Хелена пребывала в полном восторге от своего первого полета на вертолете. Она приникла к стеклу иллюминатора и весело щебетала, указывала на все, не заботясь о том, что родители недостаточно хорошо ее слышат, чтобы ответить.

Полли и Александрос лишь улыбались дочке и кивали.

А когда их глаза встретились, улыбки на мгновение стали интимными и теплыми.

Они приземлились на вертолетной площадке на крыше Кристалакиса, Александрос передал Хелену телохранителю, а сам лично помог Полли выйти, прикрыв ее хрупкую фигурку своим телом, чтобы защитить от ветра, создаваемого замедляющими вращение лопастями несущего винта.

Квартира в пентхаусе, куда он их привел, оказалась совсем не такой, как ожидала Полли. Теплые тона придавали комнатам, отделанным по последнему слову техники и дизайна, уютную атмосферу, а в главной гостиной стоял сундук с игрушками для Хелены, и к ней примыкала идеальная спальня принцессы.

- Как давно твоя семья снимает этот пентхаус? - спросила Полли, удивленно оглядываясь по сторонам.

Хелена подбежала к симпатичному белому книжному шкафу, заполненному ее любимыми книгами, и вытащила совершенно новые экземпляры тех изрядно потрепанных и зачитанных до дыр книжек, которые они с Полли читали на вилле.

- Смотри, мама! Все мои лучшие книжки!

- Я вижу, милая.

Хелена оказалась в своей стихии, а Полли была просто ошеломлена. Нет никаких сомнений в том, что Александрос приложил все силы, чтобы его дочери было удобно.

Полли повернулась и уставилась на мужа.

- Как долго? - снова спросила она.

Он пожал плечами:

- Почти с рождения Хелены.

- Но ты никогда ничего не говорил.

- Я ждал, когда ты попросишься приехать посмотреть.

- Почему, ради всего святого? - спросила она. - Откуда мне было знать, что ты хочешь, чтобы мы были здесь?

- Извини, я не понимал, что тебе так плохо.

Полли вздохнула.

- А я как-то ушла в себя и отгородилась от тебя. Но это все в прошлом. Сейчас мы здесь и нам все очень нравится. - Она лучезарно улыбнулась. - Квартира просто замечательная.

- Я всегда вспоминаю тебя, когда нахожусь здесь, - признался Александрос.

Подобное признание должно быть вознаграждено. Полли поцеловала мужа в щеку.

- Хочешь сказать, что грезил обо мне одинокими ночами, когда оставался в Афинах?

- А о ком, скажи на милость, мне еще мечтать?

- О бизнесе, например, - невозмутимо ответила Полли.

- Без тебя и Хелены я и так работал в офисе допоздна, - заметил он таким тоном, словно совершал тяжкий грех.

Полли лишь улыбнулась и взяла его за руку. Они прошли в небольшой салон для отдыха.

- Я ничего другого от такого трудоголика и не ожидала. Вот почему твоя семья так хорошо относится к тебе.

- Для меня главное - как ты ко мне относишься, любовь моя. Ну и наша дочь, конечно. И будущий малыш. - Он положил руку ей на живот.

Ребенок лягнулся, и Полли ухмыльнулась. Он знает прикосновения своего папочки.

Они вместе устроились на диване, Александрос притянул ее ближе к себе. Никто из них не произнес ни слова. Она наслаждалась настоящим, радуясь тому, что они с дочкой здесь желанные гости.

- О чем думаешь? - наконец спросила она после продолжительного молчания.

- Я наслаждаюсь твоим присутствием здесь, в моих объятиях, и тем, как наша дочь рассказывает себе истории в своей спальне. Я много раз мечтал именно о таком моменте.

Полли не стала напоминать, что он должен был пригласить ее, если бы хотел. Вместо этого она спросила мягким поддразнивающим тоном:

- Итак, что мы узнали о жизненно важном общении между мужем и женой?

- Что это жизненно важно. - В голосе ее мужа не было юмора, только убежденность.

- Согласна. Есть ли еще что-нибудь, чего бы ты хотел, но не сказал мне? - решила она спросить, хотя и не очень надеялась на положительный ответ.

Магнаты-миллиардеры не стеснялись говорить о своих желаниях.

- Я хочу снова встречаться.

- Что? - Полли отстранилась, чтобы видеть лицо мужа. - Что ты имеешь в виду? Мы выходим вместе.

- На благотворительные балы для сбора средств и на светские рауты, необходимые для моего бизнеса.

- Ну да, но такова наша светская жизнь.

- Я хочу большего.

Ей было действительно трудно в это поверить.

- У твоих сестер бывают свидания со своими мужьями. Я слышал, как они говорили об этом, когда приходили к нам в гости.

- Так и есть. Но у них нет графиков, насыщенных мероприятиями, как у нас, - печально признала Полли. - На самом деле они мне даже завидуют, а зря.

- Но все эти концерты и светские вечеринки - не лучший способ разжечь романтические отношения.

- А вполне могли бы быть.

- Что ты имеешь в виду?

- Дело не в том, куда мы идем и зачем, главное - будем ли мы вместе или просто посетим одно и то же мероприятие.

- Конечно, мы вместе.

- Правда? - спросила она, думая о том, как мало времени они на самом деле проводили в обществе друг друга на большинстве светских мероприятий, которые посещали.

Он посмотрел на нее сверху вниз и задумался. Она это оценила.

- Пожалуйста, объясни.

- На свидании ты сосредоточен на мне. Мое внимание сосредоточено на тебе. Место проведения, развлечения, другие люди вокруг нас, они второстепенны, верно?

- Согласен.

- Итак, гала-концерт может быть свиданием, но лишь в том случае, если мы будем видеть только друг друга. Однако, мы с тобой оба в конечном итоге общаемся с разными людьми. Ты со своими деловыми партнерами.

- А ты налаживаешь связи для своей благотворительной деятельности.

- Не только. Порой я встречаюсь с друзьями. На этих раутах каждый из нас, увы, занят своим делом.

- Вот это меня и беспокоит, - произнес он.

- Что конкретно? Неужели ты ждешь, что я буду молча стоять рядом, пока ты обсуждаешь деловые и политические вопросы, связанные с твоим бизнесом? - спросила Полли с оттенком насмешки.

Но его серьезный кивок ошеломил ее.

- Да.

- Верная Пенелопа - это не моя роль, - сообщила она ему.

- Как я понял, дело не в верности, просто ты не видишь себя спутницей моей жизни.

- Я не такая. - Что за странные вещи он говорит.

- Моя мать была такой для моего отца.

- Но сейчас у нее так много благотворительных проектов. Ты хочешь сказать, что она ими не занималась, пока был жив твой отец?

- Занималась, но она все равно проводила большую часть времени рядом с ним.

- Я не знаю, как ей это удавалось, но я не она.

- Знаю и не ожидаю от тебя быть копией моей матери.

- Ты уверен? - Полли иногда казалось, что он именно этого и хочет.

- Позволь мне перефразировать это, - ответил он, соблазнительно ей улыбнувшись. - Я пришел к выводу, что, если бы ты была такой, как моя мать, я был бы заинтересован в браке с тобой не больше, чем с женщинами, которых она мне предлагала с тех пор, как я стал взрослым.

Полли усмехнулась:

- Сексуальную химию тоже нельзя сбрасывать со счетов.

- Наши отношения - это не просто секс. - Его темный пристальный взгляд впился в нее.

- Конечно нет. У нас есть общая дочь и сын на подходе. У нас есть семья.

- Это никогда не было просто сексом. - В его голосе звучала настоящая обида.

- Я разве сказала, что это так? - Полли удивилась, почему он так реагирует.

- Ты сказала, что я женился на тебе из-за сексуальной химии.

- А разве не так? Я имела в виду, что, если бы не наш взрывной секс, не думаю, что ты бы предпринял такие усилия, учитывая наши разногласия и твой напряженный график.

Он открыл было рот, чтобы возразить, но вдруг сказал:

- Это может быть правдой, но я сделал предложение, потому что был влюблен в тебя.

В то время она тоже так думала, но Полли уже давно поняла: то, что она считала любовью, было смесью искренней симпатии и сексуальной совместимости.

- Я почти уверена, что если бы ты любил меня, то пересмотрел бы свой рабочий график, не ночевал бы в Афинах, защитил бы меня от нападок своей матери и сестры. - Она поднялась с дивана и отошла к окну. - Я приучила себя к мысли, что просто очень тебе нравлюсь и сексуально привлекательна для тебя больше, чем любая другая женщина.

- Я слышу приближающееся но.

- Но я думаю, что то, что ты называешь любовью, я могла бы назвать привязанностью.

- И эти эмоции для тебя не одно и то же?

- Нет, - ответила Полли.

- В чем отличие?

- Когда любишь кого-то, учитываешь его потребности, его желания, делаешь так, как удобно ему. Хочешь защитить его и сделать его жизнь лучше.

- А я, значит, по-твоему, так себя не веду? - Александрос нахмурился.

- До той поры, пока тебе это не доставляет неудобств, может быть.

- А если я испытываю неудобства, ты думаешь, что твои потребности и желания, твой комфорт становятся второстепенными для меня? - продолжил допрос Александрос.

- До самого недавнего времени так и было, то же самое в отношении твоей матери и сестры.

- А если я скажу, что люблю тебя?

- На самом деле ты не очень часто произносил эти слова.

- Но я постоянно обращаюсь к тебе «любовь моя».

- Это просто фигура речи, и она не обязательно означает, что ты любишь меня. Это больше похоже на обращение «дорогая».

- В некоторых случаях - да, но не в нашем. Не тогда, когда я говорю это тебе, - возразил он.

Полли пожала плечами, не желая спорить о нюансах греческой семантики. По ее мнению, дело было не в словах, а в поступках. До недавнего времени они были далеки от романтических. Что означает его нынешнее поведение? Чувство вины? Конкуренция с братом? Соревнование с самим собой? Александрос всегда был на высоте во всем, что бы ни делал.

- Но ты мне не веришь, - подытожил он.

Подавив еще один вздох, Полли посмотрела на мужа:

- Нам в самом деле нужно обсуждать это сейчас? В данный момент я действительно наслаждаюсь нашим новым взаимопониманием и не хочу, чтобы оно было испорчено ссорой.

- Потому что ты знаешь, что меня расстроит, если ты признаешь, что не веришь мне, когда я говорю, что люблю тебя?

- Потому что ты не любишь ошибаться. Точка. Если мы продолжим обсуждение, ты почувствуешь необходимость убедить меня в своей правоте.

- И ты думаешь, что я не смогу? - спросил он.

Полли только пожала плечами.

- Ответь мне, - настаивал он.

- Не сможешь. Потому что дело не в словах, а в пяти годах нашего брака и твоих действиях, а их нельзя забыть или вычеркнуть из нашей жизни.

- Разве мы оба не поняли, что неправильно истолковали свои действия по поводу нашего пребывания в этой квартире? Один не подумал пригласить, другая не подумала приехать без приглашения.

- Скажи, если бы ты хотел получить уступку в сделке, ты бы прямо сказал об этом партнеру или ждал бы, когда он сам об этом узнает? - спросила она, начиная раздражаться из-за его нежелания закончить этот разговор.

- Мой брак - не коммерческая сделка, - повысил голос Александрос. - И ты абсолютно не права, Полли, в отношении моих чувств к тебе.

Александрос стремительно приблизился к жене и, обняв ее, жадно прижался губами к ее соблазнительному рту. И Полли, как всегда, не могла устоять перед таким натиском и немедленно ответила на поцелуй. В ее груди разгорался пожар страсти.

Она его хочет. Она всегда его хочет.

- Папа, ты очень часто целуешь мамочку, - раздался веселый голосок Хелены.

Полли напряглась в объятиях мужа и хотела отстраниться.

- Дай мне еще секунду, - прошептал он ей на ухо.

Полли замерла и глубоко вдохнула, чтобы унять бушующую внутри страсть. Александрос с шумом выдохнул и отпустил супругу.

Полли обернулась к дочке:

- Ты закончила читать свои книжки, милая?

Хотя Хелена еще не умела читать, а просто знала любимые истории наизусть и сама себе их рассказывала.

- Я проголодалась.

- В таком случае пора перекусить, - сказал Александрос. - Приготовишь еду или заказать? - обратился он к жене.

- Если есть продукты, я бы лучше приготовила, - ответила Полли.

Она обожала готовить, и ей было приятно, что муж не заказал еду, как обычно делал, а спросил ее.

- Я просил заполнить холодильник.

- Отлично.

Полли принялась готовить обед на скорую руку, предварительно сделав Хелене небольшой перекус, чтобы девочка не капризничала в ожидании основной еды.

* * *

Следующая неделя стала во многих отношениях идеальной. Хелене нравилось жить в пентхаусе, и она совсем не скучала по вилле. Полли тоже чувствовала себя прекрасно, гуляла с Хеленой в парке и не перегружала себя работой.

Полли каждый день уделяла время поискам нового жилья. На третий день пребывания в городе она вдруг поняла, что скучает по вилле. За три года она все-таки к ней привыкла и даже завела там друзей.

Она затронула эту тему во время их романтического ужина в модном ресторане.

- Мы же это уже обсудили, - заметил Александрос. - Никто не заставляет тебя ее продавать. - Александрос внимательно посмотрел на жену и добавил: - Я понимаю твои смешанные чувства. Ты прожила там более трех лет и привязалась к людям и к местности. Глубокие эмоции - часть твоей натуры.

- Ты говоришь так, словно это достоинство, - заметила Полли. Вот только она помнила, что он не раз высмеивал эту черту ее характера.

- Я подозреваю, что именно твоя способность глубоко чувствовать спасла наш брак, не дав ему развалиться через полгода.

От такого неожиданного признания у Полли ком к горлу подступил.

- Спасибо, что ты не сдалась.

Полли тряхнула головой и смахнула скатившуюся по щеке слезинку. У них, в конце концов, свидание. Пора сменить тему.

- В брачном контракте ничего не было о вилле, - продолжила Полли о волновавшем ее вопросе.

- В него не записывают подарки, - терпеливо пояснил он.

- Когда я впервые подписала его, я так не думала, - призналась она. Полли жила в сказочном мире любви с первого взгляда, где была его вечной второй половинкой. - Но позже, после того, как между нами все изменилось и я поняла, какое место занимаю в твоем списке приоритетов, контракт показался мне довольно жестким соглашением, регулирующим возможное расторжение нашего брака.

Александрос поморщился, когда она упомянула его список приоритетов, но только сказал:

- Контракт для того и нужен, но я не рассматривал развод ни как возможный, ни как неизбежный. - В его тоне звучала убежденность, которую она не могла не заметить.

Его честность заслуживала и ее откровенности.

- Твои сестра и мать были осведомлены о мелких деталях контракта и использовали их, чтобы шпынять меня всякий раз, когда подворачивалась возможность. Они хотели, чтобы я поняла, что ты не считаешь меня достойной частью твоей жизни.

Ярость вспыхнула в его темном взгляде, но быстро сменилась искренностью.

- Это ложь. Я женился на тебе и считаю брак обязательством на всю жизнь.

- Эта дискуссия не для романтического свидания, - уныло сказала Полли.

- Я полагаю, что свидания в браке немного отличаются от добрачных, но все еще надеюсь, что мне повезет позже, - поддразнил он, явно пытаясь разрядить атмосферу.

Полли ухмыльнулась в ответ.

- Думаю, это можно устроить… Но опять же, я могу заставить тебя и подождать.

Его гортанный смех прозвучал тепло и сексуально.

* * *

Когда они вышли из ресторана, Александрос снова удивил Полли. Он привез ее в шикарный отель.

- Что мы здесь делаем? - спросила она, когда он помог ей выйти из машины.

- Как бы сильно мы оба ни любили нашу дочь, я подумал, что могли бы провести ночь вдвоем. - Александрос взял Полли за руку и повел ее внутрь.

- Я забронировал для нас люкс на верхнем этаже.

- Хелена будет спать к тому времени, как мы вернемся в пентхаус, - заметила Полли.

- Да, но, если она проснется ночью, Хироу будет рядом. - Он широко улыбнулся Полли: - Пока я буду рядом с тобой.

- О, ты думаешь, я могу проснуться посреди ночи?

- Будем ли мы вообще спать, вопрос спорный, - шутливо заметил он.

Дрожь предвкушения пронзила Полли.

- Мне нравится твой тон.

- Какой? - невинно спросил он, вызывая лифт.

- Тот, который говорит «я хочу тебя», - ответила она.

Они зашли в лифт и поехали наверх, медленно и нежно целуя друг друга.