После этих слов Эсме уже ничего не помнила. Очнувшись, она обнаружила себя лежащей на длинном бархатном диване, а побледневший и мрачный Заид наклонился над ней.

- Что… что случилось? - пробормотала она.

Он пронзил ее почти осуждающим взглядом своих глаз цвета темной бронзы.

- Кажется, я ошибся, думая, что ты будешь мыслить более рационально, когда будет ясно, беременна ты или нет. Но положительный тест тебя подкосил. Ты сообщила новость и упала без чувств, - заявил он мрачно.

Комната поплыла у нее перед глазами. Она была беременна. Это был ребенок Заида.

Боже мой.

Она закрыла глаза. Сделала короткий вдох, а потом еще один, так как воздух не достиг легких. Когда это не сработало, она вздохнула глубже.

- Пожалуйста, перестань так дышать.

Потому что это было плохо для ребенка? Следующий вдох она сделала медленнее.

- Открой глаза, Эсмеральда. Мы должны все вместе обсудить, - предложил он.

Она послушалась только потому, что он был прав, хотя она предпочла бы побыть немного без сознания.

- Заид… - Ее голос прозвучал сдавленно. Она начала подниматься, но его рука не позволила ей это сделать.

- Не вставай. Доктор уже едет.

Она приподнялась.

- Что? Мне не нужен доктор!

- Это спорный вопрос. К сожалению для тебя, ты упала в обморок прямо мне на руки, поэтому я принимаю решение.

Она попыталась оттолкнуться от пухлых подушек, не желая показывать свою слабость, к тому же ее смущала его ладонь, лежащая у нее на животе и распространяющая тепло сквозь тонкий хлопок ее желтого сарафана. В следующий момент она поняла, что его рука находится там, где растет их ребенок. Ее сердце забилось сильнее, так как она увидела, что ему пришла в голову та же мысль. Он отвел взгляд. Эсме не знала, радоваться ей или печалиться, когда чуть позже он убрал руку.

Заид подошел к бару и вернулся со стаканом воды. Под его пристальным взглядом она сделала несколько глотков.

Эсме прочистила горло и заговорила снова:

- Думаю, ты был прав. Нам нужно немного подождать, а потом повторить тест. Возможно, результат был ложным… - Она замолчала, когда он уставился на нее мрачным взглядом.

- Мысль о моем ребенке наполняет тебя ужасом?

От шока у нее кровь застыла в жилах.

- Что?

- Сначала ты хотела определенности, а теперь, когда у нас есть результаты, ты их отрицаешь? Мне начинает казаться, что идея выйти за меня замуж и иметь от меня ребенка отвратительна для тебя, хабиба, - сказал он с тревогой.

Она замотала головой, отрицая это.

- Нет. Ты неправильно понял. Это не из-за тебя. - Она замолчала, вздохнув и пытаясь успокоиться. - Я просто… я не хочу, чтобы ты пожалел о содеянном, - сказала она неуверенно.

Ее объяснение вызвало у него веселую улыбку.

- Кажется, ты хочешь спасти меня от себя. Ты думаешь, что я не взвесил все варианты, прежде чем принять решение?

Как он мог что-то взвесить, если не знал всю правду?

Скажи ему!

- Нет, не думаю, что так и было.

- Тогда просвети меня.

- У меня слишком много багажа, Заид. Мой отец…

Он повелительно отмахнулся от ее слов.

- Ты не похожа на своего отца, - отрезал он. - Если бы ты была такой, как он, я бы не дал тебе работу, которой ты сейчас занимаешься. Мой народ почти полюбил тебя. Мой совет старейшин одобрил тебя как мою невесту. И для тех, кому до сих пор это важно, - уже известно, что ты была невинна, когда оказалась у меня в постели.

Такой поворот в их разговоре застал ее врасплох.

- Что? Как они узнали?…

Он пожал плечами, ни капельки не смущаясь обсуждать тему, от которой ее лицо запылало.

- Закоренелым традиционалистам это очень важно.

- О, боже мой, - пробормотала она недоверчиво, ее голова все еще кружилась. Проведя языком по пересохшим губам, она попыталась возразить: - Заид, послушай меня…

- Ты знаешь, что моя бабушка была второй женой деда?

- М-м-м… нет, не знаю.

- Первая жена моего деда была американкой, - продолжил он. - Ее приняли в семью и очень горевали из-за ее преждевременной смерти. Итак, как ты видишь, джаахрийцы не являются полными традиционалистами, когда это касается выбора жены правителя.

- Но есть и люди, которые не в восторге от этого, не так ли? - парировала она. - Например, те, по чьему наущению действовал начальник полиции.

Он сжал губы.

- Если он или другие нуждаются в напоминании, я лишь подтвержу то, что сказал в тот вечер, когда пришел за тобой.

- Что именно?

- Что ты принадлежишь мне, и я взял тебя под свою защиту.

Несмотря на глупое умиление, грозящее разогнать остатки здравого смысла, она улыбнулась.

- Звучит, будто я твоя собственность.

- Он хотел использовать тебя как пешку. Я общался с ним на том языке, который он понял. Надеюсь, до него дошел смысл моего сообщения. Если это все, о чем ты беспокоишься, - успокойся.

- Не все…

Ее слова прервал твердый стук в дверь. С разрешения Заида в комнату вошел Фаузи в сопровождении высокого седоволосого мужчины в очках, распространявшего вокруг себя атмосферу бодрости и доверия.

После краткого обмена приветствиями Фаузи отошел, и мужчина подошел к ней.

- Я доктор Азиз. Вы теряли сознание? - сказал он с ярко выраженным американским акцентом.

Она удивилась, услышав его.

- Доктор Азиз стал моим личным врачом, когда я был еще ребенком. Он уехал из Джаахра вместе со мной и вернулся из Штатов, когда вернулся я. Я безоговорочно ему доверяю.

Простые, но очень теплые слова поведали ей об искренних и уважительных отношениях между мужчинами.

Доктор раскрыл свою папку и улыбнулся.

- Это означает, что он доверяет мне знание о том, что он сделан из плоти и крови, а не из железа, каким он хочет казаться окружающим.

Его легкий нрав вызвал у нее улыбку. И сильное раздражение Заида.

- Может быть, вы все-таки займетесь вашей пациенткой?

- Я в порядке, правда…

- Она беременна, - спокойно произнес Заид.

Доктор Азиз был шокирован, но быстро овладел собой.

- Отличная новость, сынок. Поздравляю.

- Я выслушаю все поздравления после того, как вы осмотрите ее, Иосиф, - проворчал Заид.

Мужчина кивнул.

- Как вы? - спросил он.

- Я… мы только что сделали тест, - сказала Эсме.

- Предположительное зачатие произошло десять дней назад, - добавил Заид.

Иосиф Азиз нахмурился.

- Слишком рано, чтобы чувствовать недомогание.

- Прекратите говорить очевидные вещи и сделайте что-нибудь!

- Заид!

Доктор улыбнулся.

- Не волнуйтесь, я привык. Он становится грубым, когда волнуется.

Заид отошел, бормоча себе что-то под нос. Иосиф продолжил делать заметки на планшете, задавая ей вопросы. Он снова нахмурился, когда она призналась, что у нее нет аппетита. Через несколько минут он закрыл папку.

- Ну? - Заид вернулся, нависая над ними как темная туча.

- Ничего серьезного. У мисс Скотт понизился уровень сахара в крови. Я думаю, это от новости, что она носит в себе нашего следующего султана. Ей просто нужно регулярно питаться, и все будет хорошо. - Он успокаивающе ей улыбнулся, в то время как Заид смотрел на нее прищурившись.

- Я же говорила, все в порядке.

- У нас с тобой разные понятия о порядке, хабиба, особенно когда ты ничего не ешь, - произнес он, а потом опять заговорил с Иосифом. Они обменялись несколькими фразами на арабском. Через несколько минут вошел Фаузи.

- Ваше высочество, подходит запланированное время конференц-связи.

Заид коротко кивнул, и его помощник отошел на уважительную дистанцию, ожидая. Ее сердце замерло.

- Заид, нам нужно поговорить, - прошептала она.

Он повернулся с ней.

- Ты носишь моего ребенка, Эсмеральда, - прошептал он яростно. - Ничего из того, что ты хочешь сказать, не может соперничать с важностью этого факта и необходимостью сосредоточиться только на этом. С того момента, как ты вышла из ванной, твои доводы стали недействительными.

Ее пронзила внутренняя дрожь, и она покачала головой:

- Но ты не знаешь…

- Что именно? Ты собираешься признаться в чем-то, что связано с твоим отцом. Но забываешь: я знаю, что он за человек. Он одаренный мошенник и подчинил тебя влиянию, когда ты была совсем юной.

- Есть еще кое-что, Заид, - настаивала она.

Он приблизился, взял ее за плечи.

- Всегда есть еще кое-что. Но важно то, что ты поумнела и освободилась от него. Ты же сама ушла, не так ли? - осведомился он.

Поджав губы, она кивнула:

- Да.

Искренняя улыбка тронула его губы, прежде чем его лицо снова стало серьезным.

- Ты изменила свою жизнь. Мне больше не нужно доказательств верности моего решения в отношении тебя.

У нее было ощущение, что она погружается все глубже и глубже в зыбучие пески, несмотря на веревку, которую он бросал ей.

- Пожалуйста, Заид. Выслушай меня.

- Ваше высочество? - произнес Фаузи.

Заид вздохнул.

- Ты выйдешь за меня замуж, Эсмеральда. Ты сделаешь это ради нашего ребенка. Пока ты останешься здесь. Фаузи вызовет Нашву и Аишу, которые принесут тебе поздний обед. Ты поешь сама, покормишь нашего ребенка. Потом я вернусь, и, если ты еще будешь настаивать на разговоре, - мы поговорим.

После этих слов он ушел… Как он и обещал, появились слуги, немного более оживленные, чем обычно, так как они прислуживали в частных апартаментах султана. Они суетились между гостиной и кухней, в которой личный шеф-повар Заида, казалось, готовил еду на целый полк, предельно точно исполняя приказ своего повелителя.

Приняв престол после долгого тиранического правления своего дяди, Заид управлял страной на благо народа, пытаясь изменить систему и улучшить положение своих людей. Протесты, бушевавшие несколько недель, практически сошли на нет: Заид сумел склонить на свою сторону даже самых недовольных.

Из опыта социальной работы она знала, что воспитывать ребенка в полной семье всегда лучше, чем если это делает родитель-одиночка. Но когда отец ребенка - правитель страны?

Эсме верила всем сердцем, что это может сработать. Но если правда когда-нибудь выйдет наружу, простит ли Заид ее за то, что она сделала?

Попробовав все блюда, приготовленные ей шеф-поваром, она решила, что должна открыть все карты, рассказав Заиду правду.

Когда тот вошел в дверь пять часов спустя, одного взгляда на него было достаточно, чтобы понять: все очень плохо.

- Мне нужно немедленно уехать в Париж, - объявил он.

Она вскочила на ноги, и хотя он нахмурился, когда она слегка споткнулась, он продолжил свой путь по направлению в спальню. У нее не было никакого выбора: если она хотела с ним поговорить, то должна была проследовать за ним.

Двое дворецких уже упаковывали чемоданы.

- Почему? - спросила она.

- Сделка, которую я должен заключить на торговом саммите на следующей неделе, под угрозой. Она готовилась полгода. И я не допущу, чтобы сейчас все развалилось.

При мысли об его отъезде Эсме почувствовала себя покинутой.

- О… конечно. Как надолго ты уедешь?

Он пожал плечами:

- На сколько потребуется, чтобы все спасти. Надеюсь, что ненадолго.

- Хорошо. Тогда… увидимся, когда ты вернешься.

Он обернулся к ней.

- Нет, ты будешь видеть меня каждый день, потому что поедешь со мной, Эсмеральда.

Ее глаза расширились.

- Я… зачем?

Он твердо ответил:

- Потому что мы еще не закончили наш разговор. И я надеюсь, как только ты согласишься на наш брак, остаток времени ты проведешь с дизайнерами и стилистами, ведь нужно собрать тебе приданое.

Все звучало так логично, что она не могла сказать «нет». Ей не придется ждать возвращения Заида. И ее все еще беспокоила мысль о незаконченном разговоре.

- Хорошо, я пойду соберу вещи.

Улыбнувшись своей неотразимой улыбкой, он стянул арабскую тунику и направился в гардеробную.

- В этом нет необходимости. Обо всем уже позаботились.

Вид его голого торса взволновал ее.

Пять минут спустя он появился в серых слаксах и белоснежной рубашке поло.

Повседневная одежда должна была сделать его менее грозным. Но его магнетизм ничуть не уменьшился, а, наоборот, он стал еще привлекательнее, и она снова подпала под его чары. Она смотрела, как он приглаживает пальцами свои черные блестящие волосы, и желала, чтобы это были ее пальцы. Когда он остановился перед ней, у нее перехватило дыхание.

- Ты пообедала? - спросил он, нахмурившись.

Она кивнула, вдохнув его знакомый запах.

- Хорошо. Мы должны быть готовы через час. Если тебе нужно проконтролировать сборы, сделай это сейчас.

Она успела лишь принять быстрый освежающий душ, переодеться в белые брюки, рубашку с широкими рукавами и золотые сандалии, после чего присоединилась к Заиду.

Частный самолет с гербом Джаахра и его вежливый экипаж уже ждали их на летном поле, все было готово для путешествия султана. Она надеялась поговорить с Заидом, но вместо этого ее разместили в роскошном салоне с Нашвой и Аишей, а Заид уединился со своими финансовыми советниками в отдельном помещении самолета.

Все продолжилось в том же духе, когда они прибыли в Париж. Для делегации султана был арендован весь верхний этаж отеля на авеню Монтень, для нее и Заида забронировали две отдельные спальни в королевском люксе. Интерьер отеля был в стиле типичного парижского гламура с элементами восточной экзотики, и поэтому Эсме почувствовала себя почти как дома. Ее поразило, что она подумала о Джаахре как о доме.

Несмотря на потрясающую роскошь отеля, Эсме чувствовала себя как на иголках. Дни проходили, а она так и не поговорила с Заидом. Иногда ей казалось, что он нарочно ее избегает. Но когда она заглядывала в конференц-зал и видела озабоченные лица подчиненных, она понимала, что у всех очень много работы. В один такой момент она стояла в дверях, когда он поглядел сначала ей в глаза, а потом на плоский живот. Затем вновь продолжил переговоры.

Он дал понять, что думает о ней и ребенке, но это лишь усилило ее чувство вины.

Дизайнеры и стилисты приехали на шестой день их пребывания в Париже.

А еще она обнаружила, что у нее задержка, и, улучив минуту, она поймала Заида в перерыве между переговорами.

Он посмотрел на нее и нахмурился.

- Что-то не так?

- Я… мои критические дни не наступили в срок.

Пальцами он погладил ее по щеке, внимательно посмотрев ей в глаза, и кивнул.

- Я понял, - только и сказал он, прежде чем очередная группа бизнесменов вошла в комнату.

Получившая подтверждение, что с ней все хорошо и она действительно беременна, Эсме восседала на громоздком стуле, похожем на трон, и отсматривала множество платьев, которые к ней везли на вешалках.

Судя по всему, его высочество решил обеспечить ее нарядами до конца жизни. Что касается свадебного наряда, то национальное платье невесты готовилось в тайном месте, и она не должна была его увидеть до церемонии.

Пока Эсме выбирала платья, она чувствовала разочарование, потом гнев, затем беспокойство. Но в душе ее теплился лучик надежды.

Заид все это устроил, хотя знал, что ее прошлое небезупречно. Если он был готов рисковать ради своего ребенка, не окажет ли она медвежью услугу, пытаясь этому воспротивиться?

Единственное, что ее сдерживало, - ее секрет.

Она сказала бы ему. Она должна была это сделать, прежде чем случится что-то необратимое. Она пыталась усмирить разбушевавшиеся чувства, пытаясь отвлечься на выбор одежды. Ей помогали Нашва и Аиша, бурно выражавшие свой восторг. Эсме немного отвлеклась и расслабилась.

Заид вошел, когда стилисты переносили одежду в ее спальню. Он огляделся, затем обратил все внимание на нее.

- Ты подобрала приданое, - это был не вопрос, а утверждение.

У нее перехватило дыхание, и она ответила:

- Да.

- Так ты выйдешь за меня замуж? - на этот раз это был вопрос, но он уже знал ее ответ.

Помолчав мгновение, Эсме выдавила из себя:

- Да.

На следующее утро Заид подарил ей потрясающе красивое кольцо из арабского золота с желтым бриллиантом. Когда он торжественно сообщил ей, что кольцо принадлежало его матери, на глаза Эсме навернулись слезы.

Этот момент был бы совершенно волшебным, если бы его свидетелями не выступил весь персонал и его не запечатлел на камеру профессиональный фотограф с целью зафиксировать официальное предложение Заида. После этого официальное объявление о помолвке было сделано в Джаахре.

Заид стоял в центре комнаты в окружении своих подданных, держа ее руку в своей, и они записали телевизионную версию официального предложения.

Она с беспокойством смотрела телевизионную трансляцию, показывающую толпу людей в парках и на стадионах, ожидающих новостей. После предложения Заида народ разразился оглушительными аплодисментами.

Его слуги в отеле тоже аплодировали, а Заид наклонился и прошептал ей на ухо:

- Я же обещал, что они примут тебя с распростертыми объятиями.

Почти мгновенно Эсме стала очень популярной.

Но торговые переговоры все еще продолжались. Через три дня после их помолвки, когда он в очередной раз вышел из конференц-зала осунувшийся и расстроенный, сердце Эсме дрогнуло. Он нахмурился еще больше, когда увидел ее, и подошел, мрачный и решительный.

- Фаузи дал указание твоим слугам собрать твои вещи. Сегодня ты возвращаешься в Джаахр.

Это было последнее, чего она ожидала. Последнее, к чему было готово ее сердце.

- Почему? - спросила она тревожно.

- Я пробуду здесь недолго. А тебе нужно вернуться и начать готовиться к свадьбе.

Она не хотела уезжать, но раз уж она согласилась выйти за него замуж, возражать не стоило. Однако между ними все еще оставалась нерешенная проблема.

- Заид, нам еще нужно поговорить о моем прошлом.

Он резко махнул рукой:

- Хватит требовать от меня разговоров!

Разочарование и злость закипали внутри ее.

- Это важно…

- Свадьба тоже важна. Может быть, тебе стоит сосредоточиться на будущем и перестать жить прошлым? - раздраженно произнес он.

- Мне нужно всего лишь десять минут, - настаивала она.

Он запустил пальцы в свои волосы.

- Это в десять раз больше времени, чем я располагаю, Эсмеральда. Я просто пришел попрощаться.

- Если ты хотел мне сказать об отъезде, достаточно было прислать Фаузи. Или СМС.

Он проворчал себе под нос:

- Я не хочу спорить с тобой.

- Ты не хочешь от меня ничего, кроме того, чтобы ты отдавал приказы, а я вприпрыжку их исполняла.

Его взгляд опустился на ее живот.

- В твоем состоянии нужно меньше прыгать и больше отдыхать.

Ее сердце заныло от боли.

- Я прекрасно знаю, что я просто сосуд для вынашивания твоего наследника, Заид, но, возможно, тебе стоит подумать о моем душевном состоянии.

На мгновение он показался ей озадаченным. Но потом пришел Фаузи:

- Ваше высочество, необходимо ваше присутствие.

Заид шумно выдохнул:

- Я сейчас приду.

Эсме горько улыбнулась.

- Конечно, придешь.

Он нахмурился:

- Эсмеральда…

Она слабо махнула ему рукой, хотя боль и тревога пожирали ее изнутри.

- Все нормально, Заид. Я отдаю себе отчет, на какой ступени иерархии нахожусь. Так что, думаю, увидимся, когда придет время.

Затем она сделала то, что он делал в отношении ее много раз с момента их прибытия в Париж. Она развернулась и ушла, а он остался стоять на месте, глядя на нее.

Обратный путь в Джаарх был ничем не примечательным, так как она сразу уединилась в своем салоне самолета и провела весь полет, свернувшись калачиком в кресле с подушкой в обнимку.

Заид не мог бы продемонстрировать ей положение дел более наглядно, даже если бы захотел. Она была всего лишь средством для достижения цели. Он привез ее в Париж, чтобы оказать на нее давление, чтобы она дала согласие выйти за него замуж. Она согласилась, и проявлять внимание к ней стало не нужно.

Впрочем, Заид с самого начала не скрывал свои мотивы. Он заранее сказал, что это будет брак по расчету, выгодный для его страны и для его наследника.

Тогда почему ей было так больно? Ответ на этот вопрос таился в ее сердце. Она надеялась на счастье в этом браке. Но никаких оснований для таких надежд у нее не было.

После прилета в Джаахр и в последовавшие за этим дни она впала в меланхолию. Ее одолевали мрачные мысли, которые не могла уравновесить даже радость от ожидания ребенка, и поэтому она не сразу узнала, что народные настроения в стране изменились.

Включив телевизор, она посмотрела телевизионные репортажи и дискуссии, осуждавшие тот факт, что первой леди Джаахра станет дочь преступника. Ее взволновало, что начинают копаться в ее прошлом и прошлом ее отца. Но потом она успокоилась. Может быть, все к лучшему. Пусть решение будет принимать не она, а другие. Граждане Джаахра.

Как ни странно, ее мысли материализовались на следующий день, ровно через неделю после возвращения из Парижа, и в течение этого времени вестей от Заида не было. Нашва объявила, что к ней пришел посетитель. Это оказалось неприятным сюрпризом, когда она поняла, кто это был.

Начальник полиции Ахмед Харуни вел себя в ее личном кабинете как у себя дома, перебирая бумаги на ее столе. Его маленькие черные глаза без всякого смущения уставились на Эсме, когда она вошла и заметила это. В отличие от других граждан Джаахра, кланявшихся ей при встрече с момента объявления о помолвке, он не поклонился.

Но Эсме это не заботило, она хотела знать, зачем он пришел.

- Могу я вам помочь, сэр?

Он не заставил себя долго ждать.

- Перейду прямо к делу, мисс Скотт. Многие граждане Джаахра считают, что будущий брак султана - ошибка.

Несмотря на то, что она тоже так думала, ее сердце екнуло.

- Дайте угадаю: вы один из них?

Низкорослый мужчина пожал плечами:

- Я люблю свою страну.

- Зачем вы говорите это мне? Почему бы не высказать все султану?

Он широко раскинул руки, легкое презрение промелькнуло на его лице.

- Потому что его здесь нет. Он заключает какие-то сделки, в то время как он должен быть здесь, трудиться на благо своего народа.

Гнев охватил ее.

- Причина его отсутствия вполне уважительная, уверяю вас.

- Я пришел сюда не для того, чтобы обсуждать это с вами.

- Тогда скажите, зачем вы пришли.

Его улыбка была крайне неприятной.

- Вы запудрили мозги нашему султану, но я-то точно знаю, что вы собой представляете, мисс Скотт. Я знаю, что произошло в Лас-Вегасе с неким молодым человеком по имени Брайан Аткинс.

Шок пронзил ее. Он увидел ее реакцию, и широкая улыбка появилась на его лице.

- Теперь вы меня выслушаете, мисс Скотт?

Она кивнула:

- Что вы хотите?

В его глазах появился лед.

- Хочу, чтобы вы совершили правильный поступок. Если Заид аль-Амин не годится для управления этой страной, то вы еще меньше подходите на роль первой леди.

Она вздохнула.

- Вы думаете, что Заид не достоин быть султаном?

- Есть лучшие кандидатуры, чем он.

Она подняла подбородок.

- Которые будут плясать под вашу дудку?

Его черные глаза сузились.

- Лучше попридержите свой язычок, мисс Скотт. Султана здесь нет, и защитить вас некому.

Внутри у нее все похолодело.

- Это все, что вы хотели сказать?

Он протянул ей конверт.

- Это билет на самолет первого класса, вы можете уехать домой. Я буду рад предоставить вам сопровождение полиции до аэропорта, если вы захотите.

- Я не хочу этого, спасибо. Если я решу уехать, то сделаю это сама.

Он все равно положил конверт на стол и подошел к ней. Эсме боролась с желанием отступить.

- Убирайтесь из страны, пока у вас есть шанс, мисс Скотт. Этот режим скоро падет.

Произнеся эту зловещую угрозу, он вышел.

Эсме глубоко вздохнула. Она думала, что ей сделать в первую очередь. Нужно было предупредить Заида. Но она также подумала о том, о чем размышляла перед приходом начальника полиции.

Она не могла выйти замуж за Заида.

Теперь, когда она знала, как глубоки были ее чувства к нему. Теперь, когда она поняла, что ее присутствие рядом с ним вызовет возмущение народа.

К своему рабочему столу она шла как на голгофу. Но, на удивление, она легко написала письмо. Так же легко спустя три часа она упаковала свои вещи. Думала позвонить отцу, но отбросила эту идею. Его телефонные звонки отслеживались, а она не хотела быть обнаруженной. Но больше всего ее удивило то, как быстро удовлетворили ее просьбу отвезти ее в аэропорт.

Стюардесса широко улыбнулась и кивнула, когда она попросила место на следующем доступном рейсе из Джаахра. Эсме было все равно, что он направлялся в Рим вместо Англии. Это было достаточно близко.

Только после двухчасового ожидания Эсме поняла, что что-то пошло не так. Сначала стюардесса сообщила ей, что ее рейс задержан еще на два часа. Потом вокруг нее становилось все меньше и меньше людей, и она поняла, что их попросили удалиться. Затем она увидела неподалеку телохранителей.

Вдруг толпа зашумела, и кто-то указал на окно. Повернувшись, она увидела, как на летном поле приземлился лайнер султана.

В следующий момент она увидела выходящего из него Заида, чье выражение лица было безжалостным и решительным.

Когда он добрался до нее, он ничего не сказал. Однако в его глазах полыхала ярость, осуждение и разочарование.

- Заид…

- Мы на публике, джамила, и только это мешает мне тебя хорошенько отшлепать, - проворчал он, ноздри его раздувались. - Теперь ты улыбнешься, возьмешь меня за руку, мы выйдем отсюда и вернемся во дворец.

Ее сердце бешено застучало.

- Я не могу.

- Можешь и будешь. Я не позволю тебе уйти, Эсмеральда.

- Но, Заид, начальник полиции…

- Все решено.

Он держал ее письмо в руках, его глаза холодно смотрели на нее, но в них было еще что-то. То, от чего ее сердце забилось в бешеном ритме.

- Это ничего не меняет, Эсмеральда. Ты меня не бросишь. Свадьба будет, и ты должна привыкнуть к этой мысли.