1900 год — «мирный» год России.

Цари в Москве на страстной и светлой седмицах. Духовное единение царской четы с народом. Всеобщее ликование. «Чудные» рескрипты Москве и московскому генерал-губернатору.

После окончания торжеств Сергей Александрович отвозит Елисавету Феодоровну на лечение в Франценсбад. Лето, как обычно, заканчивается в Ильинском. Во время отъездов великого князя из имения Елисавета Феодоровна гостит в Царском Селе.

В августе государь охотится в Беловеже, потом в Спале, в сентябре едет в Ливадию, где тяжело заболевает, врачи ставят диагноз — брюшной тиф. Александра Феодоровна лично ухаживает за мужем и… «управляет» страной: подписывает за него государственные бумаги…

Новый год Сергей Александрович и Елисавета Феодоровна, как обычно, встречают у себя в Александрии.

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

2 января. Александрия

… жена мне дала два прелестных рисунка, своей работы, с новогодним оттенком les allegories ravissantes (замечательные аллегории — фр.).

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 215. Л. 2.)

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

4 января. Александрия

…Крачковский[1413] здесь живет; жена ему заказала вид — именно зимний, на храм Спасителя при солнечном закате, когда все кресты его и купола горят, как в огне, может быть красиво.

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 215. Л. 4–4 об.)

После праздника Крещения Господня они возвращаются в генерал-губернаторский дом, что на Тверской улице, и приступают к своим общественным делам.

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

12 января. Москва

… Сегодня в 1 час поехали мы в университет на акт Татьянина дня; все сошло прекрасно, но долго длилось. Выходя из залы актовой, студенты обступили жену и просили цветок из букета; когда мы сошли вниз, то оставалось в букете всего два цветка — все обобрали! Как ты видишь, все патриархально и мило сошло. Мне это было крайне утешительно! Ты, как вспомнишь, расскажи это Ники.

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1.Д. 215. Л. 11об-12 об.)

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

18 января. Москва

… Бал наш прошел отлично; жена была очень en beaute (красива — фр.), имела рубины; я болтал все время и два раза всего отдыхал. Я предложил жене танц<евать> кадрили с 3 моск<овскими> предст<авителями>:

— 1 с Булыгиным[1414],

— 2 с Трубецким,

— 3 с Голицыным — губ<ернский>предв<одитель> двор<янства> (П. Н. Трубецкой. — Сост.) и город<ской> голова (В. М. Голицын. — Сост.)!..

Еду на прощальный бенефис баритона Хохлова[1415], а жена на благотворсительный> спектакль — пришлось разделиться!! Так скучно, а что сделаешь…

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 215. Л. 18–18 об.)

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

20 января. Москва

…Я читал жене твое письмо, и мы оба радовались, что Alix кроме любезностей еще на балу у Владимира разошлась и танцевала! Как ты великолепно сделал, что ее тормошил — ей это так здорово pour la faire descendre de son apathie olympique (выйти из состояния олимпийского спокойствия — фр.)

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1.Д. 215. Л. 19.)

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

22 января. Москва

… Как хорошо, что цари решились ездить в театр, Ники так это любит…

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 215. Л. 21.)

С 29 января по 9 февраля Сергей Александрович и Елисавета Феодоровна в Петербурге, где их также ждут неотложные дела.

На 1 февраля назначен «обед в Малахитовой всем генерал-губернаторам и Командующим войсками» — присутствие Сергея Александровича обязательно.

На следующий день у великой княгини освящение склада для пожертвований Его Санкт-Петербургского дамского комитета Красного Креста (который она возглавляла с 1886 г.[1416]).

3 февраля Сергей Александрович и Елисавета Феодоровна принимают у себя во дворце царскую чету, а вечером все вместе едут на бал…

Дневник Николая II

30 января. Д. Сергей и Элла приехали из Москвы, и с ними вернулись Сандра с мужем[1417]… Обедали большим обществом семейно. В 8 час поехали в «Эсмеральду»[1418], вновь превосходно поставленный балет!..

1 февраля.…В 7 час<ов> дали обед в Малахитовой всем генерал-губернаторам и Командующим войсками — с музыкою. Отработали их добросовестно и разошлись в 9 час.

3 февраля… Пили чай у д. Сергея и Эллы в доме. Обедали в 7 час. Был третий Концертный бал.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 241. Л. 47–50.)

2 февраля Елисавета Феодоровна присутствовала на освящении склада Комитета по усилению средств Елисаветинской общины. 8 февраля вместе с Александрой Феодоровной они посетили саму Елисаветинскую общину, осмотрели помещение, присутствовали при приеме больных.

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

10 февраля. Москва — Петербург

Вернулись благополучно, порядком утомленные, но под такими приятными впечатлениями. Как здоровье детей? Нежно обнимаем Вас и Сандру.

Сергей.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1422. Л. 21.)

Николай II — вел. кн. Сергею Александровичу

10 февраля. Петербург — Москва

Очень благодарен за известия. У маленькой жар продолжается, обе старшие здоровы. Так жаль, что мало виделись. Сандра с Нами. Обнимаем Тебя и Эллу.

Ники

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 92. Л. 27.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — имп. Марии Феодоровне

12 февраля. Москва

Дорогая моя Минни,

Надеюсь, с вашим переездом в Гатчину[1419] Ольга[1420] полностью окрепла, а ты отдохнула от тревог.

Кстати, о бумаге, которую я тебе передала: я попросила своего секретаря переговорить с Кремером[1421], и выяснилось, что главный Красный Крест недавно основал, как нам было уже известно, не только орден, но и «знак»[1422],практически на тех же условиях, о которых просила и я, с той разницей, что мы бы выдавали их по более скромным случаям. А Кремер сказал, что это было бы далеко не в пользу главного Красного Креста, так как люди, считая, что им легче будет получить «знак» у одного из маленьких комитетов, стали бы приходить к нам, что нанесло бы ущерб «главному» обществу Красного Креста. Конечно, мы этим очень огорчены, но, разумеется, при каких обстоятельствах не будем просить ничего, что не на пользу нашей главной организации.

Могу ли я в связи с этим просить тебя, время от времени давать «знак» моим скромным труженикам, у которых нет высоких чинов, но <которые> отдают свое время и всю свою душу работе. Параграф «б» пункта 4 дает мне право просить тебя об этом.

Что же касается «знака» для Елизаветинского общества, то нет причин, чтобы в нем отказали. Он имеет тот же вид, как у тети Саши… разве только, если ты лично не одобришь.

Мы с нетерпением ждем начало Великого Поста, здесь тоже каждый вечер какие-нибудь дела, от этого физически сильно устаешь.

Мы с Сергеем целуем вас и обнимаем.

Твоя любящая сестра Элла.

(ГА РФ. Ф. 642. Оп. 1. Д. 1582. Л. 35–36 об. — на англ. яз.)

Вероятно, в предыдущем письме Елисавета Феодоровна просит о собственном знаке для своей Елисаветинской общины в Петербурге, состоявшей в ведении Российского общества Красного креста (РОКК).

В 1898 г. был создан Комитет для усиления средств Елизаветинской общины сестер милосердия Российского Красного Креста, августейшей покровительницей которого стала Елисавета Феодоровна, (отметим, что почетным членом комитета был о. Иоанн Кронштадтский). Одним из основных источников средств Общины являлись денежные пожертвования, за которые выдавались памятные жетоны: серебряный — за пожертвование 10 рублей или личный труд, золотой получало «лицо, привлекшее жертвователей… в воспоминание своих трудов».

По сообщению отчета правления Комитета за 1900 г., великая княгиня ходатайствовала перед императрицей Марией Феодоровной о праве представлять к награждению нагрудным знаком РОКК выдающихся деятелей Комитета[1423]. Комитету были также предоставлены полномочия обращаться с ходатайством о награждении нагрудным знаком Красного Креста лиц всех сословий, привлекших в общей сложности взносов 60 жертвователей на сумму 600 руб.

Что же касается знака для Елисаветинского Благотворительного общества, то вскоре, 2 мая 1900 г., государь утвердил «Положение о нагрудном знаке Елисаветинского благотворительного общества в Москве и Московской губернии» трех степеней. Он выдавался лицам, оказавших обществу значительные услуги своими трудами и денежными пожертвованиями.

26 февраля — день рождения Александра 111— особый день для великокняжеской четы.

Вел. кн. Сергей Александрович, вел. кн. Елисавета Феодоровна — Николаю II

26 февраля. Москва — Петербург

В сегодняшний дорогой день у заупокойной обедни особенно было утешительно приобщиться. Мысленно и молитвенно были с Вами. Храни Вас Господь.

Сергей, Элла.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1422. Л. 30.)

Николай II — вел. кн. Сергею Александровичу, вел. кн. Елисавете Феодоровне

26 февраля. Петербург — Москва

Аликс и я от всей души благодарим Вас обоих, поздравляем с принятием Св<ятых> Таин и крепко обнимаем.

Ники

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 92. Л. 34.)

Сергей Александрович собирается ехать в Петербург, чтобы представить государю и Марии Феодоровне модель памятника Александру III архитектора А. М. Опекушина, а также обсудить приезд царя в Москву на Страстную и Светлую седмицы.

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

5 марта. Москва

Дорогой Ники,

Пишу эти строки, чтоб напомнить о твоем обещании сказать мне, когда ты решишь твой приезд сюда на Пасху. Время идет, и вот остается меньше месяца до страстной, и я решаюсь спросить, будете ли вы сюда или нет? В утвердительном случае столько является приготовлений, распоряжений и всяких мелких подробностей, к которым надо сейчас же приступать, не теряя времени. Если ты позволишь — я на сей неделе — приеду один на один день, чтобы показать тебе и Мама модель памятника Папа, чтобы вы решили, и можно было бы приступить к работе. Я уже по этому вопросу списался с Мама.

После шумного «сезона» я с таким восторгом вступил в В<еликий> пост! Дела у нас, слава Богу, идут. Погода поворачивает на весеннюю. Да хранит тебя Господь! Мы крепко вас обнимаем.

Твой Сергей.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1341. Л. 23–24 об.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — имп. Марии Феодоровне

9 марта. Москва

Милая Минни,

Передаю тебе с Сергеем эти несколько строк с сердечной благодарностью. Я так счастлива, что могу пользоваться твоей добротой. Все это время я была очень занята различными своими благотворительными учреждениями и новым Институтом[1424] — он начинает успешно действовать. Можно мне воспользоваться случаем и попросить тебя отправить одну бедную девочку в Халилу[1425], лечение там, кто знает, может спасти ее. Вкладываю в конверт полную «историю болезни».

Жаль, что мы не увидимся с тобой, но ехать всего на один день в Петербург довольно утомительно.

С большим интересом буду ждать от Сергея новостей, понравился ли тебе памятник и достаточно ли ты находишь сходства в нем. Желаю удачной поездки, здоровья, спокойствия в твоем старом отчем доме.

Целую тебя сердечно.

Любящая тебя сестра Элла.

(ГА РФ. Ф. 642. Оп. 1.Д. 1582. Л. 39–40 об. — на англ. яз.)

10 марта Сергей Александрович в Петербурге. Елисавета Феодоровна телеграфирует ему дважды: утром и вечером.

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — вел. кн. Сергею Александровичу

10 марта. Москва — Петербург

Доброе утро. Погода славная, собираемся немного покататься. Сердечно тебя целую. Все шлют тебе приветы.

Элла

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 92. Л. 43. — на англ. яз.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — вел. кн. Сергею Александровичу

10 марта. Москва — Петербург

Чудесная погода, ходила смотреть репетицию танцев у Мари Васильчиковой, очень симпатично, пила чай с Ольгой Булыгиной[1426], ее сын здоров. Собираюсь с Менгденами[1427] в германский театр. Сердечно целую. Так счастлива, что вернешься завтра.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 92. Л. 44. — на англ. яз.)

Москва начинает готовиться к приему государя.

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

11 марта. Москва

… Жена встретила меня на горе; рассказам не было конца, ибо тут еще прибавился окончательно решенный приезд царей.

Так как это больше не секрет, то сегодня уж Москва узнает об этом, и пойдет перезвон по белокаменной, и на меня же это обрушится в виде всяких вопросов, предложений, просьб и непрошенных советов…

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 215. Л. 57 об.-58.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — Николаю II

13 марта. Москва — Петербург

Я так благодарна, мы заняты организацией репетиций, надеюсь вам угодить. Нежно целуем. Так ужасно счастливы скоро увидеть вас.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1422. Л. 35. — на англ. яз.)

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

15 марта. Москва

…Теперь она (Элла. — Сост.) с утра до вечера занята танцами пяти рус-<ских> эпох и костюмами — возня форменная, но дамы положительно это обожают — хлебом не корми, а подавай им коптеть над материями, рисунками, костюмами…

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 215. Л. 61 об.-62.)

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

15марта. Москва

Дорогой Ники,

Посылаю тебе список с вопросами и прошу тебя вернуть его мне с твоими ответами на сем же листе. Насколько я тебя понял — ты хочешь дать твоему теперешнему приезду в Москву характер простой, не торжественный, т<ак> сказать, когда ты приезжаешь и живешь в Питере — не так ли? И это мне кажется именно так симпатично. Вот почему я и позволил себе сделать оба первых вопроса. Остальные местные и требуют ответа, данного заранее. Это то так хорошо, что вы поживете здесь сами для себя, а не для непременных тасканий. Мне кажется, что ваше решение пасхальной заутрени во дворце самое разумное и здесь все это так и поняли и уже так счастливы, что вы будете жить и говеть в Кремле!! Твоя мысль заехать на мироварение[1428] чудесная. По получении обратно твоих ответов я сейчас же сообщу о них и мин<истру> Двора[1429] и Гессе[1430].

Сегодня у нас поет вечером Батистини[1431] и маленький вечер.

Храни вас Господь — обнимаю крепко.

Твой Сергей.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1341. Л. 27–28 об.)

Николай II — вел. кн. Сергею Александровичу

16 марта. Питер

Дорогой дядя Сергей,

Я Тебе очень благодарен за письмо и за лист с вопросами. Как Ты видишь мы согласны с Твоими предложениями.

Еще два слова относительно христосования с войсками: кроме обычного христосования с начальством, как я Тебе раньше говорил, я желаю, чтобы были приведены — все пасхальные караулы во дворце, 16 фельдфебелей и моя рота Екатеринославского полка и 16 фельдфебелей Астраханского полка.

Кажется, я ничего более прибавить не могу, и, насколько могу судить, пока все предусмотрено. Нравственно я отдыхаю при мысли, что удастся отговеть спокойно в Кремле. Зато теперь дела по горло, и я сам спешу окончить все до отъезда, чтобы в Москве быть свободным от серьезных дел. Аликс и я радуемся страшно мысли увидеться с Вами и пожить вместе обычною жизнью в Москве. Ваш бал[1432] будет очень интересен.

Обнимаю Тебя крепко, пожалуйста, будь спокоен и не давай себя волновать. Сердечно целую Эллу. Христос с Вами.

Твой Ники.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 71. Л. 47–48 об.)

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

20 марта. Москва

Дорогой Ники,

Пользуюсь отъездом гр. Гендрикова[1433], чтобы написать тебе несколько строк. Мы с ним, кажется, обо всем переговорили; за исключением маленьких подробностей, о которых предпочитаю с тобой лично переговорить. Положительно Москва ликует о вашем приезде. Очень тебе благодарен за письмо и ответы — это так многое упростило. Здесь все поняли, что вы хотите жить спокойно и для себя, и никто и ничто не будет навязываемо вам, что многие любят! В виду этого хотел предупредить тебя, что Костя намеревается остаться (после своих осмотров воен<ных> учеб<ных> заведений на 6 недель) и на часть страстной, думая, что ты будешь с места объезжать корпуса и училища!! Мне представляется, что это не скромно, и что если у тебя такого намерения нет, ты ему скажешь, чтоб он бы не оставался в Москве. Мы именно радовались видеть вас одних, а если он будет проживать в Москве — он будет постоянно пятым се qui sera passablement embetant (что будет весьма досадно — фр).

Вчера был у нас блестящий инв<алидный> концерт с участием итальянцев. Едем в среду на 4 дня в Усово — немножко отдохнуть. Храни вас Господь — крепко вас обнимаем.

Твой Сергей.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1341. Л. 29–30 об.)

Николай II — вел. кн. Сергею Александровичу

22 марта. Петербург — Москва

Благодарю сердечно за письмо. Постараюсь устроить насчет К. Аликс и я крепко обнимаем Вас обоих.

Ники

(ГА РФ. Ф. 648. Оп.1.Д. 92. Л. 48.)

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

17 марта. Москва

… У нас целый день репетируют танцы, и дамы снуют с материями и образчиками, и жена с ними возится неутомимо.

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 215. Л. 63 об.)

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

19 марта. Москва

…У нас такая идет возня с танцами и костюмами, вовсю работают и жену теребят, но в сущности ее это забавляет!..

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 215. Л. 65 об. — бб.)

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

21 марта. Москва

… Жена положительно завалена делами с утра до позднего вечера; то танцы, то костюмы, материи, подробности всякие, и все это обращается к ней…

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 215. Л. 68.)

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

27 марта. Москва

… И с делами на меня набросились, и на все всем надо отвечать; а тут репетиции танцев у нас в доме весь день…

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 215. Л. 74 об.)

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

28 марта. Москва

Дорогой Ники,

Мне совестно, что я все пишу тебе и пристаю с вопросами — прости. Будь добр и телеграфии мне, в виду не торжественного вашего приезда, где мне встретить тебя: в Клину (на моей границе) или здесь в Москве на станции? Еще: могу ли надеяться, по примеру прежних лет получить от тебя 15 яиц фарфор<овых> с образами?

Мы провели 5 дней в Усове, чтоб немножко отдохнуть и набраться силами, что было весьма приятно и освежающе! Целый день были на воздухе — дышали и ни о чем не думали, а это иногда очень необходимо. Весна медленно, но все же подвигается; хотя в деревне мы иначе, как в розвальнях, перемещаться не могли. Вчера вернулись и застали у нас Костю, который и живет в нашем доме и разъезжает по в<ысшим> у<чебным> заведениям. Дел много и масса народу на моих приемах.

Итак до скорого свидания — радуемся сердечно. Надеюсь, Аликс поправилась? Храни вас Господь — обнимаем.

Твой Сергей.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1341. Л. 31–32 об.)

Николай II — вел. кн. Сергею Александровичу

29 марта. Петербург — Москва

Очень благодарю за письмо. Прошу не беспокоиться, с нетерпением ждем свидания с Вами. Аликс поправилась; погода отличная, крепко обнимаем.

Ники.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 92. Л. 50.)

Николай II — вел. кн. Сергею Александровичу

31 марта. Петербург — Москва

Я забыл Тебе телеграфировать до отъезда и делаю это теперь с пути. Несказанно радуемся быть завтра в Москве и возможности пожить тихо и спокойно, крепко обнимаем Вас обоих.

Ники.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 92. Л. 51.)

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

31 марта. Москва — Бологое

Страшно тронут милой депешей, с такой сердечной радостью Вас ожидаем завтра. Дай Бог в добрый час. Крепко обнимаем.

Сергей.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1422. Л. 60.)

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

31 марта

…К завтраку Саблер[1434] с бесконечными вопросами, а в 2 ч. репетиция всех пяти танцев — впервые с оркестром и в присутствии всех папаш, мамаш и т. п. Всем все очень понравилось и, думаю, действительно красиво совсем…

… Подумай сердечно обо мне завтра — у меня конечно эмоции: сделано, что человечески возможно! Остальное в руце Божии!..

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 215. Л. 77об, 78 об.)

Царская семья живет в Москве с 1 апреля (Вербная суббота) по 23 апреля (именины Александры Феодоровны).

Дневник Николая II

1 апреля. Приехали в Москву в 10 ½ час. с сырой холодной погодой; утром даже шел снег. На станции встретили д. Сергей и Элла и несколько старших начальников. Заехав к Иверской приехали в Большой Дворец, где и поселились в комнатах Папа и Мама; с детьми в наших прежних помещениях. Завтракали впятером с Костей. Занимался один. В 7 час. поехал ко всенощной к д. Сергею в его симпатичной маленькой церкви. Обедали тоже впятером. Ночью Костя уехал в Питер. Вернулись домой в 11 V4.

2 апреля. Воскресенье. Утро было сырое, боялись дождя во время выхода на Красное Крыльцо; но к счастью этого не случилось. Странно было идти вчетвером по этим громадным залам с д. Сергеем и Эллой. Минута поклона, как всегда, произвела на меня глубоко трогательное и душу возвышающее впечатление!

Совсем не было холодно. Обедня была архиерейская с дивным пением синодального хора. Приложились ко всем мощам и в Чудовом монастыре также и вернулись к часу к себе. Завтракали вчетвером. В 3 часа поехали в Нескучное. Погода поправилась, вышло солнце и все подогрело. Гуляли в саду, по грязным дорогам, но наслаждались воздухом. К удивлению нашему нашли голубые цветы на солнечном склоне оврага. Вернулись домой к 5 ч. Читал до 8 ч. Обедали вчетвером и просидели вместе до 11 час.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1.Д. 241.А. 92–94.)

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

2 апреля

Сегодня в ½ 11 ч. начался выход с Красного крыльца при 5° и мало солнца — народу бездна — красиво — мы в мундирах, дамы надели «манто». Обедня в Успенском чудесная. Далее в Чудов и к завтраку к царям. За сим они поехали гулять в Александрию. Я устал — признаюсь, и спал. Едем к обеду к царям. Вот и первые шаги — помоги Бог дальше!..

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 216. Л. 2–2 об.)

Дневник Николая II

3 апреля. Отличный ясный день. В 9 14 прошли разными ходами в синодальное помещение, где присутствовали на мироварении[1435], которое делал сам митрополит. Благовоние было удивительное! В 11 14 пошли к преждеосвященной обедне в церковь Рождества Богородицы. Завтракали одни. От 2 14 осматривали разные маленькие церкви около теремов и Благовещенский собор с ризницей. Потом прогуливались по верхней террасе. В 7 ч. пошли к вечерней службе в крошечной церкви Воздвижения Креста; все образа в ней сшиты царевнами. Прелестно! Обедали и провели вечер вчетвером.

4 апреля. День простоял хороший теплый. Принял Саблера. В 11 14 пошли к обедне в церковь Словущаго Воскресения, рядом с церковью Воздвижения, но этажом ниже. После завтрака осмотрели последнюю церковь, внутри дворца, Воскресения Лазаря. Отсюда прошли двором в Оружейную палату, которую подробно осмотрели и затем отправились на кремлевскую стену и вошли в церковь Благовещения (Нечаянная радость) как раз под нашими окнами. К вечерней службе ходили в туже маленькую церковь как вчера и обедали вчетвером.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 241. Л. 95–96.)

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

4 апреля. Москва

… Вчера в ½ 10 ч. мы с царями пошли в мироварную палату — были встречены митрополитом и началась служба мироварения; очень было хорошо и интересно. Цари остались очень довольны. Смотрели, как все выливают и вкладывают в котлы. К обедне мы вернулись домой…

К ½ 3 ч. снова в Кремль — ходили по всем внутренним церквам и теремам, влезали на крышу! За сим смотрели Благовещенский собор и в куполах были. К вечерней службе были мы с царями — по желанию Alix — в маленькой церкви над Спас с Золотой решеткой — она крохотная, но было очень уютно и симпатично; обедали вместе и также вечер.

Они оба видимо довольны быть здесь, и подъем духовный большой…

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 216. Л. 3 об.-4.)

Дневник Николая II

5 апреля.… К обедне ходили в церковь Рожд<ества> Богородицы, а вечером опять в Воздвиж<ения> Креста. После завтрака поехал с д. Сергеем на площадь пред храмом Спасителя, чтобы посмотреть на предполагаемое место постановки памятника Папа. В это время шел проливной дождь, переставший, когда мы приехали в Александрию. Сделал большую прогулку с Аликс и Эллой. Погода поправилась. Река очень поднялась и затопила нижнюю дорожку парка. В 10 ч. исповедались и вечер провели одни.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 241. Л. 97–98.)

Запись имп. Александры Феодоровны в дневнике Николая II

5 апреля

Сладкий мой,

Снова я пишу тебе здесь, чтобы умолять тебя простить твою Женушку за все, чем она могла огорчить тебя, словом или делом. Такое счастье идти вместе с тобой и нашими маленькими девочками к Святому Причастию именно здесь, в Москве, где тебя короновали, и где столько воспоминаний связывает нас с тобой. Благослови Бог и защити тебя, ангел мой, да ведет Он тебя непреткновенно по жизни, помогая и утешая тебя всегда и во всем.

Нежнейшие поцелуи.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1.Д.241.А. 97.)

Николай II — вел. кн. Ксении Александровне

5 апреля. Москва, Кремль

Дорогая моя Ксения,

Сердечно благодарю тебя за милое письмо из Севастополя, которое меня очень обрадовало. Приятно слышать, как вы все наслаждаетесь в Крыму и разогреваете ваши застывшие от Питера косточки! И мы оттуда, слава Богу, убрались и приехали сюда в день рождения Сандро.

Я не могу тебе описать те чувства, которые я испытываю здесь с началом Страстной, но могу тебя уверить, что теперь только я понял, что значит говеть. Аликс вполне разделяет мои чувства, это меня глубоко радует. Мы ходим и утром и вечером в разные церкви внутри теремов; службы в этих старых храмах производят чарующее впечатление. В особенности нам понравилась одна крошечная — Воздвижения Креста, любимая царя Алексея Михайловича; все образа ее под стеклом, потому что они шиты шелком дочерьми его. Сюда мы ходим каждый вечер одни, с дядей Сергеем и Эллой, больше не для кого места нет; певчие стоят снаружи.

Вчера мы ходили по стене Кремля и зашли в старинную церковь Благовещения (Нечаянной радости) в башне напротив наших окон. Мы приложились поочередно к чудотворной иконе, окруженной массой лампадок, и, пока Элла прикладывалась — верхушка ее шляпы зацепилась за одну из лампадок. Она выделывала всевозможные повороты головой — ничего не получилось. Она краснела, нас разбирал смех, а помочь мы не могли, так как священник стоял между нами и ею и забалтывал нас объяснениями о церкви. После долгих усилий, наконец, Трепову удалось освободить ее, а главное, удержать лампадку, которая грозила вылиться на нее. Элла вся красная, с растрепанными волосами вышла с нами из церкви. Все стоявшие там улыбались и низко кланялись. Такое происшествие могло бы только случиться с тетей Катей.

В понедельник мы присутствовали при начале обряда мироварения — сам митрополит[1436] совершал его в мироварной палате. Крайне любопытное зрелище и благоухание уму непостижимо. Три дня и три ночи варится миро, а в Великий Четверток оно переносится в Успенский собор в красивых серебряных сосудах и там освящается вместе со Святыми Дарами во время обедни.

Мы этого не увидим, так как завтра утром мы сами приобщаемся у себя раньше. Зато мы рассчитываем пойти в 4 часа утра с пятницы на субботу на вынос плащаницы с крестным ходом вокруг Успенского собора. Вообще тут в Москве столько своеобразных обычаев и преданий, что их и не перечесть, а надобно самому проделать все. Два раза удалось нам погулять в Нескучном. Погода теперь стоит хорошая, днем совсем тепло и снег быстро тает. Москву-реку сильно вздуло, и она почти вышла из берегов, так что, пожалуй, будет наводнение в Замоскворечье.

Очень нехорошие известия о состоянии здоровья тети Саши тревожат нас, я очень боюсь, что она бедная долго не проживет! Я на днях узнал, что она действительно приняла иночество в 1886 году под именем Анастасии!

Аликс и я надеемся, что вы хорошо встретите Светлый Праздник! Хотелось бы быть вместе в эти дни. Мама остается в Дании и возвращается только на Фоминой[1437]. Как жаль, что Миши и Ольги нет с нами!

Теперь прощай, моя дорогая Ксения. Крепко обнимаю тебя, Сандро и милых деток.

Христос Воскресе!

Сердечно тебя любящий старый брат Ники.

(Российский Императорский Дом. Дневники. Письма. Фотографии // Сост. А. Н. Боханов, Д. И. Исмаил-Заде. М., 1992. С. 63–64.)

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

6 апреля. Москва

… Мы сподобились с царями приобщаться Св<ятых> Таин в ц<еркви> Рож-д<ества> Богородицы, и девочки их тоже, крайне было приятно; приобщ<ался> тоже кн. Долгоруков, Николаев, Аничков etc. Пили чай у царей, и Alix нам дала по образку на память…

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 216. Л. 5–5 об.)

Вероятно, это были те иконы, которые имп. Александра Феодоровна просила освятить о. Иоанна Кронштадтского.

Е. А. Шнейдер — прот. Иоанну Кронштадтскому

4 апреля. Петербург, Зимний дворец

Ваше Высокопреподобие

Многоуважаемый отец Иоанн,

Ее Величество Государыня Императрица Александра Федоровна просит Вас освятить прилагаемые три образа, которые сегодня во вторник должны быть отосланы мною в Москву.

Прося Вашего пастырского благословения, прошу принять уверение в моем глубоком уважении.

Екатерина Шнейдер.

(ЦГИА СПб. Ф. 2219. Д. 26. Л. 32.)

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

6 апреля. Москва

…Митрополит принес царям и нам в стеклянке миро до его освящения — с est tres precieux (это драгоценно — фр.).

Вчера в ½ 3 ч. ездили с Ники к Хр<аму> Спасителя, чтобы он решил, где ставить памятник Саше; решено на выходящем углу к р. Москве — хорошее место…

Цари удивительно в духе и прямо благодушествуют быть здесь. Мы тот раз вечером читали с Ники вслух Муравьева[1438] — его описания Кремля и церквей — он не знал…

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1.Д.216.А. 6–6 об.)

Из книги баронессы Софии Буксгевден

Императрице нравилось исследовать каждую церковь и каждый уголок Кремля. Великий князь Сергей Александрович стал ее гидом в этих экскурсиях. Он прекрасно знал историю древнего города и все его памятники искусства. В Москве императрица всегда попадала под обаяние Древней Руси. И хотя в других странах она могла быть вполне современной, чувствуя себя совершенно естественно в новых условиях, здесь, в Москве, все пробуждало в ней тягу к старине. Ей казалось, что на Пасху в Москве царит истинно русская атмосфера, и ее сознание невольно настраивалось на эту волну. Она говорила, что чувствовала себя древнерусской царицей, сидя в своих покоях в Кремле вместе с сестрой и фрейлинами и вышивая бархатные драпировки для здешней церкви…

В течение всей недели накануне Пасхи императрица вместе с императором присутствовали на всех богослужениях в Кремлевской церкви. А в Страстную Пятницу они смешались с толпой людей при погребении плащаницы в Успенском соборе. Здесь российский император и императрица стояли позади своих беднейших подданных, держа в руках зажженные свечи. Пятничная ночная процессия в Кремле являла собой незабываемую картину: море людей, медленно движущихся вокруг собора, сосредоточенные и исполненные благоговения лица в освещении пылающих свечей. Этот церковный чин, как и вся атмосфера древнего города, просто завораживали императрицу. Здесь она чувствовала себя единым целым со Святой Русью, единой с российским народом в его простой и истовой вере.,

(Буксгевден С., баронесса. Венценосная мученица. Жизнь и трагедия Александры Феодоровны, императрицы Всероссийской. М., 2007. С. 147–148.)

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

8 апреля. Вел<икая> Суббота. Москва

… Сегодня ночью в 3 ч. мы пошли с царями в Успенский собор на вынос и хождение за плащаницей! Это было что-то удивительное — никто их не ждал — фурор громадный — общий народный восторг, ибо они стояли с народом в соборе и с народом же ходили кругом собора! Утро было холодное, но светлое, ясное, солнечное. Они сами остались в восторге. Стояли мы службу более часу; прикладывались к плащанице. В ½ 5 ч. мы вернулись внутренним ходом и пили чай en quatre.

Удалось поспать до обедни в 14 12 ч. — были причастники. Днем ездили с царями в Вознес<енский> ж<енский> монастырь, где прикладывались к мощам и все осмотрели.

В ½ 5 ч. цари приехали к нам с Ольгой и Татьяной и красили яйца, пили чай; были все наши и Данилов[1439]. Цари в нашей церкви прикладывались к плащанице. Ники занимался и читал бумаги у меня в кабинете, пока красили яйца, уехали они около 7 ч. Тогда мне вдруг докладывают мин<истр> внутр<енних> дел[1440] — я его сейчас принимаю — и вообрази себе он мне приносит чудный рескрипт и портрет Государя — я так и обомлел!! Чувствую полное мое недостоинство получить столь великую награду!! Право, друг мой, я не могу придти в себя — я уничтожен и невообразимо тронут. С места излил письменно мои чувства к Ники, а в 8 ч. мы у них обедали; они нам дали всякие прелести, и мы им подарочки…

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 216. Л. 7–8 об.)

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

8 апреля

Дорогой Ники,

Могу только сказать тебе, что ты меня награждаешь превыше моих ничтожных! заслуг; если таковые и есть!? Я говорить не могу! Я уничтожен твоей безграничной добротой и милостью! Могу повторить только то, что ты знаешь: вся моя жизнь, все мое существо принадлежит тебе и для тебя, буду работать, по мере сил и разумения моего до последнего издыхания, ибо люблю тебя всею моею душою! Что ты упомянул о незабвенном твоем Отце, переполнило чашу твоих милостей ко мне: это мой идеал — Он, к которому всегда стремлюсь и, работая, проверяю себя Им! прости, что пишу несвязные вещи, право — не могу иначе. Храни тебя и Россию Бог! Вам принадлежу я!

Твой Сергей

8 апреля 1900 года.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1.Д. 1341. Л. 33–34 об.)

Высочайший Рескрипт, данный на имя Его Императорского Высочества Московского Генерал-Губернатора Великого Князя Сергея Александровича Ваше Императорское Высочество!

Десять лет тому назад Мой незабвенный Родитель, желая явить новое доказательство Своего неизменного благоволения к Первопрестольной столице, призвал Вас стать во главе ее управления.

Из года в год, при каждом посещении Моем Москвы, Я убеждаюсь в отличном исполнении Вами возложенных на Вас многотрудных обязанностей в постоянном согласовании Вашей полезной деятельности с даваемыми Мною Вам указаниями и в Вашем неустанном стремлении с непоколебимой твердостью следовать предначертаниям завещанным Блаженной памяти Императором Александром III, священными для меня и, как Мне хорошо известно, драгоценными для Вас.

Высоко ценя Ваши заслуги, Я, в ознаменование Моего особого к Вам благоволения, препровождаю при сем Вашему Императорскому Высочеству для ношения на груди на Андреевской ленте бриллиантами украшенный портрет Мой.

НИКОЛАЙ.

Москва. 9-го апреля 1900 г.

(ГА РФ. Ф. 826. Оп. 1. Д. 45. Л. 101–102.)

К москвичам государь обратился через великого князя со следующим рескриптом:

Высочайший Рескрипт, данный на имя Его Императорского Высочества

Московского Генерал-Губернатора Великого Князя

Сергея Александровича

Ваше Императорское Высочество!

Горячее желание Мое и Государыни Императрицы Александры Феодоровны провести с Детьми Нашими дни Страстной недели, удостоится приобщения Святых Таин и встретить Праздников Праздник в Москве, среди величайших народных Святынь, под сенью многовекового Кремля, милостью Божией осуществилось.

Здесь, где нетленно почивают угодившие Богу Святители, среди гробниц венценосных собирателей и строителей Земли Русской, в колыбели Самодержавия, усиленно возносятся молитвы к Царю царствующих и тихая радость наполняет душу в общении с притекающими в храмы верными чадами нашей возлюбленной Церкви.

Да услышит Господь эти молитвы; да подкрепит верующих, да удержит колеблющихся, да воссоединит отторгнувшихся и да благословит Российскую державу, прочно покоящуюся на незыблемой истине Православия, свято хранящего вселенскую правду любви и мира.

В молитвенном единении с моим народом Я почерпаю новые силы на служение России для ее блага и славы и Мне отрадно именно сегодня выразить Вашему Императорскому Высочеству и через Вас дорогой Мне Москве одушевляющие Меня чувства.

Христос Врскресе.

НИКОЛАЙ

(ГА РФ. Ф. 826. Оп. 1. Д. 45. Л. 102.)

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

10 апреля. Москва

… Заутреня и весь выход были идеально красивы! У Спаса за Зол<отой> реш<еткой> было вполне поместительно; во время службы все дамы стояли на галереях в рус<ских> платьях. Во время христ<осования> Ники поздравил Трепова генералом, он в полном восторге — а я рад. Alix etait superbe — traine blanche et or et le grand diademe en perles de l’Imp [eratrice] Catherine sur la tete (была великолепна — белый с золотом шлейф и большая жемчужная корона императрицы Екатерины — фр.). Жена была в зел<еном> сарафане <?> и все изумруды. Разгавливались в верхних парадных комнатахи в 3 ч. все было кончено…

Первый рескрипт Ники производит здесь фурор: на улицах ему кричали в ответ «воистину воскресе!» Он получает депеши в том же смысле, а я письма от крестьян, студентов etc. Подъем духа громадный и хороший…

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. ГА. 9–10 об.)

Воспоминания В. Ф. Джунковского

9 апреля. Москва. Великий князь был страшно тронут милостями Государя и был в восторге, мы все за него были очень счастливы.

(ГА РФ. Ф. 826. Оп. 1. Д. 45. Л. 103.)

Дневник гр. С. Д. Шереметева

9 апреля. Пасха. Появился знаменательный рескрипт, в котором все выражено прекрасно, кроме «возлюбленной» Церкви, что не правильно. Это событие — это исповедание — urbi et orbi («городу и миру» — лат.) — «иже чтет, да разумеет». В добрый час. Давно пора. Сипягин прислал мне по почте экземпляр рескрипта…

От Дмитрия[1441] и Иры[1442] была телеграмма, что впечатление заутрени в В<еликий> Пяток — неизгладимое. Царь среди народа за Плащаницей. Слава Богу за все!

11 апреля. Москва.…Все что пришлось слышать о пребывании радует и оживляет, особенно ночь в Кремле в В<еликий> Пяток. Государь с народом, зажженная у крестьянина свеча, шествие и служба, дивное пение, колокольный звон. Императрица, говорят, в полном восторге и не могла сесть от волнения.

(РГАДА. Ф. 1287. Оп. ГД. 5046. Л. 61–62.)

Дневник митр. Арсения (Стадницкого)

… Потухшую свечу свою Царь зажег у шедшего возле него крестьянина, оказавшегося кучером некоей Фишер[1443], содержательницы гимназии. Говорят, нет предела восторгам кучера.

В первый день Пасхи чудный рескрипт Государя дан Москве. Также последовали рескрипты на имя Великого князя и митрополита, которому пожалован крест на митру. «Крест» этот служит соблазном для многих «иудеев»…

(Арсений (Стадницкий), митр. Дневник. Т. 1:1880–1901. М., 2006. С. 346.)

Дневник гр. С. Д. Шереметева

11 апреля. Москва. Прямо на Воздвиженку, откуда в Собрание, где уже все приготовлено к завтраку…

В ожидании Государя спустились все предводители, и я с ними по лестнице. Прибыли ранее В<еликий> К<нязь> Сергей Ал<ександрович> и Елиз<авета> Фед<оровна>, Влад<имир> Алекс<андрович> и Андрей Влад<имирович> — наконец Государь с Императрицею — в карете. Мы вышли на крыльцо. Толпа хлынула несметная и обступила карету. Вслед за ними поднялись по лестнице, наверху встретила Елиз<авета> Феод<оровна> — и княгиня Трубецкая[1444]. Прошли прямо в залу — но не сели за столы. — Госуд<арь> и Имп<ератрица> обошли залу при пении «Слава». Чудная, небывалая картина. Потом они поднялись на эстраду и сели каждый за свой стол. За столом Государя сидел и я, около Сипягина. Все время мне был виден Государь. Когда запели «Выйду ль я на реченьку» все невольно переглянулись — а я взглянул на Государя, и наши взгляды встретились. Он головою выразил знак удовольствия и удивления. Действительно чудно было хорошо. После тоста Трубецкого[1445] и Государь отчеканил свой тост за Дворянство. Восторженное продолжительное ура. К концу завтрака «Славься» с колокольным звоном. Глубоко необычное впечатление. Государь и Импер<атрица> видимо восхищены. Когда все встали и пошли в гостиную — собрались дамы, для представления Императрице. Я стоял в стороне у статуи Екатерины. Государь долго говорил с гр. Шуваловой[1446] — женою Павла Андреевича и потом подошел ко мне. Заговорил ласково; выражал восхищение от всего испытанного в Москве — говорил о заутрени в Усп<енском> соборе, что в первый раз видел Успенский собор с народом. «Я до сих пор всегда видел его пустым (возвысил голос). Этого уж больше не будет!». Потом говорил о завтраке, что при виде павлинов и лебедей ему представился пир Иоанна Грозного. «Ну — не совсем так, ваше Величество», — сказал я. Государь улыбнулся и сказал: «Конечно, я не говорю», — и опять улыбнулся, и опять выражал видимое удовольствие. «Как жаль, что Миша не приехал!» — сказал он, — и оказалось, что Императрица задержалась в Копенгагене по нездоровью…

… я уехал домой, утомленный, но под наилучшим впечатлением.

(РГАДА. Ф. 1287. Оп. 1. Д. 5046. Л. 61–62.)

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

12 апреля

… Вчера в 1 час дня был завтрак — разгавливание от всего дворянства в Дво-р<янском> Собрании. Ну, я тебе скажу, пир вышел на славу. Право, трудно видеть что-нибудь красивее. Был отдельный стол для Ники и Alix на возвышении у начала зала лицом вдоль, а в самой зале все столы были лицом к царским; масса цветов, чудного старинного серебра <нрзб.> отлично все подано et avec cela rien de surcharge (и ничего лишнего — фр.). Вдоль середины залы шел громадный стол с яствами: павлины, лебеди и стар<инные> сер<ебряные> чаши — прелесть. По очереди пел рус<ский> хор и цыгане, балалаечники воен<ные> играли, а для «Боже, Ц<аря> храни» и «Славься» два оркестра и весь оперный хор с Шаляпиным[1447] во главе. Cetait vraiment superbe et grandiose (Это было по-настоящему великолепно и грандиозно — фр.). Цари видимо были тронуты и довольны. Ники отлично ответил на тост Предв<одителя> Дв<орянства>. После были разговоры и любезничаньи.

Днем цари ездили в Александрию и обедали у нас с Владимиром[1448] и Андрюшей[1449]. За сим была генеральная репетиция танцев в костюмах etc. Масса была народу, и цари присутствовали.

Начался 1 период Владимирский, с хороводом при звуках заунывной хоровой былинной песни, петой Синодальным хором. Археологические костюмы очень понравились.

За сим 2-ой пер<иод> Московский, царский — русская пляска в дивных боярских платьях — Зинаида[1450] отличалась — тоже гр-ня Клейнмихель[1451] с Шаблыкиным[1452], некоторые девицы.

Потом 3 пер<иод> Петровский, ассамблейный la pavane[1453] — вошли при звуках Преображ<енского> марша: молодежь танцевала премило. Костюмы очень типичны.

За сим 4 период Екатерининский — менуэт — пять пар вышли при звуках «Славься сим Екатерина». Из знакомых тебе дам Аня Иловайская[1454] (Адлер-б<ерг>) — кн. Гагарина (Хомякова) все красивые — великолепно одеты — с фрейлинским шифром Екатерины, который я скопировал у Алексея.

И наконец 5 пер<иод> Александровский — empire 20 пар вошли под звуки полонеза Козловского[1455] «Александр, Елисавета, восхищаете Вы нас». В первой паре Фафка с одним гр. Симонич <?>. Из мужских костюмов были: два лейб-гусара, два преображенца, 1 кавалергард, 1 кон. гвардеец, 2 сумских гусара и 2 черниговских драгуна — все точные мундиры < 18> 12 года. Начали с общего вальса, за сим отдельными номерами в пар шесть или четыре: экосез, мазурка, полька и кончили общим вальсом из «Евг. Онегина». Дамы были премилы в своих простых, бальных, ампирных платьях; Фафка танцевала мазурку отлично. Да, забыл сказать, было еще два лейб-улана конечно! Ты поймешь все атенции мундиров.

Цари заставили все повторить вторично. Владимир все очень оценил. Цари разговаривали с танцорами. Так как вероятно самого бала не будет, так по крайней мере цари видели. Так жаль, что ты не видел, ты бы очень оценил!

Сегодня утром мы принимали всю Москву[1456] и всех петербур<жцев> — я христ<осовался> 1648 раз. Днем у жены все дамы…

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1.Д.216.А. 11–14 об.)

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

20 апреля

… Завтракали на прощание все участники и <участни>цы исторических танцев с их ближайшими родственниками; набралось 150 чел. — все видимо были тронуты; жена им раздала маленький брелок с нашими шифрами на память…

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1.Д. 216. Л. 22.)

11 апреля по традиции на третий день Пасхи в трех Императорских московских театрах прошли спектакли в пользу Иверской общины великой княгини Елисаветы Феодоровны. Благодаря присутствию государя в Москве сбор от спектаклей составил 4900 руб.[1457] Царская семья в сопровождении великокняжеской четы посетили многие московские монастыри, среди них Новоспасский, Данилов, Новодевичий. 18 апреля они совершили паломничество в Троице-Сергиеву Лавру.

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

18 апреля

Только что вернулись из Тройцы, но иду по порядку. Вчера в ½ 12 ч. состоялся парад при 11° в тени — первый весенний день. У меня была бездна эмоций; но слава Богу сошло удачно, и Ники, в самом деле, был доволен. Alix с женой объезжала войска; мой заезд и все прочее вышло хорошо…

Сегодня в 11 ч. утра поехали мы с царями в Тройцу[1458]; холодный, ясный день. Завтракали в поезде, в Лавре, как всегда и чай у митрополита, который сказал хорошее слово. Народу масса — на охране стоял Фанагорийский полк. Вернулись мы в ½ 5 ч.

Вчера на параде, когда войска прошлись, пришлось народ пустить на площадь — никогда такой массы не бывало — Трепов боялся, что давиться будут!! Настроение ужасно восторженное.

Ники сильно жалеет, что в театр ездить нельзя[1459]…

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1.Д.216.А. 19–20 об.)

Сергей Александрович показывал государю военные заведения, Елисавета Феодоровна государыне — благотворительные учреждения. Так, 20 апреля Николай 11 с великим князем посетили Московский военный госпиталь в Лефортове, а Александра Феодоровна с Елисаветой Феодоровной осмотрели Московское городское убежище для сирот на Красносельской улице. Приют был открыт «для детей лиц пострадавших на народном гулянии 18 мая 1896 г» и состоял под покровительством государыни и попечительством великой княгини[1460].

21 апреля Елисавета Феодоровна показывала сестре свою Иверскую общину сестер милосердия.

Воспоминания В. Ф. Джунковского

21-го апреля, утром государь посетил Александровское военное училище, а Императрица Иверскую Общину сестер милосердия. Императрица прибыла в общину вместе с Великой Княгиней Елизаветой Феодоровной и была встречена Председательницей Дамского Комитета М. Н. Соболевой, Попечительницей Общины Е. П. Ивановой-Луцевиной[1461] и членами Совета, среди которых находился и я. Императрица внимательно осматривала все наши лечебные учреждения, посетила сестер в общежитии и осмотрела строившийся храм. По-видимому, все очень понравилось Императрице. Мы все деятели Общины были весьма удовлетворены Ее посещением, а сестры, с которыми Она была очень ласкова, были в восторге[1462].

В тот же день, Их Величества посетили Никитский монастырь[1463] и студенческое общежитие имени Императора Николая II, где все студенты вышли на встречу Их Величеств на подъезде. Государь оставался в общежитии более часа, беседуя со студентами и знакомясь с устройством общежития.

(ГА РФ. Ф. 826. Оп. 1. Д. 45. Л. 109.)

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

22 апреля

… Вчера днем ездили с царями в Никитский ж<енский> мон<астырь> и в общежитие студентов, основанное на деньги, данные Ники и открытое прошлое осенью — мне это учреждение близко сердцу — инициатива была моя. Цари всюду ходили, и восторг студентов был общий — их там живет человек 150 — je crois que се fut bien et pas trop bete (думаю, что это было хорошо и не слишком глупо — фр.)…

Moscou est positivement comme affole (Москва положительно сходит с ума — фр.).

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 216. Л. 23–23 об.)

Из книги баронессы Софии Буксгевден

Император и императрица посетили все школы, дворянское собрание, выполнили весьма насыщенную официальную программу. Повсюду их сопровождали вел. кн. Сергей Александрович и его супруга вел. кн. Елизавета Федоровна. Благодаря их поддержке императрица чувствовала себя очень непринужденно. Она нашла Москву просто очаровательной, и сама пришлась по душе жителям Первопрестольной.

(Буксгевден С., баронесса. Венценосная мученица. Жизнь и трагедия Александры Феодоровны, императрицы Всероссийской. М., 2007. С. 147–149.)

Воспоминания В. Ф. Джунковского

Императрица и особенно Государь, в это время были обворожительны, дети были такими непосредственными. Распутинский яд еще не проник в царскую семью. Императрица была проста, мила и удивительно любезна.

(ГА РФ. Ф. 826. Оп. 1. Д. 45. Л. 110.)

Последний день пребывания царской семьи в Москве был свободен от общественных дел. Царская чета с Сергеем Александровичем и Елисаветой Феодоровной «совершили прогулку на Воробьевы горы, откуда любовались чудным видом на Москву». 23 апреля царская семья покинула первопрестольную столицу. Великий князь с супругой проводили их до Клина.

Имп. Александра Феодоровна, Николай II — вел. кн. Сергею

Александровичу, вел. кн. Елисавете Феодоровне

24 апреля. Царское Село — Москва

В 4 часа только добрались до Царского после очень удачного парада. Сердцем и душою мы еще с Вами в Москве, и теперь нам кажется, что Мы провели это время во сне. Еще раз благодарим Вас обоих и сердечно обнимаем.

Аликс, Ники.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 92. Л. 77.)

Вел. кн. Сергей Александрович, вел. кн. Елисавета Феодоровна — Николаю II, имп. Александре Феодоровне

24 апреля. Москва — Царское Село

Глубоко сердечно обласканы дорогими словами. Как чудный сон прошли эти три недели. Здесь все и вся под Вашим обаянием, а мы грустим не видеть Вас у нас, не быть с Вами. Храни Вас Бог.

Сергей, Элла.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1.Д. 1422. Л. 108.)

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

24 апреля. Москва

… Да, теперь могу полным сердцем, всей душой кричать, орать: пребывание царей было чудное! Дивное, идеальное! И всем моим существом благодарить Господа за Его милости!! Здесь от мала до велика все под обаянием царей. Я прямо — тебе скажу — я Alix не узнавал — она здесь преобразилась — они сияла; вчера за обедней она плакала от умиления и, прощаясь с нами в Клину, ее глаза были полны слез — я ее давно знаю, но никогда такой не видал; она несколько раз говорила сестре, что чувствует себя совсем иначе, чем в Питере, что она тут как дома в симпатичной ей атмосфере. По-русски она валяла вовсю громко — не стесняясь говорила. Про Ники я и не говорю — он, конечно, завоевал сердца всех, кто на него смотрел, а с кем он говорил — тот уж был его! Им обоим прямо не хотелось уезжать, и если б не было сегодня парада — они дольше остались — это верно. В народе целые легенды ходят о них: я сам видел двух старух, которые после их проезда обе красные, в слезах друг друга обнимали от восторга.

Да, ты вполне верно мне написал — именно так это пребывание их в Москве загладило все страшное, что было после коронации — Ники сам мне это подтвердил; глубоко меня это потрясло. Да, повторяю, с умилением душевным благодарю я Господа, сподобившего меня своим благословением в эти царские три недели!

Ты меня должен понять: Ники почерпнул новые силы для своей царственной работы. Он себя почувствовал более чем когда либо и вполне сознательно русским царем, а это великая вещь. Тут были удивительные минуты, которые описывать или формулировать нельзя — их можно было только чувствовать. Вот именно Мама бы это поняла и понимала, и чувствовала, и Саша тоже!!

Тебе скажу, что мои нервы устали; я думаю, что это время сократит мою жизнь, но мне это безразлично, ибо эти дни дали жизнь принципу которому я служу и который должен торжествовать. Мы сегодня утром с Треповым целовать comme deuxputes honteuses (<стали> друг друга как две непотребные женщины — фр.), и плакали, как две бабы!

День вчера был дивный с 17° в тени. Обедня у Спаса за Зол<отой> реш<еткой> была симпатична. Днем ездили с царями на Воробьевы горы и долго любовались видом. Les проводы furent un vrai delire (Проводы были настоящим кошмаром — фр). Мы поехали в Клин и обедали в вагоне с ними. Ники подарил жене на прощание чудный огромный жемчуг в виде яйца <с> подвеской. Мы вернулись домой около 16 11 ч. вечера…

Жене надо в Франценсбад, думаю, ехать 2-го мая, чтоб летом сидеть спокойно дома.

Храни тебя Господь. Обнимаем. До свидания.

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 216. Л. 25–28 об.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — имп. Марии Феодоровне

24 апреля. Москва

Милая Минни,

Наши сердца переполнены впечатлениями этих трех недель и благодарением Господу, что все прошло так хорошо. Нам просто не терпится поговорить с тобой и рассказать обо всем, что мы чувствуем.

Как часто наши сердца устремлялись к тебе, и дорогие воспоминания счастливого прошлого вставали перед нашими глазами и <воскресали> в душе. А зная, как Саша мечтал провести здесь хотя бы раз Пасху, казалось, что его благословения все это время покоились на ваших детях. Он, как и они, был бы согрет теплым приемом, радушность которого росла с каждым днем их пребывания, перейдя в единую безграничную радость любви и обожания к своим Государям. Тебе довелось пережить это, и тебе знакомо благотворное действие, и какое это воздаяние за тяжелое бремя государственного правления. Это проникло в сердце Аликс, и мы счастливы, что она смогла почувствовать, как русские любят — как ни в одной другой стране, как они умеют любить и могут выразить свое сердце и свою верность.

Ники, с его чудесными глазами, которые он унаследовал отчасти от тебя, отчасти от Саши, в народе называют «наш светлый ангел». Его покоряющая сердца скромность, глубокая вера и обаятельная добрая улыбка вызывали в ответ безграничную любовь. А ведь это нечто большее, чем восхищение; казалось, воздух напоен радостью, «миром и благоволением».

Как бы мне хотелось, чтобы ты была здесь! Это воодушевило бы тебя. Чудесное тихое время молитв перед Пасхой, когда чувствуешь себя ближе к Богу — поистине отдохновение пожить в такой атмосфере, и твои дорогие словно рядом с тобой и благословляют тебя.

Надеюсь, твое пребывание в Дании приободрило тебя.

После дня рождения Сергея мы отправляемся в Франценсбад, так что, к сожалению, пока тебя не увидим. Но мне нужно немножко подлечиться, потому что зимой я чувствовала себя неважно. Сергей привезет меня туда и сам останется на пару недель. Для него это тоже будет прекрасным отдыхом, потому что в последние недели он стал просто неузнаваем — побледнел и похудел от беспокойства, несмотря на радость принимать их здесь, — это такая большая ответственность. К тому же всю зиму он кашлял. Я останусь подольше, так как самый короткий курс лечения — четыре недели.

У нас хорошие новости от Эрни и Даки. Они благополучно вернулись из Италии. Даки в ожидании великого момента и очень рада. Минни[1464] снова помолвлена, и я очень надеюсь, что она будет счастлива. А теперь мы вас с Сергеем сердечно целуем.

Остаюсь, любящая тебя сестра Элла.

(ГА РФ. Ф. 642. Оп. 1. Д. 1582. Л. 42–45 об. — на англ. яз.)

Николай II — вел. кн. Сергею Александровичу

27 апреля. Царское Село

Дорогой дядя Сергей,

Пользуюсь отъездом д. Павла, чтобы письменно от всей души поздравить Тебя с днем Твоего Рождения и пожелать Тебе здоровья, счастья и успеха во всем.

Мы оба живем под полным обаянием Москвы и всего пережитого с вами за этих три «светлые недели». Ты и Элла нам страшно недостаете; вечера нам кажутся скучными и длинными, и мы себя чувствуем право, совсем осиротелыми.

Я должен еще раз высказать Тебе мое глубокое искреннее спасибо за твои плодотворные труды по вверенному Тебе Папа — городу и краю, результаты чего так блестяще сказались при нашем пребывании теперь в Москве. Я вполне уверен, что если бы дорогой Папа увидел настоящие плоды твоего управления — Он был бы счастлив и доволен Тобою! Сегодня утром я молился на Его могиле с особенным чувством тихой грусти и внутреннего удовлетворения сознавая, как будто Папа благословлял меня и разделил мою радость за все испытанное чудное время в Москве!

Такое сознание удесятерит мои силы для служения России насколько я могу, по Его примеру; мне отрадно знать, что и Ты также глубоко и убежденно поступаешь по Его заветам.

Спасибо, спасибо от души.

В Петербург мы приехали с хорошей теплой погодой. Мама нас встретила на станции и оттуда мы отправились прямо на парад. Он прошел очень удачно, видом войск я остался весьма доволен, за исключением старой истории, заездов начальствующих лиц и их лошадей. Одно посмешище, а при иностранцах и посрамление!..

Не без удовольствия приехали мы в это милое место. Я Тебе говорил, что единственным утешением после Москвы — это жить здесь. Через два дня к сожалению погода испортилась, задул северный ветер, выпадал снег, термометр показывал 2–3 град, тепла — и мы приуныли. Но сегодня было солнце, и мы надеемся, что погода смилостивится.

Мой большой диван переполнен вещами, книгами и фотографиями из Москвы; и я с любовью бросаю на все это свой взгляд. Дети здоровы и спрашивают постоянно о вас обоих. Будь добр передать фотогр<афию> мою M-me Булыгиной и сказать Чирикову[1465], что на иконе должны быть первые 3 Святителя Москвы[1466].

Христос с Тобой и милой Эллой.

Сердечно обнимаю Тебя.

Всей душой Твой

Ники.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп.1.Д.71.А. 43–46 об.)

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

1 мая. Москва

Дорогой мой Ники!

Уж без того сердце мое было переполнено благодарностью, но письмо твое переполнило все! Верь мне — дорогие слова твои врезались глубоко в сердце мое.

Эти слова забыть нельзя — я читал их, а слезы навертывались на глазах! Ты меня так чутко понял твоим сердцем; да, именно в духе Папа, с его благословением, буду я работать для тебя до последнего моего издыхания. В минуты жизни трудные я смотрю на его дорогое изображение и им подкрепляюсь.

Господь видимо благословил ваше пребывание; оно мне кажется чудным сном. Все здесь в Москве под вашим обаянием — всё еще гудит вами; какое-то осталось еще торжественное настроение. А мы грустим, что вас не видим — так свыклись с мыслью, что ежедневно вы у нас бывали. Как я наслаждался этими минутами! Какое баловство эти вышивки для кресел! И булавка прелесть. Приезд Павла очень меня порадовал — он был в духе и весел. Элла и он обдарили меня разными прелестями. Погода, увы, отвратительная, и снег шел, и 29-го[1467] не могли мы пить чай на балконе в Александрии, как то делали обычно.

Теперь перед отъездом меня тормошат безжалостно; минуты покоя не дают во всех отношениях. Мне совестно сознаться, но я устал, и нервы разгулялись. Думаю, что Франценсбад обоим нам на пользу будет. Завтра вечером мы выезжаем…

Твою карточку я передал m-me Булыгиной — она в полном восторге и влюблена по уши!!!!

Храни тебя Господь, дорогой Ники. Сердцем благодарю за всё, всё — обнимаю крепко.

Твой Сергей.

Чирикову все объяснил.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1341. A. 3S-38 об.)

Николай II — вел. кн. Сергею Александровичу

2 мая. Царское Село — Москва

От души благодарю за письмо. Думаю, что тебе было бы хорошо самому полечиться три недели на месте. Искренно желаю Вам счастливого пути и крепко обнимаю.

Ники.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 92. Л. 93.)

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

2 мая. Москва — Царское Село

Сердечно благодарю за депешу, сейчас трогаемся в путь. Крепко Вас обнимаем.

Сергей.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1.Д. 1422. Л. 121.)

Сергей Александрович и Елисавета Феодоровна едут в Франценсбад, куда доктора послали великую княгиню для очередного курса лечения. Великий князь вернулся в Москву в начале июня «к своим делам», а великая княгиня — только 23 июня, после окончания лечения и поездок к брату Эрнсту в Вольфсгартен и в Петергоф к царской семье.

Николай II — Английской королеве Виктории

7/20 мая. Гатчина

Моя дорогая бабушка.

Не могу тебе передать, как я был тронут, получив твое милое доброе письмо в канун моего дня рождения. Благодарю тебя от глубины сердца за всю ту любовь и великую доброту, которую ты мне оказала. Позволь мне также пожелать тебе всевозможного счастья и доброго здоровья в твой дорогой день рождения. Боюсь, что это письмо не дойдет до тебя вовремя, но до сих пор у меня не было ни одной свободной минуты написать тебе.

Мы с Аликс очень рады, что твой визит в Ирландию оказался таким успешным. Я надеюсь только, что он не слишком тебя утомил!

Мы также оба в восторге от нашего пребывания в Москве — те три недели, что мы там провели, кажутся теперь сладостной мечтой, и все прошло как нельзя лучше.

Было радостно повидаться с Сергеем и Эллой, которых обычно мы видим не чаще чем дважды в году, да и то только на короткое время.

Очень надеюсь, что теперь у тебя меньше тревог в связи с войной. «Scotch Grey»[1468] прислали мне телеграмму на день рождения из Кронштадта, что меня немало изумило, и в то же время доставило огромное удовольствие.

Ты обмолвилась в своем письме о возможности нашей встречи в этом году.

Это наше постоянное желание — приехать в Англию и повидать тебя. В этом году лето и осень, боюсь, будут заняты утомительным шахом Персидским и маневрами в разных частях России. Но если представится возможность приехать и навестить тебя, мы будем счастливы это сделать. И снова, благодарю тебя и поздравляю с днем рождения, желаю всего наилучшего, поверь мне, драгоценная бабушка.

Всегда твой любящий внук

Ники.

(ГА РФ. Ф. 601.Оп.1.Д.1111.А. 53–54 об. — на англ. яз.)

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

25 мая. Франценсбад

Дорогой Ники,

От всего сердца поздравляю тебя с днем рождения дорогой Аликс, за которую идем сейчас молиться в нашу церковь. Слава Богу, лечение жены идет вполне успешно, и она усердно погружается в «Moorbad’ы» (грязевые ванны — нем.); и я тоже этим занимался и кроме того пил воды.

Время проводим мы самым тихим, спокойным образом, но признаюсь, очень приятно и можно было нервами отдохнуть. Теперь пора мне за работу, ибо много вопросов и дел ждут моего возвращения. Собираюсь я завтра выехать в Вольфсгартен, чтоб посетить на два дня Ernie и Ducky; мне их так невыразимо жаль[1469]. Они, по видимому, рады моему приезду; оттуда махну прямо в Москву. Жена останется здесь до 10-го Июня и на обратном пути тоже собирается завернуть к брату.

Все это время погода стоит теплая, но эти дни прямо жаркая — более 20° в тени; сирень благоухает вовсю. На днях ездили мы в Карлсбад — удивительно красивое место.

Как мне жаль бедного Сипягина[1470] — вот досадно! И как тебе это неудобно и затруднительно; вероятно до осени ему работать нельзя будет?

Скучно расставаться с женой очень, но по совести должен я вернуться к своим делам.

Храни Тебя Господь — сердечно и крепко вас обнимаю.

До свидания.

Твой Сергей

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1341. Л. 39–40 об.)

Имп. Александра Феодоровна, Николай II — вел. кн. Сергею

Александровичу, вел. кн. Елисавете Феодоровне

27 мая. Царское Село — Франценсбад

Сердечно благодарим вас обоих. Так больно за Ducky и Ernie. Погода дивная. Крепко обнимаем.

Аликс, Ники

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 92. Л. 100.)

Во время расставаний Сергей Александрович и Елисавета Феодоровна писали друг другу каждый день обмениваясь телеграммами. Приведем некоторые из них.

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — вел. кн. Сергею Александровичу

2 июня. Вольфсгартен — Вержболово

Скучаю невыносимо. Гуляла вчера вечером. Без тебя очень грустно. Надеюсь, хорошо доехал. Даки крепко целует.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 92. Л. 113. —на англ. яз.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — вел. кн. Сергею Александровичу

2 июня. <Канун годовщины свадьбы вел. кн. Сергея Александровича и вел. кн. Елисаветы Феодоровны>. Франценсбад — Москва

Нежные пожелания в этот день. Надеюсь, поездка хорошая. Сердечно целую.

Элла.(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 92. Л. 111. — на англ. яз.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — вел. кн. Сергею Александровичу

3 июня. Франценсбад — Вильно

Проснувшись, получила твои милые подарки. Сердечно целую, нежно благодарю. Собираюсь на прогулку. Погода пасмурная.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 92. Л. 111. — на англ. яз.)

Николай II, имп. Александра Феодоровна — вел. кн. Сергею

Александровичу

3 июня. Царское Село — Вильно

Наши самые добрые пожелания в этот славный день. Так грустно, что вы врозь. Очень благодарны за добрую открытку. Счастливы, что в Вольфсгартене, как ты пишешь, все хорошо. С нежной любовью.

Ники, Аликс

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 92. Л. 114. — на англ. яз.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — вел. кн. Сергею Александровичу

<Без даты>. Франценсбад — Москва

Скучала без тебя очень сильно. Прекрасный день в Карлсбаде. Сердечно целую. Погода замечательная. Хочу, чтобы мои последние фотографии послали сразу в Дармштадт. Думаю, они прибудут вовремя.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 92. Л. 109. — на англ. яз.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — вел. кн. Сергею Александровичу

9 июня. Франценсбад — Ильинское

Так рада, что вы в Ильинском. Очень грущу, что меня там нет. Кто с тобой? Иваненков приехал на нашу виллу. Сердечно целую.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 92. Л. 126. — на англ. яз.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — вел. кн. Сергею Александровичу

9 июня. Франценсбад — Ильинское

Какое милое письмо, очень меня порадовало. Целую от всего сердца. Погода приятная, но переменчива.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 92. Л. 125. — на англ. яз.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — вел. кн. Сергею Александровичу

10 июня. Франценсбад — Ильинское

Вчера музыкальный вечер в курзале — очаровательно. Погода приятная. Менгдены оба здесь, шлют тебе приветы. Спасибо за милое письмо. Целую.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 92. Л. 127. — на англ. яз.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — вел. кн. Сергею Александровичу

12 июня. Франценсбад — Ильинское

Провела весь вечер приятно в курпарке: иллюминация, музыка, конфетти. Днем Мираманти. Все шлют тебе приветы. Уезжаю в час. Погода приятная. Сердечно целую.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 92. Л. 129. — на англ. яз.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — вел. кн. Сергею Александровичу

13 июня. Вольфсгартен — Ильинское

Доехала хорошо, не устала. Даки, Эрни <встретили> на вокзале, шлют очень сердечные поцелуи.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 92. Л. 130. — на англ. яз.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — вел. кн. Сергею Александровичу

15 июня. Вольфсгартен — Ильинское

Чудесное утро. Дети Павла приезжают в субботу-воскресенье. Сердечно целую.

Элла

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д.92.А.136. — на англ. яз.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — вел. кн. Сергею Александровичу

16 июня. Вольфсгартен — Ильинское

Прекрасная погода. Спасибо большое за письма. Нашла много грибов. Сердечно целую.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 92. Л. 137. —на англ. яз.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — вел. кн. Сергею Александровичу

18 июня. Вольфсгартен — Ильинское

Спасибо за письмо, телеграммы. Так рада, что могу здесь удить рыбу. Жарко, но дождливо. Целую. Дети Павла сегодня уехали.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 92. Л. 146. — на англ. яз.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — вел. кн. Сергею Александровичу

19 июня. Вольфсгартен — Ильинское

Прелестное утро. Если продержится, поедем на пикник в парк красивого замка. Сердечно целую.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 92. Л. 148. — на англ. яз.)

Наконец, великая княгиня возвращается в Россию.

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

21 июня

… Жена вчера выехала из Вольфсгартена — сегодня на границе. Мы никогда в такой долгой разлуке не были. Радуюсь ее концу — уж довольно…

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 216. Л. 83.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — вел. кн. Сергею Александровичу

21 июня. Вильно — Ильинское

Поездка продолжается весьма приятно. Чувствую себя вполне отдохнувшей.

Будем ужинать у Ф., потом немного погуляем. Сердечно целую.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 92. Л. 153. — на англ. яз.)

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

23 июня

…Наконец жена приехала! Я около 8 ч. утра поехал в Одинцово и привез жену прямо в церковь, где был маленький благодарственный молебен. Признаюсь, я очень рад, ведь мы почти месяц были в разлуке, что никогда еще не бывало! Вид у нее хороший — похудела конечно, но чувствует себя хорошо — вот и слава Богу…

(ГА РФ. Ф.644. Оп. 1. Д. 216. Л. 84–84 об.)

Имп. Александра Феодоровна — вел. кн. Сергею Александровичу

23 июня. Петергоф — Ильинское

Могу представить, как Ты должно быть счастлив, что дорогая Элла наконец вернулась. Ники, увы, уехал сегодня утром, и я одна с малышами. Нежные приветы.

Аликс

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 92. Л. 160. — на англ. яз.)

Николай II — вел. кн. Сергею Александровичу

24 июня. Холм — Москва

Очень недоволен Чириковым, что до сих пор не получил образа, не знаю даже готов ли он? Прибыл благополучно на завтрашний юбилей; большие маневры нахожу нужным отменить вследствие серьезных событий в Китае[1471]. Крепко Вас обоих обнимаю.

Ники (ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 92. Л. 161.)

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

24 июня. Москва — Холм

Я в отчаянии от неаккуратности Чирикова. Он сию минуту принес мне Твой образ, сейчас же отправляю его Тебе или куда прикажешь. С грустью понимаю, что маневры приходится отменить. Элла вернулась вчера к большой радости. Мы здесь для завтрашнего юбилейного парада трех полков. Только что была прибивка знамен и штандарта. Крепко обнимаем.

Сергей.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1422. Л. 212.)

25 июня 1900 г. Россия торжественно отмечала 200-летний юбилей учреждения регулярной армии[1472]. Государь принимал парад в г. Холме Люблинской губернии, а Сергей Александрович — в Москве.

Имп. Александра Феодоровна — Николаю II

25 июня. Петергоф

Драгоценный мой Николенька,

…Всего две ночи и полтора дня — и я прижму тебя к своему сердцу! Что за блаженство, что за радость!.. Только что получила телеграмму от Эллы — пишет, что торжества в Москве прошли чудесно…

26 июня.…Я тоже счастлива, что большие маневры не состоятся, по разным причинам, так же как и ты…

До свидания, и благослови тебя Бог. Целую и обнимаю тебя.

остаюсь вечно твоя единственная старая женушка

Аликс.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1.Д. 1148. Л. 20–21 об. — на англ. яз.)

В конце июля из Кобурга от Марии Александровны приходит печальное известие — ее муж герцог Альфред[1473] при смерти. Сергей Александрович едет поддержать сестру в постигшем ее горе, а Елисавета Феодоровна уезжает на эти дни в Петергоф, к царской семье.

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

19 июля. Ильинское — Петергоф

Я сейчас же по получении печального известия предложил Мари немедленно приехать, но она отклоняет теперь мой приезд. Решительно не знаю что делать.

Сергей.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1423. Л. 26.)

Николай II — вел. кн. Сергею Александровичу

20 июля. Петергоф — Ильинское

Разумеется, поезжай к Тете Мари. Когда будет Элла здесь? Поздравляю с храмовым праздником[1474].

Ники

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 93. Л. 44.)

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

20 июля. Ильинское — Петергоф

Страшно тронут и благодарен за память о нашем престольном празднике. Элла будет в Петергофе 22 утром. Завтра утром буду провожать роту 13 саперного батальона, уходящую в Сибирь, а вечером тронусь в путь.

Сергей.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1423. Л. 28.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — вел. кн. Сергею Александровичу

21 июля. Москва — Ильинское

Сердечно целую, еще раз желаю всего хорошего, путешествие не слишком утомило. Большие приветы всем в Ильинском. Так грустно быть в разлуке. Нашла все в безупречном порядке на «складе». Уезжаю немедленно.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 93. Л. 45. — на англ. яз.)

Николай II — вел. кн. Сергею Александровичу

22 июля. Петербург — Варшава

Так довольны, что милая Ella проведет с нами несколько дней. Прошу обнять от меня тетю Мари. Счастливого пути.

Ники

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 93. Л. 51.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — вел. кн. Сергею Александровичу

22 июля. Петербург — Варшава

Ужинала у Минни в 9 часов. Только что вернулась домой с катанья с Аликс. Видела Павла, гуляли, беседовали приятно. Здесь все хорошо, все шлют тебе приветы и поцелуи.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 93. Л. 50. — на англ. яз.)

Имп. Александра Феодоровна — вел. кн. Сергею Александровичу

22 июля. Петербург — Варшава

Нежнейшие благодарности, добрые пожелания. Так счастливы принимать здесь дорогую Эллу, будем много думать о тебе здесь. В Кобурге поцелуй там всех нежно от меня.

Аликс.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 93. Л. 52. — на англ. яз.)

Сергей Александрович возвращается в Москву в начале августа. Как обычно, конец лета проходит в Ильинском, а осенние месяцы в Европе: Париж, Флоренция и т. д.

Государь в августе охотится в Беловеже, потом в Спале, 17 сентября едет в Ливадию, где серьезно заболевает брюшным тифом…

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

4 сентября. Усово

Дорогой Ники,

Пишу тебе эти строки, чтоб доложить тебе, что с твоего разрешения — полученного весною — мы собираемся выехать за границу около 16-го Сентября и прямо ехать в Париж, где мы уж наняли себе помещение, чтобы посмотреть на выставку, которая нас обоих, почему-то, очень интересует. Думаем пробыть в чужих краях недолго и вернуться уж прямо в Москву.

Очень приятно у нас погостила Оля[1475] с Христофором две недели при дивной погоде; потом Павел дней десять при менее теплой атмосфере, и наконец теперь гостят у нас Михен, Елена[1476] и Борис[1477] при ужасающей холодной, дождливой погоде; думаю, что им не особенно весело у нас, ибо жизнь более чем тиха, скромна и однообразна.

Дом наш здесь так уютен. А у вас и тепло, и удачная охота, и ты, надеюсь, отдыхаешь. Храни вас Господь, сердечно обнимаю вас обоих.

До свидания.

Твой Сергей.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1341. Л. 45–46 об.)

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

18 сентября. Москва

Дорогой Ники,

Хочется написать тебе два слова перед отъездом нашим в Париж — завтра мы трогаемся в путь. Из Ильинского уезжать было крайне скучно, ибо погода была совсем летняя со всеми прелестями осени, а в городе душно! но надо было мне здесь кое-какие дела свои совершить. Радуюсь за вас, что вы наслаждаетесь в милой Ливадии. В комнате Папа вспомни обо мне!..

Храни вас Господь. Обнимаем.

До свидания.

Твой Сергей.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1341. Л. 47–48 об.)

Имп. Александра Феодоровна, Николай II — вел. кн. Сергею Александровичу, вел. кн. Елисавете Феодоровне

18 сентября. Аивадия — Брест

Желаю вам обоим счастливого пути, наслаждаемся здесь идеальной погодой. Крепко обнимаем тебя и Эллу.

Аликс, Ники.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 93. Л. 80.)

Одной из главных целей поездки великокняжеской четы стало посещение Всемирной выставки в Париже, символом которой стала встреча нового, XX века.

Выставка продолжалась с 15 апреля по 12 ноября 1900 года. За семь месяцев ее посетили более 50 миллионов человек. Свои экспозиции в 18 тематических отделах представили 35 стран, в том числе Российская Империя.

Елисавета Феодоровна приняла непосредственное участие в организации павильона кустарных изделий. Под ее председательством, начиная с января 1899 г., работал Главный Комитет по устройству отдела кустарных изделий и рукоделий России на Всемирной выставке 1900 года в Париже[1478].

К осени 1899 г. в Москве вчерне была закончена постройка павильона — он был сделан по мотивам деревянной архитектуры русского Севера XVII века. Одновременно с этим в Москве и Петербурге шла работа по сбору экспонатов для павильона. Местом, куда они свозились, был выбран московский Российский Исторический музей. Ставилась задача исчерпывающе полно и во всем разнообразии представить кустарное производство всей Российской империи, включая национальные окраины.

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

23 сентября. Париж

… Утром были мы на выставке; начали с кустарного отдела жены, где были все дамы и господа рус<ские> — это все премило и красиво устроено. Прошлись по vieux Paris (старому Парижу — фр.) — гадость! С интересом осматривали часть grand palais. Наконец-то увидел твой портрет Серова — он совсем хорош, но глаза малы. Осмотрели немец<кий> отдел, т. е. обстановку Потсдама Фридриха Вел<икого> — прелесть, что за картины франц<узской> школы…

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1.Д.217. Л. 74–74 об.)

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

24 сентября. Париж

… От выставки мы каждый день все более в восторге; замечательно интересно; напр<имер> все, что старин<ные> поразительно хороши, такие вещи, которых больше не увидишь: из церквей, монастырей, частных коллекций и т. п…

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1.Д.217. Л. 75 об.)

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

24 сентября / 7 октября. Париж — Аивадия

Выставка очень интересная. Погода чудная, яркая. Виктория, Людвиг с нами, наслаждаемся. Обнимаем.

Сергей.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1.Д. 1423. Л. 125.)

Николай II — вел. кн. Сергею Александровичу

<24 сентябрям Ливадия — Париж

Сердечно благодарим за письмо. Надеюсь, не устаете от выставки. Аликс благодарит Эллу за известия. Погода дивная. Обнимаем.

Ники

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 93. Л. 9.)

Вел. кн. Сергей Александрович, вел. кн. Елисавета Феодоровна — Николаю II

20 октября / 2 ноября. Флоренция — Ливадия

Сердцем с тобою. Погода летняя. Здесь приятно. Обнимаем.

Сергей, Элла.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1.Д. 1423. Л. 173.)

Сергей Александрович и Елисавета Феодоровна узнают о тяжелой болезни государя — брюшной тиф — во Флоренции. Рядом с царем Александра Феодоровна, которая лично ухаживает за мужем, несмотря на плохое свое самочувствие — она ждет ребенка.

С 25 октября (последний доклад В. Н. Ламздорфа) до конца ноября государь физически не может управлять страной. Государственные бумаги за него подписывает царица. Никого не допуская к мужу, царица начинает помогать ему в управлении. Вызванные в Ливадию министры В. Н. Ламздорф (иностранных дел), Д. С. Сипягин (внутренних дел), С. Ю. Витте (финансов) и А. Н. Куропаткин (военный) были допущены к императору лишь со 2 декабря… Царица приняла Витте 16 ноября «несмотря на прочих»[1479]. Поведение императрицы вызвало резкую критику правящих кругов.

Дневник А. Н. Куропаткина

Ноябрь

Государыня встала между Государем и делами… в случае важных известий я и Ламздорф посылаем записки на ее имя, а она… сама докладывает государю. Мне государыня уже дважды присылала записки… на нескольких представленных мною депешах пишет вместо государя: «сердечно благодарить» и т. д. Сходство почерков отдаленное существует.

(Цит. по: Ткаченко Я. А. «Династический кризис» в России осенью 1900 г. // Из глубины времен. СПб. 2005. № 13. С. 22.)

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу

2 ноября. Флоренция

… У Ники легкий, слава Богу! брюшной тиф, но как это скучно. Alix мне телеграф<ировала> почти каждый день, а сегодня от Гессе получил ответную, успокоительную депешу. Сначала думали инфлуэнция: выписали докт<ора> Попова[1480]из Питера — он ходил за Alix, когда у нее была корь…

(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 218. Л. 29–29 об.)

Николай II — вел. кн. Сергею Александровичу, вел. кн. Елисавете Феодоровне

3 ноября. Ливадия — Флоренция

Благодарю, думаю о вас. Было холодно, теперь лучше. Обнимаю.

Ники

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 93. Л. 94.)

Имп. Александра Феодоровна — вел. кн. Сергею Александровичу, вел. кн.

Елисавете Феодоровне

<Без даты>. Ливадия — Флоренция

Благодарим с любовью, желаем всего доброго день проходит хорошо, оба кемарили. Целуем.

Аликс.

(га рф ф 648. Оп. 1.Д. 93. Л. 93. — на англ. яз.)

Имп. Александра Феодоровна — вел. кн. Сергею Александровичу

20 ноября. Ливадия — Москва

Так рада, что ты доволен, получив твои старые вещи из Ливадии. Ники сидит в кресле, курит, он весел, чувствует себя бодрым, только что выкушал говяжьего бульона с яйцом. Наилучшие приветы от нас вам двоим.

Аликс

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 95. Л. 147.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — имп. Марии Феодоровне

30 ноября. Москва — Гатчина

Думаю, грипп идет на спад. Сергей тоже нездоров. От Ники, слава Богу, вести хорошие. Мы оба нежно тебя целуем. Погода предвещает бурю.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 642. Оп. 1. Д. 1586. Л. 8. — на англ. яз.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — Николаю II

2 дек<абря>

Самые теплые сердечные пожелания от нас с Сергеем тебе, милый Ники! Да благословит Бог этот новый год и даст тебе здоровья и радости!

Как счастливы мы знать, что ты действительно пошел на поправку, однако будь благоразумен — не ешь тяжелой пищи или трудно усваиваемой — после тифа в желудке на слизистой остаются маленькие язвочки даже при самой легкой форме болезни; дай себе время как следует излечиться, кстати, также и тряска на ухабах… небезопасна.

Бедный Сергей подхватил тяжелую инфлуэнцию и чувствует себя отвратительно. Я же пока здорова, хотя только и делаю, что общаюсь с людьми с этой заразной болезнью.

Посылаем тебе несколько маленьких запонок. Надеемся, они порадуют тебя, а также диванные подушки «либерти» для твоей комнаты в Ливадии, чтобы тебе уютно было <сидеть> в кресле.

Сергей шлет множество благословений и сердечные пожелания вам обоим и деткам. Всего наилучшего от нас обоих.

Любящая тебя сестра Элла.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1253. Л. 74–75 об. — на англ. яз.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — имп. Марии Феодоровне

3 декабря. Москва — Гатчина

Глубоко тронуты твоей милой телеграммой. Сергей слаб, кашляет, но ему лучше. Я пока здорова. Молитвенно с тобой, благодарю Бога за полное выздоровление Ники. Храни вас Господь, дорогие. Надеюсь, если все будет хорошо, скоро встретимся. Надеюсь, что нога твоя получше; эту ночь хорошо спала.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 642. Оп. 1. Д. 1586. Л. 9. — на англ. яз.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

3 декабря. Наконец спал всю ночь отлично. Жена пила чай со мною. Долго сидел Трепов. Предписано служить благодарственный молебен за выздоровление Государя — сегодня молебен в Успенском… В первый раз вечером не было лихорадки. Слава Богу! Жена сидела весь день…

6 декабря. Спал и чувствую себя хорошо, хотя слабость есть порядочная. Чай у себя с женою. Был Трепов. Жена к обедне — дома завтракал один. Читал и дремал. От Ники совсем хорошие вести. Слава Богу…

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 36. Л. 172–173.)

Николай II — вел. кн. Сергею Александровичу

8 декабря. Ливадия

Мой дорогой д. Сергей,

От всей души благодарю Тебя за прелестные запонки, которые я получил от вас обоих к именинам. Я надеюсь, что Твоя инфлюенция прошла без следа. Так скучно было заболеть тотчас после возвращения из-за границы, и я уверен, Ты бесился страшно, что не мог начать заниматься делами по приезде в Москву. Я много думал о Тебе все это время и надеюсь, что по крайней мере состояние Твоего духа спокойное.

У меня теперь блаженное душевное спокойствие, ничего меня не беспокоит, чувствую себя выросшим по окончании 5-недельной опеки докторов и в полном смысле слова наслаждаюсь жизнью, привольною пока и свободною.

По настоянию милой Мама мы решили остаться здесь до середины января.

Дорогая Аликс, слава Богу, прекрасно выглядит и хорошо себя чувствует, после того испытания, которое я ей невольно доставил.

Мы каждый день катаемся и гуляем более двух часов, но пока еще напоминаем собою старческую чету, которую возят, для пользования воздухом. — Занимаюсь я очень мало, зато много времени для легкого чтения.

Прощай мой милый дядя Сергей. Желаю Вам хорошо встретить праздники и Тебе поскорее поправиться.

Сердечно Твой

Ники

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 71. Л. 52–53 об.)

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

10 декабря. Москва — Ливадия

Бесконечно обрадован дорогим Твоим письмом. От всего любящего сердца благодарю. Мне гораздо лучше, но не выхожу. Делами занимаюсь во всю. Крепко сердечно обнимаем.

Сергей.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1.Д. 1423. а. 218.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — Николаю II

15 декабря. Москва — Ливадия

Все вещи, которые я выбрала, надеюсь, доехали до Петербурга. Не мог бы ты распорядиться, чтобы их отослали. У меня здесь только одна акварель для тебя — для подарка Аликс, посылаю ее сейчас. Сергей, наконец, здоров; надеюсь, простуда Аликс вскоре пройдет. Здесь наконец мороз. Нежно целую.

Элла.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1423. Л. 229. — на англ. яз.)

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

20 декабря. Москва-Александрия

Дорогой Ники,

Еще раз благодарю тебя за твое сердечное письмо, которое и обрадовало меня и ужасно тронуло. Слава Богу, что ты совсем окреп и чувствуешь себя полным сил. Говорить тебе, как мы мучились во время твоей болезни, не стану, ты и сам это легко поймешь, а еще с моим несчастным характером это было прямо ужасно! Ну, теперь надо только благодарить Господа и больше ничего. Читая, как ты смотрел стрелков[1481] — я воображал себе, какое это тебе доставило удовольствие. Как хочется мне тебя видеть и поболтать с тобой по душе; столько было событий с тех пор, что мы не виделись. На перепутье из Крыма я поймал Сипягина и мог с ним поговорить о текущих делах; вид у него, я нашел, отличный. Теперь я совсем оправился от моей глупой инфлуэнции — она тут царствовала во всю. Мы наслаждались нашим пребыванием в Париже и во Флоренции; и там и здесь было очень интересно. В Вене мне пришлось являться Императору[1482] — на что я вовсе не рассчитывал, ибо имел с собой только преобр<аженский> мундир, а ленту пришлось купить — ужасно глупо вышло. A Ernie и Ducky приезжают в Царское и теперь еще — я признаюсь, был очень этому удивлен, но жена по доброте сердечной — нет! Прими от нас сию кружку и привет к Празднику.

Храни вас Господь. Обнимаю тебя крепко, как люблю! До свидания.

Твой Сергей.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1.Д. 1341. Л. 49–50 об.)

Николай II — вел. кн. Сергею Александровичу

24 декабря. Аивадия — Александрия

Аликс и Я очень тронуты Вашими прелестными подарками, сердечно благодарю тебя за письмо. Странно и вместе с тем приятно провести тут Рождество, погода хорошая. Прошу поблагодарить Васнецова за оба его альбома, нам очень понравились. Крепко Вас обоих обнимаем.

Ники.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 93. Л. 120.)

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

24 декабря. Москва — Аивадия

От всего сердца благодарим за прелестные подарки. Ожидаем Павла завтра на несколько дней. Крепко обнимаем Тебя и Аликс.

Сергей.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1.Д. 1423. Л. 252.)