Минуя деревушку, капитан привёл пленников в деревянную крепость с подъёмным мостом. Когда Джо был маленький, у него тоже была такая игрушка, правда сложенная из кубиков, она легко умещалась в картонной коробке.

Часовые опустили мост, чтобы впустить задержанных. Внимание Джо привлекли пушки у крепостной стены. Джо задумчиво погладил одну:

– Узнаю свои детские забавы. Когда-то и у меня была такая.

Мальчик дёрнул шнур запала, и пушка вдруг громко пальнула. Неваляшка так перепугался, что едва не упал в крепостной ров, но его вовремя подхватили солдаты.

Грохот переполошил жителей деревни, они в панике высыпали на улицу: уж не война ли началась? Разгневанный капитан заскрежетал зубами.

– Как ты смеешь баловаться с оружием! – закричал он.

– Простите, – смутился Джо. – Я не думал, что она выстрелит.

– Конечно же она выстрелит, а чего же ты ещё ожидал?! Что она засвистит? Или, может, запляшет?

Джо скромно промолчал, не зная, стоит ли смеяться над глупой солдафонской шуткой.

Потом пленников провели в башню. Поднявшись по лестнице, они оказались в комнате, где из мебели были только стул и стол, за который и уселся капитан.

– Всем смирно! – приказал он, и даже Кастрюлька постарался втянуть живот.

– Всем отдать честь! – гаркнул капитан, и пленники отсалютовали правой рукой, а Кастрюлька – левой.

– Разойдись! – машинально продолжил деревянный военный, и друзья недоумённо переглянулись: им что, можно уйти?

– Ой нет, – поправился капитан. – Я имел в виду – вольно! Итак, вам предъявлен ряд серьёзных обвинений. Первое – вы не игрушки, второе – вы толкаете неваляшек, третье – стреляете из пушек и…

– Простите, сэр, – поправил его Джо, – но речь идёт всего лишь об одном Неваляшке и одной пушке. Мы приносим свои извинения и просим отдать нам команду разойтись.

И тут в комнату маршевым шагом вошли пятьдесят деревянных солдат и окружили пленников.

– В темницу их! – приказал им капитан.

– Нет! – крикнул Джо и машинально оттолкнул подошедшего к нему солдата. Тот завалился на своего соседа, сосед – на другого соседа, и так далее.

– Настоящий эффект домино! – захихикала Фрэнни. – Джо, ты сразил одним махом пятьдесят солдат!

Капитан заволновался: неужели силы не равны и им не справиться с пленниками? Он застучал кулаком по столу:

– Встать! Не будьте кеглями, воины!

Солдатики поднялись на ноги, стараясь держаться подальше от Джо.

– Значит, так, – заключил капитан. – Либо вы становитесь игрушками, либо я отправляю вас в подземелье. Выбирайте.

– Ладно, игрушками так игрушками. – Джо решил перехитрить глупого капитана. – Я заводной клоун и умею ходить колесом.

Мальчик несколько раз прошёлся колесом по комнате, потом как будто случайно задел одного солдата, а тот, как и в прошлый раз, повалил по цепочке всех остальных.

– Хорошо, договорились, – кивнул капитан и повернулся к Лунику. – А ты кто будешь?

– Я? Плюшевый мишка. – Луник хихикнул. – И у меня внутри рычалка. – Луник нажал на воображаемую пуговичку на животе и издал низкий рык.

– А я – куколка, – сказала Ниточка, изобразив негнущуюся походку.

– А я – серый кролик! – объявил Кастрюлька. – У меня длинные уши и пушистая шёрстка.

– Мы с Фрэнни тоже куклы. – И девочки повторили кукольную походку, как и Ниточка.

– Прекрасно, – хмыкнул довольно капитан. – Поскольку теперь вы игрушки, можете остаться в нашей стране. Разойдись!

Друзья с хохотом выбежали из комнаты. Радостный, что они так легко отделались, Джо прошёлся по мосту колесом.

Друзья вернулись в деревушку и увидели возле реки Ноев ковчег[1].

– Пошли посмотрим поближе, там ведь каждой твари по паре, – сказала Бет и поспешила вперёд.

Фрэнни повернулась к Кастрюльке, да так и застыла с открытым ртом. Из-под головного убора жестянщика свисали два смешных длинных уха.

– Кастрюлька, что с тобой? – испуганно спросила девочка.

Тот обернулся, не понимая вопроса, и все дружно ахнули. Лицо человечка покрылось серой шерстью, а под носом топорщились звериные усы.

– Он превратился в кролика! – взвизгнула Фрэнни. – Кастрюлька, всё, что ты сказал капитану, исполнилось!

Кастрюлька возмущённо зашевелил усами, но, как бы то ни было, он стал кроликом! Но почему он так таращится на остальных, как будто увидел привидения?

– Вы… вы только посмотрите на него! – Кастрюлька указал на Джо. – Он же в клоунской одежде и с заводным ключом на спине!

На этот раз, уже против собственной воли, мальчик несколько раз прошёлся колесом. И лицо у него тоже было клоунское – измалёванное белым гримом и с красной улыбкой до ушей.

Фрэнни, взглянув на своих друзей, заверещала:

– Мамочки ро́дные, а Луник-то, Луник – толстый круглый медвежонок! Я даже не узнала тебя! Луник, это точно ты?

– Ага. – Луник ощупал себя с ног до головы. – А чего это я такой… лохматый? И где моя одежда?

Джо обнаружил у него на животе пуговку, нажал на неё, и послышалось утробное звериное рычание. Ниточка от неожиданности даже подпрыгнула.

– Джо, больше никогда так не делай, – попросила она. – Боже мой, я превратилась в куклу! Вы только посмотрите!

– Ты-то ещё ничего. – Джо восхищённо оглядел фею. – В жизни не видел таких красивых куколок.

Бет с Фрэнни тоже превратились в кукол. Они и двигались теперь как куклы, словно деревянные.

– Бет, попробуй сесть. Ты можешь сесть? – встревожился Джо.

– Еле-еле, со скрипом, – сказала Бет. – И… у меня не получается моргать! И глаза не закрываются!

– А ты попробуй лечь, – посоветовал Луник, сам испугавшись своего низкого голоса.

Бет с трудом легла на спину, и глаза её тотчас же закрылись, как у настоящей куклы.

– О наказание! Значит, мы теперь самые настоящие игрушки, – заныла Фрэнни. – Вот тебе и пошутили!

Джо горестно вздохнул:

– Ну и влипли! В такой-то безобидной стране! Луник, как ты думаешь, если мы уйдём отсюда, то станем прежними?

– Вряд ли, – ответил Луник-медвежонок. – И потом, как ты спустишься с лесенки? Кувырком? Может, заклинание само собой исчезнет?

– Было бы неплохо, – уныло проговорил Кастрюлька. – Мне не нравится быть кроликом. Ужасно глупый вид. А можно шерсть смыть водой?

Встроенный механизм опять заставил Джо совершить кульбит.

– Ты не хочешь снять с головы кастрюлю, чтобы освободить уши?

– Это ещё зачем? – заупрямился Кастрюлька. – Я всегда хожу в шляпе, чтобы не простудиться. Как бы то ни было, я чувствую себя некомфортно.

– Я тоже, – пробасил Луник.

– Как я тебя понимаю, – вздохнул Кастрюлька. – В образе Луника ты мне больше нравился.

– Хватит причитать, – сказал Джо, сделав колесо. – Нужно искать пути к спасению. Мне надоело кувыркаться.

– Думаешь, нам нравится быть вот такими? – пожаловалась Фрэнни, пытаясь вытереть слезу негнущейся рукой.

Они отправились в деревню. Теперь никто не обращал на них внимания – ведь они стали как все вокруг. Мимо вперевалочку спешили неваляшки, по лужайкам бродили плюшевые мишки, упитанные и довольные жизнью. Вот по тротуару прошли милые куколки: под ногами у них прошмыгнула заводная мышка.

– Мяу! – сказал Кастрюлька, и мышка бросилась наутёк.

– Ну что ты к ней пристал, – заворчала Фрэнни. – Вот уж не думала, что ты такой вредина. Ох как ужасно быть куклой – такая скованность в движениях!

Сделав очередной кульбит, Джо увидел животных, которые сошли на берег с Ноева ковчега.

– Надо же, действительно каждой твари по паре: лев и львица, кролик и крольчиха…

– Две уточки, две мышки… – продолжила Фрэнни.

Тут Кастрюлька снова сказал:

– МЯУ!

Но мышки с Ноева ковчега и ухом не повели. Зато кот вздыбил хвост и подошёл к Кастрюльке.

– Что вы сейчас сказали? – гневно спросил он.

– Мяу, – ответил Кастрюлька. – Мяу, мяу, мяу!

– Как вы смеете произносить столь неприличные выражения!

Деревянная лапа игрушечного кота выпустила острые когти, и Кастрюлька в страхе даже отпрыгнул.

– Почему неприличные? – недоумевал Кастрюлька. – Мяу, мяу, мяу… Я обращался к мышкам, а не к вам.

– Да, но в переводе с кошачьего это означает: «Ты, драный кот с кривым хвостом», – прошипел кот. – Если не понимаете нашего языка, говорите на собственном!

– Кот, не отставай! – позвал Ной, и животное послушно вернулось к своей паре.

Кастрюлька очень расстроился. Он и подумать не мог, что возглас «мяу», сказанный с разной интонацией, несёт в себе столько смысла. Да, нужно быть осторожней с иностранными языками.

– Пойдёмте отсюда, – сказал он. – А то кто знает, что случится, когда Луник вдруг случайно зарычит. Ведь тут целых четыре медведя: два белых и два бурых.

– Давайте свернём на другую дорогу, – предложил Джо, но какая-то внутренняя пружина снова потребовала от него сделать пару кувырков. – Как же мне надоело быть клоуном! – в отчаянии произнёс он.

Все были ужасно расстроены. Неужели они так и останутся игрушками?