Когда молодой Онегин отказался от традиции добавлять «-с» в знак вежливости и почтения, старожилы обиделись:
Все дружбу прекратили с ним.
«Сосед наш неуч; сумасбродит;
<…>Он дамам к ручке не подходит;
Все да да нет; не скажет да-с
Иль нет-с». Таков был общий глас.
Они и не знали, что юному дворянину не пристало использовать «словоерс» (он же словоерик и словоер). Потому как в столичных салонах словоерс из показателя вежливости уже превратился в признак самоунижения. Но об этом позже.