Мейсон набросил плащ и шляпу, выключил свет в квартире Деллы Стрит и, взявшись за ручку двери, остановился. Он резко повернулся, вновь включил свет и набрал номер конторы Пола Дрейка. Ночной оператор сняла трубку.

— Говорит Мейсон, — сказал адвокат. — Я хотел бы соединиться с Полом Дрейком. Если его нет, направьте вашего лучшего оперативника, который у вас есть под рукой, в квартиру Дайаны Риджис и Милдред Денвил. Это в Палм Виста. Я не знаю номер квартиры, но ваш оперативник может узнать его из справочника в прихожей дома. Кроме того, эту операцию надо провести очень аккуратно. Полиция будет там, видимо, где-то через час. Я хочу, чтобы эту квартиру взяли под наблюдение и держали под наблюдением, пока туда не прибудет полиция.

— Когда они прибудут, снять наблюдение? — спросила оператор.

— Когда они прибудут, — сказал Мейсон, — наблюдение уже будет бесполезным. Но до того времени я хочу знать все, что там происходит, любого, кто входит или выходит из квартиры или просто позвонит в дверь. С тем чтобы быть полностью в безопасности, вам придется послать двух, а может быть, и трех хороших оперативников, причем каждый должен быть на своей машине, но, пожалуйста, не ждите, пока вы сможете собрать всех троих. Немедленно пошлите туда, по крайней мере, одного.

— У меня есть хороший оперативник под рукой, — сказала оператор. — Он немедленно выезжает, а минут через десять я направлю еще двоих.

— Прекрасно, — сказал Мейсон. — Я сейчас выезжаю к себе в офис. Где-нибудь через час я загляну к вам, может быть, будут какие-либо новости. И, пожалуйста, обеспечьте, чтобы за любым, кто проявит интерес к этой квартире, была установлена слежка. Да, и еще одно: направьте двух хороших оперативников к резиденции Джейсона Барстлера, двадцать восемь дробь шестнадцать Пасифик Хайдс Драйв. Я хочу, чтобы это место взяли под наблюдение. Там живет Джейсон Барстлер, около пятидесяти шести лет, Фрэнк Гленмор, около тридцати восьми лет, госпожа Барстлер, молодая, симпатичная, но вредная женщина, и Карл Фредч, двадцати двух лет, ее сын. Пусть посмотрят, когда они приходят и уходят. И если они будут уходить, пусть мне сообщат об этом.

Оператор сказала:

— Я не могу сейчас обеспечить достаточно персонала, чтобы следить за всеми этими людьми, господин Мейсон. Я могу направить туда человека, который будет сообщать о всех передвижениях людей, и, возможно, несколько оперативников, которые будут следить за людьми, которые входят в квартиру. Ну, а в целом…

— Хорошо, — прервал ее Мейсон. — Пусть следят за квартирой и людьми, которые там появятся. Пусть мне пришлют отчет о положении дел в резиденции Барстлера. Квартира наиболее важна. Займитесь этим в первую очередь.

Мейсон повесил трубку, выключил свет, вышел из квартиры и пересек улицу к своей машине под холодным дождем.

Не обращая внимания на то, следят за ним или нет, он сел в машину и поехал к ночной аптеке, возле которой его ждала Делла Стрит.

Делла, выглядывая из окна работавшей всю ночь аптеки, заметила автомобиль Мейсона и вышла ему навстречу.

Мейсон улыбнулся ей, когда она садилась в машину.

Несколько сердито Делла Стрит сказала:

— Я никогда не была столь взбешена. Это просто выводит меня из себя.

— Да забудь ты об этом, — сказал Мейсон.

— Любой человек с улицы додумался бы проверить, следят за ним или нет, — сказала Делла Стрит.

— Да забудь ты, это была ловушка.

— Да какая разница, что это было! Я должна была понять, что за нами следят. Я вот сидела здесь, в этой аптеке, и просто кусала себе локти.

— Ты ничего не могла сделать, Делла. Трэгг знал, что Дайана Риджис была в квартире, еще до того, как он приехал туда. Ее машина была запаркована перед домом. Так что Трэгг поставил еще одну машину у тебя в районе, с тем чтобы за вами следили, если вдруг вы куда-нибудь поедете. Ты ничего не могла поделать. Мы проиграли еще до того, как начали игру. Если бы ты попыталась оторваться от них, они бы немедленно тебя остановили.

— Да, но, по крайней мере, — сказала Делла Стрит, — я могла бы догадаться, что за мной следят. Но это не пришло мне в голову. Наверное, они ехали за мной без включенных фар. Меня просто поразило, когда вдруг сзади нас обогнала машина и заставила нас остановиться. Я всмотрелась и заметила, что это полицейская машина. А затем у моих дверей вдруг возникло двое громадных полицейских.

— Ты сказала Дайане ничего не говорить?

— Да.

— Как думаешь, она послушается?

— Я не знаю, шеф. Я передала ей все, что ты сказал, и пыталась вбить ей это в голову.

— А что сказали полицейские?

— Спросили, кто из нас является Дайаной Риджис.

— И что она ответила?

— Сказала, что это она.

— А потом?

— Спросили, ее ли это автомобиль.

— Ну и?

— Она предложила им посмотреть на регистрационную карточку.

— И что они сделали?

— Сказали, что отвезут меня в ближайшую аптеку, из которой я могу позвонить, и забирают Дайану и автомобиль в главное управление. Конечно, как только ими сказали мне, что я могу уходить, я пошла к телефону и позвонила.

— Да, очень хорошо, когда есть радиосвязь между автомобилями, — сказал Мейсон.

— Ты думаешь, это была ловушка?

— Конечно, ловушка, — сказал Мейсон. — И что меня особенно раздражает, я почти пополз в нее.

— Каким образом?

— Трэгг очень осторожно сообщил мне некоторые вещи, которые у него были против Дайаны Риджис, и причины, по которым ему необходимо было найти ее. Таким образом, зная, что полиции необходимо опросить ее в качестве свидетеля, и зная, что есть некоторые обстоятельства, указывающие на возможную ее косвенную причастность, я попадал бы в очень щекотливое положение, если бы пытался скрыть информацию от полиции. Ну, и, конечно, мне не хотелось им ничего, говорить.

— Именно по этой причине Трэгг преднамеренно многое вам рассказал?

— Конечно.

— Чего он хотел?

— Хотел сделать меня сообщником после свершившегося факта преступления или, по крайней мере, получить основания, чтобы пожаловаться на меня в соответствующий комитет коллегии адвокатов.

— Но вы были достаточно умны, чтобы не попасться в эту ловушку?

— Ничего особенно умного, — ответил Мейсон в задумчивости. — Сегодняшний вечер у меня не совсем удачен.

— Вы все сделали прекрасно, — сказала Делла Стрит. — Но я была глупа. Что будем сейчас делать?

— Поедем в офис, — сказал Мейсон, — и составим заявление об освобождении Дайаны Риджис под залог. Таким образом, им либо придется выдвинуть против нее обвинение, либо освободить ее. Конечно, до утра мы не сможем заверить заявление у судьи. За это время они многого могут добиться.

— Да, — сказала Делла Стрит. — Я взяла у Дайаны ключ от ее квартиры.

Мейсон быстро обернулся к Делле.

— Взяла что? — спросил он.

— Ключ от квартиры, в которой живут Дайана и Милдред. Я подумала, может быть, мы там можем что-нибудь найти. По крайней мере, мы могли бы осмотреть ее.

— Умница, — сказал Мейсон. — Я об этом не подумал.

— Поедем туда? — спросила Делла.

— Нет, Делла. Я боюсь, мы можем попасться там. Если они попытаются обвинить ее в убийстве, то… Нет, Делла, поедем лучше в офис и составим заявление.

Мейсон направил машину к своему офису.

Темный коридор освещал свет, падавший из двери работавшего 24 часа в сутки детективного агентства Дрейка. Мейсон заглянул в агентство.

— Есть какие-нибудь новости? — спросил он у ночного оператора.

Она улыбнулась и отрицательно покачала головой.

— Я послала хорошего оперативника. Он выехал через минуту после вашего звонка. Кроме того, двое других направляются туда.

— Отлично, — сказал Мейсон. — Если что-нибудь будет нового, я буду у себя в офисе.

Мейсон и Делла Стрит прошли по коридору и, открыв дверь, вошли в офис.

Сняв плащ, Делла села за машинку, я Мейсон начал диктовать заявление об освобождении Дайаны Риджис. В заявлении указывалось, что она была арестована полицией без предъявления обвинения и таким образом арест является незаконным и она подлежит освобождению под залог в 250 долларов. Мейсон уже заканчивал диктовку, когда зазвонил телефон. Мейсон снял трубку. Ночной оператор агентства Дрейка сказала:

— Мне кажется, в квартире что-то происходит. Сейчас за квартирой следят двое оперативников, но, когда они прибыли туда, первого оперативника уже не было. Видимо, он уехал за кем-то.

В голосе Мейсона отразилось волнение:

— Отлично! — сказал он. — Как только он позвонит, передайте мне информацию. Я буду здесь, у себя.

Мейсон повесил трубку, закурил сигарету и сказал Делле Стрит:

— Похоже, появляется что-то новое, Делла.

— Что?

— Один из агентов Дрейка, следящих за квартирой и Палм Виста, исчез. Видимо, он за кем-то следит.

— А полиция уже там?

— Пока нет. Видимо, они все еще разговаривают с Дайаной.

Делла Стрит закончила работу, сложила листы бумаги, покрыла машинку чехлом и спросила:

— Интересно, что там происходит?

— Все может быть, — сказал Мейсон. — Может быть, это кто-то из двух друзей. Может быть, кто-нибудь пришел к Милдред Денвил, а может быть, что-нибудь действительно важное.

— Например, что?

— Например, Елена Барстлер.

В глазах Деллы Стрит появился огонек.

— Думаешь, это может произойти?

— Кто знает, — сказал Мейсон. — До сих пор нам не очень везло. Может быть, Фортуна повернется к нам. Ну, что ж, ничто не мешает нам надеяться.

— Это точно.

— Предположим, они выдвинут обвинение в убийстве и отношении Дайаны Риджис. Ты будешь представлять ее интересы?

— Поскольку она считает, что скрылась из твоей квартиры по моей подсказке, то я вынужден сделать это. Я не хотел бы, чтобы это стало достоянием гласности, чтобы об этом узнала полиция или кто-нибудь из моих коллег адвокатов.

— Интересно, а как в эту картину вписывается Милдред Денвил? — спросила Делла.

Мейсон задумался.

— Милдред очень разволновалась после того, как Дайана сказала ей о том, что ей подбили глаз. Может быть, это связано с тем, что Карл находился в комнате Дайаны.

— Это звучит логично, — сказала Делла Стрит. — Давай проследим эту линию. В связи с чем Милдред могла обеспокоиться, узнав, что Карл находился в этой комнате?

— Понятия не имею.

— Откуда у Карла ключ?

— Из кошелька Дайаны.

— А что еще было в кошельке Дайаны?

— Ну, я… я не знаю.

— Было что-то, — сказал Мейсон, — что заставило Милдред паниковать, когда она узнала, что кошелек находился у Карла Фредча.

— Конечно! — воскликнула Делла Стрит. — Именно так!

— И что же это было? — спросил Мейсон.

— Информация о том, где находится ребенок, — воскликнула Делла. — Было, видимо, именно это…

— Подожди минутку, — сказал Мейсон. — Если в кошельке Дайаны была какая-то записка, в которой говорилось, где находится ребенок, как она туда попала?

— Видимо, потому, что Милдред Денвил брала этот кошелек. Неужели ты не помнишь?

— Да нет, — ответил Мейсон. — Не думаю. Она брала лишь водительские права. Она взяла водительские права и ключи от машины. Сам кошелек она не брала до того момента, пока Дайана не вернулась от Барстлера. Конечно, может быть, она брала его раньше, но информации об этом у нас нет.

Зазвонил телефон.

Мейсон схватил трубку:

— Да, да, слушаю, слушаю! Кто говорит?

В трубке послышался голос ночного оператора агентства Дрейка.

— Поступила информация от первого оперативника, господин Мейсон. Он следил за автомобилем. Водитель автомобиля подъехал к дому, пытался войти в него, и, как показалось оперативнику, искал почтовый ящик.

— Номерные знаки автомобиля записаны? — спросил Мейсон.

— Да. Мы проверили их. Автомобиль зарегистрирован на имя Елены Барстлер, по адресу шестьдесят семь дробь пятьдесят, бульвар Сан-Филиппе.

— Кто был за рулем? — спросил Мейсон.

— Интересная блондинка.

— И где она? Он потерял ее?

— Нет, он проехал за ней до дома двадцать три дробь двенадцать по Олив Крест Драйв. Женщина оставила машину у дома и вошла в него. Машина находится там до сих пор. Женщина в доме. К сожалению, рядом не было телефонной будки, и оперативник не мог сразу же позвонить. Он тихонько отсоединил один из проводов, с тем чтобы нельзя было завести машину, и быстро съездил к ближайшей телефонной будке. Он просит сказать, что ему делать дальше.

— Скажи ему, что он проделал отличную работу, — сказал Мейсон и повесил трубку. Мейсон повернулся к Делле:

— Поехали, быстро!

Они быстро сбежали вниз и сели в машину. Мейсон резко тронулся с места и через некоторое время повернул на Олив Крест Драйв. Подъехав к дому под номером двадцать три дробь двенадцать, Мейсон заметил стоявшую машину, в которой сидела женщина. Проезжая мимо, Мейсон увидел фигуру, склоненную над приборной доской автомобиля. Мейсон сбросил скорость, остановился и посмотрел на женщину, которая пыталась завести автомобиль.

— Проблемы? — спросил он.

Несколько подозрительно женщина посмотрела на него, затем, увидев рядом с мужчиной Деллу Стрит, улыбнулась и утвердительно покачала головой.

Мейсон запарковал свой автомобиль рядом и подошел к автомобилю женщины.

— В чем проблема?

— Не знаю. Она просто не заводится.

— У вас нет с собой случайно фонарика?

— Нет, к сожалению, нет.

— Ладно, мне кажется, у меня есть, — сказал Мейсон.

Мейсон вернулся к своей машине и взял фонарик.

— Давайте откроем капот и посмотрим…

Он отсоединил один из проводов и дотронулся им до свечи.

— Попробуйте сейчас включить.

Минуту спустя Мейсон сказал:

— У вас проблема в электропроводнике. Не срабатывает зажигание. Может быть, это из-за влаги.

Мейсон еще немного поковырялся в моторе и, посмотрев на женщину, спросил:

— Проблемы дома?

— Что вы имеете в виду? — вопросом на вопрос ответила она.

— Кто-то преднамеренно вывел из строя ваш автомобиль. Снят провод, идущий от распределителя к свече. Пока вы не поставите новый, вы не сможете завести машину. Единственный способ — это отбуксировать ее.

Женщина была явно раздражена.

— Могу ли я чем-нибудь помочь? — спросил Мейсон.

— У вас есть буксировочный канат?

— Да, но буксировать сейчас, по мокрой дороге, очень сложно. Надо иметь большой опыт. Вас когда-нибудь уже везли на буксире?

— Нет, никогда.

— Мне надо задать несколько вопросов жильцам этого дома, а потом я готов отвезти вас, куда вам надо. Какой номер дома, Делла?

Делла сказала:

— Двадцать три дробь двенадцать.

— Сейчас я посмотрю. Мне кажется, это где-то рядом.

— Это вот тот дом, — сказала женщина.

— Да?

— Я могу узнать, что вас интересует?

На лице Мейсона отразилось удивление.

— Просто я только что вышла оттуда, — сказала женщина.

— Даже так? — сказал Мейсон. — Позвольте представиться: меня зовут Мейсон. Я — адвокат и…

— Вы Перри Мейсон?

— Именно так, — подтвердил Мейсон.

— Вот это да!

— Да, — сказал Мейсон. — И я провожу расследование по делу одного из моих клиентов.

Молодая женщина стала явно взволнована.

— Вы не могли бы сказать мне, в чем дело?

— Почему же нет? — сказал Мейсон. — Я расследую исчезновение ребенка. Его…

— Господин Мейсон, как вы узнали этот адрес?

— Вот этого я не могу вам пока сказать.

— Простите, вы работаете на… на человека, которого зовут Джейсон?

Мейсон улыбнулся.

— Видимо, вы что-то знаете об этом.

— А вы? — спросила она.

— Если быть честным, — сказал Мейсон, — возможно, я и работаю на господина Джейсона Барстлера, с тем чтобы прояснить некоторые вопросы, связанные с его сыном и, возможно, внуком. Но этот вопрос еще не решен.

В настоящее время я занимаюсь расследованием одного дела об убийстве.

— Убийство!

— Да.

— Да, но, господин Мейсон… Кого же убили?

— Молодую женщину по имени Милдред Денвил.

После минутного молчания женщина, находящаяся в автомобиле, сказала:

— Меня зовут Елена Барстлер. Я была замужем за Робертом Барстлером.

— Вот это да! — воскликнул Мейсон.

— Мне кажется, вы приехали сюда, чтобы поговорить с Эллой Броктон?

Мейсон промолчал.

— Мне кажется, вы не сможете сейчас ничего добиться от Эллы, господин Мейсон. Она расстроена и… В любом случае она почти ничего не знает и… Господин Мейсон, вы уверены, что Милдред Денвил убита?

— Так считает полиция.

— Где это случилось?

— На бульваре Сан-Филиппе. Если не ошибаюсь, номер дома шестьдесят семь дробь пятьдесят.

— О, Боже, господин Мейсон, это же дом, в котором я живу.

— Неужели? — сказал Мейсон и добавил: — Может быть, вы хотите присутствовать при моем разговоре с Эллой Броктон?

— Если вы настаиваете на разговоре в столь поздний час, я, конечно, хотела бы присутствовать, — сказала Елена Барстлер, выходя из автомобиля.

— Пойдем, Делла, — сказал Мейсон.

Три фигуры прошли к небольшому дому. Елена Барстлер позвонила в дверь, и через несколько секунд дверь открыла женщина около пятидесяти лет, высокая, черноглазая, с тонкими губами.

— Элла, — сказала Елена Барстлер, — это господин Перри Мейсон, адвокат, и… Да, я не знаю фамилии сопровождающего вас лица, господин Мейсон.

— Делла Стрит, моя секретарша.

— Они хотели бы задать несколько вопросов, Элла, — сказала Елена Барстлер.

— Задать вопросы мне? — уставшим монотонным голосом спросила женщина.

— Да. Это связало с…

— Одну минутку, — прервал ее Мейсон. — Позвольте, я буду задавать вопросы, госпожа Барстлер. Я предпочел бы не говорить, почему заинтересован задавать соответствующие вопросы.

Поколебавшись, Елена Барстлер согласилась.

— Прекрасно, вы можете начинать.

— Проходите, — пригласила их в дом Элла Броктон.

Они вошли в комнату, и госпожа Броктон сказала:

— Раздевайтесь, пожалуйста. Я повешу ваши плащи, а вы пока присаживайтесь.

— Я помогу тебе повесить их вещи, — заявила Елена Барстлер, сняв плащ с Деллы Стрит.

— Мы сделаем это сами, — сказал Мейсон. — И, пожалуйста, помните, госпожа Барстлер, что я действительно предпочел бы сам поговорить с госпожой Броктон до того, как вы сообщите ей любые новости.

— Да, но вы же не представитель полиции, — раздраженно заявила Елена Барстлер. — Я думаю, что у меня есть все права сказать госпоже Броктон все, что я хочу. Случилось убийство, и она имеет право знать, что…

— Убийство! — воскликнула женщина.

— Милдред Денвил, — заявила Елена Барстлер.

— Ну, что ж, так ей и надо, — сказала женщина.

— Мне кажется, вы поставили себе цель сообщить об этом госпоже Броктон, — сказал Мейсон, обращаясь к Елене.

— Я не вижу причины, по которой командовать здесь должны вы, господин Мейсон.

— Ну, что ж, — сказал Мейсон, — прекрасно. Сейчас все карты раскрыты. Вы — с одной стороны, а я — с другой.

— Именно так, — резко сказала Елена Барстлер. — Я хочу сказать тебе, Элла, что этот человек не имеет права задавать никаких вопросов, а ты не обязана отвечать на них.

— Это абсолютно правильно, — сказал Мейсон. — Мало того, я хочу предупредить вас, что у меня могут быть интересы, противоположные интересам госпожи Барстлер, и что мы присутствуем здесь по ее собственной просьбе. Таким образом, я предложил бы, чтобы она покинула этот дом и связалась со своим адвокатом.

— А зачем? — спросила Елена Барстлер.

— Вы скрывали ребенка, не так ли?

— Я не сказала Джейсону Барстлеру о его внуке, — сказала она. — Я не знаю, как он узнал об этом.

— А почему же вы не сказали об этом Джейсону Барстлеру?

— Потому, что он — жестокий человек. Я не хотела, чтобы он знал об этом. Я встречалась с его нынешней женой, с госпожой Барстлер, и ее сыном Карлом. Они нормальные люди, но Джейсон? — он считал меня проституткой, которая охотится за состоянием. Хотя сейчас вопрос решен… И, вообще, мне кажется, я слишком много говорю.

— Я не думаю, — сказал Мейсон. — Я хотел бы задать вопросы госпоже Броктон.

— Ты не обязана ничего отвечать ему, — сказала Елена Барстлер, обращаясь к Элле.

Они прошли в комнату и сели. Мейсон достал портсигар, предложил сигареты другим и закурил сам.

— Я надеюсь, вы не против, госпожа Броктон? Я смотрю, у вас стоят здесь пепельницы.

— Пожалуйста, курите.

— Что вы знаете о внуке Барстлера? — спросил Мейсон, обращаясь к госпоже Броктон.

Элла Броктон посмотрела на госпожу Барстлер.

— Она присматривала за ним по моей просьбе, — сказала Елена Барстлер. — То есть до того времени, пока Милдред не похитила его.

— Ну же, госпожа Барстлер, мне кажется, будет лучше, если вы не будете отвечать на чужие вопросы, — сказал Мейсон.

— Вы не имеете никакого права говорить мне, что делать и что не делать.

— Как была убита Милдред Денвил? — спросила Элла Броктон.

— Кто-то выстрелил ей из пистолета в голову.

— Ну, что ж, она напрашивалась на это.

— Элла! — воскликнула Елена Барстлер.

— Да, она напрашивалась, — вновь заявила женщина тем же монотонным голосом.

— Мне кажется, — вдруг заявила Елена Барстлер, — нам обеим лучше помолчать.

— Когда вы последний раз видели ребенка? — спросил Мейсон, обращаясь к Элле Броктон.

— Я не видела его с тех пор, пока Милдред Денвил увела его, — сказала женщина, причем на этот раз в ее голосе прозвучала горечь. — Я предупреждала госпожу Барстлер, что это может случиться.

— Я думаю, этого достаточно, Элла, — жестко сказали Елена Барстлер.

В задумчивости Мейсон продолжал курить. Елена Барстлер осмотрела его холодным, острым взглядом.

— Ну, что ж, — заявил Мейсон. — Меня это устраивает. Я могу получить эту информацию в другом месте. Пойдем, Делла.

Они уже почти подошли к двери, когда Елена Барстлер спросила:

— А как вы узнали о Роберте?

Мейсон улыбнулся.

— Вас, видимо, волнует этот вопрос?

— Если откровенно, то да.

— Мне кажется, было бы лучше, если бы вы связались с адвокатом, — сказал Мейсон.

— Я уже сделала это, — заявила она с триумфом. — Я знаю свои права.

— Ваши права в качестве жены Роберта Барстлера?

— Да.

— А также права жены лица, пропавшего без вести?

— Если вас интересует, господин Мейсон, я уже уладила свои дела с Джейсоном Барстлером, и мы полностью решили этот вопрос.

— На основе наличности?

— Я не сказала этого.

— Договор подписан?

— Скоро будет… Я думаю, лучше, если бы вы обо всем узнали сами. Вы ведь считаете себя очень умным человеком.

— Благодарю вас, я сделаю это. Пойдем, Делла.

Елена Барстлер провела Мейсона и Деллу Стрит до двери.

— Вы не задали ни одного вопроса о подробностях убийства, — с улыбкой сказал Мейсон. — Вы забыли сделать это?

— Что вы имеете в виду?

— Ну, скажем, когда это произошло, как было обнаружено тело и подобные вещи. Обычно люди задают подобные вопросы, если на их участке обнаружен труп.

— Я не намерена спрашивать об этом у вас!

— Да, я понял, доброй ночи!

Дверь закрылась. Мейсон с Деллой Стрит сели в автомобиль, Мейсон развернулся и быстро поехал вниз по улице. Заметив на дороге ночное кафе, он притормозил и сказал Делле:

— Здесь должен быть телефон, Делла. Позвони в уголовный розыск. Передай лейтенанту Трэггу мои поздравления и скажи, что Елена Барстлер, которая проживает и доме шестьдесят семь дробь пятьдесят по бульвару Сан-Филиппе, находится сейчас по адресу: двадцать три дробь двенадцать, Олив Крест Драйв, конечно, если он поспешит.

— Что-нибудь еще? — спросила Делла.

— Ну, передай ему мои поздравления и спроси, намерен ли он ставить на нас еще какие-нибудь ловушки.