Двадцать лет уж назад, как сообщают,
Вразумлял тебя поэт германский,
Слыть желая оратором могучим;
Ты, однако, ни строчки не являешь
И стихов ты друзьям не посвящаешь,
И не пишешь, беспечный, даже прозы.
Не себе ль самому такую благость
Книг своих ты хранишь, старик пиита,
Словно некогда жрец Солима бога,[111]
10 Захотевший сокрыть обряда тайну?
Но коль стыдно тебе, что чтут поэта,
Так ответь, наконец, ты мне стихами!
Но стихами ты мне не отвечаешь.
Что сказать мне: ты, старец, не пиита, —
А достоин учить лишь репоедов!