Где же Драго? Джесс постоянно смотрела на часы, и ее напряжение возросло, когда она увидела, что уже без десяти восемь. В любую минуту начнут прибывать гости, ожидая, что их встретит хозяин. «А вместо этого к ним выйдет хозяйка, манеры которой оставляют желать лучшего», — подумала она, почувствовав очередной прилив волнения из-за предстоящего вечера. К счастью, дворецкий Драго Франческо сохранял свое обычное хладнокровие и сообщил, что прислуга закончила все приготовления.

Выйдя из своей спальни, в которой она так и не спала за время своего нахождения в замке, Джесс прошла в хозяйские комнаты и с облегчением увидела, что Драго идет в гостиную из своей спальни.

— Вот ты где!

Ее облегчение сменил гнев, когда она увидела, что он спокойно надевает запонки, как будто у него уйма времени.

— Где ты был? Я безумно волновалась.

Он поднял брови.

— А что такое, сага? Не знал, что тебя это волнует, — произнес он протяжно.

— Я хочу сказать, что переживала, что ты не поспеешь вовремя.

Она замолкла, удивленная его настроением и тем, что он явно избегает ее взгляда.

— Тебя задержали в госпитале? Как Анджело?

— Он в порядке.

Осознав, что говорит холодным тоном, Драго добавил:

— Мы поговорим о нем позже.

Внезапно он улыбнулся, а Джесс ощутила знакомую слабость в коленях, когда он медленно обвел ее взглядом.

Его голос зазвучал мягче:

— Ты потрясающе выглядишь, mia bella. Платье очень тебе идет.

Она покраснела, чувствуя глупое смущение.

— Я никогда ничего подобного не носила.

Длинное фиолетовое платье, которое Джесс обнаружила в шкафу, когда отправилась переодеться для вечера, было потрясающим; обманчиво простой дизайн подчеркивал ее хрупкую фигуру, а бретели, украшенные стразами, и узкий ремень придавали платью шик. Одна из служанок помогла ей уложить волосы в гламурный шиньон.

Босоножки на высоких шпильках делали ее еще выше, и, когда Джесс посмотрела на свое отражение в зеркале, она была поражена своим элегантным видом.

— Это платье тоже из коллекции «Касса ди Кассари»?

— Нет. Я попросил дизайнера Умберто Торро сделать его специально для тебя. А это будет отличным аксессуаром к платью.

Подойдя к ней, Драго что-то достал из кармана. Джесс воскликнула, увидев ниточку сверкающих бриллиантов, перемежающихся квадратами сапфиров.

— Я не уверена, что смогу это надеть. А что, если я это потеряю? — сказала она, занервничав. По спине у нее прошла легкая дрожь от его дыхания, пока он застегивал украшение у нее на шее.

— Конечно, не потеряешь, — сказал он и развернул ее к зеркалу.

У нее перехватило дыхание при виде блестящих на коже камней.

— У меня чувство, будто я оказалась в сказке, — прошептала Джесс, глядя в отражение на прекрасную женщину, в которой она с трудом узнавала себя, и на темноволосого невероятно привлекательного мужчину, стоящего позади.

Она вновь задрожала, когда Драго наклонил голову и провел губами вдоль ее нежной белой шеи. В зеркале она видела знакомый блеск в его глазах и вся растаяла при мысли, что он хочет ее.

Он повернул ее к себе, но вместо того, чтобы поцеловать, чего она очень хотела, он отступил от нее и провел рукой по волосам.

— Джесс… нам надо поговорить.

Сбитая с толку тем, что он явно не в своей тарелке, она тихо произнесла:

— О чем?

Он выругался, услышав стук в дверь, и пошел открывать. Быстро переговорив с дворецким, он посмотрел на Джесс и сказал напряженно, рассерженный тем, что их прервали:

— Франческо говорит, что кое-кто из гостей уже приехал. Нам нужно спуститься вниз и встретить их.

Ее приемная мать любила выражаться поговорками. «Из рогожи не сделаешь сыромятной кожи — вот что подходит как нельзя лучше», — думала Джесс позже вечером. Благодаря платью от-кутюр она не выглядела нелепо среди роскошных женщин из числа гостей. Но очень быстро стало понятно, что она не вписывается в утонченный и сложный мир богачей, к которому принадлежал Драго.

Ужин был просто кошмарным; она не знала, для каких блюд подходят разные приборы, и ей удалось опрокинуть бокал вина на соседа за столом. Один из официантов быстро разобрался с происшествием, однако все взгляды за столом были прикованы к ней, и она была готова умереть от смущения.

Тот факт, что гости говорили по-английски, не облегчал задачу, поскольку, когда они обсуждали политику, последние новости и искусство, она с трудом могла придумать, что сказать.

Она ничего не знала про оперу, никогда не каталась на лыжах в Аспене или где бы то ни было еще, а ее ответ на вопрос о профессии вызвал неловкое молчание, когда она сказала, что управляет компанией по отделке домов.

Она мрачно думала, что лучше бы Драго провел прием без нее. И потому, как он избегал ее весь вечер, она решила, что он тоже так думает. Когда подали коктейль, он затерялся среди гостей и не обмолвился с ней и словом. За ужином, сидя напротив нее за столом в окружении двух красивых женщин, он почти не обращал на нее внимания. Когда подали кофе и птифуры, он погрузился в задумчивое молчание, и мрачное выражение его лица останавливало любые попытки приблизиться к нему.

— Конечно, нет ничего удивительного в том, что хозяин выглядит мрачно. — Женщина, сидящая рядом с Джесс за столом, шепотом прокомментировала недовольный вид Драго.

— Что вы имеете в виду? — Она украдкой посмотрела на элегантную жену главного финансиста Драго, которая представилась как Тереза Петронелли.

— Думаю, любому мужчине будет неприятно видеть фотографию своей экс-невесты, ее мужа и двоих детей, которые выглядят как образцовая семья, на главной странице самого популярного журнала. Для Драго — это удар в зубы, болезненное напоминание о том, что он потерял.

Джесс была поражена.

— Хотите сказать, что он был помолвлен?

— На прекрасной Виттории, которая просто великолепна на этом фото в еженедельнике «Жизнь», — подтвердила Тереза. — Драго был помолвлен с ней несколько лет назад, и родители Виттории организовали пышную свадьбу. Но по непонятным причинам отношения закончились. Ходили слухи, что Виттория попала в больницу, но неизвестно, было ли это как-то связано с разрывом. Папарацци охотились за Драго, чтобы узнать подробности, но он не сказал ни слова. Я часто думаю, что Драго намного больше переживал из-за разрыва, чем утверждал, — доверительно сообщила Тереза. — Отец Виттории граф. Сама она красивая и хорошо воспитанная девушка, она была бы прекрасной женой Драго, но пару лет назад она вышла замуж за швейцарского банкира и только что родила второго ребенка.

Джесс вспомнила, что это был тот самый журнал, который выпал у нее из сумки. Сначала она не поняла, почему Драго так помрачнел, когда просматривал его, но со слов Терезы ясно, что он был расстроен, увидев фото бывшей невесты, которая вышла замуж за другого и счастлива.

Возможно, Виттория и есть та женщина, которую он когда-то любил. Любит ли он ее до сих пор? По непонятным причинам она почувствовала острую боль в груди, как будто ей в сердце воткнули нож. Она посмотрела на него через стол и покраснела, заметив, что он внимательно наблюдает за ней.

Внезапно он наклонился вперед, поймав ее взгляд:

— Тебе нравится вечер?

Уязвленная его равнодушием в течение всего вечера, она не нашла причины, почему ей следует вести себя тактично.

— Не особо. Я чувствую себя не в своей тарелке среди этих шикарных людей. Я привыкла к другим вечеринкам — барбекю под дождем и жареной колбасе, соревнованиям рабочих, кто больше выпьет пива. А здесь мне не место. — Она отвернулась, пряча глупые слезы, когда неслышно добавила: — С тобой.

Драго нахмурился:

— Это неправда. Конечно, тебе здесь место. Ты моя гостья.

— Я твоя пленница, которую подозревают в том, чего она не совершала, — сказала Джесс со злостью. К счастью, Тереза Петронелли беседовала с другим гостем и не слушала ее разговор с Драго.

Он иронично посмотрел на нее.

— Уверен, что такая находчивая девушка, как ты, легко нашла бы способ уехать из Италии, если бы по-настоящему захотела. И это наводит меня на мысль, что ты хотела остаться со мной, — медленно произнес он.

— Конечно же, я хочу уехать, — отрезала Джесс, разгневанная его предположением. — Но благодаря тебе мой паспорт на дне канала.

— Благодаря мне? Я ничего не мог поделать с твоим безумным спуском со второго этажа — кроме как поймать тебя, когда ты упала. Не обманывай себя, сага. Ты осталась, потому что тебе нравится то, что ты чувствуешь со мной, — заключил он глубоким, сексуальным голосом, который, подобно бархату, ласкал ее слух.

Она уставилась на него, почувствовав, как внутри у нее все сжалось. Он выглядел невероятно красивым в вечернем костюме и белой шелковой рубашке. Горящие на столе свечи отбрасывали тени на его лицо и подчеркивали мужественные черты, а темные волосы падали ему на лоб. Джесс поборола желание прикоснуться к ним пальцами.

Она осталась, потому что влюбилась.

Джесс сглотнула, когда неожиданная догадка пронзила ее, и она поспешно опустила ресницы, боясь, что он прочтет ее мысли. Она обдумала свою мысль и неслышно застонала над своей глупостью. Ее воображение заполнили образы того, как они гуляют рука об руку по улочкам Венеции, ужинают при свечах в «Траттории Мариса», где он обычно расслабляется после напряженного дня, и беседуют о пустяках — в общем, занимаются обыденными для любовников вещами. А под маской их дружбы скрывалось невероятное сексуальное притяжение, которое разгоралось в тот момент, когда он брал ее на руки, чтобы подняться наверх и заняться с ней любовью с той страстью и неожиданной нежностью, которая утоляла одиночество внутри ее.

К ее облегчению, один из гостей встал, чтобы произнести тост в честь председателя «Касса ди Кассари». Обычно это означало окончание вечера, и, воспользовавшись суматохой собирающихся уезжать гостей, Джесс ускользнула наверх. По привычке она прошла прямо в комнаты Драго, но, подходя к его спальне, остановилась и посмотрела на себя в зеркало. Она прекрасно выглядела в этом чудесном платье, но не была похожа на Джесс Харпер, которая управляет отделочной компанией, привыкшей носить рабочую форму. Настало время покончить с этим безумием. Она думала, что ее отношения с Драго будут вполне безобидными, но она совершила величайшую глупость, влюбившись в него, и теперь нужно прекращать их отношения.

Головная боль, которая началась еще раньше, переросла в ноющее ощущение в черепе, и Джесс снова почувствовала дурноту. Возможно, она подхватила вирус, потому что в последние дни ощущала слабость. Сняв с волос шиньон, она почувствовала небольшое облегчение и, расчесав волосы, расстегнула ожерелье, думая, куда бы его положить. Оно, должно быть, стоит целое состояние. Драго, скорее всего, хранит его в сейфе, но она решила положить его в ящик прикроватного столика.

Его паспорт лежал поверх каких-то бумаг. Она осторожно опустила ожерелье в ящик, но ее внимание все еще было приковано к паспорту — который, к ее удивлению, оказался английским, а не итальянским. Любопытство взяло верх. Через мгновение она открыла его и застыла в удивлении. Это невозможно! Ее паспорт лежал в рюкзаке, который теперь на дне канала. Уставившись на собственное фото, она стояла в полном замешательстве.

Звук закрывшейся двери заставил ее обернуться. Положив паспорт, она беспомощно произнесла:

— Не понимаю, почему мой паспорт в твоем ящике?

— Я вытащил его из рюкзака, когда ты приехала в замок, — лаконично ответил Драго. — Мне казалось, что это самый верный способ, оставить тебя в Италии, пока я не удостоверюсь, что тебе можно уехать.

— Но ты прекрасно знал, что я хотела сделать новый паспорт. — Терпение Джесс лопнуло. — Как ты посмел обманывать меня? — Она горько рассмеялась. — Хотя чему я удивляюсь? Я привыкла к мужчинам, которые мне лгут. Ты такой же, как Себ, — коварный и властный…

Ее голос дрогнул, когда она поняла, что Драго не верит ей. Как могла она думать, что они стали друзьями и любовниками, пока она была в Венеции? К ее ужасу, она почувствовала, как по ее щеке скатилась слеза. Она со злостью смахнула ее. Гордость — это все, что осталось у нее, поэтому она расправила плечи и посмотрела на него.

— Ты несправедливо обвинил меня и нечестно обошелся со мной. Я понятия не имею, куда подевались деньги твоего кузена…

Она оборвала себя на полуслове, когда Драго пересек комнату и подошел к ней, в его глазах светилось незнакомое выражение.

— Я знаю, — сказал он хрипло. — Память вернулась к Анджело, и он мне все рассказал. Вот почему я задержался в госпитале.

Это было уже слишком. Джесс опустилась на кровать.

— Ты хочешь сказать, что он вспомнил, куда пропали его деньги? Так почему ты мне сразу ничего не сказал, вместо того чтобы избегать меня за ужином? — потребовала она, не в силах сдерживать дрожь в голосе.

Драго медленно выдохнул. Он всегда уважал себя за способность хорошо разбираться в людях, но он сильно ошибся на счет Джесс и не знал, как выйти из положения.

— Я прошу прощения, — сказал он хрипло. — Я не знал, что тебе сказать. Мне за многое придется извиниться, так что я просто не знаю, с чего начать. Анджело инвестировал деньги в золотой прииск, — продолжил он через минуту. — Звучит глупо, я знаю, — произнес он, когда увидел удивление на лице Джесс. — Когда учился в Лондоне, он встретил людей, которые рассказали ему о возможности инвестировать деньги в прииск на западном побережье Австралии. Владельцы уверяли, что там большие залежи золота, и им нужны деньги, чтобы начать добычу. Анджело убедили, что инвестиции выгодны и что, как только прииск заработает, он утроит свои вложения, поэтому он начал действовать, ничего не обсудив со мной.

Через несколько месяцев он понял, что его одурачили. Все предприятие оказалось аферой, которую организовали мошенники. Вместо того, чтобы обратиться за помощью, Анджело пропал из виду. Ему было так стыдно, что он не мог вернуться домой. У него не было денег, но, к счастью, ты дала ему работу и крышу над головой. Он признался, что очень боялся обо всем мне рассказать. Он сказал, что я был слишком властным, и хотел доказать, что тоже может преуспеть в бизнесе и произвести на меня впечатление. — Он поморщился. — Все эти годы я заботился о нем и старался заменить ему отца. Я понятия не имел, что он в обиде на меня.

Джесс услышала боль в его тоне и не могла не посочувствовать.

— Уверена, что он не обижается на тебя, — мягко сказала она. — Ему просто нужно найти себя в жизни.

— Он не хочет занять место в компании «Касса ди Кассари». Он хочет стать профессиональным музыкантом, — пробормотал Драго. — Лучше бы он рассказал мне об обмане. Это помогло бы избежать многих проблем. Когда тетя Доротея узнала, что он снял все деньги со счета, ему ничего не оставалось, как сказать, что он отдал их своей английской подруге — Джесс Харпер. Естественно, тетя была обеспокоена и попросила меня разузнать все о тебе.

— А когда ты узнал, что меня обвинили в мошенничестве, ты решил, что я каким-то образом выманила деньги у Анджело, — сухо сказала Джесс. Она покраснела, когда Драго сел на кровать рядом с ней. Мускусный аромат его лосьона после бритья дразнил ее. Ее охватил стыд за то, что, даже зная о его невысоком мнении о ней, ему удалось ее соблазнить.

Драго взглянул на бледное лицо Джесс и почувствовал вину за свое отношение к ней.

— В конце концов, Анджело решил сознаться во всем. Но, направляясь домой, чтобы во всем мне признаться, он попал в аварию. Я подозревал тебя, потому что однажды меня тоже обманули, — сказал он мрачно. — Когда я был в таком же возрасте, что и Анджело, мои отец и дядя погибли, и я занял мес то председателя «Касса ди Кассари». Я был молод и решил доказать, что я достойная замена своему отцу. Я был воодушевлен возможностью инвестиций в Россию — хотя, если быть честным, меня больше впечатлила экзотичная красота русской женщины, которая убедила вложить крупную сумму денег, принадлежащих «Касса ди Кассари», в ее компанию, — добавил он с иронией. — Наталья, должно быть, хорошо посмеялась надо мной, но, когда она исчезла с несколькими миллионами фунтов стерлингов, совету директоров было совсем не весело.

Я винил себя за то, что оказался таким дураком, и работал как проклятый, чтобы вернуть эти деньги. Мне преподали неплохой урок, и с тех пор я стал очень недоверчивым. Признаю, что твое криминальное прошлое вызвало во мне подозрения. Но когда я увидел тебя в твоей квартире… — Он замолчал и потряс головой при воспоминании об их первой встрече. — Ты свела меня с ума, — глухо сказал он. — Одного взгляда было достаточно, чтобы потерять голову. Я жутко ревновал, думая, что ты любовница моего кузена. Нетрудно было поверить, что и Анджело был одурачен красивой женщиной. Но очень скоро я стал сомневаться в своей правоте. Ты была так добра к Анджело и проводила с ним в госпитале много времени, пытаясь помочь ему все вспомнить. Тебя не тревожило, что память вернется, скорее ты была уверена в том, что Анджело тебя оправдает, что он и сделал прошлым вечером.

Посмотрев ей в глаза, Драго с чувством произнес:

— Я верю, что Локсли обманул тебя и ты ни в чем не виновата. Вскоре после того, как привез тебя в замок, я стал сомневаться, что тебе что-либо известно о деньгах Анджело.

Поймав ее недоверчивый взгляд, он поморщился:

— Я понимаю, что ты не веришь мне.

— Ты украл мой паспорт, — сказала она резко. — Почему я должна тебе верить?

Он отвернулся и произнес тихим голосом:

— У меня была причина, по которой я хотел, чтобы ты осталась, и которая не имеет отношения к Анджело.

Джесс нахмурилась, удивленная внезапным напряжением, которое было заметно по его плотно сжатому рту.

— Какая причина?

Драго и сам себе задавал тот же вопрос много раз, но не находил ответа. Он не совсем понимал, что испытывает к Джесс. Все, что он знал, — это то, что подобного он не испытывал ни к одной из своих любовниц. Он пытался убедить себя, что все дело только в великолепном сексе, но глубоко внутри понимал, что есть нечто большее, что он не в силах игнорировать. Он не был готов анализировать свои эмоции, но пора было действовать — если не хочет, чтобы Джесс улетела в Лондон со следующим рейсом, он должен что-то предпринять.

Драго заглянул в зеленые глаза Джесс и заметил ее замешательство.

— Я не хочу терять тебя, — сказал он тихо. — Все еще не хочу.

Его хриплый голос заставил ее сердце забиться. Он хочет сказать, что их отношения — нечто большее? Что она что-то значит для него?

Она сглотнула.

— Не понимаю. Память вернулась к Анджело, и ты знаешь, что я не имею отношения к его наследству. — Она удрученно посмотрела на свой паспорт, который держала в руках. — Почему я не могу уехать?

— Ты знаешь почему, сага. Я тоже это чувствую.

Это было единственное, в чем Драго был уверен. Нечто необъяснимое, что заставляло его думать о ней все время, и Джесс, как он верил, испытывала то же самое. Он видел это по тому, как освещалось ее лицо при встрече, по ее сонной и сексуальной улыбке по утрам, когда она просыпалась в его объятиях.

— Я никогда ни одну женщину не хотел так, как хочу тебя, mia bella.

Он мягко провел подушечкой пальца по ее нижней губе.

— Я хочу, чтобы наши отношения продолжились.

Сердце Джесс забилось так, что она испугалась, что он заметил это, когда коснулся ее как раз под грудью. Она была удивлена его желанием продолжить отношения. Он не давал никаких обещаний, но биение сердца заглушило голос разума внутри ее. Драго хочет ее, и не важно, как долго это продлится.

Но реальность проникла в их сказку. Как может она продолжать отношения, когда ей необходимо вернуться в Лондон и заняться своим бизнесом? Она была уверена, что отношения на расстоянии вскоре наскучат Драго. А что, если он предложит ей переехать в Венецию? Она будет полной дурой, если бросит бизнес ради сомнительных отношений, которые закончатся через несколько месяцев, — хотя мысль, что ей придется оставить его и никогда больше не увидеть, разрывала ей сердце.

Мысли бешено проносились в голове Джесс. Она хотела спросить Драго, что он имеет в виду под продолжением отношений и как это будет выглядеть, но боялась услышать его ответ. Если он скажет, что она должна все бросить в Лондоне, она боялась, что согласится.

Взволнованная его близостью, она встала с кровати. Комната поплыла у нее перед глазами, голова снова начала кружиться — словно она вновь каталась на тон карусели на ярмарке, на которую взяла ее воспитательница из приюта много лет назад.

Ей стало и жарко, и холодно одновременно, и она услышала, как Драго зовет ее по имени, проваливаясь в темноту.