Через неделю Калиста стояла перед зеркалом в своей спальне во дворце. Она побаивалась, что Ксеркс заставит ее ночевать в его спальне, но он этого не сделал.

Он сказал ей, что ради приличия они должны поддерживать иллюзию любовного романа. Они договорились об этом, чтобы оградить ее от любого негативного общественного мнения, и она знала, что будет лучше жить с Ксерксом в отдельных апартаментах. Но последние пару ночей скучала по нему.

Он работал со своим братом и прессой. Скандал, связанный с его неудачной помолвкой с Элени, и слухи о его любовной связи с дворцовой телохранительницей немного утихли. Конечно, в СМИ смаковали сплетни о второй официальной вечеринке по случаю помолвки Ксеркса, на которой он представит свою новую невесту жителям Аксиоса.

Все просьбы журналистов взять интервью у Калисты официально отклонялись королевским двором.

Адонис удостоил Калисту аудиенции, во время которой не был ни дружелюбным, ни откровенно грубым. Ксеркс стоял рядом с ней, готовый броситься в атаку, чтобы защитить ее.

После этого ее осмотрел дворцовый доктор. Далее приходили дизайнеры одежды, которые обсуждали с ней новый гардероб и свадебное платье. Потом ее проинструктировали, чем она будет заниматься, выйдя замуж за принца, и каковы ее обязанности. Потом последовали уроки протокола и общения с журналистами, встречи со стилистами, визажистами и другими прикрепленными к ней сотрудниками.

Отец не навещал Калисту, хотя Ксеркс сказал ей, будто он заверил его, что о его дочери позаботятся.

Она старалась не обижаться на отца, смотрясь в зеркало, пока стилист поправляла ткань платья для помолвки. Ее волосы были собраны в хитроумный сверкающий пучок, на ней было то же самое платье, которое она надела в ту первую ночь с Ксерксом.

Стилист нанесла золотую пудру ей на плечи и на ключицы. У нее на голове была изящная тиара в виде паутины с бриллиантами, похожими на дождевые капли.

Калиста едва узнавала себя, поэтому нервничала. Ксеркс убеждал ее, что сегодня вечером она должна только улыбаться и сиять, а он сделает все остальное. Ее представят аксиосскому двору, аристократии и журналистам. Потом она потанцует с Ксерксом, и на этом все закончится.

Ей не предстояло выходить на поле боя, но все же она чувствовала себя не в своей тарелке. Хотя ощущала себя так же еще неделю назад, когда подошла ко дворцу во время первой помолвки Ксеркса. Тогда она и не подозревала, что в конечном счете выйдет за него замуж.

«Тебя не должно быть здесь, и ты это знаешь».

И вот она находится во дворце в красивом платье, и ей предстоит сыграть официальную помолвку с красивым принцем и стать принцессой, как мечтала в детстве.

Калиста поправляла платье дрожащими руками, когда в дверь постучали, а потом она распахнулась, и в комнату вошел король.

Адонис ничего не сказал, просто взглянул на женщин, помогавших Калисте подготовиться, и те мгновенно исчезли за дверью, оставив ее наедине с ним.

Адонис Николаид был немного выше ростом и мускулистее Ксеркса. Черты его лица были грубее и резче, как у старой статуи Бога.

И он казался вырезанным из гранита, а не из мрамора.

Сила и власть исходили от каждого дюйма его тела, у него был проницательный и острый как меч взгляд. Он лучше смотрелся бы не во дворце, а на поле битвы в доспехах и с оружием.

Калиста по привычке щелкнула каблуками и поклонилась.

Король поднял черные брови.

– Поскольку ты не в военной форме, уместнее сделать реверанс, – резко сказал он.

Калиста покраснела:

– Простите, ваше величество.

Он молчаливо смотрел на нее.

– Ваше величество…

– Ты любишь моего брата? – прервал ее король. – Потому что, если это не так и ребенок не от него, а ты просто хочешь улучшить свою жизнь, я тебя накажу.

Ей стало холодно от шока.

Это была не угроза короля, а угроза старшего брата, готового оберегать своего младшего брата.

Калиста сглотнула, воспоминания о том дне в гостиной дома на побережье промелькнули в ее голове. Ксеркс, рослый, сильный и могущественный принц, стоял перед ней на коленях, как перед королевой.

Он не должен был вставать перед ней на колени, не должен был смотреть на нее с такой страстью, словно она была этого достойна.

Как будто он любит ее.

«Ему наплевать на тебя, и ты это знаешь».

У нее сдавило горло, а сердце болезненно екнуло, потому что это было несправедливо по отношению к нему. Ведь она не любит Ксеркса.

Король смотрел на нее, ожидая ответа.

– Нет, – хрипло сказала она, – я не люблю его. И я никогда не буду его использовать в своих целях, ваше величество. На самом деле я не хотела выходить за него замуж, но у Ксеркса другие идеи.

– Да? – Голубые глаза короля заблестели. – А чего хочешь ты?

Калиста вздернула подбородок:

– Я просто хотела служить своей стране. Но…

– …У Ксеркса были другие идеи, – подытожил он.

Она покраснела, но не отвела взгляд:

– Да.

Король посмотрел на нее так, словно о чем‑то догадался.

– И почему же ты выходишь за него замуж?

– Потому, что он не оставил мне выбора. – Она пригладила руками платье, у нее похолодело в груди. – И потому, что этому ребенку нужен отец.

– Я понимаю. А если бы ты не была беременна, ты бы все равно вышла за него замуж?

– Нет, – почти прошептала она. – Не вышла бы. Король не был ни удивлен, ни шокирован.

– Почему нет? – спросил он.

Она вздохнула:

– По‑моему, он любит меня, но я не смогу ответить ему взаимностью. Я не смогу дать ему то, что он заслуживает.

– Надо отдать тебе должное, ты честный человек. И ты права: он заслуживает большего. Он многое пережил за последние годы, и ему было нелегко. Я не хочу, чтобы он страдал. – Король пристально разглядывал ее. – И тебе не следует отказываться от той жизни, которую ты хотела для себя. Ты хочешь, чтобы у тебя был выбор, Калиста: остаться или уйти?

– Я не могу уйти. Он будет меня искать.

– Да, – согласился король. – Он будет искать. В таком случае после вечеринки приходи ко мне. Я помогу тебе уехать и спрятаться от моего брата, если ты этого хочешь. О тебе и твоем ребенке позаботятся, обещаю.

Калиста таращилась на его жесткое лицо, понимая, что он любит своего брата так же, как Ксеркс любит его.

«Ксеркс заслуживает лучшего. Он заслуживает лучшую женщину, а не тебя».

У нее закружилась голова.

– Да, ваше величество, – тупо сказала она онемевшими губами. – Я подумаю.

Он кивнул:

– Подумай хорошенько.

Дверь внезапно открылась, и в комнату вошел Ксеркс.

Он был одет так же, как и его брат. На нем была черно‑золотая униформа с медалями и лентами. Он казался ей самым красивым мужчиной, которого она знала. Униформа идеально подходила ему, подчеркивая его широкие плечи и узкие бедра, мускулистую грудь и мощные ноги.

Пальцы Калисты похолодели, и она сжала кулаки.

Ксеркс замер, заметив Адониса, и нахмурился:

– Что ты здесь делаешь?

Его брат повел плечом:

– Пришел поздороваться со своей будущей невесткой.

– Ну, ты с ней поздоровался, поэтому можешь уходить, – безразлично сказал Ксеркс. – До свидания, ваше величество.

Выражение лица Адониса было каменным. Он просто бросил на Калисту еще один пронзительный взгляд и вышел из комнаты.

– Чего он хотел? – Ксеркс подошел к Калисте и обнял ее. – Он тебе угрожал? Он вел себя неуважительно? – Его взгляд ожесточился. – Я никому не позволю расстраивать тебя сегодня.

– Со мной все в порядке, – произнесла она, стараясь не унывать. – По‑моему, он только хотел убедиться, что я не причиню тебе боли.

– Боль? – Ксеркс улыбнулся. – Он беспокоится, что ты меня убьешь?

– Нет. – Ей не хотелось рассказывать ему, о чем на самом деле ее просил король. – Пора идти?

Он прищурился, словно раздумывал, потом, очевидно, решил, что времени нет, поэтому кивнул и протянул ей руку.

– Пора. Не смотри так, будто идешь на казнь.

Калиста попыталась улыбнуться, не обращая внимания на нарастающее напряжение. Она положила руку ему на плечо:

– Я попробую, ваше высочество.

Он коснулся рукой ее щеки, потом поцеловал в губы.

– Для тебя я Ксеркс. Запомни это.

Но невозможно было помнить об этом, когда Ксеркс провел ее в бальный зал, где гости обратили на них жадные взгляды. Рослый и сильный, он двигался сквозь толпу, при помощи обаяния и остроумия заставляя людей улыбаться и одобрительно кивать ему и Калисте.

Он знакомил ее с людьми, шептал ей на ухо истории о них, чтобы она запоминала имена. Видимо, этому трюку он научился в Европе. Некоторые истории были скандальными, некоторые остроумные, некоторые Ксеркс придумывал на ходу, чтобы развлечь ее. Слушая его, Калиста понимала, что он в самом деле заслуживает лучшего. Он благородный, смелый и сильный. Он – воин, которым она всегда хотела стать. Такой сын должен был родиться у ее отца.

Калиста понимала, что она не пара Ксерксу. Ее любовь токсична для него. Подобная любовь злит и обижает людей. Она причинила боль своей матери. Любовь Калисты разрушила всю их семью. И если не будет осторожна, она погубит Ксеркса.

Вечер казался бесконечным, и наконец Калиста выскользнула на большую террасу с видом на Итеус и спряталась в тени. Всего на пару минут, чтобы собраться с мыслями.

Было странно стоять здесь в золотистом платье с красивой диадемой на голове. Ведь всего неделю назад она приходила сюда в джинсах и футболке, шокированная новостью о своей беременности.

Она положила руки на парапет, чувствуя холодный камень кончиками пальцев, и посмотрела на город внизу, а потом прерывисто вздохнула.

– Вот ты где, – раздался у нее за спиной мягкий и глубокий голос с нотками озабоченности. Ксеркс положил руку ей на поясницу. – Ты в порядке, Калиста?

Ей стало тошно. Она знала, что, покинув Ксеркса, причинит ему ужасную боль. Но лучше испортить помолвку, чем его жизнь. Он найдет себе другую женщину. Ту, которая полюбит его той любовью, которой он заслуживает.

Калиста защитит его даже от самой себя.

– Да, – сказала она. – Я в порядке. Просто устала.

После она пойдет к королю и сообщит ему о своем решении. И не будет запрещать Ксерксу видеться с ребенком.

А если он захочет, чтобы ребенок рос во дворце?

Она что‑нибудь придумает. Возможно ей придется отказаться от ребенка. Но, может, так лучше. В конце концов, еще неизвестно, какой она будет матерью. Если она причинила боль собственной матери, то может обидеть и своего ребенка.

Ей нравилось прикосновение его теплой руки. Но Калиста понимала, что он дотрагивается до нее в последний раз. Этого больше не будет, и ей придется с этим смириться.

– Скажи мне, – произнесла Калиста, – ты женился бы на мне, если бы я не была беременна?

Принц выдохнул:

– Интересный вопрос. Почему ты спрашиваешь?

Она понятия не имела, почему заговорила об этом. Не знала, отчего ее сердце так болит, а тело словно разваливается на части.

– Просто я думаю о твоей предыдущей помолвке и о том, как все прошло.

– Ах да. – Ксеркс тихонько рассмеялся. – Ну, пару недель назад я бы на тебе не женился.

Девушке показалось, что ее пронзила стрела. Глупая реакция. Конечно, он не женился бы на ней.

Принц заставил ее повернуться лицом к нему. Она посмотрела в его карие глаза, в глубине которых сияли золотые искорки. Он обхватил ее лицо ладонью, как сделал в своей спальне несколько месяцев назад, прижал большой палец к ее щеке, и Калиста наклонилась к нему, смакуя последнее прикосновение.

– Но сейчас я готов на тебе жениться, – прибавил он.

Ее горло сжималось, а сердце разрывалось.

– Зачем? – спросила она. – Я ничего не смогу тебе дать: ни политического влияния, ни денег, ни связей.

– Мне ничего от тебя не нужно. Мне нужна только ты. Ты обладаешь всем, что мне необходимо.

– Я просила тебя не привязываться ко мне, Ксеркс, – хрипло сказала она.

Он пожал плечами, словно это не имело значения:

– Я говорил тебе, что принц делает все, что хочет. И если захочет привязаться к тебе, то это сделает.

Она не нашлась что ответить и не стала с ним спорить. Она просто поцеловала его, стараясь скрыть свое настроение. Если Ксеркс что‑то и заметил, то ничего не сказал, а когда вместе вернулись в бальный зал для танца, он ни о чем ее не спрашивал. Он просто обнимал Калисту и решительно смотрел на нее, пока они танцевали.

Когда вечер подошел к концу, она решила, что ей не удастся незаметно ускользнуть. Но, видимо, король не зря пообещал, что поможет ей, потому что кто‑то из дворцовых служащих отвлек Ксеркса и увел его в сторону.

Калиста воспользовалась появившейся возможностью. Она тихо выскользнула из бального зала и увидела ожидающего ее королевского гвардейца. Не произнося ни слова, она пошла за ним по длинному коридору и через смежные комнаты.

Король ждал ее в кабинете, он был по‑прежнему в униформе.

– Ты приняла решение? – спокойно спросил он.

– Да. – Калиста вздернула подбородок, расправила плечи и отмахнулась от внезапной душевной боли. – Пожалуйста, увезите меня отсюда, ваше величество.