В далекой Вене девушка живет

На Тифенграб, где вязы у ворот,[83]

Жужанною родня ее зовет,

Она, как роза вешняя, цветет

И ранит без конца

Поклонников сердца,

Отказывая им который год.

Есть у нее красавица-сестра,

Природа к ней не менее щедра,

Вздыхателей измучила хандра:

Зубов жемчужных чистая игра,

И музыка речей,

И жаркий блеск очей —

Все говорило: замуж ей пора!

Однажды с другом мы вошли во двор

И встретили гуляющих сестер.

Мы завели учтивый разговор.

Товарищ мой зажегся, как костер,

И я не отставал,

Я сердцем изнывал —

Мы каждый день бывали там с тех пор.

Мы, взявшись за руки, вступили в дом,

Уютным показался он гнездом,

Любовь кипела в сердце молодом,

Я бурю страсти сдерживал с трудом.

Влюбленный нас поймет

Мы собирали мед

С цветов, горевших девичьим стыдом.

Шуршанье шёлка, веера, духи,

Пленили нас невинные грехи,

Пьянели мы от милой чепухи

И трепетали, точно женихи,

Веселье, танцы, смех,

Безумие утех,

Но пусть об этом помолчат стихи.

В церковный праздник, в день его восьмой,

Покончив с радостною кутерьмой,

При расставанье с пожоньской корчмой,

Под звуки песни стих слагался мой.

Я в тысячу пятьсот

Восьмидесятый год

Жужжанну вспомнил на пути домой.