Итак, заключенные не только стонут и взывают о помощи, они не только пытаются в меру своих сил своих протестовать. Они, граждане Страны Советов – пытаются анализировать обстановку, найти ответы все на те же два сакраментальных вопроса: кто виноват и – главное! главное! – ЧТО ДЕЛАТЬ? «Я мыслю, следовательно, я существую»… Находясь в полной беспомощности физической, они духовно пытаются осмыслить то, что происходит с ними и что происходит в стране. В оковах тело, но рвется на свободу дух. Свобода мысли пока еще существует в многострадальной нашей стране – пока еще. И в этом-то и есть наша надежда…

«Здравствуйте, Юрий Сергеевич!

Думаю, что сейчас Вы получаете много писем. И вряд ли имеете возможность на все ответить, а уж тем более, помочь. Но на Вашу помощь именно мне и не рассчитываю. Пишу прежде всего с тем, чтобы выразить огромную благодарность за «Пирамиду». И потому еще, что «эстафета» – у Вас и успеть Вы должны.

То, о чем Вы пишете, не просто типично, а канонизировано. И если бывает иначе, то это – исключения. Поверьте – не сгущаю краски. Меня судили пять раз, и только один раз никто ничего не фальсифицировал. Да и то, скорее всего потому, что времени не хватило. Так сложилось. Во всех других случаях дела стряпались с пресловутым «запасом прочности». И вот, прожив 39 лет, 17 с лишним из которых – лагеря и тюрьмы, и имея еще 11 лет лагерей впереди, задаешься вопросом: «кто ты?» Идиот, дебил, враг или просто мизантроп? Дурак – наверняка, с воспитанием «на бекрень» повернутым, с ложно понимаемым чувством долга и товарищества. Но, поверьте, не враг и далеко не мизантроп. Виноват? Да, в отличие от Клименкина, виноват. Но вина и половины того, что «отмерили» – 14 лет – не потянет. И вот думаю, все то, что сверх вины, «запас прочности», может ли быть от него кому-то польза? Уверен, нет! У меня семья: жена, сын, которому скоро 5 лет, и с семьей пока все относительно, очень относительно благополучно. Не будь «запаса», думаю, и оговорок было бы меньше… А пока – одни надежды. На то, что успеете Вы, на то, что даст бог, может все-таки когда-нибудь дело попадет в руки Человеку, а не автоответчику, на котором написано: «юридическая оценка содеянного определена верно, наказание соответствует требованиям закона», на то, наконец, что «серая непробиваемая стена» рухнет…

Собственно, многие вообще мало о чем, кроме желудка, думают. О чем могут думать «загнанные лошади»? А именно таковыми являются те, кто дошел до особого режима. И надо признать, что они ресоциализации не подлежат. Многие так вжились в роль козла отпущения, что роли иной не представляют. Просто деградированы. Их ли в том вина? Но ведь и такие, кто еще способен вернуться в мир, есть! Есть!

…О «козлах отпущения» я уже упомянул, и, надеюсь, у Вас достанет фантазии развить эту мысль самостоятельно. Ну, а вторая истина в том, что рецидив создан искусственно, стараниями Щелокова. Немного статистики для ясности. Когда в 61-м году разделили на режимы, на территории УССР было два особых лагеря, с лимитом в 350 человек. Сейчас их, кажется, 9 с лимитом в 1000 человек каждый. Ну чем, скажите, можно объяснить то, что особо опасных рецидивистов стало в 15 (!!!) раз больше?! Моей жене 27 лет, и как же она удивлялась тому, что я признан ООР (особо опасным рецидивистом). А ведь признан был еще в 77 году. Действительно опасные – не здесь. Здесь или дураки, или алкоголики.

Так уж случилось, что пришлось много прочесть о реформах Столыпина, а все Щелоковское испытать на собственной шкуре. И, знаете, сатрап выглядит куда привлекательнее. Уже хотя бы тем, что все его дела – дела человека убежденного. По-крайней мере убежденный реакционер не более опасен, нежели бюрократ с его «конкретным гуманизмом».

…Вам верится больше, чем другим. Может, потому, что написанное Вами конкретней и нет в конце готовых рецептов… Вы, как человек, понятней. Это потому, видимо, что у Вас, кроме Клименкина, есть Мильгрем и Парфенов Жора – тип узнаваемый и для меня, как и для Вас, отвратительный. Может поэтому, мне хотелось бы встретиться с Вами. Понимаю, что это почти невозможно, что у Вас могут быть другие темы, в которых Вам «успеть», может быть, еще важнее. Но ведь и мне хочется успеть. И даже не «хочется», а просто необходимо.

…За «Пирамиду» еще раз большое спасибо, а написать Вам мне было просто необходимо потому, что согласен: «…Всем нам нужно думать» (надеюсь, Вы и нас имели в виду или, по крайней мере, со счетов не сбрасывали). Согласен: «И действовать». Но, господи, как?!

Эстафета – у Вас. У нас ее нет. У нас вообще ничего, кроме надежды, нет. Есть возможность писать, но, опять-таки, только в надежде на то, что прочтет Человек, пусть и в мундире, но пока читает только автоответчик. Писать Вам – такой возможности нет. Да и, откровенно говоря, занятие это чисто утешительное. Я ведь никаких иллюзий на этот счет не питаю. Не потому, разумеется, что Человека в Вас не вижу, а потому, что понимаю: помочь Вы не в силах.

Надеюсь, простите и поймете и сам факт того, что пишу, и то, как написано. Буду заканчивать.

С искренним уважением и благодарностью

Поддубный». г. Днепропетровск. /Письмо № 87./

«Только что прочел «Пирамиду» и решил написать Вам. Хотя бы только из-за благодарности удовлетворенного читателя. Я сам прошел все это – и следствие, и следственную тюрьму, и зону… Неплохо у Вас показана судебная машина – так и есть. Попался – не вырвешься. Пропустит и в конце концов выпустит унифицированную котлету. И могу подтвердить, что, по моим наблюдениям на зоне, один из десяти сидит «ни за что». В смысле, что зацепило его краем, и он не зная закона, попал в машину!… У нас было 1700 человек (зона рассчитана на 900 человек). А сколько таких зон по всей матушке-России?

И самое печальное – ИТК не исправляет. Потому что, честно говоря, добрую треть воспитателей самих надо за колючую проволоку. И глядя на все это – какое исправление у урки?… Даже я с сильной волей первые полгода бесился и впадал в такое отчаяние, что становилось страшно. Шутка ли, два года тюрьмы и чужие деньги, припаянные в качестве иска. А каково человеку более мягкому? Ломка судьбы и безразличие навсегда к закону, справедливости…

Нравится мне Ваш пафос внутреннего достоинства личности. Это хоть маленький, но вклад-удар по этой ужасной идее – «мы только гайки великой спайки» – которая, верно, будет нас третировать всю жизнь…

Низкий поклон Вам от всех, кто там побывал.

С уважением Аркадий».

г. Челябинск. Письмо № 97.