В ночь на 27 января без объявления войны японские миноносцы атаковали стоявшую на внешнем рейде Порт-Артура русскую эскадру. На следующий день Россия объявила войну Японии. 28 января с амвонов храмов был зачитан манифест о войне.

Народ поддержал власть: в Петербурге, Москве и других городах проходили давно не виданные уличные патриотические манифестации с пением гимна: «Боже, Царя храни».

Великая княгиня сразу откликнулась на призыв. В первые же дни войны она открыла склад пожертвований в помощь раненым и нуждающимся вследствие войны на Дальнем Востоке в Румянцевском музее. Ее начинание поддержал государь, предложив ей государственные помещения. И вскоре ее склад был перенесен в Кремлевский дворец. На протяжении всего 1904 г. в дневнике у Сергея Александровича будет повторяться запись: «жена на складе» или «жена все занята складом!!».

4 февраля 1904 г. рескриптом императрицы Марии Феодоровны великая княгиня была поставлена во главе московской организации по сбору пожертвований на нужды Красного Креста. На ее плечи было «возложено объединение благотворительной деятельности Москвы».

За 1904 год государь буквально «исколесил» Россию, считая своим долгом проводить на фронт войска. А Сергей Александрович объездил свой Московский военный округ. 6 мая вместе с государем они произвели смотр 51 драгунского Черниговского полка, шефом которого с 1898 г. являлась Елисавета Феодоровна. Здесь пересеклись судьбы Николая II и о. Митрофана Сребрянского, будущего духовника Марфо-Мариинской Обители.

Через месяц в Орел приехала и Елисавета Федоровна, чтобы проводить свой полк на фронт. Напутствуя в поход, великая княгиня «благословила черниговцев образом Св. Покрова». В дар полку она преподнесла «походные ризы, Евангелие и крест», а также полотяную церковь.

На протяжении всей войны с фронта шли известия лишь о поражениях и потерях. Но внутренние враги России были страшнее внешних. 15 июля был убит министр внутренних дел В. К. Плеве — «верный и незаменимый слуга» царя. И Николай II снова отступил от жесткого курса… На этот пост был назначен виленский генерал-губернатор ПД. Святополк-Мирский, провозгласивший «эпоху доверия». И русское общество… заговорило. 9 ноября земское совещание, прошедшее в Петербурге, предоставило министру декларацию с конституционной политической программой, следом по всей России зашумели земские многолюдные банкеты с требованиями конституции, присоединилась и московская Дума. В декабре началась стрельба на городских улицах.

Сергей Александрович принимает тяжелое для него решение об отставке с поста московского генерал-губернатора. Несмотря на свой уход, царское доверие Сергей Александрович сохранил. На совещании высших сановников и великих князей по вопросу о реформах ему удалось убедить Николая II убрать пункт «о призвании местных людей к разработке законов». Царь снова советуется с ним о назначении на пост министра внутренних дел подходящей кандидатуры вместо Святополка-Мир-ского. Он хочет поставить близкого друга великого князя А. Г. Булыгина, но Сергей Александрович против, тот «дельный, но мягкий, слишком мягкий, чтоб бороться с ужасным наследием кн. Мирского». И все же Булыгину будет «приказано принять» этот пост уже в январе 1905 г. Заберет государь из Москвы и других верных людей Сергея Александровича: Д. Ф. Трепова (на пост временного петербургского генерал-губернатора) и В. С. Габона (назначит командиром Преображенского полка).

Сергей Александрович продолжит службу на посту командующего московским военным округом. Для подавления революционных брожений он введет в Москву войска — он в строю, он снова готов дать отпор, несмотря на объявленную на него «охоту».

В этот год потерь и поражений России была подарена и долгожданная радость: родился наследник престола цесаревич Алексей — сокровище царской четы, их «лучик света». Сергей Александрович и Елисавета Феодоровна были снова рядом…

Начинался 1904 г. с «благодарной памяти» о прошедшем годе духовных торжеств.

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

1 января. Москва — Царское Село

Благодарной памятью озираясь на минувший год, доставивший древлепре-стольной столице еще раз великое счастье лицезрения Ваших Величеств, и с умилением следившая за сродным ее православному духу паломничеству Вашему к мощам новоявленного ходатая за землю Русскую святого Серафима Москва с верноподданнической любовью повергает пред Вами, Всемилостивейший Государь, свои новолетние поздравления, твердо уповает, что молитвами великого сонма святых угодников и в наступающем году благословит царственные заботы Ваши, направленные к защите достоинства и к охранению тишины и мира в необъятной державе Вашего Императорского Величества, и осенит Своею благостью Вас, Государь, Государыню Императрицу и все царственное семейство Ваше.

Генерал-адъютант Сергей.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1428. Л. 2.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

2 января. Александрия.… в ½ 11 ч. в церкви молебен пр. Серафиму пред образом, данным мне в Дивееве, — молилось тепло… Скучно ехать в Царское и по такому глупому делу — je crains d echouer — tant pis pour lui s’il ne comprends pas ses interes! (Боюсь потерпеть неудачу — тем хуже для него, раз он не понимает собственных интересов! — фр.)…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. ГД. 41. Л. 5.)

Сергей Александрович едет в Петербург лично просить царя, чтобы тот не переводил из Москвы Д. Ф. Трепова.

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

3 января. Николаевская чугунка. В 11 ч. прибыл в Питер и сейчас же в Царское… пошел к Alix — в постели с лихорадкой, кажется тоже беременная!..

4 января. Александрия.… В 6 ч. Трепов — все ему передал — он доволен…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. ГД. 41. Л. 5, 6.)

Жизнь в Москве течет по-прежнему. Сергей Александрович и Елисавета Феодоровна погружены в общественные дела. Так, 18 января они на открытии Шелапутинского ремесленного училища (основанного при поддержке великой княгини), 24 января — в Филармоническом доме на любительском спектакле, устроенном Н. А. Жедринским[1798] (великая княгиня была покровительницей Московского филармонического общества).

16 января великокняжеская чета — в Большом театре, на бенефисе Ф. И. Шаляпина: тот пел партию Демона в одноименной опере А. Рубинштейна, а Л. Собинов исполнял партию Синодала. Ф. Шаляпин и Л. Собинов — «два музыкальных таланта» московской генерал-губернаторши.

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — Николаю II

24 января. Москва — Петербург

Генерал-губернаторша глубоко тронута, шлет свои московские сердечные приветствия. Также горда узнать, что Ты остался доволен двумя ее музыкальными талантами. Один (Ф. И. Шаляпин. — Сост.) — настоящий гений в «Демоне», сверхчеловек в трагической скорби греха, в роли падшего ангела. Жаль, что ты его не видел <в этой постановке>. Погода снежная, пасмурная. Целую вас нежно, мои дорогие.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1428. Л. 9. — на англ. яз.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

25 января… Официальное сообщение, что японцы отозвали своих диплома

тов и мы также… у жены целое общество для изучения lancier[1799] — шло порядочно, хотя не все знают…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 16.)

В ночь на 27 января без официального объявления войны 8 японских миноносцев напали на корабли российского флота, стоявшие на внешнем рейде Порт-Артура. В результате атаки на несколько месяцев были выведены из строя два лучших российских броненосца «Цесаревич» и «Ретвизан» и бронепалубный крейсер «Паллада».

Дневник Николая II

26 января. Утром у меня состоялось совещание по японскому вопросу; решено не начинать самим… Получил от Алексеева[1800] телеграмму с известием, что этою ночью японские миноносцы произвели атаку на стоявших на внешнем рейде «Цесаревич», «Ретвизан» и «Палладу» и причинили им пробоины. Это без объявления войны. Господь да будет нам в помощь!

(Дневники Императора Николая II. М., 1991. С. 192, 193.)

27 января Россия объявила войну Японии.

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

27 января… Японский флот, миноносками, ночью испортил 3 наших броненосцев! Тяжело… Долго заседали у меня Кристи[1801], Истомин, Воронин[1802], — и Голицын[1803] голова; адресы Государю, постановления, etc.; Тяжело, ой, как тяжело!!! В 8 ч. с Гадоном на сообщение в штабе о японских войсках — мало утешительного — Порт-Артур бомбардировали! Не посрами нас, Господи!.. Я многое предвидел верно — увы.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 17.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — имп. Марии Феодоровне

27 января. Москва — Петербург

Молитвенно и мысленно с вами. Теперь все должно вернуться к прежнему. Бог даст славное завершение <войны> во благо нашей любимой отчизны.

Нежные приветы от нас обоих.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 642. Оп. 1. Д. 1586. Л. 87. — на англ. яз.)

«Вернуться к прежнему» — вероятно, эти слова великой княгини означают возвращение ко времени Александра III.

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

28 января.… В 11 ч. мы с детьми были на молебне в Успен<ском> соборе — был прочтен манифест о войне — масса народа — дети были очень довольны. Трепов вернулся — беседовал с ним и Истоминым. Был у нас о. Иоанн[1804] — отрадно было мне с ним говорить. Масса всяких вопросов и решений… Дума пожертвовала 1 миллион — с чем был у меня Голицын… Есть слух о сильном поражении япон<ского> флота — дай Бог!

29 января.…Вестей прямых из Порт-Артура нет… Жена шила с дамами. В ½ 12 ч. громадная толпа народа пришла на площадь с портретом Государя и Им<ператри>цы; пели «Боже, ц<аря> храни» и молитвы — мы выходили на балкон, ура нескончаемое — я сказал им, что передам Г<осударю> их чувства.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 18.)

В день объявления войны великая княгиня собрала экстренное соединенное заседание Правления Московского местного дамского комитета Российского Общества Красного Креста Комитета и Совета Иверской Общины сестер милосердия.

Отчет Московского местного дамского комитета

Российского Общества Красного Креста за 1904 г.

27 января 1904 года состоялось под Председательством Ее Императорского Высочества Августейшей Председательницы Комитета экстренное соединенное заседание Правления Комитета и Совета Иверской Общины сестер милосердия. По обсуждении вопроса о сформировании и снаряжении, согласно предложению Главного Управления Российского Общества Красного Креста, отряда-госпиталя на 200 коек от Иверской Общины, Правление постановило открыть центральный склад-мастерскую для сбора пожертвований и заготовки белья и просить отвести для склада помещение в здании Государственного Коннозаводства, где склад и был открыт через несколько дней, а затем переведен сначала в Румянцевский музей, а потом в Кремлевский дворец.

(Отчет Московского местного дамского комитета Российского Общества Красного Креста за 1904 г. М., 1905. С. 5.)

Склад великой княгини был открыт 30 января. В Кремлевском дворце в присутствии Елисаветы Феодоровны, председательницы склада, ее помощницы камер-фрейлины Е. П. Ермоловой, заведующих отделами, сотрудников и заведующего складом ПК. фон Мекка[1805] был отслужен молебен, после которого был открыт прием денежных и вещевых пожертвований[1806].

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

30 января… в ½ 12 ч. с женой поехали в Голицынскую больницу[1807], где были встречены О. М. Голиц<ыным> с женой — все осмотрели и фельдшере скую > школу тоже. После завтрака долго с Истоминым говорили; решил от Москвы депешу послать Алексееву. Во время чтения с детьми, услыхали ура — на площади тысяча народу — выходили на балкон — пели Б<оже> ц<аря> храни. После обеда тоже самое — весь вечер толпы стояли и пели — даже Преображенский марш — мы подходили к окну несколько раз. Господи помилуй!

31 января.… в 12 ч. был в Кремле, где смотрел роты 3 грен<адерских> полков для Сиб<ирского> стрелк<ового> полк<а> — м<ежду> пр<очих> одна киевская. Сказал несколько слов. Получил прекрасный ответ от Алексеева… Жена в большом патриот<ическом> возбуждении!!. Под вечер снова манифестации с флагами и портретами au fond с est assez! (довольно в самом деле! — фр.)..

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 19.)

Дневник Николая II

31 января. После завтрака опять приходили толпы, в кот<орых> было <много> школьной молодежи и со стороны и с набережной… Вечером получил скверное известие о другой гибели: крейсер «Боярин» натолкнулся на нашу подводную мину и затонул. Все спаслись, исключая 9 кочегар. Больно и тяжело!

(Дневники Императора Николая II. М., 1991. С. 193.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

1 февраля.…только около 6 ч. десятки тысяч рабочих с музыкой перед домом — гимн, Преображ<енский> марш — мы на балкон — вся площадь полна. В 7 ч. ко всенощной. Весь вечер и вероятно всю ночь опять будут толпы и овации…

2 февраля.…манифестации конечно, ночью, кончились буйствами! Был у меня адъютант Алексея Виноградский — едет в Порт-Артур — вести о флоте сообщил печальные! «Варяг», «Кореец» и «Боярин» <нрзб.>! Был у обедни. Депеша Alix — Павел просит ехать на войну! Часа два с Бул<ыгиным>, Треп<овым>, Истом<иным> и Гадоном обсуждали объявление Москве, вышло удачно с депешей Государя — вечером уже появилось на улицах… В ½ 8 ч. с Гадоном провожал роты Киев<ского> и Москов<ского> п<олков> — очень было трогательно — при мне поезд тронулся…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. ГД. 41. Л. 20.)

Государь предлагает великой княгине для работы ее склада государственные помещения.

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — Николаю II

3 февраля. Москва — Петербург

Глубоко тронута твоим добрым предложением, но уже все организовала в Румянцевском музее: у меня великолепные помещения, работа идет очень хорошо. Благослови тебя Бог. Мы нежно-нежно целуем вас обоих.

Элла

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1428. Л. 25. — на англ. яз.)

Для объединения действий по Красному Кресту в Москве Императрица Мария Феодоровна поставила Елисавету Феодоровну во главе всего Красного Креста г. Москвы.

Рескрипт августейшей покровительницы Российского общества Красного Креста государыни Императрицы Марии Федоровны на имя великой княгини Елисаветы Федоровны

4 февраля

Ваше Императорское Высочество!

Москва, сердце России, всегда отзывчиво откликалась во все переживавшиеся Россией великие минуты на возникавшие в такие минуты нужды и всегда широко несла свою помощь на облегчение страданий воинов, сражающихся за Царя и Отечество. И ныне, с момента военных действий великодушный порыв уже охватил Нашу Первопрестольную Столицу. Дабы объединить широкую благотворительную деятельность Москвы по притоку денежных и материальных пожертвований с дальнейшим направлением таковых лишь по указаниям Исполнительной Комиссии Главного Управления Красного Креста, Я признала за благо просить Ваше Императорское Высочество стать во главе организации по сбору в Москве пожертвований на нужды Красного Креста. Пребываю к Вашему Императорскому Высочеству неизменно доброжелательная,

Любящая Вас, МАРИЯ.

(Отчет Комитета Ее Императорского Высочества Великой Княгини Елисаветы Феодоровны. 12 февраля 1904 г. — 1 сентября 1907 г. М., 1908. С. 3.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — имп. Марии Феодоровне

5 февраля. Москва — Петербург

Глубоко тронута твоим милостивым рескриптом. Такое утешение работать и приносить пользу, насколько от меня это зависит.

Благослови тебя Бог.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 642. Оп. Г Д. 1586. Л. 88. — на англ. яз)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

4 февраля.…Около 3 ч. мы в театр «Жизнь за Царя»[1808] для <нрзб.> — гимн etc. — один акт и домой — Истомин furieux trouvant trop peu d ovations patrio-tiques (в ярости, слишком мало патриотических оваций — фр.)… Обедали в 7 ч. с детьми и снова в оперу «Жизнь за Царя» с Шаляпиным — великолепно — после знаменитой фразы «за Царя, за Русь» гимн несколько раз…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. ГД. 41. Л. 21.)

Сергей Александрович едет в Петербург, чтобы обсудить с государем просьбу Павла Александровича о разрешении ехать на фронт.

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

5 февраля. Питер.…завтракал в Зимнем — ils sont d’une quietude incroya-ble!! (они невероятно благодушествуют!! — фр). Оттуда к Минни — она иначе — долго говорили, по сердцу — Elie voit les choses bien en noir comme moi (Она все видит в черном цвете, как и я — фр.)… в 5 ч. снова в Аничков… вдвоем еще говорили с Минни о Павле. К обеду был в Зимнем, говорил о Павле. Куропаткин[1809] назначается Главнокомандующим. Оставался до ½ 10 ч. и к Владимиру — говорили — он тоже смотрит мрачно — заходил к Михен и домой. Господи помилуй!

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. ГД. 41. Л. 22.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — имп. Марии Феодоровне

6 февраля. Москва — Петербург

Счастлива, что Сергей может поговорить с тобой подробно; грустно, что не могу быть с ним. У меня масса дел; глубоко тронута тем, что ты увидела моих сестер и общину[1810]; сожалею, что это было без меня. Нежно целую тебя и Мишу.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 642. Оп. 1. Д. 1586. Л. 92. — па англ. яз.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

6 февраля. Николаевская Чугунка.…В 11 ч. к Плеве — интересный, хороший разговор, говорит, я должен быть здесь. В крепости молился горячо у дорогих могил. Оттуда в Зимний; мог поговорить с Ники. Прямо к Алексею — печален, недоволен — долго говорили… к Минни — чай — говорилось по душе… В 8 ч. обед в Аничкове — с Ники и братьями переговорили о Павле — Ники согласен, чтоб ехал на войну — все обсудили — я рад! Срок не решен…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. ГД. 41. Л. 12.)

8 февраля в присутствии великой княгини были открыты первые сокращенные курсы для подготовки сестер милосердия. Через три месяца «выдержавшие экзамен 34 слушательницы получили удостоверения сестры милосердия»[1811].

Начался Великий пост.

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

9 февраля.…с наслаждением к первой вел<ико>постной службе. Надеемся говеть. Масса народу завтракало. On ne parle que de la croix rouge! (говорили только о красном кресте! — фр.) Назначение Куропаткина команд<ующим> армией очень хорошее…

10 февраля… в ½ 12 ч к службе с детьми — жена все занята складом!! Молилось хорошо. В ½ Зч. принимали наследника Хивинского хана — кормили его сластями; привез ковры и подарки… Чай с преображенцами — жена в складе!!. В 7 ч. к службе с детьми — жена занята складом!!.

11 февраля.…В 11 ч. к прежд<е>освящ<енной> обедне с детьми — жена тоже, молилось горячо. Кипятился ужасно по поводу Красного Креста и всякого вздора — глупо, а не могу!!. Чай — один — жена в складе…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. ГД. 41. Л. 24,25.)

Воззвание великой княгини Елисаветы Феодоровны к жителям Москвы

Рескриптом Ее Императорского Величества Государыни Императрицы Марии Феодоровны на Меня возложено объединение благотворительной деятельности Москвы, вызванной испытаниями войны, переживаемой ныне нашим дорогим Отечеством. В видах этой цели Я решила образовать при Мне Особый Комитет из лиц по выбору Моему, список коих будет безотлагательно опубликован, на каковой и возложить обязанности помочь Мне оказать содействие всем учреждениям и всем добрым людям Москвы в их заботах об облегчении страданий воинов, несущих беззаветно кровь свою на защиту Отечества. Главной задачей Комитета будет выяснение потребностей данного времени, снабжение жертвователей всеми необходимыми для них справками и сведениями, содействие к доставлению всего жертвуемого на места, и к тому, чтобы желания и указания жертвователей были в точности выполняемы. Летопись России преисполнена доказательства отзывчивости Москвы ко всяким страданиям Отчизны, и теперь с дерзким вызовом врага на далекой окраине сказалось обычное доброе сердце Древней Столицы. С благоговением принимаю на Себя исполнение желания Государыни Императрицы Марии Федоровны послужить объединению сердечных порывов москвичей под сенью знамени Красного Креста, являющегося высшим выразителем любви человечества к страданиям воинов, сражающихся за Царя и Отечество.

(Отчет Комитета Ея Императорского Высочества Великой княгини Елизаветы Федоровны, 12 февраля 1904 г. — 1 сентября 1907 г. М., 1908. С. 4.)

12 февраля при Исполнительной Комиссии Красного Креста был образован Особый Комитет великой княгини Елисаветы Феодоровны для объединения в Москве благотворительной деятельности, вызванной войной на Дальнем Востоке. В этот же день прошло первое заседание Комитета под председательством великой княгини.

Отчет Комитета Ее Императорского Высочества Великой Княгини Елисаветы Феодоровны

12 февраля. Открыв заседание, Великая княгиня благодарила присутствовавших за то живое участие, с каким они откликнулись на ее призыв к объединению в Москве благотворительной деятельности, вызванной войной на Дальнем Востоке. Председатель Комитета граф ГГ. Менгден[1812], согласно предначертаний,

данных ему Ее Императорским Высочеством, подробно выяснил цель Комитета и характер его ближайшей деятельности…

Князь П. Н. Трубецкой[1813] от лица дворянства и князь В. М. Голицын[1814] от лица города высказали полную готовность приложить все старания, чтобы содействовать выполнению задачи объединения, поставленной Ее Императорским Высочеством Великой Княгиней Елисаветой Феодоровной.

(Отчет Комитета Ея Императорского Высочества Великой княгини Елизаветы Федоровны,

12 февраля 1904 г. — 1 сентября 1907 г. М., 1908. С. 6.)

Вскоре пожертвования Москвы лично Елисавете Феодоровне и ее учреждениям — в Кремлевский склад и Особый Комитет — составили десятки тысяч рублей. Закипела работа и в Иверской общине сестер милосердия.

Воспоминания В. Ф. Джунковского

28 января, в день объявления войны, Община получила распоряжение Главного Управлении РОКК сформировать и снарядить в недельный срок для отправки на театр военных действий отряд-госпиталь на 200 кроватей… Великая Княгиня стала ежедневно посещать Общину и руководить подготовительными работами. 12 февраля все было готово — в этот день в 2 часа дня отслужено было напутственное молебствие отбывающему отряду в присутствии Великого Князя, Великой Княгини и Вел<икой> Княжны Марии Павловны, членов местного управления, Общины и всего отряда. По окончании молебна Великая Княгиня благословила каждого члена отряда образком Св. Серафима Саровского[1815], и в тот же день вечером отряд отбыл в Харбин по Московско-Казанской ж. д…

Отряд этот к концу года развернулся на 700 кроватей.

(ГА РФ. Ф. 826. Оп. 1. Д. 45. Л. 405–406.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

12 февраля.…ВЦ 12 ч. с детьми к службе. В 2 ч. мы, взяв baby, в Иверскую общ<ину> — молебен по случаю отъезда сестер — с ними Иваненко[1816]. Я с baby скоро уехал — жена осталась…

14 февраля… в 9 ч. мы с детьми к обедне — сподобились приобщиться Св<ятых> Таин — радостно — утешительно. Ровно 13 л<ет> тому <назад> Саша мне объявил, что назначает Моск<овским> Г<енерал->Г<убернатором>! Господи помилуй… Жена все в складе…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 25, 26.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — имп. Марии Феодоровне

15 февраля. Москва — Петербург

Отправила два своих отряда — Петербургский Елизаветинский и Московский Иверский. Они в пути, все нормально. Надеюсь, они выполнят свой долг хорошо, а мне — утешение хоть чем-то помочь. Очень много работаю. Надеюсь, ты будешь довольна. Жажду быть полезной. Наши искренние пожелания ко Святому Причастию. Вчера молились все вместе. Благослови тебя Бог.

Элла.(ГА РФ. Ф. 642. Оп. 1. Д. 1586. Л. 90. — на англ. яз.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

17 февраля.… Жена возится со складами etc. Всюду студенты выразили свои патриотические чувства по поводу войны — кроме московских — возмущает меня! Здесь они за японцев!! Мерзавцы!!.

23 февраля.… После обеда жена в Киев<ский> п<олк>, где в оф<ицерском> собрании дамы шьют — тоже и я туда — болтал с дамами и офиц<ерами>. Вернулись с женой к 14 12 ч.

24 февраля.…На дворе осматривали мы летучий отряд кн. Ширинского-Ш<ихматова>[1817] и весь персонал. Так на вид отлично все — как будет в поле?..

26 февраля.… в 12 ч. мы с детьми в Арханг<ельский> собор, служили молебен св. ц<аревичу> Димитрию, освятили мою пелену на его мощи и я возложил ее — было очень хорошо — были все наши — симпатично…

28 февраля.… в 12 ч. большое заседание Красного Креста — я впервые президировал. Морское дело под п. Артуром[1818]…

29 февраля.… В 12 ч. Куропаткин — поболтали трогательно. За сим я во главе всего моего начальства с речью благословил его образком шейным золотым Георгия П<обедоносца>. Он чудно говорил. Зашли к жене. Повез его во Дво-р<янское> Собрание. — Молебен, поднесение икон от сословия и стяга — Се fut admirablement touchant — plus de 2 mille personnes. (Это было необыкновенно трогательно — больше 2 тысяч человек — фр). — Жена, дети на хорах. Повез его к нам — en trois чай пили, расспрашивал его. Вечером уезжает…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 28, 31, 32, 33, 34.)

С 10 по 13 Сергей Александрович и Елисавета Феодоровна в Петербурге.

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

10 марта. Питер.…В 1 час в Зимнем — Ники дома, дружески говорил… Alix с женой катались — я читал в кабинете Ники. Чай en trois (втроем — фр.) и уехали. En somme bonnes impressions (В целом хорошие впечатления — фр.). Помоги Бог!

13 марта.…обедали в Аничкове с Царями — по делам говорили с Ники. В ½ 11 ч. уехали — масса провожающих…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 39, 40.)

Великокняжеская чета вернулась в Москву.

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

14 марта. Москва.… В ½ 4 ч. на конские состязания с детьми — мои призы; рано уехал, а жена в складе… Вынес окончательное убеждение, что Ники не желает, чтоб Павел ехал на войну — с est — triste, mais с est comme да! (печально, но это так! — фр.)…

28 марта. Воскресение Христово.…христос<овался> avec le household (с домашними — фр.) — был митрополит, а перед завтраком яйца всем нашим. Около 3 ч. en quatre визит в Чудов <монастырь> Митрополиту…

29 марта.…В 7 2 ч. начали христос<ование> с архиереями и всей Москвой — 415 человек — одурение. Около 3 ч. в Исторический Музей смотрели страшный суд Васнецова — je trouve да superbe!(по-моему, великолепно! — фр.)…

30 марта.…В 11 ч. христосовались с игуменьями и жена дам принимала. В ½ 3 ч. христосовался с фельдфебелями, как всегда — дети были…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 41,48, 49.)

Воспоминания В. Ф. Джунковского

На третий день Пасхи, во всех Императорских театрах, состоялись обычные спектакли в пользу Иверской Общины, в Малом театре присутствовали Их Высочества. Театры были далеко не полны, война не располагала к посещению их и потому мы собрали во всех трех театрах только 3200 рублей. Зато выставка-аукцион картин и др. художественных произведений художником И. Л. Калмыковым[1819] дала Общине более 5000 р.

(ГА РФ. Ф. 826. Оп. 1.Д.45.А. 413.)

Дневник Николая II

31 марта. Утром пришло тяжелое и невыразимо грустное известие о том, что при возвращении нашей эскадры к П<орт>-Артуру, брон<еносец> «Петропавловск» наткнулся на мину, взорвался и затонул, причем погибли — адм<ирал> Макаров[1820], большинство офицеров и команды. Кирилл[1821], легко раненый, Яковлев[1822] — командир, несколько офицеров и матросов — все раненые — были спасены. Целый день не мог опомниться от этого ужасного несчастья.

(Дневники Императора Николая II. М., 1991. С. 202.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

31 марта.…узнал удручающую новость: «Паллада»[1823] натолкнулась на мину и опрокинулась — погиб адм<ирал> Макаров и почти все — чудом спасся раненый Кирилл и неск<олько> офиц<еров> и матросов — ужасно!!.. Не можем прийти в себя. По-видимому мина наша!! Господи помилуй!

2 апреля… жена с baby в складе…

5 апреля.…около 11 ч. с женой. В Строг<ановское> учил<ище> смотреть походную церковь для одного лазарета…

14 апреля.…Жена ездила с дамами смотреть вход моряков. Я с Дмитрием в ½ 12 ч. в Спасские казармы — здоровался с моряками — им обед — сказал привет<ствие> — славные рожи — трогательно было свидание с родными!! В 1 час все офиц<еры> у нас завтракали — приятно было говорить с ними — почти все с Георгием. Команды ходили в Кремль… В Англ<ийском> кл<убе> обед для моряков… Однако корейцы[1824] смертельно обижены, что не все получили Георгия, какваряжцы[1825] — enfin! (наконец! — фр.)

(ГА РФ. Ф. 648. Оп.1.Д. 41.А. 49, 50, 52, 56.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — имп. Марии Феодоровне

14 апреля. Москва — Петербург

Глубоко взволнована. Нет слов, восхищена поразительной скромностью славных героев «Варяга» и «Корейца». Наши сердца полны слез, однако от встречи с ними — радость. Оба нежно тебя целуем.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 642. Оп. 1. Д. 1586. Л. 84. — на англ. яз.)

Великая княгиня имеет в виду морское сражение, состоявшееся в первый день войны, 27 января. Японская эскадра в составе шести крейсеров напала на находившиеся в корейском порту Чемульпо бронепалубный крейсер «Варяг» и канонерку «Кореец». После 50-минутного боя получивший тяжелые повреждения «Варяг» был затоплен, а «Кореец» взорван.

На следующий день, после встречи с героями, великая княгиня присутствовала на заседании Особого Комитета, на котором было решено образовать отдельную подготовительную комиссию по бесплатному размещению больных и раненых воинов, эвакуированных с Дальнего Востока, пострадавшим в русско-японской войне. Предполагалось, что размещение больных и раненых на дому у благотворителей, принимавших их добровольно на свое попечение и полное содержание, даст казне значительную экономию средств[1826].

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

15 апреля… жена в складе с дамами…

17 апреля.… в ½ 6 ч. с женой в Дв<орянское> собрание на молебен отъезжающего дворян<ского> отряда — много народу — разговоры… жена с дамами в склад…

19 апреля.…В ½ 3 ч. с женой и baby в манеж — осматривали летучий отряд…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 57, 58, 59.)

19 апреля в присутствии Сергея Александровича и Елисаветы Феодоровны в городском манеже прошел смотр первого летучего отряда, снаряженного Особым Комитетом на средства Московского Кредитного Общества. Летучий отряд должен был работать на поле сражения. Весь подвижной состав отряда был проведен перед великокняжеской четой. Они также осмотрели палатки и лазаретное снаряжение.

22 апреля первый летучий отряд отправился на войну. В Потешном дворце в присутствии великой княгини был отслужен напутственный молебен, после которого она раздала всем отъезжающим врачам, фельдшерам и санитарам образки, «пожелав отъезжавшим успешной деятельности и благополучного возвращения»[1827].

Елисавета Феодоровна проводила на фронт и другие летучие отряды, отправившиеся из Москвы 30 апреля, 3, 4 и 9 мая.

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

21 апреля… Большие потери в деле при Тюренчене 2 т. солд<ат> и 40 оф<ицеров>!!. в 14 12 ч. на театр<альную> площадь, осмотр молодых солдат — прекрасно…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. ГД. 41. Л. 60.)

18 апреля при Тюренчене, китайском населенном пункте, у границ с Кореей, произошло первое крупное сражение на суше между русским Восточным отрядом (19 тыс. чел.) и 1-й японской армией (35 тыс. чел.). Русские части дрались геройски, но не смогли сдержать натиск превосходящих сил и отошли. Это поражение произвело тяжелое впечатление на русскую армию.

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

23 апреля.…Высадка японцев, и П<орт>-Артур отрезан. Господи помози!!.. Жена в складе.

24 апреля… встречал Кирилла — очень нервен, и спина болит от удара бревна; рассказывал ужасы!!.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. ГД. 41. Л. 61.)

Николай II — вел. кн. Сергею Александровичу

26 апреля. Царское Село

Милый дядя Сергей,

…За эти последние дни у меня явилось непреодолимое желание увидеть уходящие на войну части войск, и поэтому я решил съездить на юг до Полтавы и напутствовать сперва 10-й корпус, а затем 17-й корп<ус> на возвратном пути. Думаю ехать 2-го Мая: в Белгород, Харьков, Полтаву, Кременчуг, Орел, Тулу, Калугу, Рязань и Москву (для 17 сапер<ного> бат<альона>) Надеюсь быть назад 9-го Мая рано утром. Итак, я буду иметь удовольствие тебя видеть и вместе объехать часть вверенных тебе войск, начиная с Орла.

Искренно поздравляю и желаю всего лучшего к 29-му. Крепко вас обоих обнимаю. Да хранит тебя Господь.

Твой Ники.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. ГД. 71. Л. 80–81 об.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

27 апреля.… Ники едет 2-го мая в объезд для смотра частей 10 и 17 корп<уса>, отправл<яющихся> на войну!!. Сидел поздно в канцелярии во время разбора шифрованных депеш о поездке Государя.

28 апреля.…обсуждалипроезд Г<осударя> по 17 корпусу…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. ГД. 41. Л. 63.)

Государь предпринял поездку по южным и центральным губерниям России, посещая места расположения частей войск, отправляющихся на Дальний Восток. Выехав 2 мая, после короткой остановки в Москве 3 мая он посетил Белгород, Харьков, Козельщинский женский монастырь в Полтавской губернии, Кременчуг, Полтаву, Орел, Тулу, Калугу, Рязань, Москву и 9 мая вернулся в Царское село.

В эти дни Елисавета Феодоровна собирается вместе с детьми навестить Александру Феодоровну.

Имп. Александра Феодоровна — Николаю II

3 мая. Царское

Мой милый любимый душка Ники,

… Сергей телеграфировал после того, как виделся с тобой — пишет, что они приезжают, спрашивал, можно ли привезти детей. Я ответила, что их можно разместить наверху в твоей старой детской — по-моему, гораздо удобнее, если дети будут в том же доме.

Как долго они все у нас пробудут? С моей стороны это конечно не очень любезный вопрос, но я не хочу делить тебя ни с кем, и мне не очень-то хочется видеть детей — они сразу начнут делать замечания при других обо мне. Мария — натура весьма любопытная… Элла прислала телеграмму, что они приезжают на три дня…

Еще одну трогательную телеграмму получила из Новоборисово от генерал-майора Мезенцева[1828]. В ней говорится, что дамы 50-го драгунского Иркутского полка изготовили постельные принадлежности для 25 коек и предлагают все это мне. А теперь до свидания, мой сладкий Ангел, спи сладко и крепко. Целую и благословляю тебя.

4 мая. Всевозможные пожелания счастья и благословения тебе, мой Ангел, в твой дорогой день рождения. Все, что нежное любящее сердце только может пожелать — желает тебе твоя женушка от всего сердца и от всей души. Впервые мы врозь 6-го <мая>! Но тем не менее мы вместе. «Мы все едины», — какая утешительная мысль в такие моменты. Я в мыслях и молитвах следую за тобой все это время, пытаюсь представить себе, чем ты занят. Как трогательно видеть этих дорогих людей, отправляющихся на войну. Твои благословения и святые иконы укрепят их на пути, и косвенно с ними будет благословение и от Него (Филиппа — сост.), я уверена. Надеюсь, в Чартково сегодня все пройдет гладко… Но Он хранит тебя, и: «Бог любит Россию».

Какие горы телеграмм пришлось прочесть сегодня с утра, бесконечные телеграммы от агентств, и еще две от генерала Куропаткина для тебя — я прочла с огромным интересом. Госпожа Воронова телеграфировала мне (из Ляояна), что мой священник прибыл в Танхой и присоединился к обозу, но палатки и прочее оставили в Ляояне, пока они не придут туда, так как пока нет ясности с передвижением войск…

Эту икону Христа ты узнаешь — она <написана> в память твоей поездки, и поэтому я велела выгравировать на ней «С нами Бог»…

Содрогаюсь от мысли, что надо ехать в город на склад, там эти бесконечные ряды комнат, через которые надо идти, но я считаю il faut payer de la personne (нельзя жалеть себя — фр.) никогда, — ведь действительно по четвергам приходит больше народу, зная, что я буду там, а нам нужны руки, предстоит еще много работы до <переезда> в Петергоф, где у нас будет меньше людей. Теперь мне пора надевать шляпу и уходить. Буду стараться сидеть побольше…

Потом я поехала в склад и много там работала — ни минуты покоя, масса вопросов, бумаг и прочее. Там было много народу…

До свидания. Благослови тебя Бог, мой родной душка Ники. Целую тебя очень нежно и страстно,

остаюсь, твоя родная маленькая

Женушка.

Я интересуюсь, как все прошло! Пусть «Он» хранит тебя и особенно сейчас. Сербия и Болгария явно что-то замышляют. Непременно настой, чтобы наши военные атташе слали более частые подробные известия оттуда и из Черногории — надо быть начеку.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1148. Л. 80–83 об. — на англ. яз.)

Из книги баронессы Софии Буксгевден

Императрица Александра Феодоровна сразу же приступила к активной работе. В то время как вдовствующая императрица возглавила Красный Крест, ее невестка организовала в Эрмитаже особую мастерскую, или склад, предназначенный для того, чтобы комплектовать санитарные поезда, снабдив их теплой одеждой для воюющих солдат и медикаментами. Красный Крест не мог удовлетворить все запросы военных госпиталей, поскольку его запасы в Сибири были очень невелики.

Императрица отправляла на фронт теплую одежду, а на Рождество выслала в войска тысячи подарков, многие из которых были сделаны и ее руками. В мастерской работали сотни женщин из всех слоев общества. Здесь с радостью принимали всех желающих, так что огромные комнаты были переполнены. Каждый день императрица посещала свой склад. Двери, ведущие в Эрмитаж из Зимнего дворца, отворялись, и императрица проходила внутрь, сопровождаемая слугой, несшим ее работу. Она заходила во все комнаты, заговаривала то с одним, то с другим человеком, присаживаясь сначала к одному столу, затем к другому, беседуя с самыми простыми из своих работниц, и лишь затем приступала к своим ежедневным обязанностям. Помогали ей княгиня М. М. Голицына[1829], главная фрейлина, и княгиня Е. Н. Оболенская[1830]. Императрица сама вникала во все детали. Ее ясный и практичный ум позволял ей разбираться во всем; когда же она вносила предложения, то всегда следила за их исполнением. Однако она снова была в положении и, хотя на этот раз чувствовала себя лучше, ей все-таки пришлось прекратить активную работу из-за приближающихся родов…

(Буксгевден С., баронесса. Венценосная мученица. Жизнь и трагедия Александры Феодоровны, императрицы Всероссийской. М., 2007. С. 172–173).

Дневник Николая II

3 мая… После завтрака проехали Москву, где в поезд вошли д. Сергей, Элла, Мария и Дмитрий…

(Дневники Императора Николая II. М., 1991. С. 207.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

3 мая.…в 14 3 ч. с детьми на калачевский павильон встречали Госуд<аря>: бледен, но бодр — доложил ему обо всем и получил все нужные ответы. Вместо 10 мин. он остался полчаса… Жена с дамами в складе.

4 мая.… жена в складе — чай вместе. Завтра в путь: благослови Господи!

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 41. Л. 66.)

5 мая Сергей Александрович уехал в Орел, где присоединился к государю в его объезде 17 корпуса. Вероятно, через него Елисавета Феодоровна передает свое письмо к государю.

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — Николаю II

5 мая

Мой милый Ники,

Благослови тебя Бог в твой дорогой, дорогой день рождения. Я невероятно рада, что ты побываешь в моей церкви[1831], увидишь мой дорогой полк, шефом которого ты, по своей великой милости, назначил меня[1832]. Пусть по молитвам <отца> Митрофана[1833] — этого чистого, святого, простого священника — снизойдут на тебя всевозможные благословения, и <наступят> более счастливые времена после нынешних бед.

Молитвенно и мысленно буду с тобой и тогда, когда ты заедешь в дорогую Москву. Здесь, перед Иверской, ты тоже найдешь утешение. Каждый вечер проезжаю мимо часовни, мимо толп людей, ожидающих своей очереди <приложиться к святому> образу; каждому хочется излить свое полное боли сердце, и если у тебя будет время совершить туда паломничество, это несомненно придаст тебе силы в твоем трудном деле.

Как трогательны все молитвы и благословения, возносимые за тебя к Богу.

Нежно целую,

твоя любящая сестра

Элла.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1253. Л. 87–88 об. — на англ. яз.)

Отец Митрофан Сребрянский был представлен государю еще в 1903 г., в дни Саровских торжеств. Из его показаний, данных ОГПУ в 1931 г.: «Николай II на меня произвел как человек хорошее впечатление, но виделся я с ним в течение нескольких минут в Сарове при открытии мощей Серафима; встреча эта была случайной, и по его просьбе я освятил только иконы; был еще случай в 1904 году, когда Николай II проездом через город Орел был во время службы в церкви, где я служил, но разговора я с ним не вел»[1834]. Так государь выполнил просьбу великой княгини — помолился на службе о. Митрофана, будущего преподобноисповедника Сергия в «ее» церкви.

Дневник Николая II

6 мая.… доехали до Орла… В церкви Черниговского драгунского п<олка> была отслужена обедня, после кот<орой> поехал с Мишей в собор… Дядя Сергей присоединился к нам в объезде войск 17-го корпуса…

(Дневники Императора Николая II. М., 1991. С. 208.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

6 мая. На станции Фирзиково.…в 6 ч. у<тра> в Орле… после 7 ч. на поле объезжал бригаду Черн<иговских> и Неж<инских> драгун. В 8 ч. Г<осударь> прибыл, все сошло хорошо. Обедня в церкви Черн<иговского> полка. Оттуда в собор и на поезд. В ½ 5 ч. были в Туле — смотр 2-й бригаде 3 дивизии — удачно. Ники прекрасно всем говорил. В 7 ч. были в поезде и обедали в пути. Вести о Ляояне тревожные! Что будет делать Куропаткин? Китайцы, наверное, пойдут на нас! Господи помилуй!!

7 мая. Станция Сторожилово до Рязани.… в 9 ч. смотр 1 бригаде 3 див<изии>: на поле, не доезжая Калуги, топь была ужасная, но все прошло хорошо. Оттуда в Калугу — депутации и в собор — из собора пешком в город<ской> сад — вид на Оку и дальше. Получено извещение о потоплении нашими минами 2-хяпон<ских> броненосцев[1835]!! Днем поезд остановили, и мы гуляли в поле. Удалось поговорить с Ники. На многих станциях депутации и трогательные встречи.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 67, 68.)

8 мая на обратном пути государь в сопровождении Сергея Александровича посетил Москву и зашел в Иверскую часовню.

Московские ведомости

Высочайшее посещение Москвы

… У Иверской часовни Его Величество, Государь Наследник и Великий Князь (Сергей Александрович. — Сост.) вышли из экипажей и направились к часовне. При входе Монарх был встречен преосвященным Парфением, епископом Можайским[1836], со Св<ятым> крестом, к которому приложились Высочайшие Особы. Затем было совершено молебствие, с провозглашением многолетия. Преосвященный Парфений поднес Государю Императору и Государю Наследнику иконы Иверской Богоматери. Высочайшие Особы, приложившись к чудотворному образу, оставили часовню…

(Московские ведомости. 9 мая 1904. № 127. С. 2.)

Дневник Николая II

8 мая. В Москву приехали в 4 14. На дворе у Николаевского вокзала стоял 17-й саперный батальон в мобилизованном составе. Напутствовал его как и остальные части. Затем поехал с Мишей к Иверской… наконец, в Успенский собор, где был отслужен молебен. В 6 час. покинули Москву.

(Дневники Императора Николая II. М., 1991. С. 208.)

Днем раньше Елисавета Феодоровна вместе с детьми поехали навестить Александру Феодоровну, в Царском Селе, где остались до 11 мая.

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — имп. Марии Феодоровне

8 мая. Петербург — Гатчина

Только что приехала. Еду с Марией и Дмитрием в крепость, потом в Царское. Мыслями и сердцем буду с тобой. Сергей приезжает завтра с Ники. Можно ли привезти Марию и Дмитрия на парад для встречи с тобой? Мы сможем остаться только на 3 дня, потому что много дел в Москве.

Целую нежно.

Элла

(ГА РФ. Ф. 642. Оп. 1. Д. 1585. Л. 39. — на англ. яз.)

Дневник Николая II

9 мая.… В 9 час. приехали в Царское Село, большая радость увидеть дорогую Аликс. Обедня была отслужена в походной церкви в Красной гостиной. ВИЦ поехал с д. Сергеем и Эллой в Гатчину на юбилей Кирасир. Парад отложили из-за отвратительной погоды. Завтракали с офицерами и прежде служившими в полку в Белой зале. Вернулся в Царское в 3 И. Погулял недолго. Приятно быть дома под чудным впечатлением поездки. Много читал. Обедала Элла.

(Дневники Императора Николая II. М., 1991. С. 209.)

11 мая Сергей Александрович и Елисавета Феодоровна с детьми возвращаются в Москву.

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

12 мая. Москва.…Потентаты сидели у меня с делами. После завтрака доклад Корнилова[1837] — удалось устроить всему 17 к<орпусу> непромокаемые накидки… Женавскладе.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 41. Л. 70.)

Секретарь вел. кн. Елисаветы Феодоровны Н. В. Струков[1838] —

прот. Иоанну Кронштадтскому

12 мая. Москва

Ваше Высокопреподобие,

О. Иоанн Ильич,

По повелению Ее Императорского Величества Государыни Императрицы Александры Федоровны секретарь Ее Величества, согласно выраженному Вами желанию, препроводил ко мне издания Вашего Высокопреподобия под заглавием «Воззвание к Христолюбивому Воинству» и «Русскому народу от Вас Красное Яичко», по 500 экземпляров каждого, для преставления Ее Императорскому Высочеству.

Государыня Великая Княгиня была очень обрадована добрым вниманием Вашим и приказала мне выразить Вашему Высокопреподобию искреннюю Ее императорского Высочества благодарность, а издания эти отправить на Дальний Восток, в действующую армию, для раздачи нашим храбрым воинам.

Исполняя возложенное на меня поручение и прося Ваших святых молитв, имею честь быть, с чувством глубокого уважения

Вашего Высокопреподобия

Покорнейший слуга <подпись>

(ЦГИА СПб. Ф. 2219. Д. 50. Л. 25.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

13 мая.… В 12 ч. с деж<урным> Олсуфьевым[1839] на парад — блистательно все было, но мерз сильно, жена была в беседке — после 1 часа дома. Завтрак военному начальству…

14 мая.…Мои образа серебр<яные> для ношения знаменосцам полков 17 корп<уса> удачны и цепи солидны…

19 мая. По пути в Смоленск. 9° т. — был у меня ген<ерал> Глазов[1840] новый мин<истр> нар<одного> просвещения — хороший человек, но трудно ему. После завтрака с женой в Рукавишн<иковский> приют на открытие съезда молодых преступников — был Таганцев[1841]… чай один, жена на экзамене филармонии… Еду на 200 л<етний> юбилей Нарвского полка.

21 мая.… В 10 ч. прибыл — болтал с женой. Взяв детей к 12 ч. поехали в лагерь на церковный парад Самогитского п<олка> — все очень хорошо — и тепло. Готовлю разные нужные вещи для 6 киев<ских> офиц<еров>, идущих на войну… Мучения из-за П. Артура… Завтра Рязань!

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. ГД. 41. Л. 71, 74, 7S.)

14 мая, в день коронации, в результате победы японцев на Цинь-Чжоуских высотах, Порт-Артур был отрезан от русской армии.

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

21 мая. Москва

Дорогой Ники,

…Завтра утром еду в Рязань на прощальный смотр нежинцев[1842] и болховцев[1843]. Погода, кажется, устанавливается: сегодня совсем тепло. Все помыслы под П < орт-> Артур ом — помоги Бог. Как мне часто жаль, что не могу говорить с тобой — писать все не то!

Обнимаем вас нежно — храни тебя Господь.

Твой Сергей.

(ГА РФ. Ф.60Г Оп. ГД. 1341. Л. 142–142 об.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

26 мая. Москва. Ночью пришли в Тулу… В лагере смотр — благословил Псковский и Великолукский полки висячими образами. Было глубоко и трогательно все; лития в церкви. В 11 ч. уехал в Калугу — утром и днем без дождя, тепло. На лугу около лагеря оба Ингерманландские пол<ки> — по окончании всего на поле на лугу молебен; такие же дал иконы, повесив сам на знаменщиков; был умилен…

29 мая. … Дети благословили Форбрихера иконою, и я ему дал маленький образ; он уходит с 17 корп<усом>, о чем я жалею очень. После завтрака были у меня уходящие киевцы — дал им всем иконку Ангела Хр<анителя> на цепочке и всякие туалетные приспособления… После обеда жена в склад…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. ГД. 41. Л. 77, 79.)

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

29 мая. Москва

Дорогой Ники,

…Еще раз от всей души благодарю за лошадь — чудный подарок для Дмитрия. Он уже сегодня на ней ездил в манеже. Сегодня был последний экзамен у детей, и все прошло отлично.

2- го июня, вероятно, поедем с женой в Орел, а я оттуда еще в Елец. Погода все еще не хочет установиться. Храни тебя Бог — вас обоих нежно обнимаю.

Твой Сергей.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1.Д. 1341. Л. 143–144 об.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

1 июня. После завтрака с женой в манеж, где были выставлены все предметы для военных госпиталей 17 корп<уса>, устроенные мною, дезинфекционные камеры, кипятильники etc. Кажется все очень хорошо…

2 июня. По пути в Орел.…Едем в Орел… Господи благослови!

3 июня. В14 9 ч. прибыли. 20 лет нашей свадьбы — благослови Господи. Жена и я обменялись подарочками. В 9 ч. жена и я произвели смотр Черн<иговских> др<агун> — за сим благословение иконой. В полковой церкви молебен — Всем офиц<ерам> жена дала образки… я уехал дальше в Елец — жена выезжает позже. Погода хорошая. В ½ 8 ч. Елец, народу масса, страшно любезная встреча; смотр отличный, надел икону на штандарт — долго говорили с офицерами…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 80, 81.)

Воспоминания В. Ф. Джунковского

3-го июня Великий Князь с Великой Княгиней выехали в Орел, я сопровождал их высочества. На вокзале были встречены Орловским губернатором Балясным[1844], который ранее был первым адъютантом Великого Князя. В 9-м часу Их Высочества проехали на Елецкую платформу и сев на коней, Великая Княгиня была удивительно красива в амазонке верхом, в сопровождении свиты направились на смотровое поле, где после церемониального марша прощались с выступавшими на Дальний Восток 51 Черниговским драгунским полком, шефом которого была Великая Княгиня. Напутствуя полк в поход, Великая Княгиня благословила Черниговцев образом Св. Покрова.

(ГА РФ. Ф. 826. Оп. 1.Д. 45. Л. 419.)

11 июня 51 драгунский Черниговский полк покинул Орел и отправился на русско-японскую войну.

Дневник полкового священника Митрофана Сребрянского, служащего на

Дальнем Востоке

13 июня.… В 9 часов утра подъехали к станции Фитингоф; стоянка час, решили здесь служить обедницу. Я попросил у начальника станции разрешения совершить богослужение в станционном зале, что он сейчас же и сделал. Тогда я и Михайло[1845] вынули походные ризы, Евангелие и крест — великой княгини Елисаветы Феодоровны, подаренные полку… зажгли свечи. Пришел генерал, офицеры, солдаты, и мы не спеша отслужили обедницу. Умилительно было чрезвычайно, пели все и молились от души. Вот уж благодарили мы тогда святой обычай ставить на станциях иконы; надо было видеть радость всех — от высших и до низших, все говорили одно: «Слава Богу, теперь и для нас настоящий праздник!»

(Дневник священника 51-го Драгунского Черниговского Ее Императорского Высочества Великой Княгини Елисаветы Феодоровны полка Митрофана Васильевича Сребрянского, с момента отправления его в Маньчжурию 11 июня 1904 года на день возвращения в г. Орел 2 июня 1906 года. М., 1996. С. 13.)

5 июня Сергей Александрович с Елисаветой Феодоровной и детьми совершили паломничество в Ростов Великий[1846], к мощам святителя Димитрия Ростовского.

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

5 июня. Москва. Теплым утром, в 9 ч. вышли мы в Ростове. Губ<ернатор> Рогович[1847] — прямо в собор, слушали звон колоколов чудный. Церкви идеальные и музей — Шляков объяснял. В Исидоровскую цер<ковь>[1848] и Аврамиевский м<онастырь>[1849]. В 12 ч. в вагоне завтрак. После в Яковлевский м<онастырь>[1850] — молебен у мощей Св. Дим<итрия> — рад был быть с там с Дмитрием! Епископ Сергий[1851] у раки сказал Дмитрию трогательное прочувств<ованное> слово — у всех были слезы на глазах! Конечно осмотрели мы цер<ковь> Иоанна Бог<ослова> на Ишне[1852]… В 3 ч. уехали. Дети в полном восторге…

7 июня.… поехал с деж<урным> Олсуфьевым к саперным казармам, где сделал смотр 17 сап<ерного> бат<альона> — осмотрел подробно обоз — прощался — благословил их иконой Пр. Сергия на цепи…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 41. Л. 82, 83.)

Московские вести

8-го июня в 11 ч. утра в городском манеже открывается выставка картин французских художников в пользу больных и раненых на Дальнем Востоке. На выставке будет находиться 380 картин. Она устраивается Юлием Рацковским, которым те же картины выставлялись в Порт-Артуре, Самаре и других городах.

Выставка была открыта Елисаветой Феодоровной с целью сбора дополнительных пожертвований на дело ее Комитета. Выставку посетило более 9400 человек, доход от нее достиг почти 4500 руб.[1853]

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

14 июня. Ильинское… Мучаюсь ужасно, что происходит в Манчжурии! Помоги Господь…

17 июня. Ильинское… жена после чая в Москву на склад…

25 июня. Ильинское.…отличный день — с детьми ходил — чай на балконе: жена уехала в Москву… Чудный вечер — жена в ½ 7 ч. вернулась. Обедать на террасе — жена пошла исповедоваться — мы все гуляли.

26 июня. Ильинское.…в 9 ч. с женой в церковь — обедня и она приобщалась… В 3 ч. мы все в разных экипажах в Петровское — на ярмарку — много мы покупали ситцу etc. — были соседи…

27 июня. Между Моршанском и Москвой.…около ½ 5 ч. сел в поезд Государя[1854]. Около 7 ч. пил чай с Ники — в 8 ч. были в Коломне — смотр 2-м саперным бат<альонам> и мортирному полку — хорошо. В 9 ч. дальше — устал сильно. Первый эшелон 17 корп<уса> уже вышел из Харбина. В П<орт> Артуре у нас 40 т. человек. В 5 ч. прибыли в Моршанск — чудный вечер — смотр резерв-<ной> дивизии из Епифанского и Юхновск<ого> рез<ервных> полков — очень хорошо. В 8 ч. Гос<ударь> уехал — проводил и сам уехал.

28 июня. Ильинское.… приехал в Москву в ½ 9 ч. — тут же осмотрел один санитарный поезд… Болтал с женой…

1 июля.…В ¾ 4 ч. на Одинцово с женой и Степ<ановым>. В Москве на Рязан<скую> станцию — освящение поезда бактериологического — замечательно интересно и хорошо составлено…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 87, 88, 92, 93, 94, 95.)

Великокняжеская чета присутствовала на освящении вагонов центральной бактериологической станции отряда имени С. П. Боткина для борьбы с заразными болезнями на театре военных действий и ледоделательного поезда.

Отчет Комитета Ее Императорского Высочества

Великой Княгини Елисаветы Феодоровны

По прибытии Их Высочеств в вагоне, оборудованном для бактериологической лаборатории, отслужен был напутственный молебен, после которого все вагоны были окроплены святой водой. Затем Их Высочества и все присутствовавшие подробно осматривали поезд, при чем объяснения давались старшим врачом отряда имени С. П. Боткина — В. И. Беляевым, членом Особого Комитета — Н. К. фон-Мекк, персоналом отряда и инженером Э. Г. Брюнкером, оборудовавшим ледоделательный поезд. Машины последнего были в полном действии, так что тут же, в присутствии Их Высочеств и приглашенных лиц, производились весьма успешные опыты изготовления искусственного стерилизованного льда. По осмотре поезда перед Их Высочествами были продемонстрированы фургоны, предназначенные для летучих отрядов… а также был произведен опыт дезинфекции вещей в стерилизаторах, имевшихся при этих фургонах.

После этого Ее Высочество изволила беседовать с врачами и студентами отряда имени С. П. Боткина и благословила их, а также санитаров отряда и машинистов ледоделательного поезда шейными образками. Двум врачам иудейского вероисповедания Ее Высочество вручила Пятикнижие Моисея.

Затем Их Высочества простились с присутствовавшими, пожелав отъезжающим успешной деятельности и выразив надежду на скорое и благополучное их возвращение.

2 июля 1904 года вагоны отряда имени С. П. Боткина и ледоделательный поезд со всем персоналом и добавочным грузом были отправлены из Москвы.

(Отчет Комитета Ее Императорского Высочества Великой Княгини Елисаветы Феодоровны. 12 февраля 1904 г. — 1 сентября 1907 г. М., 1908. С. 87–88.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

2 июля. Ильинское… Прибыл в Тамбов 14 9 ч. — в 10 ч. встретил Гос<ударя> и полетел на смотр; все великолепно — два маршевые эскадрона драгун<ского> Черн<иговского> и Неж<инского>. Долго длилось — около 2 ч. уехали — народу массу всюду. Приятно ехали — болтал с Ники — много читал. Прибыли в Москву в 14 2 ч. ночи — простился и сюда…

3 июля. Ильинское… кофе на балконе и долго болтал с женой…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 96.)

15 июля в Петербурге был убит министр внутренних дел В. К. Плеве. Бывший студент Московского университета, эсер Егор Сазонов, бросил бомбу в его карету. Через полгода будет брошена бомба и в карету Сергея Александровича.

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

15 июля. Ильинское.… В 12 ч. узнал об ужасном убийстве Плеве! Я в отчаянии! Считаю его смерть величайшим несчастием для Государя и для внутренних дел. Теряю в нем очень много — незаменимый человек. Suis moralement aneanti, desespere (Я морально уничтожен, в отчаянии — фр.)…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 41. Л. 102.)

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

15 июля. Ильинское — Петергоф

Я в отчаянии от случившегося ужасного несчастья. Моя первая мысль была о тебе. Какого верного и незаменимого слугу ты теряешь, бесконечно больно и обидно.

Сергей.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1.Д. 1428. Л. 127.)

Дневник Николая II

15 июля. Утром П. П. Гессе принес тяжелое известие об убийстве Плеве, брошенною бомбою, в Петербурге против Варш<авского> Вокзала. Смерть была мгновенная. Кроме него убит его кучер и ранены семь чел<овек>, в том числе командир моей роты Семеновского полка кап<итан> Цвецинский[1855] — тяжело. В лице доброго Плеве я потерял друга и незаменимого министра вн. д. Строго Господь посещает нас Своим гневом. В такое короткое время потерять двух столь преданных и полезных слуг! На то Его святая воля!.. Принял Муравьева[1856], с подробностями этого мерзкого случая.

(Дневники Императора Николая II. М., 1991. С. 219–220.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

16 июля. Ильинское.…Подробности убийства Плеве ужасны! Я в полном унынии! Теряю энергию!! и бодрость!!!

17 июля. Ильинское.… В ½ 10 ч. в Москву с женой etc. Я прямо в Чудов — все власти, панихида по Плеве — молилось! Оттуда прямо на чугунке; жена осматривала поезд Зинаиды Ник<олаевны>[1857]. Юсуповы приехали, и мы их привезли сюда… поместили их в «не чуй горе», очень им рады…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 103.)

12 июля японцы перешли в наступление силами трех армий: одна шла вдоль железной дороги, другая — из Кореи, третья была связующей между ними. 18 июля, в Маньчжурии, в сражении при Янзелинском перевале погиб командующий 2 м Восточно-Сибирским армейским корпусом и Восточным отрядом Ф. Э. Келлер[1858].

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

19 июля. сПамять при. Серафима Саровского>. Ильинское.…ВЦ 10 ч. молебен Пр<еподобному> Серафиму — молилось тепло. В 10 ч. принимали юнкеров Твер<ского> Уч<илища> — угощали их под липами — гуляли с ними и снимались… Вечером получили грустную весть, что Келлер убит. Час от часу не легче! Боже, спаси нас!

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 104.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — имп. Марии Феодоровне

19 июля. Ильинское

Каким чудесным был этот день в прошлом году, и как тяжело и грустно на сердце в этом! Надеюсь, милая Минни, ты простишь нас великодушно за то, что не появимся 22 числа, поскольку нам надо ехать на крестины[1859] и задержаться подольше в Петергофе — сейчас это довольно трудно.

Сергею надо ехать, чтобы попрощаться со своими войскам, уходящими <на войну>, я тоже страшно занята, так что мы можем вырваться только на несколько дней. И как раз в конце месяца Сергей будет занят с солдатами.

Только что получили известие о смерти Келлера. О, эти печальные известия — каждый раз удар! Бедный, бедный Ники! Какое тяжелое у него правление! Только бы Господь дал ему силы и наставил его. Представляю, как и ты страдаешь. Ведь всегда больше переживаешь за тех, кого любишь, чем за самого себя. А тебе пришлось перенести столько горя, что эта несчастная война причиняет боль вдвойне. Все наши молитвы сливаются в одно желание, в одну надежду, что после этих страшных бурь наступит благословенное мирное время.

Мы с Сергеем нежно-нежно тебя целуем. Благослови тебя Бог, моя милая сестрица, в день твоих именин! Очень жаль, что мы не повидаемся с тобой сейчас, но, Бог даст, когда мы встретимся, у нас будут еще радости, и лучи солнца проглянут через черные тучи и озарят наши сердца.

Любящая тебя Элла.

Мари и Дмитрий целуют твои дорогие руки.

(ГА РФ. Ф. 642. Оп.1.Д.1583.А. 49–50 об. — на англ. яз.)

Четвертая японская армия беспрепятственно высадилась в порте Дальнем. 26–27 июля она была уже в нескольких километрах от Порт-Артура. Началась осада самой крепости.

28 июля в морском бою под Порт-Артуром была разгромлена русская Первая Тихоокеанская эскадра.

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

21 июля. Ильинское.…По-видимому японцы наступают!..

27 июля. Ильинское.…Жена в город… Жена во время обеда вернулась… Завтра в объезд.

29 июля. Между Тамбовом и Москвой.…В Моршанске заехал в лазарет Кр<асного> Креста, в собор и на смотр — отлично и погода чудная — благословил 4 полка — икона на цепи…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 105,108,109.)

30 июля «среди грустных вестей отовсюду, разнеслась по всей России радостная весть — у императрицы родился давно ожидаемый наследник российского престола, названный Алексеем»[1860].

Дневник Николая II

30 июля. Незабвенный великий для нас день, в кот<орый> так явно посетила нас милость Божья. В 1 ½ дня у Аликс родился сын, кот<орого> при молитве нарекли Алексеем. Все произошло замечательно скоро — для меня по крайне мере. Утром побывал как всегда у Мама, затем принял доклад Коковцова[1861] и раненного при Вафангоу арт. офицера Клепикова и пошел к Аликс, чтобы завтракать. Она уже была наверху, и полчаса спустя произошло это счастливое событие. Нет слов, чтобы уметь достаточно благодарить Бога за ниспосланное нам утешение в эту годину трудных испытаний!

Дорогая Аликс чувствовала себя очень хорошо. Мама приехала в 2 часа и долго просидела со мною, до первого свидания с новым внуком. В 5 час. поехал к молебну с детьми, к кот<орому> собралось все семейство. Писал массу телеграмм. Миша приехал из лагеря; он уверяет, что подал «в отставку»[1862]. Обедал в спальне.

(Дневники Императора Николая II. М., 1991. С. 222.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

30 июля. Ильинское… Получили весть о рождении у Госуд<аря> сына Алексея — благослови Бог. Не могу объявить Москве, ибо никто не сообщил о его титулах — сest vraiment pas trop bete! On ne pense jamais a rien! suis furieux… (Ужасно глупо! Никогда ни о чем не думают! Я в ярости — фр.)…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. ПО.)

Николай II — вел. кн. Сергею Александровичу

30 июля. Петергоф — Ильинское

Господь послал Нам великое утешение рождением Сына Алексея. Подписал Рескрипт Тебе для Москвы. Аликс и Новорожденный чувствуют себя прекрасно.

Ники.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 70. Л. 91.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна —

Николаю II, имп. Александре Феодоровне

30 июля. Ильинское — Петергоф

Ликую вместе с вами, мои дорогие. Благослови вас Бог. Самые сердечные поцелуи и наилучшие пожелания.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1429. Л. 21. — на англ. яз.)

Вел. кн. Сергей Александрович, вел. кн. Елисавета Феодоровна — Николаю II, имп. Александре Феодоровне

30 июля. Ильинское — Петергоф

Благослови Бог вас и вашего милого малютку-сына. Ликуем вместе с вами. Пусть новорожденный младенец принесет вам только радость. Нежно целуем вас всех.

Сергей, Элла.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1429. Л. 78. — на англ. яз.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — Николаю II

31 июля. Ильинское — Петергоф

Так рада, что Аликс и малыш здоровы. Ликую вместе с вами в этом великом счастье — рождении милого сына. Все шлют вам нежнейшие поцелуи, мои дорогие.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1429. Л. 191. — на англ. яз.)

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

31 июля

Не могу удержаться, чтоб не написать тебе, дорогой Ники, эти строки с выражением моей радости, моего восторга по случаю рождества юного Алексея. Воображаю вашу-то радость! Вот поистине благословение Божие! Конечно, так и вы это принимаете, так и мы все. Светлый, ясный луч[1863] Благодати Божией в тяжелые времена, переживаемые Россией. Да будет это знаком грядущих лучших дней, полных успокоения и мирных трудов.

Обнимаю вас обоих крепко, крепко, как люблю! Господь с вами и нами. До свидания.

Твой Сергей.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1341. Л. 145–146 об.)

О. Иоанн Кронштадтский — Николаю II

1 августа. Петербург — Петергоф

Всеподданнейше со святым восторгом приношу Вашим Величествам поздравление с Богодарованным наследником Всероссийского Престола.

Кронштадтский протоиерей Иоанн Сергиев[1864].

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1430. Л. 72.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — Николаю II

1 августа. Ильинское — Петергоф

Надеюсь, Аликс хорошо спала, и они с младенцем здоровы. Идем на молебен и большой торжественный обед. Будем молиться от всей души за вас, дорогие, и радостно пить за ваше здоровье. Благослови вас всех Бог. Когда крестины? Желает ли Аликс, чтобы я приехала пораньше, или предпочтет, чтобы мы приехали все вместе за два дня до крестин. Мы все целуем вас нежно.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1430. Л. 36. — на англ. яз.)

1 августа во всех храмах Москвы по случаю рождения цесаревича Алексея были совершены торжественные богослужения. В Большом Успенском соборе был отслужен торжественный молебен, на котором присутствовали Сергей Александрович, Елисавета Феодоровна со своими воспитанниками Дмитрием и Марией.

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

1 августа. Ильинское.…В ½ 10 ч мы, дети, все в Москву. Принял кн<язя> Долгорукова[1865] и в собор — молебен, чтение манифеста — принимали поздравления, за сим дома объявлял о рожд<ении> Наследника дворянам, а потом другим сословиям. При мне Долгорукову поднесли кубок предв<одитель> дворян и город <ской> голова. В ½ 2 ч. завтрак — дети были; потентаты, митроп<олит> — тосты — я за Их Велич<ества>, наследника и Долгорук<ого>…

4 августа. Ильинское.… Мучаюсь за П<орт> Артур и его эскадру!!

6 августа. Ильинское.… Я в отчаянии диком! От неудачи нашего артурского флота[1866] — j’ai versé des larmes de deséspoir! et c’est beaucoup dire (Я плакал от отчаяния! Это уж слишком. — фр). В ½ 10 ч. мы в Москву и парад Екатер<инаславцев> сошел отлично— пекло приятно… Вспоминал дорогой полк! Днем все мы в Усов<ский> лес — массу грибов набрали, чай на террасе в 5 ч. Такая тоска, не мог читать, гулял с Гадоном по полям. О Господи, до чего все больно и обидно!!!!

7 августа. Ильинское.… Скучно ужасно ехать в Петергоф.

9 августа. Петергоф Ферма.… прямо сюда. Дети тут же с нами. Ники на параде в Красном… В ½ 5 ч. к Минни — чай я пил — жена к Alix — Минни очень сердечна. За сим я к Alix — цесаревич прелестен! Благослови его Господь! Ники позвал меня к себе — долго с доверием говорил со мною…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 111–115.)

Дневник Николая II

11 августа. Знаменательный день крещения нашего дорогого сына. Утро было ясное и теплое. До 9 ½ перед домом по дороге у моря стали золотые кареты и по взводу Конвоя, Гусар и Атаманцев. Без пяти 10 шествие тронулось. Через полчаса поехал в Коттедж. Увидел у Мама Кристиана[1867], только что прибывшего от имени Анпапа[1868]. С Мишей отправился в Большой дворец. Крестины начались в 11 час. Потом узнал, что маленький Алексей вел себя очень спокойно.

Ольга, Татьяна и Ирина[1869] с другими детьми были в первый раз на выходе и выстояли всю длинную службу отлично. Главными восприемниками были Мама и д. Алексей.

После обедни пришлось принять дипломатов, и затем был большой завтрак. Только в 3 14 приехал домой и поздравил душку Аликс с крестинами. Погода испортилась, и полил дождь. Аликс многих видела, лежа на кушетке. Провел остальную часть дня дома. Вечером у нас посидели Милица и Стана.

(Дневники Императора Николая II. М., 1991. С. 224.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

11 августа. Петергоф.…в 14 11 ч. поехали в Большой Дворец, и все сошло прекрасно — Минни и Алексей действовали трогательно; маленький слегка пищал — чудесные глаза, черные брови. Долго длилось — завтрак — масса милостей… В 6 ч. с детьми к Alix. Посидели — был у Ники…

13 августа. Петергоф.… Жена в город. Долгий, тяжелый разговор с Гессе!! <… > Дома Муравьев — неутешительный разговор!.. В 8 ч. обедали у Ники — успел поговорить с ним серьезно. Сидел у Alix…

14 августа. Петергоф.… В 5 ч. на чай к Alix — любовался юным цесаревичем после ванны… Семейные впечатления хорошие. Уехали в 10 14 ч. экстр<енным> поездом…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 41. Л. 116,117.)

Государь уехал на смотр донских казаков, отправлявшихся на войну.

Имп. Александра Феодоровна — Николаю II

15 августа. Петергоф

Мой единственный любимый,

Прошла одна одинокая ночь — уже в 10 я потушила свет, потому что чувствовала себя Katzenjammerlish[1870] (нем.) и сегодня утром вышла только к завтраку в час дня. Крошку Солнышко приносили в 9 на кормление, он поспал у меня на руках, и потом я еще раз покормила его в 11…

Я уверена, что ты очень скучаешь без нашего малютки — он слишком очарователен. Право же, становится так ясно, почему Господь послал нам его именно в этом году — он появился как настоящий солнечный лучик, чтобы утешить всех и укрепить дух — Господь никогда не оставит, это так. Теперь у тебя есть он, есть для кого работать и воспитывать его в своих идеалах — чтобы он смог помогать тебе, когда вырастет. Уверяю тебя — видно, как он растет с каждым днем!

Вчера приходили дорогая мама и Кристиан, Элла с Сергеем, и все дети, славная малышка Ольга[1871] — дочка Элен[1872], на минутку. Я была в крайнем изнеможении и легла спать в 6 часов с головной болью и одиноким сердцем…

Ольга[1873] шлет тебе письмецо, они были так огорчены, что ты уехал. Ольга тут же сказала, что в этом виноваты ужасные японцы. Гюнст читает мне все телеграммы их агентства. Что за жуткий пожар в Антверпене, и японцы пишут о Порт-Артуре — я им не верю…

Всегда твоя, единственная старая

Женушка

Санни.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1.Д. 1148. Л. 122–125 об. — на англ. яз.)

17 августа великая княгиня присутствовала на заседании исполнительной комиссии по бесплатному размещению больных и раненых воинов, эвакуированных с Дальнего Востока в русско-японскую войну. Обсуждался вопрос о принятии губернаторами Московского военного округа на себя обязанностей главноуполномоченных Комиссии во вверенных им губерниях для успешного развития ее деятельности.

Комиссия приступила к своей работе 2 месяца назад, 14 июня. К16 августа у нее было 6056 мест для раненых. Военным начальством было сделано распоряжение об эвакуации в Московский военный округ 2000 человек ежемесячно.

Отчет состоящей при Особом Комитете Ее Императорского Высочества

Великой Княгини Елисаветы Феодоровы исполнительной комиссии по бесплатному размещению больных и раненых воинов, эвакуированных с Дальнего Востока в русско-японскую войну

При желательном содействии гг. губернаторов и при горячем сочувствии жертвователей, Комиссии, вероятно, удастся: 1) правильно и соответственно разместить больных и раненых у лиц, которые будут заботиться о них, и тем, может быть, сохранить много человеческих жизней; 2) сделать громадную экономию для казны, избавив ее от расходов по содержанию значительного числа больных и раненых в сумме более 900 000 рублей в год, и 3) избавить обывателей всех четырнадцати губерний Московского Военного Округа от нелегкой, возложенной на них законом повинности в отношении обязательного приема в дома свои больных и раненых воинов.

(Отчет состоящей при Особом Комитете ЕИВВКЕФ исполнительной комиссии по бесплатному размещению больных и раненых воинов, эвакуированных с Дальнего Востока в русско-японскую войну. 14 июня 1904 — 1 апреля 1906 г. М., 1907. С. 2.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

17 августа. Ильинское.…Японцы атакуют Ляоян! П. Артур держится — нравственные мучения!!

22 августа. Ильинское.…Депеша от Бильдерлинга — в 17 <корпусе> потери тоже велики! Мучаюсь неимоверно…

25 августа. Между Ильинским и Тверью.… Еду вечером в Тверь на освящение церкви Моск<овского> драг<унского> полка…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 41. Л. 119,121,123.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — имп. Марии Феодоровне

25 августа. Ильинское

Милая Минни,

Я получила от Воронцова[1874] официальное приглашение, в котором говорится, что 29-го августа в 14 часов состоится большое собрание Красного Креста. Хотелось бы спросить твоего совета: как ты считаешь — идти мне на него или нет? Ведь я не уверена, что это собрание состоится по твоему распоряжению и в твоем присутствии. Или если будут только зачитываться compte rendus (отчеты — фр.), то может, мне вовсе не стоит туда ходить? Если ты позволишь пойти, я была бы счастлива и с огромным интересом выслушала бы все. Ты знаешь, как я не люблю выставлять себя на первый план, но если ты сочтешь нужным, и если мой долг быть там, пожалуйста, будь добра, телеграфируй, как мне поступить. Прости, что беспокою тебя, но ты всегда так добра, и я рада, что напрямую могу спросить о том, в чем сама не уверена.

У нас стоит чудная осенняя погода; много грибов; я чудесно отдыхаю в те дни, когда не несусь в город по делам.

Благослови тебя Бог, дорогая. Сергей, Мария и Дмитрий целуют твои милые руки.

Сердечно любящая тебя сестра

Элла.

(ГА РФ. Ф. 642. Оп. 1. Д. 1583. Л. 62–63 об. — на англ. яз.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

5 сентября. <Именины вел. кн. Елисаветы Феодоровны>. Усово.…в 11 ч. обедня — соседи и кое-кто из Москвы; завтракало человек 30 — за сим сидели в итальянской комнате. Гуляли по парку. Чай около 5 ч…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 128.)

Дневник полкового священника Митрофана Сребрянского, служащего на Дальнем Востоке

4 и 5 сентября. 4 сентября. Завтра именинница великая княгиня Елисавета Феодоровна; через генерала Степанова послал ей поздравление…

5 сентября встал пораньше, чтобы приготовить поучение. Сегодня день ангела нашего шефа — великой княгини; решили служить на биваке. Горе: опять пошел дождь, и вся наша надежда на торжество пропала.

В 9 часов утра собрались 1-й и 2-й эскадроны, также приехали 5-й и 6-й; под дождем вместо обедницы отслужили один молебен. Вымокли порядочно; сейчас сушу в палатке ризы и иконы. Господи, когда же прекратятся эти ужасные дожди?!.

В 12 часов дня, за обедом, я получил от ее высочества следующую телеграмму:

«Сердечно благодарю за поздравление и благословение, рада, что здоровы; уповаю: Господь Вашими молитвами будет охранять моих дорогих черниговцев; утешительно, что скоро можете начать служить в церкви; помогай Вам Господь; вчера видела Вашу жену в кремлевском складе в полном здоровье.

Елисавета».

(Дневник священника 51-го Драгунского Черниговского Ее Императорского Высочества Великой Княгини Елисаветы Феодоровны полка Митрофана Васильевича Сребрянского, с момента отправления его в Маньчжурию 11 июня 1904 года на день возвращения в г. Орел 2 июня 1906 года. М., 1996. С. 91–92.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

7 сентября. Усово… Жена рано в город… Жена вернулась к обеду…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 129.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — имп. Марии Феодоровне

11 сентября. Ильинское — Рамонь

Я очень счастлива, что ты увидишь раненых, нарочно выбрала самые интересные <случаи>. Уверена, что и тебе, и им эта встреча доставит большую радость и утешение. Заедешь ли ты к нам или ты будешь в Москве только проездом, и когда? Очень хочу тебя видеть.

Целую крепко.

Элла.

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

13 сентября. Ильинское.…около 7 ч. с детьми ко всенощной[1875], молилось у креста горячо!..

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 41. Л. 132.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — имп. Марии Феодоровне

14 сентября. Ильинское

От души благодарю за твое милое доброе письмо.

Дорогая моя Минни,

Нам очень жаль, что ты не смогла приехать[1876] — я так надеялась тихо, уютно, без помех поболтать с тобой. Но, Но ты, конечно, хочешь поскорее увидеть своего отца[1877] — это сейчас главное, но я все же надеюсь, что как-нибудь и мы будем принимать тебя в нашем доме.

Погода идеальная: ночи — прохладные, а дни летние с неповторимыми красками осени, однако трудно радоваться всему этому, когда преследуют мысли о войне. Уверена, тебе доставило удовольствие встретиться с солдатами, потому-то мы и отправили их так быстро, желая доставить им, а также и тебе, эту радость. Они так трогательны в своем страдании и полны мужества.

Единственное сейчас утешение — это работа, и ощущение того, что ты можешь принести хоть крошечную пользу, чтобы облегчить им тяготы, которые они храбро переносят.

С наилучшими пожеланиями к тебе, тете Аликс, всем дорогим родственникам. Крепко целуем тебя — Сергей и твоя любящая сестра Элла.

Мария и Дмитрий целуют твои милые руки — они здоровы и веселы.

(ГА РФ. Ф. 642. Оп. ГД. 1583. Л. 65–66 об. — на англ. яз.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — вел. кн. Ксении Александровне

Без даты

Милая Ксения,

Надеюсь в скором времени прислать вам обеим еще солдат, но до сих пор <к нам> прибывали либо больные, либо <раненые> в слишком тяжелом состоянии, которым требовалось лечение в лазарете, и <нельзя было> отправлять их дальше…

Привет вам обоим от Сергея,

Элла.

(ГА РФ. Ф. 662. Оп. ГД. 252. Л. 9–9 об. — на англ. яз.)

Вероятно, речь идет обустройстве солдат в Мариинском приюте ампутированных и увечных воинов, который находился под руководством имп. Марии Федоровны. Раненые находились в нем не только до выздоровления, но и после могли остаться на продолжительное время, обучаясь различным ремеслам.

Отметим, что через полгода, 31 марта 1905 г., Мария Феодоровна откроет собственный лазарет в Гатчине, который проработает до 20 января 1906 г. За это время через него пройдет «больных и раненых 290 нижних чинов и 9 офицеров». Императрица неоднократно будет посещать свой лазарет, делать различные распоряжения по вопросам внутренней жизни госпиталя, обедать вместе с больными и ранеными офицерами.

Поддержку начинаниям вдовствующей императрицы и великой княгини оказывал сам государь. Выше мы писали о том, что Николай II предлагал Елисавете Феодоровне помещение для ее склада. Здесь же обратим внимание читателя на то, что «по повелению Его Величества, все раненые перед выпиской из лазарета (имени Марии Феодоровны в Гатчине. — Сост.) были представляемы Его Величеству в Царском Селе»[1878].

Так милосердное служение в годы русско-японской войны стало еще одной связующей нитью между императрицей Марией Феодоровной и великой княгиней Елисаветой Феодоровной, сблизившей их друг с другом.

И все же в эти годы проявилось различное понимание ими своего служения. Если учреждения Марии Феодоровны носили светский характер, то в лазаретах и санитарных отрядах, поездах и в Черниговском полку великой княгини одним из первых дел было устройство походной церкви.

Дневник полкового священника Митрофана Сребрянского, служащего на Дальнем Востоке

18 сентября. Погода хорошая, теплая. Мы не только отдохнули, но даже поправились. Вчера, отслуживши святую литургию, под чудным впечатлением пережитого душевного удовольствия я послал устроительнице церкви ее высочеству великой княгине Елисавете Феодоровне телеграмму и получил сегодня следующий ответ: «Мукден. Священнику Митрофану Сребрянскому. Так счастлива, что могли помолиться в походном храме; с Вами в молитвенном единении, помоги Господь вам всем! Елисавета». Да благословит ее высочество Господь Своею благодатию!

(Дневник священника 51-го Драгунского Черниговского Ее Императорского Высочества Великой Княгини Елисаветы Феодоровны полка Митрофана Васильевича Сребрянского, с момента отправления его в Маньчжурию 11 июня 1904 года на день возвращения в г. Орел 2 июня 1906 года. М., 1996. С. 116.)

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

19 сентября. Ильинское

Дорогой Ники,

В ужасном душевном смущении обращаюсь к тебе: до меня дошли слухи, будто хотят взять Трепова из Москвы. Ты знаешь все мои серьезнейшие доводы, о коих тебе зимою я докладывал, тогда еще не было войны, теперь же дела еще ухудшились, и положение Москвы крайне меня тревожит в политическом и социальном смысле. Умоляю тебя: не подводи меня, а поддержи меня, помоги мне — вот вопль наболевшей души моей!! Я верю тебе, иначе что, посуди сам, что мне делать?! Мы переживаем страшно трудные времена, и враги внутренние тысячу раз опасней врагов внешних. Брожение умов, напр., в Москве нехорошее; я наслышался со всех сторон того, чего никогда прежде не слыхал. Умудри тебя Господь вывести Россию и спасти ее!

Крепко обнимаю.

Твой Сергей.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1341. Л. 147–148 об.)

По традиции великокняжеская чета едет помолиться в Троице-Сергиеву Лавру на праздник преподобного Сергия Радонежского.

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

24 сентября. Троице-Сергиева Лавра.…В Москве жена села в поезд. Обедали в поезде. В ¾ 10 ч. здесь — прямо к мощам — достояли всенощную до «слава в вышних»[1879] и в митр<ополичьи> покои. Пили чай, заходил Митрополит[1880]… Пр<еподобный> отче Сергие, моли Бога о нас!

25 сентября. Ильинское.…Около 10 ч. в собор — митрополит встречал. По нашему желанию, после обедни был отслужен молебен преподобному о даровании побед! Молилось горячо — чудесно было! Завтрак по обычаю. Все пошли в ризницу, а я с митроп<олитом> и Товием[1881] в собор по делу его ремонта. Все в монаст<ырскую> больницу для раненых и больных солдат. В ½ 3 ч. уехали, унося чудные впечатления. Все время без дождя ехали. Привез многим образки…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 41. Л. 138.)

Дневник полкового священника Митрофана Сребрянского, служащего на Дальнем Востоке

25 сентября. Получил телеграмму от Ее Высочества из Сергиева Посада такую: «Молитвенно со всеми вами; только что молилась за обедней и молебном о даровании победы; храни вас Господь и святой угодник. Елисавета». Нет слов выразить, как все мы благодарны великой княгине за ее истинно материнское к нам отношение.

(Дневник священника 51-го Драгунского Черниговского Ее Императорского Высочества Великой Княгини Елисаветы Феодоровны полка Митрофана Васильевича Сребрянского, с момента отправления его в Маньчжурию 11 июня 1904 года на день возвращения в г. Орел 2 июня 1906 года. М., 1996. С. 122.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

27 сентября. Ильинское.…Бильдерлинг[1882] телегр<афировал> о переходе в наступление — помогай Бог!!..

29 сентября. Ильинское.… Жена с Олей[1883] отправились в город — Оля хотела видеть склад…

1 октября. <Праздник Покрова Пресвятой Богородицы>. Ильинское. …ВЦ 10 ч. к обедне! Вести о сражении под Мукденом не утешительны: нравственное томление!..

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 41.А. 139,140,141.)

26 сентября началось сражение под Мукденом. В течение 9 дней позиции переходили из рук в руки. В конечном итоге русской армии не удалось прорвать японский фронт или обойти его с фланга. Потери русских были огромны: 42 000 убитых. Японцы потеряли вдвое меньше — около 20 000.

Дневник полкового священника Митрофана Сребрянского, служащего на Дальнем Востоке

1 октября. Между ранеными, как ангелы, ходят сестры милосердия, отмывают кровь, перевязывают раны. Только и слышишь их голос: «Голубчик, не хочешь ли чайку? Ты не озяб ли? Что, очень болит? Ну потерпи, вот через часик все пройдет!» «Ох попить бы чего, сутки во рту воды не было», — раздается голос с только что принесенных носилок. Сестра к нему и уже поит его с ложечки. А с другого конца палатки слышится: «Сестрица, мне бы малость табачку, раз пыхнуть. Во как хочется!» И табачок несет сестра. Господи, да разве передашь и опишешь все виденное!.. Подходит ко мне сестра и говорит: «Ведь умер вчера поздно вечером тот солдатик с оторванной ногой. Мы его на том биваке похоронили без отпевания»…

Добрая наша печальница, великая княгиня Елисавета Феодоровна, не забыла нас в этот день и прислала следующую чудную телеграмму: «Особенно горячо помолимся сегодня за всенощной за мой полк пред иконой, которой черниговцы меня благословили при назначении меня шефом и которую сегодня вынесут для поклонения в нашу Ильинскую церковь. Да покроет Матерь Божия дорогой мой полк честным Своим покровом, избавит его от всякого зла и сохранит невредимым, доблестным на радость всем нам. Сердечный привет чинам полка по случаю полкового праздника; счастлива слышать об успехах моих драгун! Постоянно мои все мысли с вами, Бог помощь! Елисавета». На эту телеграмму командир полка ответил: «Телеграмма Вашего императорского высочества получена во время боя. Не нахожу слов выразить восторг и благоговение, с каким черниговцы выслушали на поле брани высокомилостивые слова своего обожаемого шефа! Да благословит Всевышний Ваше императорское высочество за материнское о нас попечение. Это горячая молитва каждого черниговца, вознесенная Господу на молебствии, отслуженном отцом Митрофаном отдельно в трех дивизионах и штабе полка под грохот ужасной канонады. Потерь почти нет. Полковник Зенкевич».

От великого князя Сергия Александровича получена тогда же телеграмма: «Сердечно поздравляю молодцов черниговцев с их полковым праздником! Отрадно слышать самые лестные отзывы о деятельности полка. Бог в помощь! Матерь Божия, сохрани полк под кровом Своим. Сергей».

(Дневник священника 51-го Драгунского Черниговского Ее Императорского Высочества Великой Княгини Елисаветы Феодоровны полка Митрофана Васильевича Сребрянского, с момента отправления его в Маньчжурию 11 июня 1904 года на день возвращения в г. Орел 2 июня 1906 года. М., 1996. С. 134–136.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

2 октября. Ильинское.…солнце вовсю, а на душе невыразимо тяжело!.. Жена в город… В ½ 5 ч чай — был с Олей у всенощной. Когда жена вернулась, она туда же. Dieu! Се que jesouffre сest epouvantable!!!! (Боже! Как жестоко я страдаю!!!! — фр.)

4 октября. Ильинское… Депеша от Бильдерлинга — утешительна, но потери громадны… Нравственная пытка ежеминутная… В ½ 9 ч. частые сердцебиения…

5 октября. Ильинское.… В ½ 10 ч. мы оба в Москву на молебен в Успенский по случаю именин Цесаревича… Говорят, потери наши под Мукденом 36 т.!! Тяжело!!

6 октября. Ильинское.… пасмурно — жена чуть свет в Москву!!.. Мучаюсь неимоверно — сердцебиения почти постоянные…

10 октября. Воскресенье. Москва.…в 14 12 ч. с Джунк<овским> на крестный ход — обошел взводы и два часа ходили кругом Кремля; все отлично — дома в 14 3 ч… У всех волосы дыбом становятся от проделок Мирского!

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 142,143,144,146.)

П. Д. Святополк-Мирский был назначен на пост министра внутренних дел после убийства В. К. Плеве. С первых же дней он провозгласил «эпоху доверия». Прусское общество… заговорило.

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

11 октября. Усово.…Откровенный разговор с Кристи. Многим наговорил горьких истин по поводу теперешних шатаний — и пр. и Гербелю[1884] нач<альнику> хозяйств, зем. Деп. М. В. Д. — je ne suis pas gene de dire quelques verites sur son ministre!! (я не постеснялся высказать всё по поводу его министра!! — фр.)… В ½ 3 ч. на открытие народного дома — отличный…

(ГА РФ. Ф. 6483. Оп. 1. Д. 124. Л. 87.)

Дневник гр. С. Д. Шереметева

14 октября. Разговор за обедом <у вел. кн. Сергея Александровича> о Мирском. Говорили что против него возбуждение, это обычн<ая> враждао Сергей Александровичо Победоносцев.

(РГАДА. Ф. 1287. Оп. 1. Д. 5049. Л. ПО об.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

16 октября. Усово.…Спал ужасно, ибо сердцебиения, днем тоже — все от нравственных терзаний преступной политики Мирского…

18 октября. Усово.…Жена в Москву… В Москве уже были эти дни студен<ческие> беспорядки — приятная перспектива возиться с этими подлецами… Жена к обеду…

20 октября. <10 лет со дня смерти Александра III>… 10 лет! Более чем когда-либо тяжелая годовщина! Что была тогда Россия и что она теперь! Сердце кровью обливается. Гулял с детьми, чай — в 14 10 ч. заупок<ойная> обедня; молилось со слезами на глазах…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 149–151.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — имп. Марии Феодоровне

21 октября

От всего сердца благодарю за милые благословения, все наши молитвы были вчера с тобой. Сильнее, чем прежде, мы чувствовали страшную потерю. Да поможет всем нам Бог пережить это время великих тревог. Погода солнечная, прохладная.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 642. Оп. 1. Д. 1586. Л. S3. — на англ. яз.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

21 октября. Москва…с женой в собор на молебен. Гр. Шереметев etc. завтракали. Долго говорил с Треповым — он в отчаянии — считает тоже положение безвыходным! Долго говорил с Кристи. Чай с детьми — говорил с женой — дети слышали — пришлось кое-что им объяснить из политики!!..

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 41. Л. 151.)

Дневник гр. С. Д. Шереметева

21 октября. В 11 ½ в Успенский собор. Чудная служба. В<еликий>К<нязь> и Е<лисавета> Ф<еодоровна> были. Потом за ними поехал в Г<енерал->г<убернаторский> дом — меня пригласили завтракать. Сидел по правую сторону Е<лисаветы> Ф<еодоровны>, по левую Булыгин… После обычный разговор укр. столика. Меня радовал Булыгин своим спокойствием. Ел<лисавета> Фед<оровна> любезна.

22 октября. Получил письмо от В<еликого>К<нязя> С<ергея> Александровича^ приглашает для разговора в 12 Ц, и опять завтракать. Принял немедленно и полчаса говорил на тему Мирского — расспрашивал, что за человек и как понять его действия? Он выражал сомнение в его добросовестности, гов<орил>, что он видимо желает «конституцию»(!) Я старался разуверить, что на него можно положиться — но не сочувствую приемам его, весьма странным и необъяснимым.

В<еликий>К<нязь> говорил возбужденно, но толково и верно — указывая на факты, требующ<ие> со стороны правительства разъяснений, о преступности недомолвок в вопросах подобных <?> возбуждаемым… Отвечать было трудно — тем более, что лично склоняюсь к порицанию приемов М<ирского> кроме начала, кот<орое> было нужно после духоты Мин<истерства> Плеве… но дальнейшая болтовня была лишняя… За завтраком Е<лисавета> Ф<еодоровна> опоздала — а потом уехала скоро с Растопчиным[1885], а С<ергей> А<лександрович>, посидев у столика, — прощаясь, сказал мне, чтобы о разговоре с ним я сказал бы Имп<ератрице> М<арии> Ф<еодоровне>: «Ведь вы ее увидите!» Я ответил утвердительно, хотя и не предполагал в этот раз ехать в Гатчино. Никогда еще я не говорил о таких материях щекотливых с С<ергеем> А<лександровичем>как в этот день — касаясь до самых верхов…

25 октября. СПб. От Витте прямо проехал к Мирскому — и передал ему о разговоре с С<ергеем> Александровичем> и о том, что собираюсь в Гатчину.

26 октября. <Разговор с имп. Марией Феодоровной в Гатчино. Разговор около получасу. Я скоро подошел к главному предмету, передал Имп<ератрице> поручение С<ергея> А<лександровича>, и все время разговор шел о Мирском[1886]… Имп<ератрица> за него, но и она не одобряет многого.

(РГАДА. Ф. 1287. Оп. 1.Д. 5049. Л. 114–116.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

25 октября. Усово… Расстроен — пришлось в Москве действовать оружием против бунтующих пьяных запасных, — депеша Рауша[1887]. Какие времена!..

Всюду огорчения и мучения! Боже!!

31 октября.… Вести из Питера плохи!! Ужасно тяжело!! <… > Господи помози!

2 ноября.… Принимал много — почти все серьезные люди в ужасе от Мирского и от всего, что творится…

3 ноября.… Гр. Шереметев сидел — он вернулся из Питера в ужасе и полном смущении: собирают земский съезд!!!! <… > В ½ 3 ч. к Е. П. Ермоловой — долго беседовали — она в отчаянии от положения!..

4 ноября.… В ½ 8 ч. с Гадоном в Киев<ский> п<олк>. Дамы работали — было много офицеров…

5 ноября.…разговорам нет конца тяжелым. Шереметев завтракал. В ½ 3 ч. к Истомину — свеж и бодр; разговоры невообразимые — иногда думается, что мы все с ума сошли!..

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 41. Л. 153,156–159.)

Дневник гр. С. Д. Шереметева

5 ноября. В час поехал к В<еликому> Князю — прямо к завтраку… сидел около Е<лисаветы> Ф<еодоровны>. С места заговорила о счастье своем, что она занята усиленно, и потому не замечает того, что перед нею и вокруг нее дрязги и пр. Потом уже почти все время говорила с адъютантом Стаховичем[1888], приехавшим из Сибири… Она вегетарианка, и потом<у> завтрак скудный…

Когда встали из-за стола В<еликий> Князь стремительно меня удержал в б<ольшой> зале, когда все ушли и торопливо, очень приветливо сказал, что получил известие из Петербурга, что съезда официально <?> не будет; что Государь не согласился — несмотря на ход<атайство> Мирского, под давлением Шипова[1889], Львова[1890] и Петрункевича[1891], — но что Мирский разрешил им частно совещаться, обещав, что полиция препятствовать не будет(!) Говорил, что считал М<ирского> порядочным человеком, но теперь сомневается, если он сваливая с себя — направляет неудовольствие на Государя. Говорил, что больше молчать не может, что едут они к 14 в Петербург…

(РГАДА. Ф. 1287. Оп. 1. Д. 5049. Л. 121.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

6 ноября.…В ½ 3 ч. я с Гадоном к Истомину, куда позвал тоже Булыгина и Трепова, чтобы с ними обсудить мой уход с ген<ерал->губ<ернаторства>. Все порешили, после долгих разговоров, что при данных обстоятельствах я должен уйти! Я в самом себе это давно решил. Решение серьезное, но надо так — Аминь! Измучался… Господи помилуй!

8 ноября.…на приеме был Глазов, мин<истр> народ<ного> просвещения. В ½ 3 ч. к Истомину — долго сидел — обсуждая с ним все подробности моего ухода. Вернувшись, читал, дремал. Сердцебиения все эти дни ужасные! Ernie телеграф<ировал>, что он помолвлен с принцессой Лих[1892] — дай ему Бог счастья…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 159,160.)

Николай II — вел. кн. Сергею Александровичу

9 ноября. Царское Село — Москва

Милости просим погостить у Нас. Радуемся за Эрни. До скорого свидания. Ники.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 71.А. 82.)

6–9 ноября в Петербурге состоялся съезд земских и городских деятелей, принявший резолюцию из 11 пунктов, в коих содержались конституционные требования. 9 ноября земцы предоставили ее министру внутренних дел Святополк-Мирскому, который отнесся к ней сочувственно и обещал представить царю.

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

10 ноября.…узнал о подробностях земского съезда в Петербурге: вотировали конституцию!! Депутация земцев принятая Мирским — будет принята и Государем!! Несчастный человек… Мне иногда кажется, что я с ума схожу.

11 ноября.…Кристи принес решение зем<ского> съезда — все сводится к конституции. Они были у Мирского, говорят, Государь их не примет…

12 ноября. Николаевская чугунка.…Утомлен всеми разговорами. Петерб<ургское> земское совещание пришло прямо к конституции!.. Читал детям — они обедали с нами — тоже Булыгин — он мне дал образок! Tres touchant (Очень трогательно — фр.)…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д.41.А. 161,162.)

13 ноября Сергей Александрович и Елисавета Феодоровна приехали в Гатчину на день рождения Марии Феодоровны. Великий князь говорит о своей отставке.

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

13 ноября. Гатчина.… Прибыли в Царское к 5 ч. к чаю — вид у обоих довольный!! Мальчик славный. С ними сюда в 7 ч. прямо к обеду, рад видеть Минни — Оля тут. Цари уехали в 10 ч. — мы остались. Много говорили с Минни, но ничего серьезного про себя не говорил…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 41. Л. 163.)

Дневник Николая II

14 ноября. День рождения дорогой Мама и десятилетие нашей свадьбы! В 10 ½ поехали в Гатчину. Обедня, поздравления и завтрак в Белой зале. Сидели у Мама долго и вернулись в Царское в 3 ½ часа…

(Дневники Императора Николая II. М., 1991. С. 238.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

14 ноября. Гатчина.… около 11 ч. к Минни — цари — семейство — к обедне — завтрак avec monde (с обществом — фр). Подремал — в ½ 3 ч. к Минни: все ей выложил подробно о себе — очень сердечно отнеслась — видит опасность положения — говорили мы с нею часа два!.. Предупредил Алексея утром, что прошусь в отставку. До обеда был у меня Миша — хотел обо всем знать. Обед avec du monde d’ici. Вечер у Минни с Олей. Устал!

15 ноября. Царское. Алекс<андровский> дворец.…Братья, Михен и мы завтракали с царями. В ½ 4 ч. гулял с Ники — разговоры о войне. Чай около 5 ч. После обеда en quatre — в кабинете у Ники вдвоем, изложил ему мою просьбу об отставке от ген<ерал-> губ<ернаторства> — спокойно выслушал — подробно изложил ему нравственную невозможность продолжать службу. Говорил спокойно, логично, твердо; для меня это была пытка душевная, но совесть чиста! Несчастный он человек! Больно и обидно! Он в блаженном состоянии какого-то фатализма!! Господи, Господи помоги нам!

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 41. Л. 163,164.)

Дневник Николая II

15 ноября. Завтракали многочисленным обществом: д. Владимир, только что возвратившийся из Берлина, т. Михень, д. Алексей, д. Сергей, Элла и Борис[1893](деж.). Гулял с ним (от слов «с ним» стрелкой указано на слова: «д. Сергей». — Сост.)

(Дневники Императора Николая II. М., 1991. С. 238.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

16 ноября… гулял с Ники — говорили только о войне — в 5 ч. чай. Жена говорила Alix о моем уходе — поэтому я начал с нею разговор после обеда: лучше, чем ожидал…

17 ноября… Долго беседовал с Гессе — мы с ним сходимся вполне! Он в глубоком отчаянии от безвыходности положения. Днем пока гулял с Ники — дал читать письмо Куропаткина…

18 ноября. Царское… Жена поехала утром в Елис<аветинскую> общину…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 164,165.)

Начиная с ноября 1904 г., Елисаветинская община стала принимать раненых и больных офицеров, эвакуированных с Дальнего Востока.

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

19 ноября. Питер.…в ½ 11 ч. на освящение церкви — Стр<елкового> бат<альона>… Очень все хорошо — Ники прибыл к концу обедни. — Дефилировал бат<альон> — Завтрак в новом офиц<ерском> собрании — красиво… Чай у Влад<имира> — говорил ему о моем уходе… К 7 ч. в <Преображенский> полк на обед — Гадон впервые принимал. Болтал — Костя, Алекс<ей> были — Музыка играла чудесно. Странное для меня чувство! как будто я с того света пришел туда, где давно-давно вся моя жизнь годами текла — curieux, triste! (так странно, грустно! — фр.).

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 166.)

Дневник Николая II

19 ноября… В 4 ½ поехал в Гатчину. Сидел с Мама до 7 ч… К обеду приехали Аликс и Элла.

(Дневники Императора Николая II. М., 1991. С. 239.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

21 ноября. <Введение во храм Пресвятой Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии>. Царское.…к обедне любимый праздник. Завтракали entre nous. Долго гулял с Ники… После обеда tete-a-tete с Ники — отставка моя ген<ерал> губ<ернатора> принята! Хочет, чтоб еще ком<андовал> войсками — готов — Аминь. Итак, свершился первый акт — Господи помози!

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 167.)

Дневник Николая II

21 ноября. Были у обедни и завтракали с д. Сергеем и Эллой… Получил сразу две просьбы об увольнении от должности — от Муравьева[1894] и Мирского[1895]. Второе меня очень рассердило!..

22 ноября. <День рождения вел. кн. Михаила Александровича>.…Принял Мирского, с которым объяснился. В 4 ½ поехал в Гатчину поздравить Мама с днем рождения Миши. Долго разговаривал с нею. Аликс и Элла приехали к обеду. Вернулись вдвоем в Царское. Началась оттепель.

(Дневники Императора Николая II. М., 1991. С. 239.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

22 ноября. Гатчина.…Около 11 ч. с женой поехали сюда — застали конец обедни — Минни была тронута; большой завтрак… Я сидел с Минни — обо многом переговорили и поплакали, говоря о Саше. Гулял с Минни и Мишей… В ½ 5 ч. приехал Ники — посидев — оставил их вдвоем… Жена с Alix к обеду — в 10 ч. цари уехали. Провели приятно вечер en trois.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 167.)

Приведем здесь цитату из телеграммы Елисаветы Феодоровны к Марии Феодоровне от 3 мая 1906 г.: «Вспомнился наш последний визит, когда мой дорогой так сильно морально страдал»[1896].

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

23 ноября. Николаевская чугунка.… сидели дома у Минни — тронут ее отношением. В 11 ч. уехали. Прибыв в Царское, писал письма. Завтрак с царями — Трубецкой от Куропаткина <с> интересными подробностями[1897]. В ½ 4 ч. гулял с Ники — он заговорил о моем уходе и Мирском… После обеда у царей уехали. В Питере много провожающих… В полки едут тоже. Тяжелое выношу впечатление — нравственно измучен. Господи помилуй!

24 ноября. Москва.… по приезде все рассказал Булыгину и Трепову — объявил, что о моем уходе говорить можно. Радость одна — это видеть детей — слава Богу, бодры!..

25 ноября.… К Истомину — все снова рассказывал — не могу больше! Сердцебиение беспрерывное изводит…

26 ноября.… жена с baby в манеж — я туда же с Дмитрием к 11 ч. Великолепный парад — утешительно видеть молодцов! Много раненых новых кавалеров — со всеми говорил. За сим в Ек<атеринские> казармы на обед. Дмитрий очень всем заинтересован…

27 ноября… слух об уходе конечно распространяется…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 41.А. 168–170.)

В эти дни, вслед за петербургским земским совещанием с требованиями конституции стали выступать по всей России. Присоединилась и московская дума.

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

1 декабря... Дума отличилась и тоже вотировала конституцию! И этот тройной болван В. М. Голицын[1898] присоединился!..

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 41. Л. 172.)

Дневник гр. С. Д. Шереметева

25 ноября. Петербург. <Разговор Шереметева с Витте>. Во время разговора <Витте> рассказал о своем разговоре с В<еликим> К<нязем> Сергием А<лександровичем>, который впервые с ним говорил серьезно и запрашивал его относительно Мирского. Витте говорил ему о создавшемся положении, о предшествовавших ошибках — что не разделяет и его действий, главным образом по способу изгнания жидов — и по политике его с рабочими…

1 декабря. <Разговор Шереметева с вел. кн. Владимиром Александровичемн <Великий князь Владимир Александрович> говорил о трудности характера Гос<ударя> — что на всё молчит, и это молчание различно понимается и истолковывается, и в общем — сумбур — что брат его Сергей — не может остаться в Москве при таких условиях, что «мы все» его убеждали дождаться конца войны, но что он излагал причины — но Гос<ударь> на все молчал и молчал!..

2 декабря. <Разговор Шереметева с имп. Марией Феодоровной>.…Сказал о неудачной попытке моей с Государем коснуться вопроса дня — но что он уклонился от разговора и меня отпустил. Она очень взволнована, гов<орила>, что этого с ним не бывало и видит в этом влияние жены, кот<орая> исключительно занята узко семейными интересами и ревнива. «Quel malheur!» (Какое несчастье! — фр.) — Говорила она, порицая нежелание видеть людей, как корень многого. Хвалила Елиз<авету> Феод<оровну>, гов<орила>: «Elle se repent <?> d avoir arrange, vous savez c’est done elle qui a tout fait» («Она раскаивается, что все тогда устроила; Вы ведь знаете, что это именно ее рук дело» — фр); намекая на свадьбу ее сестры с Государем. Жалеет об уходе В. К. С. А. из Москвы — что не вовремя — хотела еще говорить, но предстоял прием, и она пригласила меня к завтраку.

(РГАДА. Ф. 1287. Оп. 1. Д. 5049. Л. 129 об., 133 об., 134.)

Дневник Николая II

2 декабря. В 11 час. в новом кабинете у меня происходило совещание о мерах, которые надлежит принять, чтобы прекратить смуту последних месяцев[1899]…

(Дневники Императора Николая II. М., 1991. С. 240.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

3 декабря.…Ожидаются беспорядки студентов — агитация вовсю!..

4 декабря.…Трепов меня просил увезти детей в виду завтрашних беспорядков; я и решился их взять с собой…

5 декабря. Царское.…Гулял с Ники. Депеша из Москвы: беспорядки были— вооруженные студенты — стреляли в полицию!! Degoutant, navrant (отвратительно, ужасно — фр.). Минни и все дети к обеду tons navres de tout (все переживают — фр.)… Провели вечер entre nous… Было заседание министров у Ники…

6 декабря. <Именины Николая II>. Царское.… в Б<ольшой> Дворец к обедне — и завтрак громадный с продолжительным cercle… В ½ 4 ч. гулял с Ники. Говорил с ним о правит<ельственном> сообщении — предложил мне быть на заседании комитета у него… Обед у царей с детьми. Разговор очень интересный с Ники: депеша — неприличная выходка Черниговского земства! Бедной гр-не Менгден[1900] совсем плохо! Ужасно грустно.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А.173,174.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — прот. Иоанну Кронштадтскому

5 декабря. Петербург, Аничков дворец — Кронштадт

Прошу помолиться за тяжело больную графиню Марию Менгден.

Просит Ваших святых молитв Великая Княгиня Елисавета Федоровна.

(ЦГИА СПб. Ф. 2219. Д. 26. Л. 82.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

8 декабря. Царское.…Бедная гр. Менгден умолила чрез мужа видеть жену, и она поехала в Москву. В 11 ч. заседание у Г<осударя> по поводу указа. Были: Миша, Влад<имир>, Алексей, я, Победонос<цев>, Фриш[1901], Сольский[1902], Муравьев[1903], Ермолов[1904], Коковцов[1905], Фредерикс, Витте, Воронцов[1906], Мирский, Гессе. Я говорил. В общем, недурно по теперешним временам; один пункт в выборных мне очень не нравится. Длилось два часа и еще час…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 41. Л. 175.)

Дневник Николая II

8 декабря. Утром погулял с д. Сергеем. В 11 час. у меня началось второе заседание — продолжение первого. Кроме тех же, присутствовали: дяди — Владимир, Алексей, Сергей, Фредерикс и бар<он> Нольде[1907]. Читался и обсуждался проект сообщения и указа Сенату, при этом видоизменялась редакция. Был сделан перерыв для завтрака. Потом сидели с 2 ½ до 3 ½. Погулял в темноте. Обедали втроем, так как Элла уехала в Москву.

(Дневники Императора Николая II. М., 1991. С. 241.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

9 декабря. Царское.… В 12 ч. с детьми в Гатчину прямо к завтраку… Говорили с Минни хорошо. Ники к 5 ч. к чаю — говорили en trois с ним и Минни об указе — 1 affaire se corse dans le bon sens! (дело меняется в лучшую сторону — фр.) Alix к обеду — мы уехали с царями, в 10 ч. уложил детей. Пил чай с царями.

10 декабря. Царское.…Трепов был у Ники — и его уход решен. Гулял с Ники — говорили о делах — работал[1908] его насчет 3 пункта указа!.. Жена отложила отъезд — suis suis bien fache (я очень сердит — фр.)…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 41. Л. 176.)

Дневник Николая II

10 декабря. Утром погулял с д. Сергеем. Имел два доклада. После завтрака принял Трепова — московского обер-полицмейстера; просил уйти…

11 декабря.…После чая принял Витте при д. Сергее по вопросу об указе и некоторых в нем перемен[1909].

(Дневники Императора Николая II. М., 1991. С. 241.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

11 декабря. Царское.…Сюрпризом Ники взял меня в кабинет, куда вызван был Витте: долгий разговор и решение совсем вычеркнуть 3 пункт указа! Стало быть, и выборные похерены!! Помоги Боже. Витте был корректен — норм. <?>! Обед, вечер как всегда.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А.177.)

Дневник Николая II

12 декабря.… В 11 час. поехали к обедне. Элла утром вернулась из Москвы. Завтракали семейно… Гулял с д. Сергеем… Обедали вчетвером.

(Дневники Императора Николая II. М., 1991. С. 242.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

12 декабря. Царское… В ½ 11 ч. жена вернулась — поехали к обедне — завтрак entre nous… Говорили много с женой. В ½ 3 ч. гулял с Ники… Чай — присутствовал при купании цесаревича — мил очень… Обедали с детьми у царей. Вечер en quatre. Еще болтали с женой. Указ подписан.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 41. Л. 177.)

12 декабря был опубликован указ «О предначертаниях к усовершенствованию государственного порядка». В него предполагалось внести пункт о созыве выборных людей к разработке законов, но в окончательной редакции государь вычеркнул его, справедливо полагая, что это будет воспринято как обещание конституции.

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

13 декабря. Николаевская чугунка.… К обеду Миша: брожение на счет уничтожения 3 пункта указа! ½ 10 ч. мы и дети уехали. Тут и там проводы… Господи помози!

14 декабря. Москва.…по приезде бесконечные беседы с моими потентатами — невеселые сведения!.. Кошмаричное время. Господи помози!

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.41.А. 178.)

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

14 декабря. Москва

Дорогой Ники,

Обдумавши серьезно вчерашний твой вопрос относительно Булыгина, пришел я к заключению, что в данную, боевую минуту он не тот человек, который был бы надобен.

Булыгин — человек очень дельный, но мягкий, слишком мягкий, чтоб бороться с ужасным наследием кн. Мирского. В мирное т. ск. время его бы обеими руками тебе бы предложил, но, повторяю, не теперь.

Мне пришло на мысль другое лицо, о котором я много слышал хорошего, хотя лично его не знаю: это член Г<осударственного> Совета Платонов[1910]. Ты меня прости, если позволяю себе называть тебе лиц, когда ты не спрашиваешь. Но помнится мне, и Плеве хвалил его мне, как умного, дельного, с хорошим направлением и не принадлежащий ни к какой партии. Платонов — юрист, стало быть, законник, что очень важно в данную минуту.

От всей души благодарю тебя за твое доверие. Храни тебя Господь на всех путях твоих. Обнимаю нежно тебя и Аликс.

Твой Сергей.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1341. Л. 151–152 об.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

15 декабря.…Сказал детям, что переезжаем в Александрию надолго, и что я оставляю ген<ерал->губернаторство — они уже были мною подготовлены…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 41. Л. 179.)

Воспоминания В. Ф. Джунковского

В это время определился уход Великого Князя с поста Генерал-Губернатора с оставлением Главнокомандующим войсками Округа. Государь дал согласие, Великий Князь был очень доволен, что тяжесть, тяготившая его, спадает с его плеч.

(ГА РФ. Ф. 826. Оп. 1. Д. 45. Л. 455.)

Николай II — прот. Иоанну Кронштадтскому

20 декабря

Радуюсь сердечно и благодарю Бога, даровавшего Вам улучшение здоровья, а всей России драгоценной Вашей жизни.

Николай.

(ЦГИА СПб. Ф. 2219. Д. 26. Л. 1.)

Прот. Иоанн Кронштадтский — Николаю II

21 декабря. Кронштадт — Михановичи

Благодарю за царское и отеческое внимание ко мне больному. Благословенна держава Ваша.

Протоиерей Иоанн Сергиев.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1.Д. 1428. Л. 250.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

21 декабря. Александрия.…Жена все у гр-ни Менгден — toujours au plus mal (по-прежнему очень плоха — фр.)… Увы! Порт-Артур должен был сдаться! Бедные герои мученики! Везде скорби! Боже, как тяжело! Чай с женой…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. ГД. 41. Л. 182.)

Дневник Николая II

21 декабря. Получил ночью потрясающее известие от Стесселя[1911] о сдаче Порт-Артура японцам ввиду громадных потерь и болезненности среди гарнизона и полного израсходования снарядов! Тяжело и больно, хотя оно и предвиделось, но хотелось верить, что армия выручит крепость. Защитники все герои и сделали более того, что можно было предполагать. На то значит воля Божья!..

(Дневники Императора Николая II. М., 1991. С. 243.)

18 декабря японцы завладели первыми фортами северо-восточных укреплений Порт-Артура. Падение крепости было предрешено. Тем не менее и для японцев, и для гарнизона решение командующего войсками генерала А. М. Стесселя 19 декабря о сдаче города было неожиданностью. По мнению С. С. Ольденбурга, «геройская оборона обрывалась на акте слабодушия: и по численности войск, и по количеству запасов возможно было продержаться две-три недели, может быть, месяц, защищая шаг за шагом позиции. В Порт-Артуре сдалось 45 000 человек, в том числе около 28 000 способных носить оружие и 13 000 больных и раненых в госпиталях. Японской армии осада стоила 92 000 человек убитыми, ранеными и больными»[1912].

Подробности сдачи гарнизона были не известны, господствовало представление, что генерал Стессель исполнил свой долг до конца. В обеих столицах его встретили как героя, Порт-Артур же стал символом слабости русской дальневосточной политики.

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

22 декабря. Александрия.… хожу как в кошмаре!..

23 декабря. Александрия.…принимал — много сочувствия встречаю в хороших людях — боюсь расплакаться! Дети начали украшать елки. В ½ 3 ч. с женой на ученическую выставку Худ<ожественного> Общ<ества> моего — mieux mais laisse a desirer (лучше, но до совершенства далеко — фр). Оттуда к Менгденым — все тоже и в г<енерал->г<убернаторский> дом… Жена даже к обеду не вернулась от Менгден!!..

25 декабря. Александрия.…Около 11 ч. к Спасителю — в четыр<ех> местн<ой> карете — принимал поздравления — дома около 1 часа — завтрак avec tout notre monde (co всем нашим обществом — фр). Жена к Менгден — ей делали удачный прокол…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 41. Л. 182–184.)

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

25 декабря. Александрия

Дорогой Ники,

Тебя и Аликс от души благодарю за прелестные подарки. Столик пресимпатичный, а ваза чудная. У нас вчера была елка, и если б не дети — тяжело было бы!

Какие времена мы переживаем: кажется, чаша переполнилась с падением П<орт->Артура. Только и молюсь, чтобы Господь сжалился над нами! Умоляю тебя, не поддавайся либеральным веяниям с вызыванием без разбора людей со стороны для совещаний. Прости меня, но нужно покарать и Голицына[1913], и Трубецкого[1914] в их беспримерных выходках: пока все проходит даром. Не правда ли, ты не сердишься на меня за мою откровенность! Позволяю себе напомнить тебе о Булыгине в Г<осударственный> Совет к 1 января.

Прикладываю письма детей к тебе и Аликс и мою карточку для Ольги. До свидания, дорогой Ники; храни тебя Господь. Обнимаю крепко тебя и Аликс.

Твой Сергей.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1.Д. 1341. Л. 151–152 об.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

28 декабря. Александрия.… Не верится, что я сдаю ген<ерал->губернаторство!..

29 декабря. Александрия.… В ½ 6 ч. мы и дети в Киевский п<олк> — елка, фокусник и дети плясали — им очень не хотелось уезжать…

31 декабря. Александрия. 0° — последний мой день генерал-губернаторства! — странное чувство после 14 лет! После доклада Трепова — обнялись, прослезились! Тоже с Ворониным. Истомин завтракал — вспомнили прошлое. Новог<одние> последние депеши от Москвы Гос<ударю> и Марии Ф<еодоровне>. Был с детьми у Андреева[1915]. Чай — много сердечно говорил с Гадоном — все же мне тяжело[1916]! Укладывал обоих детей. В ¾ 12 ч. молебен — были все наши — о, как молилось. Устроил молебен Андрееву и был с Гадоном. Чай, писали в книгу. Гадон был еще у меня. Господи пощади мя! Аминь.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 41. Л. 185–187.)