Джоэль пришёл в школу, одетый как обычно: джинсы, кроссовки и зелёная безрукавка, надетая поверх футболки с длинным рукавом. Пока Ева проверяла присутствующих, Джоэль бездумно рисовал монстров на последней странице тетради. Отозвавшись на своё имя (Лундмарк шёл девятым по списку), он отключился и не услышал, как учительница опять его зовёт. Еве пришлось три раза повторить его фамилию, прежде чем Джоэль оторвал взгляд от тетради.

– Что?

– Я спрашиваю, знаешь ли ты, где Калле? – спросила она, и Джоэль отрицательно мотнул головой. Ева выглядела обеспокоенной. На долю секунды ему показалось, что она хочет спросить его ещё о чём-то, но она лишь выдавила из себя улыбку и произнесла:

– Должно быть, опять проспал.

Джоэль кивнул, и Ева поставила галочку в списке рядом с «Шьёберг, Карл».

Через шесть часов и сорок минут школьный день подошёл к концу, а Калле так и не появился. Джоэль был первым, кто вылетел из класса.

Через два дня сочинение должно быть готово, и он больше не мог откладывать работу над ним. Пришло время задать Элизабет главный вопрос: почему Джонатан покончил с собой?

Весь путь до дома Джоэль проделал лёгкой рысцой, временами переходящей в бег. Лишь оказавшись на своей улице и завидев Заброшенный Дом, он перешёл на шаг.

Дверь не открылась, как раньше, поэтому Джоэль стукнул дверным молотком и подождал.

Он опять ударил молотком и вдруг вспомнил ребятню, которая на днях до смерти перепугала Элизабет. Вдруг она решит, что они снова вернулись?

Джоэль обошёл вокруг дома, пытаясь заглянуть в окна. Если бы она только увидела его и перестала бояться…

Но все жалюзи были опущены. Он снова ударил молотком. И подождал.