Лиза наблюдала, как ее мать оценивающе смотрит на Фаусто, и у нее сжалось сердце. Губы Фаусто дрогнули, но она не могла понять, забавляет ли его или раздражает такое неприкрытое любопытство с ее стороны.

Несколько бокалов глинтвейна и горячие закуски не пошли на пользу наряду матери, как заметила Лиза. Казалось, если она вздохнет, платье лопнет на ней. Девушка перевела взгляд на Фаусто, который нахмурился, и заподозрила, что он думает о том же, что и она.

- Я видела здесь стольких интересных людей, - объявила Ивонна с раскрасневшимся лицом. - Так много знаменитостей. И люди с титулами - настоящими титулами! Лорды и леди такие-то. - Ивонна говорила с восторженным придыханием. - Лиза, ты видела Фаррингдонов? Глава семьи - бывший футболист, и у них огромный дом в Йоркшире. Я читала об этом в газетах несколько недель назад.

- Боюсь, что не видела, - пробормотала Лиза.

Ей хотелось найти предлог и увести мать подальше от Фаусто или хотя бы заставить ее перестать говорить о других гостях и пялиться на них. Неужели голос ее матери всегда был таким пронзительным? Он казался сейчас невероятно громким, и в то же время Лизе было стыдно, что ее это задевало. Но все находящиеся в радиусе двадцати футов от них могли прекрасно слышать, что говорит ее мать.

И, судя по их насмешливым или неодобрительным взглядам, они действительно слышали, о чем она говорит, и осуждали ее. Как и Фаусто.

Как и она сама.

- Должна сказать, - продолжала ее мать, не обращая внимания на взгляды окружающих, - думаю, у Дженны и Чеза все сложится.

- Мама…

Меньше всего Лизе хотелось, чтобы мать заговорила о возможном браке ее сестры. Ей было страшно даже подумать, как отреагирует на это Фаусто. Она со значением посмотрела на мать, но та лишь улыбнулась.

- Они неразлучны уже два месяца, правда? И не говорите об этом никому, но я застала Дженну за чтением журнала для невест.

- Мама!

Лиза покачала головой. Она была уверена, что Дженна не делала ничего подобного. Но даже если и делала, она бы не захотела, чтобы об этом объявляли во всеуслышание.

- Ей, наверное, понравится приводить в порядок этот дом? Должна признать, что он немного обветшалый. Столько очень старой мебели.

- Это называется антиквариатом, - сказал Фаусто.

- Ах да, антиквариат. Все это очень мило, но все любят что-нибудь более современное и удобное. Будь у меня такие деньги, как у Чеза, я все бы здесь переделала.

- А где папа? - выпалила Лиза.

Отец мог бы заставить замолчать ее мать. Она знала, что мама говорит все это с лучшими намерениями, к тому же она, наверное, немного захмелела, но то, что она ведет такой разговор при Фаусто, который слушает ее с явным презрением, было слишком унизительно.

- Он танцует с Марией, - сказала Ивонна. - Ему удалось заставить ее танцевать, хотя у нее сейчас лицо кислое, как лимон.

И почему она не может так радоваться жизни, как Линдси?

Они все повернулись и посмотрели на Линдси, которая подняла руки над головой, покачиваясь в такт музыке, отчего шампанское выплеснулось из ее фужера на стоявших рядом гостей.

- Ваша дочь, похоже, веселится от души, - заметил Фаусто.

- Линдси умеет хорошо провести время.

- В самом деле.

Лиза больше не могла этого выносить. Ей было стыдно за свою семью, но она ненавидела себя за это.

- Я пойду подышу свежим воздухом, - сказала она.

Но ей было даже страшно представить, что наговорит мать Фаусто, когда останется с ним наедине.

Она пробралась сквозь толпу гостей к дверям и вышла в коридор. Не желая, чтобы кто-нибудь решил, что она рыщет по дому, она прошла в единственно знакомую ей комнату - кабинет.

Там было темно, а шахматная доска все еще лежала на столике рядом с погасшим камином. В комнате царила благословенная тишина, но Лиза не могла расслабиться. Все в этой комнате напоминало ей о поцелуях Фаусто.

Она отошла от столика и подошла к стеклянным дверям, выходящим в сад. А потом открыла двери и шагнула в темноту.

Пар шел у нее изо рта, когда она стояла на террасе, подняв глаза к небу и глядя на старую луну.

Издалека доносились звуки оркестра и смех гостей, и она почувствовала, как слезы стыда наворачиваются ей на глаза. Но что ее так задело? Поведение Линдси? Болтовня матери? Или то, что Фаусто был там и смотрел на них свысока, словно они были недостойны его.

Так почему она плакала? Может быть, из-за того, что стыдилась своей семьи?

Во всем был виноват Фаусто.

- Лиза.

Она вздрогнула и обернулась, услышав его голос. Темная фигура в смокинге шагнула к ней из кабинета.

- Что вы здесь делаете?

Его голос слегка дрогнул.

- Разговариваю с вами.

- Как вы нашли меня?

- Я шел за вами.

Она пожала плечами и повернулась к нему спиной.

- Я пришла сюда, чтобы побыть одной.

- Вы дрожите.

Он шагнул к ней и накинул ей на плечи свой пиджак.

- Вам незачем было делать это.

- Но вы явно замерзли.

Лиза покачала головой и закрыла глаза, чтобы не видеть его.

- Так зачем вы сюда пришли, Фаусто?

На этот вопрос у него не было ответа. Почему он пошел за ней? Это было так не похоже на него. Но с первой встречи с Лизой Бентон он утратил способность мыслить здраво. Эта женщина так влияла на него.

- Я хотел поговорить с вами.

- О чем? О моей нелепой матери? Или, еще хуже, о моей сестре? Или о том, что вы считаете Дженну охотницей за деньгами? Я видела все это в ваших глазах. Может быть, и меня вы считаете тоже охотницей за деньгами? - Она всхлипнула и передернула плечами. - Это не важно. Я не хочу разговаривать с вами.

- Я не сказал ни одного плохого слова о вашей семье.

- Вам и не нужно было говорить. Я видела, как свысока вы смотрели на них. Вы считаете всех нас ниже себя.

Фаусто сжал пальцы в кулаки. Он пришел сюда не для того, чтобы обсуждать наименее приятных членов ее семьи.

- Я признаю, что поведение некоторых ваших родственников… несколько странно. Но это никак не влияет на мои чувства к вам.

- Правда? И что это за чувства?

Он не мог дать на это ответа. Когда они танцевали, он понял, что влюблен в нее - против своей воли. Но отношения между ними невозможны. Он не мог жениться на ней, а легкая интрижка казалась ему оскорбительной и по отношению к ней, и по отношению к себе самому.

- Ну же? - Она горько рассмеялась. - Почему я не удивляюсь тому, что у вас нет ответа на этот вопрос? Потому что вам невыносимо трудно признать, что я могу нравиться вам или что вы находите меня интересной!

- Я…

- С первого момента, как вы увидели меня, вы стараетесь убедить себя, что не испытываете никаких чувств ко мне, даже простого физического влечения. Ну, я вас обрадую, Фаусто Данти, - я тоже не испытываю к вам никаких чувств!

Она скинула с плеч его пиджак и бросила ему.

Он швырнул пиджак на пол, схватил ее за руки и притянул к себе.

- Не нужно, - сказала она с отчаянием в голосе, и он увидел, что ее карие глаза утопают в слезах.

- Вы правда не хотите этого? - тихо спросил он, и со вздохом поражения она встала на цыпочки и коснулась губами его губ.

Ему показалось, что по нему прокатился электрический разряд. Он обнял ее и прижал к себе. Ее губы полуоткрылись, и он страстно ответил на ее поцелуй.

Им казалось, что звезды вспыхнули ярче, и вся вселенная наполнилась блеском, которого до этого мгновения они не замечали. Один простой поцелуй - и его мозг перестал работать, а тело ожило.

И тут Лиза с испуганным возгласом отпрянула от него и прижала руку к губам, словно он причинил ей боль.

- Не смейте! - воскликнула она с яростью. - Никогда… никогда больше не целуйте меня!

- Лиза…

Но было уже поздно. Она поспешно направилась в дом.

Фаусто остался стоять на холоде, пытаясь унять биение своего сердца. Что только что произошло?

Он поцеловал Лизу Бентон, а она отвергла его! Он медленно, с недоверием покачал головой. Конечно, он знал, что ему не следовало целовать ее.

Но, черт возьми, он никак не мог выкинуть эту женщину из головы!

Хотя ему явно нужно было сделать это. Снова покачав головой, он вернулся в дом и направился в бальный зал. Но он решил, что с него достаточно.

Он разыскал Чеза, который стоял у буфета.

- Данти! Где ты был? - спросил Чез, как всегда находящийся в превосходном расположении духа.

- Так, выходил подышать. Но я хотел попрощаться.

- Что? Нет, старина, ты не можешь этого сделать. Еще нет и одиннадцати часов.

Фаусто пожал плечами:

- Я устал.

Чез обнял его за плечи.

- Но скажи мне, что ты думаешь о Дженне? Я серьезно. Ты же знаешь, как я ценю твое мнение.

- У меня есть основания сомневаться на ее счет, - коротко сказал Фаусто.

- Ты шутишь?

- Нет. Меня очень смущает ее семья. Как и тебя наверняка.

- Мне нет дела до ее семьи…

- И меня смущает она. - Фаусто уже однажды попал в похожую ситуацию, и ему не хотелось, чтобы его друг совершил такую же ошибку. - Ты уверен, что она отвечает тебе взаимностью? Потому что, глядя на нее, я не увидел в ее глазах такого же… энтузиазма.

- Ты правда так думаешь?

Чез выглядел так, словно получил незаслуженную оплеуху. И Фаусто почувствовал раскаяние. Но это было правдой, уговаривал он себя. По виду Дженны Бентон он не мог сказать, что она без памяти влюблена в Чеза. И множество деталей утверждало его в этом мнении.

- Я думаю, - медленно сказал он, - что тебе следует хорошенько поразмыслить, прежде чем связаться с такой женщиной, как Дженна Бентон. Ей, возможно, нравится, что ты ухаживаешь за ней, что ты явно влюблен в нее, кроме того, ты так много можешь дать ей… Но любит ли она тебя, Чеза Бингема, а не то, что ты можешь ей предложить?

Чез удрученно смотрел на него.

- Я… - медленно начал он. - Я об этом не задумывался.

- Так задумайся, - сказал Фаусто и ударил его по плечу.

Он направился к двери, размышляя о том, оказал ли он сейчас другу огромную услугу или, наоборот, совершил страшную ошибку.