Время летело быстро. Половина четверти прошла незаметно, и наступил родительский день. Ко многим ученицам приехали мамы и папы – повидаться и сходить куда-нибудь вместе. Родители Элисон не смогли приехать, поэтому её забрала мама близняшек.

– Как идут дела? – поинтересовалась миссис О’Салливан. – Надеюсь, все трудятся не покладая рук?

Но говорить об учёбе никому не хотелось. Близняшки взахлёб рассказывали про концерт, про лакросс, про Карлотту, которая обещала закатить пир на свой день рождения. Элисон могла говорить только о своей обожаемой мисс Квентин:

– Она ужасно умная! Мне так нравится у неё заниматься! Она говорит, что из меня может получиться настоящая актриса!

– Ну хватит уже болтать про свою мисс Квентин! – простонала Пат. – Мамочка, в прошлой четверти Элисон была в восторге от Сэди Грин из Америки. Кстати, Элисон, она тебе даже ни разу не написала! А в этой четверти она сходит с ума по мисс Квентин. Может, есть какая-нибудь таблетка или лекарство, которое отучит Элисон обожать всех подряд?

Элисон очень переживала, что её лучшая, как она считала, подруга Сэди не потрудилась ей написать. И она немного обиделась на Пат, которая так легкомысленно напомнила ей об этом.

– Мисс Квентин не такая, как Сэди, – заявила она. – Она обещала мне писать каждую неделю во время каникул. Я знаю, что ей можно верить. Она просто изумительная!

– Чудесная, прекрасная, удивительная, изумительная, – хмыкнула Изабель. – Интересно, что думает об Элисон мисс Квентин? Спорим, она о тебе так не отзовётся. Вечно ты выплясываешь вокруг кого-нибудь, и тебе в голову не приходит, что, может, ты уже надоела этому человеку своими восторгами.

Услышав предположение, что она может надоесть любимой мисс Квентин, Элисон вспыхнула и гневно уставилась на сестёр. Миссис О’Салливан перехватила её взгляд.

– Ну-ну, – проговорила она, – давайте не будем тратить драгоценное время на ссоры. Я ничуть не сомневаюсь в том, что мисс Квентин достойна обожания и что Элисон усердно занимается хотя бы у неё на уроках.

К Мирабел приехали мама с папой. Они все вместе должны были отправиться обедать, а потом – в театр. А после театра ещё пойти пить чай.

Мирабел с волнением ждала приезда родителей. Она забыла про то, что поругалась с ними перед отъездом в школу, забыла все свои угрозы и капризы и теперь стояла в дверях, ожидая их с горячим нетерпением.

А когда родители наконец появились, Мирабел кинулась обнимать их с таким жаром, что они поначалу даже не поняли, что происходит.

– Мамочка! Папочка! – дрогнувшим голосом воскликнула Мирабел. – Как я рада вас видеть!

Родители с изумлением уставились на взволнованную, сияющую от радости девочку. Такую Мирабел им раньше не приходилось видеть! Они крепко обняли дочку и с интересом огляделись по сторонам. Папа Мирабел настолько скоропалительно отправил её в Сент-Клэр по рекомендации одного друга, что родители даже не успели побывать в школе до отъезда дочери.

– Какое чудесное место! – сказала миссис Анвин. – У нас есть немного времени, чтобы походить здесь?

– Мамочка, ты обязательно должна всё осмотреть! – закричала Мирабел.

И она заставила родителей осмотреть всю школу сверху донизу и даже показала им ванную комнату, где умывалась по вечерам. Родители только и успевали радостно переглядываться. Было очевидно, что Мирабел страшно гордится Сент-Клэром и считает её своей собственной любимой школой.

– Папочка, я так рада, что ты выбрал именно Сент-Клэр! – воскликнула Мирабел, когда экскурсия была наконец завершена и вся семья направилась к выходу. – Это замечательная школа, честное слово! – Девочка вдруг замялась. Ей было очень трудно решиться и сказать то, что она давно хотела сказать. – Я хочу извиниться за то, что так безобразно вела себя дома, – выпалила она. – Теперь, когда я так далеко от вас, я вижу всё совсем по-другому. И понимаю, что была совершенно ужасной.

– Мы давно об этом забыли, – ответил ей папа, – и никогда не будем вспоминать. Для нас самое главное, что ты счастлива и вернёшься счастливой домой. Мы почувствовали такую гордость за тебя, когда мисс Теобальд сообщила, что ты решила остаться в школе. И она очень хорошо о тебе отзывалась.

– Правда? – порозовела от удовольствия Мирабел. – Сначала я её ненавидела за то, что она наговорила мне всяких гадостей. Но теперь она мне нравится. Мамочка, как жалко, что ты не привезла Джоан и Гарри! Я по ним соскучилась!

– Они тоже хотели с тобой повидаться, – ответила мама, – но слишком уж далеко ехать. Ну что, пойдём? А то не успеем пообедать до начала пьесы.

– Мамочка, можно я тебя о чём-то попрошу? – неожиданно решилась Мирабел. – У меня здесь есть подруга, но её мама в больнице, и поэтому к ней никто не приехал. Можно ей пойти с нами?

– Ну конечно! – воскликнула миссис Анвин, удивлённая и обрадованная тем, что её трудная дочь нашла себе подружку.

Интересно, что же это за подружка такая? Миссис Анвин никогда особо не нравились приятели дочери – они были такие же шумные, невоспитанные и непослушные, как и сама Мирабел.

– Я за ней сбегаю! – воскликнула девочка.

И она помчалась за Глэдис. Та собиралась идти обедать в школьную столовую. Ей было немного грустно, потому что в школе почти никого не осталось – все разъехались со своими родителями.

– Глэдис! – кинулась к ней Мирабел. – Ты идёшь со мной! Скорее беги и отпросись у мисс Дженкс. Мама с папой разрешили!

Глэдис вздрогнула и вся затрепетала от радости. Конечно, она немного боялась знакомиться с родителями Мирабел, но зато на душе у неё стало так тепло при мысли, что подруга о ней не забыла. И грусть как рукой сняло! В жизни Глэдис было мало удовольствий, и поход в театр казался ей грандиозным событием.

– Глэдис, очнись! – нетерпеливо закричала Мирабел. – Давай скорее! Ищи мисс Дженкс, а я пока сбегаю за твоим пальто.

Уже через три минуты Глэдис, вся красная от смущения, стояла рядом с Мирабел у выхода из школы и не могла вымолвить ни слова. Мистер и миссис Анвин были поражены. Так это и есть новая подруга их дочери?! Как же она не похожа на назойливых девчонок, с которыми обычно водилась Мирабел. Какая милая девочка!

Миссис Анвин ласково улыбнулась Глэдис. А той сразу понравилась мама Мирабел – своей мягкостью и доброжелательностью она немного напоминала её собственную маму.

Всего через несколько минут Глэдис совсем освоилась и перестала стесняться. Она сама не заметила, как разговорилась и принялась рассказывать о своей маме чуткой и сострадательной миссис Анвин.

– У тебя такая хорошая мама! – прошептала Глэдис подруге, когда они мыли руки перед обедом в ресторане гостиницы. – Самая хорошая из всех, кого я встречала, после моей мамы. А твой папа такой весёлый! Он мне тоже очень нравится, хотя я его чуть-чуть побаиваюсь. Счастливая ты!

Мирабел была страшно довольна тем, что её родители так нравятся Глэдис. Она впервые увидела их чужими глазами.

– Хорошо, что ты с нами пошла, – сказала она, сжав руку Глэдис. – И я рада, что ты нравишься маме с папой.

Но сюрпризы на этом не закончились. Миссис Анвин спросила Глэдис, в какой больнице лежит её мама, и, услышав ответ, ахнула:

– Да ведь это совсем рядом с домом, где живёт моя сестра! Я её часто навещаю и могу зайти в больницу, чтобы узнать, как дела у твоей мамы. Может быть, даже загляну к ней, если доктора позволят.

Глэдис была счастлива. Мама сразу стала как будто ближе к ней! И совсем здорово было бы, если бы миссис Анвин разрешили повидаться с мамой! А потом она напишет Глэдис и расскажет ей, как всё прошло!

– Спасибо вам большое! – сказала девочка. – Будет просто чудесно, если вы сможете побывать у моей мамы.

Родительский день пролетел очень быстро. Девочки возвращались в школу весёлые и довольные и тут же начинали обмениваться впечатлениями.

– Привет! – закричали близняшки Карлотте. – Ну, как у тебя всё прошло? Бабушка была очень сердитой?

– Нет, на этот раз я ей понравилась, – заулыбалась Карлотта. – Я не ходила на руках и вообще вела себя прилично. А волосы причесала так, что вы меня не узнали бы. И разговаривала вежливо-вежливо. Папа остался очень доволен, даже дал мне пять фунтов на день рождения.

– Класс! – воскликнула Пат. – Повезло!

– И бабушка сказала, что я могу заказать в магазине к своему дню рождения всё, что захочу. – Глаза Карлотты заблестели от предвкушения. – Представляете, сколько мы всего наберём! Кроме того, бабушка дала мне с собой большую коробку – пока не знаю с чем, но готова поспорить, что там полно всяких вкусных вещей. Я убрала её в шкаф в нашей спальне.

– Вот это круто! – обрадовались близняшки. – Угощения на всю школу хватит!

– Нет, только на наш класс, – ответила Карлотта. – И я ещё не решила, угостить ли всех во время чая или устроить ночной пир. Вообще мне кажется, что ночные пиры надо проводить каждую четверть. Без этого и школа – не школа.

Да, похоже, во второй половине четверти им предстояло много приятных волнений. На следующей неделе должен был наконец-то состояться концерт, потом ожидались соревнования по лакроссу, а после этого ещё и день рождения Карлотты! Девочки заранее умирали от нетерпения.

И это ещё не считая секрета Бобби и Дженет! Подруги отдыхали в городе вместе с мамой и папой Бобби и братом Дженет, у которого родительский день выпал на то же число. И Дженет, и её братец были известными непоседами и обожали всяческие проделки. Вот и на этот раз мальчишка передал сестре кое-что, чтобы сыграть очередную шутку с бедной мадемуазель. Это был странный предмет, состоящий из длинной, узкой резиновой трубочки, на одном конце которой был маленький сдутый мешочек, а на другом – эластичная груша. Когда на грушу нажимали, воздух перемещался по трубочке в мешочек и тот раздувался.

– А это ещё для чего? – удивились близняшки.

– Можно подложить мешочек под чью-нибудь тарелку во время еды, – фыркнула Бобби, – а трубочку спрятать под столом. Потом нажимаешь на грушу, мешочек надувается и приподнимает тарелку. Вы только представьте себе лицо Мамзели, когда её тарелка вдруг начнёт подскакивать и плясать! Все со смеху помрут!

Пожалуй, это могло стать главным событием четверти! Мадемуазель была словно создана для розыгрышей. Она всегда принимала происходящее за чистую монету, и её искреннее изумление стоило реакции всех остальных учителей, вместе взятых!

– Ой, Бобби, а скоро вы её разыграете? Давайте уже скоро! – взмолилась Дорис. – Ну давайте! Мы вообще ещё никого не разыграли в этой четверти!

– Ну мы же теперь второклассницы, – с ухмылкой проговорила Дженет.

– Наверное, Бобби хочет сначала стать старостой, – пошутила Изабель. – Ведь за всю первую половину четверти она ни разу даже не подумала о розыгрыше!

– Думала-то я много, – призналась Бобби. – Но с мисс Дженкс особо не пошутишь. Она не такая терпеливая, как мисс Робертс, и вскипает мгновенно, а мне что-то больше не хочется беседовать с мисс Теобальд о своём поведении. Может быть, вы не заметили, но я в этой четверти учусь изо всех сил. Я теперь не Беззаботная Бобби, как было раньше, и стараюсь использовать мозги по делу, а не только для шалостей.

– Ну ладно, тогда давайте снова порепетируем перед концертом, – предложила Пат. – Неси скрипку, Мирабел. Глэдис, а ты выбери себе одну роль из множества тех, которые могла бы сыграть. И желаю всем получить удовольствие от этой репетиции!