Утром Аян проснулся и сразу почувствовал, что толком не отдохнул. Ночью он то и дело просыпался от порывов ветра, сотрясавших палатку. От огромной массы льда даже через пол палатки, двойные карематы и спальник веяло холодом. Несмотря на то, что ледник Корженевского находился почти на одной высоте с ледником Уральцева, он был гораздо свирепее и безжалостнее к непрошеным гостям.

В палатке и снаружи еще было темно, но по светлеющему воздуху чувствовалось скорое наступление рассвета. Некоторое время Аян лежал, не шевелясь. После вчерашнего перехода, когда они часами шли то вверх, то вниз по бескрайним ледяным полям, у него сводило судорогой ноги и ныла спина. Аян поднял руку, осмотрел ладони. Кожа покраснела и покрылась волдырями от мороза.

Рядом с палаткой скрипнули ботинки. Даулет похлопал по крыше. Аян видел изнутри, как куски снега скатились с тента.

— Аян, выходи завтракать.

Он с трудом выполз из спальника и обулся. Спал в одежде, даже шапку не снимал. Раскрыл полог, вышел наружу на четвереньках. Огляделся.

Рассвело. Ветер чуть стих, снег прекратился. Горы постепенно выступили из темноты.

Аян отыскал пик Суровый, вгляделся. Почему-то внутри созрела спокойная уверенность в успехе задуманного мероприятия. Он прошептал горе: «Сегодня я покорю тебя». Парень улыбнулся и пошел в соседнюю палатку, где раздавались приглушенные голоса и гремела крышка казанчика.

Он влез в палатку и уселся рядом с порогом. Все остальные уже собрались здесь, сонные и опухшие.

— Ну, как настроение? — спросил Сергей. — Боевое?

Аян кивнул.

— Справимся. Дайте мне тоже бутерброд, а то Даулет все сожрет.

Некоторое время все молчали, жуя завтрак.

— Кстати, — сказала Кристина. — А что ты имел ввиду, когда говорил про отмену восхождения?

Сергей проглотил огромный кусок сэндвича и ответил:

— В случае непогоды придется отложить подъем. Там будет такой ветер, что…

— Как отложить? — перебила Наргиз. — А наш челлендж? Мы дали слово, что выполним его.

А Кристина спросила:

— Ты издеваешься? Мы столько перлись сюда, чтобы отступить в последний момент?

Сергей покачал головой.

— Это горы. Забудьте о виртуальных игрушках и соцсетях. Здесь никто не шутит, все серьезно.

— А кто шутит? — спросил Даулет. — Мы просто быстренько сбегаем на вершину и обратно. До непогоды.

— Правильно, — подтвердила Кристина. — Чем быстрее, тем лучше.

— Это недопустимо, чтобы мы провалили челлендж, — добавила Наргиз. — Как я вернусь в город? Да меня же захейтят по-полной.

Сергей почесал нос.

— Я не говорю, что мы все бросаем и уходим. Мы идем на гору. Но если вдруг погода испортится, то мы должны будем вернуться.

Кристина покачала головой и сложила руки на груди.

— Если ты меня любишь, то обеспечишь хорошую погоду до самой вершины.

Сергей улыбнулся.

— Смотри, за окном начался буран.

— Сволочь, — сказала Кристина и потянулась налить себе еще кружку чая.

Сергей посмотрел на Аяна.

— А ты на чьей стороне? Как думаешь, надо идти обратно в случае непогоды?

Аян поглядел на товарищей. Все ждали его ответа, как будто от этого зависела судьба похода. Аян выпрямился и расправил плечи. Постарался сказать как можно внушительнее:

— Я же говорю, справимся, — посмотрел на Сергея и улыбнулся. — Как-нибудь прорвемся.

***

Вчера перед отбоем Сергей заявился в палатку Аяна. Надо же, Аян думал, что они с Кристиной уже давно спят.

— Пошли, пройдемся немного, — предложил Серега.

Аян покачал головой. Его немного тошнило после перехода и ужина.

— Я устал, как собака, шевельнуться не могу.

— Пойдем, это у тебя еще акклиматизация идет. Двигаться больше надо.

Они вышли из палатки. Стемнело. Снег падал мягкими хлопьями, как внизу, в городе.

— Далеко не надо, там трещин полно, — сказал Сергей, придержав Аяна.

И спросил:

— Ну, как ты?

— В смысле? — спросил в ответ Аян. — Вроде ноги еще передвигаю.

— Да нет, я про твое внутреннее состояние, — сказал Сергей. Снежинки прилипли к его ресницам, а ветер трепал волосы. — У тебя какие-то траблы на работе. И с Дианой непонятки. В каком СИЗО ты был накануне? Может, останешься завтра в лагере? За палатками посмотришь. А то их кто-нибудь утащит.

Аян отвернулся и посмотрел в темноту. Холодный ветер кусал щеки и нос.

— Все хорошо, — глухо ответил он.

— Знаешь, чувак, — сказал Сергей. — Ты у нас очень шарящий парень. Вот прям серьезно. Грамотный, разбираешься в экономике и финансах. Ходячий калькулятор. Ты к своим траблам попробуй также отнестись. Задави их силой интеллекта.

— Что ты имеешь ввиду? — спросил Аян. — Например?

— Ну, не знаю, — пожал плечами Сергей. — Разложи на составляющие, проанализируй по формулам. Используй эти ваши финансовые методики. Я бы тебе подсказал, но я больше в спорте шарю и в инженерии.

Аян улыбнулся.

— Анализ проблем, конечно, хорошая штука. Но не всегда помогает…

— А ты попробуй. Ты у нас еще такой вежливый и воспитанный. Робкий даже, можно сказать. И, вдобавок, немного рассеянный и мечтательный. И на работе наверняка такой же. А ты попробуй действовать противоположно. И сконцентрируйся на текущих задачах, а не на проектах.

Аян задумался. При всей наивности и поверхностности, эти советы таили в себе зерна здравого смысла.

— Давай, подумай, над моими словами, Аяша, — Сергей хлопнул его по спине. — Завтра на горе ты мне нужен с ясной головой и трезвым рассудком. А теперь пошли спать, че-то совсем холодно.

Ветер усилился и швырнул им в лицо горсть снега.

***

Во время завтрака снаружи послышался грохот. Участники похода выглянули из палатки. На склоне горы обвалилась огромная ледяная глыба. Скользя вниз, она потащила камни и снег. Затем под ее напором между скалами сошла небольшая лавина. Массы снега волнами слетели к подножию горы.

— Красиво! — заметила Наргиз. — Жаль, я не успела заснять.

— Может, и красиво, но это было как раз на нашем маршруте, — сказал Сергей. — Что было бы, если бы мы шли там в это время?

После легкого завтрака с гречневой кашей, горные туристы набили карманы шоколадными батончиками, наполнили термосы горячим чаем.

Переодеваясь у себя в палатке, Аян, несмотря на вроде бы безоговорочную уверенность, все равно чувствовал легкий мандраж.

Исходя из рассказов Сергея, им весь день предстояло карабкаться вверх и продираться через глубокий снег. Поэтому он не стал надевать второй слой из флисовых штанов и кофты, а просто натянул непродуваемый лыжный комбинезон и поверх еще куртку. На ноги надел две пары носков, потом почувствовал, что пальцы ног слишком зажаты и снял одну пару. На голову под шлем надел обычную темно-коричневую шапочку и шерстяной бафф5. На пояс пока нацепил перчатки. Снаряжение для восхождения находилось в палатке Сергея. К тому времени, когда он, наконец, выбрался наружу, Аян изрядно вспотел.

Остальные уже вышли. Надевая на плечи непривычно легкий рюкзак, Аян посмотрел на палатки. Почему-то жалко было оставлять их, такие яркие и воздушные, на ветру, на краю ледяной равнины, у подножия гор.

Бренча трекинговыми палочками6 по редким камням, группа вышла из лагеря и направилась по леднику к горе.

***

Голод и беспокойные двуногие загнали туркестанскую рысь высоко в горы. Она искала пищу уже три дня подряд и только ночью смогла поймать двух сурков. Затем рысь устроилась отдыхать между скал, в укромной расселине.

Грациозная пятнистая хищница, с мощными короткими лапами и пушистой шубкой, лежала среди камней. Готовилась спать весь день напролет.

Но вскоре она услышала цокающие звуки. Открыла желтые глаза с вертикальными черными зрачками, подняла большие уши с длинными кисточками.

Ниже, у подножия горы, шли несколько двуногих. В руках палки, это они издавали звон, касаясь льда и камней.

Рысь напряглась и приготовилась к отпору. Двуногие редко появлялись так высоко в горах. Кажется, они не обнаружили следов хищницы. Если так, то лучше затаиться. Авось повезет и глупые беспокойные двуногие пройдут мимо.

Рысь замерла на месте, слившись с пестрыми камнями. Только желтые глаза настороженно следили за двуногими, пока они не пропали из виду.

***

Погода стояла на удивление ясная. Только здесь, в горах Аян понял истинный смысл выражения «пить воздух». Сегодняшний утренний воздух был особенно прозрачным и чистым, его свежие струи гудящим потоком вливались в легкие.

— Смотрите, здесь, кажется, барс прошел, — сказал Даулет, показывая на кошачьи следы на снегу. — Или рысь.

— Действительно, крупные следы… — пробормотала Наргиз и сфотографировала отпечатки лап.

Когда они отошли выше по краю ледника, ветер задул с новой силой. Шли без связки, все трещины даже после вчерашнего снегопада хорошо просматривались. Вскоре они подошли к горе совсем близко.

Аян шел последним и невольно оглянулся назад. Трещины ледника разинули пасти, готовясь заглотить три крошечные палатки. Лоскутки блестящей ткани выглядели брошенными в затерянном снежном краю. Они словно звали людей назад, к себе. На мгновение Аян почувствовал, как страх сжал нутро ледяной рукой. Затем посмотрел вперед, на молчаливую гору, высящуюся перед ними. Нахмурил густые брови, подтянул сползающий рюкзак на плечах и решительно зашагал дальше.

Даулет напевал песенку, а Наргиз фотографировала пейзаж. Кристина шепталась с Сергеем, затем засмеялась и шлепнула его по руке. Аян остро ощутил свое одиночество и боль от расставания с Дианой.

Проходя мимо места, где откололся лед и сошла лавина, они поглядели на огромные куски снега, в беспорядке лежащие на леднике. Поневоле ускорили шаг.

Когда дошли до подъема на гору, на небе непонятно откуда поползли тучи. На минутку остановились передохнуть. Пик Суровый безразлично возвышался над ними. Аян подумал, что при желании гора их раздавит, как букашек, и даже не заметит этого.

Даулет поскользнулся на льду и упал на спину. Заскользил вниз и прокатился метров десять, шурша на снегу. Остановился, полежал немного и встал. Отряхнулся и пошел к группе, держась за поясницу.

— Ты в порядке? — спросил Сергей.

Даулет кивнул.

— Копчик отшиб чуток.

Аян проводил его взглядом. Ему показалось или нет? Может, это было предостережение горы от излишней беспечности?

— Хочешь идти замыкающим? — спросил Сергей, но Даулет покачал головой и упрямо встал в голове группы.

На основном подъеме по горе шли в связках. Сергей огибал попадающиеся трещины по краю. Наконец, добрались до отвесной стены. Сергей навесил перила, Даулет снова покачал головой:

— Обойдусь «кошками» и ледорубом.

И полез вверх.

Девушки начали подниматься вслед за ним, на жумарах, сначала Кристина, за ней Наргиз.

Сергей сверху глядел на Аяна.

— Давай, твоя очередь.

Аян не стал привередничать и тоже пошел на жумаре.

Они поднимались, пока не наткнулись на глубокую выемку в стене. Когда Аян вышел на нее, все уже сидели на камнях, тяжело отдуваясь.

— Не могу больше, — еле дыша, сказал Аян. — Далеко еще до вершины?

Небо потемнело. Пока они отдыхали, резко пошел крупный снег. Окрестности скрылись в густом тумане. Ветер пытался сорвать людей со стены, хватая ледяными пальцами. Веревки извивались на льду, как змеи.

— Какая у нас высота? — спросил Даулет, сунув в рот шоколадный батончик.

— Четыре восемьсот, — ответил Сергей, глянув на высотомер.

— Что-то погода немножко прохладная, — заметила Кристина.

— Дальше еще хуже будет. Может, ну его нафиг, этот челлендж? — спросил Сергей. — Погода реально нелетная.

— Ты с ума сошел? — спросила Кристина в ответ, а Даулет упрямо поднял голову.

Аян налил чай из термоса в крышку. От темной жидкости поднимался густой пар и рассеивался на ветру. Отпил с наслаждением сладкий терпкий напиток.

— Ладно, идем, — сказал Сергей и первым пошел на стену. Кажется, ему было стыдно за свое предложение. Аян посмотрел вниз. Они прошли довольно далеко. Наверное, уже половину пути.

Они одолели стену и обнаружили на маршруте огромную трещину. Метра в три шириной. Глубины ее утопали в темноте. Через нее природа перекинула несколько снежных мостов. Сергей подошел к одному, самому толстому, проверил. Даулет и Аян страховали его.

Сергей легко перебежал по мосту, подошел к стене на противоположной стороне, навесил веревку. Аян и девушки перешли мост за ним, самым последним пробежал Даулет. Он упорно отказывался идти на «перилах».

Снег облепил лицо. Аян задыхался. Он чувствовал, что за эти дни похудел килограмм на пять. А по ощущениям и вовсе на все двадцать.

Наргиз закашлялась.

— Берегите дыхание, — сказал Сергей и хлопнул на Аяна по плечу. Аян глянул на его осунувшееся лицо и отметил, черные круги вокруг глаз и обострившиеся скулы. Товарищу тоже пришлось несладко.

Стоят ли все их жертвы поставленной цели, спросил себя Аян. Надо ли тащиться в такую даль, в забытые Богом, безлюдные угрюмые края, похожие на арктические пустыни? И главное, из-за чего, чтобы несколько сотен людей нажали пальчиком на значок сердечка там, в сытом и спокойном городе, толком даже не посмотрев фотографии и видео? Может, я совершаю самую фантастическую глупость в своей жизни, спросил себя Аян и даже приоткрыл рот, готовясь сказать Сергею, что не пойдет дальше, а спускается вниз.

А потом закрыл, промолчал.

Потому что нашел правильный ответ. Нет, он идет наверх не ради лайков и восторженных комментариев в интернете. Ну, может, это тоже не помешает, со слабой улыбкой поправил он себя.

Но самое главное, он идет ради себя, ради проверки своих сил, ради того, чтобы доказать, в первую очередь, самому себе, что он способен это сделать. Ради того, чтобы ощутить вершину под ногами и понять, что он все-таки способен забраться на нее. Ради этих изумительных видов, десятой доли которых, как пел Высоцкий, внизу не увидишь за всю свою счастливую жизнь.

Аян ощутил, что сердце в груди заколотилось быстрее. Он встал, подтянул рюкзак и сказал:

— Ну что, пошли дальше?

Даулет тоже вскочил на ноги.

— Молодец, Аяха, так держать. До вершины рукой подать.

Все поднялись и приготовились идти. Аян хотел пойти впереди, но после некоторого колебания, пропустил вперед товарищей.

За трещиной шла стена. Никаких троп, ни справа ни слева. Взобраться на нее мог только опытный альпинист.

Сергей показал палкой в сторону. По узенькому карнизу можно попробовать обойти стену. Он пошел вперед, за ним Даулет, Кристина, Наргиз и Аян.

Снег шел сплошной пеленой. Дальше пяти метров вокруг ничего не было видно, одна белая мгла.

Стена уходила вверх и ее вершина скрывалась в тумане. Сбоку зияла широкая трещина, за ней склон горы, круто уходящий вниз. Ветер то и дело врывался в размеренно падающий снег, нарушал порядок, норовил столкнуть людей с тропинки.

Аян стряхнул снежинки с ресниц и хотел предложить идти со страховками, но не успел. Наверху послышался легкий шум, будто стрельнула маленькая хлопушка. И нарастающий гул.

Аян поднял голову и застыл на месте. Прямо на них со стены летели огромные массы снега и льда. Их было так много, что на мгновение все вокруг потемнело, как ночью. Одна из девушек, кажется, Наргиз, закричала.

А затем крик оборвался. На путников будто обрушился белый водопад. Аян прижался к стене и зажмурил глаза. Он слышал, как снег шуршал рядом, падал на тропинку с легкими хлопками и толкал его в плечи и спину.

Вскоре все прекратилось. Аян открыл глаза. Кроме него, рядом никого не осталось. Он почувствовал себя одиноким, как будто во всем мире не осталось никого, кроме него. В последний раз он ощутил такое после расставания с Дианой.