Нас охватила паника. Мы не сумели быстро отыскать путь к маленькой лодке, пришвартованной где-то внизу. В густой тени, отбрасываемой небесным мостом, наша троица заблудилась; мы снова и снова натыкались на разлагающиеся трупы.

Мертвые Предтечи лежали повсюду – на платформах и мостах, в галереях, в жилищах.

Их были сотни. И никаких следов людей.

Но не было и следов взрывов или пожаров, лишь острые лезвия, похожие на изготовленные человеком рыболовные орудия, и сделанные наспех дубинки. Ни на ком из мертвецов не было брони.

Что-то рассорило Предтеч, и они дрались, пока не полегли все до единого, подумал я, и лорд-адмирал поддержал эту догадку.

Но почему?

Они дрались за добычу – либо за то, чтобы она не попала не в те руки.

– Какую добычу?! – воскликнул я на бегу.

Винневра держалась рядом. Геймлпар пропал из виду.

Поняв это, мы остановились. Я увидел, что старик, изнуренный до предела, ковыляет по дальнему мосту.

– Эй, дети! – крикнул он. – Нам сюда. Вы прошли мимо.

Мы вернулись к нему. Старик провел нас обратно к лестнице и люку, укрытым тьмой. Мы спускались на ощупь по ступенькам, пока не услышали плеск волн о причал и окружающие колонны.

В наигустейшей тени из всех, где нам довелось побывать, мы сумели заползти в лодку, сбросить канат, взяться за весла и отчалить от деревни.

Тем временем вверху, не слишком высоко, снова начала биться и корчиться груда. Вся деревня содрогалась; нам на голову, шею и плечи сыпались песок, грязь и невесть что еще.

Мы выплыли под звезды и небесный мост, стряхнули сор друг с друга и по очереди окунулись, следя за водой. Что обитает в этом озере? Впрочем, сейчас нам страшны не чудища, а нечто совершенно иное.

Я держал Геймлпара, пока тот с выпученными глазами барахтался в воде, после чего втянул дрожащего от холода старика в лодку.

– Что вы видели? – не унималась Винневра. – Что это было?

Ни Геймлпару, ни мне не хватило духу рассказать.

Мы проплыли много километров, удаляясь от деревни и берега, и попали в слабое течение, понесшее нас на запад, внутрь земель колеса, подальше от ужаса. Тогда-то мы и поняли, что грести больше не надо.

Улегшись на дно лодки, мы уснули мертвым сном.