– Так-то оно так. Только ты сама говорила, что это не первые жертвы.

– И не последние. Это не моя работа. Моя работа – кормить людей.

– Хорошее у нас кафе получилось, – перевела мама разговор на другую тему.

– Мне самой нравится. И главное, до самого закрытия все места заняты. Вчера вообще задержаться пришлось.

– Почему?

– Пожилая пара в кафе зашла. Отогревались. У меня есть идея. Надо летом продлить работу кафе. Часов до одиннадцати.

– Ты каждый раз продлеваешь. Когда открывались, работали до восьми.

– Есть спрос. Чего не работать?

– А работники? Что они про это говорят?

– Они получают за переработку прилично. Так что они тоже «за» будут.

– Думаешь?

– Мама, ты с ними рядом постой и послушай, как они будущие заработки распределяют. К нам с других кафе уже повара ломятся.

Мы с мамой съездили за продуктами в город. Пока ехали, разговаривали с ней по душам. Вернулись домой поздно. К дверной ручке прикреплен букет красных роз. Недалеко в снегу валяется более роскошный букет.

– Букет жалко. Так жестоко в снег…

– И поднялась же рука. В этом он весь. Не терпит честной конкуренции.

– Ты про кого?

– А ты не поняла? Про мужа бывшего.

– Почему думаешь, что это он сделал?

– Букет в снегу от Александра. Он дорогой и сделан со вкусом. Кстати, он даже не повял. Заберу его. Он мне нравится. С душой сделан. От мужа букет другой: в спешке делали и цветы немного повяли. Экономил…

– Почему экономил? Может, его обманули…

– Нет, мама. Эти цветы он в последний момент купил. Увидел этот дорогой букет. Решил не отставать. Конкурент появился.

– Значит, будем смотреть новый спектакль?

– Угу. Под названием капиталистические соревнования. Забавно…

– Что?

– Забавно, что жена не нужна была, пока конкурент не объявился. Теперь обострится борьба на рынке.

– Твои акции растут?

– Как на дрожжах. Ажиотажный спрос…

– Остается появиться третьему игроку.

– Зачем?

– Чтоб нам в партере стало интересно смотреть на их возню.

– Ты права. Куда цветы ставить будем? Тот букет еще свежий стоит. Красивый, пахучий. От него по всему дому розами пахнет. Лепота…

– Давай так. Красивый букет с собой возьмем, а второй букет пусть здесь валяется. Негоже моей дочери вялые букеты дарить. Ставить его некуда…

– Думаешь, он поймет намек?

– Поймет. Не дурак, поди…

– Ну, давай посмотрим, что из этого получится. Самой даже интересно стало. Кто из них победит?

– А это нам решать. Судьи-то мы. Да и проучить нахала хочется. Пусть побегает. Мошной потрясет. А то обнаглел…

– А ты у меня кровожадная… Но по сути, я с тобой согласна.

Зашли домой. Я поставила цветы в вазу. Красота неописуемая. По дому аромат поплыл. Приятно…

– Сразу видно, что этот букет делали с любовью.

– Мама, а что происходит?

– Что не так?

– Мне кажется, или ты меня этому Александру сватаешь?

– Не сватаю, а советую. Приглядись. Красивый же парень.

– Мам, я с одним красавцем еще не развелась.

– Подумаешь… Разведешься. Всему свое время. А к этому приглядись.

– Зачем?

– Хотя бы затем, чтоб вывести из себя бывшего мужа. Чтоб развеяться, чтоб развеселиться. Александр красивый и воспитанный. И еще один большой плюс от всего этого есть.

– Какой?

– Свекровь от тебя отстанет.

– Это реально здорово. Хотя она и так отстала бы. Мы же скоро переедем к себе домой.

– Да. Отсюда мы далеко будем.

– Именно. А с глаз долой, как говорится, из сердца вон. Вот она про меня и забудет. А там новая невестка появится. Новый объект для преследования и ругани…

Открылась дверь, и с улицы ввалился Петька вместе с Грейсом. Все в снегу. Уставшие и замерзшие. Я пошла разогревать ужин для Петрухи. Я с мамой поела в кафе. Мы собирались только кофе попить и лечь спать. Но Петька не дал нам расслабиться.

– Здесь такое было.

– Когда?

– Когда вас не было. Вечером.

– И что было? Рассказывай, не тяни.

– Здесь Никита со своим другом ссорился.

– Дрались?

– Нет. Но орали сильно.

– Ты им дверь не открывай. Мало ли, что они надумают. Все-таки это не наш дом. Поосторожней надо быть.

– Тут еще бабки набежали.

– Куда набежали? Сюда, в дом? Зачем пустил?

– Нет, на улицу. Повылезали из всех щелей и слушали.

– Сплетницы чертовы. Теперь мне опять кости в поселке перемывать будут. Разве это справедливо?

– И наверняка все переврут, – высказала свою точку зрения мама.

– Петька, ты никого из них в дом не пускай. Что бы они не говорили. От греха подальше. Иначе все здесь разнесут, расколошматят.

– Они раза три приходили.

– Кто? Женихи или бабки?

– Женихи.

– Ну что я тебе скажу, дочь. Зацепила ты их серьезно. Что делать думаешь?

– Ничего. Пусть бегают, если им делать нечего. Это их проблемы. Мне бы тишины и покоя. И домой хочется. Поскорее бы…

– Нам продержаться осталось всего неделю. Галина приедет, мы в этот же день и переедем. Потерпи, дочка…

– Ты не понимаешь. Представляю, что они здесь на Новый год устроят.

– Вот и посмотрим, на что они способны.

Поговорили и пошли спать. Ночью встала и подошла к окну. Никого. Ну вот и все. Ночные бдения закончились. Смирился с потерей…

Утром я сходила в лес и выгуляла пса. Петька собирался в школу. Все загрузились в машину и поехали каждый по своим делам: я на работу, Петька учиться, мама захотела съездить в квартиру, проверить, что там и как.

Подъехала к кафе. Трупов сегодня нам не подкинули. Уже счастье. До обеда работали спокойно. Потом приехали двое из полиции. Следователь почему-то другой. Тот туповатый был. Этот сам себе на уме, но тоже не очень умный. Отвели полицейских в офис. Там они провели допрос работников. Меня допрашивали последней. Оставили на закуску. Оно и понятно: труп-то я обнаружила. С меня и спрос.

– Почему никто не обнаружил труп раньше вас? Ведь повара пришли раньше, – задал следователь вопрос.

– Дело в том, что повара у нас приходят раньше, но входят со служебного входа. А в детское кафе вход отдельный. С другой стороны здания.

– Когда открывается детский зал?

– Согласно режиму работы, детское кафе открывается в девять часов.

– Почему вы раньше пошли туда?

– Чтоб посмотреть, очистил ли дворник от снега дорожку и ступеньки.

– Странно это…

– Я лично ничего странного не вижу. Дворник у нас ленивый и частенько филонит. Работает спустя рукава: то дорожку плохо расчистит, то ступеньки песочком, как положено, не посыпает. А посыпать надо именно песочком.

– Почему песочком?

– Наши клиенты – молодые мамы с детьми. Солями разными посыпать нельзя. Аллергенно. Если дворник порожек не очистит, то дверь не откроется из-за льда. А наши клиенты, опять напомню, дети. А вдруг кто ножку сломает или упадет? Вот поэтому, приехав, я сразу пошла проверять готовность этого входа к открытию. Между прочим, это моя прямая служебная обязанность.

– Понятно, – подвел он итог моим словам.

Заполнил протокол. Дал мне расписаться. Я разговором с полицейским осталась очень довольна. Кинула леща следователю. Пару раз его похвалила. Он на лесть оказался падким и поплыл. Все разболтал. Никогда и никто его так внимательно не слушал, как я. Прям уставилась на него, как на самого умного и самого великого сыщика. Вот он и потерял бдительность. Разболтал мне тайну следствия. Что с него взять? Не ожидают наши мужественные полицейские наличия мозгов у блондинки. Конструкцией не предусмотрены у блонды мозги, по их мнению. Ну и пусть считает меня глупой Барби. Зато я много узнала.

Оказалось, что парень действительно отравился новыми синтетическими наркотиками. От передоза и скончался. Окочурился задолго до того, как его притащили к нам под дверь. Полиция в тупике. Что делать, не знают. А изобразить кипучую деятельность надо. Приказ сверху поступил – рыть носом землю. Вот они и роют. Только, на мой взгляд, не там и не так…

Родственники убиенного, а я все равно считаю, что его убили, к нам не заявлялись. Значит, нам крупно повезло. Не обратили внимание на наше кафе. Я обрадовалась такой удаче. Я теперь часто стала по пустякам радоваться…

Приехали домой. У калитки два громадных букета. Оба шикарные. Один – красные розы. Второй – белые.

– Ты посмотри. Шик, блеск, тру-ля-ля…

– Мам, они так разорятся.

– Ничего. Твой Никита тебе мало цветов дарил. Вот пусть наверстывает.

– Как мы их в дом занесем? Давай, ты с одного края возьмешь, я с другого.

– А второй букет?

– Давай, второй потом. Мы оба не унесем.

– Оба забираем?

– Конечно. Не оставлять же такую красоту на морозе.

– Что со старыми букетами делать будем?

– Примем ванну из роз. Говорят, это для кожи полезно. Давай так. Если они завтра опять букеты принесут, то просто их за забором оставим. Надоели.

– Разбаловали они тебя своими цветами…

– Любовь мужчина доказывает не цветами и подарками, хотя и это очень важно. А теплом, нежностью и уважением к любимой женщине.

– И к ее родным…

С трудом занесли букеты домой. Там Петька сидит. Надулся, как мышь на крупу. Значит, что-то в наше отсутствие случилось. Сначала определили, куда поставим цветы. Потом пристали к Петрухе с расспросами.

– Петька, чего сидишь, как сыч надулся?

– Ничего.

– А все-таки? Чего такой серьезный? Случилось что?

– Я больше ни с кем не собираюсь разговаривать.

– И с нами тоже?

– С вами буду. А вот с вашими женихами не буду. Надоели они мне. Ходят тут, орут. Уроки учить мешают. А у меня контрольные на носу. Еще бабки эти в магазине. Не буду я с ними разговаривать.

– Так и не разговаривай. Кто тебя заставляет? А что произошло-то? С чего такие заявления? Рассказывай подробней…

– Он меня предателем назвал.

– Никита? За что?

– За то, что не стал ему с вами свидание устраивать.

– В каком смысле?

– Он меня попросил вас вытащить в лес на прогулку с Грейсом. Там с вами поговорить хочет наедине. Я отказался. А он меня предателем назвал.

– Не обращай внимание. Петька. Никого ты не предаешь. Меня же ты не предал. Вообще с ними не разговаривай. И не слушай. Он тебе сгоряча много чего наговорить может. Не заморачивайся. Это наши взрослые разборки…

– Я так и понял. Но все равно противно. Обозвал меня ни за что…

Ночью дома была мертвая тишина. Мне не спалось. Как там в песне поют: «Мои мысли мои скакуны»? Ну и на хрена они ко мне всем табуном приперлись? Мысли эти… Теперь в голове каша. Хотя нет, не каша, а фарш. Смешались в кучу кони, люди…

Решила кофе попить, раз все равно не сплю. Сварила себе кофе. И села его пить в одиночестве. Смотрю, следом в кухню Петька выполз с Грейсом из своей берлоги. И мама из своей комнаты вышла.

– Чего не спите?

– А ты? – спросила мама. Она больше меня из-за развода переживает.

– Мысли спать не дают…

– Про претендентов на руку и сердце? Тяжелый выбор? – съязвил Петька.

– А ты умный. Хоть с виду и не скажешь…

– Как в праздники обороняться будем?

– Думаешь, Петруха, нас осадят войска неприятеля?

– Осадят. И будут брать измором.

– Чем это они нас морить будут?

– Цветами, песнями, плясками, словами ласковыми. Фейерверками…

– Что предлагаешь?

– Развлечься…

– А ты коварный враг, Петруха. Не дай мне бог с тобой враждовать. Как развлекаться думаешь?

– Гулять за их счет.

– Ну, это не комильфо как-то. Неприлично…

– А ему так с вами обеими поступать прилично?

– Вот. Слова не мальчика, но мужа. Прислушайся к его словам, дочка.

– Устами младенца глаголет истина. Ну что ж. Мы принимаем их вызов. На Новый год будем гулять, как в последний раз. Оторвемся. Значит, перед праздниками в салон пойдем.

– Иришка, ты иди одна. Я дома готовить буду.

– Понятно. Будете с Петькой на пару оборонять крепость в мое отсутствие?

– Угадала. В ров запускать крокодилов?

Еще посмеялись немного и разошлись по комнатам спать. Теперь я заснула, как младенец…

Новый год подкрался как-то незаметно. Неожиданно. Пока наряжали залы к праздникам. Кафе снаружи мы заранее украсили. Пока составили меню новогоднее. В общем, носились как угорелые. Все в мыле…

А тут как-то утром встала. Гляжу, а уже 31 декабря наступило. Все бегают радостные. Люди друг друга с праздником поздравляют. Зашла в офис Альбина Владимировна посоветоваться.

– Иришка, надо бы посоветоваться.

– Что-то случилось?

– Да нет. Как праздновать будем? У нас все нормально?

– Ага. Залы у нас на новогодние дни все забронированы. Начальство из центра не стали заказывать рестораны. Нам на все дни заказали корпоративы.

– Оно и к лучшему. И нам не париться.

– Надо просто накрыть столы и обслужить по-человечески от души. И им хорошо. Далеко не тащиться. И нам прибыль. Оплата поступила на счет.

– Это хорошо.

– Мы там с Максом караоке с большим экраном установили. Так что все, что их душеньке захочется, у нас есть. И поесть готово, и попить в избытке, даже с запасом. И попеть смогут, если душа вдруг запросит. Все тридцать три удовольствия под боком.

– Я не знаю, кого оставлять. Там поварята устроили битву за право работать в новогоднюю ночь.

– Странно. Обычно в праздники, наоборот, все домой слинять норовят. Это с чего такое рвение?

– Так про деньги я как сказала, тут и началось. Всем деньги нужны. У кого кредиты, у кого путешествия на носу, у кого свадьба.

– Тогда оставьте лучших. И главное, стрессоустойчивых. Мало ли что наши гости выкинут.

– Точно. Я сама останусь здесь и все проконтролирую. А ты тогда отдыхай.

– Значит, все в порядке? Если что, позвоните. Мигом примчусь…

Сразу из кафе полетела к Эльке в салон. Там народу, как сельди в бочке. Но меня отдали на растерзание самым лучшим. Элька решила превзойти саму себя. В общем, из-под их инструментов вышла совсем другая я.