорово делать что-то вместе с Изабель, так приятно, что её хвалят! Дома никто особенно не восхищался талантами Мирабел, поскольку в семье мало интересовались музыкой. Наверное, таким же музыкальным, как Мирабел, был её младший брат, но она вечно смеялась над ним. При мысли об этом Мирабел стало стыдно. Она должна была хвалить его! Какая же она противная! Только теперь, оказавшись вдали от дома, Мирабел сумела по-новому взглянуть на себя. Ну ничего, через полчетверти она вернётся и покажет всем, что вовсе не такая уж плохая!

В восемь часов вечера второклассницы радостно переглянулись между собой. Отбой был в девять – значит, Элси пора было отправляться спать. Но она, похоже, не планировала ничего подобного. Наоборот, после ужина, не говоря никому ни слова, удобно устроилась в гостиной с книжкой.

– Спокойной ночи, малыши, – пропела Карлотта.

Элси не обратила на неё внимания.

– Непослушных девочек укладывают спать на час раньше других, – заметила Бобби.

Элси не шелохнулась.

Девочки снова переглянулись. Было совершенно очевидно, что Элси не собирается покидать гостиную. Вчера она побоялась признаться мисс Дженкс в том, что разговаривала после отбоя, а сегодня решила увильнуть от наказания!

К общему удивлению, Анна взяла дело в свои руки.

– Элси, – проговорила она, – ты прекрасно знаешь, что тебе следует делать. Не позорься.

– Ты не смеешь так со мной разговаривать, – бросила Элси, переворачивая страницу.

– Смею, – спокойно ответила Анна. – Я староста класса и имею полное право говорить тебе, что делать.

– Не имеешь! – вспыхнула Элси. – Я тоже староста!

– Нет, ты больше не староста! – закричало сразу несколько голосов. – Мы считаем старостой только Анну! А ты для нас больше не староста!

– Этот вопрос может решать только мисс Дженкс, – заявила Элси, оглядывая одноклассниц.

– Наверное, ты права, – невозмутимо произнесла Анна. – Пойдём к мисс Дженкс, пусть она решает.

Хилари посмотрела на неё с восхищением. Было ясно, что это единственное, что подействует на Элси, – ведь она ни за что на свете не пойдёт объясняться перед мисс Дженкс, это для неё слишком унизительно!

Элси замялась. Все прекрасно понимали, что она откажется, и с интересом ждали, что будет дальше. А Анна уже встала с места, показывая, что готова отправиться хоть сейчас.

– Я не пойду к мисс Дженкс, – тихо сказала Элси.

– Так я и думала, – заметила Анна, снова усаживаясь. – Что ж, этот вопрос может решить или мисс Дженкс, или класс. Мне всё равно кто.

– Мы сами решим. Да мы уже всё решили! – воскликнула Дженет. – Наша староста – Анна. Мы против Элси. А раз так, Элси должна послушаться Анну и пойти спать. И вообще, Элси, ты сама во всём виновата.

Ну уж это было слишком! Элси упрямо сжала и без того тонкие губы.

– Никуда я не пойду, – процедила она. – И Анну слушаться не буду. Для вас она, может, и староста, а для меня – нет!

– Ладно, – весело сказала Карлотта, вскакивая с места. – Бобби, Дженет, близняшки, берите её за руки за ноги, и потащили наверх, в кровать! Мы должны проследить, чтобы все выполняли указания мисс Дженкс. Представляете, какие глаза будут у третьего класса, когда мы поволочём мимо них беднягу Элси?

– Нет! Не трогайте меня! – закричала Элси, вскакивая. Она отлично знала, что Карлотта способна на самую дикую выходку. – Я сама пойду! Я вас всех ненавижу!

Она разрыдалась и выбежала из гостиной. Карлотта снова села и огляделась по сторонам.

– Я, конечно, не собиралась тащить Элси в кровать, – сказала девочка, – но догадывалась, что она послушается, если её припугнуть.

– Ну, завтра она нам устроит! – вздохнула Бобби.

– Нет, – покачала головой Анна. – Я Элси знаю. Она начнёт себя жалеть, изображать тихую, кроткую страдалицу, чтобы другие её тоже жалели.

– Думаю, ты права, – заметила Дженет. – В таком случае самое правильное – не обращать на неё внимания. Не обижать, но и не замечать. Как будто её нет.

– Так будет лучше всего, – согласилась Анна, снова принимаясь вязать. – Надо же, как трудно быть старостой в одиночку! Всё время приходится принимать какие-то решения!