Мы просидели в особнячке до следующей полуночи, чтобы начать ровно с того, на чем остановились. За два часа до рассвета вышли на зальмовскую Площадь правосудия, где группа монстров-гуманоидов особей в шестьдесят имитировала сцену казни. На окруженном стражниками эшафоте стоял преступник в компании палача и двух его помощников. За оцеплением толпились зрители. Несмотря на подавляющее численное превосходство противника, в победе я не сомневался. Костомеху здесь было просторно, а добрая половина зрителей не имела при себе оружия. Преступник вместо того, чтоб спасибо сказать за освобождение, тоже набросился на нас и погиб смертью храбрых вместе с палачами. Не получив существенного урона, мы без паузы вломились в Дом приговоров. Большие двустворчатые двери и просторные помещения наземной части строения опять позволили использовать костомеха. В Подземелье дознавателей, а затем и в Узилище мне пришлось спускаться в одиночку. Обитель закона и тюрьму под ней стерегли не только зомбовоины, но и маги. Также сильными волшебными способностями обладали судьи, в особенности главный. Зачистку мы завершили полумертвыми, хуже чем в Храме четырех стихий. Комфорта же Дом приговоров обещал существенно меньше. Как-то не мечтал я выспаться в камере, похлебать баланду или накормить Люца соломой из тюремных тюфяков.

— У нас же свои припасы есть, — урезонил меня конь. — Те что с «Гавани» еще, почти нетронутые. И награда-то какова, а? Если все вместе сложить — отличная награда. С каждого стражника по нескольку золотых упало, а уж с судей…

— Потому что они все взяточники, — ответил я. — Что живые, что мертвые, что обычные, что проклятые… Ну да ты на меня внимания не обращай — это я так, ворчу для порядка.

— Вот и я тебе для порядка напоминаю, что у нас все идет отлично. По уровню взяли снова! Значит, за верховного босса точно возьмем еще по одному.

— Как бы не раньше. До верховного еще добраться надо, и повоевать по дороге к нему придется немало.

— Нет, раньше не получится… Только по итогам последнего дня и суммы побед, — я так считаю. Теперь уже не подлежит сомнению, что Зальм рассчитан на бойцов средних уровней, от сорокового до шестидесятого. Самые подготовленные действительно могут пройти город за три дня, используя убежища лишь для короткого отдыха, — на час, на два. Самым неподготовленным потребуется втрое или вчетверо больше времени. Ну а мы примерно посредине.

— Почему эта инфа на входе не подается — вот чего я не понимаю. Что за великая военная тайна?

— Зачастую бывает невозможно понять, по каким причинам происходит то или другое. И обычно выгоднее не разбираться, а приспосабливаться к существующему положению. Не сообщили тебе подробностей — значит, скорее всего, никому не сообщили. И если повезло выяснить что-то лично, можно попытаться превратить свое знание в товар и продать.

— Да ты что? А как?

— Загляни в «Общее руководство для приключенцев, странствующих рыцарей и охотников на монстров» — в нем должен быть подробно описан весь процесс. А вкратце… Во всех похожих случаях поступаешь таким образом. Сперва смотришь описание объекта, если оно доступно: нет ли ограничений на создание дополняющих его документов. Если недоступно, читаешь проверяющее заклинание позволительности действий. Ни разу не собьешься — можешь приступать к основному этапу. Берешь пергамент, перо, чернила, и пишешь все, что имеешь сообщить по объекту другим. Оформляешь как выдержку из путевых заметок, отчет, доклад — на твой вкус. Вступление, например, может быть таким: «Я, Иван из Каритека, побывал в проклятом граде Зальме, находящемся в пределах Гинкмарских лесов. Вошел в него тогда-то, покинул тогда-то, и адресуясь к любому, кто сие рукописание прочтет, решил запечатлеть то, что успел узнать и увидеть…» — после чего излагаешь по порядку любые сведения. Еще раз сверяешься с описанием объекта: позволено ли прокладывать маршруты до него? Да — рисуешь карту, нет — ограничиваешься указанием направления из какого-либо известного места обитаемых земель и общими приметами. Читаешь запечатывающее заклинание и продаешь свиток владельцу любой книжной лавки для авантюристов. Цена будет зависеть от твоего уровня и репутации на момент написания текста, важности предоставленных данных и прочих подобных параметров. Ошибиться с ней невозможно — стартовая стоимость таких свитков регулируется системой.

— Вижу, в будущем у меня найдется чем заняться на привалах, когда делать нечего. Лишние деньги — они никогда не лишние.

— Верно. Этьен за свою жизнь написал путевых заметок и отчетов о прохождениях на целую библиотеку. Чужими же пользовался редко. Во-первых, у перекупщиков цена свитков сплошь и рядом непомерно высока. Во-вторых, при их использовании получаешь меньше опыта, и многие способности развиваются хуже.

— А копии свитков делать можно?

— Да, через определенные промежутки времени, и для продажи в других местах. Соседних герцогствах, к примеру. Тем более — в соседних королевствах.

— А свое имя скрывать?

— Конечно. Иначе создание свитков оказалось бы неприемлемым для преступников. И всех тех, кто по каким-то причинам не хочет сообщать окружающим, где побывал.

— Должно быть, помимо денег с этих документов и другой доход есть? Репутация ведь должна расти с каждым проданным свитком?

— Еще бы! Если имя не скрывал, в конце концов приобретешь известность в кругах приключенцев. Если скрывал, а потом открыл — тоже.

— Славно! Гляну позже упомянутое тобой руководство. А теперь давай жрать и спать, а то и за сутки в норму не придем.

— Где расположимся?

— В Зале заседаний. Захочешь опять навалить кучу — сделай это перед Седалищем судий.

Весь день мы восстанавливались; вечером я приступил к составлению описания прохождения Зальма. Ночь снова дежурили в смену, утром вышли на Площадь правосудия. Ее булыжное покрытие уже превратилось в песок, а эшафот посредине — в груду камней. Обойдя Дом приговоров, мы оказались перед «замком», представлявшим собой длинную стену высотой метра четыре, закрученную спиралью. В средине, если верить плану, ничего не было. Точнее, там была большая ровная площадка, засыпанная все тем же песком и камнями. Хочешь добраться до нее — двигайся по образованному стеной коридору, убивая всех монстров подряд. Коридор достаточно широк — в самый раз для костомеха. Но и монстры, наверно, встретятся будь здоров…

— Прорвемся? — спросил я Люцифера, залезая в кабину управления.

— Прорвемся! — отозвался конь.

Однако его уверенность не оправдалась. «Замок» буквально кишел чудищами — они встречали нас на каждом шагу, появляясь точно из-под земли. А некоторые действительно вылезали из земли — например, гигантские черви. Все знакомые монстры увеличились в размерах: скорпионы с пауками стали больше вдвое, огнедышащие вараны подросли до шести — семи метров. Незнакомые радовали разнообразием и все более высокими уровнями с каждым витком коридора. За час до заката мы повернули назад, хотя уже видели перед собой центральную площадку. Но видели мы ее за спиной толстого циклопа, чьи плечи находились вровень со стенами справа и слева. В каждой из шести его рук было зажато какое-нибудь оружие: меч, бердыш, палица… Допустим, даже одолеем мы его — окажемся лицом к лицу с боссом города полностью выдохшимися. Так что решили не нарываться. Будь выбор, я бы вовсе с этим циклопом не связывался. Шибко уж не нравились мне его характеристики. А так, конечно, придется его валить, если не хотим слиться под самый конец.

— Покедова, колобок! — сказал я одноглазому. — Не скучай тут без нас, займись чем-то полезным. На диету сядь, физзарядку делай.

Циклоп ощерился и заржал в ответ — оглушительно и оскорбительно. Враги удирают от него, тщетно пытаясь сохранить достоинство!

— Смейся, смейся, — подбодрил его я. — Недолго осталось. Завтра мы вернемся и вобьем твои хиханьки тебе же в глотку. Или в задницу — как получится.

На обратном пути нападений не было. Мы шли медленно, давая себе время минимально восстановиться. На каждом витке делали короткий привал: я-то на ходу элики пил, а Люцифер этого делать не мог.

Оказавшись на площади как раз с наступлением темноты, мы осмотрели окружающие здания и выбрали для зачистки питейный дом, с большущей кружкой на вывеске. Он стоял как раз напротив Дома приговоров. Молодчаги зальмовцы, все практично делали, с удобствами для себя и приезжих. Зашел в синюшник, нажрался до чертиков, подрался на площади, очнулся в Узилище. Заплатил штраф, опохмелился на оставшуюся в кошельке мелочь и отправился домой или в гостиницу.

Главным призом за штурм притона алкоголиков стал бочонок вина. Ну да, было бы удивительно, кинь нам система в таком месте крынку простокваши. На втором этаже располагался бордель. С зомбошлюх нападало много всякого, однако ни одна из них не превратилась в нормальную девушку. Э-э-эх, тоска! Сперва Джейн разбередила душу и чресла, теперь эти… Штат заведения, как назло, состоял из отборных сексуалочек — правда, попорченных разложением, зато в остальном!.. Почему я не некрофил?.. Но с другой стороны, если ставишь интересы хера выше интересов дела, — при любых наклонностях, — добра не жди.

Повздыхав над своей нелегкой холостяцкой участью, я спустился вниз. Убедившись, что здание начало превращаться в убежище, и мы в безопасности, провел ревизию наличных эликов — из собственного запаса, и трофейных. Завтра, зная всех монстров «замка», их уязвимости, виды и тяжесть наносимого урона, мы сможем двигаться к центру быстрее. Выигранное время используем для отдыха, отлечивания и жертвоприношений, и встретимся с боссом полными сил. Главное — выдержать это. Терпеть урон — не то же самое, что подсчитывать его на калькуляторе.

Но сегодня же выдержали? И завтра выдержим!

Помню, когда только попал в Версум, я думал, что тут все непрерывно качаются, — ведь в этом и состоит смысл существования в игровых мирах, это самая их суть! Потом присмотрелся — да нифига подобного. Большинство предпочитает жить как попроще, полегче. Ремесленнику, задумавшему взойти к вершинам мастерства, надо вкалывать от зари до зари. Воину — постоянно рисковать жизнью, переносить походные невзгоды, боль ран. Сколько раз меня покусали, подрали когтями, продырявили разнообразным оружием только здесь, в Зальме, я уже и счет потерял. И всякий раз было больно. И сразу, и после. Снадобья ведь не вдруг помогают. Успеваешь помучиться. Быстрые элики стоят дорого, в добыче бывают редко. Нечувствительность к боли прокачивается тяжело и долго, только естественным путем — очки Дарований в нее хрен вольешь. И те, кто в воины подался, предпочитают подыскать спокойное местечко с приличным жалованием и пропивать денежку в тавернах, а не сражаться. Так-то вот. Многие до средних уровней доползают в аккурат к средине жизни. А некоторые и не доползают…

И фигли удивляться, что сам я беру уровни один за другим? Как однажды начал драться, так уже и не останавливался. Поначалу еще инерция мышления мешала, привычки прошлой жизни. Теперь и это позади — или почти позади. А с получением «Львиного сердца» пропал естественный страх перед опасностями — свойственное всем живым существам, однако совершенно ненужное и зачастую вредное продолжение осторожности. Остался азарт: а этого противника я победить смогу? А этого? А этого?.. И тут, учитывая устройство Версума, поле деятельности открывается почти бесконечное. Пока всех не победил, постоянно перед глазами будет кто-то выше тебя, кого победить хочется. Сперва — воины и монстры высших уровней. Потом — демоны и бессмертные герои. Потом — полубоги. Сверхчудовища. Боги. Мультиигроки, вроде Сехмет… Надолго хватит. Ой, надолго!

Кто еще живет как я живу? Этьен де Гурфье так жил вторую половину жизни. Капитан Гамбар — пока не бросил пиратствовать. Меченый жил так или почти так до попадания на каторгу и после выхода с нее и побега из ополчения. Раймондо пытается так жить…

Кстати, а что с Раймондо? Добрался он до фурий или нет? Много уже времени прошло с начала его ударной прокачки в Арнауре.

Как бы узнать? Чатов и привата во Вселенной Дагора не существует, и переписываться запросто с кем хочешь нельзя. Есть только возможность отправления обычных писем с нарочными и связные заклинания типа весточек. В том числе очень быстрые или способные перемещаться порталами. Телепатия еще есть и магические кристаллы, но все сии чудеса мне без надобности. Если Раймондо прошел Арнаур до Площади правосудия и победил фурий, такое событие не могло пройти мимо внимания хронистов. Скорее всего, упоминание о нем и в Летописи Аусанга попало. А Летописи может читать всякий желающий — из любого места, где бы ни находился.

Поиск обнаружил нужную запись мгновенно:

«В день обретения мощей преподобного Преклекта по календарю Святой вселенской церкви, паладин Белого храма Раймондо де Колеансо изгнал из Дома приговоров Арнаура фурий клана Гарон. Мстительницы позорно бежали, не решившись на сражение. Текущий уровень героя — пятидесятый. Полученные за подвиг награды…»

Мне страстно хотелось поставить к записи лайк, но такая опция отсутствовала. Зато позволялось оформить что-то типа подписки на будущие упоминания персонажа в Летописях, что я тут же и сделал. Ай да Раймондо, ай да сукин сын! Пусть уничтожения клана он не добился, однако фуриям пришлось убраться на три перелета от места прежнего гнездовья, а это очень далеко. Вернуться назад шайка Эрны не имеет права. Насколько я успел узнать нрав молодого графа, он последует за мстительницами и вынудит их или принять в конце концов бой, или покинуть королевство.

— Восплачь горькими слезами, Люц! — сказал я. — Раймондо обошел нас по уровням. Он был выше, когда мы встретились впервые, потом отстал, — и теперь опять выше.

— Ему не приходится восстанавливать маунта, как тебе, — ответил Люцифер. — А ведь я предупреждал, что стану для тебя обузой.

— Как-то я не чувствую, чтоб ты меня обременял.

— В том и дело, что не чувствуешь. Но будь на моем месте молодой конь, ты бы прогрессировал быстрее. А так ты меня то маной подкормишь, то Дарований кинешь в слабые навыки, то еще что… И в итоге выходит накладно, а отдачи во многих случаях можно ждать не ранее моего полного омоложения.

— Ничего, я подожду.