Мейсон остановил машину у квартиры Деллы Стрит. Прижав Деллу к себе, он нежно сказал:

— Доброй ночи!

Она закрыла глаза и подняла вверх лицо. Несколько секунд спустя Мейсон открыл дверь машины, обогнул ее и помог Делле выйти на улицу.

— Устала? — спросил он.

— Немножко.

— Поспи подольше утром, — сказал он. — Да, ты говоришь, у тебя ключи Дайаны. Лучше, если они будут у меня.

Порывшись в своей сумочке, Делла Стрит достала ключи от квартиры. К кольцу, на котором они висели, был прицеплен маленький ключ от почтового ящика.

— Садись назад, в машину, — сказала она. — Неужели ты думаешь, что тебе удастся так легко обмануть меня? Если ты намерен ехать туда, я также поеду.

— Но ты же замерзла и промокла, — сказал Мейсон.

— Я не замерзла, и промокла я лишь немного. Ну, давай, поехали. Отговорить меня не удастся.

Мейсон засомневался.

— Ты что, будешь размышлять весь день? — сказала Делла Стрит. — Полиция ведь не настолько глупа.

Мейсон сел в машину, включил мотор и тронулся с места.

— Что случится, если нас застанут в квартире? Я имею в виду полицию.

— Они нас не застанут, поскольку мы туда не пойдем. Иногда я рискую, но не настолько.

— Зачем же мы тогда едем?

— А почтовый ящик? — сказал Мейсон. — Помнишь, Елена Барстлер подходила к ящику? Неужели она приезжала к Милдред, чтобы просто позвонить в дверь и уехать? Я, по крайней мере, так не думаю.

— Да, теперь я понимаю, — сказала Делла. — А мне показалось, что ты собираешься зайти в квартиру.

Мейсон развернул машину и остановился прямо напротив дома на Палм Виста. Он открыл дверь и вышел под дождь.

— Там, дальше по аллее, запаркована машина, шеф, — сказала Делла Стрит.

— Это человек Пола Дрейка, — сказал Мейсон.

— А, ну да. Я забыла, что ты просил следить за домом.

Мейсон зажег спичку и поднес ее в руках к лицу таким образом, чтобы оперативник Дрейка мог рассмотреть его.

— Нет нужды попусту гонять их за нами, — сказал он. — Посиди в машине, я сейчас вернусь. Я просто проверю почтовый ящик.

Мейсон быстро подошел к почтовому ящику, вставил ключ, открыл маленькую металлическую дверь и вытащил конверт, на котором было помечено имя Дайаны и адрес, написанный карандашом. Он положил конверт к себе в карман, закрыл дверь и вернулся в машину.

— Глядя по почерку, написано в спешке, — сказал Мейсон, вытаскивая конверт из кармана.

Вставив в отклеенный уголок конверта карандаш, он открыл его.

— Запечатан не очень плотно.

— Будешь читать его здесь? — спросила Делла Стрит.

— Отъедем отсюда, здесь может появиться полиция.

Мейсон завел машину, проехав вниз по улице, остановился, достал письмо и начал читать.

Оно гласило:

«Дорогая Дайана, о Боже! Как бы мне объяснить это тебе. Меня задержал полицейский, обвинив в неправильной парковке и в езде без прав. Я сказала ему, что просто выскочила на минутку в магазин и забыла свой кошелек в квартире. Он заявил, что поедет со мной и проверит мои права. О, Боже! Я была вынуждена сказать это. Я поднялась, открыла дверь, а там была ты. Ты спала в спальне, а на кровати лежал кошелек. Я взяла твой кошелек до того, как полицейский смог заметить тебя, и предъявила ему твои водительские права. Пока он читал их, я закрыла дверь в спальню, а затем, поскольку уже опаздывала на одно свидание, просто выскочила из квартиры и просто не успела положить кошелек назад. Затем, спустя час после этого, я открыла его и… Это ж надо, ты, наверное, ограбили банк!

Дорогая, я верну тебе его как можно скорее. Я пытались дозвониться до тебя, но тебя не было дома. Я пишу эту записку, ожидая встречи — наиболее важной встречи из всех, которые когда-либо были в моей жизни. Дорогая, если со мной что-нибудь случится, я хочу, чтобы все, что принадлежит мне, стало твоим, и, пожалуйста, не забудь заглянуть в ящичек на верхней полке. Там лежит мой дневник и кое-что о тебе — то, что ты не хотела бы, чтобы знали другие. Я верну тебе кошелек сегодня вечером, а пока попытаюсь все-таки дозвониться до тебя, когда у меня будет такая возможность.

Люблю тебя и спасибо тебе, дорогая.

Мейсон закончил чтение письма, задумался, повертел его в руке.

— С другой стороны написан номер: тридцать девять дробь шестьдесят два ЮЯ.

— Что это значит? — спросила Делла.

— Я не знаю. И у нас нет времени размышлять об этом.

— Ты имеешь в виду, что ты попытаешься заполучить этот дневник?

— Именно так.

— Но полиция…

— Вся полиция города не может запретить мне попробовать сделать это. Подожди меня здесь, а я…

Делла Стрит открыла дверь машины.

— Не будь глупым! Неужели ты думаешь, что попадешь туда без меня?

— Но ты ничем не можешь помочь, Делла, и…

— Мы просто теряем время, — сказала Делла, — пошли.

Мейсон быстро пошел вдоль по улице и остановился у запаркованной машины. Мейсон подошел к шоферу.

— Добрый вечер, господин Мейсон, — тихим голосом сказал человек Дрейка.

— Полиции не было пока? — спросил Мейсон.

— Нет.

— Непонятно. Мы зайдем вовнутрь. Если кто-нибудь появится, посигналь: дважды, если появится любая машина, трижды, если полиция. Если появится полиция, заводи машину и уезжай. Конечно, не забудь подать сигнал.

— Сделаю.

— Я думаю, нам удастся. Мы пробудем там не более пяти минут.

— Хорошо, мы прикроем вас.

Мейсон и Делла Стрит прошли к квартире. Открыв дверь, Мейсон сказал:

— Видимо, на втором этаже. И, главное, помни: что бы ни случилось, в любом случае — молчи.

Они нашли дверь нужной квартиры и открыли ее.

— Так, кроме дневника, нам больше ничего не надо. Где же эта полка?

— Будь осторожна, Делла, не оставь отпечатки пальцев.

Делла Стрит открыла дверь на маленькую кухню. Мейсон прошел в спальню и включил свет. Осмотрев спальню, Мейсон собрался пройти в ванную. Он уже протянул руку к ручке двери, когда снаружи послышался звук сигнала автомобиля. Сначала один, потом другой. Мейсон подождал, будет ли третий, но его не было. Мейсон быстро прошел из спальни в коридор, выключил свет и сказал:

— Давай, Делла.

— Я не могу найти этот ящик, — ответила Делла.

Мейсон выключил свет на кухне и подошел к ней.

— Кто-то идет. Видимо, мы попали в ловушку. В чем же дело…

Услышав шаги в коридоре, он замолчал. Адвокат прошел на темную кухню. Возле двери квартиры послышались шаги. В тишине отчетливо послышался звук скребущего металла по металлу. Дверь медленно открылась. В течение двух или трех секунд было полное молчание. Тот, кто открыл дверь, молча стоял в дверном проеме, слушая тишину в квартире.

Затем тень прошла вовнутрь. Чем шире человек открывал дверь, тем более отчетливо смотрелась его фигура.

— Это Карл Фредч? — шепотом спросила Делла Стрит.

Прижав палец к губам, Мейсон сказал:

— Да, это Карл.

— Я вернусь назад, в комнату, — прошептала Делла.

Мейсон остался у двери, наблюдая за Карлом Фредчем.

Молодой человек стоял на пороге спальни и размышлял.

Тихонечко, на пальцах, он прошел в ванную. Очень осторожно открыл дверь и заглянул внутрь.

С улицы раздался звук автомобильного сигнала: один, второй, третий, а затем рев отъезжающей машины. Карл Фредч замер на месте.

Снаружи послышались громкие шаги нескольких людей, которые, видимо, очень спешили. Карл Фредч на мгновение вздрогнул, а затем метнулся в спальню.

В коридоре открылась дверь. Трое мужчин ворвались и квартиру. Один из них включил свет.

— Добрый вечер, сержант Холкомб, — сказал Мейсон, причем его голос прозвучал достаточно обычно.

На лице сержанта Холкомба появилось раздражение.

— Опять ты!

— Причем лично.

Холкомб сдвинул шляпу назад.

— Какого черта! Что ты здесь делаешь?

— Я собирался, — сказал Мейсон, — провести инвентаризацию и… — заметив, что появилась Делла Стрит, добавил, — с помощью моей секретарши.

Холкомб сердито сказал:

— По мне, так ты просто домушник.

— Я все же надеялся, — сказал Мейсон, — что ты когда-нибудь избавишься от этой привычки делать безосновательные выводы.

— Ну, давай, умник, рассказывай, — сказал Холкомб. — В свое время меня отстранили от работы в уголовном розыске из-за тебя, именно потому, что я слушал тебя. Теперь я тебя слушать не буду. Я буду действовать.

— Как хочешь, — сказал Мейсон.

Двое полицейских в штатском, сопровождавшие сержанта Холкомба, стояли рядом с ним в ожидании указаний.

— Как ты сюда попал? — спросил Холкомб.

— Мой клиент, Дайана Риджис, дала мне ключ от своей квартиры и попросила кое-что здесь сделать.

— Да? Свой ключ? — спросил Холкомб.

— Именно, — сказал Мейсон. — А ты, насколько я понимаю, взял ключ Милдред Денвил и тоже пришел сюда, чтобы осмотреться.

— Как давно ты здесь находишься?

— Не помню: пять минут, может быть, может быть, десять. Пожалуйста, осмотритесь, сержант.

— Да, да, — сказал Холкомб, — я знаю. Ты что-нибудь нашел?

— Ничего существенного.

— Мне не нравится твое присутствие здесь. Откуда мне знать, что твой клиент дал тебе ключ и сказал прийти сюда?

— Потому, что я тебе сказал это.

— Ну, — сказал Холкомб после минутного колебания, — я же обещал тебя не слушать.

— Тогда не задавай вопросов, — сказал Мейсон.

Холкомб кивнул головой в сторону спальни.

— Посмотрите, что там, ребята. А я займусь делом здесь.

Двое полицейских направились в спальню. Секунду спустя послышался голос одного из них.

— Открыто окно на пожарную лестницу, сержант. Похоже, кто-то отсюда сбежал. Эй, ты! Вернись! Стой, или буду стрелять!

Холкомб бегом направился в спальню.

— По лестнице спускается какой-то мужчина, — крикнул один из полицейских.

— Бегом вниз, на улицу! Ну, что вы мешкаете? — закричал Холкомб. — Бегом вниз и поймайте его! Чего вы здесь пялитесь?

Двое полицейских бросились на улицу. Холкомб повернулся к Мейсону.

— Садитесь, и не надо глупых шуток.

— Ты что, собираешься меня арестовать? — спросил Мейсон.

— Не знаю, — сказал Холкомб. — Я знаю одно: не позволю водить меня за нос. Что у тебя в карманах?

— Личные вещи, — сказал Мейсон.

— Кто это сбежал по пожарной лестнице? Твой человек, Пол Дрейк?

Мейсон молчал.

— Да, нелегко с тобой, Перри Мейсон, — сказал Холкомб. — Вечно ты с помощью своих детективов пытаешься откопать доказательства раньше полиции и все представить так, чтобы у нас не получилось дела. Но я хотел бы сказать тебе, умник, что если ты взял что-нибудь из этой квартиры или это взял Пол Дрейк, то в отношении вас будет выдвинуто соответствующее обвинение. Понял?

Мейсон закурил сигарету и сказал:

— Садись, Делла. Мне кажется, сегодня сержант в очень воинственном настроении.

На лестнице послышались тяжелые шаги. Вошел один из полицейских и сказал:

— Он убежал, сержант.

— Так возьмите машину и покатайтесь в округе, — сердито крикнул Холкомб.

— Джим в машине. Он объезжает квартал. Я подумал, может быть, я нужен вам здесь.

— Ну, ладно, присмотри за этими двумя, — сказал Холкомб, — а я осмотрю квартиру.

Мейсон молча курил. Через некоторое время Холкомб вернулся к Мейсону и сказал:

— У нас есть сведения, что Милдред Денвил оставила здесь своего рода дневник.

— Неужели? — заметил Мейсон.

— Похоже, этот дневник может стать одним из доказательств, — сказал Холкомб.

— Доказательств чего?

— Одним из доказательств, которое позволит нам выйти на след человека, совершившего убийство.

— Однако, — заметил Мейсон, — никто из нас не знает, что в этом дневнике, если, конечно, предположить, что он действительно существует.

Холкомб нахмурился.

— Я не знаю, что в нем, но, может быть, знаешь ты.

Мейсон в удивлении поднял брови. Холкомб сказал:

— Ну, давай, будь джентльменом. Если мисс Стрит даст слово, что у нее нет ничего с собой, что она взяла бы из этой квартиры и что она ничего не знает о дневнике, мы не будем обыскивать ее. Но мы обыщем тебя, Мейсон. Если у тебя ничего нет, то отпустим.

— Ты говоришь, что намерен обыскать меня? — спросил Мейсон.

— Вот именно.

— Без ордера?

— Именно так.

— Я сомневаюсь, — спокойно сказал Мейсон.

— Подожди, пока вернется Джим, — сказал Холкомб. — Тебе удалось тогда отмазаться от убийства, Мейсон, но сейчас каждый раз, когда ты будешь со мной сталкиваться, тебе придется туго.

— Ну, что ж, попытайся обыскать меня без ордера, — сказал Мейсон. — И туго придется тебе.

Холкомб сдвинул шляпу еще дальше на затылок.

— У нас есть свои способы, умник.

Некоторое время спустя в коридоре вновь послышались шаги, и вошел третий полицейский.

— Ничего не мог поделать с ним, сержант, — сказал он. — Но здесь рядом, за углом, запаркована машина. Машина зарегистрирована на имя Джейсона Барстлера. Кроме того, дальше, правее, стоит еще одна машина, и в ней сидит человек. Я потребовал у него права, и оказалось, что он оперативник из детективного агентства Дрейка. Он заявил, что его послали следить за этим местом, но больше он ничего не знает.

— Джейсон Барстлер? — спросил сержант Холкомб. — Хорошо, ребята, арестуйте автомобиль. Потрясите этого парня, который следит за этим домом. Если он действительно послан Дрейком, то он видел того, кто убежал по пожарной лестнице. Попытайтесь получить от него описание. Скажите, что здесь произошла кража со взломом, и если он не даст полиции показания, то у него отнимут разрешение на детективную работу. И, вообще, всей фирме придется туго. Фрэнк, а ты возьми этих двух с собой.

— Я могу спросить, что ты намерен сделать? — спросил Мейсон.

— Да, конечно, ты можешь спросить, — заметил Холкомб, — поскольку я в любом случае собирался тебе сказать сам. Ты арестован по обвинению во взломе квартиры, а также по обвинению в оказании сопротивления представителям полиции путем сокрытия вещественных доказательств. Тебя отвезут в тюрьму точно так же, как и Деллу Стрит. Мы не намерены обыскивать тебя без ордера, нет, никоим образом! Но когда тебя поведут в камеру, тебя сначала обыщут. У тебя заберут все, что есть с тобой, составят опись. Так что есть две возможности: любой вопрос можно решить полюбовно, а можно и по-другому. Ты свой выбор сделал. Поехали!