Руки сжались на коленях. Розали заставила себя посмотреть на человека, который только что сделал ей предложение. Он ждал ответа.

- Итак, - ровным голосом произнес Александрос Лакарис, - что скажешь?

Она не могла ему ответить. Пока. Слишком много нужно было осмыслить.

Александрос понял это без слов, откинулся на спинку кресла и налил себе еще кофе.

- Понимаю, это неожиданно. Для нас обоих. - В его голосе появилась мягкость, а глаза чуть затуманились.

Розали поймала себя на мысли, что ей, несмотря на смятение, хочется смотреть в эти глаза. Сбросить в них все свои бурные эмоции и обрести покой. Как заманчиво…

Ксандрос продолжал, расправив плечи:

- Предлагаю вот что. Не спеши возвращаться в Лондон. Останься в Афинах хотя бы на ночь, я сниму тебе номер в отеле. Ты сможешь обдумать мое предложение. Так будет правильно. - Ксандрос встал и протянул ей руку: - Пойдем прогуляемся. Морской воздух пойдет нам обоим на пользу. Это были напряженные два дня, а для тебя - так эмоциональные американские горки!

Розали подала ему руку и последовала за ним. Александрос оплатил счет одним прикосновением золотой банковской карты, они покинули ресторан и вышли на набережную.

Неспешно прогуливаясь по променаду, Розали чувствовала тепло его руки, подставляла лицо солнечным лучам. Все в этом месте благословляло ее на отдых от серой, безрадостной жизни.

Александрос указал на острова, видневшиеся в море, и рассказал, что этот залив был ареной знаменитой битвы при Саламине против персидских захватчиков.

Розали слушала, радуясь возможности переключиться от своих тягостных мыслей, обнаружив, что ей интересен рассказ. Она так мало знала о Греции, древней и современной…

«Но это мое наследие так же, как и английское! Наследие, в котором мне было отказано. И даже если об отце можно сожалеть и стыдиться, это не значит, что я должна отвергать свою греческую кровь!»

Ее взгляд переместился с морской глади на мужчину рядом. Они прогуливались по набережной, наслаждаясь солнцем и свежим бризом, так, словно были парой…

Но его предложение абсурдно, разве нет?

Мысли Розали были в полном беспорядке, одно было ясно: ей легко и приятно идти рука об руку с этим высоким, привлекательным мужчиной, без труда подстраиваясь под его широкий шаг.

Ксандрос привел ее на пристань.

- У тебя есть яхта? - спросила Розали, глядя на лодки, покачивающиеся на воде.

Он покачал головой:

- Лодка. Держу ее на якоре на Каллистрисе.

- Где?

- На моем острове.

Розали остановилась:

- У тебя есть остров? Целый собственный остров?

- Очень маленький остров, но для меня это лучшее место на земле, - проговорил он с чувством.

Розали заметила, как изменилось выражение его лица.

- Расскажи о нем, - попросила она.

Они продолжали прогулку, идя по самому краю причала, слушая, как волны плещутся о корпуса пришвартованных яхт.

- До острова можно добраться на вертолете, и я летаю туда всякий раз, когда могу. - Его голос заметно потеплел, вероятно, он был очень привязан к этому месту. - Население острова невелико, в основном это… козы! Я живу в старом рыбацком доме, переоборудованном под виллу. В глубине острова - небольшая усадьба, где живут Панос и Мария, они присматривают за моим домом. Там очень спокойно.

- Звучит заманчиво, - задумчиво сказала Розали.

Целый остров в твоем полном распоряжении, в лазурном море, под золотым солнцем… Параллельная вселенная вдали от убогих закоулков Ист-Энда.

- Итак, чем бы ты хотела заняться сейчас? - спросил ее Александрос Лакарис, когда они подошли к дальней стороне причала. - Может, прокатимся по окрестностям, а потом обратно в Афины?

Розали кивнула.

Было легче позволить принимать решения ему и плыть по течению.

Может быть, разумно провести здесь еще одну ночь. Чтобы подумать о предложении.

Действительно ли это так абсурдно? Альтернатива мрачна, а Лакарис предлагает ей продлить каникулы на несколько месяцев! Целых полгода роскошной жизни! А потом она вернется в Англию с бракоразводным соглашением, которое он ей обещал после того, как добьется желаемого слияния.

Розали захватили фантазии о том, как она может устроить свою жизнь после возвращения из Греции.

«Я могу уехать из Лондона! Переехать в пригород или в какой-нибудь красивый городок! Или даже на море! Обеспечить себе совершенно новую жизнь! Жизнь по собственному выбору!»

Все эти образы были невероятно соблазнительны…

Они подошли к машине, и Александрос открыл пассажирскую дверь. Он вдруг остановился и нахмурился:

- А где твой багаж? Одежда, которую ты купила?

Лицо Розали ожесточилось.

- Я ее оставила в особняке отца. Завтра снова придется надевать этот наряд… Я пришлю ему письмо из Лондона.

Лакарис сказал что-то по-гречески. Похоже, выругался.

- Придется просить Ставроса, чтобы он велел отвезти твой багаж в отель, - сказал он, и его лицо помрачнело.

- Я не хочу просить…

- Хочешь, чтобы он оставил одежду себе? Ведь это я заплатил за нее! Я собирался предъявить Ставросу счет, но не в этих обстоятельствах…

- Я не могу принять от тебя эти вещи! Как ты мог подумать?

- Если принимаешь мое предложение, то, конечно, можешь, - возразил Ксандрос. - На самом деле тебе понадобится гораздо больше. - Он взглянул на нее, и в глазах появился блеск.

Он мысленно делал с ней то, чего не должен был. - Как моя жена, - сказал он, - ты должна быть хорошо одета…

Розали вздохнула, представив великолепные бутики.

- Это должно меня убедить?

- Как правило, я добиваюсь желаемого.

Она покачала головой:

- Я не должна этого допустить… - Розали перевела дыхание: - Мистер Лакарис, если…

Он прервал ее, нахмурившись:

- Я думаю, мы уже вышли за рамки формального общения. - Он усмехнулся. - Зови меня Ксандрос.

- Как бы тебя ни называла, я не должна позволять тебе покупать мне вещи. Дорогую одежду. Оплачивать гостиничные номера. Обед, если уж на то пошло…

Он нахмурился:

- Ты не беспокоилась о расходах, когда думала, что платит твой отец.

- Это другое дело. Но ты…

- Твой будущий муж, - продолжил за нее Александрос. - И ты станешь моей женой, - сказал он так, словно все было решено. - Женой, которая поможет мне заработать благодаря слиянию! Ты же понимаешь это?

- Наверное, - смущенно проговорила Розали.

- Хорошо, - решительно ответил Лакарис, - а теперь…

Он переключил передачу, и мощная машина рванула вперед, прежде чем набрать крейсерскую скорость по шоссе.

- Давай на время забудем о делах. Скажи, как ты смотришь на то, чтобы поехать на мыс Сунион? Там древний храм и впечатляющие пейзажи.

Позволь показать тебе страну. Если гардероб от-кутюр не соблазняет тебя выйти за меня замуж, может, это сделает Греция?!

Александрос улыбнулся, и сердце Розали забилось чаще. Ее взгляд сфокусировался на его идеальном профиле, ровном носе и мужественном подбородке. Между бровей Ксандроса появилась легкая морщинка сосредоточенности, пока он обгонял грузовик. Она окинула взглядом его широкие плечи, высокую, стройную фигуру - Лакарис был безупречен с головы до ног, - и не могла оторвать взгляда.

Она была не в силах остановить язвительные слова отца, застрявшие у нее в голове: «Все женщины Афин будут завидовать тебе!»

Как бы это ни было обидно, как она могла отрицать правду насмешки, брошенной отцом? Ее горящее сознание подсказывало, что искушение есть, и немалое.

Розали отвела глаза и постаралась отогнать непрошеные мысли. Если они поженятся на тех условиях, что он предлагает, этот фактор не будет иметь значения.

В ее голове снова всплыло данное себе обещание: «Ты больше никогда не будешь жить в бедности».

Искушение захлестнуло ее волной. Она может выйти замуж за этого красивого мужчину, пользоваться его богатством, начать наслаждаться жизнью, которая была бы ее по праву - если бы отец не был столь бессердечным.

«Я могу это сделать, действительно могу».

Но согласится ли она? На этот вопрос у Розали пока не было ответа, и это тяготило ее.

* * *

Ксандрос сидел в ресторане на террасе отеля, ожидая Розали. Он был рад, что девушка приняла приглашение поужинать, рад, что позволила ему забронировать номер в этом отеле, и рад, что она не настояла на отъезде в аэропорт, чтобы улететь в Лондон.

Похоже, она все еще раздумывает над его предложением, а это значит - у него есть шанс получить положительный ответ.

Чем больше Ксандрос размышлял о своем «проекте», тем более привлекательным он казался. Придуманная им схема была безупречной. Он еще раз прокрутил в голове причины своей заинтересованности в ее согласии и сделал глоток коктейля.

Разумеется, на первом месте были финансовые причины. Впрочем, были и личные… которые в это мгновение заслонили все иные соображения и заставили сердце биться сильнее. Он увидел Розали, застывшую в нерешительности у дверей ресторана.

Ксандрос не сводил с нее глаз, пока она шла к столику в сопровождении метрдотеля.

После звонка в особняк Кустакиса два новых чемодана с дизайнерской одеждой были доставлены в отель. Ксандрос был рад, что позаботился об этом, - теперь у Розали было из чего выбрать, и справилась она с этим превосходно. Платье-футляр в классическом стиле безупречно облегало ее высокую, стройную фигуру; наряд дополняли жакет, расшитый серебряными нитями, длинное колье и браслеты из серебра. Волосы, уложенные в высокую прическу, подчеркивали красоту шеи и плеч его очаровательной спутницы, а туфли на высоких каблуках придавали ее походке удивительную плавность.

Розали была прекрасна!

Подумать только, эта элегантная женщина была вынуждена зарабатывать на жизнь мытьем грязных полов! Ксандрос поймал себя на мысли, что готов сделать все, чтобы ей не пришлось возвращаться к прежней жизни. Он убедит ее принять предложение, чего бы ему это ни стоило. Розали заслуживает лучшего.

И он тоже.

Ксандрос ощутил приятное волнение, когда Розали подошла к нему. Эта красавица, которую он знал всего четыре дня, покорила его. Пусть и не с первого взгляда…

Он поднялся из-за стола и тепло поприветствовал ее. Глаза Розали радостно блестели - он видел, что она оценила произведенное ею впечатление.

Ксандрос понимал, что она неравнодушна к нему. Даже в Лондоне, когда они были едва знакомы, он то и дело чувствовал на себе ее изучающий взгляд, видел огонек интереса в глазах, хотя Розали старалась скрыть это. Теперь, когда между ними не осталось тайн, они могли дать полную волю чувственному восприятию друг друга и стать ближе.

- Ты выглядишь потрясающе!

Он пожал Розали руку, а затем, подчиняясь инстинкту, обхватил за тонкую талию, притянул к себе и коснулся губами ее губ…

Легчайший из поцелуев, продлившийся мгновение, - таким поцелуем мужчины приветствуют знакомых женщин на публике, - но как сладок он был!… Ксандросу пришлось призвать все свое самообладание, чтобы оторваться от губ, не впиться в них страстным поцелуем, улыбнуться, отпустить ее руку и усадить за стол. Он видел, как вспыхнуло лицо Розали, она была не просто смущена и взволнована, ее реакция указывала на то, что она, как и он, испытывает чувственное возбуждение.

Желание пронзило его. И абсолютная уверенность в том, что авантюрная затея, которую он рассчитывал провернуть, - лишь бы уберечь ее от возвращения в Лондон к прежней нищенской жизни, - была оправданной. Его первое решение, не иметь ничего общего с английской дочерью Ставроса, испарилось. Он хотел ее. Хотел сделать ее своей.

Ксандрос сел напротив и не сводил с нее глаз. Розали разгладила салфетку на коленях, жаркий румянец постепенно сходил с ее щек.

- Я подумал, что лучше поужинать здесь, в отеле, - начал он, - еда превосходная, к тому же отсюда открывается превосходный вид.

Ксандрос указал на панорамные окна, и у Розали перехватило дыхание от восторга.

- Акрополь! - выдохнула она и подалась вперед, чтобы лучше видеть главный символ Афин в сиянии ночной подсветки.

- И Парфенон на вершине, - добавил он.

Лицо Розали озарила радость, усиливая ее красоту. Пока она смотрела на огни Афин, Ксандрос любовался ее лицом.

Он должен убедить ее принять предложение - просто обязан сделать это.

Александрою Лакарис давно привык к повышенному вниманию - молодого миллионера, наследника известной семьи узнавали по всей Греции и за ее пределами. Но сегодня он притягивал особенно пристальные взгляды, не потому, что ужинал в компании красивой женщины, а потому, что это была не Ариадна Кустакис.

Периферийным зрением он видел, что их тайком фотографируют. И это, решил Ксандрос, отлично поспособствует реализации его плана.

Публика без лишних слов и заявлений получит объяснение того, почему его отношения с Ариадной прекратились. В конце концов, выяснится, что его очаровательная спутница - сводная сестра Ариадны, и именно из-за нее была разорвана помолвка. Эта история вызовет немало домыслов, однако осуждению подвергнется только он. Ксандрос не хотел, чтобы Ариадна стала мишенью для сплетен.

- Акрополь так близко! - восхитилась Розали.

- На самом деле это довольно далеко, просто между нами нет высотных зданий, - пояснил Ксандрос. - Из многих домов открывается вид на Акрополь, из моей квартиры тоже.

Ксандрос начал рассказывать о руинах классического времени, затем перешел к описанию города.

Розали слушала с интересом, задавала вопросы, потягивая вино и все более расслабляясь.

- Я должна купить путеводитель! - По ее лицу пробежала тень. - Печально, что я так мало знаю о городе, который мог бы стать мне родным… - Розали замолчала и сделала еще глоток вина.

- У тебя будет возможность узнать и полюбить свое греческое наследие, - тихо сказал Ксандрос. Он оставил недосказанным: «Если выйдешь за меня замуж».

Весь ужин они поддерживали непринужденный разговор, обменивались шутками, смеялись и в целом отлично проводили время. Розали оказалась интересной собеседницей - начитанной и остроумной. Она отлично держалась на публике, задавала уместные вопросы, проявляла ценимую им деликатность.

- Я слышала, что поднялся шум по поводу мрамора Элджина в Британском музее, - сказала она, - но не понимаю почему.

- Потому что это не мрамор Элджина, а мрамор Парфенона! - сурово сообщил ей Ксандрос. - Лорд Элджин приобрел его у власти, которой он не принадлежал, - тогдашнего османского правительства Греции.

Розали наморщила лоб:

- Османского?

- Турки. В пятнадцатом веке османы завоевали Ближний Восток, древнюю Византийскую империю и четыреста лет правили Грецией, пока мы не тряхнули их! Темное и мрачное было время, - добавил Ксандрос, - для Греции и для моей семьи.

Девушка вопросительно посмотрела на него.

- Род Лакарисов - очень древний византийский род, - пояснил он. - Византия - это империя, которая сменила Римскую империю в эпоху раннего Средневековья. В Западной Европе наступили темные века, а там, на границе Востока и Запада, свет цивилизации не угасал. Столица Византии, Константинополь, - современный Стамбул - был одним из величайших городов мира!

Розали нахмурилась, и он объяснил ей, для чего понадобился этот экскурс в историю.

- Именно потому, что корни моей семьи уходят так далеко, - сказал Ксандрос, старательно подбирая слова, - твой отец, который сделал себя сам, хочет породниться с моей семьей.

Он увидел, как изменилось ее выражение лица.

- Ставрос так и сказал: «Ты выйдешь замуж за благородного Лакариса».

Ксандрос скривился:

- Это было до или после того, как он пригрозил вышвырнуть тебя из дома? А впрочем… Нам незачем думать о твоем отце, - сказал он, пожимая плечами, - после того, как подло тот с тобой обошелся, он не заслуживает никакого уважения. И мы играем свою игру, а не его!

Он почувствовал вопросительный взгляд глаз Розали.

- Ты действительно «благородный»?

Не указывает ли этот вопрос на ее сомнения?

Ксандрос покачал головой:

- Уже нет. Византийская империя прекратила существование более пятисот лет назад!

- Я слышала, что когда-то Греция была королевством. Значит, где-то есть королевская семья?

Ксандрос кивнул:

- Ты права. Королевская семья есть. В изгнании. - После паузы он продолжил: - На самом деле это ветвь датской королевской семьи, созданной, когда Греция получила свободу от османов в девятнадцатом веке. Есть связи с последней из византийских династий, но они очень далекие, не касаются моей семьи.

Казалось неуместным добавлять, что при греческой монархии его предки были придворными: это было слишком давно и теперь не имело значения.

Ксандрос помрачнел.

Именно во время послевоенной фазы монархии его дед, связанный с членами королевской семьи, жил так экстравагантно и безрассудно, что слетел в финансовую пропасть, чуть не обанкротив семью.

Ксандрос был полон решимости устранить опасность - банкротство больше не будет угрожать семье Лакарис. Именно это намерение было движущей силой слияния, на которое так рассчитывал его отец.

Прибыльное слияние и красивая женщина, которая была к нему ключом.

Ставросу не обязательно знать, что его «запасная» дочь выйдет замуж лишь на короткий срок, иначе он не согласится на слияние. А Ксандрос не будет навсегда связан узами брака, но у него будет достаточно времени, чтобы насладиться обладанием прекраснейшей из женщин…

Осталось только уговорить ее.