Коммандор Левайн такого не ожидала.

Но потом – слишком поздно – она поняла, что происходит.

«Свободный» сидел на хвосте «Транквилити». Командор Рэнсом гнал корабль к «Бдительному», как охотничий пес гонит дичь. Пилот «Светлячка», Джед Рейс, очевидно, запаниковал и сейчас летел куда глаза глядят.

В соответствии с приказом Левайн офицер, отвечавший за вооружение, открыл огонь. Корабль Рэнсома сделал то же самое.

Именно в эту минуту Левайн вдруг поняла, что Рейс – перепуганный или нет – великолепно выполняет свою работу. «Транквилити» прыгал и скакал, уклоняясь от двух залпов. Левайн никогда еще не видела такой акробатики. Ни один выстрел не попал в цель.

«Светлячок» даже не был задет.

– Прекратить огонь! – крикнула Левайн, когда бешено мечущийся из стороны в сторону «Транквилити» подошел еще ближе.

Случайный выстрел «Бдительного» мог попасть в «Свободный», и наоборот. Будь у нее время, Левайн вышла бы на связь с Рэнсомом и приказала ему не стрелять. А сейчас она могла лишь молиться о том, чтобы ему хватило ума распознать опасность.

Ума ему хватило. Орудия «Свободного» тоже прекратили огонь.

И вдруг все пошло не так.

В течение следующих пяти секунд события разворачивались с ужасающей неторопливостью. За это время – последние пять секунд в жизни командора Левайн – она поняла, что никакая точность, дисциплина и следование правилам не компенсируют чужое своенравие и непредсказуемость. В итоге оказалось, что контроль – это всего лишь иллюзия. Для Левайн это скорее стало не откровением, а печальной констатацией факта.

«Светлячок» внезапно свернул вверх, сверкнув ускорителями.

Теперь «Бдительный» и «Свободный» летели прямо друг на друга.

Стандартная процедура для двух космических кораблей, как и для самолетов, требовала, чтобы оба судна повернули направо.

– Право на борт! – крикнула Левайн, и ответ последовал незамедлительно.

Ее экипаж был хорошо вышколен.

«Бдительный» повернул.

«Свободный» тоже повернул.

Но не вправо. Влево.

В ключевой момент «Свободный» сделал неправильный выбор.

Все, кто был на мостике «Бдительного», пришли в ужас; кто-то закричал.

– Марвин Рэнсом, ты – лю коу шуэй де бьяо цзы хэ хоу цзы де бэнь эр цзы.

Это были последние слова командора Виктории Левайн, и в эту непристойность она вложила весь свой яд, жалея о том, что ее не услышит капитан «Свободного».

Затем она закрыла глаза.

Корвет «Свободный» на полной скорости врезался в корвет «Бдительный».

Выживших после столкновения не было.