1. Рузвельт, а вместе с ним и американский народ возлагали большие надежды на окончание войны. Они верили, что после поражения тоталитаризма во всем мире может возникнуть новый порядок, основанный на справедливости. После Первой мировой войны, когда Вильсон основал Лигу Наций, он лелеял те же чаяния, но избиратели его отвергли. Рузвельту не пришлось столкнуться с подобным препятствием. Американское общественное мнение было сформировано ценой двух войн. В сенате, как и в палате представителей, республиканцы сотрудничали с демократами по подготовке мировых предложений. На сей раз трудности возникли за пределами Соединенных Штатов. Война сильно ослабила не только побежденных, но и Великобританию и Францию. Две гигантские нации — Соединенные Штаты и СССР — стояли лицом к лицу. Сталин не был враждебно настроен в отношении формирования Организации Объединенных Наций. Но поскольку каждая из пяти «великих держав» (США, СССР, Великобритания, Франция и Китай) должна была обладать правом вето, Организация Объединенных Наций могла действовать только в том случае, если СССР будет сотрудничать, проявляя доверие к партнерам.
2. Сразу после окончания войны Рузвельт пытался завоевать это доверие, даже рискуя пойти на какие-то жертвы. На Ялтинской конференции (февраль 1945 года) он допустил наступление России на Берлин, возвращение Польше обширной территории Германии и не противился установлению коммунистических правительств в Балканских странах. Таким образом он надеялся обрести дружбу Сталина. С другой стороны, в обмен на вступление СССР в войну против Японии он предоставил ему Маньчжурию — так ему посоветовали военачальники, которые не верили, что атомной бомбы будет достаточно, чтобы обеспечить победу на Дальнем Востоке. Трумэн унаследовал эту ситуацию и должен был подтвердить в Потсдаме, что готов пойти на все уступки. В июне 1945 года в Сан-Франциско пятьюдесятью государствами был принят Устав Организации Объединенных Наций. Другие международные организации (ЮНЕСКО, Международная организация по делам беженцев, Банк международных расчетов и т. д.) были уже созданы, или их только предстояло создать, но не хватало духа сотрудничества. Россия незамедлительно и агрессивно воспользовалась в Организации Объединенных Наций своим правом вето. Несмотря на Ялту и Потсдам, Сталин испытывал недоверие к капиталистическим державам, и особенно к США. Это нельзя было назвать настоящим миром, а скорее — холодной войной.
«Мы, народы объединенных наций, преисполненные решимости избавить грядущие поколения от бедствий войны…» (преамбула Устава ООН). Плакат. 1945
Рузвельт и Сталин во время Ялтинской конференции. Фото. Февраль 1945 года
3. На момент избрания казалось, что Трумэну не по плечу роль лидера, особенно в таких сложных условиях. Он хорошо справлялся с второстепенной работой в сенате. В начале своего президентства он собрал вокруг себя слишком много друзей из родного Миссури. Однако очень скоро стало ясно, что он не только не согнулся под бременем обязанностей, а даже как-то вырос и распрямился. Человек, долгое время живший в безвестности, внезапно проявил необычайное мужество и незаурядный здравый смысл. Но во внешней политике он оказался скован собственной нацией, которая, не видя опасности в сложившейся ситуации, требовала быстрого возвращения к мирной жизни. Жесткое давление со стороны общественного мнения привело к ускоренной демобилизации. Военные заводы вновь вернулись к привычному производству. Короче говоря, к 1947 году Соединенные Штаты перестали быть крупной военной державой, в то время как СССР полностью сохранил свою силу. Этот явный дисбаланс увеличивал влияние русских в Западной Европе; массы всегда привлекает сила. Американцы, воодушевленные победой, хотели получить от нее все возможные преимущества. Ветераны, пользующиеся огромным влиянием, добились больших и законных привилегий: в частности, им стала доступна учеба в университетах за государственный счет. Но у правительства больше не было ни солдат, ни моряков, ни летчиков. Для обороны приходилось полагаться на атомную бомбу. Америка не знала о том, что благодаря шпионам (самым успешным из которых был немецкий физик Фукс) и собственным ученым СССР также шел по пути превращения в атомную державу.
4. С ростом благополучия эйфория усиливалась. Никогда еще Соединенные Штаты не были так богаты; никогда еще не существовало более справедливого распределения богатства. Шестьдесят миллионов американцев имели работу по сравнению с сорока восемью миллионами в довоенное время. Производство потребительских товаров по меньшей мере в два раза превысило довоенный уровень. В 1939 году 75 % американских семей зарабатывали меньше двух тысяч долларов; в 1948-м таких семей осталось всего 25 %. Даже несмотря на рост цен, вызванный отменой контроля, существовавшего в военное время, покупательная способность трудящихся значительно возросла. Отсюда возродилось доверие к системе свободного предпринимательства. Справедливости ради следовало было бы добавить, что этому процветанию во многом способствовал «Новый курс» Рузвельта, перераспределивший доходы. Хорошо оплачиваемые рабочие и фермеры стали лучшими потребителями. Но о Рузвельте вспоминали только для того, чтобы сокрушить эту тень. Республиканская партия пыталась вернуться к трудовому законодательству, установленному «Новым курсом». Сенатор Тафт провел закон Тафта — Хартли, который серьезно ограничивал привилегии крупных профсоюзов. Республиканская партия имела контроль над обеими палатами. Восьмидесятый конгресс (избранный на два года) был враждебно настроен к Трумэну, казалось почти не оставив ему шансов быть переизбранным в 1948 году.
Гарри Трумэн (в центре) на Потсдамской конференции. Июль 1945 года
Рекламные плакаты. 1950-е
5. Губернатор Дьюи был выдвинут съездом Республиканской партии и считался влиятельным кандидатом; несмотря на оппозицию демократов-консерваторов Юга, съезд Демократической партии выдвинул президента Трумэна. Его собственные друзья почти отказались от участия в его выборной кампании, полагая, что она заведомо проиграна. Но Трумэн с необычайным энтузиазмом сражался в одиночку, исколесив всю страну в специальном поезде и произнося речи на каждой остановке. Он получил большинство, обойдя Дьюи на два миллиона голосов. Это было огромной неожиданностью, и престиж президента значительно возрос. Он в этом нуждался, поскольку положение во внешней политике становилось все более угрожающим. Советский Союз установил коммунистические правительства в Восточной Германии, Венгрии, Чехословакии, Румынии и Болгарии. Югославия была коммунистической, но отколовшейся от блока. Между Восточной и Западной Европой был опущен «железный занавес». Обещание свободных выборов, которое Сталин дал в Ялте, не было выполнено ни в одной стране, отгороженной этим «занавесом». Что касается Западной Европы, то она боролась с чудовищными финансовыми трудностями, вызванными необходимостью восстать из руин войны, и оказалась доступной для революционной пропаганды. С другой стороны, Западная Европа была практически полностью обезоружена и тем самым крайне уязвима.
6. На Дальнем Востоке ситуация была еще более сложной. В 1945 году началась гражданская война между Чан Кайши и китайскими коммунистами. На протяжении всей мировой войны американцы поддерживали националистическое правительство Чана, хотя его коррупция и недееспособность были совершенно очевидны. В конце 1945 года генерал Маршалл посетил Китай, чтобы попытаться выступить в роли посредника, но безрезультатно. Затем китайские коммунисты, вооруженные СССР, начали одерживать одну победу за другой. В 1949 году они стали полными хозяевами Китая, и Чану с остатками его армии пришлось бежать на остров Формоза. Таким образом, четыреста пятьдесят миллионов китайцев были присоединены к коммунистическому миру, и возникла опасность, что, соблазнившись легкостью этого завоевания, Сталин попытается распространить его на всю Азию. Что должен был и что мог сделать Трумэн? Вначале он рассчитывал на то, что Организация Объединенных Наций создаст проект по разоружению и международную комиссию по атомной энергии. Но Сталин отверг любой эффективный контроль. Помешать ему продолжить покорение мира можно было только двумя способами: укрепить военную мощь Запада и улучшить экономическое положение стран, оказавшихся под угрозой. В знаменитом четвертом пункте своей инаугурационной речи в 1949 году Трумэн высказал мысль о том, что Соединенные Штаты должны оказывать техническую помощь отсталым странам. Затем он и его госсекретари (сначала генерал Маршалл, затем Дин Ачесон) подготовили две программы помощи: одну для Европы, другую — для Атлантического альянса.
Томас Дьюи (в центре) во время своей предвыборной кампании. Фото. 1948
7. «Доктриной Трумэна» были названы соображения, высказанные им в 1947 году о Греции и Турции: «Политика Соединенных Штатов должна быть направлена на поддержку свободных народов, которые сопротивляются попыткам подчинения со стороны вооруженных меньшинств или внешнего давления». В том же году генерал Маршалл в речи в Гарварде заявил, что, если европейские страны договорятся между собой относительно общей программы экономического восстановления, Соединенные Штаты поддержат ее. Это соглашение было достигнуто на Парижской конференции. Страны, находящиеся за «железным занавесом», были туда приглашены, но отказались от помощи «капиталистических империалистов». План Маршалла был принят конгрессом в 1948 году. Программа должна была осуществляться до 1952 года. За эти четыре года четырнадцать миллиардов долларов США (пять тысяч шестьсот миллиардов франков) распределялись через E. C. A. (Economic Cooperation Administration)[149]. План Маршалла помог многим странам, оказавшимся в нелегкой ситуации, пережить этот трудный период и использовался в основном во Франции для промышленного переоснащения страны. Но он не решил вопрос военной обороны.
8. В апреле 1949 года был подписан Североатлантический договор между США, Канадой, Великобританией, Францией, Италией, Бельгией, Нидерландами, Люксембургом, Норвегией, Данией, Исландией и Португалией. Было заявлено, что вооруженное нападение на одну или нескольких стран-участниц будет рассматриваться как нападение на всех в целом. Это был союзный пакт; он был одобрен в американском сенате подавляющим большинством обеих партий. Оставалось придать этому альянсу силу. Соединенные Штаты обещали военную помощь странам-участницам. Было решено создать союзную армию для возможной обороны Западной Европы. Генерал Эйзенхауэр был назначен главнокомандующим. Он разместил свой главный штаб (S. H. A. P. E.) в городке Лувесьен, неподалеку от Парижа. Его целью было сформировать армию, состоящую как минимум из пятидесяти дивизий, которая могла бы в случае возможного нападения если не полностью отразить его, то по крайней мере всячески ему противостоять. Задача была гигантской. Приходилось обращаться за значительной финансовой поддержкой к странам, почти исчерпавшим свои ресурсы; нужно было привлечь к работе офицеров, говоривших на разных языках и придерживающихся разных культурных традиций. Многое стало возможным благодаря личным качествам Эйзенхауэра. До поставленных им целей еще было далеко, но к концу 1952 года уже наметился огромный прогресс.
Генерал Дуглас Макартур прибыл в Тайбэй, чтобы обсудить с президентом Чан Кайши вопросы обороны Тайваня. 1950
9. Правда, в Азии дела шли все хуже и хуже. В 1949 году американские войска оставили Южную Корею под властью местного правительства во главе с Ли Сын Маном; вывод армии привел в 1950 году к вторжению коммунистов Северной Кореи, вдохновленных китайцами, которые собирались вскоре к ним присоединиться. Эта отнюдь не единственная агрессия вызвала гнев Запада. Воспользовавшись отсутствием русских, бойкотировавших Совет Безопасности ООН из-за того, что среди его членов оставался националистический Китай, Трумэн осудил Северную Корею и попросил поддержки у других членов Совета. Фактически эта европейская и южноамериканская помощь была ограничена символическими контингентами; бремя корейской войны легло в основном на плечи Соединенных Штатов. Но принцип коллективного сопротивления был сохранен, и генерал Макартур от имени Организации Объединенных Наций принял командование в Корее. Он замечательно провел кампанию, выдворил агрессоров из Южной Кореи и продолжил преследовать их на территории Северной Кореи, хотя некоторые страны-участницы советовали остановиться на границе. Макартур предсказал, что в ноябре 1950 года война закончится и к Рождеству солдаты вернутся домой. Но коммунисты Китая выступили значительными силами; войска Организации Объединенных Наций были сперва отброшены назад, а затем завоевали утраченные территории. Наконец обе армии развернулись на укрепленных позициях, и война превратилась в войну на истощение.
10. Президент Трумэн и генерал Макартур уже давно расходились во мнениях относительно политики Соединенных Штатов на Дальнем Востоке. Макартур, а вместе с ним и вся партия в США требовали «приоритета азиатской войне». Генерал утверждал, что бомбардировка китайцев на их территории и привлечение националистических сил на Формозе смогут быстро положить конец войне в Корее. На что генерал Брэдли и президент ответили, что это чересчур рискованная операция, поскольку она может развязать мировую войну. Президент освободил Макартура от командования и на его место назначил генерала Риджуэя. Сначала опасались, что возвращение Макартура в Америку вызовет там массовые волнения, но, хотя встретили его с энтузиазмом, забыли о нем очень быстро. На выборах 1952 года Трумэну предстояло столкнуться с другим противником. Генерал Эйзенхауэр действительно согласился на выдвижение своей кандидатуры cъездом Республиканской партии. Он соперничал с сенатором Тафтом, которому партийные политики готовы были отдать предпочтение. Но республиканцы потеряли влияние двадцать лет назад, и только огромный престиж Эйзенхауэра смог восстановить его, вернув назад массу колеблющихся избирателей. Трумэн решил не выдвигаться на следующий срок, и cъезд Демократической партии выбрал Эдлая Стивенсона, губернатора Иллинойса, человека блестящего ума и культуры, обещавшего продолжить либеральную политику Рузвельта — Трумэна. Эйзенхауэр был избран рекордным большинством — более шести миллионов голосов. Отчасти благодаря своей личности и славе, отчасти из-за волны антикоммунизма, захлестнувшей страну.
11. Смерть Сталина внесла полную неясность в русскую проблему. Новые руководители страны во главе с Маленковым, по слухам, не столь враждебно настроенным к Западу, объявили о более гибкой политике, которая давала надежду на окончание холодной войны. Русские способствовали подписанию перемирия в Корее, и американский народ радостно приветствовал завершение непопулярной войны. Но мир в Корее, высвободив китайские войска, привел к усилению военных действий в Индокитае. В 1954 году Франция была вынуждена покинуть Вьетнам. Во всей северной части страны верх взяли коммунисты. Таким образом, в Азии усиливалось китайское господство. Соединенные Штаты по стратегическим и сентиментальным причинам продолжали признавать единственным китайским правительством правительство Чан Кайши на Формозе. Все это были чистые фантазии, но именно они и стали причиной постоянных трений между Америкой и Китайской Народной Республикой. Отныне Китай угрожал всей Юго-Восточной Азии.
12. Однако в России Маленков был очень скоро смещен сначала группировкой Булганина — Хрущева, затем одним Хрущевым. Новый хозяин был смекалистым крестьянином, не лишенным чувства юмора, менее кровожадным, чем Сталин, но таким же амбициозным и ловким сторонником имперского режима. Под его руководством советская дипломатия попыталась осуществить гигантский рывок в сторону Ближнего Востока, Египта и даже Африканского континента, стараясь охватить и изолировать Запад. Такая политика была гораздо опаснее для Соединенных Штатов и Европы, поскольку советская военная мощь непрерывно возрастала. К 1953 году Россия испытала водородную бомбу и накапливала значительные запасы ядерной техники. Уже стало ясно, что если разразится мировая война, то потери с обеих сторон будут чудовищны и, возможно, все человечество, а в любом случае — наша цивилизация, не выживет. Ну а Америка строила первую атомную подводную лодку («Наутилус»).
Дуайт Эйзенхауэр, 34-й президент США. Фото. Май 1959 года
13. В 1955 году сердечный приступ (коронарный тромбоз) ненадолго вызвал опасения за жизнь президента Эйзенхауэра. Однако он выздоровел и был переизбран президентом в 1956 году. Его популярность была настолько велика, что, несмотря на его слабое здоровье, Республиканская партия была вынуждена выдвинуть Эйзенхауэра на выборы, и кандидат от Демократической партии Эдлай Стивенсон был побежден. Вице-президент Никсон, судя по всему, становился законным наследником, но внешнюю политику продолжал вершить госсекретарь Фостер Даллес. Эта твердая политика в Европе угрожала позициям Франции и Великобритании в Африке и Азии; им казалось, что, желая добиться расположения арабских государств, Америка приносит их в жертву. Но если на то пошло, такую политику можно было бы оправдать важностью результатов и непрерывностью действий. Но в действительности она отличалась нерешительностью и приносила плачевные результаты. После отказа Америки финансировать Асуанскую плотину египетский диктатор полковник Насер в июле 1956 года захватил Суэцкий канал. Это стало очень тяжелым ударом для Франции и Англии, поскольку под угрозой оказались их поставки нефти. Естественно, что две державы не могли оставаться в стороне.
14. Великобритания и Франция подготовили секретную, но ставшую достоянием гласности операцию по отвоеванию зоны Суэцкого канала, стартующую с британской базы на Кипре. Израиль должен был вторгнуться в Египет через пустыню Газа. Сопротивление египтян было крайне слабым, и израильтяне легко достигли бы своих целей, если бы американцы и русские, неожиданно и парадоксальным образом объединившись, не стали угрожать Франции, Англии и Израилю вооруженной интервенцией. Отчетливо проявился интерес русских, добившихся таким образом репутации защитников арабского мира; был понятен гнев президента Эйзенхауэра, которого союзники ни о чем не предупредили. Но он не мог игнорировать их подготовку и, ослабляя своих партнеров, сам рисковал потерять все. Он попытался загладить нанесенный ущерб, запустив доктрину Эйзенхауэра, которая предлагала американскую экономическую и военную помощь оказавшимся под угрозой арабским странам. Доктрина Эйзенхауэра должна была стать защитой от коммунистических предприятий на Ближнем Востоке и привела в 1958 году к высадке американских морских пехотинцев в Сирии. Но советская дипломатия была скорее склонна использовать политические подрывные методы, нежели военные действия: для этого она прибегла к вовлеченным в конфликт странам, таким как Египет, что сделало доктрину довольно неэффективной. В результате морские пехотинцы США вернулись домой, а Египет и Сирия, объединившись, образовали Объединенную Арабскую Республику.
Маршалл и Трумэн осуществляют свой план. Французская карикатура. 1950
Президент США Дуайт Эйзенхауэр принимает Никиту Хрущева с супругой в Белом доме. Фото. 17 сентября 1959 года
15. В 1957 и 1958 годах произошли огромные преобразования в области вооружений. Все чаще современные армии вместо бомбардировщиков использовали баллистические ракеты или ракеты с ядерными боеголовками. Практически одновременно русские и американцы разработали ракеты средней дальности полета (РСД). Но в октябре 1957 года Советский Союз неожиданно запустил искусственный спутник. Это достижение доказало, что русские значительно ушли вперед в области создания ракет дальнего действия. СССР объявил, что отныне у них есть межконтинентальная ракета, способная с достаточной точностью достигать определенных точек на Американском континенте. Успешный запуск спутников заставлял в это поверить. Первой реакцией Соединенных Штатов было волнение и раздражение. Волнение из-за того, что они почувствовали себя слабее, раздражение — по отношению к трем службам (военно-воздушных, вооруженных и военно-морских сил), чье соперничество, как считалось, тормозило исследования. Второй реакцией было стремление с бóльшим, чем прежде, рвением приступить к работе. Отсюда в 1958 году — запуск американских спутников, межконтинентальных ракет с дальностью действия более шести тысяч километров, а за несколько дней до Рождества — спутника «Score», оснащенного лучше, чем советские спутники; затем, в 1959 году, — спутника «Пионер», который почти коснулся Луны. Было очевидно, что при таком состоянии вооружения СССР способен нанести огромный урон Соединенным Штатам, хотя ответное наказание могло оказаться не менее ужасающим. Этот взаимный страх сохранялся в течение всей холодной войны и стал единственной гарантией против всеобщего истребления. Прохождение американской подводной лодки под полярной шапкой также внесло свой вклад в укрепление доверия к Соединенным Штатам.
16. Во внутренней политике продолжало ухудшаться положение Республиканской партии, которая своим нахождением у власти была обязана только президенту Эйзенхауэру. На выборах 1958 года значительно увеличилось демократическое большинство как в сенате, так и в палате представителей. Однако свирепствовавший в течение трех лет экономический кризис, стыдливо именовавшийся «рецессией», постепенно шел на убыль. Правящая партия скорее страдала от собственной непоследовательной политики, чем от экономических факторов. Проблема сегрегации в южных школах стала особенно острой, поскольку Верховный суд выступал против дискриминации, а местные губернаторы бросали вызов федеральному правительству. Сельское хозяйство, изменившееся из-за научного прогресса и повышения производительности труда, также было источником обеспокоенности для правительства, пытавшегося сократить урожаи за счет сокращения посевных площадей. С 1958 года две основные партии начали готовиться к президентским выборам 1960 года. Но решающим оставался вопрос отношений с СССР, поднявшим тему Берлина и открывшим в 1958 году новый фронт холодной войны, не забывая при этом о Ближнем Востоке и Африке. Смерть госсекретаря Фостера Даллеса в 1959 году вызвала сильные волнения. Он мужественно работал до самого последнего дня. Его кончина вынудила президента снова лично заняться внешней политикой. За поездкой в СССР вице-президента Никсона последовало триумфальное турне по Европе президента Эйзенхауэра. Хрущев был приглашен в США. Все надеялись, что эти встречи приведут к укреплению Атлантического альянса и мирному урегулированию германского вопроса. Но конференция на высшем уровне, проводившаяся в Париже в 1960 году, была намеренно сорвана Хрущевым, которого привел в ярость полет американского самолета U-2 над территорией России.
Стартовый комплекс ВВС США на мысе Канаверал во время запуска спутника «Explorer-1». 1958
Ричард Никсон (слева) с Никитой Хрущевым на ВДНХ во время визита в Москву. Фото. 1959
17. В 1960 году республиканским кандидатом на пост президента был выдвинут Ричард М. Никсон, демократов представлял сенатор Джон Ф. Кеннеди, который и был избран. В свои сорок три года он был самым молодым президентом в истории США. Его пыл и красноречие произвели огромное впечатление во время инаугурации. Он предложил стране новый социальный рубеж, но часто сталкивался с противодействием конгресса и недоверием крупного бизнеса. В Алабаме и Миссисипи вспыхнули беспорядки, когда президент пытался защитить гражданские права чернокожих и их право на образование. В 1961 году Советский Союз запустил первого человека в космос. К концу 1963 года он стал самой мощной ядерной державой в мире. Вновь возникла угроза холодной войны. На Кубе, где к власти пришел Фидель Кастро, СССР построил пусковые площадки для ядерных ракет. Кеннеди требовал их уничтожения, Хрущев уступил. Но новый опасный очаг возник в Южном Вьетнаме. Соединенные Штаты развязали кампанию против коммунистического партизанского движения Вьетконг, которое поддерживал Северный Вьетнам. Президент пытался вести переговоры с русскими о прекращении ядерных взрывов, но 22 ноября 1963 года он был убит при так и оставшихся загадочными обстоятельствах в Далласе, штат Техас. Его сменил вице-президент Линдон Б. Джонсон, который позднее придал невиданный размах войне во Вьетнаме и отправил в Юго-Восточную Азию более пятисот тысяч американцев.
Самолет Navy Douglas A-1J Skyraider сбрасывает бомбы на Вьетнам. Фото. 1965
Морские пехотинцы во Вьетнаме. Фото. 1969
Президент Джон Фицджеральд Кеннеди. Фото. 1961