— Насколько я понял, — сказал Энгстед на прощание, — Элен находится в несколько угнетенном состоянии. Внешне она выглядит достаточно спокойно, но нервы ее напряжены до предела. В любой момент может случиться истерика.

Стив уехал. Я оставил входную дверь открытой, а сам вернулся в гостиную.

После отъезда Стива в доме установилась непривычная тишина. Мне даже стало не по себе. Пришлось налить еще виски.

Через четверть часа послышались шаги. Я вышел в холл. Дверь распахнулась, и появилась Эмма Лэнгдон. Она была в толстых шерстяных носках, и я догадался, что тетушка оставила свою летнюю обувь перед входом в дом. Старуха выглядела совершенно обессиленной, плечи поникли, лицо приобрело какой-то сероватый оттенок.

— Что с вами, тетушка Эмма? — с участием спросил я старую даму.

— Все в порядке. — Она без сил рухнула в кресло. — Просто устала. — Стянула с рук садовые перчатки, грязные, все в земле. — Но я все закончила! — с удовлетворением произнесла она. — Бог мой, сколько дней я надрывалась, как лошадь, но теперь все позади. Я очень довольна. И… — она замолчала, вопросительно глядя на меня. — Где Элен?

— С ней все в порядке. — Я никак не мог заставить себя сказать правду. — Сейчас она наверху, в своей комнате. Отдыхает.

— Это хорошо, — тетя Эмма слабо улыбнулась. — Этой ночью мы должны удвоить бдительность, если хотим спасти ее. Вы понимаете меня?

— Да, — промямлил я.

Некоторое время она смотрела как бы поверх моей головы, затем неожиданно спросила:

— А где Стив Энгстед?

— Уехал домой.

— Как уехал? — недоверчиво сказала Эмма Лэнгдон. — Как он мог! Да-а… — Она осуждающе покачала головой. — Только в беде можно узнать, кто истинный друг, а кто только притворялся таковым. Вы остались, чтобы защитить нас, мистер Бейкер, и я благодарю вас за это.

Поднявшись, она распахнула входную дверь и с брезгливой гримасой выбросила наружу грязные перчатки.

— Они мне больше не понадобятся.

Закрыв дверь, медленно подошла ко мне.

— Этой ночью, мистер Бейкер, мы обязаны победить или… или произойдет нечто страшное. Вы думаете, я волнуюсь? Нет. Как ни странно, я чувствую себя совершенно спокойной, хотя истекают последние часы этого решающего дня. Мы должны собрать свою волю в кулак и победить.

— У нас нет иного выхода, — преувеличенно бодрым тоном сказал я и, кашлянув, добавил: — Сделаю все, что только в моих силах. И…

Я замолчал, так как понял, что тетушка Эмма совершенно не слушает меня.

— Я выполнила то, что наметила… Мне больше ничего не остается, как ждать, — монотонным голосом сказала она. — Когда первые лучи солнца окрасят животворящим светом верхушки сосен, либо ведьмы будут праздновать победу, либо мы сотрем их с лица земли. Но в любом случае, мистер Бейкер, предстоит жестокая схватка, и от вас потребуется многое…

Высоко вздернув голову, она смотрела на меня, глаза воинственно сверкали, тройной подбородок дрожал. Затем полоумная старуха торжественно прошествовала мимо. Я почти физически чувствовал, как в ее воспаленном мозгу духовой оркестр играл боевой марш.

Уже взявшись за перила лестницы, она оглянулась и неожиданно спросила:

— Мистер Бейкер, вы случайно не в курсе, что миссис Робинс приготовила на обед?

— Э-э, не знаю, — я сокрушенно развел руками. — Но могу узнать.

— Понимаете, большая физическая нагрузка пробудила во мне зверский аппетит. Было бы замечательно, если бы миссис Робинс приготовила тушеное мясо или хотя бы жареные ребрышки. И все же… — Она замолчала и прислушалась. — Кажется, сюда кто-то едет. Встречайте гостей. — Вздохнув, она начала медленно подниматься по лестнице.

Я подошел к входной двери и приоткрыл ее. Действительно, издали доносился рокот мотора. Я посчитал за лучшее ретироваться и отправился на кухню.

Миссис Робинс мешала что-то в кастрюле. Увидев меня, она недовольно фыркнула. Я был бы крайне удивлен, если бы она сделала что-то другое, например, улыбнулась.

— Так вы все еще здесь? — недовольным тоном произнесла она.

— Могу я выпить чашечку кофе? — вежливо спросил я.

— Можете. — Она кивнула в сторону большого стола. — Через минуту все будет готово.

И вновь сосредоточила все свое внимание на плите.

— Айрис уже вернулась? — спросила экономка минуту спустя и поставила передо мной чашку с кофе.

— Во всяком случае я ее не видел.

— Думаю, она скоро появится. Вспыльчивая, строптивая, но очень отходчивая. Так-так! — Она замолчала, услышав, как хлопнула входная дверь. — А вот и она! Легка на помине.

Через пару минут Айрис зашла на кухню. Ее глаза удивленно расширились, но тем не менее особой злости в них я не увидел.

— Я так и думала, что ты до сих пор будешь торчать здесь. Именно по этой причине я попросила Алекса Вендовера приехать со мной. Он вышвырнет тебя из дома в два счета, можешь не сомневаться.

— Бог мой, дорогая! Неужели нельзя оставить мистера Бейкера в покое? — резко сказала миссис Робинс. — Вся ваша беда в том, что вы вечно даете волю эмоциям и совершаете тысячу глупостей и сумасбродств, о которых впоследствии жалеете. Мне ли не знать вас, Айрис! — Что удивительно, миссис Робинс вдруг стала моей защитницей и заступницей. — Он остался здесь по той простой причине, что я попросила его об этом. Неужели это непонятно? — и экономка уперла руки в крутые бедра.

— Попросила? — некоторое время Айрис с недоумением смотрела на экономку, потом весело рассмеялась. — А я-то думала, что подобные развлечения вас больше не интересуют. Ну и ну!

Два красных пятна вспыхнули на щеках порядочной женщины. Некоторое время она с возмущением смотрела на Айрис.

— Как вы можете! Айрис Лэнгдон, вам не стыдно произносить подобную пошлятину?!

— Я все могу! — буквально прошипела Айрис. — А сейчас займитесь своими непосредственными обязанностями и не суйте нос в мои дела. Я хочу, чтобы мистер Бейкер немедленно убрался отсюда. И он уберется, можете мне поверить! Алекс!

— Ах так! В таком случае я тоже уйду!.. Нет, поступим иначе! — Миссис Робинс схватила чугунную сковородку на длинной ручке и стала грозно надвигаться на Айрис.

Разинув рот, та с удивлением смотрела на разбушевавшуюся экономку, затем искоса взглянула на меня.

— Что ты с ней сделал, Ларри? — в голосе ее звучало неприкрытое удивление. — Неужели охмурил? Ну и дела…

— И как у тебя язык поворачивается говорить такое, Айрис, — раздраженно сказал я. — Миссис Робинс права: что за чушь ты несешь!

В кухне появился Алекс Вендовер. На его румяной физиономии играла заговорщическая усмешка. Он был в пиджаке спортивного покроя. Надутый, как индюк, Вендовер пыхтел в предвкушении предстоящего развлечения.

— Ха-ха! Так вы захотели получить еще один удар по челюсти, мистер Бейкер? Неужели вы не поняли, что сказала дама? Вон из этого дома! Или я вышвырну вас в два счета!

— Тогда вам придется иметь дело со мной, мистер Вендовер! — Миссис Робинс со своей сковородкой решительно двинулась к нему. — Если только вы посмеете распустить руки в отношении мистера Бейкера, то… — Она довольно профессионально взмахнула сковородкой на манер рыцаря, вооруженного тяжелым двуручным мечом.

— Миссис Робинс! — Вендовер ошарашенно глянул в сторону Айрис. — Какая муха вас укусила? Или в этом доме все помешанные?

Айрис в ответ пожала плечами.

— Я бы не удивилась… Что ж, Алекс, выставьте отсюда обоих.

Скрестив руки на груди, Айрис прислонилась к двери кухни и на лице ее появилось то выражение, какое бывает у зрителя, ожидающего начала забавного спектакля.

— Но я не могу ударить пожилую женщину! — запротестовал Вендовер.

— А вот я могу ударить вас, мистер Вендовер!

Миссис Робинс приподняла сковородку, давая понять, что без лишних раздумий обрушит ее на голову противника.

Тот испуганно попятился от разъяренной экономки, оказавшись в непосредственной близости от стула, на котором я сидел. В этот момент он совершенно забыл о моем существовании. Он не брал меня в расчет, и зря. Подонок с самого первого дня вызывал у меня чувство ненависти, и грех было не воспользоваться благоприятной возможностью. Я хорошо помнил, как Алекс Вендовер едва не сбил меня на дороге, заставив прыгнуть в канаву, заполненную грязью, а потом советовал мне держаться подальше от Айрис, как будто имел на нее какие-то права. Он издевался надо мной… Что ж, сейчас он поймет, в чем сила современного телевидения.

Вцепившись в стол и слегка отклонившись, дабы предоставить правой ноге максимум свободы действий, я резко выбросил ее вперед. Носок моего ботинка врезался в ногу противника дюймом ниже коленной чашечки. Послышался неприятный хруст, прозвучавший для моего уха сладкой музыкой.

Испустив дикий вопль, Вендовер грохнулся на колени перед экономкой. Та восприняла это как начало военных действий и со всего маху врезала Вендоверу чугунной сковородкой по голове. Раздался звук, чем-то похожий на удар гонга, и Вендовер, подавшись вперед, рухнул на пол. Несколько секунд он лежал неподвижно, затем сделал попытку приподняться, но смог всего лишь встать на колени. Глаза его то открывались, то закрывались, тело обмякло.

Вскочив со стула, я подошел к нему сзади и, схватив за воротник, потащил к выходу. Миссис Робинс шла следом, держа сковородку наготове.

К тому моменту, когда мы достигли холла, Вендовер практически пришел в себя и разразился такими отборными ругательствами, что я от удивления отпустил его воротник. Кто не удивился, так это миссис Робинс. Без лишних слов она приложилась сковородкой ко лбу Вендовера, и фонтан ругательств иссяк как по мановению волшебной палочки: Вендовер уткнулся носом в ковер.

Пролежав так с полминуты, он вновь сделал попытку подняться и громко охнул, когда оперся на ногу, по которой пришелся мой удар носком ботинка.

— Если вы немедленно уберетесь отсюда, — тоном, не терпящим возражений, заявила экономка, — то я обязуюсь больше не пускать в ход свое оружие! — Она помахала сковородкой перед носом незадачливого вышибалы.

— И не гоните машину на той скорости, с которой вы обычно носитесь по проселочным дорогам. Нам бы не хотелось, чтобы вы попали в аварию, — съязвил я.

Вендовер злобно зыркнул в нашу сторону налитыми кровью глазами, в которых светилась злоба и ненависть, и, не сказав ни слова, прихрамывая, двинулся к выходу.

Еще через несколько минут заревел двигатель его спортивной машины. Автомобиль сорвался в места и на предельной скорости помчался прочь от негостеприимного дома. По всей видимости, Вендовер поставил перед собой цель сломать шею на первом же повороте.

Я запер дверь и сделал шутливый реверанс в сторону миссис Робинс.

— Ваши действия были выше всяких похвал, — не кривя душой, сказал я.

— Ну что вы, — скромно отозвалась экономка. — Надеюсь, эта небольшая взбучка пойдет ему на пользу. Видимо, в детстве его так и не научили хорошим манерам.

Когда мы вернулись на кухню, я увидел, что Айрис сидит в кресле возле стены и плечи ее мелко подрагивают, а лицо спрятано в ладонях.

— Глазам своим не верю! — воскликнула миссис Робинс. — Никак вы оплакиваете этого мужлана? Да если бы я знала, что это может вас расстроить, Айрис, я бы приложилась к его голове еще парочку раз.

— Я? Оплакиваю? — каким-то придушенным голосом сказала Айрис и подняла глаза. Она действительно плакала, но явно не от горя. — Да за всю свою жизнь я не видела ничего более забавного. Когда Алекс упал перед вами на колени, а вы приложились к его макушке сковородкой, я… я…

Айрис буквально задыхалась от смеха, не в силах сказать даже слово. Примерно через полминуты, вдоволь нахохотавшись, она вновь заговорила.

— Да… Это лучший спектакль, который я видела когда-либо в жизни. Чего стоил один только мелодичный звук, когда сковорода соприкоснулась с головой! Вам цены нет, миссис Робинс. На соревнованиях по сковородкам вы бы с легкостью завоевали все призы, можете мне поверить.

Последовал новый взрыв смеха.

Некоторое время миссис Робинс, скорбно поджав губы, наблюдала за умирающей со смеху Айрис, затем повернулась в мою сторону.

— Мистер Бейкер, думаю, в сложившейся ситуации вам лучше всего отвести эту бестолковую мисс в гостиную и дать ей чего-нибудь выпить. Я вижу, она настоятельно нуждается в этом. Кажется, у нее истерика. Лично я ничего забавного в том, что здесь было, не нахожу.

Айрис, не дожидаясь приглашения с моей стороны, поднялась и направилась к двери. Плечи ее все еще содрогались от смеха.

К тому моменту, когда я закончил сбивать коктейль для «бестолковой мисс» (себе я плеснул щедрую порцию виски), она успокоилась уже настолько, что смогла принять бокал из моих рук. На губах Айрис так и играла ироническая улыбка, но истерического смеха уже не было.

Дождавшись, когда я усядусь в кресло напротив, Айрис сделала несколько глотков и медленно произнесла:

— Что ж, мистер Бейкер, я вынуждена капитулировать. Разрешаю вам остаться, раз уж вы обзавелись столь могущественной покровительницей. Битва, разыгравшаяся перед моими глазами, достойна кисти художника-баталиста. Это же надо, какое грозное оружие использовала наша домоправительница!

— Первый удар все же нанес некий Ларри Бейкер, — скромно заметил я, считая необходимым напомнить об этом.

— Конечно ты! Воспользовался тем, что Алекс совершенно забыл о твоем существовании, до смерти напуганный разъяренной миссис Робинс… Я сама, надо сказать, тоже ее испугалась. И тут ты врезал ему по ноге.

— Теория гласит, что нападать лучше всего в тот момент, когда противник теряет самообладание, — вполне резонно заметил я.

— Вообще-то я даже рада, что все так закончилось. Весь день я провела, отбиваясь от этого прилипалы. Алекс придерживается своеобразной тактики, когда ему надо соблазнить женщину. Главное — подойти к намеченной жертве как можно ближе. А уж потом все решает его вес. — Внезапно она замолчала, с тревогой глядя на меня. — Да, извини, Ларри, наблюдая за вашими боевыми действиями, я совершенно забыла о главном. Какой вердикт изрек мудрый психиатр в отношении Элен?

— Стив сказал, что внешне она выглядит совершенно спокойной, но на самом деле находится на грани нервного срыва, — осторожно заметил я.

— Он сам находится точно в таком же состоянии, — с усмешкой заявила Айрис. — Что касается Элен, то сестренка уже давно такая… несколько месяцев. Каждый уик-энд она мчится в Нью-Йорк, а возвратившись, бродит по дому, подобно привидению, и твердит, что ей все надоело. Так что великий психиатр ничего нового не сообщил.

— Энгстед высказал предположение, что Элен кто-то гипнотизирует, — я внимательно наблюдал за реакцией Айрис на мои слова.

— Гипнотизирует? — Она изумленно посмотрела на меня. — Чего ради кому-то понадобился гипноз? Что за чушь?! Это лишний раз подтверждает мои догадки: Стив прекратил активную практику врача-психиатра по той простой причине, что понял — он сам законченный псих. Скажи, Ларри, а где сейчас Элен?

— В своей спальне, насколько я понимаю. Заявила, что очень устала после ночных приключений, и теперь отдыхает.

— А тетя Эмма?

— Примерно с полчаса назад вернулась из сада и поднялась на второй этаж.

— Скажи, Ларри, ты по-прежнему думаешь, что именно я сделала эту идиотскую куклу и сунула ее в тарелку с водой, чтобы ночью Элен выскочила из дома и побежала к озеру топиться?

— Даже и не знаю, что сказать… — совершенно искренне ответил я.

— Вокруг меня — одни идиоты! — сердито воскликнула Айрис. — Господи, да чего ради мне губить собственную сестру? Что же касается тебя, то ты напрасно пишешь сценарии мыльных опер. Писал бы лучше сценарии фильмов ужасов. Как раз для тебя!

— Этим я тоже занимался… Айрис, давай поговорим серьезно и не будем злить друг друга. Существует некто, стремящийся принести вред Элен, — убежденно сказал я. — Тут двух мнений быть не может. Неужели тебя это ни капельки не волнует?

— Нет! — решительно отрезала Айрис. — Поверь, Ларри, это буря в стакане воды. Я живу здесь вот уже год, и никогда не слышала от тети Эммы ничего другого, как эти ее идиотские россказни о нечистой силе, ведьмах и тому подобном. Если кто-то и вылепил куклу, так это только она сама. И вовсе не для того, чтобы навредить Элен. Как же! Да она боготворит мою сестричку. Однако сделала фигурку и только для того, чтобы убедить нас всех, будто она говорит правду. Бедная старушка! — Голос Айрис заметно потеплел. — После смерти тети Сары она так и не смогла оправиться. Нормальной ее действительно трудно назвать. Может быть, в самом деле отправить бедную тетю в психиатрическую лечебницу?

— Я узнал, что она уже давно сумасшедшая… Как ты расцениваешь тот случай… Ну, в общем… Мне сказали, что тетушка Эмма пыталась ножом убить собственного мужа…

Айрис побледнела.

— Кто тебе это сказал?

— Миссис Робинс, — признался я. — Мы разговаривали с ней на кухне. Она объяснила мне, что над вашей семьей тяготит злой рок — психическое заболевание, которое проявляется в каждом поколении Лэнгдонов. Особенно ярко — у тети Эммы.

— Ну, старая сплетница! — Голос Айрис дрожал от ярости. — Это отвратительное вранье! Тетя Эмма была совершенно здорова до смерти сестры Сары. Никаких тайных заболеваний в нашей семье нет! Надо же такое выдумать!

Айрис буквально задыхалась от возмущения.

— Я отучу ее трепаться на каждом углу о скрытых болезнях и семейных тайнах… Я сейчас же пойду и разобью ее же сковородкой ее же тупую башку. Посмотрим, станет ли после этого миссис Робинс сообразительнее!

— Спокойнее. Не надо так горячиться, Айрис. Насколько я понимаю, миссис Робинс едва ли не единственный твой друг.

— Друг? — Надо было слышать, сколько сарказма и издевки вложила она в это слово. — Не оскорбляй меня, называя эту сплетницу моим другом!

Айрис залпом допила коктейль и пододвинула бокал.

— Сделай мне еще порцию. И побыстрее. Нет, я сейчас взорвусь! А еще лучше будет, если ты вылепишь еще одну куклу — на сей раз миссис Робинс, — чтобы я могла швырнуть ее в огонь.

Я остановился на полдороге, словно натолкнувшись на преграду, затем повернулся и внимательно глянул на Айрис. Она с вызовом встретила мой взгляд, но через некоторое время отвела глаза в сторону и облизала сухие губы.

— Все же я сумела вывести тебя из равновесия, — замурлыкала прежняя Айрис. — Неужели ты действительно думаешь, что куклу Элен изготовила я? А теперь, вдобавок, воображаешь, что я гипнотизирована мою младшую сестренку, готовя ее для Черной мессы. Ну и ну!

Айрис закрыла глаза и откинулась на спинку кресла. Некоторое время она молчала, затем тихо произнесла:

— Ларри, неужели ты в самом деле считаешь меня колдуньей? Тогда берегись моих чар… Вот сейчас щелкну пальцами и превращу тебя в отвратительную жабу.

— Мне кажется, наступило время выяснить правду, — медленно сказал я.

— Будешь пытать? — с иронией сказала она. — Огнем? Водой? Или ты предпочитаешь плетку?

Телефонный звонок избавил меня от необходимости отвечать.

Айрис встала, выругалась, но трубку тем не менее сняла.

Воспользовавшись паузой, я подошел к бару и смешал для Айрис еще один коктейль. Поставив бокал на столик, я принялся терпеливо дожидаться окончания разговора.

— Ларри, — прикрыв рукой трубку, Айрис одарила меня сладчайшей улыбкой, — какой сюрприз! Это Кэт Кванати. Она интересуется, не приедем ли мы к ней на вечеринку в Пулсейд. Кстати, сообщила, что купальники брать не обязательно. И вот еще что: Кэт говорит, что Труди Кирш там обязательно будет.

— Скажи ей, что у меня нет охоты, я сыт по горло вчерашними приключениями. Да и на голую Кэт я достаточно насмотрелся.

— Неужели? — некоторое время Айрис изучала меня, словно я был домашним котенком, вдруг проявившим несвойственную ему строптивость, затем, еще раз улыбнувшись мне, поднесла к уху телефонную трубку: — Дорогая, — промурлыкала она своим чарующим голосом, — я бы со всей душой, но Ларри меня не отпускает.

Ее смешок был способен превратить немощного старика в сексуального маньяка, а уж что касается меня, то я буквально задрожал от страсти. Я вспомнил все те штучки, которые ночью демонстрировала Айрис… А эта чертовка между тем продолжала:

— Разумеется, разумеется, все его планы на сегодняшний вечер связаны только со мной. И он особо просил передать тебе, что сыт по горло всякими ведьмами, а уж что касается Труди Кирш, то он на нее даже смотреть не хочет. Да-да, так и сказал. Слово в слово. Я ничего не перевираю. И вот еще что, дорогуша, хочу пожелать тебе, чтобы Гарри достаточно быстро накачался виски до обычного своего состояния и ты смогла отлично повеселиться… Что же касается меня, то я к этому приступлю прямо сейчас. Можешь не сомневаться… Еще раз прими мои извинения по поводу того, что мы не сможем приехать к вам. До встречи.

Положив, трубку, Айрис вернулась в кресло. Глаза ее приобрели мечтательное выражение. Взяв со столика бокал с коктейлем, она сделала несколько глотков, заурчала, как сытая кошка, и весело сказала:

— Кэт разговаривала со мной весьма раздраженным тоном. С чего бы это? Уж не имела ли она виды на тебя, Ларри? Ну и ну! Давненько она не бывала так сердита. Разыграю ее при встрече. Как ты находишь мою мысль, Ларри? Думаю, эта дурища вполне заслуживает трепки. Конечно, Кэт — человек из нашей компании, но я никому не позволю разговаривать со мной таким тоном.

Айрис вновь приложилась к бокалу с коктейлем. Я решил идти ва-банк и, внимательно глядя на Айрис, сказал:

— А вдруг сегодня Кэт намерена собрать всех ведьм в округе? Вот она и обозлилась, когда получила отказ. Что за шабаш без тебя, главной и самой изобретательной ведьмы? По-моему, это самая простая причина… На месте Кэт я бы и не так разозлился.

Айрис нахмурилась.

— Знаешь, Ларри, твои шуточки звучат как-то уж слишком серьезно, — медленно произнесла она, поставив бокал на столик. — Похоже, ты тщательно подбираешь каждое слово, прежде чем произнести фразу. Что-то здесь не так… — Некоторое время она испытующе смотрела на меня, потом неожиданно спросила: — Ты не можешь рассказать мне, как вы с Элен познакомились? Я имею в виду вашу первую встречу. Что-то здесь нечисто… Уж слишком часто Элен ездила в Манхэттен…

— Мы с Элен встретились два дня назад в баре отеля, — буркнул я. — Кому, как ни тебе, это прекрасно известно. Именно там я увидел Элен в первый раз. Мне бросились в глаза ее розовые волосы. Согласись, такую прическу не каждый день встречаешь, пусть даже и в Манхэттене. А вообще, в тот момент мне твоя сестра показалась ужасно миленькой. Скорее всего, в этом было виновато виски. Я надрался в тот вечер изрядно… Это была непростительная глупость с моей стороны. Да и мой друг Борис Сливка хорош! Бросил меня на произвол судьбы. Как подумаю, чем он там сейчас занимается без меня…

— А ты не врешь? — Айрис взяла в руки бокал. Под ее взглядом я опустил глаза, словно на самом деле был знаком с Элен уже черт знает сколько времени. — У меня появилось подозрение, не водите ли вы меня за нос… Может быть, вы старые любовники? Иначе по какой это причине Элен каждый уик-энд уезжает в Манхэттен? Мне это кажется странным.

— Ты не права, — поспешно ответил я, честно глядя ей в глаза. — Я действительно полузнаком с твоей сестрой. Все так, как я рассказал. Да и чего ради мне врать?

— Чего ради? — Она надолго задумалась. — Я просто анализирую то, что произошло сразу же после твоего появления в «Уотерс Мит». Начнем по порядку. Только вчера ты познакомился со Стивом Энгстедом и моментально стал его другом. Стив не из тех людей, с которыми можно так быстро сойтись. Или он, или ты — короче, один из вас, а может, оба — преследуете какие-то, пока не понятные мне цели. Вторая странность. Той же ночью Элен выбежала из дома с явным намерением утопиться. Но, вот что поразительно, ты удивительно вовремя оказался рядом и сумел ее спасти. Я не вчера родилась и понимаю, что вероятность такого совпадения чрезвычайно низка. Тетя Эмма твердит, что твои глаза излучают солнечный свет, словно ты — ангел, спустившийся с небес, а миссис Робинс настолько очарована тобой, что, защищая тебя, избила беднягу Алекса сковородкой. Я впервые видела ее в таком состоянии, а эту женщину я знаю довольно неплохо. Пойдем дальше. Вся та ерунда, которую тетя Эмма несла на протяжении целого года, вдруг приобрела все признаки реальности, а мне — и это самое странное — во всем этом спектакле отведена роль врага. Я — обыкновенная женщина днем, а по ночам превращаюсь в злобную ведьму. Это настолько нелепо и противоестественно, что даже не смешно. Да будет тебе известно, что я знакома со Стивом уже довольно продолжительное время, но ты сумел настроить его против меня за считанные часы. И в этом тоже большая странность, так как до этого он относился ко мне вполне терпимо. Весь этот год Элен вела себя достаточно разумно, но в настоящий момент, если я тебя правильно поняла, у нее вот-вот поедет крыша.

Айрис сделала еще несколько глотков. На лицо ее набежала тень, глаза потухли.

— И все это, Ларри, — особо обрати внимание — началось сразу же после твоего приезда сюда вчера утром. Уж не являешься ли ты своего рода катализатором всех этих непонятных процессов? Что на это скажешь? Надеюсь, я достаточно доходчиво обрисовала тебе положение, которое возникло сразу после твоего появления здесь?

— Яснее некуда, — пробормотал я. — Но, поверь, ко всей этой чертовщине я не имею ни малейшего отношения. Что же касается Стива Энгстеда, то здесь, без сомнения, ты права. Я и сам удивлен его отношением ко мне. — Я улыбнулся, глядя в глаза Айрис, но она никак не отреагировала на жест доброй воли с моей стороны. — Возможно, и без моего участия все шло к финалу. — Я пожал плечами. — А мой приезд сюда — не более, чем случайное совпадение. По крайней мере, я думаю, что это случайное совпадение, а не чей-то злой умысел. Не хочется верить в то, что в этом доме все же обитает нечистая сила.

— Я слушала тебя и думала: чей это знакомый голос? А потом поняла: голос змея-искусителя, покорившего прародительницу Еву сладкими речами! — Айрис наконец-то весело засмеялась. — Но, учти на будущее: ты все же не змей, а я не Ева, и тебе не поддамся.

— И все же надеюсь, я не нарушаю твоих планов? — невинным тоном сказал я. — Не далее, как сегодняшней ночью ты сама назвала себя ведьмой и пообещала околдовать меня. Должен признаться, тебе это удалось. Я капитулировал перед неотразимыми чарами. Ночью ты была бесподобна.

Айрис стала серьезной.

— Я тоже люблю пошутить, Ларри, но не сейчас. Ну как мне убедить тебя, что не по моей вине в доме творится вся эта чертовщина! Плохо то, что я унаследовала этот дом на совершенно определенных условиях. В противном случае я давно бы продала его и уехала подальше от этих мест. Но пока что не в моих силах что-либо изменить. На протяжении года я как-то контролировала ситуацию и взаимоотношения между теми, кто живет здесь, а это, можешь мне поверить, было очень и очень нелегко. И вот за несколько часов ты сумел все разрушить.

Она отставила бокал и в упор глянула на меня.

— По-дружески предупреждаю тебя, Ларри: прекрати свою кипучую деятельность. Или же мне придется принять контрмеры. Надеюсь, ты уже достаточно знаешь меня, чтобы догадаться, какие именно. Или урок, преподанный тебе вчера вечером, не пошел впрок? Учти, я могу придумать что-либо почище.

— С тебя станется, — холодно ответил я. — Но должен предупредить: при случае я постою за себя. Я уже более или менее знаком с тобой и знаю, чего от тебя ожидать.

— Надеюсь, ты понял, что я принадлежу к непредсказуемым натурам, готовым в любой момент пуститься во все тяжкие. Вспомни хотя бы тот момент, когда я сумела натравить на тебя Хилларда. — Она улыбнулась. — Никогда не забуду твое лицо, когда кулак Хилларда врезался тебе в живот. Так вот, это было всего лишь дружеское предупреждение. Но если ты и дальше будешь вставлять мне палки в колеса, неприятности, и прошу особо отметить, крупные неприятности посыплются на тебя, как из рога изобилия. То, что сделал с тобой Хиллард, ничто в сравнении с тем, что я организую, если ты и дальше будешь строить козни против меня. Невзирая на мой вздорный и взбалмошный характер, у меня здесь очень много друзей, с которыми ты еще даже не встречался. Они посчитают за честь выполнить мою просьбу. Некоторые совершенно беззастенчивы в выборе средств. Должна сказать, что ты будешь поражен, как легко на наших узких извилистых дорогах угодить в автомобильную аварию, а уж про лес я вообще и не говорю… Так что стать жертвой несчастного случая в каком-нибудь укромном уголке — проще простого.

Она вдруг дружески улыбнулась, что явилось резким контрастом с только что произнесенным монологом. Я даже вздрогнул от неожиданности. Айрис между тем продолжала:

— Так почему бы тебе не принять меня такой, какая я есть? Перестань строить в отношении меня свои далеко идущие планы. Поверь, все, что ты думаешь обо мне, лишено всякого смысла. Я еще раз повторяю тебе это. Почему бы тебе не расслабиться и приятно провести оставшуюся часть уик-энда? Кстати, должна сказать, вчера я получила огромное удовольствие, занимаясь с тобой любовью. Мы в любой момент можем все повторить. Я даже могу продемонстрировать тебе парочку особых трюков, которые вычитала в книге о сексе. Или вот еще… Помнишь, я рассказывала тебе о порнографическом журнале, подаренном мне Вендовером? Там тоже было много интересного. Так что, уверяю, мы великолепно проведем время.

— Айрис, как ты меня разочаровала, — с огорчением сказал я. — Еще несколько минут — и я решу, что имею дело просто с пошлой женщиной. Хотя мне многое о тебе рассказали, но все же действительность значительно хуже. Чего доброго, ты еще предложишь мне деньги!

Не моргнув и глазом, Айрис допила коктейль. Но по тому, как резко побледнело ее лицо, я понял — мои слова достигли цели. Поставив бокал на столик, Айрис поднялась и вдруг отвесила мне полновесную пощечину. Это было проделано так быстро, что я даже не успел среагировать. Да, сразу стало видно, что бил меня непревзойденный мастер: моя щека сразу запылала. Круглыми от удивления глазами я смотрел на Айрис.

— О’кей, мистер Бейкер! — злобно прошипела она, затем обворожительно улыбнулась. — Насколько я понимаю, ты именно этого добивался. Так что уж извини.

Она вышла из гостиной, громко хлопнув дверью.